среда, 12 марта 2014 г.

ОТ БОРИСА ПАСТЕРНАКА ДО ВАЛЕРИИ НОВОДВОРСКОЙ



В литературной, драматургической работе всё просто: придумал свой мир и живи в нем по своим же законам. Проще говоря, что хочу, то и ворочу. В журналистике мера ответственности совсем иная. Вот потянул за одну нить, дернул поспешно и оборвал, а оказалось за обрывком этим целый клубок важнейшей информации. И только она, эта информация и объем знаний, могут опровергнуть или подтвердить твои прежние выводы. Мои статьи «Два Быкова» и «Стрелок неприкаянный» и стали таким обрывком нити. Эти заметки – попытка извлечь хотя бы часть клубка. Прошу при этом не оценивать их, как посягательство на бесспорные таланты и значение в культурном и политическом процессе лиц, в них упомянутых.


Века юдофобской пропаганды накрепко приклеили к потомкам Иакова ряд определений, под которыми подозревается сущность народа еврейского. Толпа предпочитает обвинения простые и ясные: «Христа распяли», «пьют кровь христианских младенцев», «жидо-масоны хотят захватить власть над миром» и так далее. У «элиты» антисемитов от православия другой набор «ценностей», в котором одно из первых мест занимает обвинение в фарисействе. В демонизации народа Книги это обвинение занимает далеко не последнюю роль.

««Я один, всё тонет в фарисействе.
Жизнь прожить – не поле перейти».

Фарисейство – это ложь, лицемерие и фанатизм. Оно-то и губит всё живое и честное. В этом смысл слов “всё тонет в фарисействе”. Пишет филолог и педагог Исаак. Каплан, комментируя одно из лучших стихотворений Б. Пастернака «Гамлет» - дополнивших среди прочих роман Бориса Леонидовича «Доктор Живаго».

- При чем тут евреи? - скажут мои критики. - Автор романа имел в виду своих врагов и хулителей, независимо от их национальности, всяких там партийных бонз и литературных начальников, вроде Фадеева или Суркова.

Конечно же, не обошлось без этих деятелей, но главное в своем романе и, надо думать, в стихах к роману, сам Пастернак определил откровенно, определенно и точно в известном письме к Ольге Фрейденберг: ««Я в нем свожу счеты с еврейством, со всеми видами национализма (и в интернационализме), со всеми оттенками антихристианства и его допущениями, будто существуют еще после падения Римской империи какие-то народы и есть возможность строить культуру на их сырой национальной сущности. Атмосфера вещи – мое христианство». Получается, что евреи всё ж - таки при чем и имеют к фарисейству (лжи, лицемерию, фанатизму) прямое отношение. Письмо сестре Пастернак написал в августе 1946 года. Всего лишь полтора года прошло, как погасли печи Аушвица, где Гитлер тоже сводил, правда, по-своему, свои счеты с еврейством. Точно известно, что Пастернак знал, как он это делал и, тем не менее, рука поэта поднялась, чтобы напомнить адресату о своих счетах с ним. Гитлер, выходит, боролся с еврейством, как с народом, враждебным расизму нацизма. Пастернак невзлюбил народ фарисеев за враждебность подлинному интернационализму, выраженному, с его точки зрения, в христианстве. Получается, куда не кинь, – все клин. И «некуда податься бедному еврею».

Современная «элитарная юдофобия» крепко держится за таких авторитетов, как Рихард Вагнер или Федор Достоевский. Вот и Борис Пастернак - преподаватель «высшей математики» антисемитизма. У великого поэта свои последователи, завороженные силой его стихов. Бедных фарисеев, повинных в одном лишь несогласии с проповедями христианства, и здесь поминают всуе.

«У меня, к счастью, есть выбор - где жить, Израиль я не выбрал бы никогда, а потому разделять его ценности не обязан. Я отлично понимаю, что Европа, если она эти "зоологические без фарисейства" ценности разделит хоть на миг, будет действительно обречена, ибо дышать в ней станет так же трудно, как трудно мне было дышать во время единственного посещения Израиля…" (Дм. Быков, «Не примазывайтесь»).

Что сие значит? Ценности Израиля – «зоологические» ценности. И, если Европа их воспримет искренне, «без фарисейства», то есть без лицемерия – она «обречена». Вот-вот враги рода людского застроят старый свет своими синагогами, и воцарится там ложь, лицемерие и фанатизм – подлинные ценности народа Книги. К упомянутой триаде можно смело присоединить еще одно «природное качество» фарисеев (читай – евреев).

Иисус учил: «Не можете служить Богу и маммоне». «Слышали всё это и фарисеи, которые были сребролюбивы, и они смеялись над Ним. Он сказал им: вы выказываете себя праведниками пред людьми, но Бог знает сердца ваши, ибо что высоко у людей, то мерзость пред Богом» (Лк.16:13-15).

Вот здесь и начинается. Слов нет, значительная часть достояний собирается неправедным путем, но что делать с теми, кто добыл капитал своим умом, энергией и талантом. Они что – тоже «верблюды», которым не попасть в Иерусалим через узкие врата в город, то бишь в райские кущи? Как тут разделить человечество на черных и белых? Не лицемерна ли такая постановка вопроса? Да еще и лжива, потому как утешает «униженных и оскорбленных», что им за муки на этом свете блаженствовать на том. Тут даже фанатизмом попахивает, если вспомнить других правоверных, коим за массовый геноцид евреев уготован целый гарем в райских кущах. Причем, фанатизмом гибельным. Не думаю, что человеческая цивилизация смогла бы выжить без прогресса, обеспеченного не ленью, тупоумием и бездарностью, а предприимчивостью и талантом.

Народцу жестоковыйному и в голову не приходит обвинить всех христиан и слуг Аллаха в перечисленных дурных качествах. Миф же о злобных, корыстолюбивых фарисеях тысячелетия вдалбливается в головы доверчивой публике и в итоге превратился в форму «кровавого навета». И здесь я вынужден вспомнить отрывок из другой своей статьи.

Да что там Д. Быков – он лицо, так сказать, дозволенное, официальное. Вот В.И. Новодворская – умница, талант, революционер, демократ и либерал, враг «чекистского режима», друг Израиля и евреев, а чуть тронешь за живое, так и лезет гной из старых, незалеченных ран. Из интервью Виктору Топаллеру:

ТОПАЛЛЕР. Ну, это, конечно, смелое сравнение борьбы с тоталитарным режимом или с совковостью с христианской миссией, тем не менее, это сравнение принимается, потому что, в общем-то, и то, и другое, по сути своей, было обреченным делом.

НОВОДВОРСКАЯ. Да, фарисеи - это ведь и есть советская власть. Они не сильно от них отличались. А Синедрион, ну чем он отличался от Верховного Совета?

ТОПАЛЛЕР. Я думаю, что вы все-таки (вы меня простите, ради Бога), несмотря на ваши энциклопедические познания, перед которыми я преклоняюсь, я думаю, вы сейчас ни за что оскорбили и фарисеев, и Синедрион - до таких моральных низин, как советская власть, они, на мой взгляд, никогда не опускались.

НОВОДВОРСКАЯ. Да, они были умнее. Но, тем не менее, сначала Иисус, а  потом у нас кто был? У потом у нас был первомученик Стефан… Это было очень глупо - бороться с идеями вот таким образом. А кто просил римлян: "Распни Его!"?

Долой, мол, «хунту Кремля». Вперед к победе «свободы, равенства и братства», а «кровавый навет», выходит, жив. Да еще в квадрате. (Этот самый первомученик Стефан, по православной версии, был евреем-христианином, приговоренным Синедрионом к смерти и побитым камнями).


В своей недавней замечательной статье о Редъярде Киплинге Валерия Ильинична пишет: «Реальность была далека от идеалов Киплинга. Но Киплинг учил этому, учил упорно, всю жизнь, и его творчество стало сильнейшей прививкой против расизма, и никогда не звучали в Англии эти позорные слова: «Англия для англичан». Если изучать Киплинга в школах, может быть, мы тоже изживем это: «Россия для русских»?».

Отлично сказано, но как только дело касается религии, вдруг всплывают «замученные от жидов» Христос и Стефан, вкупе с невиданной жестокостью Синедриона. Невольно перестаешь верить в пафос вольнолюбивых строк Новодворской.

Иудаизм далек от воспитания своих адептов ненавистью. Иудеям и в голову  не приходило придумать что-либо, вроде «ереси христианствующих», Одного пострадавшего можно вспомнить – Боруха Спинозу, да и то не за переход в иную веру, а за создание своей религии, собственной. Раввинам и цадикам показалось бы диким объявлять святыми и мучениками сожженных на костре за «ересь жидовствующих» инородцев - Федора Курицина или Ивана Черного. Они справедливо считали, что разборки русских людей между собой их не касаются. Дело в том, что после ужасов покорения Ханаана и прочих несчастий и жестокостей древней, еврейской истории, иудаизм, свободный от пресса государственности, всеми силами старался воспитать в народе Книги демократические, гуманистические принципы: подлинную любовь ко всем потомкам Адама и терпимость к инакомыслию. И это при твердой, жестоковыйной решимости сохранять основы, традиции своей веры и бытия. Здесь, правда, тоже можно обвинить евреев в корысти. Любовь и толерантность – живительны и плодотворны. Ненависть - разрушительна. Но я понимаю, что ярому революционеру – Валерии Новодворской – принять этот постулат за истину трудно.

Нет, что-то не то творится сегодня с серым веществом либералов России – последней надеждой нации. И где «энциклопедические познания» бабы Леры? Надо бы ей знать, что фарисеи, в отличие от саддукеев, были ярыми противниками смертной казни, никак не могли просить они у Пилата: «Распни его», а как мученики создаются мифом, Валерии Ильиничне известно. Стефана, конечно жалко, но так и хочется стать мизантропом, если вспомнить о десятках тысячах иудеев, замученных «за идею» инквизицией, а какой образ немецкого народа можно сотворить после Холокоста, даже без мифа, на одних фактах?

Позицию защиты считаю гибельной. Оборона в идеологии – дело пустое, но все-таки приведу один абзац из той же Википедии: «В Новом Завете отношение к фарисеям неоднозначно. В евангелиях они описываются как противники Иисуса, хотя первосвященник, предавший Иисуса римлянам, был из саддукеев. Вместе с тем, когда Павел и другие апостолы были арестованы, благодаря заступничеству фарисейского лидера Гамалиила их освободили из-под стражи (Деян 5:34-40). Павел говорил о себе: «Я фарисей, сын фарисея» (Деян 23:6)».

Есть источники, утверждающие, что сам Христос был из фарисеев, отсюда и резкость в его оценках прежних единомышленников. В любом случае всё, что связано в истории Израиля с саддукеями, ессеями, фарисеями, митнагдим или хасидами, – это история внутренних разборок, не имеющих никакого отношения к другим народам и странам.

Любое общество начинает делиться на два класса: с одной стороны, господствующая группа богачей и религиозной элиты, а с другой - массы простонародья. Исконным антагонизмом между этими классами и можно объяснить появление различных течений в религии, как и пафос «революционеров», включая учение Христа. Миф о «фарисеях» был сотворен сначала в целях борьбы самих евреев с ортодоксальным иудаизмом, а затем превратился в «корм для юдофобов», как и другие формы клеветы и навета, рожденные полемикой в иудейской общине две тысячи лет назад. Католическая и протестантская церковь сделали определенные шаги, чтобы очиститься от лжи, лицемерия , фанатизма и мифа о фарисеях. Православная церковь все еще далека от необходимой реформы.

Толпа черносотенцев не обязана, да и не в силах, понимать это и соглашаться с этим. Беда, когда «сливки общества» начинают тупо повторять старые, давно изжившие себя юдофобские мифы. С головы гниет не только рыба, но и целые государства.

ШЕДЕВР ИЗ ИНТЕРНЕТА



 Собрать бы десятка три таких рассказов из Интернета. неизвестно кем и когда написанных, издать отдельной книгой. Получился бы настоящий бестселлер.

Хорошая вещь Скайп, нахожу друзей, с которыми не виделась давным-давно. Вот нашелся некто Миша, когда-то он был душей компании, но рано женился, пошли дети, и он выпал из нашего круга. И вдруг нашелся, и в числе всего прочего рассказал такую историю.
                          
Все у меня шло хорошо, жена досталась просто на зависть, трое детей-погодков только в радость, бизнес развивался в таком темпе, чтобы жить с него было можно, а внимания к себе не привлекал ни со стороны налоговой, ни со стороны братков. Словом, счастье и пруха полные. Сначала аж не верилось, потом привык и думал, что всегда так и будет.

А на двадцатом году появилась в жизни трещина. Началось со старшего сына.

Меня родители воспитывали строго, и как подрос, наказывали по сторонам членом не размахивать, а выбрать хорошую девушку по душе, жениться и строить семью. Я так и сделал и ни разу не пожалел. И детей своих этому учил.

Только то ли времена изменились, то ли девушки другие пошли, но не может сын такой девушки отыскать, чтобы смотрела ему в глаза, а не ниже пояса, то есть в кошелек или в трусы. И деньги есть, и образование получает, и внешностью Бог не обидел, а все какая-то грязь на него вешается. И мается парень, и мы за него переживаем, словом, невесело стало в доме.

Дальше - хуже. Заболела теща, положили в больницу, там она через неделю и умерла. Отплакали, отрыдались. Тесть остался один, не справляется. А родители жены попались просто золотые люди, между своими и ее родителями никогда разницу не делал. Забираем тестя к себе, благо место есть. Жена довольна, дети счастливы, ему спокойнее. Все бы хорошо, НО!

У тещи был пес, то ли черный терьер, то ли ризен, то ли просто черный лохматый урод. Забрали и его, себе на горе. Все грызет, детей прикусывает, на меня огрызается, гадит, гулять его надо выводить вдвоем, как на распорке. Вызывал кинологов, денег давал без счету чтоб научили, как с ним обходиться, без толку. Говорят, проще усыпить. Тут тесть решил, что когда собачка умрет, тогда и ему пора. Оставили до очередного раза. Дети ходят летом в джинсах, с длинными рукавами: покусы от меня прячут, жалеют дедушку.

К осени совсем кранты пришли, озверел, грызет на себе шкуру, воет. Оказывается, его еще и надо триминговать. Объехали все салоны, нигде таких злобных не берут. Наконец, знающие люди натолкли на одного мастера, который возьмется. Позвонили, назначили время: 7 утра. Привожу. Затаскиваю. Кобель рвется, как бешеный. Выходит молоденькая девчушка крошечных размеров. Так и так, говорю, любые деньги, хоть под наркозом (а сам думаю, чтоб он сдох под этим наркозом, сил уже нет). Берет она у меня из рук поводок, велит прийти ровно без десяти десять, и преспокойно уводит его.

Прихожу как велено. Смотрю, эта девчушка выстригает шерсть между пальцами у шикарного собакера. Тот стоит на столе, стоит прямо, гордо, не шевелясь, как лейтенант на параде, во рту у него резиновый оранжевый мячик. Я аж загляделся. Только когда он на меня глаз скосил, тогда я понял, что это и есть мой кобель.

А эта пигалица мне и говорит: - Хорошо, что Вы во-время пришли, я вам покажу, как ему надо чистить зубы и укорачивать когти. Тут я не выдержал, какие зубы! Рассказал ей всю историю, как есть. Она подумала и говорит: - Вы, говорит, должны вникнуть в его положение. Вам-то известно, что его хозяйка умерла, а ему нет. В его понимании вы его из дома украли в отсутствии хозяйки и насильно удерживаете. Тем более, что дедушка тоже расстраивается. И раз он убежать не может, то он старается сделать все, чтобы вы его из дома выкинули. Поговорите с ним по-мужски, объясните, успокойте.

Загрузил я кобеля в машину, поехал прямиком в старый тещин дом. Открыл, там пусто, пахнет нежилым. Рассказал ему все, показал. Пес слушал. Не верил, но не огрызался. Повез его на кладбище, показал могилку. Тут подтянулся тещин сосед, своих навещал. Открыли пузырь, помянули, псу предложили, опять разговорились.

И вдруг он ПОНЯЛ! Морду свою задрал и завыл, потом лег около памятника и долго лежал, морду под лапы затолкал. Я его не торопил. Когда он сам поднялся, тогда и пошли к машине. Домашние пса не узнали, а узнали, так сразу и не поверили.

Рассказал, как меня стригалиха надоумила, и что из этого вышло. Сын дослушать не успел, хватает куртку, ключи от машины, просит стригалихин адрес. - Зачем тебе, спрашиваю. - Папа, я на ней женюсь. - Совсем тронулся, говорю. Ты ее даже не видел. Может, она тебе и не пара. - Папа, если она прониклась положением собаки, то неужели меня не поймет? Короче, через три месяца они и поженились.

Сейчас подрастают трое внуков. А пес? Верный, спокойный, послушный, невероятно умный пожилой пес помогает их нянчить. 
Они ему и чистят зубы по вечерам.

РАБИНОВИЧИ РУССКОЙ ЗЕМЛИ


Рабиновичи
 
русской земли

 
В том краю, где берёзки и сосны,
где сугробы снега намели,
как живётся вам, братья и сёстры,
рабиновичи русской земли?

Пой, Кобзон! Философствуй, Жванецкий!
Веселите угрюмый народ!
Злобный дух юдофобский, советский,
не ушёл и вовек не уйдёт.


Пусть пока лишь слова, не каменья,
но дойдёт и до них, не дремли!
Где вы, крестники батюшки Меня,
рабиновичи русской земли?

От курильской гряды до Игарки,
от Игарки до химкинских дач -
скрипачи, хохмачи, олигархи,
как жуётся вам русский калач?

Домоглись ли, чего ожидали?
Уважаемы, вхожи в кремли?
Ничего, что зовут вас жидами,
рабиновичи русской земли?

Ничего, что вокруг благочинность
и не зверствует правящий класс,
только, что бы в стране ни случилось,
всё смахнут непременно на вас?

Жаль, что предков печальную участь
вы надолго в себе погребли.
Ничему вас погромы не учат,
рабиновичи русской земли.


Вы пройдёте дорогою терний,
будет злым и жестоким урок,
не помогут ни крестик нательный,
ни фамилии, взятые впрок.

Кнут найдётся - была б ягодица!
Под весёлый припев "ай-люли"
продолжайте цвести и плодиться,
рабиновичи русской земли...

БЕЗУМНЫЙ СУД НАД ПСИХОМ ПСИХИАТРОМ


 13 погибших и 32 раненых американских парня на военной базе Форд-Худ - это прямые жертвы политкорректности.
Ниже статья Геннадия Кацова о суде над убийцей - мусульманским террористом Маликом Нидалем Хасаном, и о том, как наши  

Политкорректные "полезные идиоты" толкают страну к гибели.
Геннадий Кацов 8/7/ 2013

Вчера начался суд над бывшим военным психиатром, майором Маликом Нидалем Хасаном, обвиняемым в убийстве 13 человек и покушении на жизнь еще 32 на военной базе Форд-Худ (шт. Техас) в 2009 году. И тут же на передний план выходит во всем своем убожестве политкорректность. Политкорретность – это не только нежелание никого обидеть, говоря эвфемизмами; это не только желание смотреть на мир сквозь розовые очки, в попытке не видеть того, что видеть не хочется; это еще и предательство закона, в случае необходимости, и собственных интересов на много поколений вперед. На первом же судебном заседании убийца, мусульманский фашист Хасан, отказавшийся от помощи адвокатов, признался, что это он расстрелял людей. "Улики ясно покажут, что стрелок - я", - сказал он в своем вступительном заявлении. Хасан также подтвердил, что своими действиями он защищал движение "Талибан" и мусульман в Афганистане.  Хасан даже готов признать свою вину, но не может этого сделать, поскольку за совершенное преступление ему грозит смертная казнь, а в связи с этим американские законы запрещают ему свою вину признавать. При этом, по армейскому уставу запрещено носить военнослужащему бороду, но бывший майор, апеллируя к праву на свободу вероисповедания, отстоял право отпустить бороду согласно исламским традициям. Двойные стандарты: в одном случае – нельзя, в другом – можно, ведь свобода вероисповедания – та самая священная корова, против которой трибунал – место, где можно с законом расплеваться и его забыть. Дальше – больше. Председательствующая судья - полковник Тара Осборн - запретила военным прокурорам упоминать в своем вступительном слове электронную переписку между подсудимым и деятелем "Аль-Каиды". Об этой переписке ФБР знало еще до того, как майор расстрелял 13 американских солдат, но не приняло никаких мер. Наоборот, опасного преступника продвигали по службе и давали ему положительные характеристики. ФБР было в курсе переписки Хасана с одним из лидеров "Аль-Каиды" Анваром аль-Авлаки. С декабря 2008 года обвиняемый обменялся с террористом, позднее убитым в Йемене, более чем десятком электронных сообщений. Тем не менее спецслужбы не известили об этом Пентагон, и Хасану присвоили майорское звание. Сегодня обвинению позволено лишь поведать присяжным о том, что незадолго до побоища Хасан искал в интернете данные о талибах и джихаде. Решение о том, сможет ли обвинение огласить на суде данные о том, что Хасан, еще учась в вузе, выступал с докладами с оправданием шахидизма, судья еще не решила. Кстати, политкорректное федеральное правительство считает инцидент в Форд Худе "несчастным случаем", а не терактом. Из-за ранений, полученных в ходе его задержания, Хасан парализован ниже пояса и лечился, и продолжается лечиться в госпитале. Здесь стоит обратить внимание на то, что во время судебных заседаний идут один за другим перерывы на отдых подсудимого, чье тягостное состояние надо учесть и судье, и присяжным, и всем США.  При этом одному из пострадавших от рук Хасана военное руководство США отказалось оплатить операцию по извлечению пули. Сейчас этот человек вместе с 148 другими потерпевшими и их родственниками судится с федеральным правительством из-за того, что оно не хочет нести ответственность за произошедшее, называя его «инцидентом». Истцы настаивают на том, что власти были осведомлены о радикальных убеждениях Хасана, однако политкорректность не давала возможности об этом говорить вслух, принять упреждающие меры по отношению к обнаглевшему майору, который даже во время своих занятий с американскими военнослужащими заявлял, что Америка должна быть наказана за все то зло, что совершает против мусульман. Никто пальцем на это в военном руководстве не пошевелил.

Не сомневаюсь, что и наш драгоценный президент не пошевелит тем же органом, даже если Хасану будет вынесен смертный приговор. Скорее всего ждать исполнения приговора Хасану придется еще очень долго. Казнь военнослужащего требует санкции президента, а никто из прежних хозяев Белого дома не принимал такое решение с 1961 года. Процесс над Хасаном проходит при беспрецедентных мерах безопасности. Обвиняемого каждый день доставляют в зал суда на вертолете. По подсчетам, на все про все американские военные истратили уже 5 млн долларов. И, скорее всего, эта сумма еще увеличится, так как суд, начало которого растянулось на несколько лет, займет еще по меньшей мере несколько месяцев. Но это уже стоимость политкорректности в ее финансовом эквиваленте, и только в этом отдельном случае.

С одной стороны, мы имеет лютых врагов, которые нас ненавидят и заявляют об этом не только в Йемене, Афганистане, Пакистане и массе других мусульманских стран, но и на военной базе внутри США, и в мечетях внутри США, и в американских городах, как только популяция мусульман достигает в них некоего уровня, к примеру, 15-20%; а с другой, в рамках политкорректности мы жертвуем собственной безопасностью, сообразуясь не столько со здравым смыслом, сколько с нежеланием навести тень на либеральные ценности и действовать соответственно военному времени. То, что время военное и против нас десятилетиями ведутся военные действия уже мало у кого есть сомнения. Но на Западном фронте без перемен: враг наступает, а мы выводим в спешке армию из Ирака, Афганистана, выпускаем с Гуантанамо террористов, которые затем продолжают воевать против нас. Мало того, стыдливо отказываемся дать определение, что же такое он есть – мусульманский террор и мусульманин – террорист и джихадист, с «аллах акбар!» на устах расстреливающим где-нибудь в Форт Худ своих сослуживцев. Кто в этой схватке победит, продолжай мы так же уверенно политкорректно себя вести, уже практически сомнений нет. И жаль в этом случае не только нас самих, но и наших детей и внуков. Им-то в результате политкорректности (в не меньшей степени, чем в результате радикальной мусульманской агрессии) жить совершенно в другом мире – мести, ненависти и всеобщего страха.

О НОВОМ СОРТЕ КЛУБНИКИ




"Целью социализма является не только уничтожение
раздробленности человечества на мелкие государства
и всякой обособленности наций, не только сближение наций,
но и слияние их".

Ленин В.И. "Социалистическая революция
и право наций на самоопределение"

Массовая поддержка большевистской революции евреями была формой отказа от своей национальной идентификации. Результат - ассимиляция с последующим Холокостом. Слишком высокая цена за приверженность социалистическим идеям. Внешне мечта социалистов о слиянии рас и государств в одно целое привлекательна. "Сольемся в экстазе" - и не станет зависти, расизма, национализма, ненависти и войн. Никаких избранных народов быть не должно. Какой уж тут Бог и Закон Божий! Да и вся история человечества не имеет смысла. Как говорил в интервью Хаиму Мисгаву нынешний президент Израиля Шимон Перес: "Совершенно очевидно, что история не в состоянии дать представление о будущем… Лидер же обязан упражняться в предвидении будущего… Нет смысла преподавать прошлое. Надо преподавать будущее". Получается, жить нужно фантазиями о неизвестном, грядущем, а не памятью о прошлом? Но память о прошлом - основа еврейского самосознания, сами корни народной жизни. Без прошлого нет будущего - это всё народа Торы. Сама суть существования "жестоковыйного племени" ставится под вопрос. Без истории нет у потомков Иакова права на землю Израиля.

Прошлое всегда давало евреям силы жить сегодня, сейчас. Наша история - это не перечисление дат и событий, а сама философия нашей жизни, ее смысл. Здесь и наивный идеализм очевиден, столь противный материалистической, атеистической составляющей левых взглядов. Прошлое хоть в какой-то степени реально. Будущее - иллюзия, миф. Любопытно, что датским или шведским социалистам Бог и история их стран не мешает, а вот в Израиле все это оказывается помехой на пути в светлое будущее. Все у нас не так, как у людей, даже пресловутый социализм.

Когда-то в одной бедной стране он сыграл большую роль в организации и обороне государства, но страна стала богатеть. Из партии социальной защиты населения израильские левые стали партией лоббирующей монополии - обычной партией власти, крепко связанной со своими идеологическими сторонниками за рубежом, а в условиях постоянной конфронтации с соседями. Именно эта особенность перестала способствовать задачам защиты страны, когда интересы Израиля может отстоять только национальная, а не интернациональная партия. Это на практике. В теории, сохраняя природные особенности, мы и здесь метим в пророки. Выходит, кому-то у руля власти будущее доподлинно известно, как оно было известно  классикам марксизма-ленинизма. Они точно знают, что коммунизм, или нечто подобное, сдобренное новым "календарем", нужно преподавать в школе: все то, что, по обещанию Н.С Хрущева, давно уже должно было случиться с СССР в 1980 году, но не случилось. Не беда - историю преподавать и поминать не нужно. Уроки поражений не в счет. И бегом по старым "граблям".

"От каждого по способностям и всем по потребностям". Проще говоря, на одного с сошкой - семеро с ложкой, при условии "слияния наций" и ликвидации "мелких государств", полной победе "светлого будущего". Коммунизм еще не построен, но социализм в действии, и по этому принципу уже пробует жить "цивилизованный мир", растлевая, так называемой, гуманитарной помощью, то есть подачками, страны "третьего мира", вместо того чтобы научить этот мир работать и кормить самого себя.

В многообразии мыслящей материи, разности религий, традиций и культур, считали классики марксизма, - все несчастья рода людского. В подобии, однообразии - счастье. И по сей день идеи социалистического мироустройства живы, мало того, по этим схемам строит свое бытие большая часть стран Западной Европы. Отсюда их воинствующий либерализм с попытками сблизить не только нации и государства, но и легализовать однополые браки, а карнавалы сексуальных меньшинств представить как великую победу демократии. Отсюда пресловутая политкорректность, когда черное перестает быть черным, а белое становится серым. Отсюда чудовищная, преступная, если судить по результату, деколонизация Африки в прошлом веке. Отсюда и "общий рынок в единой Европе" с заменой национальных денежных единиц монстром евро, как будто общее злато способно изменить его обычную природу. В этом, а не в распрях с соседями, кроются основные проблемы Израиля, стремящегося одновременно быть частью "цивилизованного мира" и сохранить себя как народ, быть верным религии, традициям и культуре предков. В этом и корни современной юдофобии в странах Запада. В этом и фатальная слабость Европы перед исламской экспансией, своего рода религиозным социализмом: вот станут все люди мира слугами Аллаха во всемирном халифате - и будет им счастье. Все, как завещал добрый дедушка Ленин, вместе с подельниками заливший Россию кровью. Нынешний благостный, либеральный, розовый социализм не менее опасен, как всякая попытка в угаре атеизма идти против самой природы мира и человека, тщетной попыткой уравнять то, что равенству не подлежит.

Я специально огрубляю и "оглупляю" ряд положений, чтобы избавить от красивых масок изуродованное лицо сегодняшней Европы. Достаточно пройтись по улицам Брюсселя, Парижа или Вены, чтобы понять: материк этот готов принести себя в жертву своим безумным либеральным схемам.

"Космическое пространство материально пусто, за исключением материальных следов в нем", - писал К. Циолковский. Пустота однообразна и агрессивна, материя живет, сопротивляется пустоте разнообразием видов. Мыслящая материя в том числе. Вполне возможно, ее создание в последний день Творения и есть способ сохранения материи вообще в космической битве с вакуумом пустоты. Любая попытка привести мир человека к однообразию чревата победой этой пустоты, то есть смертью "камня, огня и мысли". Собственно, ХХ век наглядно доказал это практикой большевизма Ленина-Сталина и национал-социализма Гитлера. Нет смысла в тысячный раз повторять, что история никого ничему не учит, особенно тех, кто эту историю не признает. В понятие "народ избранный", как его можно расшифровать, входит право на личность, на индивидуальность, на талант. Всевышний проповедовал это не только евреям. Все человечество должно стать "народом отдельным, избранным". Но все это противно революционному духу с нетерпеливым стремлением молодых, горячих сердец к немедленному переустройству мира, в котором они сразу же займут место, положенное лишь по праву опыта и обретенного профессионализма. Обязанность, необходимость ждать призы и награды кажется юности произволом. Долой эволюцию! Да здравствует революция! Вперед! На штурм старого мира! А дальше - пустая демагогия насчет несовершенства этого мира и его всевозможных грехов. При этом молодость, взяв власть, готова на такие преступления, которые и не снились унылым и слабым "старикам" прежней власти.

"Если в 18 лет ты не радикал, то ты подлец, а если в 40 не консерватор - ты дурак". Мысль эта приписывается то Черчиллю, то Талейрану, но дело в том, что слово "дурак" на сегодняшний день не раскрывает сути вопроса. Чаще всего радикалы после 40 лет - это откровенные циники, живущие за счет силы своего рода, могучей мафии, исповедующей идеалы Прудона-Маркса-Ленина, припудренные идеями Просвещения. Во времена Талейрана и даже Черчилля это было не столь очевидным, отсюда и мягкая характеристика радикализма. Сегодня "старики" - циники взяли под контроль "реальный социализм". Революции, бунты, мятежи они терпят и пытаются направить в нужную сторону по необходимости. Свои же принципы бытия навязывают непокорным силой денег и современного оружия.

Нынешние социалисты все еще убеждены, что возможность мира между львом и ягненком - в исчезновении травоядных и плотоядных пород и мичуринской замене их новой, общей для всех видов живого породой: пресловутого козлотура, высмеянного Фазилем Искандером. Можно вспомнить и бородатый анекдот о самом Мичурине, который погиб, упав с клубники. Так вот, эту клубнику и собираются вырастить нынешние либерал-социалисты, не думая о том, как опасно и больно с нее падать в мире, услужливо снабженным Сатаной ядерным оружием.

Гордыня - смертный грех социализма, не желающего признавать, что Бог наградил человека свободой воли, возможностью выбирать между добром и злом. И вечный выбор этот - залог развития и совершенствования человеческой цивилизации. Этим выбором, например, озабочены сегодня племена, кланы, секты арабского Ближнего Востока. Социалисты, атеисты, шииты, сунниты, алавиты - все они заняты выбором между добром и злом, как его понимают лидеры упомянутых групп и сами толпы послушников. В этот вполне нормальный для юной, пассионарной нации, хоть и кровавый процесс вновь хочет вмешаться Запад с его неуемной страстью немедленно примирить льва с ягненком и вывести новую породу демократов на новом Ближнем Востоке. Наши же проблемы в том, что эти "селекционеры-ботаники" чрезвычайно озабочены еврейским государством, в котором, по их мнению, следует вывести новую человеческую породу: евреараба. Он и нефть будет качать исправно, и в высоких технологиях преуспевать при полном подчинении демократическим институтам, как эти институты понимают в Норвегии, Швеции, Дании или Франции. Бред! Но именно этим бредом живут социалисты Запада и наши доморощенные леваки-атеисты, убежденные, что им известно будущее планеты, а история прошлого никому не указ.

Есть еще одна особенность, которую никак не хочет понять либеральная Европа, понять и примириться с ней. Это пресловутый человеческий фактор. Фридрих Дюрренматт еще в 1975 году писал в эссе "Взаимосвязи": "Государство Израиль представляет для арабского мира не только политическую проблему, с чем я соглашаюсь, не только невротическую проблему, чего я опасаюсь, так как Израиль выступает в качестве объекта ненависти, которая только и может объединить этот мир, но, кроме того, это еще и религиозный конфликт, вновь навязывающий еврейскому народу проблематику, уходя от которой он и основал собственное государство".

За прошедшие годы постоянная пропаганда ненависти превратила арабский мир в кипящий котел. Израиль надежно защитил свои границы, а пар из котла ненависти требовал выхода. Вот арабы и стали убивать друг друга. Если бы все эти Каддафи, Мубараки или Асады могли предоставить своим народам кровавую, победную драку с еврейским государством, они бы и по сей день спокойно сидели на троне. Дюрренматт понимал и то, что в его время было скрыто за легким покрывалом арабского социализма: религиозную нетерпимость ислама. Он увидел очевидную опасность не только для Израиля, но и для всей человеческой цивилизации. Еще 37 лет назад этот большой писатель ясно понимал и видел то, что по сей день не хотят и не способны понять и увидеть многие политики.

Похоже, мир наш столкнулся с новым видом тоталитаризма догматических идей, террором либерализма, который, на мой взгляд, мало чем отличается от прописей и практики Маркса-Ленина-Сталина-Мао-Пол-Пота и прочих молодцов, убежденных, что только они знают, во что должно верить, как и чем обязано жить человечество. Не могу не вспомнить Галича: "Не бойся сумы, не бойся чумы, а бойся тех, кто знает, как надо"... Все бы ничего, но знание истины в конечной инстанции парадоксальным образом сопряжено с малодушием "стокгольмского синдрома", когда под воздействием сильного шока исламской экспансии и террора Запад начинает сочувствовать своим захватчикам, оправдывать их действия и в конечном счете отождествлять себя с ними, легитимируя идеи бандитов. Здесь и единственной демократией на Ближнем Востоке можно пожертвовать. Чего уж мелочиться… В прошлом веке Европа безропотно "скормила" фюреру своих евреев, сегодня она готова умилостивить тем же фанатиков ислама.

Понимаю, что перед нашими соседями нет смысла падать на колени и просить о пощаде. Приходиться драться, когда к горлу приставлен нож. Другое дело - вся эта "белая и пушистая" компания доброхотов с Запада и из США, готовых задушить еврейское государство во имя своих левых иллюзий и догм либерализма. К этой публике я хочу обратиться.

Господа! Оставьте в покое мой народ, дерзнувший вернуться на свою святую землю и занять незначительный участок средиземноморского пляжа. Позвольте нам быть теми, кем нас произвели на свет, молиться своему Богу, учить свою историю и верить в свои идеалы. Мы никому не мешаем этим, никому не причиняем зла, никому не навязываем наш образ жизни. Не трогайте мой древний народ, не учите жить, не рассматривайте под извечным въедливым микроскопом грехи наши. Забудьте о нас, перестаньте нас замечать. И вы увидите, сколько еще замечательного и прекрасного талантливый Израиль, да и вообще евреи, подарят миру.

ЧТО ГОТОВИТ МИРОВОЕ СООБЩЕСТВО ИЗРАИЛЮ


  

Эти  заметки интересны тем, что "мировое общественное мнение" Израилю готовит судьбу ЮАР.

  Елена Юфит, журналист
Ностальгия по апартеиду

Сразу хочу предупредить тех, кто страдает синдромом повышенной политкорректности, и попрошу вас не читать эти заметки. Остальным могу предложить на выбор два варианта одного понятия - политкорректность или лицемерие. Какое название одного и того же процесса вам больше нравится?

Почему такое, казалось бы, благородное и человеколюбивое понятие, как политкорректность стало в последнее время синонимом лицемерия? Как пример, возьмем событие, случившееся недавно в Йоханнесбурге, крупнейшем городе ЮАР.

Пара израильских туристов, муж с женой, решили поехать в Южную Африку. На третий день пребывания в Йоханнесбурге на них напала банда молодых людей - африканцев. Хотелось просто написать «негров», но нельзя - не политкорректно. Но, как бы не называть нападавших, было их, «афроафриканцев», человек десять, а туристов было всего двое - муж да жена. Мужчина, было, попытался сопротивляться и его быстренько придушили. Хорошо, что не насмерть. Именно так и сказали в полиции после происшествия:

«Радуйтесь, что остались живыми! Только в нашем округе города каждый день происходит восемь-десять убийств». И чему-то жизнерадостно рассмеялись, комментируя инцидент уже на одном из местных наречий.

Чуть не задушеный израильтянин высказал аргументированные подозрения, что наводчиком был гостиничный водитель, то есть нападавшие были осведомлены куда и когда пойдут владельцы кошелька, но полицейские только отмахнулись - отойди, белый человек, не мешай нам: мы теперь хозяева в своей стране и сами знаем, что делать! Ну что ж, израильтяне обратились в консульство, там им посочувствовали, выдали новые документы (надо ли говорить, что паспорта, билеты и прочие важные бумаги у них тоже украли?) и, заплатив за изменение дня обратного вылета, вернулись в Израиль.

Так при чем же здесь политкорректность? Придется начать издалека. С 1815-го года ЮАР официально стала колонией Великобритании. Англичане вели привычную для них колониальную политику около 150 лет. В 1948 году (интересное совпадение, но об этом позже) проанглийски настроенный кандидат проиграл выборы и к власти пришла Национальная партия буров. Буры – это потомки голландских мореплавателей, которые первыми поселись в Южной Африке еще в середине 17-го века. Почти сразу после победы на выборах буры ввели в практику понятие апартеида. Что же такое, это страшное слово – «апартеид»? В переводе с языка африкаанс, это означает всего лишь «раздельное проживание». Раздельное во всем: раздельные больницы и школы, раздельные автобусы и даже разные лавочки в парке. Кстати, развод - тоже апартеид. Во всяком случае, если предполагает раздельное проживание.

Коренное местное население (ну да, вы уже догадались, что речь пойдет об «афроафриканцах») должно было жить в неких специальных автономиях и иметь, соответственно, гражданство данной автономии. Для того, чтобы работать в «белой» части ЮАР, нужно было получить специальное разрешение. В этих автономиях преподавание в школах и институтах велось на языке племени, которое было основным в данной автономии, да и государственным языком был именно местный язык. Медицина была, конечно, на гораздо более низком уровне, чем в «белой» части. Уровень жизни был ниже, а смертность выше, чем в «белых» городах. Но вот ведь что странно: при этом жизнь в автономиях не шла ни в какое сравнение с жизнью соседних стран, где не было этого позорного явления - апартеида. И доказательство этому очень очевидное: когда в 1994 году официально закончилась эпоха апартеида и к власти пришло чернокожее большинство, в ЮАР хлынули толпы нелегалов из соседних стран.

Как проходила всемирная борьба с апартеидом? Весь мир всем миром (простите за тавтологию) давил на буров, весь мир осуждал, клеймил и порицал. Вводились экономическое эмбарго и политическая обструкция. И буры дрогнули! Почти 70% белого населения проголосовало за отмену апартеида. Теперь негры могут сидеть на любых лавочках. Аминь!

Что мы имеем сейчас? Уже почти 20 лет страной правят... скажем так, афроафриканцы. Достижения? Первое место по уровню преступности. Убийств, в процентном отношении, почти в десять раз больше, чем в США (помните, «радуйтесь, что остались живы»?), каждая третья беременная женщина заражена СПИДом, невероятно высоко число изнасилований и даже появился новый вид криминала - изнасилование детей, как «безопасный секс», ведь вероятность того, что ребенок тоже заражен СПИДом все же ниже.

А как насчет процветания? За 20 лет еще ничего особенно не развалилось, но ничего нового и не строится – города сохраняют отблеск былого величия, но ветшают на глазах. Половина «белых» уехала, а вторая половина после пяти вечера не выходит на улицу и запирается за двойными заборами с вмурованными поверху осколками стекла.

А ведь за эти 20 лет выросло поколение «рожденных свободными». Они пошли в университеты, они стали врачами, инженерами, программистами? А зачем?! Зачем, если можно сбиться в стаю и нападать на туристов! Правда, непонятно, что там ищут туристы. Экзотику? Они ее частенько имеют - это очень зкзотично, когда вам к горлу приставляют нож и освобождают от наличности. Красоты природы? Стоят ли они этих острых (в прямом смысле) ощущений.

Но это все, в конце концов, проблемы Южной Африки. А как это касается нас? Помните 1948-й год, когда англофилы в ЮАР проиграли выборы и власть вернулась к бурам? В этом же году произошло еще два события - было основано государство Израиль и Британия утратила свою подмандатную территорию. Прошло совсем немного лет, и теперь «мировое сообщество» во главе с Британией борется за права новых, я бы даже сказала «очередных» угнетенных. У них есть своя автономия, в их школах преподают на арабском языке и учат ненависти ко всему еврейскому. Мы тоже требуем специального разрешения для работы в пределах «зеленой черты» и не приветствуем, когда они ездят в наших автобусах - у них есть привычка взрывать их. Соседние арабы с завистью смотрят на своих родственников - граждан Израиля. Уровень жизни в Израиле и в Египте, Сирии, Ливане несравним.

Некоторая часть израильтян давно борется за права палестинцев. Этих борцов пока не 70% - евреи жестковыйный народ. Но ведь вода камень точит. Во всяком случае, Англии удалось отомстить бурам, когда она лишилась колонии. Израиль на очереди?

УКРАИНА ЗОВЕТ АРМИЮ США

 

Украина хочет стать полем военного конфликта между Россией и США. Надеюсь, что, хотя бы, не ядерного. Всегда сомневался в умственных способностях политиков. Судя по всему - не зря. Путина на испуг не возьмешь, только спровоцируешь на очередную глупость.


Украина надеется на военную помощь США

Власть приложит все усилия, чтобы "игра нервов" в Крыму закончилась без единого выстрела, заявил глава Минюста

Правительство Украины надеется на техническую и военную помощь от США в случае эскалации конфликта в Крыму, заявил министр юстиции Павел Петренко.
В ходе брифинга в Кабинете министров в среду он напомнил, что премьер-министр Украины Арсений Яценюк встречается в среду с президентом США - государства-гаранта территориальной целостности Украины по Будапештскому меморандуму.
"Мы надеемся, что в ближайшее время будет реакция на заявление Верховной Рады, которое было проголосовано в парламенте во вторник, о получении военной и технической помощи в случае эскалации конфликта в Крыму со стороны тех государств, которые взяли на себя обязательства гарантировать безопасность Украины", - сказал Петренко.
По его словам, правительство Украины сделает все возможное, чтобы эта "война нервов" и происходящее в Крыму закончилось без единого выстрела и человеческих жертв. "Мы уверены, что за нами правда, и что весь мир, в первую очередь гаранты безопасности, предпримут решительные действенные шаги для обеспечения целостности и суверенитета Украины", - сказал министр юстиции.

Как сообщалось, Верховная Рада 11 марта приняла обращение к странам-гарантам безопасности Украины - к Великобритании и США - с просьбой сохранить территориальную целостность страны, применяя все возможные меры: как дипломатические, политические, экономические, так и военные.

ЗАКОН ДОМИНО

Галина Тимченко

 В «Ленте.ру» сменился главный редактор

Главный редактор «Ленты.ру» Галина Тимченко оставит свою должность. Такое решение принял владелец объединенной компании «Афиша-Рамблер-SUP» Александр Мамут. Новым главным редактором назначен Алексей Гореславский. Изменения вступают в силу с 12 марта.
Вот и это вольный портал рухнул. Кто следующий?

ЦЕНА СДЕЛКИ



 Вспомнил об этом человечке, с невзрачной внешностью внештатного сотрудника известного ведомства, какой-то суетливой, но в то же время вкрадчивой, манерой поведения, почти через сорок лет после нашей первой и последней встречи.
Сериков проверил мое сочинение о Маяковском, написанное на вступительных экзаменах во ВГИК, и решительно оценил его на двойку. В сочинении этом я написал, что Владим Владимыч дважды прибегал к самоубийству. Первый раз, когда стал пролетарским поэтом "горланом и главарем", а второй, когда понял, что продал душу Сатане.
Надо отметить, что проявил я тогда, в 1965 году, немалое мужество, но сделал это бессознательно, под воздействием некоей эйфории, так как семь предыдущих экзаменов сдал на одни пятерки.
И вот, стоя перед деканатом,  читаю свою фамилию в списках тех, кто может забрать  документы и отправляться по месту приписки.  Ну, пошел я за ними, за документами, а секретарша мне бумажки не отдает, а говорит, что ведутся переговоры о пересдачи мной этого злосчастного экзамена. Ректор решает. Как решит, так и будет.
Ректором ВГИКА был в ту пору милейший человек по фамилии Грошев - типичное порождение хрущевской оттепели, и два еврея – "тяжеловеса" в тогдашней, киношной идеологии: Александр Дымшиц и Иосиф Маневич - направились к ректору с просьбой отменить "смертный приговор", вынесенный мне товарищем Сериковым.
Рассказывали, что Грошев внимательно прочел мое сочинение. Вернул его ходатаям и произнес: "Дурак. Нужен он Вам?" "Очень, - ответил Маневич. – Из этого дурня получится замечательный сценарист". "Пусть Сериков исправит оценку на три", - сказал Грошев. "Не хочет, - ответил Маневич. – Он – принципиальный, настаивает на пересдаче". Осторожный Дымшиц ничего не сказал, но одного факта, что пришел он к высшему начальству вместе с будущим моим мастером, оказалось достаточно. Всесильный ректор пожал плечами.
-         Пусть перепишет и учится, - сказал он.
 Где, в каком месте, Маневич говорил со мной - не помню, но сам разговор  остался в памяти.
-         Это бред, - сказал он, комкая в руках  сочинение о пролетарском поэте. - У тебе что, нет в голове правильных мыслей?
-         Нет, - честно признался я.
-         Тогда слушай, - тихо сказал Маневич. – За ремень спрячешь учебник. Выберешь тему, затем попросишься в сортир, и там правильные мысли усвоишь. Понял?
Не сразу отозвался на заманчивое предложение, и это не понравилось Маневичу.
- Слушай меня внимательно, - сухо и строго продолжил он. – Предлагается сделку. Четыре года тебя будут учить бесплатно, да еще стипендию выдавать в одном из престижнейших институтов страны, но за это ты обязуешься соблюдать правила игры. Ты должен вписаться в систему. Понял? Если нет, можешь больше не искушать судьбу.
-         Понял, - на этот раз не осмелился держать паузу.
 Я так любил кино. Я так хотел учиться в этом замечательном ВУЗе. Я прошел чудовищный конкурс. Я поверил в себя, а тут, вдруг, какой-то Сериков пытается убить мою светлую мечту.
 И вот я стою в вонючем сортире, запершись в кабинке, трясущимися руками лихорадочно перелистываю учебник в поисках нужной главы.  Помню, что за то, списанное, бездарное сочинение о Павке Корчагине, получил четверку. "Принципиальный" Сериков оказался таким же послушным трусом, как и я.
И вот теперь, через 38 лет, я убедился, что переселение душ возможно. Только обычное, без особых чудес: от человека к человеку. Тот Сериков давно, надо думать, скончался, но  вот передо мной его двойник с "редкой" еврейской фамилией …  Я живу совсем в другой стране, соблюдающей совсем иные правила игры, но тот же «Сериков», с милой, лукавой, восточной улыбкой, сообщает, что сочинения мои он оценивает скромно, а, главное, я не вписываюсь в систему, придуманную им, новым главным редактором газеты, в которой я добываю хлеб свой насущный вот уже семь лет.
 Струсив, по своему обыкновение, спрашиваю, а нельзя ли "сочинение" переписать?
-         Нет, - с милой улыбкой палача отзывается Сериков – Лурье. – Вы все равно не вписываетесь, так сказать....
Достал он меня из могилы, призраком, тенью… Призрак так и не смог обжить уютный кабинет прежнего боса. Странный мусор, крошки от сухарей ( сами сухарики лежали на треснувшем блюдце)  вперемешку с пеплом от сигарет, шевелился на черной поверхности стола от холодного и резкого дыхания кондиционера.
Прежде на этом же месте уютно лежали рукописи, газеты, письма… Теперь стол был пуст и зловещ, как плаха палача. И человек за этим столом был не случаен в своей призрачной сути. Он пришел из пустоты и пустоту должен был сотворить вокруг себя.
Тогда, много лет назад, я думал, что есть только две системы. Одна дарует свободу и радость, другая – рабство и горе. Как же я был наивен. В те годы я и понятия не имел о том, что попытаюсь изложить во второй части этой истории.   
В литературе не знаю шедевров выше, чем притчи хасидов. Но это сегодня я так считаю. Прежде, отдавая положенную дань "тяжелой", школьной классике, читал и бесконечно перечитывал истории и сказки Ганса Христиана Андерсена.
Теперь я понимаю, вижу, что многое, сочиненное великим сказочником, написано в традиции мудрецов из еврейских местечек Восточной Европы. Думаю, что серьезная работа по определению философского и литературного наследия хасидов еще впереди. Книги Бубера, Визеля, Ховкина – превосходны, но они носят "представительский" характер и не пытаются исследовать значение творчества хасидов в связи с развитием мировой культуры новейшего времени… Господи! простите меня за эту наукообразность: "… в связи  с развитием культуры новейшего времени", и все-таки тема эта интереснейшая, и работа над ней, хочу надеяться, впереди.
Сегодня совсем другие "размышлизмы" меня тревожат. Впереди маячит новый этап жизни, а это не так просто, когда тебе далеко за пятьдесят. И здесь, убежден в этом, самое главное, не суетясь, исследовать причины, корни происшедшего.
Мне  поможет в этом  память о прошлом, Ганс Христиан Андерсен и Рэй Бредбери.
Личность авторитетная, вроде знаменитого путешественника Миклухо-Маклая,  произнесла как-то, что человек до 30 лет просто обязан сделать что-либо путное – иначе будет поздно. А тут, как раз, выдалась пауза в сценарной работе, и написал я летом 1975 года две вещи, опубликованные совсем недавно в Израиле: "Гори уголек" и "Дело Бейлиса". Сделанное показалось мне достойным результатом писательского труда, и отнес я повесть о приказчике, обвиненном в потреблении крови христианских младенцев  – Иосифу Михайловичу Маневичу. Я понимал, что человек этот, некогда посоветовавший мне найти компромисс с системой, сочинение это не сможет одобрить, но я в тот год  ходил на "пуантах" от гордости и тщеславия. Вот покажу свое сочинение Маневичу, он меня погладит по головке и скажет, что не зря приютил в своем институте автора такого замечательного сочинения.  
Был Маневич добр и мудр в житейских вопросах. Я не учился у него во ВГИКе, точнее, состоял при нем, потому что научить мастерству могут только особые люди. Здесь нужен или специальный педагогический талант или гений художника, способного научить одним лишь  личным примером. Иосиф Михайлович, светлая ему память, не был талантливым педагогом и достойным творцом. Но, повторяю, он был хорошим человеком, а это, как я убедился за годы жизни, - редчайшая профессия.
Так вот, прочел Маневич мой опус, позвал автора к себе и сказал  по-отечески мягко: "Друг мой, по праву учителя, хочу быть с тобой откровенен. Ты заблуждаешься, полагая, что сможешь сделать себе имя и состояние умом, способностями и порядочностью. Мне понравилась твоя повесть, но испугала она меня еще больше. Бросай все это, если хочешь иметь достаток, семью, свой дом и детей. Дело тут, поверь, не в Брежневе и цензуре, а в законах, которым давно подчиняется весь мир".
Ничего нового не сказал мне Маневич. Я и не мог ожидать другой оценки, но рассерчал  тогда на своего учителя. Помню, что целую неделю ему не звонил. Обиделся, что нашел он у меня не талант, а всего лишь какие-то способности, но потом съежился, затих и подумал, а вдруг и в самом деле он прав: и нет во мне победительной силы настоящего таланта, способного преодолеть непреодолимое.
Утешил  себе этой трусливой, малодушной мыслью и согласился зарабатывать впредь глупостью и бездарностью. Воспитание не позволило сделать это еще и непорядочностью, потому и в киношные вельможи не выбился, соорудив два десятка больших фильмов, но получил от жизни все, о чем говорил Маневич: семью, свой дом, детей и прочие "оборочки", в виде дач, машин, гаражей и так далее. Есть, впрочем, замечательная, русская пословица: "От трудов каменных не наживешь палат каменных". Так оно и оказалось, когда пришлось, в очередной раз, подводить черту под доходами и расходами…
Но стоп! Не смей завидовать чужому успеху, чужим деньгам, чужой, не столь уж уникальной способности жить, не испытывая мук совести. Лучше вспомни о своих грехах. Если честно, стало еще одно обстоятельство причиной моего позорного страха в те давние годы. Имел неосторожность читать  "Дело Бейлиса" вслух в разных компаниях. Кто-то из "друзей" настучал на меня, и закончился "стук" этот вызовом в "серый дом", где  очередной Сериков, но уже штатный сотрудник, убедительно попросил неосторожного автора не тиражировать впредь и не читать свой труд.
Знающие люди утверждали потом, что случилось со мной чудо. Судя по всему, план по еретикам - диссидентам Комитет Государственной Безопасности в тот год выполнил досрочно.
Так вот, я поджал хвост и покорно продолжал скулить вплоть до 1987 года. Особых гадостей не писал и не делал, но постоянно гнал от себя даже мысль о возможности заработать  хлеб насущный чем-либо, кроме упомянутых глупости и бездарности.
 Наступила перестройка. Все оживилось, в предчувствии очередного передела благ материальных. Власть подарила народам СССР очередное обещание новой жизни. Поверил клятвам с трибуны и стал писать совсем иначе. Снова занялся еврейской темой, по сути - объяснением в любви к своему народу (лента "Мы едем в Америку), и сведением счетов со злом тоталитарного режима (фильм "Псы"). Вольница продолжалась семь лет. Я был на вершине счастья, зарабатывая свой хлеб умом и способностями. Сам снимал фильмы, писал сценарии, не задумываясь о будущем в эйфории мнимой свободы. Постепенно, большой "отмыв" денег завершился, и законы рынка стали командовать художником еще строже, чем цензура тоталитарного режима. Стало ясным, что "тугрики" снова придется зарабатывать глупостью и бездарностью. А мне этого смертельно не хотелось. Скучно было в зрелые годы вновь погружаться в привычное болото, да еще более мерзкое, чем при большевиках.
Тогда и созрела мысль изменить не только страну обитания, но и характер писательского труда. В Израиле стали выходить толстые русские газеты. Я решил, что найду в одной из них место для себя, и не ошибся.
Началась новая "семилетка" в моей жизни. Счастливое, нужно сказать, время. Денег платили немного, но все равно я был на вершине блаженства, потому что вновь зарабатывал хлеб насущный и даже кормил своих детей умом и способностями.
За эти годы издал несколько книг прозы. Напечатал около 2 тысяч статей, эссе, рассказов. За большинство из этих работ мне и сейчас не стыдно. Что-то приходилось делать "по нужде", но жизнь меня щадила и сворачивала шею лишь иногда, и в щадящем режиме.
Грешил и лукаво каялся, правда, в тихой, скрытной, поэтической форме: "Я себя на сук повесил, и гляжу со стороны. Что-то я в петле не весел, как в когтях у Сатаны. Почем мне непонятны эти прелести основ. Сколько их вокруг распятых, но счастливых чудаков" и так далее.
Все же, " все проходит в этом мире, даже запахи в сортире". Это, кстати, тоже мой, поэтический шедевр. Прошла, судя по всему, и эта счастливая "семилетка". Новые хозяева жизни решили, что газете не нужны мой ум и способности, как и не нужны мои читатели, способные это оценить. Говорят, тому есть другие причины, но не хочу в это верить: слишком уж очевидны повторы в моей судьбе и причинно-следственная связь событий. Слишком часто становится на моем пути товарищ Сериков, в разных ипостасях, вот и в еврейском обличье господина Лурье Макса.
Да и закон, выведенный моим мудрым учителем, я вспомнил не зря. Как там: "Нельзя добиться благополучия умом, способностями и порядочностью". Работая на родине предков, я в который уже раз попытался опровергнуть Иосифа Михайловича Маневича, но снова убедился, что он был прав.
Сам виноват. Способности, ум и порядочность – всегда беззащитны. Не дал Бог особого таланта, умения работать локтями – и не рыпайся. Живи, как все живут. Все предопределено и подписано. И давно известно. "Тоже мне бином Ньютона", как писал талантливейший писатель, которому порядочность помешала стать сытым и довольным шейхом от литературы.
Ну да, а причем тут Андерсен и Бредебери? Вот причем, и будет мне, в связи с этим, дозволено "копнуть" глубже.
Бредебери считал ( рассказ "Улыбка"), что после ядерной зимы, люди откажутся от прежней культуры, считая, что не смогла она предотвратить глобальную катастрофу. Остатки человечества, вынужденные вновь жить в каменном веке, станут мстительно уничтожать книги, картины, скульптуры… Из одного такого пожарища мальчик и выхватит, спасет обрывок полотна; и ночью, при свете костра в пещере, разглядит на нем улыбку Джоконды.
В те годы, когда писал Бредебери свой удивительный, пророческий рассказ – главным "ужастиком" был страх перед ядерной угрозой.
На самом деле, судя по всему, техническая революция и общество потребления разделаются с прежней культурой и без самоубийственной войны.
Массовая культура, на отлаженных конвейерах уже сейчас ставит под сомнение шедевр Леонардо. Время одиночек  в искусстве, похоже, кончилось. "Мой зритель умер", - признался  Федерико Феллини. Увы, умирает не только зритель великого кинорежиссера, но и читатель Томаса Манна и Чехова, Рабле и Толстого… Умирают люди, способные воспринимать настоящую живопись и музыку. Я никого не сужу и не выношу оценок. Время неподсудно. Наступает пора массового искусства по заказу массового зрителя, в которой нет, и не будет места тем, кто рассчитывает на успех с помощью разума и таланта.
А что же Андерсен? В своем "Соловье" он спорит с героями рассказа Бредебери. Андерсен был уверен, что искусство родилось в попытке противостоять озверению человека и только благодаря ему цивилизация людей все еще не превратилась в безумное стадо особей, перегрызающих друг другу горло.
Серую, живую птичку с замечательным голосом выгнали из дворца, заменив ее позолоченным уродцем, состряпанным на конвейере той поры. Но уродец, как это  бывает в мире техники, сломался, а император тяжко заболел, и врачи решили, что помочь ему сможет только пение живого соловья.
Соловей не исчез и не затаил обиду на человеческую неблагодарность. Он спел императору и тот ожил. "Слуги вошли, - пишет в финале сказки Андерсен, – поглядеть на мертвого императора и застыли на пороге, а император сказал им: - Здравствуйте!"
Совсем другой император это сказал, совсем не тот, кто считал прежде, будто уметь устраиваться в жизни,  значит жить по законам глупости, бездарности и непорядочности, слушая песни суррогатного соловья.
Тоже, уверен, и будет со всей нашей цивилизацией. Наступит время страшной душевной, смертельной болезни, когда вместо искусственных, железных птичек императоры, во спасение, призовут живых. Только бы сохранились живые соловьи на земле, не исчезли совсем…
Все возвращается на круги своя. Как обычно, как это бывало и раньше, передо мной две дороги: прекратить эксперимент с крошечным сгустком мыслящей материи, под кодовым названием Аркадий Красильщиков, или снова, в какой уже раз, забыть о том, что хлеб насущный можно зарабатывать умом и способностями?
Чтобы решиться на первое, нужна и сила и мужество. Вернее всего я выберу второе, гордясь в глубине души тем, что зарабатывать глупостью и бездарностью тоже нужно уметь. Вот только завершу эту книгу,  там, уж не позднее понедельника…    
А мир наш, по –прежнему, будет держаться на мужестве одиночек, способных силой подлинного таланта противиться новой чуме, грозящей убить душу теперь уже всего человечества, а не только бедного китайского императора из сказки Ганса Христиана Андерсена.
Недавно был на концерте серьезной музыки. И она случилась, музыка эта, как чудо совсем нежданное. Юноша, по имени Авнер Дорман,  сочинил нечто совсем  неожиданное и прекрасное, по силе равное голосу живого соловья. И дай ему Бог остаться тем мальчиком из рассказа Бредебери, который все еще способен заплакать, увидев на ладони обрывок полотна с улыбкой Моны Лизы.
Я не знаком с Авнером Дорманом, но музыка этого молодого человека натолкнула меня на мысль об этой книге. Книге, о счастливом периоде в моей жизни, когда удалось прокормиться умом, способностями, и не бесчестьем и трусостью, а честью.
В течение семи лет работа журналиста дала мне возможность ездить по Израилю и знакомиться с замечательными людьми и обыкновенными, тоже, впрочем, замечательными в своей обыкновенности. Это был настоящий писательский труд, подлинное знакомство с жизнью. Увлекательное путешествие в неведомое. Можно смело сказать, мои запоздалые университеты. Я постарался понять не только тот новый мир, в который попал, но и себя самого. Наверно по этой причине никак не смог обойтись без "скучных материй", а потому и не буду возражать, если читатель выберет в книге этой интересные ему главы, а мои искания оставит на совести автора. 
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..