пятница, 22 июля 2022 г.

Это не клиническое безумие. Это — клиническая идеология

 

Это не клиническое безумие. Это — клиническая идеология

Ещё несколько лет назад, даже несмотря на взятие Крыма, многим наблюдателям казалось: режим Путина настолько коррумпирован, что его интересуют исключительно деньги и никакой идеологии у баснословно богатых «верхних людей» нет. Дети и внуки за границей, активы — там же, а потому все эти игры в «скрепы» и «вставания с колен» — исключительно для внутреннего употребления, чтобы народ держать в консолидированном вокруг вождя состоянии.

Однако начало «специальной военной операции» оказалось настолько иррациональным и самоубийственным актом, что ничем иным, кроме идеологических фанаберий, объяснить его невозможно.

Это не клиническое безумие. Это — клиническая идеология.

«Спецоперация» — это и активная идеологическая операция, практическое применение фактически сложившейся и даже закреплённой в Конституции в виде «традиционных ценностей» государственной идеологии. Собственно, зафиксированный в 2020 году отказ от ротации высшей власти в России (обнуление президентских сроков) — не просто политический или технический инструмент её сохранения, но и идеологический. Просто потому, что возможность ротации власти — основа любой либеральной и демократической идеологии. Несменяемость власти, возведённая в принцип, — это категория идеологии ультраконсервативной и сознательно архаичной.

Вымышленный «Русский мир» — империалистическая антиутопия, в которую Путин поселил российскую нацию.

В этой идеологии есть и некоторые фундаментальные сюжеты, и специфически постсоветские. Например, фактический — и очень давний — отказ руководства России считать суверенитет Украины чем-то полноценным. Но и эти специфические особенности — следствия не только и не столько политических зигзагов авторитарного режима, сколько фундаментальных идеологем и мировоззренческих подходов. А именно,

  • во‑первых, имперского мышления и,
  • во‑вторых, восприятия постсоветских территорий (да и мира в целом) как сфер влияния и интересов.

Во многом это личная идеология первого лица государства — как минимум в том, что касается своеобразной трактовки им советской истории, где Ленин с Хрущёвым неправильно поделили границы, а Путин их поправил. И собственно, историческая миссия сегодняшнего президента России — правильным образом перечертить карту мира в границах того, что он и его идеологи называют «исторической Россией».

В терминах Путина — «возвратить и укрепить» утраченные территории империи: именно так он определил миссию Петра Великого, не столько модернизатора, сколько императора и собирателя земель.

Путин видит себя в истории вторым Петром. Историческая справедливость восстанавливается силой русского оружия, которое заряжено ещё и идеологической энергией.

Поскольку в идеологии российского государства больше нет марксизма-ленинизма, его место занимают так называемые традиционные ценности (ещё недавно их называли «духовными скрепами») и славная мифологизированная — или, как выражается Путин, «тысячелетняя» — история России. Историческая политика тоже обретает прикладной политический смысл, становится инструментом управления страной.

Внутри этой политики существуют свои стандартные нарративы, казалось бы, забытые, но теперь извлекаемые из идеологического арсенала ещё сталинского времени.

Например, нарратив «освобождения», согласно которому, как часто повторял до «специальной военной операции» пресс-секретарь президента, Россия никогда ни на кого не нападала — она осуществляла и осуществляет исключительно освободительные миссии. Логика очень похожа на несколько широко известных сталинских кейсов:

  • освобождение «единокровных братьев» западных украинцев и белорусов в 1939-м;
  • освобождение финского рабочего класса от плохого финского правительства с организацией провокации для оправдания вторжения в Финляндию и с заключением договора о дружбе с искусственно созданным «правительством» Отто Куусинена в 1939-40-м.

В то время СССР всерьёз полагал, что советское вторжение будет с восторгом воспринято рабочим классом Финляндии: братья Покрасс вместе с поэтом Д’Актилем быстро соорудили песню «Принимай нас, Суоми-красавица». Заключение договора с кабинетом «Финляндской демократической республики» (аналог нынешних «ЛНР», «ДНР» и прочих НР) сопровождалось следующим риторическим обоснованием, которое отзовётся в далёком будущем:

«Теперь, когда героической борьбой финляндского народа и усилиями Красной армии СССР ликвидируется опаснейший очаг войны, созданный у границ Советского Союза прежней плутократической властью в Финляндии в угоду империалистическим державам…»

Произошло же совершенно обратное: финны встали на защиту своей страны, невзирая на классовую принадлежность и гнёт «плутократической власти».

Спустя десятилетия та же история почти буквально повторилась в Украине.

Идеологема фактического раздела сфер влияния между большими игроками при игнорировании интересов «малых стран» — тоже оттуда, из 1939-го. В этой идеологической логике Украина — сфера влияния России. А концепция Путина — украинцы и россияне как один народ — предполагала, что у Украины в том виде, в каком она сложилась, нет права на субъектность и суверенитет.

Мнимая «денацификация» обернулась фактической деукраинизацией на основе имперского нарратива.

Идея империи, подкреплённая идеологемой «Русского мира», отчасти совпадающего с «канонической территорией православной церкви», из умозрительной конструкции превратилась в практический инструмент ещё со времён квазилегальной инкорпорации Крыма в состав России. И конечно, имплементация идеи империи неизменно предполагает наличие внутренних и внешних врагов, которых надо подавлять:

  • на внутреннем фронте — как, по определению Путина, «национал-предателей» и «пятую колонну»,
  • на внешнем — как супостатов, которые намерены на нас напасть, после чего у нас не остаётся иного выбора, как атаковать первыми, чтобы «освободить» своих братьев от чуждого им гнёта.

Поскольку в российском массовом обыденном сознании справедливость навсегда связана с победой над нацизмом, а враг у ворот — это обязательно НАТО и США, на выходе получается:

  • Запад «руками славян», то есть украинцев, формирует АнтиРоссию и пытается уничтожить Российскую Федерацию.
  • При этом «славяне» — все как один неонацисты, поэтому корректным считается оценивать «спецоперацию» как своего рода продолжение Великой Отечественной войны.

История — едва ли не главное поле битвы Путина с Западом, атаковавшим Россию. Угрозы, исходящие оттуда, носят культурный и исторический характер.

Поэтому история, культура, информация и образование — поле битвы с Западом.

А разные придворные «исторические общества», Министерство культуры, Роскомнадзор, Министерство науки и Министерство просвещения, не говоря уже о Московском патриархате РПЦ, — в полном смысле слова силовые ведомства, чья задача — купировать угрозы и повергать внутренних и внешних врагов в сферах своей ответственности. Об этом, например, незадолго до «военной операции», получая награду от Путина, прямо сказал митрополит Иларион: «В последние годы мы всё больше ощущаем себя неким подобием оборонного ведомства, потому что нам приходится оборонять священные рубежи нашей церкви».

Ярмарка угроз

Широкая распродажа оптом и в розницу разнообразных угроз — важнейший элемент идеологической техники, вершина которой — тезис о том, что у Путина «не было другого выхода», как начать упреждающую нападение врага «операцию» против «неонацистов».

Постоянная западная/американская угроза является одним из элементов российской идеологии и пропаганды, направленной на внутреннюю аудиторию. Конечно, в периоды конфронтации с Западом акцент на этом усиливается. В периоды либерализации (эпохи Горбачёва и Ельцина; в некоторой степени — время президентства Медведева) он ослабевает.

Продажа угроз населению позволяет убедить людей в правильности антизападной и изоляционистской политики Кремля.

Кроме того, во внутренней управленческой иерархии структуры, отвечающие за ликвидацию угроз, продают их высшему руководству, чтобы получить больше бюджетных денег для своих органов (механика описана в работах Симона Кордонского).

В условиях политического режима, предполагающего тотальное присутствие государства в политике, экономике и культуре, общество становится колонией государства. Государство не просто навязывает обществу идеи и мнения, оно формирует официальный дискурс, которого следует придерживаться. Если, например, государственные органы запрещают использование слов «война», «нападение», «вторжение» и применяют санкции за их использование, предписывая пользоваться исключительно термином «военная операция», — это не просто авторитарно навязываемый идеологический диалект, а предписание, свойственное тоталитарной системе.

Государственная идеология транслируется и правоохранительной системой. Симптоматичен в этом смысле суд по запрету деятельности «Мемориала». Главная организация российского гражданского общества была обвинена прокурором в том, что она «создаёт лживый образ СССР как террористического государства». Аргументация не правовая, а публицистическая и идеологическая. «Почему вместо гордости за страну, освободившую мир от фашизма, нам предлагают каяться за своё, как оказалось, беспросветное прошлое? Потому что за это кто-то платит, — заявил прокурор. — Организация, претендующая на звание совести нации, почему-то не хочет в каждой своей публикации напоминать, кем они проплачены».

В доставке идеологем внутренней аудитории важен ещё и пафос — ультраконсервативная идеология всегда очень торжественная. И запальчивая. А ещё она должна быть крикливо базарной и шумной — децибелы имеют значение.

Поэтому идеологическая обработка населения политическими ток-шоу на государственном телевидении ведётся на повышенных тонах, с обидой и возмущением, с высоким градусом враждебности ко всему вокруг.

Простое, как мычание

Идеология во внешних своих проявлениях не может быть сложной — она должна быть поучительной, как притча; простой, как лозунг; сводимой к знаку, у которого нет даже вербального наполнения и объяснения, но есть всем понятный эмоциональный смысл: национальное коллективное бессознательное было редуцировано до знака Z и приравнивания Победы 1945 года к неизбежной «победе»-2022 над тем же «нацизмом».

Военизированная традиционалистская идеология почвы, крови и милитаристского порыва — это архаика в современном мире. Это попытка возродить фундаменталистскую идентичность на основе реанимированных, упрощённых, зачастую выдуманных «скреп» взамен посттрадиционалистской идентичности современного универсалистского демократического и рыночного общества, для которого «героика» неспровоцированных боевых действий — архаическая дикость.

Российское общество после 24 февраля добровольно отказалось что-либо знать, отгородившись от мира буквой Z, как крестом.

Культ Победы в этой идеологии превращается в культ войны как таковой.

Этому режиму важно, чтобы постулаты его идеологии, искренне или имитационно, поддерживали все. Это и есть феномен подчинения обывателей политическим правилам игры в тоталитарном государстве — Gleichschaltung, явление, известное не только в Германии начиная с 1930-х годов, но происходящее именно оттуда и именно из того времени.

Рента, вотчина, ресурс

У путинской идеологии полностью отсутствует позитивное содержание. У неё нет положительной цели, образа желаемого будущего. Вся идентичность основана на чём-то негативном, потому и милитаризм оказывается её важной составляющей. Героизируются убийства и насилия, персонажи, не имеющие имён, обладатели кличек — например, Моторола.

Основными институтами, заслуживающими доверия, становятся структуры насилия — армия и ФСБ. Все это освящается официальной Русской православной церковью. ФСБ и РПЦ сливаются в «симфонии».

Имперская идеология напрямую вытекает из рентной (зависимость доходов госбюджета от нефти и газа) и вотчинной (у кого власть — у того и собственность) природы государства-колонизатора. И навязывается она в обстоятельствах тотальной зависимости от государства огромных слоёв населения. Всё для государства, ничего вне государства, всё под государством, то есть под конт­ролем групп, это государство представляющих (именно групп, а не институтов — например, парламента). Для формирования такой модели есть исторические основания. Собственность в России всегда скорее выдавалась государством, чем создавалась снизу без его участия. На это кто только не обращал внимания — от Василия Розанова («В России вся собственность выросла из «выпросил» или «подарил» или кого-нибудь «обобрал») до Ричарда Пайпса («право суверенитета и право собственности сливаются до такой степени, что делаются неотличимы друг от друга»).

Историческая обусловленность политэкономической природы сложившегося в России режима хорошо показана Александром Эткиндом в его работе «Внутренняя колонизация. Имперский опыт России». Обладатели главного ресурса становятся одновременно и управляющей группой. Доход и ренту, которую они делят между собой, приносит транспортировка ресурса (пушнины когда-то, нефти и газа — сейчас), поэтому необходимо обеспечить её безопасность. Безопасность транспортировки приравнивается к безопасности группы-ресурсообладателя, а значит, и к безопасности государства. «Те, кто обеспечивает безопасность собственников, склонны захватывать контроль над их собственностью… — описывает Эткинд природу торговли пушниной XVI–XVII веков, — …группа, торгующая ресурсом, и группа, которая защищает государство, сливаются до неразличимости».

Торжество тоталитарного нарциссизма

Сочетание страха и самодовольства рождает невиданную по силе агрессию и поразительные для современного мира массовую слепоту и глухоту.

Те, кто поддерживает «спецоперацию» и её идеологию, уже готовы не просто соблюдать запреты, а следовать вышестоящим указаниям, образцам поведения, предписанным властями. Воспитатели и учителя, выкладывающие из детских тел букву Z, — внятный пример такого тоталитарного поведения.

Согласно канону теории тоталитаризма, отличие авторитаризма от тоталитарного правления в том, что авторитарные правители лишь запрещают что-то делать, а тоталитаристы — обязывают. Даже в сегодняшней России такой абсолютной тотальности нет, поэтому назовём режим зрелого Путина гибридным тоталитаризмом, или неототалитаризмом.

Первоначальная демобилизация масс в первые два срока правления Путина (вы не вмешиваетесь в наши дела, а мы правим и пилим деньги, как хотим, и кормим вас крохами от нефтяного пирога) сменилась едва ли не обязательной — по крайней мере, для зависящих от государства слоёв населения — мобилизацией. (Социолог Лев Гудков называет это явление «возвратным тоталитаризмом».) В таких системах, отмечает социолог Александр Согомонов, «политическое общество поглощает гражданское, вплоть до его полного запрета», включая политическую индоктринацию детей и контроль за всеми молодёжными движениями.

Существованию России угрожает не Запад, а методично работавший в течение долгих лет механизм воспитания в россиянах групповой нарциссической идентичности, в том числе, по выражению философа Александра Рубцова, «массового самолюбования в зеркале великой истории» и «нарциссического гнева» по отношению ко всему остальному миру.

Это режим негативного консенсуса, где нет ничего позитивного, в том числе позитивной программы — трудно считать таковой военную «операцию» на территории соседней суверенной страны. Негативная идентичность — весь мир против нас, мы занимаем оборону методом атаки. Мы не такие, как все: там, на Западе, ЛГБТ и бездушная западная цивилизация, а здесь — высокая духовность и традиционные ценности.

В сущности, то, что произошло, — это пиковая точка развала советской империи.

Распад не закончился в декабре 1991 года, а только начался. Пройдя через несколько стадий, драма бывшей империи разыгралась в самом её сердце — в Украине. Неслучайно, когда распад только начинался, многие говорили о том, что без Украины империя — не империя, СССР — не СССР.

Величайшая геополитическая катастрофа произошла не 25 декабря 1991 года, когда флаг Советского Союза был снят с флагштока в Кремле, а 24 февраля 2022-го. Имперская идеология, сначала дремавшая и казавшаяся безнадёжно отсталой, была разбужена, поднята с колен в марте 2014-го с присоединением Крыма и развернулась в полный исполинский рост ещё восемь лет спустя.

Её практическое применение привело к жестокой бойне, гибели людей, разрушению инфраструктуры, в том числе имперской, в городах с большой советской биографией, и невиданной в истории волне беженцев и вынужденных переселенцев. Империя пожрала самоё себя. Мы присутствуем при кульминации катастрофы распада империи. Агонизируя, она пытается нанести последний страшный удар миру.

Андрей Колесников

Американские ученые смогли создать технологию, позволяющую управлять мухой на расстоянии. ВИДЕО

 

Американские ученые смогли создать технологию, позволяющую управлять мухой на расстоянии. ВИДЕО

Исследовательская группа во главе с нейроинженерами из Университета Райса создала беспроводную технологию, позволяющую активировать определенные мозговые цепи у плодовых мушек удаленно. Команда, подаваемая экспериментаторами, выполняется мухой менее чем за одну секунду.

В эксперименте подавались магнитные сигналы, которые позволяли контролировать положение тела свободно движущихся плодовых мушек.

При помощи генной инженерии ученые провели экспрессию ряда нейронов с термочувствительными ионными каналами. В результате у мух появилась выраженная реакция на тепло. Мушка получала команду расправить крылья, что она сама по себе делает не так уж часто - только во время спаривания. Это был только первый этап эксперимента. После этого в мозг мушки внедрили наночастицы оксида железа, которые нагреваются при попадании в магнитное поле. Изменяя его, исследователи смогли нагревать наночастицы и активировать нейроны, что заставляло мух расправлять крылья. Таким образом, удаленное управление удалось осуществить при помощи способа, не регистрируемого органами чувств. Изменение температуры можно почувствовать, а вот изменение магнитного поля – нет.

Ученые опубликовали видео эксперимента. Мухи свободно перемещались под наблюдением камеры. При активации магнитного поля мушки с генетическими модификациями расправляли крылья примерно через полсекунды.

Время реакции мало, но недостаточно. " Чтобы достичь естественной скорости реакции мозга, нам, вероятно, нужно уменьшить время до нескольких сотых долей секунды. Так что нам еще есть к чему стремиться" – сказал автор исследования Джейкоб Робинсон, доцент кафедры электротехники и вычислительной техники Университета Райс.

Робинсон обозначил миссию эксперимента: "Долгосрочная цель этой работы — создать методы активации определенных областей мозга у людей в терапевтических целях без хирургического вмешательства".  Впрочем, необходимо учитывать, что финансируется исследование Агентством перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США. Не исключено, что у заказчика совсем другие планы.

Бен Шапиро: Израиль перенимает у США совсем не то

 Бен Шапиро:

Израиль перенимает у США совсем не то

В первой своей беседе об Израиле Бен Шапиро рекомендует консерваторам заимствовать свободный рынок Америки, а не ее «культуру пробуждения»

Марк Штоде, 

Бен Шапиро
Бен Шапиро
screenshot

В то время как израильская хип-хоп группа «Хадаг Нахаш» выступала в Тель-Авивском порту на концерте под открытым небом в среду вечером, через дорогу бурными аплодисментами была встречена другая знаменитость - консервативный эксперт и, возможно, самый известный в мире ортодоксальный еврей. Бен Шапиро был в Тель-Авиве.

«Возможно, я не согласен с точкой зрения Шапиро, но хорошо, что он здесь, чтобы сбалансировать сумасшествие в США», — сказал ветеран израильской журналистики Бен Дрор Йемини, который был среди 2500 израильтян и американских эмигрантов, пришедших послушать Шапиро жарким июльским вечером. Йемини, который, как и Шапиро, посвятил себя осуждению того, что он считает либеральным доминированием в СМИ, сказал, что его особенно беспокоит антисемитизм в кампусах колледжей и то, что он назвал антиизраильскими репортажами в The New York Times.

Шапиро, который благодаря своему подкасту стал знаменосцем американских правых, часто защищает Израиль, но никогда ранее на израильской земле не выступал. Его выступление — ключевое мероприятие CPAC Israel, израильской версии американской консервативной конференции — собрало одно из самых больших закрытых помещений в Тель-Авиве, что является признаком того, что консерватизм в американском стиле находит теплый прием в стране, где политические дебаты между правыми и левыми сосредоточились в основном на конфликте между Израилем и Палестиной и на роли религии в общественной жизни.

Израиль, сказал Шапиро Еврейскому телеграфному агентству (JTA) в закулисном интервью перед тем, как обратиться к толпе, показал себя уязвимым для «культуры пробуждения», но добавил, что надеется, что он отвергнет ее.

«Это ужасный экспорт из Соединенных Штатов», — сказал он, добавив, что сейчас ситуация меняется и что Америке предстоит коррекция после того, как левые «зашли слишком далеко и слишком быстро».

В своем выступлении, организованном совместно CPAC, Тель-Авивским международным салоном и Sella Meir Shibolet Press - израильским издательством, специализирующимся на консервативной литературе, - Шапиро сказал аудитории, что Израиль должен черпать вдохновение из других аспектов Соединенных Штатов, снижая налоги, занимаясь регулированием, устранением судебного влияния на правительство и удалением профсоюзов из государственного сектора.

По его словам, успех Израиля за 74 года его существования был обусловлен его социальным капиталом, а не его экономической системой, которая «похожа на пожар в мусорном баке».

«Это первое, чему Израиль может научиться у Америки. Свободная рыночная экономика — очень, очень хорошая штука», — сказал он под громкие аплодисменты.

«Динамизм Америки является результатом налоговой структуры, которая способствует инвестициям; в Израиле все наоборот», — сказал он, сославшись на большой разрыв между соответствующим налоговым бременем двух стран.

«Есть причина, по которой люди из Израиля в Израиле предпочитают вести бизнес в США. И это нужно прекратить», — сказал Шапиро.

В интервью на английском языке с ведущим израильским политическим репортером и другим носителем кипы Амитом Сегалом Шапиро сказал, что Израиль страдает от проблемы, которая, пока они недавно не получили большинство, раздражала американских консерваторов - это «неизбираемая бюрократия» судебной системы.

Право Верховного суда Израиля отменять законодательные акты Кнессета означает, что «неизбираемая, неподотчетная группа олигархов отвечает за национальную политику во имя несуществующей конституции», — сказал Шапиро.

Верховный суд Израиля недавно постановил, что страна должна сертифицировать обращения, совершенные за границей, и принимать гражданские браки онлайн, чего не приветствует религиозное руководство страны.

В Израиле, сказал Шапиро, проблема усугубляется тем фактом, что Кнессет, израильский парламент, никогда не наделял Верховным судом такими полномочиями, а также тем, что суд сам выбирает своих преемников. «Это совершенно безумие».

Также «безумием», по словам Шапиро, было то, что правящая коалиция не могла быть сформирована, когда 80 из 120 мест в Кнессете были в центре или справа от центра, что намного превосходит требование большинства в 61 место.

Шапиро предсказал выход из политического тупика на следующих выборах, назначенных на ноябрь. «Я думаю, что Биби победит», — сказал он JTA, имея в виду давнего премьер-министра и нынешнего лидера оппозиции Биньямина Нетаньяху («Ликуд»).

«Эта коалиция доказала достаточному количеству израильтян, что противодействие Биби не является повесткой дня», — сказал Шапиро. «Они не могли делать даже элементарных вещей».

Хотя он может быть «жестоким политиком», Нетаньяху является «самым важным премьер-министром, который когда-либо был в государстве Израиль, за возможными исключениями [Давида] Бен-Гуриона и [Менахема] Бегина», — сказал он.

«Это дает ему возможность и право выбирать, когда он хочет уйти», — добавил он.

Для многих израильтян, даже тех, кто прочно укоренился в правых политических кругах, некоторые взгляды Шапиро являются экстремальными. Возьмем его недвусмысленную позицию в отношении решения Верховного суда США об отстранении Роу против Уэйда, которое обеспечило американцам право на аборт. Израиль недавно реформировал доступ к абортам, и даже ультраправые — даже его ярые элементы — не упомянули об абортах.

На вопрос, как он увязывает свое неприятие права на аборт с еврейским законом, или галахой, Шапиро начал с заявления о том, что еврейский закон никогда не должен представлять собой государственную политику в Соединенных Штатах.

«Тем не менее, в галахе нет положения, предполагающего, что «право женщины на телесную автономию» является основанием для аборта», — сказал он корреспонденту JTA . «Галаха значительно больше защищает жизнь, чем то, что выставляется в СМИ».

«С моральной точки зрения я хотел бы видеть поправку к конституции, защищающую право на жизнь», — сказал он, добавив, что, поскольку такая поправка вряд ли наберет достаточную поддержку для принятия, ее даже не следует рассматривать.

Шапиро, которого часто высмеивают или ненавидят за его риторику — заставляя некоторых недоброжелателей размышлять о том, что он может быть намеренно подстрекательским, — признал, что «много раз я говорил вещи, которые просто всплывали», но утверждал, что его сообщения «не были уникально ядовито».

Он сказал, что сожалеет о многих своих прошлых твитах, в том числе о том, что «арабы любят бомбить дерьмо и жить в открытых сточных водах», что, по его словам, было «идиотским».

Однако он не сожалел об унизительных замечаниях в адрес еврейских демократов.

«Если вы еврей и ваша система ценностей поддерживает однополые браки и аборты выше религиозной свободы и безопасности государства Израиль, то ваша идентичность как еврея не является ядром вашей идентичности», — сказал он.

Он осудил господствующее американское еврейство за использование им еврейского термина тиккун олам, в вольном переводе означающего «восстановление мира», сказав: «Фраза тиккун олам стала обозначать набор политик социальной справедливости, которые буквально не имеют ничего общего с иудаизмом».

Обращаясь к визиту президента США Джо Байдена в регион на прошлой неделе, Шапиро сказал, что он «прошел почти так же, как его президентство, и как проходит у него каждый день. Он встает с кровати, делает пару шагов, все идет нормально, а потом падает прямо лицом».

Байден, по словам Шапиро, издавал «приятные сионистские звуки», ссылаясь на интервью американского президента израильскому телевидению, в котором он сказал, что «сказал своим прогрессивным сторонникам, что они ошибаются» в том, что Израиль является государством апартеида, а также обижался на свое колено вместо того, чтобы поговорить с пережившими Холокост во время посещения Мемориала Холокоста Яд Вашем в Иерусалиме.

«Когда Байден время от времени делает правильные вещи, я хвалю его за это», — сказал Шапиро.

Но после этого, по его словам, поездка пошла под откос, начиная с решения Байдена снять израильский флаг со своего лимузина во время посещения арабских кварталов Иерусалима и продолжая его «ослиным сравнением» бедственного положения ирландцев, живущих под властью Соединенных Штатов в Королевстве и арабов Палестинской автономии сегодня.

На вопрос Сигала, сбежит ли он когда-нибудь из США, Шапиро сказал, что существование Израиля было «единственным величайшим гарантом моей лояльности Соединенным Штатам».

Соединенные Штаты — «более гостеприимное место для меня, потому что Израиль — это поддержка на случай, если что-то пойдет не так», — признался он.

Сигал настаивал: «Я чувствую, что вы пытались уклониться от вопроса, поэтому я задам его более прямо: почему вы не совершите алию (иммиграцию) в Государство Израиль?»

«Евреи должны жить там, где они могут сделать больше всего, где они могут быть светом для народов», — сказал Шапиро. «И для меня, как человека с миллионами и миллионами последователей в Соединенных Штатах, продвижение того, что я считаю вечно хорошими ценностями, живя в Соединенных Штатах, является вопросом морали».

Бывший председатель Сохнута: российские евреи должны переехать в Израиль

 Бывший председатель Сохнута: российские евреи должны переехать в Израиль

Бывший председатель Сохнута: российские евреи должны переехать в Израиль

Бывший председатель Сохнута Натан Щаранский призвал российских евреев как можно скорее переехать в Израиль.

"В последние дни и недели Россия, изолированная от свободного мира, укрепила свой военный и политический союз с Ираном и Сирией. В то же время она предприняла шаги по прекращению деятельности Сохнута, центральной организации, связывающей Израиль и евреев диаспоры, на своей территории", - заявил он в своем Facebook.

"Я хочу закончить этот пост обращением ко всем нашим еврейским братьям и сестрам в России, которые серьезно рассматривают возможность иммиграции в Израиль: Я призываю вас не откладывать реализацию ваших планов", - добавил Щаранский.

Китай обвинил США в милитаризации космоса и воровстве разведданных

 



Китай обвинил США в милитаризации космоса и воровстве разведданных

Китай и США снова спорят по поводу своих конкурирующих космических программ. Представитель министерства иностранных дел Китая Чжао Лицзянь призвал США быть дружественными во время пребывания на орбите, обвинив в краже разведданных.

Стоит отметить, что Китай недалеко ушел от своего лучшего друга, России. Ранее бывший глава "Роскосмоса" Дмитрий Рогозин заявил о "злостной милитаризации" космоса и обвинил ведущие аэрокосмические компании в работе на Пентагон.

"США украли разведывательную информацию и провели тщательную разведку в космической отрасли точно так же, как это было сделано в других областях. Это оказывает серьезное негативное влияние на глобальную стратегическую стабильность и создаст серьезные угрозы миру и безопасности в космическом пространстве", – сказал Чжао Лицзянь.

По словам китайского чиновника, США агрессивно разрабатывают и развертывают устройства для нарушения связи и космическое оружие. В частности, Китаю не нравится новый Национальный центр космической разведки, из-за которого он критикует всю космическую программу.

США, в свою очередь, обвиняют Китай в аналогичных вещах. Недавно там заявили, что Поднебесная пытается

Политический зоопарк сегодняшней Америки

 

Политический зоопарк сегодняшней Америки

форматІспиту

Исторически и зоологически Америка — страна коней и бизонов, ослов в ней немного, а слонов просто нет, если не считать зоопарков и цирков. Всенародно и политически признано: одно животное — небольшое и упрямое, но умное и трудолюбивое, а второе — огромное, мудрое и тихое, если его не злить. И оба не кровожадные — появились с легкой руки знаменитого политического карикатуриста Томаса Наста полтора века назад. 15 января 1870 года журнал Harper’s Weekly напечатал его карикатуру «Осел, пинающий мертвого льва», которая высмеивала Демократическую партию, а через четыре года тот же Наст изобразил Республиканскую партию в виде слона, перепуганного ослом в львиной шкуре. Так оно и повелось, причём ни те, ни другие на такую символику не обижались. Так уж повелось в нашем политическом зоопарке, что ослу можно многое, чего нельзя слону. Упаси слона, Боже, например, намекнуть, что среди нелегалов, толпами прибывающих к нам через границу с Мексикой, попадаются “нехорошие граждане”, которым, мягко говоря, у нас нечего делать. Ослы заклеймят такого слона расистом и ксенофобом, а их СМИ затопчут его душераздирающими историями жизней таких иностранцев. Я уже не говорю про смельчаков из стада слонов, которые заикаются на тему Основного Закона нашей страны, который хорошо бы соблюдать. Такого слона ослы загонят в стойло для экстремистов и подстрекателей к бунту.

Со временем политическая «партизанщина», как у нас называют партийщину, стала в Соединенных Штатах привычным, приличным и глубоко личным делом избирателя, мнение которого, конечно, формировалось разными факторами, от политики и экономики до состояния здоровья и настроения жены, пол которой с годами менялся. Партийная агитация постепенно превращалась в межпартийную критику, а в наши дни — в ругань, и слоны в ней, как им положено природой, гневно трубили «иго-го» и задирали хоботы, а ослы возмущенно ревели «и-аа» и шевелили ушами. Ослам это возмущение прощалось, считаясь гласом либералов, а слонам — нет, порицаясь как мнение консерваторов. Перед выборами президента в 2016 году ведущий кандидат демократов Хиллари Клинтон назвала избирателей ее оппонента, республиканца Дональда Трампа, кучкой никудышных людишек, за что ей, конечно, попало, но не сильно, а выборы она проиграла. Трампа сменил демократ Байден, который перед выборами заявил, что черные, которые голосуют за Трампа, «не настоящие» черные. Став президентом и назвав себя примирителем о объединителем вконец перессорившихся избирателей, Байден последовательно продолжал этот раздор, и не так давно назвал трампистов экстремистами. Первая леди Джилл Байден тоже позволила себе непозволительную педагогу вольность и сравнила латиноамериканцев с их пирожками «такос». Все это консервативный обозреватель Адриана Коэн считает примерами двух стандартов обращения и отношения среди наших политиков, когда ослам можно то, чего нельзя слонам.

7 мая президент Джо Байден выступил в городке Гамильтон в штате Огайо и примирительно сказал, что побывал там 29-летним молодым человеком, когда его выбрали в Сенат. «Мы всегда дрались, как черти, — вспомнил Байден о коллегах. — В те старые добрые дни среди нас были настоящие сегрегационеры, вроде сенаторов Джеймса Истланда и Стром Термонда, но, отругавшись, мы обедали вместе». Сегодня трудно представить сенаторов Чака Шумера и Митча Макконнелла за мирной дележкой гамбургера. «Если вспомнить,- написала Адриана Коэн, — левые и их льстецы в солидных СМИ постоянно приходили в ярость и чувствовали себя оскорблёнными практически всем, что позволял себе бывший президент Трамп, включая его твиты, от которых у них волосы вставали дыбом». Сегодня, считает Коэн, в современной американской политике стало ясно, что демократам позволена возмутительная и оскорбительна риторика, хотя они не терпят такого же в свой адрес. В таких случаях демократы прибегают к испытанным тоталитарными режимами (вроде советско-российского и китайского) средствам цензуры инакомыслия. Взять хотя бы предложение вице-президента Камалы Харрис компании Twitter «забанить» Трампа на время предвыборных дебатов демократов в 2019 году, что неслыханно для Америки нарушало свободу слова. Тогда Харрис назвала твиты Трампа беспорядочными и безответственными.

Как Хиллари Клинтон в 2016 и Джо Байден в 2020, сегодня наши левые презрительно называют голосующих за республиканцев избирателей расистами и террористами, не пытаясь предугадать, как слово это отзовётся на настоящем и будущем их страны. С другой стороны, напоминает Адриана Коэн, их возмущает, когда роженицу называют «мать», а не «родившая персона». Коэн вспомнила об этом в связи с решением Верховного суда США о праве женщины на аборт. Выступившая там Хиара Бриджес, либеральная профессор права Университета штата Калифорния в Беркли, постоянно называла женщин «людьми, способными беременеть», а когда сенатор-республиканец Джош Хоули поинтересовался, можно ли считать право на аборт сугубо женской проблемой, профессор Бриджес взъерепенилась и назвала сенатора Хоули «трансофобом», то есть ненавистником смены пола, который культивирует ненависть к трансгендерам. «Демократы говорят то, что думают, — написал затем Хоули в своем твите. — Мужчина может забеременеть, а если в с этим не согласны, значит, вы трансофоб и насильник». Адриана Коэн напоминает, что все четыре года президентства Трампа наши основные СМИ называли его «белым националистом», «расистом» и «безумцем», неспособным вести за собой страну. Сегодня те же СМИ призывают голосовать за Байдена, который грешен тем же. На карикатуре Томаса Наста, которая появилась в журнале Harper’s Weekly в 1874 году, был изображен республиканский слон, который пятится в сторону обрыва, пугливо озирается и уходит от лягающего его осла демократов в львиной шкуре. Сегодня лидерам наших демократов хотелось бы сохранить и укрепить эту веху политического зоопарка. Как учили всех нас древние римляне на чистой латыни: «Quod licet Jovi, non licet bovi» — «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку», а слону — тем более.

«В армию никто идти не хочет»

 

«В армию никто идти не хочет»

Фото: ИноСМИ

Полвека назад художник Виталий Комар любил спьяну повторять «народ совершенно обезумел от пьянства. В армию никто идти не хочет». Это фраза понадобилась мне для данной статьи. Я позвонил в понедельник Комару и спросил, откуда он ее взял. По его словам, ее сказал белогвардеец в каком-то советском кинофильме. Я прогуглил фразу, но она не выскочила, так что цитирую со слов Комара.

Сейчас та же проблема возникла у армии американской. Она осложняется тем, что в США с 1973 года нет воинской повинности, и войска набираются добровольно. В этом финансовом году, заканчивающемся 30 сентября, армейские вербовщики недобрали на начало июля 57 тысяч человек, то есть 40% планового количества. Недобор личного состава отмечают все рода войск США, даже авиация, для которой эта проблема раньше была нетипична.

Тревогу по этому поводу объявила в конце июня телекомпания Эн-би-си, у которой я почерпнул приведенные выше данные. В Пентагоне перечисляют причины недобора, среди которых нет российского безумия от пьянства, но есть непригодность к воинской службе, ковид, конкуренция со стороны гражданского рынка рабочей силы и отсутствие желания служить. Хотя Пентагон от отчаянья начал платить новобранцам по 50 тысяч долларов только за подписание контракта.

Последний фактор — нежелание служить — беспокоит военных больше всего, причем значительная часть вины лежит на их собственном командовании, заразившемся прогрессивной заразой.

Пресса цитирует начштаба армии США генерала Джеймса Макконвилла, по словам которого лишь 23% американцев в возрасте от 17 до 24 лет по всем показателям годны для военной службы. Остальные страдают ожирением или наркоманией, или имеют судимости. Еще несколько лет назал годных к военной службе молодых людей было 29%.

Хуже того: только 9% годной к службе молодежи проявляют к ней интерес. Это объясняют двумя десятилетиями невразумительных войн в Ираке и Афгане, оставивших тысячи искалеченных воинов, которых я постоянно вижу по телевизору.

Но в прошлом перспектива смерти в бою или увечья не мешала американцам добровольно записываться в вооруженные силы. Даже в первое десятилетие XXI века, когда США вторгались в разные страны, а численность американских войск росла, рекрутчики не жаловались на нехватку желающих. Сейчас, однако, настали новые времена.

Во-первых, пишет один наблюдатель, американцы все меньше ощущают связь с отечеством. Помнится, два года назад, когда чернь безнаказанно пускала наши города на поток и разграбление, а силовые ведомства скурвились и с энтузиазмом распространяли мифы “Рашагейта”, я задавался вопросом: осталось ли в Америке что-то, чем я могу искренне гордиться?

Нечто в этом роде происходило и с коренными американцами. В книге знаменитого политолога Сэмюэла Хантингтона «Кто мы?», вышедшей в 1991 году, отмечалось, что когда респондентам задавали вопрос «Насколько вы гордитесь тем, что вы американец?», то 96% из них отвечали: «Очень сильно!» или «Весьма!». Недавно Гэллап провел аналогичный опрос и нашел, что «чрезвычайно» или «очень сильно» гордятся своей принадлежностью к американскому племени уже всего 65% опрошенных.

Как и следовало ожидать, национальная гордость была сильнее всего у мужчин, которые рекомендовались республиканцами, которым перевалило за 55, и у которых не было высшего образования, то есть промытых мозгов. Но армейских вербовщиков интересует не эта когорта населения.

Во-вторых, американец американцу рознь. В 2013 году 44% рекрутов поступали с американского Юга, прежде всего из Джорджии и Флориды. Наш северо-восток по этой части сильно отставал, за исключением захолустного Мэна. Очень мало новобранцев родом из Калифорнии. И слава Богу. Как писал в декабре прошлого года Род Дреер в журнале «Америкэн консерватив», «консервативные американские семьи неудоумевают, почему их сыновья и дочери должны воевать с иностранцами во имя той самой классовой элиты, которая ведет против них идеологическую войну на родине!».

В оригинале было «culture war», но я решил, что для русского уха будет понятнее «идеологическая война». По словам Дреера, многие военные семьи говорили ему, что отговаривают детей проситься в армию по вышеуказанной причине. Публицист упомянул такие семьи недаром: в 2019 году 79% армейских рекрутов происходили из семей, в которых был, по крайней мере, один ветеран.

Как пишет бывший офицер морской пехоты США Джефф Грум, представьте себе, что вы 18-летний верующий белый мужчина, живущий в Джорджии в семье, в которой были военные. Когда вы были подростком, вы видели, как разрушаются статуи конфедератов и переименовываются военные базы (часто носившие имена генералов-южан — В.К.), слышали бесконечные проклятия СМИ и элит по адресу вашей культуры, которую они называли расистской, отсталой и плебейской (так я перевел слово deplorable, потому что это значение имела в виду Хиллари Клинтон, прославившая это понятие — В. К.) и внимали разглагольствованиям военного и гражданского руководства о прелестях многообразия и инклюзии (то есть о том, чтобы белых было меньше).

«Так что пошли бы вы добровольцем? — спрашивает Грум. — Политика идентичности — это палка о двух концах: если вы шельмуете мое племя, я не буду иметь с вами ничего общего, тем более рисковать жизнью».

В конце июня Сара Арнольд поместила на сайте «Таунхолл» заметку «Американцы не желают служить в прогрессивных войсках Байдена». Она цитирует Элейн Доннелли из «Центра по боеготовности», которая говорит, что «военная культура искалечена несколькими годами социальной инженерии и прогрессивных нововведений».

Тот факт, что Байден делает упор на трансгендерах, ЛГБТ и расе, отбивает у молодых американцев охоту служить в вооруженных силах, пишет Арнольд.

Нет ничего удивительного, что, по сравнению с 2018 годом, пропорция американцев, которые «испытывают большое доверие к военным», сократилась с 70% до 45%. Мартовская статья отставного подполковника Курта Шликтера озаглавлена «У истеблишмента кончается пушечное мясо для своих прогрессивных вооруженных сил».

Пентагон отреагировал на все это двояко. Он стал больше платить новобранцам и сделал им ряд послаблений, например, разрешил наколки на шее, а, во-вторых, решил сократить численность вооруженных сил (что было недальновидно в свете нынешнего приступа реваншизма в России). В марте армия США объявила, что, вместо запланированного увеличения своей численности на 70 тысяч человек, она сократит ее на 12 тысяч. Боюсь, потом пожалеет.

"Средоточие абсолютной красоты". Андрей Макаревич в передаче "Детский недетский вопрос"

 

"Средоточие абсолютной красоты". Андрей Макаревич в передаче "Детский недетский вопрос"

время публикации:  | последнее обновление: 
блогверсия для печатифото

Израильский фотохудожник и журналист Дмитрий Брикман предлагает вашему вниманию программу "Детский недетский вопрос". Интервью из этого цикла регулярно публикуются на сайте NEWSru.co.il.

Программа выходит при спонсорской поддержке компании Japan-Israel.

Гостем передачи стал Андрей Макаревич – музыкант, поэт, художник, телеведущий, основатель рок-группы "Машина времени".

О судьбе. "Есть элемент везенья. Кого-то ангелы любят больше, кого-то – меньше".

Что такое национальность? "Порода такая".

Что такое Бог? "Для меня это средоточие абсолютной красоты".

Автор благодарит Илону Левински (Bard Productions) за помощь в организации этого интервью.

Смотрите программу "Детский недетский вопрос" с Андреем Макаревичем

Подписаться на YouTube-канал программы "Детский недетский вопрос"

Автор передачи Дмитрий Брикман просит присылать ему "детские вопросы", с указанием пола и возраста ребенка, на адрес dimabr@gmail.com.

Передача "Детский недетский вопрос" в Facebook

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..