вторник, 14 мая 2013 г.

ВДРУГ ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО 2х2 - ВСЕ-ТАКИ ЧЕТЫРЕ.


                                                   Плакат старый. Суть не меняется.

 Я стал «правым» , если не ошибаюсь, зимой 1999 года. В тот год наши политики все еще обнимались с Арафатом. Группа русскоязычных журналистов, куда меня включили, посетила Газу, Иудею и Самарию. Хорошо запомнилась встреча в Хевроне. Нас привели на встречу с группой деятелей из «Хамаса». Парочка молодых арабов, не вдаваясь в дискуссии, сообщила нам, что Израиль – незаконное образование и в будущем Палестинском государстве от моря до моря никого из евреев-репатриантов не останется, все они будут интернированы. Вот  коренным сабрам, рожденным в Израиле до 1948 года и их детям, будет разрешено остаться. Я слегка прибалдел от такой перспективы и поинтересовался – нет ли другого пути к миру? Ответили, что нет. Мало того, наш ведущий Аркан Карив посоветовал мне заткнуться и не лезть с вопросами. С тех пор я резко «поправел» и понял, почему среди старожилов Израиля так много «миротворцев». И вот одна из них проснулась. Оказалось, с тех пор позиция наших соседей только ожесточилась.
  
 Литаль Шемеш — молодая, либеральная израильская журналистка, активно вовлеченная в политическую деятельность на различных фронтах. Ее считают восходящей звездой израильской прессы, открыто выражающей свои политические взгляды. Ниже приводится перевод ее статьи из Walla.
Мир? С палестинской точки зрения, есть только прошлое, а будущего нет.
Литаль Шемеш
    Вместе с другими израильскими и палестинскими политическими активистами, я приняла участие в проекте «Диалог о мире». Целью проекта было выявление будущих лидеров, которые в будущем смогли бы добиться мира.     Проект включал регулярные встречи и заключительный семинар в Турции.     На третий день семинара, когда все были друг с другом знакомы, барьеры были отринуты, и участники угощали друг друга рахат-лукумом, словно их никогда не разделяла пограничная стена, мы начали затрагивать темы, болезненные для обеих сторон. Палестинцы говорили о дорожных заграждениях и израильских солдатах на «территориях».     Израильтяне говорили о постоянном страхе, смертоносных атаках террористов и непрекращающемся ракетном обстреле из Газы.      Израильская сторона, включавшая в себя как левых, так и правых, пыталась понять, как палестинцы представляют себе завершение конфликта, пыталась докопаться до условий, при которых палестинцы согласились бы жить с ними в мире. В каких областях они согласились бы проявить гибкость? Какие решения лучше всего отвечали бы их надеждам? Где, по их мнению, должны проходить будущие границы палестинского государства, о котором они так пылко мечтают?     Для нас было потрясением открыть, что ни один из них не упомянул палестинское государство, или, точнее, палестинское государство, сосуществующее с Израилем.     Они говорили об одном государстве — своем. Они говорили о контроле над Яффой, Тель-Авивом, Хайфой, о страданиях, которые принесла им накба (катастрофа, как называют арабы воссоздание Израиля). Будущего для них не существовало — только прошлое. «Евреи не имеют права жить рядом с нами. Пусть сперва расплатятся за свои преступления».
    В процессе диалога, который деградировал до криков, палестинцы потребовали, чтобы мы не называли террористов-смертников террористами, потому что они их таковыми не считали.
    — Так как же вы называете человека, который надевает пояс со взрывчаткой и взрывает себя в тель-авивской толпе, целенаправленно стремясь убить как можно больше невинных людей? — спросила я участников.
    — У меня есть четырехлетний ребенок, — ответил Самах из Абу-Дис (рядом с Иерусалимом). — Если, Боже упаси, с ним что-нибудь случится, я постараюсь сжечь какой-нибудь израильский город целиком.

    — Три недели назад у нас родился сын, — ответил Амихай, религиозный студент-еврей из Иерусалима. — Если, Боже упаси, с ним что-нибудь случится, смерть других людей меня не утешит.
    В семинаре принимали участие израильтяне, представлявшие весь политический спектр страны: Ликуд, Партия труда, Кадима, Мерец и Хадаш (объединенная еврейско-арабская социалистическая партия). Все они пришли к выводу, что все сочиненные ими замечательные сценарии мира между Израилем и палестинцами просто не выдерживают столкновения с действительностью.     Проблема в том, что большинству израильтян никогда не представляется возможность сесть за стол с палестинцами и вступить в диалог, который продемонстрировал бы им, что в действительности думает о конфликте другая сторона.     Источником нашей информации являются заявления Махмуда Аббаса международной прессе, которые всегда противоречат тому, что он говорит в своих интервью аль-Джазире, где он рисует совершенно иную картину.     Я приехала на семинар полной надежд. Я возвращаюсь домой с болезненным чувством безнадежности. В идее сосуществования двух государств есть что-то, противоречащее действительности.     Как мы можем вернуться к столу переговоров, если израильская сторона говорит о «двух государствах для двух народов», а палестинская — об «освобождении» «Палестины» от реки Иордан до Средиземного моря?     Как может мир пустить корни среди людей, для которых терроризм является образом жизни? Это — далеко не первый случай, когда группа израильских пацифистов встречается с арабами только для того, чтобы убедиться, что говорить им не о чем и не с кем.
Перевод Александра Таллера

ВОКРУГ КРОВАТИ НЕТАНИЯГУ




«По следам публикации 10-го телеканала государственный контролер обратился в канцелярию премьер-министра за разъяснениями относительно полета четы Нетаниягу в Лондон. Во время этого полета для Нетаниягу была оборудована на борту специальная спальная комната и смонтирована двуспальная кровать». Из СМИ
«Министр информации Сирии Омран аль-Зуаби заявил, что в ответ на израильские бомбардировки сирийская армия может начать вторжение на Голанские высоты. "Мы имеем право занять Голаны в любой момент. Это наша земля", - заявил высокопоставленный представитель режима Башара Асада». Из СМИ. Тут же и боевики ООП в Сирии объявила, что готова ударить по Израилю. Оппозиция считает, что Израиль своими ударами помог Асаду, Асад убежден, что боевикам. А вдруг все они вместе, примирившись на почве ненависти к богатому соседу, и в самом деле начнут хулиганить?
 Но самый главный удар по Еврейскому государству собирается нанести своя собственная оппозиция, под знаменем, на котором изображена двуспальная кровать премьер-министра. Вотумы недоверия поданы. Отдайте нам власть, и мы обещаем, вместо двуспальной кровати в самолете ограничиться односпальной. И тогда дефицит бюджета превратиться в прибыль. Так всю историю Израиля: страх отдать шекель из своего кармана затмевает страх потерять свою независимость и жизнь. После долгих лет  в совке больше всего ненавижу эту «борьбу трудящихся за свои права». Верно: всякая власть, засидевшись на троне, начинает обрастать жирком. Орава чиновников норовит при жизни обеспечить благосостояние правнуков. Но рок подобной ситуации в том, что голодные, прейдя на смену жирным, начнут объедаться с еще большей алчностью. Голодных и злых я больше боюсь, чем тех же злых, но сытых. Если при старой власти теряешь шекель – новая власть заберет два. Не было других примеров в истории человечества. Но нам так хочется верить, что от перемены мест слагаемых сумма все-таки изменится. И к власти придут честные, мудрые люди, денно и нощно думающие о благосостоянии своего народа. Забудьте! Никогда ни в одной стране мира не случалось и случится такое. Честные и мудрые стоят у станка, работают в школе или больнице, метут улицы…  Сама работа во власти делает невозможным эту честь и совесть. Посадите меня, такого радетеля морали, в кресло, и я начнут думать о себе, что родился «царем горы». Такова натура человеческая. Была бы другой, мы бы все давно уже жили в райских кущах. Спасает система, созданная ментальностью народа, лучшими ее силами. Этой системе нужно только не мешать. А склоки наверху политического Олимпа расшатывают саму систему. Спору нет, над властями нужен контроль, причем контроль строгий. Теперь ответьте: неужели раньше не было известно о безразмерных тратах нынешнего двора? Почему та же кровать всплыла именно сегодня? Да все просто: в тихое время все эти траты позволяли оппозиции считать подобное нормой. «Вам можно и мы сами этим воспользуемся». Нынче появилась необходимость в пропагандистском оружие в борьбе за власть – вот и все. Значит – проблема в контроле, в пороках нашей демократии, а не в несчастной двуспальной кровати Биби. Тем более, что он, перепугавшись до смерти, уже поклялся, что будет спать в самолете один и сидя.

ЖИЗНЬ В ДОЛГ



 В нашем доме появился хитрый механизм, способный выдавать четыре вида хорошо отфильтрованной воды: горячую, теплую, ледяную и комнатной температуры. Полюбовался этим чудом и невольно вспомнил  источник воды сорокалетней давности: колонку в километре от дома. Зимой вокруг этого нехитрого насоса вырастала гора наледи. Каждый рисковал шлепнуться, набирая воду в ведра.
 Почему-то этот способ добычи необходимой влаги не вызывал у меня тогда протеста и не вел к дурному самочувствию. Мне скажут: «Это понятно. Ты был молод, силен, полон надежд». Не думаю, мне и сейчас, честно говоря, плевать, как попадает в мой желудок чашка кофе или чая. Бог наградил  счастливым характером: равнодушием к внешнему. Я и по сей день считаю, что нормальному человеку совсем не нужно забивать шкаф тряпками, а ходить пешком гораздо полезней, чем  сидеть, скрючившись, в автомобиле. Нет, нет, я понимаю, что ножками не дойти, к примеру, до Иерусалима и электрической бритвой удобней скрести щеки, чем опасной бритвой. Я не враг прогресса. Я враг безумной и опасной спешки за этим самым прогрессом.

 Он вкалывает по двенадцать часов в сутки, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Сынок простого работяги, ученик десятого класса, меняет айфоны-смартфоны каждые три-четыре месяца. Торопятся конструкторы, торопится производство, спешат продавцы. Мы все спешим вместе с ними. Только вот куда – непонятно.
 - Да пошли ты твоего лоботряса куда подальше, - говорю я.
 - Нельзя, - вздыхает бедняга. – У него компания – все при крутых «трубах».
Удовольствие от обладания, амбиции. Удовольствие вместо счастья, амбиция вместо подлинной значимости личности. Обладатель накрученного аппарата  еле тащится из класса в класс. Не волнует его это. Самоновейшая игрушка  в кармане скворчит полной заменой всех подлинных ценностей.
 Так безобидное изобретение человеческого гения становится опаснейшей, вредной забавой. Труд нашего соседа нужен и полезен, но получается так, что часть вознаграждения за этот труд практически выбрасывается на ветер. На радость удовольствия – оспорит кто-то. Согласен, скажем так: на сладкий ветер удовольствий. Но именно так, незаметно, явная неспособность жить в необходимом превращается в порочный дефект психики. Следом неизбежность  кризиса - финансового, экономического и человеческих отношений.

 Сегодня к  привычным ужасам прибавился  страх грядущих, финансовых проблем. Только и слышишь о кризисе ликвидности, об ипотечном кризисе, о биржевом крахе и прочих бедах. Слова мудреные для непосвященных расшифровываются просто: товары, включая сами деньги, становится трудно загнать по рыночной стоимости, люди, влезшие по уши в долги, оказываются банкротами, и рынок ценных бумаг все чаще демонстрирует падение, а не рост индексов.
 Без рыночной стоимости товара (при всех спекулятивных недостатках) нет и быть не может прогресса промышленности, банки, не получающие долги, лишаются возможности своего бизнеса на процентах, биржевая лихорадка ведет к разорению игроков, к панике,  недоверию к прежним авторитетам.
 В итоге, все население развитых стран, даже те граждане, кто далек от высоких материй бухгалтерии, начинают чувствовать все эти кризисы на своей тонкой шкуре. Несчастья эти, даст Бог преодолимые, объясняются, на мой взгляд, только  особенностями психики человека: алчностью, амбициями, при полном неумении «по одежке протягивать ножки».

Дети внимательны. Они гораздо более внимательны и любопытны, чем думают родители. По сей день забыть не могу полушепот отца и матери на денежные темы. Этих самых рублей постоянно не хватало до зарплаты, а потому и шел шелест разговора, иногда на идише, о том, что надо бы отдать один долг, но при этом придется взять другой.
 Сам стиль переговоров был крайне подозрителен: будто о какой-то постыдной тайне шептались родители. Отсюда и тень в моем сознании о долге, как о чем-то унизительном, тяжком.
 Мой отец никогда не стремился к большим заработкам, а мать и вовсе  не жаловала труд по найму. Ничего, как-то прожили бедняками в бедном государстве, что само по себе в те годы считалось особой доблестью и формой лояльности к советской власти.
 Отсюда, во многом, как мне кажется, и мой характер. Характер человека, ненавидящего долги, умеющего, практически в любой ситуации, выкручиваться из стесненного финансового положения самостоятельно. (Не сглазить бы).
 -Как? – спросит читатель, а очень просто: чувством меры, путем отказа от лишнего и полным запретом жить в долг.
 Вот здесь и начинаются разногласия в том, что есть сегодня лишнее, а что необходимое и нужно ли брать деньги или товары в кредит, если тебе все это не просто предлагается, а даже навязывается магазинами и банком?
 Лет пять назад был знаком с одной дамой, у которой, при весьма скромной зарплате, был долг перед банком в 20 тысяч шекелей. Мои страхи и опасения поняты не были. Страсть покупать все без разбору, и любой ценой, владела этой дамой. Робкий призыв к ограничению потребностей она встречала не просто в штыки, а как покушение на ее здоровье и свободу. Посещение магазинов были для нее праздником души. Шопинг! Нынче психиатры  сочли подобное неким  заболеванием. Боюсь, что недуг этот носит характер массового психоза, спровоцированного самим характером «общества потребления». Бороться же с психозами любого толка – дело совершенно безнадежное, но, возможно, кому-то эти мои заметки помогут выпутаться из сложного положения.
 Нет ничего коварней кредитных карточек. Когда вы тратите деньги из своего собственного кармана, вы знаете им счет. Кредитная карточка деньги обезличивает, превращает их в условные единицы. Понимаю, что какому - нибудь миллиардеру «за падло» носить в кармане доллары, рубли или шекели, но нам-то, простым смертным, зачем лезть в эту опасную ловушку, превращающую в легкую забаву тяжкий труд расставания со своими собственными, добытыми, как правило, тяжким трудом, деньгами.
 Проведите эксперимент: попробуйте хотя бы месяц жить на наличный капитал и вы «почувствуете разницу». Не хотите, тогда не жалуйтесь на отсутствие денег, а жалобы эти я слышу постоянно.
 Понимаю, нет ничего сладостней чувства неограниченности своих финансовых возможностей. Плевать, что все это миф, мираж, иллюзия. День, но мой! Не хочу думать, что будет завтра. Может быть,  этого завтра вообще не случится, чего экономить, да еще, и часто, не свои, а чужие деньги?
 Вот это полное презрения к будущему и есть, как мне кажется, причина нынешнего финансового кризиса. В кризисе ликвидности – самое опасное неликвидность самих денег. Они становятся условным, относительным товаром. Огромная бумажная масса уже не может с прежней решимостью и авторитетом руководить  рынком производства и продажи товаров. И сам рынок замирает, потому что замена денег - золото и брильянты – это своего рода статика, мертвый клад, а не средство для инвестиций, движения капитала.  
  Счастье от обладания новейшей моделью айфона не придет к сыну моего соседа. Вот когда отец не сможет финансировать капризы своего отпрыска, тот станет по-настоящему несчастлив, просто потому, что привык жить в мире низменных радостей, другого «кайфа» от всего многообразия жизни получать не умеет.
 «Мир супермаркета» хрупок, как хрустальная ваза. Рано или поздно ты задеваешь вазу эту локтем, и она разобьётся на тысячи осколков. Слезы, жалобы, стоны склеить ее не смогут.
 Жадность отвратительна, слов нет, но да здравствует щедрость за свой собственный счет, а не за счет хитрой системы, которая незаметно опутывает вас сетями финансовых обязательств. И превращает вас в раба своих собственных низменных страстей.
 Я родился в мире, где подлинные ценности практически ничего не стоили. Книги можно было даже не покупать, а брать или читать в библиотеке, билеты в кино, музеи, театры, филармонию стоили недорого. Мир этот, похоже, уходит в прошлое.
 Нынешний мир дорог. Он запутался в разнообразных долгах и, на мой взгляд, чреват более серьезными кризисами, чем кризис ликвидности или ипотеки.
 Понимаю, понимаю, что против бульдозера технократического бума и рекламы не попрешь, но все-таки сделайте попытку не залезать в долги, научитесь видеть разницу между необходимым и лишним. Не верьте назойливой и наглой рекламе. Попробуйте не жить под постоянные вопли: «Хочу! Хочу! Хочу!  Вспомните простые, человеческие слова: «Могу, в силах, разумно….» Да мало ли их, этих человеческих слов, как-то вдруг и начисто забытых.

ПРОРОК - ЭРИК ХОФФЕР





В это трудно поверить, но это - факт. Предлагаемая вашему вниманию статья была написана 45 лет назад!
Некоторые истины существуют вечно. Эрик Хоффер - американский философ, не еврей, занимался вопросами социальной философии. Он родился в 1902 году и умер в 1983, написав девять книг и получив президентскую медаль Свободы.
Его первая книга, "Подлинный верующий", была опубликована в 1951 году и считается классической.
__________________
Евреи - своеобразный народ: то, что разрешено другим, евреям запрещено. Другие народы изгоняли тысячи, даже миллионы людей, но проблемы беженцев для них не существовало. Занималась этим Россия, Польша и Чехословакия делали то же самое, Турция вышвырнула миллион греков, а Алжир - миллион французов. Индонезия изгнала Бог знает сколько китайцев - и никто не проронил ни слова по поводу беженцев.Но в случае с Израилем перемещенные арабы стали вечными беженцами. Все настаивают на том, что Израиль обязан принять назад всех арабов до последнего.
Арнольд Тойнби назвал перемещение арабов большим злом, чем все зверства нацистов. Другие страны, победив на поле боя, всегда диктовали условия мира. Но когда побеждал Израиль, он должен был умолять о мире. Все ожидают, что единственными подлинными христианами в этом мире должны быть евреи. Другие страны, будучи побежденными, выживали и восставали вновь, но если бы Израиль проиграл войну, он был бы уничтожен полностью.
Если в июне прошедшего года Насер оказался бы победителем, он стер бы Израиль с лица Земли, и никто не шевельнул бы и пальцем, чтобы спасти евреев. Никакие обещания помощи евреям, данные любым правительством, включая и наше собственное, не стоят той бумаги, на которой они написаны.
Весь мир возмущается, когда погибают люди во Вьетнаме, или когда в Родезии казнят двух негров. Но когда Гитлер убивал евреев, никто не пытался протестовать. Шведы, которые готовы разорвать дипломатические отношения с Америкой из-за того, что мы делаем во Вьетнаме, не издали ни звука, когда Гитлер уничтожал евреев. Но зато они посылали ему первоклассную железную руду и шарикоподшипники и помогали перевозить войска по железной дороге в Норвегию.
Евреи одиноки в этом мире. Если Израилю суждено выстоять, это произойдет только благодаря их собственным усилиям. Но, тем не менее, именно Израиль является нашим единственным надежным союзником, не выдвигающим никаких предварительных условий.
Мы можем рассчитывать на Израиль больше, чем Израиль - на нас. И нужно только попытаться представить себе, что случилось бы, если бы прошлым летом в войне победили арабы и стоящие за их спиной русские, чтобы понять, насколько важным является выживание Израиля для Америки и для Запада в целом.
У меня есть предчувствие, которые не оставит меня никогда - то, что происходит с Израилем, то ожидает и всех нас. Если же Израиль погибнет, уделом нашим станет Катастрофа.
Эрик Хоффер, июнь 1968 года.
"Лос Анжелес Таймс", 26 мая 1968 года.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..