Исследовательский университет как пространство свободного научного сотрудничества
У науки есть только один язык. Язык компетентности.
Общественная дискуссия о возможности распространить раздельное обучение на магистратуру и докторантуру быстро приобрела привычный для Израиля характер. Одни говорят о наступлении на права женщин, другие — о необходимости учитывать образ жизни ультраортодоксального общества. Каждая сторона приводит серьезные аргументы. Но мне кажется, что главный вопрос оказался в тени.
Важно сразу сказать: государство совершенно справедливо стремится расширить доступ различных групп населения к высшему образованию. Интеграция харедим в академическую жизнь отвечает интересам всего израильского общества. Именно поэтому уже многие годы существуют специальные программы бакалавриата, учитывающие культурные особенности этой общины. Благодаря этим программам тысячи молодых людей получили возможность получить академическое образование и впоследствии успешно интегрироваться в рынок труда и общественную жизнь.
Это разумный и оправданный компромисс, но отсюда вовсе не следует, что тот же принцип автоматически применим к магистратуре и докторантуре.
Некоторые считают все три академические степени последовательными этапами образования. На самом деле между первой и последующими степенями проходит принципиальная граница. Бакалавриат прежде всего дает образование. Магистратура и особенно докторантура формируют исследователя. Разница кажется очевидной, но именно она определяет всю логику университета. Студент бакалавриата получает знания. Магистрант и докторант создают новое знание.
Поэтому исследовательская школа существует не вокруг учебной программы, а вокруг научного общения. Научные семинары, обсуждение статей, критика гипотез, совместные проекты, лаборатории, исследовательские группы, конференции и публикации являются не дополнением к исследованию. Они и составляют исследование. Наука рождается в сотрудничестве.
Попробуем задать простой вопрос. Возможно ли создать современную исследовательскую химическую лабораторию только для женщин? Или только для мужчин? Возможно ли организовать микробиологическую лабораторию, где подбор сотрудников определяется не научной специализацией, а полом? Ответ очевиден.
Исследовательская лаборатория строится вокруг научной проблемы, а не вокруг демографических характеристик ее участников. В ней ежедневно происходит обмен идеями, обсуждение результатов экспериментов, совместное планирование исследований, подготовка публикаций. Наука существует благодаря свободному сотрудничеству людей, объединенных компетентностью и общим исследовательским интересом.
Именно поэтому магистратура и особенно докторантура не могут функционировать по принципу раздельного обучения. Это научное сообщество.
Представим себе молодого исследователя, которому для диссертации нужен лучший специалист в стране. Если этот специалист - женщина, имеет ли право университет сказать: "Ищите другого научного руководителя"? Или, наоборот, талантливая исследовательница должна отказаться от сотрудничества с признанным ученым лишь потому, что он мужчина?
В этот момент академический критерий уступает место критерию, не имеющему отношения к науке. Это не вопрос удобства.
Есть еще одно обстоятельство, о котором редко говорят. Современная наука давно перестала быть национальной. Докторант с первых лет своей работы становится частью мирового академического сообщества. Он публикуется в международных журналах, выступает на конференциях, участвует в совместных проектах, работает в исследовательских коллективах разных стран, связывает академию и индустрию.
Университет не может готовить человека к научной и профессиональной жизни, искусственно исключая ту форму общения, которая составляет содержание этой жизни.
Поэтому дело не в том, что совместное обучение является самостоятельной ценностью. Ценность представляет свободное научное сотрудничество. Именно оно обеспечивает качество исследования.
В общественной дискуссии нередко звучит аргумент: если раздельное обучение добровольное, то почему бы не разрешить его и в магистратуре?
Ответ прост. Потому что последствия такого решения выходят далеко за пределы выбора отдельных студентов. Меняется сам институт университета.
Если пол становится фактором при выборе научного руководителя, состава исследовательской группы, преподавателя или участника семинара, университет начинает руководствоваться не только академическими критериями. А это касается уже всех исследователей, независимо от их мировоззрения.
Поэтому мне кажется важным провести ясную границу. Государство вправе искать гибкие формы доступа к высшему образованию. Оно вправе создавать подготовительные программы, специальные условия обучения, помогать тем, кто раньше был недостаточно представлен в академической среде.
Но исследовательский университет должен оставаться единым научным пространством. Не потому, что этого требует современная идеология, а потому, что этого требует сама логика науки.
В своей книге "Дилеммы и достижения. О национальном характере современного демократического государства" я писал, что Государство Израиль постоянно ищет равновесие между двумя фундаментальными принципами: еврейским и демократическим. Этот поиск никогда не будет завершен окончательно. Но именно университет должен оставаться местом, где различия между людьми не исчезают, а перестают быть определяющими. Здесь главным основанием авторитета является не происхождение, не религиозная принадлежность, не пол и не общественный статус, а знание, профессиональная честность и способность открывать новое. Именно так понимали роль академии создатели первого израильского университета, видевшие в нем интеллектуальный центр будущего государства. Мы не должны превращать исследовательские университеты в учреждения, где учебный процесс организован по модели среднего профессионального образования. Университет отличается именно тем, что обучение здесь неотделимо от совместного научного поиска.
Израиль всегда умел искать разумные компромиссы между уважением к традиции и требованиями современного общества. Но существуют институты, природа которых не допускает разделения по гендеру без утраты их сущности. Исследовательский университет относится именно к таким институтам.
У науки есть только один язык. Язык компетентности.
Автор: Д-р Хаим Бен Яаков, исполнительный вице-президент Института Евро-Азиатских Еврейских Исследований (ИЕАЕИ)
Комментариев нет:
Отправить комментарий