Выборы 2026 года — Европа на пороге системных перемен
Сквозь призму всех этих выборов проступают несколько универсальных трендов.
На фоне жесткой конфронтации между Западом и Россией, затяжного конфликта в Украине, технологической трансформации и нарастающей экономической неопределенности 2026 год готовит серию выборов, способных перекроить политическую карту Европы и изменить ее место в глобальной системе.После бурного 2025-го, принесшего смену власти в Германии и Польше, наступивший электоральный год станет проверкой на прочность для правящих элит, тестом на устойчивость демократических институтов и референдумом о самом будущем европейского проекта. От исхода этих голосований будет зависеть, сможет ли ЕС говорить с миром единым голосом или погрузится в новый виток внутренних раздоров.
Одним из наиболее показательных электоральных кейсов 2026 года станут выборы в Венгрии. Впервые за полтора десятилетия власть Виктора Орбана сталкивается не с фрагментированной оппозицией, а с системным вызовом, выросшим изнутри орбановской политической среды: символ "нелиберальной демократии" рискует потерять власть прежде всего из-за нарастающего внутреннего недовольства — падения уровня жизни, коррупционных скандалов и усталости общества от персоналистской модели правления.
Его главный оппонент, бывший соратник Петер Мадьяр и партия "Тиса", предлагают альтернативный правоконсервативный проект без конфронтации с ЕС, что делает этот вызов особенно опасным для Орбана, поскольку он исходит от электората, долгое время составлявшего ядро поддержки "Фидес".
Почему это важно для всей Европы? Смена власти в Будапеште может снять хронические блокировки по вопросам Украины, санкционной политики и институционального расширения ЕС. А в более широком смысле речь идет о возможном сдвиге баланса в Центральной Европе — не столько в результате внешнего давления, а как вследствие внутреннего политического выбора.
Пока в Венгрии решаются общенациональные вопросы, четыре крупнейшие экономики ЕС — Германия, Франция, Испания и Италия — проведут важные региональные и муниципальные голосования. Они послужат точным барометром общественных настроений и прелюдией к будущим избирательным баталиям 2027–2028 годов.
Так, во Франции муниципальные выборы в марте станут референдумом о политике президента Макрона и покажут, насколько ультраправому "Национальному объединению" удалось превратиться в повседневную политическую силу, контролирующую города. В Испании главным испытанием станут выборы в Андалусии, где поражение социалистов может стать для правительства Санчеса точкой невозврата. Ключевой вопрос — сможет ли правоцентристская оппозиция победить, не полагаясь на поддержку ультраправых сил.
Параллельно в Германии земельные выборы, особенно в восточных регионах, продемонстрируют силу "Альтернативы для Германии" и станут первым экзаменом для нового канцлера Фридриха Мерца. В Италии запланированный конституционный референдум по реформе правосудия станет негласным вотумом доверия правительству Джорджии Мелони. Его провал может спровоцировать политический кризис и резко ослабить правящую коалицию перед всеобщими выборами 2027 года.
Эти голосования покажут, является ли рост ультраправых стабильным трендом или ему есть электоральный потолок, а также насколько традиционные партии способны адаптироваться к новым социальным запросам.
Судьбу Европы определят не только ее собственные избиратели. Ключевые голосования в 2026 году за пределами ЕС окажут не меньшее влияние: баланс сил после промежуточных выборов в Конгрессе США способен либо сдержать изоляционизм и сохранить трансатлантическое партнерство, либо усилить давление на ЕС; президентские выборы в Бразилии решат судьбу стратегического торгового соглашения ЕС–МЕРКОСУР, влияющего на экономическое будущее континента; после похищения президента Мадуры неизвестна направленность будущих внешнеполитических отношений Венесуэлы; а выборы в России, видимо, закрепят характер долгосрочного противостояния с Европой. В совокупности эти процессы показывают, что европейская стабильность формируется в глобальном электоральном пространстве, выходящем далеко за пределы самого ЕС.
Сквозь призму всех этих выборов проступают несколько универсальных трендов:
Битва за повестку. На первый план выходят вопросы безопасности — военной, энергетической и личной, экономического суверенитета и контроля над миграцией. Климатическая и социальная повестка отступают.
Ультраправые как новая норма. Практически нигде ультраправые партии не исчезают: они либо побеждают, либо становятся необходимыми для формирования коалиций, либо задают тон дискуссии, смещей мейнстрим вправо.
Кризис центра. Партии традиционного центра (социал-демократы, народники, либералы) продолжают терять почву под ногами, оказываясь в тисках между усилившимися флангами. Их будущее зависит от способности найти новую объединяющую идею.
2026-й станет годом определения вектора для Европы. Мы увидим не одно решение, а мозаику выборов. С наибольшей вероятностью сложится хрупкое равновесие, где ни у проевропейских, ни у евроскептических сил не будет подавляющего перевеса. Это означает продолжение политики сложных компромиссов и медленного принятия решений в ЕС.
Однако возможны два принципиальных сценария:
Сценарий конфронтации: Удержание власти Орбаном, победы ультраправых в крупных странах и укрепление позиций Трампа в США погрузят Европу в эпоху внутренних расколов и внешней уязвимости. Проект единой Европы окажется в глубочайшем кризисе.
Сценарий консолидации: Смена власти в Венгрии и успешное сдерживание радикальных флангов в Германии и Франции откроют для ЕС "окно возможностей" для усиления интеграции в сфере обороны и безопасности, выработки новой экономической стратегии.
Я считаю, что с наибольшей вероятностью реализуется промежуточный сценарий: хрупкое равновесие, при котором ни одна из сил не получит решающего перевеса, а итоги 2026 года дадут ответ на главные вопросы: о пределах национального суверенитета в ЕС, цене солидарности и самой способности Европы к единству перед лицом множества кризисов.
Автор: д-р Александр Цинкер, политолог, бывший депутат Кнессета
Комментариев нет:
Отправить комментарий