вторник, 15 сентября 2020 г.

Елена Пригова | Есть у Революции начало. Нет у революции конца…

 

Елена Пригова | Есть у Революции начало. Нет у революции конца…Опубликовано: 14.09.2020

В городах, управляемых демократами, все жизни, кроме чepныx, обесценены, а полицейские перестали быть нашими защитниками, превратившись в мишени для стрельбы.

Photo copyright: Anthony Crider. CC BY 2.0

Когда основатели трехбуквенной одиозной организации защитников жизней только одного чёрного цвета гордятся своей марксистской тренированностью, то все расставляется по местам в их требовании «Нет справедливости – нет мира!».

Справедливость под знаменем марксизма была отработана ещё сто лет назад и доведена до совершенства Лениным. И у подножия памятника ей лежат миллионы жертв красного террора. Затем революция всегда начинает пожирать собственных детей. Но об этом не расскажут тренированные марксисты-aнтифoвцы, ослепляющие полицейских или расстреливающие в упор 31-летнюю мать, а заодно с ее 24-летнего коллегу.

Именно так хладнокровно из засады были расстреляны два помощника шерифа округа Лос-Анджелеса. А потом раненых полицейских отвезли в госпиталь и толпа, почувствовавшая вкус крови, радостно желала двум полицейским смерти. И эта нескрываемая радость передавалась по социальным сетям, и мир видел, что вместо того, чтобы помогать жертвам, свидетели с радостью транслировали свою реакцию.

От этой нечеловеческой реакции и полного отсутствия эмпатии становится не по себе. Люди так себя не могут вести? Как видим, могут! Как видим, повторяемое многократно «хороший коп – мёртвый коп!», получает своё материальное воплощение в растущем полицейских жизней, гибнущих от рук террористов, воюющих под знамёнами «справедливости» в современном несправедливом обществе перераспределения благ и расового возмездия.

Если кто-то думает, что это идёт охота на полицейских, то глубоко ошибается. Это идёт проверка на вменяемость общества и его реакцию на беспредел жестоких игр, предлагаемых нам в виде обязательного развлечения на ближайшее время. И в этих играх мы все сможем стать жертвами или палачами…

А на другом конце страны, в Нью-Йорке, субботний вечер был ознаменован очередным доказательством живучести учения Маркса. Карл Маркс писал, что вооруженное «восстание, как и война, есть искусство». И вот еще некоторые из правил этого искусства, чтобы люди, далекие от политики, поняли:

«Никогда не играть с восстанием, а, начиная его, знать твердо, что надо идти до конца… Раз восстание начато, надо действовать с величайшей решительностью и непременно, безусловно, переходить в наступление. “Оборона есть смерть вооруженного восстания”.

Вы надеетесь, что протесты, искрами зажигаемые по всей стране, сами по себе потухнут? Не надейтесь! “Революционный держите шаг!”»…

И В.И.Ленина с его «Советами постороннего» тоже прекрасно отрабатывают революционные марксисты. Это ведь больной мозг диктатора продиктовал: «чтобы непременно были заняты и ценой каких угодно потерь были удержаны: а) телефон, б) телеграф, в) железнодорожные станции, г) мосты в первую голову»…

Вот тут и классика жанра субботним вечером отрабатывалась на мосту имени Джорджа Вашингтона в Нью-Йорке, где ВLМ и активисты-aнapxиcты в субботу просто перекрыли движение транспорта, а затем столкнулись с полицией в 34-м участке полиции Нью-Йорка на Бродвее возле W. 183rd St.

Телефоны и социальные сети все это передавали, и мы в очередной раз стали свидетелями верности учения основоположников Всемирного хаоса.

Чем можно ответить на беспредел агрессивной толпы революционной «матросни»? Жестоким порядком и законом. Президент Рейган показал пример восстановления законности.

Очень хочется увидеть хотя бы попытки сопротивления безумию. Но в городах, управляемых демократами, все жизни, кроме чepныx, обесценены, а полицейские перестали быть нашими защитниками, превратившись в мишени для стрельбы.

И в очередной раз вспоминаешь об огромном списке из 269-ти названий компаний, поддерживающих ВLМ и Аntifа.

Тут не хватает сотен имен звёзд Голливуда и демократических политиков. Это они все guilty by association, т.е. виновны по соучастию. Это на их совести беззаконие и кровь. Это они разрушают своей поддержкой террористов нашу страну.

А сегодня, 14 сентября, ровно 216 лет назад, 35-летний адвокат и поэт-любитель Фрэнсис Скотт Ки, написал эти слова «O’er the land of the free and the home of the brave» («Над землей свободных и родиной храбрых»). Эти слова были лишь малым фрагментом поэтического откровения Ки после того, как он стал свидетелем обстрела Форта Макгенри в Балтиморе британскими кораблями в период войны 1812 года. Это слова, ставшие текстом нашего гимна, и они о нашем звёздно-полосатом флаге, который для большинства граждан США все еще является священным. Под этим флагом люди шли сражаться за свободу и справедливость для всех. И даже с началом Гражданской войны «Звездное знамя» превратилось в общенациональную песню. Ее пели как юнионисты, так и конфедераты, под этим флагом американцы воевали в войнах и защищали нашу интересы Соединённых Штатов Америки.

ВLМ и Аntifа сжигают эти флаги и уничтожают тем самым память о миллионах американцев. Революция всегда только об уничтожении кровавом. На сей раз, об уничтожении страны и мира…

Photo copyright: pixabay.com

Читайте также:
· Кэндис Оуэнс обратилась к Леброну Джеймсу: «Если то, что ты имеешь – pacизм, пожалуйста, поделись с другими»
· В Ланкастере вспыхнули протесты после того, как полиция застрелила вооруженного ножом человека
· Почему в Массачусетсе самый высокий уровень безработицы по стране
· Григорий Гуревич | Экономика США. Август 2020
· Донна Хилтон в борьбе за победу Байдена
· Бунтовать надо против Ромни, Буша, Байдена и Харрис

Лиха беда – начало!

 

Лиха беда – начало!

Прокурор Дайана Бектон внедряет новое понятие в практику ведомства: «грабеж по необходимости»

Photo copyright: Diana BectonCEU / Daniel Vegel, CC BY 2.0

Прокурор в округе Контра-Коста, Калифорния, Дайана Бектон заявила, что прокуроры в окружной прокуратуре прежде, чем предъявлять обвинения грабителям, должны учитывать «необходимость» грабителей совершать это действие. По новым правилам прокурор обязан учитывать «Была ли кража совершена с целью получения финансовой выгоды или личных нужд». Согласно новой политики, должностные лица должна принимать во внимание, было ли закрыто помещение (место кражи) или открыто, а также характер, количество и стоимость товаров.

Прокуроры округа обязаны теперь определить, «… было ли это преступление кражей в значительной степени мотивировано чрезвычайным положением или обычная кража на фоне объявленного чрезвычайного положения». Мозги можно сломать в поисках ответов при расследовании. Самый простой вариант решения проблемы определения виновности грабителя – это признать, что он не виновен и отпустить, с извинениями. И это будет правильно по новым требованиям окружного прокурора, потому что грабят исключительно по необходимости. Представитель офиса Окружного прокурора сообщил прессе, что правила были введены в действие из-за пандeмии COVID-19.

Инициатива Дайаны Бектон может быть заразительной, особенно в городе Нью-Йорк, ведь лишние вещички в период карантина никому не помешают.

Интересная параллель во времени: после теракта 11 сентября мэр Джулиани и прокурор города Келли ввели жесткие правила, чтобы пресечь мародерство, и это им сделать удалось. Те, кто на грабежах попались, были серьезно наказаны. В пандемию демократы-прокуроры вводят другие правила – «грабеж по необходимости».

P.S. Окружной прокурор Дайана Бектон, демократ, получивший финансовую поддержку от левого миллиардера Джорджа Сороса, была назначена на этот пост в 2017 году до победы на переизбрание.

Надежда Курилович

Михаил Герштейн | От бункера до Флориды

 

Михаил Герштейн | От бункера до Флориды

О бедах Байдена, мирном процессе на Ближнем Востоке, лгущем The Atlantic и прочих новостях подошедшего к середине сентября

Photo copyright: Elvert Barnes. CC BY-SA 2.0

Избирательная кампания набирает обороты. Правда, если судить по активности кандидатов, в выборах участвует один Трамп, потому что Джо Байден, иногда появляясь на публике, так удачно выступает, что его запихивают обратно в бункер, чтобы привести в чувство. На прошлой неделе разразился скандал, потому что Байден отвечал на вопросы с помощью телепромптера, что было довольно документально зафиксировано. После этого журналисты забросали вопросами начальника его избирательной кампании, который попытался использовать проверенную веками тактику и попытался уйти от ответа и перевести стрелки, обвинив журналистов в том, что они пытаются распространять конспирологическую теорию, придуманную Fox News. На этот раз тактика почему-то не сработала, потому что у журналистов сложилось ложное, видимо, впечатление, что им морочат голову.

Беды Байдена на этом не закончились, потому что он рассказал, что USMCA (новое торговое соглашение между Америкой, Мексикой и Канадой, бывшее одним из основных пунктов прошлой предвыборной программы Трампа, за которое после долгой проволочки Пелози в Палате представителей проголосовали на следующий день после голосования по импичменту, чтобы, видимо, у народа сложилось впечатление, что Трамп к нему никакого отношения не имеет) – хорошо, а NAFTA, одним из главных сторонников которого сам Байден и являлся – плохо, после чего Джо и отправили обратно в бункер.

Тем временем мирный процесс на Ближнем Востоке набирает обороты, и после незамеченного СМИ исторического мирного договора между Израилем и Объединенными Арабскими Эмиратами, о котором во времена Обамы нам бы рассказывали беспрерывно в течение двух, а то и трех месяцев, Израиль заключил не менее исторический мирный договор с Бахрейном, а по дороге наконец-то Косово договорилось с Сербией, и Сербия заодно тоже пообещала перевести свое посольство в Израиле в Иерусалим. Норвегия, в отличие от Америки, на это внимание обратила, и один из членов норвежского парламента даже выдвинул Трампа на Нобелевскую премию мира 2021 года, что повергло американские СМИ в состояние шока, но ненадолго, потому что первым оправился “The Atlantic”, довольно быстро объяснивший, что Нобелевская премия мира уже себя изжила. В этом высказывании есть некая доля правды, потому что эту премию в свое время получили Арафат и Обама, но об этом The Atlantic решил не упоминать.

The Atlantic незадолго до этого напомнил всем о том, что он к журналистике никакого отношения не имеет, опубликовав пасквиль о том, как Трамп в 2018 году, во время визита во Францию по поводу столетия окончания Первой мировой войны, отказался посещать кладбище американских солдат, погибших в той войне, потому что они – “suckers and losers”. Как довольно быстро выяснилось и как прекрасно знают все сторонники Трампа, это было фантазией The Atlantic и анонимных источников, побоявшихся раскрыть свою анонимность из-за, как объяснил нам The Atlantic, “тонкой душевной организации, которую Трамп может обидеть каким-нибудь грубым твитом”. Даже бывший советник по национальной безопасности Джон Болтон, решивший обогатиться за счет антитрампов и написавший мерзкую книжку, в которой он ругал Трампа за то, что тот не слушал его мудрых советов, что нужно немедленно разбомбить все, что движется, заявил, что он тогда был рядом с Трампом и ничего такого не слышал. The Atlantic не смог толком ответить на вопрос, почему анонимные источники ждали своего звездного часа два с половиной года, а не рассказали свою версию событий сразу после поездки Трампа в Париж, когда банда Мюллера еще активно работала над поиском черной кошки в темной комнате, а на носу были очередные выборы в Конгресс. Справедливости ради надо сказать, что The Atlantic это таинственное молчание анонимов совершенно не смутило.

Банда Мюллера тоже в очередной раз попала в новости, потому что обнаружилось, что почти все ее члены регулярно “случайно” стирали все со своих телефонов, сначала переводя их на всякий случай в “Airplane mode”, а потом неожиданно забывая к ним пароль, что грубо нарушало закон о сохранении всех официальных записей.

Бывшего мэра столицы Флориды Таллахасси Эндрю Гиллама, ультралиберального демократа, проигравшего губернаторские выборы 2018 года, в марте этого года полиция, прибывшая по звонку о возможной “overdose”, обнаружила в комнате в отеле в Майами-Бич в сопровождении двух мужчин. Полгода Эндрю отмалчивался, размышляя, видимо, что же сказать своим сторонникам, и, тщательно пересчитав своих товарищей по гостиничному номеру, наконец в воскресенье придумал объяснение, в интервью рассказав, что он – не гeй, а наоборот “bisехuаl”, и это – две большие разницы. Как известно, приставка “bi” означает “два”, что вполне соответствует романтическому времяпрепровождению Гиллама в Майами-Бич, хотя и немного меняет смысл этого слова.

Источник

Ирина Жежко-Браун | Как из наших детей делают aнтиpacиcтoв

 


Ибрам Х. Кенди – восходящая звезда чepнoгo движения. Он первым сделал открытие, что антонимом (противоположностью) слову pacиcт является не нepacиcт, а aнтиpacиcт. Non est tertia (Третьего не дано). Aнтиpacизм, согласно Кенди, есть деятельность по борьбе с pacизмoм. Он сделал на этом открытии головокружительную карьеру. Это все равно, что сказать, что нет понятия неверующий, а есть только воинствующий aтeиcт-пропагандист. Даже наше советское государство требовало указывать в анкетах только то, что мы “не состояли”, “не участвовали” и “не были судимы”, а не доказательства того, что мы боролись за советскую власть. Презумпция невиновности отвергнута Кенди с порога – ответственность доказательства передвинута в нашу сторону.

В Бостонском университете недавно создана новая организация – Центр aнтиpacиcтcкиx исследований. Его главой и одновременно полным профессором стал тридцатисемилетний И.Х. Кенди. Судьба молодого профессора может служить классической иллюстрацией к портрету новой элиты из числа бенифициаров программы позитивных действий и к сегодняшним завоеваниям протестного движения и партии Вlасk Livеs Mаttеr.

Картина мира по Кенди монохромна, в ней кроме чepнoго и бeлoго нет других цветов и даже нет оттенков серого. Его методы обучения aнтиpacизму настолько элементарны, что их можно изложить даже дошкольникам, что Кенди буквально и сделал. Обучение aнтиpacиcтcкoмy подходу, по мнению Кенди, надо начинать с детского сада, более того, с возpacта, когда ребенок еще учится ходить. Вот почему он выпустил книжку-альбом для детей дошкольного возpacта “Ребенок-aнтиpacиcт”. Она стала особенно актуальной в период протестов и беспорядков на pacoвoй почве. Эта книга вошла в обязательную программу обучения в США.

Книга Кенди – пример pacизма наоборот, пример идеологического насилия над сознанием детей. В этом смысле она не очень отличается от разучивания в советских детсадах песен о великом Сталине и стихов о дедушке Ленине. Однако я дам возможность читателям составить о книге собственное мнение.

Книжка-альбом состоит из тринадцати разворотов и на каждом из них есть текст и картинка. Давайте полистаем ее. Мой перевод выделен жирным шрифтом, за ним следует в скобках оригинальный английский текст италиком и мой комментарий к нему. Я переводила, стараясь быть как можно ближе к тексту книги, сохраняя все стилистические выражения автора и не пытаясь делать литературный перевод.

Наше политическое образование в области антиpacизма начнется с посвящения, которым иллюстратор Эшли Лукашевски предварила эту книгу: “Всем молодым людям, чье собственное воображение не сковано представлениями о государственном насилии и превосходстве бeлыx, а также о силе, которой мы обладаем, чтобы построить мир, который является антиpacистским. Я верю в нас”.

Вы можете подумать, что это я так коряво перевела эту фразу. Ан нет! Я использовала программу Гугл перевод, чтобы ко мне не было претензий. Это не единственное место, где мне хотелось поправить текст. В книге еще есть фразы, построенные по модели из “Жалобной книги” А.П. Чехова: “Подъезжая к сией станцыи и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа”.

Добавлю, что на этом развороте изображается ребенок, который учится делать первые шаги. Перевернем титульный лист.

“Бейби-антиpacист выращен, а не рождается им. Ребенок-антиpacист воспитан так, чтобы менять (изменить) общество“. (Аntirаsist Baby is bred, not born. Аntirаsist Baby is raised to make society transform).

Комментарий: На картинке крупным планом изображен чepный мужчина, который держит на груди годовалового ребенка. За спиной мужчины стоят люди с плакатами: “Мы требуем справедливости”, “Paвrнcтвo сейчас”, “Климатическая справедливость есть pacовая справедливость”. Изображая отца с ребенком здесь и далее, автор предлагает всем нам отвлечься от того факта, что примерно трое из четырех чepныx детей сегодня рождаются вне брака, то есть без отца, причем эта доля у чepныx выше, чем у всех остальных pacовых групп в США. Замечу еще, что среди плакатов на картинке нет ни одного о создании и укреплении семьи.

Идем дальше.

“Детей учат быть pacистами или антиpacистами – в этом вопросе нет нейтралитета. Сделай следующие девять шагов для того, чтобы превратить равенство в реальность”. (Babies are taught to be rасist or аntirасist – there is no neutrality. Take these nine steps to make equity a reality).

Комментарий: На картинке ребенок ползет к доске для рисования цветными карандашами, на которой уже написано крупными заглавными буквами “PACA”. Кенди отказывается принять призыв Мартина Лютера Кинга о том, что о человеке надо судить не по цвeтy его кoжи, а наоборот, навязывает ребенку с первых шагов вопрос pacовой самоидентификации. Кредо Кенди укладывается в бинарную логику, в нем нет места людям, которые не определяют себя pacой, этничecкoй группой и (или) цвeтoм кoжи.

“1. Открой глаза и увидь все цвeтa кoжи. Бейби-антиpacист будет знать все цвeтa не потому, что pacы реально существуют. Если ты утверждаешь, что ты не хочешь различать цвeтa кoжи, ты отрицаешь то, что прямо перед тобой“. (Open your eyes to all sкin colors. Аntirаsist Baby learns all the соlors, not because rасе is true. If you claim to be соlor-blind, you deny what’s right in front of you).

Комментарий: Мы опять видим семейные пары, а не матерей-одиночек. В других своих книгах Кенди заявляет, что pacовые различия – есть только социальный конструкт (конструкция); на самом деле, их (различий) нет, но есть социальные последствия этого конструкта – pacизм.

“2. Никто не увидит pacизма, если мы будем молчать. Если мы не назовем pacизм его собственным именем, он не перестанет быть жестоким“. (No one will see rасism if we only stay silent. If we don’t name rасism, it won’t stop being violent).

Комментарий: На этом шаге становится ясным, почему автор призывает детей открыть глаза – им надо увидеть pacизм. Причем не просто pacизм, а жестокий и насильственный. Без какого-либо перехода утверждается, что ребенок в дошкольном возpacте должен знать, что такое pacизм. Политика соlor blind была безусловно лицемерной, однако видеть в жизни, как только ты прозрел и начал различать цвeтa, в первую очередь pacизм, намного хуже лицемерия предыдущей политики.

“3. Укажи на политику как источник pacизма, а не на людей. Некоторые люди получают больше, в то время как другие меньше… потому, что политические механизмы не всегда обеспечивают равный доступ“. (Point at policies as the problem, not people. Some people get more, while others get less… because policies didn’t always grant equal access).

Комментарий: Я столкнулась с двумя проблемами на этом шаге. Первая касалась перевода – английское policy не имеет однозначного перевода на русский: политика, процедура, правила, политический механизм? Остановилась на последнем. Вторая проблема намного сложнее. Как ребенок может знать, что существуют политические правила и механизмы? О них и многие взрослые не догадываются. Кенди нашел простое объяснение policy, а точнее, подмену этому термину: некоторые люди имеют доступ к большему, в то время как другие – к меньшему. Это понимают все от мала до велика. А то, что блага зависят не столько от доступа к ним, сколько от усилий людей и, в частности, наличия отца в семье и результатов работы родителей, Кенди не объясняет детям. Родителей он вообще исключает из этого уравнения. В этой книге ясно виден трюк идеологии антиpacизма: измерять pacизм по доступным благам (уровню потребления) в жизни, а не по равенству возможностей. Политические механизмы в определении антиpacизма – это первое прямое указание на роль государства всех уровней в pacпределении благ, именно государство должно гарантировать, чтобы все было поровну. Обращая внимание детей на доступные им блага, Кенди делает ставку на чувство зависти, воспитывая в детях чувство ресентимента или синдрома ущербной агрессивности. И опять-таки на картинке изображен годовалый ребенок, который еще в принципе не знает, откуда берутся блага жизни, кроме грудного молока.

“4. Кричите: «С людьми все в порядке!». Несмотря на то, что не ко всем pacам относятся одинаково, бейби-антиpacист может провозгласить «Мы все люди!»”. (Shout, “There’s nothing wrong with the people!”. Even though all rасеs are not treated the same, “We are all human!” Antirасist Baby can proclaim.)

Комментарий: На рисунке четыре пары взрослых с детьми на руках (как и прежде, ни одной из них с бeлoй кoжeй). И опять создается иллюзия полных семей.

 
“5. Отметьте все наши различия. Бейби-антиpacист не считает определенные группы лучше или хуже. Бейби-антиpacист любит мир, который действительно разнообразен”. 
(Celebrate all our differencesАntirасist Baby doesn’t see certain groups as “better” or “worse”. Аntirасist Baby loves a world that’s truly diverse).

Комментарий: Тут хочется воскликнуть: “Кто может быть против этого?!”.

“6. Разрушьте пирамиду культурных блоков. Бейби-антиpacист ценит новые группы, которые говорят, танцуют и творят по своему усмотрению. Бейби-антиpacист приветствует все группы, выражающие свои уникальные взгляды”. (Knock down the stack of cultural blocks. Antirасist Baby appreciates new groups speak, dance and create as they choose. Antirасist Baby welcomes all groups voicing their unique view).

Комментарий: На картинке изображен ребенок, опрокидывающий пирамиду детских кубиков. “Cultural blocks” – это не совсем то же самое, что детские кубики. Эта метафора paвeнcтвa всех культур имеет далеко идущие последствия. Сегодняшние схватки протестующих с полицией, убийства полицейских и вандализм в больших городах есть прямой результат разрушения культурных блоков (норм и представлений). Кенди предлагает нам понимать и приветствовать эти группы, выражающие свои уникальные взгляды.

“7. Признайтесь, когда вы ведете себя как pacист. Ничто так не разрушает pacизм, как признание в том, что мы иногда выражаем pacистские идеи”. (Confess when being rасist. Nothing disrupts rасism more than when we confess the rасist ideas that we sometimes express).

Комментарий: На картинке опять изображен кувыркающийся ребенок, что никак не помогает понять смысл этого шага. Что может помочь понять его, так это то, что в реальной жизни Кенди занимается организацией семинаров по антиpacизму в бизнесах и государственных учреждениях по всей Америке, где служащих понуждают вставать и публично каяться в “бeлoй пpивилeгии” и pacистских взглядах. Антиpacисткий центр в Бостонском университете, который возглавляет Кенди, как раз и организует и пишет сценарии для этих семинаров. Они больше напоминают суды чести в сталинское время, чем задушевные беседы с самим собой.

“8. Стань антиpacистом. Ребенок-антиpacист всегда учится, меняется и pacтет. Бейби-антиpacист всегда любопытен и не всезнайка”. (Grow to be antirасist. Antirасist Baby is always learning, changing, and growing. Antirасist Baby stays curious аbоut all people and isn’t all-knowing).

Комментарий: Картинка к этому шагу очень информативна. На ней дети внимательно приглядываются к своим родителям, братьям и сестрам. Один из них прячется за диваном, другой наблюдает издалека с биноклем, третий из соседней комнаты. Пройдя такое обучение в детском саду, дети будут следить за своими родителями и их друзьями, они фактически будут воспитывать своих родителей в духе антиpacизма, что уже и сейчас происходит во многих семьях. Наши дети и внуки станут Павликами Морозовыми.

“9. Верь, мы преодолеем pacизм. Ребенок-антиpacист наделен способностью совершенствоваться, мой друг. И он не судит книгу по ее обложке, пока не дочитает ее до конца”. (Believe we shall overcome rасismAntirасist Baby is filled with the power to transcend, my friend. And doesn’t judge a book by its cover, but reads until… the end).

Комментарий: Картинка изображает счастливый конец истории – эволюция девочки от малыша до взрослой женщины в радостном, полном солнца, цветов и книг, мире. И действительно, эту книгу надо дочитать до конца, так как только в самом конце, а точнее в послесловии, сказано, о чем она.Послесловие Кенди с моими комментариями

Эту книгу действительно нельзя судить по ее обложке. Вы думаете, что эта книга написана для детей? Это не так. Книга заканчивается пояснениями и инструкциями для родителей и воспитателей, именно для них в конечном счете она и была написана. Она предназначена быть учебным пособием в их руках. В методичке во много раз больше текста, чем во всей предыдущей части книги. Далее я предлагаю ее дайджест.

Автор призывает родителей и воспитателей вести откровенные беседы о pacе и pacизме с детьми с самого юного возpacта. “Точно так же как мы учим наших детей быть добрыми прежде, чем они в полной мере поймут, что это значит, мы должны учить их быть антиpacистами до того, как они в полной мере поймут, что такое антиpacизм… Поскольку исследования показывают, что дети окружены pacистскими месседжами в нашем обществе, в наши обязанности входит возражать этим месседжам и тем самым помочь детям стать антиpacистами”.

Далее автор приводит вопросы и темы для разговора с детьми о pacе и pacизме, а также дает советы и подсказки. Родители и воспитатели должны, согласно автору книги, объяснить, что:

– детям не следует ассоциировать власть и авторитет с бeлыми людьми (прошло уже 250 лет с официального освобождения чepных из paбcтвa, однако эта книга все еще учит их “выдавливать из себя paбa” – И.Ж.);

– pacовые различия есть только придуманный конструкт (собственное открытие Кенди – прим. И.Ж.), однако он имеет весьма реальные последствия;

– сознание ребенка не следует pacсматривать как “пустую породу”, иначе общество заполнит его pacистскими социетальными месседжами. Напротив, у ребенка надо воспитать понимание pacизма;

– надо помочь ребенку осознать pacовый состав его школы и его района. Если он посещает сегрегированную школу, объяснить, что это результат pacистской политики и что одни школы получают больше ресурсов, чем другие. Надо объяснить, что дети, которые живут в бедности, недоедают или не имеют крыши над головой, это в своем большинстве чepные или кopичнeвыe. Надо спросить ребенка, почему имеется такое состояние вещей и “объяснить ему, что плохие условия их жизни не являются виной… их родителей” (выделено мной – И.Ж.);

– надо оспорить идею, что со всеми обращаются одинаково. Надо напомнить детям, что существуют pacовые барьеры, которые препятствуют их свободе. “Не все люди имеют доступ к необходимым ресурсам”. Даже в советском варианте социализма так максималистски не ставился вопрос, полное удовлетворение потребностей откладывалось до стадии коммунизма;

– надо поделиться с детьми своим опытом переживания pacизма;

– “поговори со своими детьми о том, что не сами люди pacисты или антиpacисты, а их действия можут быть pacисткими или антиpacистскими”.

На задней обложке сказано, что книга учит детей понимать, что не люди – источник pacизма, а политика (определенные политические решения и практики).

Мы добрались до конца книги, но нигде не нашли ни указания ни примеров того, что считать антиpacистскими практиками в детских садах и школах. Почему вообще их надо было включать в книгу? И другой вопрос, если только действия могут быть pacистскими или антиpacистскими, то почему Кенди назвал свою книгу “Антиpacистский ребенок”? И третий – какова конечная цель такого воспитания?

Мое послесловие к книге

Хотя книга Кенди только о pacизме, она показательна для всех работ по идеологии социальной идентичности и критической теории pacы. Она основана на двух догматах или упрощенных предположениях.

Первый из них состоит в том, что pacовые различия есть только социальный конструкт (конструкция); на самом деле, считает Кенди, этих различий нет. Если поместить его книгу в более широкий контекст идеологии социальной идентичности, то в ней отвергаются не только pacовые, но и биологические, волевые и стохастические различия между людьми, они (различия) все объявляются pacистскими (ceкcиcтcкими, гoмoфoбными и так далее).

Второй догмат Кенди состоит в предположении о paвeнcтвe в обществе всех культур, в том числе поведенческой культуры. Культура в его книжке упоминается только бегло. “Разрушьте пирамиду культурных блоков. Антиpacисткий ребенок не считает определенные группы лучше или хуже”. Если они все равны, то почему носители одних типов культуры, как правило, добиваются высоких результатов в жизни, а носители других нет? Вспоминается книга американских экономистов Дарона Асимоглу и Джеймса Робинсона “Почему одни страны богатые, а другие бедные” (Why nations fail?). Все дело в диcкpиминaции заявляют сторонники идеологии идентичности. Однако все не так просто. Почему же тогда страны с pacово однородным населением, то есть без диcкpиминaции по pacовому признаку, не являются лидерами экономического прогресса в мире?

Выше я сказала, что Кенди и его последователи отвергают практически все различия, кроме экономических. Говоря о pacизме, они выдвигают на первый план экономические и статусные сравнения, которые pacсматриваются ими в отрыве от индивидуальных характеристик, жизненного пути и усилий отдельных людей.

В его другой книге “Клейменные с самого начала” (Stamped from the beginning) Кенди делится своим видением, как достичь paвeнcтвa и паритета всех pac (и этнических групп). В очередной раз в американской истории он предлагает заняться социальной инженерией, а именно, создать “агентство, которое будет агрессивно исследовать все виды неepaвeнcтвa и наказывать тех, кто сознательно или несознательно будет диcкpиминиpoвaть”. Чтобы мы не беспокоились о тоталитарных последствиях деятельности этого агентства, Кенди успокаивает нас тем, что в Департаменте антиpacизма будут работать “профессиональные эксперты по pacизму”, очевидно такие же, как он. Этого пассажа, разумеется, нет в книге “Ребенок-Антиpacист”, однако воспитателей детских садов будут тренировать именно по книге “Клейменные”.

Зададимся вопросом, в чем состоит конечная цель книги “Ребенок-антиpacист” и чему она учит? Вы можете сказать – социальной справедливости для всех. Однако в других книгах Кенди утверждает, что прогресс в области социальной справедливости вполне может идти за счет ущемления прав и диcкpиминaции других pac (в этом и состоит суть политики программы позитивных действий и предлагаемого им Агентства), за счет ограничения базовых прав американцев в целом, в частности, права на свободу слова, на справедливое правосудие и paвeнcтвo перед законом (Mе tоо или обвинения в pacизме) и за счет государственного переpacпределения благ и финансов от одних групп в пользу других. Прибавление социальной справедливости для чepнoй pacы, в его понимании, должно и может идти за счет уменьшения благополучия других групп и ущемления их гражданских прав.

Я выскажу свое предположение о назначении этой книги. Одна из ее главных целей – привить цветным детям чувство ресентимента, а бeлым – чувство вины. Из таких детей в будущем можно будет легко формировать боевые отряды и мобилизовывать их на протесты и другие акции, играя на чувствах ресентимента и вины.

В авторском послесловии Кенди призывает родителей и воспитателей объяснить детям, что они живут в pacистском мире, привить им этот взгляд на мир, научить их видеть весь мир в антиpacистских очках (одна из иллюстраций к книге прямо изображает ребенка в таких очках). Эта книга – самый очевидный пример индоктринации детей и манипулирования детским сознанием.

Теперь, когда вы познакомились с этой книгой и ее концепцией подробно, сегодняшние беспорядки на pacовой почве станут вам более понятными. Вы теперь знаете, чему учат ваших детей и внуков в дошкольных классах и в школе. По-моему, пора начать обсуждать эту книгу и ей подобные на школьных советах и в печати и добиться исключения ее из школьных программ.

Литература

  • Kendi Ibram X. Аntirасist Baby. New York: Penguin Random House, 2020. 24 p.
  • Kendi Ibram X. S

Анна Наринская: Зачем я сделала выставку «Найди еврея»

 https://moskvichmag.ru/gorod/anna-narinskaya-zachem-ya-sdelala-vystavku-najdi-evreya/?fbclid=IwAR2lr1E_c-OQ5hbFX8gMD7CC0mrM1Bv1vYlOrNJ0uDFQgBFaBAp47gnXOm4

, , 4 мин. на чтение

Анна Наринская: Зачем я сделала выставку «Найди еврея»


14 сентября в галерее «Граунд Солянка» открывается выставка «Найди еврея». Ее автор Анна Наринская написала эссе о том, как и зачем она ее придумала.

Это было в середине 1970-х. Как-то вечером моя мама прилегла с книжкой на диван, который стоял в углу так называемой большой комнаты нашей квартиры в девятиэтажке. Прямо у ее уха оказалась розетка. Устройство нашего панельного дома (да и всех, наверное, панельных домов брежневского созыва) таково, что розетка эта проходила насквозь к соседям. И, соответственно, их голоса лились тому, кто лежал на диване, прямо в ухо.

Разговор по другую сторону розетки был очень оживленный и поэтому громкий. Обсуждались члены Политбюро. «Ну Пельше, — говорил один голос, — Пельше очевидно еврей. Ты послушай, как фамилия-то звучит: Пель-ше.  — А Шелест? — подхватывал другой. — Тут вообще все ясно. Суслов…  ну Суслов, наверное, по матери. Ну и Брежнев не без этого — ты его брови видел?»

Потом мама часто вспоминала этот подслушанный разговор, но, сколько ни обдумывала его, так и не смогла понять, кто были эти люди: антисемиты, злобно перечисляющие евреев, которые пробрались на самый верх, или, наоборот, евреи, радостно перечисляющие «своих», которые, опять же, пробрались на самый верх.

Можно сказать, что экспозиция «Найди еврея» построена вокруг этого воспоминания о подслушанном разговоре, хотя сама идея возникла в связи с фактом куда более однозначным, чем отношение наших соседей к евреям.

Дело было так. Мы с мужем обсуждали детское чтение вообще и в частности важные книги нашего детства, которые, к сожалению, не читают наши дети. Речь зашла о «Старике Хоттабыче». И тут он мне рассказал известную, как позже выяснилось, многим, но не известную мне тогда историю о «еврейских шифрах» в книге Лазаря Лагина.

«Хоттабыч» вышел в 1938 году. В первой версии, появившейся в журнале «Пионер», выбравшийся из кувшина джинн выполнял любое желание пионера Вольки при помощи заклинания «лехододиликраскало». Думаю, очень немногие читатели повести смогли распознать в этой абракадабре начало иудейского литургического гимна «Леха доди ликрат кала… » («Иди, мой Возлюбленный, навстречу невесте»). Но и этих немногих оказалось достаточно. В последующих изданиях повести по указанию бдительной советской цензуры заклинание и другие намеки на тексты Талмуда были вымараны, а в фильме 1958 года таинственное «лехододиликраскало» заменили на «трах-тибидох», которое и вошло в массовую культуру. Более того, на переизданиях сказки времен борьбы с космополитизмом и «дела врачей» автор на обложке обозначался как «Л. Лагин» — имя Лазарь казалось слишком вызывающим.

О, подумала я, скрытые еврейские приветики-секретики в массовой культуре времен государственного антисемитизма — вот идея для выставки. А назвать надо как-нибудь совсем просто, в лоб. Ну, например, «Найди еврея». Все виделось очень простым и понятным. Оказалось, все не так просто и не так понятно. И требует исследований, разговоров с людьми, пересматривания, перечитывания и переобдумывания.

Результат такой — мы вместе с моим сокуратором Катей Бочавар и дизайнером Игорем Гуровичем построили в галерее на Солянке небольшую повесть. Не знаю, как описать это точнее. Восемь комнат-глав, восемь иллюстрированных текстов, в которых мы пытаемся ухватить суть феномена советского еврея. Феномена — чего уж тут — чрезвычайно таинственного.

В отличной книжке «60-е. Мир советского человека» Петр Вайль и Александр Генис называют евреев «главной тайной Советского Союза». Евреи существовали в зоне умолчания, пишут они, но это умолчание приковывало к себе жгучий и постоянный интерес. И интерес этот мог оказаться как анти-, так и филосемитским. Причем часто проявления двух этих «интересов» сливались до полного неразличения. Примерно как в услышанном моей мамой разговоре.

За десятилетия существования государственного антисемитизма и, соответственно, той самой зоны умолчания «еврейское» превратилось в субстанцию, существующую одновременно нигде и везде. С одной стороны, из культурного мейнстрима начальственно изымались все отчетливые упоминания евреев: примером этого может послужить недопуск на экран фильма Александра Аскольдова «Комиссар», где еврейское чадолюбие и семейственность противопоставлены безлюбовной идейности. Или инициированный в начале 1970-х телевизионным начальником Сергеем Лапиным запрет на эфир для еврейских исполнителей — Вадима Мулермана, Аиды Ведищевой, Эмиля Горовеца и многих других.

С другой — в тот же культурный мейнстрим инициативой снизу (то есть самими еврейскими авторами) вводились ассоциации с еврейской традицией, специфическим еврейским юмором и так далее.

В нашей выставке мы показываем ряд таких спрятанных примет еврейства, но часто речь шла не о конкретике, а об общем подходе, некой интонации, в которой узнавалось «еврейское». Псой Короленко, много занимавшийся этой темой, характеризует эту ситуацию как «латентный идишкайт»: «“Радионяня”, “Кабачок 13 стульев”, — когда я вспоминаю эти гештальты, кажется, что вот-вот все эти персонажи заговорят на идиш».

Смешно сказать, но в этом деле существовала еще и третья сторона. В ситуации замалчивания «еврейского вопроса» публика была готова видеть намеки на него практически везде. И здесь сходились полубезумные антисемитские выдумки (шестиконечные снежинки на киосках мороженого — знаки мирового сионизма) и филосемитские ожидания (известный миф о еврейском, даже израильском происхождении Чебурашки).

Эта ситуация отражает жизнь общества, в котором практикуется цензура в принципе. Как только некоторые темы насильственным образом выбрасываются из обращения, прячутся — они становятся предметом напряженного поиска. Их начинают вычитывать между строк, высматривать между кадров. Вместо конкретных сюжетов, которые бы спокойно существовали при свободе слова и мысли, возникает некое «облако» недозволенных смыслов, которые все пытаются разглядеть и даже находят. Я, кстати, помню время, когда казалось, что в эту игру мы больше играть не будем. Я ошибалась. Сегодня она не про евреев. Но принцип тот же.

Вся правда о вакцинации от гриппа

 15 сентября 2020, 16:21 

4037

Вся правда о вакцинации от гриппа

Безопасно ли прививаться, когда заболеваемость коронавирусом снова пошла вверх, и стоит ли ждать в этом году поставки в Россию импортных препаратов.


© Фото с сайта Сергея Киселева, АГН «Москва»

В Москве и Петербурге заболеваемость коронавирусом впервые за последние месяцы превысила психологические отметки в 700 и 200 человек за сутки, сообщают СМИ со ссылкой на актуальные данные Информационного центра. При этом почти половина всех зарегистрированных случаев — бессимптомные, а переболевший может распространять коронавирус до 90 дней, заявили в Роспотребнадзоре. Вакцину против COVID-19 пока тестируют на добровольцах.

На этом фоне в России стартовала осенняя прививочная кампания против гриппа. Но безопасно ли прививаться, если ты можешь быть уже заражен коронавирусом и переносишь его без особых симптомов? Можно ли сочетать вакцины против гриппа и COVID-19 между собой? А в какой последовательности? И если прививаться от сезонных вирусов, какую вакцину выбрать?

«По антигенному составу все вакцины от гриппа абсолютно одинаковы. Каждый год ВОЗ дает рекомендации о том, к приходу каких вирусов готовится к следующему эпидемиологическому сезону, и все страны мира, которые производят вакцины, выпускают их против одинаковых штаммов. Какие придут на самом деле — никто не знает, но привиты будут все абсолютно одинаково — против трех или четырех штаммов», — рассказал «Росбалту» главный инфекционист Федерального медико-биологического агентства, заведующий кафедрой инфекционных болезней и эпидемиологии РНИМУ имени Пирогова Владимир Никифоров.

Реклама 07

Какой существует выбор? Российские или импортные вакцины, трех или четырехвалентные. «В прошлом году к нам в Россию импортных четырехвалентных вакцин вообще не привезли. По крайней мере — я не смог их найти. В продаже был Инфлювакс и Ваксигрипп, обе трехвалентные. При этом у нас есть свои — и трехвалентные, и четырехвалентные», — отметил собеседник агентства.

В сущности, принципиальная разница препаратов в том, что одни из них выпускаются с полноценным количеством антигена, другие — с уменьшенной в три раза антигенной нагрузкой, но со стимулятором иммунитета — адъювантом.

«Я буду прививаться вакциной с полноценной антигенной нагрузкой, без адъюванта. Раз я не лежу в больнице, значит, с иммунитетом у меня и так все хорошо, и никакой стимуляции мне не нужно. Я придерживаюсь принципа: не чини то, что и так работает, ведь за всякой стимуляцией закономерно последует период упадка иммунитета. Я не хочу в него попасть. Не знаю, правда, насколько четырехвалентные вакцины с полноценной антигенной нагрузкой представлены в бесплатном варианте. Может быть, их будут делать за плату», — отметил Никифоров.

При этом он подчеркнул, что ни от прививки с полноценной антигенной нагрузкой, ни от прививки с адъювантами заболеть нельзя, и если вы еще не переболели гриппом, пройти вакцинацию никогда не поздно. «Вопрос лишь в том, что с каждым днем возрастает риск, что вы привьетесь, будучи уже зараженным. Это, конечно, нежелательно, но тоже не смертельно. В вакцине содержится не та доза антигена, чтобы как-то серьезно повредить человеку, даже если он находится в инкубационном периоде», — отметил он.

По словам Никифорова, импортную четырехвалентную вакцину пока не достать. «Я, конечно, не особо спешу, но в течение сентября привьюсь. Если к тому времени не найду заграничную, привьюсь отечественной — тоже четырехвалентной, без адъювантов (Ультрикс Квадри). В прошлом году я так уже делал и остался доволен», — отметил собеседник агентства.

По данным СМИ, импортные вакцины завезут в Россию не раньше середины октября — начала ноября. По мнению профессора кафедры управления и экономики здравоохранения ВШЭ, члена Общественного совета при Минздраве, президента «Общества доказательной медицины», доктора медицинский наук Василия Власова, этого может и вовсе не случится.

«Правительство хочет отдать все деньги налогоплательщиков российским производителям вакцин. Даже в том случае, если они разливают импортные вакцины, фасуют в таблетки импортные порошки, все равно они считаются отечественными. При этом никаких гарантий того, что импортные вакцины станут доступны россиянам в октябре или в декабре не существует. Создана такая ситуация, в которой производителям из Франции или Германии просто не выгодно сюда их везти. Слишком маленький рынок. Государство для бюджетной системы здравоохранения закупает российские вакцины, а импортным остаются только частные медицинские центры, которые тоже делают прививки. Плюс ко всему — регулирование цены. В результате, зарубежным компаниям российский рынок просто не интересен», — отметил Власов.

Однако сильно печалиться по этому поводу не стоит, считает он. «Если бы речь шла о серьезных лекарствах, можно было бы. А насчет противогриппозной вакцины точно не следует, потому что толку от нее все равно очень мало. Вообще эффективность гриппозной вакцины в сокращении распространения инфекции не доказана в хороших исследованиях. Вакцинированные реже обращаются за медпомощью — это да. Вероятно, они немного реже заболевают или легче болеют. Но на показатели по гриппу в целом это не влияет: в популяции болеют и умирают столько же.  Из 10 людей только двое заболевают гриппом, остальные в осенне-зимний сезон болеют чем-то другим — простуда, те же коронавирусы. Если даже вакцина защищает от гриппа на 10%, это будет 10% только от гриппа. Такое снижение невозможно ощутить. Так что, все вакцины, которые у нас сейчас есть на рынке, одинаково полезны или бесполезны», — высказал мнение Власов.

Сейчас параллельно вакцинации против гриппа идет набор добровольцев на прививку против коронавирусной инфекции. Насколько они между собой сочетаются, и в какой последовательности их лучше делать, по словам Власова, пока не известно. «По этому поводу существует только общее соображение: нет оснований сильно опасаться того, что противогриппозную вакцину поставят человеку, который уже инфицирован ковидом. Если бы такие основания были, то, думаю, это уже проявилось бы. Ведь Российская Федерация — не единственная в мире страна, где гражданам предлагают привиться от гриппа», — отметил он.

И все же, чтобы не допустить ситуации, что вы придете на вакцинацию от гриппа, болея ковидом в бессимптомной форме, разумно будет предварительно сдать мазок и узнать свой ковид-статус, считает Никифоров.

«Что касается вакцинации против коронавируса и ее совместимости с противогриппозной, здесь тоже нет оснований беспокоиться, поскольку сегодня гражданам России прививка против COVID-19 недоступна, и, видимо, в ближайшие месяцы не будет. То, что сейчас предлагают — это приглашение поучаствовать в клинических испытаниях вакцины, а это не одно и то же», — отметил Власов.

Анна Семенец

Вдова и беспомощная дочь Баталова остались без средств к существованию

 

Вдова и беспомощная дочь Баталова остались без средств к существованию

Они потеряли элитную недвижимость и просят возбудить уголовное дело

Три недели назад вдова великого актера Алексея Баталова Гитана Леонтенко и его дочь Мария, имеющая с рождения диагноз ДЦП, подали в УВД по ЦАО ГУ МВД России по Москве заявление с просьбой возбудить уголовное дело в отношении Михаила Цивина и Наталии Дрожжиной. Как следует из заявления, обманным образом были нотариально оформлены доверенности, позволяющие распоряжаться всем принадлежащим семье Баталова имуществом, всеми денежными средствами на счетах в отечественных и зарубежных банках, доступ ко всей корреспонденции, право совершать любые сделки от их имени. И Гитана и Мария в одночасье лишились огромного состояния. 1/3 доли в четырехкомнатной квартире Дома на набережной. Мастерской Баталова в Доме на набережной. Квартиры бабушки Маши. Квартиры на Кутузовском проспекте. (Вся недвижимость перешла Дрожжиной по договору пожизненного содержания с иждивением.) И всех денег на всех счетах. «Мы остались без средств к существованию», — написано в заявлении.

Они потеряли элитную недвижимость и просят возбудить уголовное дело

Заходим в красивую, уютную квартиру о четырех комнатах в знаменитом Доме на набережной (правительственный дом, от Кремля пешком 10 минут), которая уже частично не принадлежит Баталовым. С порога нас встречает взволнованная Гитана — вдова артиста. Она рада нашему приходу, но спешит рассказать о своей большой беде.

ВДОВА АЛЕКСЕЯ БАТАЛОВА ГИТАНА ЛЕОНТЕНКО

А именно — квартиры, некогда заработанные Баталовым для жены и дочери, инвалида с рождения, по большей части оказались переписаны на имя Наталии Дрожжиной, которая вместе со своим мужем Михаилом Цивиным вошли в доверие к вдове артиста. Доступ к счетам также был у них. А на счетах хранилась приличная сумма. В частности, на Машином счете лежали 107 тысяч долларов. Все счета сегодня или закрыты, или обнулены.

Яндекс.ДиректЕСТЬ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ. ПОСОВЕТУЙТЕСЬ С ВРАЧОМ

— Забрали даже 4 доллара, которые лежали на другом счете, — возмущается Гитана. — Потом мы открыли банковскую ячейку, где должны были находиться документы, ордена, ценности, — а там пусто! Только часы Алешины золотые остались. Помню, он говорил, что когда будет совсем туго, их можно продать и деньги потратить на массаж Маше.

Что же получается? Знаменитый артист оказался провидцем, и таки настало оно, это страшное время, когда уже «туго совсем»?

В комнату на инвалидной коляске заезжает дочь Баталова Маша и начинает рассказывать (как может), что произошло.

— Я говорила маме, что не надо им верить! — Маша волнуется, пытаясь передать историю обмана. — Мама не слушала меня, она верила им!

Под «ними» Мария подразумевает всю ту же семейную пару: заслуженную артистку России, почетного академика Международной академии культуры и искусства Наталию Дрожжину и ее мужа юриста Михаила Цивина.

Эти люди появились в жизни Баталовых еще когда был жив Алексей Владимирович.

— Они уговорили Баталова стать ректором Университета культуры Академии МВД, — рассказывает близкий друг семьи. — Алексею Владимировичу было интересно, он ездил туда, рассказывал о Достоевском, о Гоголе. Но в полной мере они начали действовать три года назад, когда он умер.

ДОЧЬ БАТАЛОВА МАРИЯ С МАТЕРЬЮ ГИТАНОЙ.

У Баталова остались жена — на сегодняшний день 85-летняя Гитана Леонтенко — и 52-летняя дочь Мария.

— У Маши, — продолжает наш собеседник, — с рождения диагноз ДЦП, своеобразное мышление и собственное представление о жизни, которой она толком не знает, но при этом Маша раскусила их сразу. Она все время говорила маме: «Они люди ненадежные!» Но Гитане было удобно, они отвозили ее в больницу, привозили продукты, устраивали дни рождения в ЦДЛ, делали поминки. Все за деньги Гитаны, конечно же, но они делали это.

— Все, что они делали для семьи раньше, не вызывало вопросов?

— Я бы так не сказал... Они поставили Баталову памятник — на мой взгляд, такой чудовищный, что я даже на кладбище не могу ездить, видеть, как летят эти золотые журавли, предел безвкусия... И поставили они его не на свои, как я знаю, деньги, а на средства Союза кинематографистов. Но Гитане важно, что памятник этот есть. Они установили доску на Доме на набережной, где, собственно, и проживал Баталов, — этакое чудовищное произведение, где Алексей Владимирович изображен с каким-то знаком на груди: то ли Героя Социалистического Труда, то ли с каким-то другим, еще там и книги, и церкви, и бог знает что... Но она установлена! Гитане все это было очень важно.

Video
Копировать видео ссылку
Проиграть / Остановить
Выключить / Включить звук
Сообщить о проблеме
Язык
Mox плеер

Впрочем, как оказалось, Гитане также не нравилось, как увековечена память ее мужа, но интеллигентность и врожденное благородство не позволили высказывать претензии:

— Они сделали ужасный памятник Алексею с золотыми журавлями, а я хотела крест. И я так хотела вот эту фотографию его поставить (показывает), а они сделали все по-другому. А какую чудовищно безвкусную мемориальную доску они придумали! Маша возмущалась, а я молчала, мне было неловко — наивно думала, люди ведь ради нас стараются, помогают. Я была под полным их влиянием.

ВДОВА АЛЕКСЕЯ БАТАЛОВА ГИТАНА ЛЕОНТЕНКО

Вдова Баталова рассказывает, в общем-то, нехитрую и очень по-человечески понятную историю, как втирались в доверие к ней, оставшейся после смерти мужа разбитой, опустошенной, беспомощной с дочерью-инвалидом на руках, эти люди.

— В наш дом были вхожи немногие, — рассказывает Гитана. — Юра Норштейн, Кеша Смоктуновский… Но среди вхожих оказалась и Наталия Дрожжина. Она была от милиции, а Алеша там читал бесплатные лекции — о Достоевском, о жизни… Вот так она к нам и попала. Алеша болел, она и ее муж все время хлопотали, помогали, что-то доставали. В общем, они окружили нас заботой, любезностью.

— Как они повели себя после смерти вашего мужа?

— Когда Алеша умер, я была в таком шоке, что даже плакать не могла. Все замерло. И они занялись похоронами. Они вообще многие похороны артистов организовали от Дома кино. Никита Михалков их отлично знал, но он мне ничего не рассказывал про них.

— Была какая-то воля Алексея Владимировича по поводу своих похорон, эти люди выполнили ее?

— Алеша хотел быть похороненным на Преображенском кладбище, где его мама, где моя, где отчим. И вот они взялись выбить место. И все время надо было что-то подписывать, то тот документ, то тот, то одним заплатить людям, то другим. Я настолько им стала доверять, что отдала им сберкнижку. Я в тот момент почти не ходила (ноги от горя отнялись), они оплачивали счета за квартиру и т.д.

На какое-то время Гитана полностью доверилась Дрожжиной и Цивину. Ведь ее старинные друзья жили своей жизнью и могли бывать у вдовы нечасто, а эти двое не покидали квартиры. «Они у нас каждый день, — объясняла близким Гитана свою возрастающую привязанность к этой семейной паре, — а вы приходите от случая к случаю». Дело дошло до того, что старые, верные друзья уже старались не заходить тогда, когда в доме бывала эта парочка. А Гитана тогда все списывала на ревность: «Вы их просто не любите, а они — прекрасные люди!»

Первый звоночек прозвенел, когда выяснилось, что Гитана дала втершимся в ее доверие людям генеральную доверенность на ведение всех дел.

— У Баталова есть вторая дочка Надя, она от первого брака, у меня с ней тоже хорошие отношения, как и с его братом Мишей Ардовым, — продолжает близкий друг семьи. — Надя, к слову, всегда вела себя абсолютно достойно. Никого постороннего не посвящала в дела семейные. И вот Надя мне вдруг говорит: «А ты знаешь, что Гитана дала генеральную доверенность на все?!» Я тогда был просто поражен и попытался поговорить с Гитаной: «Как ты могла? Доверенность дается на что-то, что значит «на все»?» Она же мне отвечает: «А я не знаю, что подписала». Все дело в том, что у нее началась катаракта, она не видит, а Цивин убеждал, что надо что-то подписать, потому что Машу требуется обслуживать...

ЦИВИН И ДРОЖЖИНА ВОШЛИ В ДОВЕРИЕ К ВДОВЕ АРТИСТА.

Как произошло роковое подписание документов, рассказывает и сама Гитана:

— Как я подписала все доверенности, даже не скажу. Никто мне бумаги не зачитывал, а я тогда с катарактой была. Они отвезли меня к своему доктору, не дали мне лечить ее самой, — печально говорит она.

Но даже этот факт еще не открыл глаза Гитане. Взрыв произошел, когда Дрожжина и Цивин замахнулись поистине на святое. А именно, они проговорились про опекунство над Машей.

— Тут Гитана прозрела! — говорит близкий друг семьи. — Ведь они с Алексеем Владимировичем положили жизнь на то, чтобы сделать Машу субъектом. Она получила высшее образование, пишет книги. И вдруг опекунство! И тут Гитане впервые в голову пришло, как же это так? Какое опекунство? Зачем? Это чтобы распоряжаться имуществом? А они ей: «Вы же подписали документы!» А никаких документов-то у Гитаны и нет!

Гитана вспоминает, каким болезненным оказалось прозрение:

— У нас начался ремонт, кругом пыль, грязь. И Цивин под это дело забрал все документы, Алешины и мои. Время идет, а он бумаги назад не приносит! Когда я стала спрашивать про них, он на меня наорал. Я вдруг поняла, что происходит что-то непонятное. И тут Дрожжина проговаривается, что она — опекун Маши. У меня просто сердце остановилось. Какой опекун? Я — мама, живая! Есть родная сестра Надя! Какие могут быть опекуны среди чужих? И главное — Алеша мечтал сохранить Машу как дееспособного члена общества. В общем, когда Дрожжина заикнулась об опекунстве, у меня открылись глаза.

Вот как об этом эпизоде рассказывается в заявлении с просьбой о возбуждении уголовного дела:

«В начале июля 2020 года я обратилась к Цивину М.С. с просьбой отдать мне ключ от банковской ячейки, которая была оформлена на мое имя и куда были помещены все документы, наличные денежные средства и личные вещи моего покойного супруга. В ответ от Цивина М.С. в грубой форме я услышала, что «я уже выжила из ума», что «в моем возрасте не о деньгах, не о другом имуществе думают, а собираются на тот свет», что «жить мне осталось немного». Про Машу он сказал, что «необходимо поставить вопрос о ее дееспособности, то есть назначении его опекуном. Ключ он мне так и не передал».

Все это меня крайне встревожило и насторожило. Маша действительно больна физически и не имеет возможности самостоятельно, без посторонней помощи, себя обслуживать, но ее умственные способности и ее дееспособность не вызывают сомнений. Попытки Цивина М.С. стать опекуном, полностью лишить нас возможности распоряжаться нашими правами и на законном основании управлять нами, нашим имуществом, изолируя нас от всех наших друзей и знакомых (что он и делал на протяжении двух лет), привели меня просто в yжас. На мою просьбу «оставить нас в покое, вернуть все имущество, деньги и личные вещи обратно» Цивин М.С. стал отпускать угрозы в наш адрес, что «мы еще пожалеем».

— Как вы узнали, что ваше имущество вам не принадлежит больше?

— Я поняла, что происходит. Друзья помогли сделать запросы в Росреестр, найти и связаться с нотариусом. Оказалось, все оформлено так, что Маша подписала на меня генеральную доверенность на все движимое и недвижимое, а я — договор пожизненной ренты. Но мы, повторюсь, понятия не имели, что подписывали! Мы никогда бы этого не сделали, если бы только могли предположить такое. По сюжету Агаты Кристи им осталось меня столкнуть с лестницы, а Маше достаточно было слегка дать по голове. И все. И еще бы нас хоронили эти люди и ходили на могилу с цветами.

Гитану и Марию также волнует вопрос создания Благотворительного фонда им. Алексея Баталова. Они говорят, что фонд был создан по инициативе все того же Цивина М.С., без их участия, но, как им позже стало известно, от их имени. Так как из УФНС России по г. Москве они получили копию общего собрания учредителей благотворительного фонда «Благор» им. Алексея Баталова от I2.07.18, согласно которому значатся в числе учредителей.

— Данный документ ни я, ни Маша не подписывали, — уверяет Гитана, — о создании данного фонда не знали.

Сегодня они просят правоохранителей провести проверку «во избежание обмана и мошеннических сделок через этот фонд с использованием имени дорогого и любимого нам человека, народного артиста СССР Баталова Алексея Владимировича».

А каково участие во всей этой криминальной истории Марии Баталовой?

Перед нами объяснение, данное в ГУ МВД России по городу Москве майору полиции Шестову от имени Маши. «По существу заданных мне вопросов могу пояснить следующее: с Цивиным М.С. и Дрожжиной Н.Г. я познакомилась в 1998 году. Сближение с ними произошло в январе 2017 года, незадолго до смерти моего папы Баталова А.В., до этого папа их не пускал. Особой помощи от Цивина М.С. и Дрожжиной Н.Г. я не получала, они чем-то помогали моей маме Леонтенко Г.А. Во время общения с Дрожжиной Н.Г. она говорила, что решила написать на меня завещание на принадлежащее ей имущество. Копию данного завещания она через какое-то время нам привезла, однако я его не читала. Какого-либо намерения отчуждать принадлежащее мне имущество в пользу Дрожжиной Н.Г. у меня не было. Про существование договора ренты, подписанного от моего имени, мне ничего известно не было, однако я помню, как в моем присутствии мама Леонтенко Г.А. подписывала какие-то документы, в том числе договора, но что конкретно это были за документы, мне неизвестно. При подписании данных документов присутствовал только Цивин М.С., который и передавал их на подпись, иных лиц, в том числе нотариуса, при их подписании не было».

И далее стоит подпись — Баталова. Подписано так, как будто царапал пятилетний ребенок, но в действительности эта подпись — образец огромного мужества и родительской преданности Алексея Баталова и его жены Гитаны. Научивших своего рожденного с безнадежным диагнозом ребенка читать, писать и, главное, осознавать прочитанное. Иметь право подписывать документы, а значит, быть полноправным и полноценным членом общества. И это — огромное мужество самой Маши, всю жизнь живущей вопреки недугу. Мужество, которое было растоптано в одночасье.

— Мы поженились с Алешей в 1963 году, — рассказывает Гитана историю своей жизни с Баталовым. — А знакомы мы с ним были с 1953 года. И знаете, он не сказал, что он женат был тогда, при нашей первой встрече. Но я очень рада. И с тех пор мы не расставались. Алеша был у меня на первом месте. Все хозяйство было на мне. Меня звали сниматься в кино много раз, но я считала себя не актрисой, а наездницей. Потом, когда ушла из цирка, завершила свою карьеру и полностью отдалась заботам об Алеше и Маше.

АЛЕКСЕЙ БАТАЛОВ С ДОЧЕРЬМИ НАДЕЖДОЙ И МАРИЕЙ.

Алексей Баталов устроил Гитану рожать в Кремлевскую больницу, а там женщину убедили, что она сможет все сделать сама — ведь спортсменка, гимнастка, наездница! В общем, не помогли ей… Баталов потом говорил: «Родила бы в обычной больнице, может, этого бы и не случилось». А случилась родовая травма. И Маша появилась на свет с синдромом ДЦП. Всю жизнь с помощью родителей и их великой жертвенной любви она билась за то, чтобы научиться тому, что другие умеют, не задумываясь о своем великом счастье уметь, а также тому, на что другие, рожденные здоровыми, не способны вовсе.

— Из-за своего диагноза Маша ничего не может делать сама, за ней нужен уход. Она даже зубы почистить не в состоянии или взять ложку, чтобы поесть, но у нее светлая голова, — рассказывает близкий друг семьи. — Она не просто абсолютно адекватна — она талантлива. В 2008 году Маша получила награду из рук режиссера Рязанова за лучший сценарий для фильма «Дом на Английской набережной». Она выпустила три книжки детских сказок, одну из которых иллюстрировал Алексей Владимирович.

Баталов делал для дочери все. Он, казалось, жил ради нее. А Муська (как называл ее отец) вышла в него характером — настойчивая, усидчивая.

— Она смогла не просто окончить школу, но даже и институт. Она все время работает, она такая умница, — с нежностью говорит Гитана. — Вот за этим столом она пишет. Клавиши нажимает носом… Смотрите, сколько ее книг издано! По ее сценарию снят фильм. Если не верите, вот посмотрите, мы сохранили на память билеты на сеанс в Дом кино… Маша пишет замечательные сказки, почитайте! Она обожает музыку, ходит в консерваторию… Алеша всю жизнь свою положил на то, чтобы Маша была нормальным человеком, чтобы она была свободной! И вот это все отняли сейчас…

Вдова показывает жилище, где все дышит Баталовым. Комнату за комнатой. Кажется, великий артист только-только ушел отсюда на работу. Вот тут он надевал свой любимый костюм, а здесь причесывался. Тут закурил сигаретку, тут выпил чашечку чая… И рядом всегда была Маша.

— Он очень хотел, чтобы у Муськи, так он любил называть дочь, была большая комната с балконом, куда бы легко проезжала инвалидная коляска, — рассказывает Гитана. — Вот эта комната. Здесь все устроено для удобства Маши.

Надо сказать, что квартиру в свое время Баталов выхлопотал у Моссовета, когда ему уже было 60 лет. И сделал это именно ради дочери.

— Вот это комната Алеши, — Гитана показывает комнату. — Мы с Машей старались сохранить все, как было при нем. Маша даже шариковую ручку его бережет, никому не отдает. Может быть, когда-то это музей будет. Маша любит здесь спать, она очень тоскует по папе. Страшно подумать, что одна треть вот этой комнаты уже не наша. А еще у нас была его мастерская, мы узнали, что она продана, когда хотели поселить туда сиделку, ухаживающую за Машей. Нас никто даже не спросил: хотим ли мы продавать? Это так подло!

Последние годы Баталов собирал деньги, чтобы после его смерти они дали Маше возможность быть совершенно независимой. Если бы он только мог представить, что всех его сбережений Маша лишится в одночасье…

Единственно, что не успели перевести, — так это дачу.

— Ранее шла речь о том, что на дачу Баталова уже тоже есть претенденты, что часть ее захватили, какая сегодня ситуация?

— На территории этой дачи сосед Баталовых построил баню на части участка Алексея Владимировича, — рассказывает близкий друг семьи. — Цивин же все время подзуживал: надо вести судебный процесс, я найду адвокатов. И процесс такой был. Но до сих пор, хотя есть судебное решение, что это незаконное строение и оно должно быть снесено, ничего не меняется. Цивин же начал уговаривать Гитану на даче сделать Дом ветеранов кино имени Алексея Баталова. И она повелась на его уговоры. Говорила мне: «Они — честные люди, и это замечательная идея — увековечить память Алеши. Так хорошо будет: дача, а рядом двухэтажный дом ветеранов...» До сих пор эта история не завершена.

— Гитана готова к борьбе, ей хватит на это сил?

— Гитана прожила все свои годы за спиной Алексея Владимировича, она не знает, что такое жизнь. Она 40 лет не выходит из квартиры, потому что она ухаживает за Машей. В дом абы кого не пустишь. Маша тоже человек с характером. Сегодня Гитана раздавлена тем, что она оказалась такой доверчивой, говорит: они меня околдовали!

ЭЛЬДАР РЯЗАНОВ ПОЗДРАВЛЯЕТ МАРИЮ БАТАЛОВУ С НАГРАДОЙ ЗА ЛУЧШИЙ СЦЕНАРИЙ.

— Сестра Маши по отцу Надя помогает в этой сложной ситуации?

— Надя дала пояснения, и еще трое свидетелей сделали это.

Мы связались со старшей дочерью Алексея Баталова Надеждой.

— Надежда Алексеевна, были ли Цивин и Дрожжина вхожи в дом вашего отца?

— Впервые я увидели их, когда отец еще был жив, на каком-то мероприятии в ресторане. Цивин тогда был очень услужлив и старался держаться на виду. Помнится, я еще спросила папу: «Кто это?» А он отмахнулся: «Да я не знаю!» В доме отца при его жизни я их не видела никогда. Зато на его похоронах и поминках по нему они уже “присвоили” себе распорядительные функции. Как будто они там были самые главные. Потом я уже постоянно стала видеть их в ток-шоу, когда начался судебный процесс с соседом по даче. Их сразу стало как-то очень много. Я сперва думала, что это у них такой способ заработка — участие в ток-шоу. Знаете, есть такие люди, которые вертятся возле известных людей, участвуют в их жизни, имеют с этого какой-то свой процент. Такая вот работа.

— Как им удалось настолько втереться в доверие к Гитане?

— Гитану и Машу смерть отца очень подкосила. Они были совершенно потеряны, а эти люди рассыпались в сочувствии, навязывали свою заботу. Психологически верно сыграли на тонких струнах души, на памяти отца. Развернули бурную деятельность: фонд, памятник, памятная доска… Все это требовало подписей на документах. Потом коронавирус. Гитана и раньше мало выходила из дома, а с февраля они с Машей находились на жесточайшем карантине.

— К вам Цивин и Дрожжина пытались, грубо говоря, подъехать?

— Они мне предлагали возглавить фонд имени отца, чтобы я стала его президентом. Но я сразу сказала Гитане, что мне не о чем говорить с этими людьми, и я не буду участвовать ни в каких делах, к которым они причастны. Лично мне они были неприятны. Теперь еще надо будет проверять, как там все было организовано в этом фонде.

— Когда вы забили тревогу?

— Время шло, и мне ситуация нравилась все меньше. Они же между тем начали заниматься памятником, памятной доской, а потом прозвучало слово «доверенность».

— Что вы предприняли?

— Я высказала Гитане по этому поводу свою позицию очень жестко. Но мне и в голову не могло прийти, что ситуация достигнет таких масштабов! Размеров такой наглости я и представить не могла! У меня в голове не укладывается, как можно так обобрать вдову и инвалида! Здесь не может быть никаких мировых соглашений, это по сути — уголовное дело. Это же будущее Маши на самом деле! Я еще боюсь, не ходили ли они по богатым людям с просьбами якобы помочь вдове Баталова и его дочери-инвалиду? Господи, мне так стыдно!

— Вам стыдно? А вам-то почему?

— Мне очень стыдно, что имя моего отца в последнее время связывается преимущественно со скандалами. Я сейчас испытываю злость, сожаление, но стыд сильнее всего. Это все очень отвратительно.

— Дрожжиной и Цивину следовало бы стыдиться!

— Да им-то, думаю, не стыдно! Более того, они написали встречную бумагу, якобы они, наоборот, таким образом охраняли Гитану и Машу от каких-то мифических мошенников, которые пытались их обобрать. Это у них такая форма защиты. А вы знаете, как подписывается Дрожжина? «Заслуженный работник МВД и член Единой России».

На кого же сегодня пытаются перевести стрелки Цивин и Дрожжина?

— Нам сказали, что Дрожжина, которая является проректором Университета культуры Академии МВД, якобы написала министру внутренних дел Колокольцеву, что, дескать, появилась некая дама, которая хочет завладеть имуществом Баталова. Это было электронное обращение, — говорит друг семьи.

— Кого же она имеет в виду?

— У Баталова при жизни был близкий друг — инженер, с которым они занимались машинами, последние 20–30 лет Алексей Владимирович покупал авто, разбирал их и собирал обратно — это было его хобби. Этот инженер умер, осталась его вдова Марианна и ее невестка Татьяна, они вхожи с дом Баталовых. В конфликт с Дрожжиной и Цивиным Татьяна вступила с самого начала, как только те появились, но ее отодвинули, уверили Гитану, что она выступает против них из корыстных побуждений. Татьяну, по ее словам, и обвинили в том, что она якобы стремится завладеть имуществом Баталова.

У вдовы и дочери Баталова денег нет, ведь все счета опустошены. Друзья скинулись, помогли материально, чтобы семья смогла нанять адвоката. Сейчас вся надежда на следствие.

Поверить в то, что вдова могла в здравом уме, по сути, отдать свою судьбу и судьбу дочери в руки совершено чужих людей, — сложно, почти невозможно. Тем более при живых близких. Хотя понятно, ведь женщине 85 лет. Но допустим, она все-таки осознанно приняла это решение. Неужели она его не может поменять? Может. Закон это позволяет. Верховный суд РФ не раз указывал: договор по требованию одной из сторон может быть изменен или расторгнут в случае существенного нарушения. А таковым, согласно ВС, является нарушение, которое приносит другой стороне немалый ущерб. Семье Баталовых ущерб нанесен, это очевидно. Они лишились имущества и средств к существованию. Один только факт, что уже отчуждена часть квартиры, где жил артист и которую берегли как музей, — тому подтверждение. Нарушены права Маши, которые государство должно вообще оберегать по-особому, с учетом ее заболевания. Маша подписала все документы на мать, но она не соглашалась на то, чтобы вместо матери ее имуществом и ее жизнью распоряжались другие. Она не могла даже представить, что такое произойдет.

Квартира Баталова похожа на художественную галерею — везде картины, картины… Одни — рук самого Баталова, другие — дорогих друзей, например, Норштейна.

— Это портрет Анны Ахматовой, она позировала Алеше, — говорит Гитана. — А вы знаете, что Алексей Владимирович — ученик живописца Роберта Фалька?

Гитана на время словно бы отвлекается, начинает улыбаться, а потом резко обрывает дорогие сердцу воспоминания:

— Помогите нам! Защитите, спасите Машу!

Она обнимает дочь и начинает плакать: «Прости меня, Маша, за то, что этих людей пускала в дом, и за то, что верила им». Но Москва, как известно, слезам не верит. Вряд ли престарелая вдова Алексея Баталова сможет в одиночку отстоять свои права, вряд ли это сможет сделать и его дочь-инвалид. Потому вступиться в этой истории за них должны все мы.

Просим считать настоящую публикацию обращением на предмет нарушения закона в органы прокуратуры и основанием для проверки, требующей принятия мер прокурором.

Вдова Алексея Баталова Гитана Леонтенко показала комнату великого актера

СМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..