среда, 29 апреля 2015 г.

"БРОДСКИЙ СРЕДИ НАС". НОВАЯ КНИГА

К.Ларина
 15 часов 15 минут, начинаем «Книжное казино». Здесь в студии Ксения Ларина и Майя Пешкова.

М.Пешкова
 Добрый день.

К.Ларина
 А сегодня в гостях у нас Варвара Горностаева. Издательство «Корпус», здравствуйте, Варя. Здесь же в нашей студии Виктор Голышев, переводчик, добрый день, приветствую вас.

В.Голышев
 Здравствуйте.

К.Ларина
 Здесь же в нашей студии Эллендея Проффер – основательница издательства «Ардис» добрый день, здравствуйте.

Э.Проффер
 Здравствуйте.

К.Ларина
 Сегодня мы представляем книжку, которая имеет отношение ко всем присутствующим, включая Майю Пешкову. Это книга «Бродский среди нас». Историю этой книжки нам обязательно расскажет Варя Горностаева, пусть пока подготовится.

В.Горностаева
 Я думаю, что историю этой книжки нам расскажет Эллендея.

К.Ларина
 Предысторию издания этой книги в издательстве «Корпус». Сейчас у нас по традиции перед тем, как начать наш разговор, рейтинг продаж, который мы представляем еженедельно по результатам продаж в трех крупнейших магазинах Москвы: «Московский дом книги», «Билио Глобус» и «Москва». Итак. Начинаем с конца. У нас тут появилась книжка Эллендея Проффер «Бродский среди нас». Сразу же она у нас в рейтинге. Сразу же попалась. Эллендея Проффер Тисли правильно, да? Конечно, здесь все правильно написано, «Бродский среди нас», с чем я поздравляю наших гостей. Чуть выше книга Михаила Веллера «Конец подкрался незаметно», Михаил Осипович молодец, да. Чуть выше книга Киз Дэниел «Таинственная история Билли Миллигана». Чуть выше книга Марии Метлицкой «Вечный запах флоксов», сборник. На четвертом месте книга Элеонор Каттон «Светило». На третьем - новый роман Алексея Иванова «Ненастье». Ну и две первые строчки рейтинга по-прежнему занимают наши удивительные дамы, которые радуют своих читателей новыми бестселлерами, это Татьяна Устинова , книга «Чудны дела твои, Господи». И Александра Маринина «Казнь без злого умысла». Ну, мне очень понравилось, что наша сегодняшняя книжка присутствует уже в рейтинге. Я надеюсь, что ее путь наверх будет стремительным. И через какое-то время она появится уже среди призеров на первых трех строчках. Дорогие друзья, конечно же, кроме книги, которую сегодня мы разыгрываем. У нас есть и другие книжки. Майя, может быть ты назовешь только, что у нас есть

М.Пешкова
 Алекс Гришен «Скотланд-Ярд», это детектив, читается на одном дыхании. Не могла удержаться. Егор Гайдар «Гибель империи». Это уроки для современной России. Это второе издание. А также книга про Альберта Эйнштейна. Уолтер Айзексон - автор этой книги. И это тот автор, кто написал биографию Стива Джобса.

К.Ларина
 Ну что ж, вот такое книжки у нас сегодня в нашем розыгрыше. Я напомню, что, как обычно, мы задаем два вопроса. Один вопрос для того, чтобы вы ответили на смс, которые я прямо сейчас сегодня вам представлю. А второй вопрос по телефону во второй части программы. Это будет уже типа такой супер вопрос, супер приз. И вы получите все книги сегодняшнего дня. Итак, вопрос. На какой улице в Нью-Йорке жил Иосиф Бродский? Вот но, этот вопрос. Пожалуйста, отвечайте на смс. Варя, ну, буквально несколько слов о том, чтобы просто представить книжку, давайте.

В.Горностаева
 Ксения затащила меня буквально в эфир. На самом деле я очень хочу, чтобы Эллендея сама рассказала все, и как можно больше говорила она. Ну, история, не знаю, рассказать ли всю историю появления книжки? Я расскажу историю, как она появилась в «Корпусе».Однажды я получила записку от нашего хорошо вам известного автора Александра Гениса, который написал мне в Фейсбуке две строчки: «Эллендея написала воспоминания Бродского. Срочно хватай». Вот, собственно, вся история. Вот. А потом, нет, действительно, я написала Эллендей, она прислала мне текст сразу же. И мы придумали, что это должен перевести Виктор Петрович Голышев, конечно же, да? Вот, собственно, дальше все развивалось само, стремительно и замечательно. И теперь вот, видите, она уже моментально в рейтинге, при том, что она только что вышла.

К.Ларина
 Эллендея, а на английском языке она входила, эта книга?

Э.Проффер
 Нет, еще нет.

К.Ларина
 А будет, да?

Э.Проффер
 Вроде бы будет. Но никаких решений пока.

К.Ларина
 То есть право первой ночи на русском варианте.

Э.Проффер
 Ну, вы знаете, я спешила это издать в России, понимая, что там главная публика для этой книги. Хотя эссе очень интересно для американцев. Но я должна сказать насчет Вари Горностаевой, что я собиралась издать может быть у другого издателя. И она сказала мне: «Ну конечно, хороший переводчик был бы Виктор Голышев». И как только я это услышала, я поняла, что она очень умная, и это лучший переводчик для англоязычной литературы.

К.Ларина
 А вы никогда не работали вместе?

Э.Проффер
 Нет, но мы знали друг друга через Бродского. Иосиф все время говорил, что он лучший переводчик.

К.Ларина
 Ну давайте обратимся к переводчику, Виктор Петрович, вы, как первый читатель, какие у вас были чувства, когда вы впервые эту книгу прочли?

В.Голышев
 Чувства были смешанные. Я вообще не люблю про Бродского рассказывать, поскольку это друг… И вообще страшно про него. Но мне книжка понравилась, потому что там написана правда. Это не значит, что у меня с ним были такие же отношения, как у Эллендеи. У них было много дел общих. И они очень сильно помогали в отличи от меня Бродскому. И отношения наши были другие, как бы проще, да? Там он в более разнообразном виде выступает в этой книжке. Но я-то как бы чувствую. Я понял, что эта правда вот, наконец, когда не ненавидит человек и не помирает от любви.. Там книжка вся пронизана любовью, но при этом вся сложность есть. И мне показалось, что это то, что надо переводить. В серединке немножко я заскучал, когда там история с Аксеновым была. Но когда он, хотя, насчет «Ожога» я согласен совершенно, но это другое дело. Ну, не заскучал, пожалел, что это надо переводить.

К.Ларина
 Вам хотелось только про Бродского.

В.Голышев
 Нет, не поэтому. Ну, там просто сложная ситуация такая с изданием «Ожога» была в Америке. И, наверное, Карл, наверное, правильно сказал, ему надо было сказать, что он не читал и ничего про это не знает. Он сказал, что плохая книжка и ее не надо печатать.

К.Ларина
 Слушайте, мы, конечно, говорим, как бы сразу начали без всяких предисловий, говорим для тех, кто в курсе всей этой истории. Кто знает, что такое издательство «Ардис», знает, что связывает издателей и основателей издательства с Иосифом Бродским. Но, к сожалению, хочу вас расстроить, это не так. Я думаю, что сейчас уже целое поколение выросло, которому вообще название «Ардис» ничего не говорит, поскольку те времена - это давно прошедшее время. Я бы попросила бы сейчас все-таки рассказать немножечко о начале. Я думаю, что, наверное, в этой книге это есть.

Э.Проффер
 Мало, потому что эта книга не об этом. Но в предисловии кое-что.

К.Ларина
 Это же первое издательство, по сути. Если я правильно помню, это первое издательство, выпускающее русскоязычную литературу.

Э.Проффер
 Нет, но это первое издательство и последнее в мире, где шефы не русские, которые издают и по-английски и по-русски. И такого предприятия больше не будет, по-моему. Мы приехали в союз в 69-ом, Надежда Яковлевна Мандельштам была у нас крестной матерью. И через нее шли знакомства.

К.Ларина
 Простите, пожалуйста, Эллендея. То есть вы уже приехали с этой идеей, создать…

Э.Проффер
 Нет, мы ученые. Никакого издательства даже не было у нас в голове. Но у Карла, он старше меня на 6 лет, у него была большая любовь к Пушкину. И он хотел издать журнал, скажем, типа «Современник». Но только где были бы переводы и какие-то документы по-русски, чтобы показать широту русской литературы в советские времена. Но тоже Ахматова, Мандельштам, которые у нас мало известны были, очень мало переводов было. То есть наш первый номер, там и Бродский, Ахматова, Мандельштам, «Неизвестная история» Булгакова, которую я перевела. И так далее, и так далее. Плюс стихи Бродского по-русски. Горбунов и Горчаков. Ну, эта идея была у Карла. Но в начале мы ничего не знали об издательских делах, у нас не было денег, ничего не было. Но мы сначала дружили с писателями, потом ужаснулись от их образа жизни. Это вызвало у нас гнев, что такие прекрасные культурные деятели, так сказать, живут так плохо под цензурой, не могут достать нужную книгу. И это повлияло на нас.

Но потом в один день, буквально это было один день в 71 году, Карлу было скучно. Хотя он преподавал, у нас трое детей, ему не должно было быть скучно, но ему было скучно. Он человек большой энергии. Он говорит: «Давай я найду способ печатать одну страничку стихов». Что-то руками сделать. Он позвонил в типографию в нашем маленьком городке и, оказывается, есть новая система печатания, это с головками. Одна головка – кириллица. Они сказали, вам не надо будет составить одну страничку, вам надо брать напрокат вот эту машинку. И он умел печатать очень быстро. Я тоже, но он был что-то сверхъестественное в этом. «Ардис» построено на нашей энергии, на нашем теле и на его способности печатать быстро. Сначала было очень просо, мы не думали, что это издательство. Так 71-ый год, я привезла с собой обратно неизвестный вариант пьесы Булгакова по-русски. Я булгаковед. Мы тоже имели в руках редчайшие издание Мандельштама «Камень». Их было 50 экземпляров по стране, то есть коллекционеры нам сказали, что нельзя это достать. Мы друзья уже Надежды Яковлевны Мандельштам. И Карл сказал: «Давай перепечатаем Мандельштама. И давай сделаем один номер этого журнала по-английски. И давай сделаем издание вот этой пьесы». Но мы не думали, что это…. Издательство – это просто была прихоть. Ну, так все начиналось. Каждый год все больше и больше, масса рукописей, от графоманов России, которые нас нашли без проблем, без цензуры, почта работала. И все развивалось.
К.Ларина
 А вот скажите, а в принципе ваше увлечение русский литературой, оно как начиналось, которое стало профессией? Вот вы говорите, я впервые, у нас так никто не скажет - я из булгаковедов, моя профессия – булгаковед. Скажут: я литературовед, я критик, занимаюсь Булгаковым иногда.

Э.Проффер
 Ну, хорошо, может быть, надо будет, это моя ошибка.

К.Ларина
 Нет, это мне очень понравилось как раз Точно очень. Вот как это все началось у вас?

Э.Проффер
 У меня. Ну, есть разные люди, особенно в мире. Те, которые любят русскую литературу. Наши преподаватели, профессора, например, шли через войну. Из-за войны они стали изучать русский язык, а школа армейская их учила. Моему поколению было хуже, потому что трудно было достать практику по-русски говорить, мы же писали, мы же читали, мы изучали вашу литературу, но мы не говорили, как привило. Только когда я попала в Россию, моя лучшая подруга Таня Лоскутова, дочь Михаила Лоскутова, она ни одного слова не говорили по-английски, и мы хотели посплетничать, и вот мое знание этого языка всерьез началось только с ней. А я литературная девочка была. Любила иностранные языки. Просто так. В ранние времена это все. И когда мне 13, я читаю все библиотеки. Вообще в Америке система библиотек открытых, свободных. Это самая богатая в мире, как сказал Набоков… И это что-то фантастическое, маленький город имеет нормальную библиотеку. Я взяла все. Я читала дрянь, я читала прекрасные вещи, мне было все равно. Это у меня, скажем, как наркомания. Серьезно. И я потребитель, я не коллекционер. Я могу просто кофе налить на страницу. Я взяла Толстого на пляж и вернула это в библиотеку с песком. Я читаю Достоевского, когда мне 13 лет. То есть я слушала воздух. У родителей не было этого интереса, абсолютно нет. Мама литературная, но русская литература не существует для нее. А я как-то слушала, может быть, в библиотеке это имя через воздух, что это какое-то снобское чтение может быть. Взяла «Преступление и наказание».

К.Ларина
 Простите, ради Бога. У нас сейчас время новостей. Слушаем новости, потом продолжим нашу программу.

НОВОСТИ
К.Ларина
 Возвращаемся в программу «Книжное казино». Сегодня мы представляем книгу «Бродский среди нас», издательство «Корпус». Здесь у нас в студии главный редактор издательства Варвара Горностаева. Автор книги Эллендея Проффер Тисли тоже в нашей студии. И переводчик книжки на русский язык Виктор Голышев тоже здесь у нас. Поскольку мы сейчас вспоминали про начало издательства «Ардис», у меня вопрос к каждому из присутствующих. А вот вы помните, какие книжки попадались в ваши руки этого издательства? Каким образом это происходило и когда, Варь, ты помнишь?

В.Горностаева
 Я помню очень хорошо. Я помню, это, видимо, был уже самый конец 70-ых годов. И мой дядя работал в Америке. Не помню в точности, что он там делал. Я помню, он привозил тайком, например, всего Набокова. И мы читали, обернув это газеткой, чтобы не видно было. Мы читали все. У меня просто эти книжки стоят, я даже по цвету помню, что какого цвета было.

К.Ларина
 А что-нибудь сохранилось в домашней библиотеке? С тех времен, из советского времени, «Ардис», который привозился в Россию?

В.Горностаева
 Ну, вот у моих тети и дяди точно стоит это на полке на самом главном месте в квартире. Да, конечно.

К.Ларина
 Виктор Петрович, а у вас, помните что-нибудь?

В.Голышев
 Нет, я не помню, когда Бродский стал. Но все серые книжки пришли ко мне, а потом каким-то образом и синие появились.

К.Ларина
 Это все издательство «Ардис» тоже было, да?

В.Голышев
 Да, первую книжку, которую я запомнил, это был «Котлован» на двух языках. На русском и в переводе. И его мне прислал как раз человек, о котором идет речь. По почте просто.

К.Ларина
 Просто по почте? И дошло?

В.Голышев
 По-моему, да. Я боюсь соврать. По почте или кто-то привез, но вот эту книжку я запомнил.

В.Горностаева
 Привозили много.

В.Голышев
 А потом же продавали книжки Бродского здесь, по-моему, ардисовские. Синий, по-моему, здесь. И у меня были и те и другие. Кому-то я подарил синие.

К.Ларина
 Продавались, когда, в советское время?

В.Голышев
 Нет, это не советское время.

К.Ларина
 Это в перестроечное, наверное, когда появилось это все. Маечка, а у тебя?

М.Пешкова
 Мне давала читать моя приятельница. И при этом она сказала: «Только не вздумай читать в метро, я тебя хорошо знаю». Потом я познакомилась с Эллендеей. Сначала это была книжная ярмарка, на которой я увидела стенд «Ардиса». Естественно, я все дни не отходила от стенда, хотелось каждую книгу держать в руках. А потом я попросила интервью, вот сейчас мы вспомнили, это был 96 год в гостях у ее подруги Татьяны Лоскутовой. Я запомнила абсолютно все. И даже то, что Эллендея боялась микрофона. Завернула его в вафельное полотенце и положила в сумку. И так я записывала. Я страшно боялась, что запись не получится, но тем не менее, тогда было большое интервью. Это было 25-летие издательства. А на следующий день был безумно интересный вечер в библиотеке иностранной литературы. Вечер «Ардиса».

К.Ларина
 Эллендея, а вот то, что касается именно советских времен. Вы отслеживали вообще, каким образом ваши книги попадают в советский союз? Каким образом это происходило?

Э.Проффер
 Ну, это разными путями. Иногда нам не известными. Но что мы знали точно, это то, что любой советский дипломат, любой аспирант оттуда, любой чиновник, он может купить наши книга в Париже или в Нью-Йорке, потому что были особые магазины. И, по-моему, их деньги были от ЦРУ. Мы никогда не были уверены, но было ощущение. Они покупают у нас книги, русские там покупают, чтобы обратно в Союз… ну, что-то сомнительное было. Тоже были прямые заказы нам. Но главным образом это было через дипломатов, которые ездят туда и обратно. И не проверяют их багажа, пожалуйста. И они взяли очень много книг таким образом. Конечно, как Варя говорит, одна книга читается, скажем, ну 100 человек может быть.

К.Ларина
 Передается, да? Это правда, это правда.

Э.Проффер
 И на книжных ярмарках нам сообщили это первый раз, когда мы видели наших читателей. Мы знали наших писателей лично почти все. А читателей нет, а читатели стояли в очереди 3 часа в 77-ом. И во время следующей ярмарки. И потом они рассказали, что они в Сибири получили не наши книги, а перепечатанные рукописи, сделанные с Набокова или с других. И что это ценная вещь. Очень трогательно.

К.Ларина
 Кстати, забыла рассказать. Вчера в нашей студии был Владимир Николаевич Войнович. И когда закончился эфир, он сказа: « Вы знаете, Ксюша, что сейчас в Москве находится Эллендея Проффер? Основательница издательства «Ардис». Что же вы ее не зовете?» А я говорю, а вы знаете, Владимир Николаевич… Так что я думаю, что он сейчас нас тоже слушает. И давайте передадим большой привет ему. Я так понимаю, что вас тоже связывала и дружба и совместная работа. Вы издавали какие книги его?

Э.Проффер
 Мы издали сначала «Иванькиаду» прелестная книга. Если вы хотите узнать чиновников советской эры просто. И, конечно, дико смешная. И потом переиздали «Чонкина». Потом его большая книга «Москва 2042».

К.Ларина
 Самая пророческая книга. Она сегодня настольная.

Э.Проффер
 Список правил.

К.Ларина
 Скажите, пожалуйста, Эллендея. Это ваши первые мемуары, а почему?

Э.Проффер
 Да, наверное, последние. Карл написал книгу, это издано по-английски. А может быть и здесь надо издать. Называется «Вдовы России». Когда он умирал абсолютно. Умирал, лежал на столе, получил химическое лечение, он собрал все наши записки, написать мемуары. Ну, это были очерки вдов России, которые все-таки сохранили вашу культуру в советские времена. Ну, там, Надежда Мандельштам, Татьяна Владимировна Иванова, там, Лилия Брик, это мы хорошо знали. И вдовы Булгакова.

К.Ларина
 На русском не выходила эта книга? Безобразие какое.

Э.Проффер
 Нет, но я думаю, может быть интересно, нет, но это трудно сказать. И это очерки. И так как он умирал, это не обработано в его высоком стиле, но все-таки очень интересно. И он написал эти мемуары о Бродском. А я использовала куски, но это не мемуары, это заметки, это подготовка для мемуаров. Но Иосифу очень не понравилось, он сказал, что он вызовет меня на суд, ели я буду опубликовать эти заметки. И я включила куски от этих заметок внутри моих мемуаров. Но я не думаю, что я напишу другие, меня не тянет. Написать эту книгу было очень трудно, потому что я чувствовала все время, Иосиф стоит со мной и говорит: «Не надо, не надо, не надо, ни в коем случае».

К.Ларина
 А что для вас было главным, когда вы писали, вам важно было что рассказать?

Э.Проффер
 Вы знаете, было, что рассказать, но я не рассказала все, что я знаю, конечно. И я даже не рассказала все, что я собиралась рассказать. Вещь принимала свою форму, вот, что интересно. То есть у меня масса материала. А почему-то мне не понятно, но это подсознание работает. Я выбрала какие-то моменты с ними. Даже не скажу, что типичные моменты. Но, скажем, важные моменты. Где есть характер, где наши общие отношения отражаются. Но я была в России в 2003, когда выставка материалов Бродского была в музее Ахматовой. И я там видела мифотворческие дела. Большие мифотворческие дела. И меня это отталкивало. Я думала, где мой живой Иосиф, где мой настоящий человек? Потому что наше поколение умирает. Я же молодая для этой группы, они умирают, и мы все начинаем забывать то, что мы знаем. И он для меня до сих пор очень живой персонаж, очень его люблю. И хотелось каким-то образом передать русскую историю, мою сноску, так сказать, к вашей литературе, что я знаю, что мне кажется, важно. Но я повторяю, это все подсознательно сделано. И получилось что-то другое, не то, что я собиралась.

К.Ларина
 Но ведь вы от чего-то отказывались. Как я понимаю из вашего рассказа. И даже из того, что вы решали, вы потом в процессе написания книги говорили себе: нет, этого я не буду писать. С чем связано вот такие решения ваши? Интуиция?

Э.Проффер
 Я не знаю. Интуиция – 100 процентов. Так, все случайно в один день, но повлияли на меня все эти мифотворческие рассказы. Это не человек. И для меня это было отстранение дикое, что я слышу о нем. Не совпало. Я же его знала очень хорошо. Не с детства, как другие, но мы жили с ним в одном доме. Мы его знали в другом смысле. И долго знали.

К.Ларина
 А вы познакомились в Союзе?

Э.Проффер
 Да. Мы познакомились в 69-ом, мы читали три вещи его тогда. Он был известен из-за суда. Не известен, как поэт на Западе. И Надежда Яковлевна говорит мне и Калу, съездите в Ленинград. Я думаю, что вам будет интересно познакомиться с Бродским. Она не объясняет ничего. Она написала ему письмо, закрытое письмо. И мы передали ему это письмо. Я не знаю, что там было сказано.

К.Ларина
 То есть это как бы рекомендация.

Э.Проффер
 Да. Она де очень боялась иностранцев. И особенно молодых людей, всех молодых людей. Стукачи там, она всегда говорила, стукачи среди молодежи. И вот она его уверяет, наверное, что можно нам доверять.

К.Ларина
 И когда вы познакомились, у вас сразу возникло вот это чувство внутренней близости с человеком? Вот как это происходит?

Э.Проффер
 Вы знаете, это мое начало книги, это первая наша встреча. Мы записали очень много от этой поездки. Потому что мы познакомились с такими людьми невероятными. Это волна, масса людей, все интересные, талантливые. Но мы записали очень много о нем сразу в номере. Без его фамилии, естественно. Мы уже хорошо знали, где мы находимся. И я описывала первую эту встречу. Просто сильная личность. Обаятельный, он хотел нам понравиться. То есть он, как кошка. Он вас видит и принимает решение сразу, да или нет. И он нас схватил, вот, что я бы сказала.

К.Ларина
 Вы не влюбились?

Э.Проффер
 Сразу. Что вы, конечно. Когда он хотел вас очаровать, он сумел это сделать.

К.Ларина
 Ну, давайте мы подключим все-таки к нашему разговору, который у нас все-таки неминуемо движется к концу, Виктора Петровича. А вот по поводу мифотворчества, вот то, о чем говорит Эллендея. Вы же, наверняка, столько уже прочитали про Бродского, да? Нет, ничего не читаете?

В.Голышев
 Нет, ну, читал, там, одну книжку читал. Но там больше про стихи его, а так, нет, не читаю.

К.Ларина
 Специально не читаете? Не хотите?

В.Голышев
 Да нет, просто некогда.

К.Ларина
 Ну, вы же сами говорите, когда вы представляли эту книгу, вы сказали, что там все правда, вот как вы для себя определяете эту правду?

В.Голышев
 То, что я увидел, я какое-то время тоже с ним жил там время от времени по нескольку дней. Ну, нет, я знаю так, или это будет восхищение здесь неумеренное, и он уже там ангел, или его будут ненавидеть. Но и как-то это заранее ясно, что здесь объективности нету. У нас очень увлекающаяся публика здешняя. Или туда или сюда. Ненавидят, конечно, в общей части от зависти, от того, что он еврей. Если уж он замечательный поэт, то тогда у него вообще никаких недостатков нет. Все нормально. Не очень интересно это читать. Я знал его приятелей, кое-кого. Друзей, можно сказать. И не знаю, ну, мы его даже и не обсуждали с ними, а уж тем более с посторонними людьми. Нет, ну, я читал, в Америке книжка выходила. Он там авторшу обижал, потому что он, когда приехал в Америку, знал, с кем надо иметь дело, а с кем лучше не иметь. И кто его, ну, недостаточно хорошо, чтобы он там выглядел. Это все там было. И у Эллендеи это замечательно описано, все точно очень. И вся книжка пронизана любовью с одной стороны, а с другой стороны совершенно трезвый взгляд, замечательная комбинация. Когда любишь, больше человека понимаешь.

К.Ларина
 Ну, тут очень трудно. Не знаю, мне кажется, это труднее – рассказать о том, кого любишь. Да? Чем о том, к кому ты равнодушен. Тут я понимаю, какие мучения испытывала Эллендея, когда писала книгу, вот они, наверное, с этим связаны.

Э.Проффер
 Это были настоящие мучения, уверяю вас. Повторять это не хочу.

К.Ларина
 Давайте мы вопрос зададим нашим слушателям, поскольку у нас уже ответ на первый вопрос есть, Мортон стрит – улица, на которой жил Бродский в Нью-Йорке. Наши слушатели: Вера, первые три цифры телефона 151, Людмила 998, Андрей 055, Юрий 759 и Ольга 716. А вопрос второй мы вам задаем такой. Почему издательство называлось «Ардис»? На него отвечаете вы, дорогие друзья, не наши гости которые знают ответ на этот вопрос. Жалко мне времени, давайте тоже на смс, пожалуйста. Откуда такое название возникло, пишите на смс. Я возвращаюсь к своему вопросу про мемуары. А вот то, что касается самой истории издательства, о чем мы сегодня немножко поговорили. Ведь это же и сама история, и люди, которые вокруг возникли, и люди, которых вы издавали, и люди, с которыми вы подружились. Это же невероятный какой-то котел сюжетов, почему вы не хотите к этому-то вернуться?

Э.Проффер
 Я не знаю, я рассказываю в этой книге, Надежда Яковлевна говорит мне, когда мне только 25 лет. Очень как-то тих, почти робким голосом она говорит: «Ну, ты напишешь что-нибудь о нас когда-нибудь?» И я думала, что нет. Потому что Карл написал то, что, наверное, я бы написала. Единственная разница, это большая разница, его мемуары, например, то есть заметки о Бродском, ему 46, когда он пишет, умирая, ему было. Его оценка Иосифа очень жесткая. А я старая сейчас, моя оценка более понимающая. И так Карл уже написал эту книгу, я написала длинное эссе о Борисе. И может быть это собрать где-то в книге, ни знаю. Нет, у меня нет интереса. Я же не мемуарист.

К.Ларина
 Варя, у меня к тебе вопрос тогда, может быть действительно такую историю… Я вот ваш читатель. Я бы с удовольствием. Если бы такая книга была издана, я бы схватила.

В.Горностаева
 История «Ардис»? Ну как же мы без Эллендеи обойдемся? Это на самом деле она должна делать, а она не хочет.

Э.Проффер
 Ну, должна прибавить здесь важную вещь, что Николай Лысков уже занимается написанием книги о Борисе. Он уже работал в архиве, в Мичиганском университете, где наши вещи лежат. И я не знаю, что он напишет, это его дело. Но он собирает все документы, копии всех писем. И очень много я сама забыла, надо сказать. Потому что, ну, как Варя вам скажет, это бешеная жизнь. Издательство – каждый день звонки, каждый день письма, и у нас появляется Булат Окуджава, например, или Аксенов, так очень трудно ориентироваться.

К.Ларина
 А вот я так понимаю, что издательство «Ардис», как и те, которые мы называли в начале, которые издавали русскоязычную литературу, они издавали по сути запрещенную литературу в советском союзе. Как вам кажется, сегодня возможна такая работа с авторами, которые не приветствуются на территории России? Или пока еще нет, пока еще свобода?

Э.Проффер
 Нет, я думаю, что, я понимаю, что вам трудно здесь временами. Что тень цензуры есть. Но сравнивать это с брежневским годами, ну, просто стыдно. Это разница огромная. Я понимаю, что иметь свободу 20 лет и потерять ее – трагедия. Но я не думаю, что это случается все еще. И если случится, все будет по интернету. Уникальное событие, ну, по всему миру. Даже для Китая не было издательство такое, как «Ардис», чтобы американцы или русские или французы занимались бы китайской литературой и издали. Нет, никогда. Нет, я думаю, что у вас все было бы сегодня через компьютер.

К.Ларина
 Я так понимаю, что вас связывали со многими, и с Бродским в первую очередь, про которого мы сегодня вспоминаем, но и со многими другими писателями, которые у вас издавались, человеческие, дружеские отношения были, да?

Э.Проффер
 Да, и Набоков, и Аксенов, и так далее.

К.Ларина
 Вы помогали людям, которые приезжали из Союза насовсем, в том числе Аксенов или Бродский, каким-то образом адаптироваться в новой стране?

Э.Проффер
 Да, но иногда они жили у нас. И Карл был… Но я должна сказать, что вот эта книга «Бродский среди нас» - это не только о Бродском . Там дружба с Карлом – очень важная тема. Каким был Карл. Какая была я. Вообще, что за мир. Потому что русский читатель думает, что Бродский уехал отсюда и вдруг получил Нобелевскую премию. И что американцы там не при чем, потому что, что они могут дать? Они ему дали все. Он ничего не получил через эмигрантов, он все получил через нас, американцев. И я думаю, что адаптироваться, ну, Карл нашел им не только работу, он нашел им профессию. То есть они стали профессорами. Он показал им, как это делается, он написал им рекомендательные письма. Он человек невероятной энергии и способности. Он сам типа гения, я бы сказал. И адаптироваться – это мягко говоря. Да.

К.Ларина
 Понятно. Нам нужно уже завершать программу, к сожалению, дорогие друзья. Как всегда время пролетело. Но скажем ответ правильный на наш вопрос. Издательство «Ардис» - это из Набокова вышло название. Ну, давайте несколько слов про это скажем.

Э.Проффер
 Да, это роман «Ада», мы читали в Москве. Там называется усадьба «Ардис». И когда настало время нам выбрать название, нам было очень легко Конечно, это будет «Ардис»

К.Ларина
 У нас много правильных ответов. Но давайте я назову так: Олег, телефон ваш 260 - первые три цифры. Вы у нас победитель, потому что первый отправили правильный ответ. Все, к сожалению, вынуждены завершать нашу сегодняшнюю программу. Спасибо всем нашим гостям. Спасло, Эллендея, спасибо Варя, спасибо переводчику Виктору Петровичу, спасибо Майе Пешковой, спасибо Ксении Лариной, спасибо Светлане Ростовцевой и всем нашим слушателям. До встречи.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..