воскресенье, 10 ноября 2013 г.

ПУТИ ОДИНОЧЕСТВА рассказ




Он родился легко — красивый и гладкий. Мама сразу дала ему имя — Авель и полюбила этого сына больше, чем старших его братьев и сестер. Он рос в любви и ласке. На его зов сразу являлась мама, готовая защитить Ави от страшного мира, в котором ему довелось родиться.
 Малыш рос не злым, здоровым и веселым ребенком. Хорошо учился и даже проявил несомненный музыкальный дар. Сосед научил Ави играть на трубе, и в игре этой он со временем достиг совершенства.
В молодости Ави много говорил, и делал это вдохновенно. Ему было все равно, что говорить. Он любил, когда его слушали. Особенно ценил внимание девушек... И девушки любили Ави, потому что он был красив, неглуп и красноречив. Но однажды он сказал лишнее, а время было злое. Ави арестовали и стали бить, как троцкиста. Он должен был назвать своих соратников по заговору, которого не было, а была одна болтовня. Но люди НКВД получали свой паек за работу, а к работе этой язык без костей не пришьешь. Им нужны были жертвы.
Авеля били сильно. Он кричал: «Мамочка!» Но мама ничем не могла помочь своему любимому сыну. Впрочем, она старалась: искала пути к начальству, но действовала осторожно и умно, понимая, что излишний шум может только навредить Авелю. Наконец он назвал имена и подписал какую-то бумажку, не читая. Его перестали бить, а через несколько дней позвали на допрос к главному чекисту. Время, надо признаться, было еще не таким кровожадным. Главный чекист за большую взятку решил отпустить Авеля, но только при одном условии: подследственный должен был покинуть этот уездный город и уехать, как можно быстрей и дальше.
Авель вышел из тюрьмы совсем другим человеком. Мама обнимала его, но не почувствовала привычного, отзывчивого тепла. Его спрашивали о пережитом. Он молчал. Ему собрали большой фанерный чемодан — и Авель покинул родной город и свою семью. Как оказалось, покинул навсегда.
Он испугался тогда. Он смертельно испугался, решив, что вся сила этого мира жестока и несправедлива. И единственный путь избежать насилия — спрятаться, затаиться.
С детства, как уже отмечалось, он отличался прилежанием и аккуратностью. Эти его качества оказались востребованы. В большом столичном городе ему почти сразу удалось устроиться на машиностроительный завод чертежником. Сначала он жил в общежитии для рабочих, а потом был размещен на казенной площади заводоуправления. Авелю предоставили маленькую комнатку в пять квадратных метров, но в ней он жил один и был совершенно счастлив, потому что после общей камеры в тюрьме Авель желал только одного: как можно больше времени проводить в одиночестве. Он брал в библиотеке книги. Он много читал и играл на трубе. Все эти занятия ему нравились, так как не требовали участия посторонних.
Со своим родными Авель не поддерживал связь, даже маме он не писал, как и было договорено. Он должен был затеряться в людском муравейнике. И он затерялся.
Природа брала свое. Авель женился на тихой машинистке из бюро по трудоустройству. В 1935 году у молодоженов родилась дочь — Анна. Но жить семейно Авель не мог. Его раздражало все в жене и ребенке. Впрочем, его злил мир людей вообще. Злил и пугал даже тогда, когда люди просто находились рядом с ним в транспорте, на работе или демонстрации по «красным» дням, куда Авель ходил по необходимости. Вскоре он вновь оказался один, так и не сумев привыкнуть к своей семье. Впрочем, он исправно платил алименты и один раз в две недели гулял с дочерью Анной в парке культуры и отдыха.
Потом началась война, Авеля призвали в специальные части. Все четыре года он воевал в обслуге гвардейских минометов «катюша». Воевал честно и был награжден одним орденом и тремя медалями.
После войны страхов стало меньше, и Авель сделал попытку разыскать родных, но узнал, что все они погибли от рук фашистов. Тогда впервые он испугался сам себя, потому что не почувствовал боли, а даже некоторое облегчение от этого известия.
Узнав о мученической смерти своей семьи, Авель ушел в близкий лес и там долго играл на трубе. Так он оплакал их и забыл, потому что не испытывал благодарности к материнскому чреву и любовному пылу отца. Впрочем, отца он совсем не помнил. Тот умер совсем нестарым человеком от чахотки.
Надо сказать, что война только укрепила взгляды Авеля на мир. Этот тихий и спокойный человек на самом деле был в ужасе от природы людской и склонен был доверять природе, но не человеку. Природу, особенно лес и горы, он даже полюбил.
Авель продолжал работать все там же и там же жить, в комнатушке при заводоуправлении. Барак, где находилась его жилплощадь, стоял на окраине города, а дальше был лес - главная радость Авеля. Он использовал каждую свободную минуту, чтобы оказаться в одиночестве, в лесу. Он не стремился знать природу и относился к лесу без корысти. Он никогда не собирал грибы или ягоды. Он наслаждался одиночеством. В лесу ему казалось, что он один на всем белом свете. И больше никто и никогда не коснется грубо его души и тела.
Женщины были в жизни Авеля, но подбирал он их очень осторожно, расставался с ними быстро и без сожалений. С женщинами он ходил в кино, парк, редко в рестораны, но никогда не брал их на свои прогулки в лес.
С дочерью Авель встречался по-прежнему регулярно, хотя Анна уже выросла и не нуждалась в его деньгах и заботе. Он только обрадовался этому, а ходил в дом своей первой жены больше по привычке, чем по зову сердца. Друзей у Авеля не было, а с коллегами он пытался не вступать даже в приятельские отношения. Он жил настолько одиноко, что в год борьбы с космополитизмом его заподозрили в недобром, успели уволить, но тут умер Сталин, и Авель вновь стал к своему кульману. Надо сказать, что о еврействе своем Авель постарался забыть, но и советским патриотом себя не выказывал. Он вообще пытался жить вне конъюнктуры момента. Никуда не вступал, помалкивал на собраниях. Короче, старался свести к минимуму свои контакты с миром людей: личным и общественным.
Он выбрал одиночество. И доля эта вовсе не казалась ему страшной. Он никому не навязывал себя и не терпел, когда кто-то решал, что он нужен Авелю.
Тишина и одиночество - больше он ни в чем не испытывал нужды. Он брал отпуск весной и со временем стал уезжать в горы на своей машине. Затрат особых у Авеля не было, да и тратить деньги он не любил, потому что любая покупка требовала контакта с продавцом, с человеком. А любые контакты с людьми, кроме привычных, упорядоченных, плановых, — были для Авеля мучительны. В 1962 году он накопил достаточно денег, чтобы купить машину «Москвич». Теперь он мог уезжать от людей еще дальше.
Одиночество требовало здоровья, Авель был здоров и силен, так как с юности укреплял свой организм интенсивной зарядкой по утрам.
Он не испытывал ненависти к человеческому роду. Он вообще не был способен на сильное чувство. В своем дневнике Авель записал как-то: «Я, наверно, — человек правильный, «причинный». Человеческие страсти абсурдны. Любят они без причины, да и ненавидят тоже непонятно почему. Я к этому миру людей равнодушен. Впрочем, это неправда - я его боюсь».
Из книг ему больше всего нравился роман Дефо «Робинзон Крузо». Он перечитывал книгу эту неоднократно, но до определенного места, до появления Пятницы. Дальше читать не хотел, ему были скучны плотно заселенные страницы.
«Господи, — думал Авель. — У Робинзона был такой счастливый шанс прожить в одиночестве, а он так и не воспользовался этим!»
 На шестом десятке Авель сделал попытку поверить в Бога. Ему казалось, что с Богом не страшно, что Бог — самая реальная поддержка человеку в одиночестве. Но за Богом стоял Закон — правила общения с людьми, а этого общения Авель не желал всем сердцем.
Его единственным Богом стала природа. Он уезжал в горы так высоко, как только мог забраться. Он выбирал маршруты подальше от туристских троп. Он оставлял машину на краю альпийских лугов и уходил к вершинам, с рюкзаком за плечами и альпенштоком. Ему не раз говорили, что ходить в одиночку в горы очень опасно. Авель сознавал это, но смерти он не боялся совершенно. Он боялся жизни.
Потом Авель состарился и вышел на пенсию. Почувствовав слабость, он перестал ездить в горы, но в лес продолжал ходить теперь уже каждый день, и каждый день он играл в лесу на трубе свои нехитрые мелодии. Ему никогда не мешала погода. В дождь и слякоть он одевал долгополый, армейский плащ-палатку с капюшоном, а зимой — тулуп и валенки.
Авель бросил работать ровно в день своего шестидесятилетия. Он будто всю свою жизнь ждал этого дня, как полной свободы от людей. Ему вручили стандартный адрес, альбом и подарок. Он все это принял с благодарностью, но тут же забыл о годах своего вынужденного трудового участия в жизни людей, как о жутком сне. Труд не стал его привычкой, потому что был неизбежно замешан на контактах с людьми же, а это всегда доставляло Авелю неприятные, даже болезненные ощущения.
Нет, были, конечно, в его жизни разные происшествия, связанные с себе подобными. Однажды он играл в лесу на трубе, и тут на поляну вышла немолодая женщина с лукошком, полным грибов. Она стояла, слушала Авеля и улыбалась. Потом он перестал играть, и женщина радостно захлопала.
— Какой же вы молодец! — сказала она. — Вы здесь всегда играете?
Авель кивнул.
— Меня Катей зовут, — сказала женщина. — А вас как?
— Ави... Авель, — нехотя ответил он.
— Какое странное имя, — удивилась женщина. - Вы, наверно, не русский?
— Я — еврей, — сказал Авель.
— Как интересно, — сказала женщина. — Еврей Авель в лесу играет на дудке. У вас нет брата Каина?
— Нет, — улыбнулся Авель, потому что ему понравилась эта простая и умная женщина.
Потом она сказала, что завтра обязательно придет на это место послушать его музыку. Она сказала, что птицы замолкают, когда он начинает играть. Авель проводил женщину до города. И они расстались.
Он пришел в лес на следующий день. Он вышел точно на ту поляну, где встретил женщину Катю. Он ждал ее долго, но она не пришла. Она не пришла и назавтра. Тогда Авель перестал играть на привычной поляне, а нашел для своих концертов другую, подальше от того места, где он встретил Катю.
— Предательство, — сам себе сказал Авель. — Они живут только одним — предательством. Они говорят, а слова их ничего не стоят. Они лгут и жить не могут без лжи. Весь их мир построен на лжи и предательстве.
Думая об этом, он становился над муравейником и долго наблюдал за праведной и ясной жизнью муравьев.
В начале семидесятых годов Авель стал дедом. Ему понравилась внучка. Он чаще стал ходить в дом дочери (первая жена Авеля к тому времени умерла), но, к несчастью, ребенок родился с диким диатезом, интоксикацией, а потому много плакал, капризничал, шумел. Авель все реже стал навещать внучку, а потом и вовсе свел свои визиты к минимуму.
Так он и жил по касательной к миру людей. Никому, с тех давних пор своей юности, не делал он зла, но и не позволял зло это причинять себе.
Было бы неверно думать, что жизнь его была бедной, свободной от радости общения с миром. Нет, иной раз в лесу, музицируя, Авель испытывал настоящее счастье и душевный подъем. Он видел, ощущал всю красоту мира и часто даже плакал при виде движения божьей коровки или работы дятла.
В лесу он любил ложиться на землю, причем делал это при любой погоде, и смотреть в небо. Небо, особенно живое, облачное, закатное или на рассвете, вбирало в себя без остатка всю его сущность. Космос втягивал в себя Авеля, и там, в безвоздушном пространстве, он мог по-настоящему испытать восторг одиночества и отрыва от всего того, что было связано с несчастьем его рождения на бренной земле.
Однажды дочь Авеля оставила отца в своем домике на садово-огородном участке. Стоял тихий и теплый сентябрь, дачники разъехались. Старик был счастлив в своем одиночестве, как никогда в жизни. Целую неделю он не слышал человеческого голоса. Никто ни о чем не спрашивал Авеля и не требовал от него ответа. Старик просыпался с удивительным ощущением счастья и здоровья. Он растапливал печь, готовил нехитрый завтрак и думал, что завтра проснется с тем же удивительным чувством свободы и покоя.
Потом дочь Авеля решила уехать в Израиль на постоянное жительство и предложила отцу последовать за собой. Она сделала это из приличия, но Авель совершенно внезапно дал свое согласия и в восьмидесятилетнем возрасте покинул Россию, свою комнату и лес.
Ему вдруг показалось, что на родине предков он обретет что-то безнадежно утраченное; и в своем одиночестве легко примирится с миром людей, если люди эти будут похожи на него хотя бы внешне. Авель вдруг вспомнил свою семью, а главное — маму. Он вдруг подумал: там, в Израиле, он услышит ее голос и ощутит тепло рук. Он понимал, что это безумие, что радость детства не может вернуться к человеку ни при каких обстоятельствах, но все-таки надеялся на что-то. И с этой надеждой вышел в жаркую зиму аэропорта в Лоде.
Сначала он жил вместе с семьей дочери, а потом вновь предпочел одиночество. Леса не было. Но он бродил по большой пустоши между двумя городами. Жара не пугала Авеля. Он брал с собой воду, прятал седые волосы под соломенную шляпу — и странствовал до изнеможения по барханам пустоши.
Пришел он к этому не сразу. Первое время Авель любил бывать на людях. Ему и вправду казалось, что вот-вот он увидит лицо своей матери и услышит ее голос. Но со временем он перестал надеяться на чудо. И вновь стал ощущать к людям устойчивое и брезгливое равнодушие.
Пустошь спасла Авеля. Она в любое время года не была мертва. Насекомые, птицы, ящерицы, шакалы... Этого мира было достаточно старику. А еще радовали его развалины. К одному такому дому он приходил постоянно. Ему нравились узоры на разрушенном кафеле  пола. Узор был ясен и красив. Так красив, что было непонятно, почему этот дом покинули люди. А еще вокруг развалин росли деревья. Авель любил отдыхать в зыбкой тени гигантской акации. Они садился на ржавый стул, доставал трубу из рюкзака и начинал играть.  Над ним с ревом проносились самолеты, совсем близко гудела безумным потоком автомобильная трасса, а он играл, слушая только себя и вглядываясь в бесконечность своего одиночества.
Там, у этих развалин, и умер Авель, когда пришел его час. Умер без страха и боли, понимая, что умирает. Он играл перед самой смертью и не успел спрятать трубу в рюкзак.
По барханам гоняли мальчишки на мотоциклах. Они нашли Авеля и сообщили в полицию.
Похороны прошли тихо. Дочь никак не могла набрать необходимое для кадиша число провожатых. Раввин помог ей, собрав у могилы чужих людей. Десять человек спокойно выслушали молитву и разошлись, положив на могилу по камешку. Дочь и взрослая внучка Авеля попробовали выжать из себя слезу, но из этого ничего не вышло. Впрочем, Авель и при жизни не нуждался в слезах и сочувствии близких. Он ничего не оставил после себя, кроме помятой трубы. Но дочь решила, что следует похоронить инструмент вместе с отцом. Так и сделали.

Больше я ничего не знаю об этом человеке, сумевшем прожить свои дни на необитаемом острове, рядом с людьми и вдали от них. Думаю, что все в жизни Авеля могло сложиться иначе, но в молодости его будто приговорили к одиночеству, и не хватило в сердце Авеля мужества простить людей и поверить в возможность добра рядом с ними.

 Из книги "Рассказы о русском Израиле".

ЗА ЧТО РОССИЯ ЛЮБИТ СТАЛИНА

Акмолинский лагерь жён изменников Родины  (АЛЖ. И. Р.)
 

СЕКРЕТ ДОЛГОЛЕТИЯ


Всю эту "медицину" давно открыли хасиды еврейских местечек, обнаружив, что "в печали зло".


Александр Казакевич. Глава из книги «Вдохновляющая книга. Как жить»
Те, кто бывал в столице Бельгии, наверняка видел эту любопытную надпись. Ее часто вывешивают в местных кафе и барах. Надпись и впрямь необычная: «11-я заповедь: живи в свое удовольствие!» Что это — хитрый коммерческий ход, призванный заставить посетителей тратить больше денег, или действительно важное напоминание, настолько важное, что его можно сравнить с десятью заповедями Христа?
Прежде чем ответить на этот вопрос, позвольте рассказать вам об одном интересном научном факте.
Немецкие психологи, работающие с детьми, больными последней стадией рака (на этой стадии болезнь считается безнадежной), решили провести необычный эксперимент: исполнить самое сокровенное желание ребенка и посмотреть, как исполнение мечты скажется на самочувствии маленьких пациентов. В эксперименте участвовало несколько тяжело больных, обреченных на скорую смерть ребятишек. Что же пожелали дети?

Четырехлетняя малышка, живущая в деревне, захотела прокатиться на трамвае. Одиннадцатилетний мальчик грезил о том, как сядет на лошадь, а тринадцатилетняя девочка мечтала стать принцессой: чтобы у нее были слуги, и ей, как принцессе, целовали ручки.
Психологи арендовали трамвай и часа два катали маленькую девочку по городу. Ей показывали интересные достопримечательности, поили чаем со сладостями… Для мальчугана и его отца нашли пару лошадей — и отец с сыном поскакали вдоль моря… Самым сложным желанием было превращение пациентки в принцессу. Но медики нашли выход: они арендовали старинный замок, взяли напрокат красивую старинную одежду. Врачи нарядились придворными, а девочку одели в платье принцессы. Маленькая принцесса ходила по залам, все ей прислуживали и, как она и мечтала, целовали ручки.
Последующие результаты медицинского обследования оказались просто потрясающими. У одного ребенка рак полностью исчез, у других болезнь либо пошла на убыль, либо как минимум приостановилась!

Этот эксперимент подтвердил истину, которую знали древние врачи, но почему-то частенько забывают современные эскулапы: наши эмоции оказывают самое сильное и непосредственное влияние на наше самочувствие и здоровье. Положительные эмоции и хорошие мысли способны не только доставить радость и ощущение счастья, но и победить самую страшную болезнь. Вот почему фраза «живите в свое удовольствие» — совсем не шутка, а самая что ни на есть важная истина. Истина, которую следует не просто выучить, а вызубрить как «отче наш» каждому.

ШКОЛЫ И УНИВЕРСИТЕТЫ МУДРОСТИ НЕ ДАЮТ

«Халиф Абдурахман имел в жизни четырнадцать счастливых дней, — сокрушался Лев Толстой в своем дневнике, — а я, наверное, не имел столько. И все оттого, что никогда не жил — не умею жить — для себя, для души, а живу напоказ, для людей». Гете, человек, переживший немало счастливых, казалось бы, романов, приключений и событий, также утверждал, что за всю свою долгую жизнь был счастлив лишь несколько мгновений. Если изучить дневники или биографии известных людей, можно убедиться, что даже наделенные большим умом и талантом люди редко бывают счастливы. С чего бы это?

Казалось бы, чем образованнее человек, тем больше источников счастья ему должны быть открыты. Ан, нет! Все как раз наоборот, и права пословица, утверждающая, что «во многой мудрости много печали». Чем проще механизм, тем надежнее он работает. По тому же принципу, чем меньше человек знает, тем он лучше спит. И еще — чаще смеется и большему радуется. Послушайте размышления какого-нибудь профессора о жизни и, скорее всего, у вас поубавится оптимизма. А поговорите о том же с простым крестьянином и — гляньте-ка, оказывается, не все так плохо и можно жить!
Видимо прав был Конфуций, утверждавший, что по-настоящему мудр не тот, кто знает многое, а тот, кто знает необходимое. А что есть необходимое? Знание для чего жить и как. А этому ни школы, ни университеты не учат. Этому человек учится сам.

Впрочем, нельзя сказать, что и крестьяне намного счастливее «печальных» профессоров. И те и другие почти в равной степени «что имеют, не хранят, потерявши — плачут».
А вот еще одна странная вещь. Советские лингвисты в 30-х годах прошлого века обнаружили, что в русском языке количество слов, несущих негативную окраску, в три раза превышает число позитивных. Ни одной серьезной теории, объясняющей этот факт, кроме разве той, что у русского народа жизнь всегда, мол, была тяжелой, тогда не прозвучало. И лишь недавнее открытие позволило ответить, отчего так редки счастливые люди и почему словарь ругательных и других отрицательных слов в русском языке превосходит объем положительных.
Что же это за открытие?

ПОЧЕМУ В РОССИИ БОЛЬШЕ ТОСКУЮТ, ЧЕМ РАДУЮТСЯ?

Известно, что мозг человека состоит из двух полушарий — правого и левого. И каждое из них отвечает, как оказалось, за прямо противоположенные эмоции. Левое, «логическое», наделяет человека радостью, уверенностью, спокойствием, бодростью, надеждой и оптимизмом. Правое, «эмоциональное», наоборот, заставляет больше тосковать, волноваться, злиться и разочаровываться.

В эксперименте людей усаживали перед экраном монитора и демонстрировали разные картинки — приятные и отвратительные. В это время при помощи специальных датчиков считывались сигналы мозга. Датчики показали, что страшные и другие неприятные картинки возбуждали — у одних сильнее, у других слабее — правое полушарие, в то время как на приятные реагировало исключительно левое полушарие.
Если бы оба полушария мозга были развиты одинаково, то на человека приходилось всего поровну — и радости, и печали. Однако так не бывает: какое-то полушарие всегда работает активнее другого. А это значит, что характер человека зависит от того, какое полушарие мозга у него играет «первую скрипку».

Левополушарные люди, как правило, стойко переносят удары судьбы, правополушарные, напротив, впадают в уныние от малейшего пустяка. И на людей, и на здоровье, и на судьбу правополушарные жалуются куда чаще, нежели левополушарные. Поэтому и живут они мало, и болеют много, и добиваются в жизни гораздо более скромных результатов, чем могли бы.
Зная, как человек реагирует на проблему, можно предсказать его будущее. Причем, сделать это можно даже по отношению к только что родившимся младенцам. «В одном эксперименте, — рассказывает российский эндокринолог Наталья Линц, — исследователи снимали энцефалограмму у 10-месячных младенцев, сосущих грудь. Затем прерывали кормление. Одни возмущенно кричали, другие проявляли олимпийское спокойствие. При этом ученые регистрировали биотоки мозга, строили схемы его активности и предсказывали, кто из детишек вырастет оптимистом, а кто пессимистом».

По мнению Натальи Линц, «людей с доминирующим левым полушарием — всего 30 процентов, то есть около двух миллиардов. Остальные, увы, больше тоскуют, чем радуются». Тоскуют, в основном, и жители России, Беларуси и Украины. Это — правополушарные народы. А вот жители Западной Европы и Америки — это, по преимуществу, левополушарники.
«И человек, каким я стал, с грустью приветствует человека, каким я бы мог быть», — признался однажды немецкий поэт Фридрих Геббель. Все поэты — это, по определению, правополушарники. Вот почему грустные стихи — привычное дело в литературе, а радостные — редкость.
Теперь, читатель, вы понимаете, почему в русском языке положительных слов меньше, чем отрицательных, а в глазах встречных прохожих — больше печали, чем радости?

ОТ ЧЕГО ВОЗНИКАЮТ ЯЗВЫ?

«Человек рожден для счастья, как птица для полета». Эта фраза Короленко известна, наверное, многим. Это слова оптимиста. А вот вам суждение пессимиста — поэта Георгия Иванова, который превратил крылатую фразу в застольную остроту: «Человек рожден для счастья, как птица для паштета». Если условно поделить все человечество на оптимистов и пессимистов, то на одного сторонника Короленко придется три единомышленника Иванова. И этой «математике» есть научное объяснение.

Как утверждают ученые, стимулировать положительные эмоции гораздо сложнее, чем отрицательные. Человеческий мозг, как оказывается, «по умолчанию», в силу эволюционных особенностей развития, настроен на прием «внешней опасности». А это значит, что дурное мы замечаем быстрее, чем хорошее, и, надеясь на лучшее, ожидаем худшего. И в ожидании этом сжигаем массу жизненной энергии, расходуя ее на бесполезные, «нерациональные» страхи, тревогу и волнение. И, как итог, губим собственное здоровье.

Вот один любопытный факт. В 60-х годах прошлого столетия людям, страдающим язвенной болезнью, американские врачи рекомендовали избегать острой пищи. Торговцы помидорами, из которых приготовляется большинство острых соусов, несшие из-за этого убытки, решили обратиться в министерство сельского хозяйства с просьбой выяснить, существует ли в действительности связь между потреблением острых соусов и заболеваемостью язвой. Министерство провело масштабное исследование, продолжавшееся несколько лет, и наконец опубликовало отчет. Суть выводов ученых было заключено в одной-единственной строке, которая сообщала: «Язвы и прочие кишечно-желудочные заболевания возникают не от того, что мы едим, а от того, что гложет нас».

Ранняя старость, гипертония, язва, инсульты, инфаркты, рак — все это только малая часть тех «побочных эффектов», что оставляют после себя печальные, беспокойные, трусливые и злые мысли, которые самым настоящим, физическим образом отравляют наш организм каждый день и каждый час. И наоборот, добрые, радостные, оптимистичные мысли способны не только укрепить здоровье, но и победить любой недуг
.
Как говорил Эмерсон, «человек представляет собой то, о чем он на протяжении целого дня думает». Именно мысли создают из нас здоровых или больных, счастливцев или горемык, победителей или побежденных. Юрий Андреев в книге «Три кита здоровья» приводит рассказ известного советского психиатра, доктора медицинских наук, профессора А.И.Белкина:
«Несколько лет назад во время первой поездки в США мы посетили одну из клиник, где применяются психологические приемы лечения раковых больных. Откровенно признались коллегам, что не верим в эффективность этого метода, но изменим свое мнение, если увидим изменение динамики раковых заболеваний. И нам предоставили такую возможность. Недавно мы опять побывали в этой клинике и убедились: пациенты, которым два года назад, по мнению врачей, оставалось жить несколько месяцев и даже недель, теперь выглядели совершенно здоровыми. Анализы показали, что у них исчезли злокачественные опухоли и метастазы. А ведь эти пациенты раньше испробовали все традиционные методы лечения: лучевую и химическую терапию, хирургические вмешательства, но остановить развитие болезни не удавалось. Коррекция психики позволила победить болезнь».
«Коррекция психики» — это, проще говоря, изменение мыслей с негативных на позитивные.

ЧУДЕСА — ОТ ПРАВИЛЬНЫХ МЫСЛЕЙ

Говорят, все болезни от нервов. Это не совсем верное выражение. Первый и главный источник если не буквально всех, то большинства болезней — наш мозг. Именно он отдает приказы нашему телу — победить болезнь или сдаться ей.

В знаменитом американском фильме «Секрет» приводится история Морриса Гудмана. «Чудо-человек» — так прозвали его в Америке. Познакомьтесь с его рассказом:
«Моя история начинается в марте 1981 года. В день, который я никогда не забуду. Мой самолет потерпел крушение. Я оказался в больнице. Совершенно парализованный. Я сломал несколько позвонков, у меня пропал глотательный рефлекс, я мог только моргать глазами. Доктора сказали, что я буду «овощем». Но мне было без разницы, что они думают. Самое главное было то, что думал я. А я совсем не собирался становиться «овощем».

Показывая глазами медсестре на алфавит, я составил записку: «Я буду ходить к Рождеству!» Я представлял себя снова и снова нормальным человеком, выходящим из больницы на своих ногах. «Пока у тебя есть разум, можно починить все остальное», — говорил я себе. Я был подсоединен к дыхательному аппарату, и мне сказали, что я всегда буду от него зависеть, так как часть моего мозга разрушена. Но и это меня не остановило.
И однажды ночью я понял, что мне надо пытаться дышать самому. Я говорил себе: «Дыши! Дыши! Дыши!..» И я задышал! В конце концов, меня отключили от аппарата. И я смог выйти из больницы к Рождеству на собственных ногах! Врачи не могли найти этому объяснение. Со слезами на глазах и ликованием в сердце я слышал позади себя их удивленные восклицания: «Это невозможно!».

«Неизлечимое — это излечимое изнутри!» — подчеркивают авторы фильма. И делают вывод: тот, кто хочет болеть, будет болеть, а тот, кто хочет быть здоровым, будет здоровым.
Эту мысль поддерживает и доктор психологии, Президент российского института самовосстановления человека Мирзакарим Норбеков. Вот что он пишет: «Болезнь нужно побеждать умом… Надо стать чокнутым с точки зрения нормальных людей и начать сначала радоваться, а уже затем получать результат. Не переживайте — он появится сам собой, даже не спрашивая вашего разрешения. А если радость не приходит самостоятельно, ее следует вызвать искусственным образом.

Итак, для начала надеваем «мышечный корсет» — выпрямляем спину, расправляем плечи и растягиваем рот до ушей. Другими словами, сознательно создаем осанку и мимику Победителя. Затем искусственно вызываем состояние радости и усилием воли заставляем себя поверить в успех выздоровления. Вполне вероятно, что и радоваться, и верить на первых порах вам придется через силу. Позже радость и вера войдут в привычку.

Хотя на первый взгляд моя формула и кажется абсурдной, она — научно подтвержденный факт. Суть ее действия следующая. В нашем организме существует центр синхронизации мышц, настроения и мыслей. А значит, эмоции, которые мы испытываем, через кровь передаются в мозг и влияют на состояние нашего здоровья. И если состояние счастья человек испытывает в течение очень долгого времени, то даже будучи хроническим больным, он забудет о своих недугах и начнет выздоравливать.

Известно, что между внутренним состоянием и внешним обликом существует как прямая, так и обратная связь. А организм прекрасно поддается настройке. Американские ученые исследовали людей, исцелившихся от тяжелых онкологических заболеваний. У всех была одна общая черта — по натуре все они были оптимистами и не оплакивали свою тяжкую участь. Они не боролись за жизнь, а жили счастливо и полноценно, не унывая даже в часы поражений.
Запомните — ваше здоровье в ваших руках, и весь лечебный арсенал заложен в вас самих. Поэтому если вы каждый день просыпаетесь с чувством радости, здоровья и счастья, то и весь организм настраивается на работу здорового тела. А все «болячки» уничтожите вы сами, то есть ваше подсознание».

«ПРИГОВОРЫ ВРАЧЕЙ НАД ВАМИ НЕ ВЛАСТНЫ!»

Российский психолог, автор многочисленных публикаций и книг, Тамара Гусева в интервью журналу «Свет» раскрывает секрет, как при помощи позитивных мыслей сохранить здоровье, и почему вообще возможны чудеса исцеления от неизлечимых болезней.

 Вот что она рассказывает:
«Вы можете улучшить свою жизнь очень простым способом. Ложась спать, говорите: «Спасибо сегодняшнему дню…» Перечислите все, за что вы можете быть благодарны. Вы можете вспомнить: «Я жив, не попал в катастрофу, меня не обокрали, ребенок пятерку из школы принес, кажется, мне улыбнулась жена (или муж шепнет на ушко что-то приятное). У меня даже ничего не болит…» Разве мало причин для радости и благодарности прошедшему дню? Так скажите ему спасибо!
А потом подумайте: «Завтра будет лучше, чем вчера». Если вы в это поверите, то так оно и будет. Даже если завтрашний день окажется обычным, вы станете совсем по-другому к нему относиться. Например, услышите, что прохожий поет веселую песенку, — и вам тоже станет хорошо.

К сожалению, сейчас много людей, которые даже о себе не могут сказать ничего хорошего. Ноги у них — не оттуда, руки — не туда… Я предлагаю таким пациентам записывать в дневник, что они думают о себе. Потом писатели звонят мне и с ужасом говорят: «Из 10 мыслей 9 отрицательных». А представьте себе, что они думают об окружающих! Во враждебном отношении к людям и самим себе — главная причина их болезней и конфликтов с обществом.
Современные ученые доказали, что мысль материальна — она напрямую влияет на события. Мысль и слово творят действия, которые происходят вокруг. Поэтому думы и высказывания о грядущих несчастьях рано или поздно вызовут их. И наоборот: вера в светлое будущее предопределяет счастливое развитие событий.
В моей практике был такой случай. Человеку удалили почку и сделали рентгеновские снимки, на которых четко видно ее отсутствие. Но он не хотел жить с одной почкой и стал внушать себе, что их у него две. Показывая мне снимки, пациент сказал, посмеиваясь: «А я им не верю. У меня на месте обе почки. Хирурги разрезали, посмотрели, что там все в порядке, и опять зашили».
Слушая его, родственники думали, что после операции у бедняги с головой не в порядке. Жена сказала: «Наркоз подействовал…»

А мне попалась научная публикация о том, что ткани за год могут обновиться на 98 процентов: больные клетки умирают — их заменяют здоровые, а если часть клеток удалить, то нехватка может восполниться. Поэтому я посмотрела на пациента совсем другими глазами: его непоколебимая вера способна запустить мощные процессы восстановления.
И что бы вы думали? Через год его опять обследовали — на снимках было четко видно две почки. Но старые снимки и записи в медицинской карте свидетельствовали, что одна почка удалена. Врачи разрешили противоречие просто — сказали пациенту, что это не его карта.
С моими пациентами произошло немало подобных чудес. Да я и сама на себе испытала силу непоколебимой уверенности. С детства занималась спортом, но в пятом классе сломала позвоночник. Врачи сказали, что я всю жизнь буду прикована к инвалидной коляске. А я, услышав приговор, ответила: «Нет! Вам надо — вот и ездите в коляске». Я выбросила костыли и пошла на тренировки. В результате здоровье восстановилось, я даже танцевала в студенческом варьете. И сейчас могу бегать, прыгать, делать мостик.


А через два года у меня был сложный перелом руки, который пришелся по старой травме. Эскулапы сказали, что надо резать, но рука усохнет. И я опять сказала: «Нет!» Отказалась от операции и сама разработала руку. До сих пор ей прекрасно владею, могу даже «в глаз дать».
Мало того, когда я была в седьмом классе, мою маму выписали из клиники, отказавшись оперировать (у нее была фибромиома). Профессор сказал мне: «Забирай, больше года не проживет». Дома с мамой случилась истерика. А я сказала в приказном порядке: «Умирать — кому? Он — старый, пусть и умирает. А ты должна жить. Умирание отменяется».
Лет через пять она опять заболела. «Вот теперь, наверное, умру!» — «Что, — говорю, — сделаешь?» — «Нет, все в порядке…»
В результате мама живет уже не один десяток лет после профессорского приговора. В последнее время ее каждый год вызывают на операцию, но она отказывается и чувствует себя нормально.
Творить подобные чудеса может каждый, если поверит в себя. И я говорю своим пациентам совершенно серьезно: «Умирание отменяется, приговоры врачей над вами не властны!»

ИЗ ЛИМОНА НАДО СДЕЛАТЬ ЛИМОНАД

Если выразить секрет здоровья тремя словами, то можно сказать так: думай о хорошем! А если один словом, то тогда — радуйся! Потому что на самом деле вовсе не «в здоровом теле — здоровый дух», а от здорового духа — здоровое тело.
Но что означает на практике совет «радуйся»? Это значит сознательно, а не в зависимости от обстоятельств, выбирать те мысли, которые принесут нам больше пользы, здоровья и счастья. Потому что одно и то же событие можно трактовать по-разному и реагировать на него соответственно.

Есть такая шутка: «В действительности все не так, как на самом деле». Эта шутка, как ни странно, полностью совпадает с древним индусским изречением, которое часто высекали на могилах и стенах храмов. Согласно выводам американских ученых, «в 99% случаев люди расстраиваются не из-за каких-то неприятных жизненных событий, а из-за того, что они так интерпретируют их для себя».

В одной притче рассказывается о зажиточном крестьянине, который жил в бедной деревне. По сравнению с соседями он жил хорошо — у него был конь. И вот однажды конь сорвался с привязи и убежал в степь. Жалея крестьянина, все соседи говорили: «Ах, какое несчастье!». «Возможно…», — отвечал им крестьянин. Через несколько дней конь вернулся, приведя с собой двух диких собратьев. Выражая восторг по поводу такого поворота событий, соседи говорили, какое, мол, это счастье. Но крестьянин и на этот раз отвечал им: «Возможно…».
На следующий день сын крестьянина решил покататься на одном из диких коней — тот его сбросил и юноша сломал ногу. Все соседи вновь стали жалеть крестьянина: «Ах, какое несчастье!». «Возможно…», — отвечал им крестьянин.

Через неделю в деревню пришли люди набирать рекрутов и увели с собой всех молодых здоровых мужчин. Сын крестьянина, сломавший себе ногу, им не понадобился. И вновь все заохали: «Ах, какое счастье!» А крестьянин в ответ повторил свое «Возможно…»
Эту историю можно было бы продолжать в том же духе и дальше. Смысл этой притчи выражает чешская пословица: «даже плохое для чего-нибудь хорошо». И наоборот. Потому что, как учит учебник психологии, «любое событие приобретает значение только в сравнении с другими или же в контексте, в котором мы его оцениваем».

О том же говорит и китайская пословица: «текущие события зависят от предшествующих событий и воли наблюдателя». Стало быть, если мы не можем повлиять на предшествующие события, то нам вполне по силам самостоятельно избрать такой образ мыслей (а значит и действий), который позволит нам, как любил выражаться Дейл Карнеги, «из лимона сделать лимонад».

ЕСЛИ ТЫ ЖИВ, ЗНАЧИТ, ТВОЯ МИССИЯ ЕЩЕ НЕ ЗАКОНЧЕНА

Легко сказать — радуйся! Но как это сделать, когда причин веселиться — одна-две, а причин озабоченно чесать затылок — тысячи?
Есть универсальная формула достижения любой цели, состоящая из трех шагов. Первый шаг — трудное необходимо сделать привычным. Здесь поможет ежедневное упражнение, тренировка. «Путь в тысячу километров начинается с одного маленького шага». Тренировка — это и есть маленький шажок в нужном направлении.
Если сразу не получится просто вот так — взять и думать только хорошее — надо заставить себя. Можно делать это даже механически, просто проговаривая вслух или про себя молитвы, или любые другие хорошие слова: «я здоров, полон сил и энергии», «я смогу, я умею, я знаю, я сделаю это!», «ничто не властно надо мной!», «все к лучшему, в этом самом лучшем из миров», «с каждым днем я чувствую себя все лучше и лучше» и т.п. Как можно чаще произносите про себя целительные слова — и обязательно на ночь и сразу после пробуждения, это наилучшее время для самовнушения. Наш мозг так устроен, что не заметит «фальши»: для него наши слова, пусть даже сказанные без особых эмоций, механически — руководство к действию, а не к их оценке.

Следующий этап — привычное нужно сделать легким. То есть, научиться без усилия над собой осознанно избирать позитивный стиль мышления. При ежедневных упражнениях легкость рано или поздно придет. Это вопрос только времени
И последний шаг — легкое следует сделать прекрасным. В нашем случае это означает: научиться получать удовольствие и радость от жизни.

И все-таки знать — еще не значит сделать. Как говорит русская пословица, «пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Зачастую основными препятствиями на пути к позитивному восприятию мира выступают не слабость воли или характера, а… отсутствие «грома».
Известное дело, знакомый черт всегда кажется лучше незнакомого ангела. Да и прожитые годы давят на плечи: чем больше лет, тем менее податливым к различным переменам становится человек. И все же следует помнить, что слово «поздно» можно употреблять только по отношению к мертвому человеку. Хорошо сказал об этом американский писатель Ричард Бах: «Вот тест, чтобы понять, закончена ли твоя миссия на Земле: если ты жив — то нет». Если мы еще дышим, значит, остается и надежда, что можно что-то изменить.

АТОМНАЯ БОМБА ИЗРАИЛЯ




 Когда наступит всеобъемлющий мир на Ближнем Востоке, тогда и наш регион станет безъядерной зоной. Такое решения вынесла комиссия ООН по разоружению в 1994 году, а пока…В книге американского журналиста Сеймона Гирша «Альтернатива Самсона», вышедшей в 1992 году, утверждается, что в распоряжении Израиля около 300 бомб ( атомных, водородных и нейтронных). Этого оружия хватит, чтобы превратить а пыль все столицы арабских стран и их союзников. /

 США в 1955 году подарили Израилю ядерный реактор. Маленькую такую игрушку. Заниматься научными исследованиями на ней было можно. Для производства  ядерного оружия реактор этот не годился.  Да и работа на нем шла под неусыпным наблюдением инспектора из Соединенных Штатов./
 Все попытки объяснить властям Нового Света, что единственная возможность для маленького Израиля отстоять свое государство от агрессии многочисленных соседей, - обладание абсолютным оружием - ни к чему не привели./
 Пришлось обойти верных друзей на крутом повороте. Возможностями для  производства атомной бомбы владела не только Америка. Клуб ядерных держав расширялся необратимо. /
 Наступил 1956 год, год Синайской компании. Армия Обороны Израиля сделала все возможное и невозможное в альянсе с вооруженными силами Англии и Франции. Египет был поставлен на колени, но это очень не понравилось США. Думаю, в тот год и родилась идея об абсолютной гегемонии Соединенных Штатов на мировой арене. Союзников американцы нашли, что естественно, в лице СССР. /
 Думаю, и сегодняшний «мирный процесс» родился тогда, на берегах Канала. Тройственный союз отступил, послушный окрику Дуайта Эйзенхаура и истерике Хрушева. В марте 1957 года Израиль оставил последние рубежи: Шарм-аш-Шейх и сектор Газы. /
 Казалось, за блестящей военной победой последовало сокрушительное политическое поражение. Насер торжествовал, но, удивительно, и Бен-Гурион в глубине души считал себя победителем. Он выполнил стратегическую задачу. Израиль сблизился с Францией настолько, что появился шанс сотрудничества в сфере производства ядерного оружия. /
 Так часто бывает при разрешении военных и политических конфликтов. Победитель оказывается побежденным, а побежденный добивается всех своих целей. Причудливы, прихотливы и неожиданны пути исторического развития./
 Бен- Гурион мечтал об атомной бомбе для Израиля. Моше Даян просто не видел иной возможности отстоять независимость. Говорил он так: /
 « Нам нужна небольшая профессиональная армия, эффективная и недорогая, способная обеспечить текущие проблемы безопасности и ведение ограниченных компаний и обладающая ядерным оружием на случай полной конфронтации. В противном случае мы скатимся в экономическую стагнацию». /
 Как несовершенны пророчества генералов. И через тридцать лет ЦАХАЛ несоразмерно велик, при выполнении не профессионально военных, а сторожевых, охранных функций. Ядерное оружие есть у Израиля, но что в нем толку, если главная опасность идет от ближних наших соседей, чьи центры находится рядом с жизненными центрами Еврейского государства. Израиль находится в клинче с арабами и развести противников по разным углам ринга не в состоянии никто. /
 Выходит, правы были американцы. Не совсем это так. Ядерное оружие, как фактор сдерживания необходимо было Израилю тогда, как сдерживающий фактор. Думаю, арабы развязали две войны с необдуманной торопливостью в страхе перед ядерной бомбой евреев. Обе войны они проиграли. И в этом, бесспорно, заслуга ядерных усилий Израиля. Косвенное значение «абсолютного оружия» несомненно, но вот с прямым, как только начинается театр абсурда, наблюдаются очевидные проблемы. /
 Вернемся в те давние годы. Политические страсти гораздо больше сотрясали мир, чем сейчас. Во Франции к власти пришел социалист Ги Молле. Социалистический интернационал обязывал последнего отнестись крайне внимательно к братскому Израилю. Тем более, что лейбористский Израиль Бен-Гуриона всегда был согласен следовать в фарватере политических амбиций Франции. /
 Накануне Синайского кризиса транспорты с оружием шли в Хайфу безостановочно. И после завершения кризиса Франция не забыла своего верного союзника. /
 Молодой Шимон Перес был в те годы и дипломатом,  разведчиком, и торговцем оружия . Ему не исполнилось и тридцати, когда Шимон стал генеральным директором министерства обороны. В Париже Перес бывал чаще, чем в Иерусалиме. Танки, самолеты, артиллерия – все это было для энергичного молодого человека привычной, рутиной работой. Он ставил перед собой главную цель – любым путем получить у французов ядерный реактор, годный для производства оружейного плутония. /
 Были у Переса и тогда проблемы, на первый взгляд неразрешимые. Он действовал во Франции под началом Голды Меир, а Голда терпеть не могла атомную бомбу. Она боялась ее и ненавидела. Надо признаться,  как и большинство «старой гвардии» правящей партии «Мапай». Но Старик и здесь не побоялся оказаться в одиночестве. Гриф секретности дал возможность Бен-Гуриону действовать без особых помех. /
 Развязка наступила в сентябре 1956 года. Французам позарез нужен был Израиль. Только его армия могла быстро и без особых жертв выгнать египтян с Синайского полуострова. /
-         Вы сможете это сделать? – спросил военный министр французов Бурже-Манори у Переса. /
-         Сможем, - коротко ответил Шимон, но тут же напомнил, что Израиль крайне нуждается в ядерном реакторе. /
 Его поняли. Французы пошли на сделку. Израиль сделал свою работу успешно. Франция согласилась поставить Еврейскому государству реактор, причем без всяких оговорок: разных там инспекций и требований безопасности. С политиками Перес решил все проблемы. Власти Франции дали добро компании «Сен-Говен» Компания эта, не даром, конечно, согласилась сравнительно слабый реактор, оговоренный в соглашении, превратить в мощный котел, способный давать оружейный плутоний. /
 Но дальше Шимону Пересу потребовались все его административные способности. Франция никогда не славилась своей особой любовью к евреям и отсутствием бюрократического аппарата. Дело стало тонуть в бесчисленном количестве согласований, подписей и печатей. И успешно тонуло целый год./
 Спас Израиль счастливый случай. Сам Бурже-Манори стал  премьер-министром. Он торопился выполнить свое обещание, так как прекрасно понимал, что в случае победы на близких выборах де Голя, сделка может быть расторгнута. /
 2 октября 1957 года правительство Бурже-Манори пало, но за несколько часов до этого события премьер- министр Франции и Перес подписали техническое соглашение о поставке в Израиль реактора мощностью в 24 мегаватта. /
 Реактор еще не успели собрать в дорогу, а в Израиле начались горячие споры по поводу его дальнейшей судьбы. Страна стояла на пороге правительственного кризиса. Многие министры кабинета Бен-Гуриона уверяли Старика, что ядерные усилия подорвут экономику молодого государства и вызовут гонку вооружений на Ближнем Востоке. Даже члены Комиссии по ядерной энергии почти в полном составе подали в отставку в знак протеста против переориентации научных исследований в сторону военных усилий. /
 Но Бен-Гурион был тверд: ядерное оружие будет у Израиля. Работа над атомной программой набирала обороты. Шимон Перес обеспечил секретность усилий. Он создал, в обход «Амана» и «Моссада», свою независимую, тайную службу ( со временем она получила имя «Лакам») по охране реактора и всего, что вокруг этого котла происходило. /
 Перес, как оказалось, был непревзойденным мастером конспирации. Сам Бен-Гурион и шеф «Моссада» Эсер Харел не знали, до определенного момента, о его усилиях, направленных на защиту секретности вокруг  ядерного проекта./
 Но Перес, да простит меня за это сравнение наш заслуженный государственный деятель, был кем-то вроде Лаврентия Берия в ядерных усилиях Израиля. Настоящим мотором программы считался Бертран Гольдшмит. Он работал в США, принимал участие в «Манхеттенском проекте». Он же, вернувшись во Францию, сделал все возможное для ее ядерной программы. Гольдшмита нашел Перес и предложил ученому работать на родине предков. Гольдшмит, человек веселый, полный энергии, согласился на это сразу же./
 В Димоне началось активное строительство большого «текстильного комбината», готового к установке нового оборудования из Франции./
 Но тут, как обычно, начались проблемы. Самолет – разведчик У-2 сфотографировал «комбинат», и американцы сразу заподозрили неладное. Агенты ЦРУ стали клубиться возле Димоны, как мошкара вокруг горящего фонаря. Джон Кеннеди открыто заявил: « Ко всем неприятностям, нам только израильской атомной бомбы не хватало». Красавец – президент в довольно грубой форме потребовал допустить в Димону инспекторов США. Во Франции к власти пришел де Голь. Он занял проарабскую позицию и закрыл канал, по которому французы поставляли в Израиль уран. /
 Бен-Гурион сам бросился спасать положение. Здесь нужен был не ловкий администратор, а мудрый политик./
  Старик в Париже. Де Голь хмуро на него смотрит и спрашивает в упор: « Зачем Израилю нужен ядерный реактор?»/
 Бен – Гурион, как это не раз бывало в его карьере, пошел на очевидное унижение во имя высших интересов Израиля. Он стал врать, уверяя де Голя, что реактор нужен Еврейскому государству исключительно в мирных целях. Президент Франции был доволен. Его тоже устраивала эта ложь. Арабы получили неоспоримое свидетельство, что Франция всеми силами стремится лишить «сионистское образование» ядерного оружия. /
 Бен-Гурион добился своего. Де Голь тоже. Французы незамедлительно поставили Израилю последнюю партию оборудования, необходимую для завершения строительства «текстильного комбината»./
 Но и здесь не прекращались споры внутри страны. Министр финансов Сапир категорически отказался «угробить» на строительстве просимый миллиард долларов, и сказал, что, пока он жив, этих денег Перес не получит. И тут случилось событие необыкновенно характерное для того времени. О нем замечательно написал в своем очерке Владимир Фромер: « Пришлось Даяну взять его на «экскурсию» в Димону. Увидев все своими глазами, Сапир пришел в неописуемое волнение. «Никогда больше не будет Освенцима», - сказал он сдавленным голосом. И с тех пор он не жалел средств на работы в Димоне».
  «Текстильный комбинат» был построен в срок. Израиль получил оружие сокрушительной силы, но по иронии судьбы и без этого «камня из пращи» дважды поверг Голиафа арабской агрессии. /
 И все-таки работы в Димоне продолжались с прежней энергией. Франция давно вышла из игры, разыгрывая арабскую карту. И тогда две страны – парии нашли друг друга, чтобы продолжить успешно ядерную программу: Израиль и ЮАР. Оба эти государства без конца атаковала ООН, осуждая за апартеид и угнетение несчастных палестинцев. Мировой и прогрессивной общественности удалось благополучно «добить» ЮАР. И теперь на территории этого беднеющего на глазах государства царит кровавый и криминальный кошмар. Теперь очередь, по замыслу наших миротворцев и доброхотов из ООН, за Израилем…. Пока сопротивляемся…. Неизвестно, надолго ли хватит сил. Но прошу прощения, сказанное невольная ветка в сторону, вернемся к ядерной программе Израиля./
  У ЮАР был уран и великолепная зона для испытаний в пустыне Калахари. Израиль к тому времени владел ядерной технологией в полном объеме. 22 сентября 1979 года можно считать днем и годом рождения ядерного оружия Израиля и Южно-Африканской республики. Американский спутник «Вега» зарегистрировал чудовищную вспышку в Индийском океане.  /
 Тогдашний премьер-министр ЮАР Питер Бота был убежден, что его страна навеки нерушима и защищена от агрессии соседних государств. ЮАР, защищенную до зубов первоклассным оружием, уничтожили внутренние противоречия, усталость белого меньшинства, борьба партий и ориентация на мировое общественное мнение. Крушение ЮАР принесло горе всем: белым и черным, и на поверку оказалось необходимым лишь новой, алчной и глупой власти, получившей вдобавок к своим амбициям ядерное оружие. /
 Взрывы 1979 года разбудили арабов. Садам Хусейн дважды посадил свою страну на голодный паек, собрав все средства для строительства ядерного реактора вблизи Багдада и секретного завода в городе Хило. Оба эти объекта были превращены в горы щебня израильской авиацией, но только наивный наблюдатель может предположить, что эти бомбардировки отобьют у арабов, «со товарищи» желание овладеть своей ядерной бомбой. Да и секретные технологии стали настолько совершенными, что страшное оружие вполне может попасть в руки террористов. Но дело даже не в этом. И случай с восторгом Питера Бота после испытаний ядерного оружия тому полное подтверждение./

 История ЮАР еще раз доказала неоспоримую истину: детская, дорогостоящая возня с «абсолютным» оружием, по сути своей, не может стать надежной защитой любому государству мира. Другое, совершенное оружие необходимо для защиты каждой страны. Но создать подобный щит  не помогут умные администраторы, гениальные ученые - технократы и оборотистые дельцы. Единственное, верное оружие -  способность к единству и верности своим идеалам.  История создания Израилем своей атомной бомбы, подтверждает сказанное. Нации, идущей на идеологическое разоружение, ничто помочь не в состоянии.
                                                                            1999 г.

ЦВЕТ КОЖИ рассказ

 Видел своими собственными глазами, как Соломон Жуковер, выпив лишку, пошел к синагоге и стал бросаться на хабатников, заключать опешивших в объятья, целовать в разные части лица, включая пейсы и бороды, и орать при этом на чистом русском языке:

-          Люблю вас, Божьи люди! Молитесь за внучку мою – Марину!
«Божьи люди» по разному отнеслись к любовным признаниям и просьбе Жуковера. Кто-то попытался обратить все в шутку, кто-то испуганно шарахался от старика, кто-то пытался его урезонить, а кто-то гневался и брезгливо отталкивал Соломона, будто он не был пожилым, русскоязычным евреем и наглым хряком, вставшим на задние лапы.
 Тут остановилась у кромки тротуара полицейская машина. Вышел из машины чернокожий еврей – полицейский, вздохнул тяжело, увидев Соломона Жуковера, и предложил ему мирно, без сопротивления, занять место в автомобиле.
-          Эли – обезьяна проклятая! – стал-таки сопротивляться Жуковер. – Ты какое право имеешь белого человека за руки хватать.
 Полицейский за руки старика не хватал. Он его под локоток взял нежно, но тут руку отдернул, и сказал еле слышно, на плохом русском языке.
-          Папа, Соломон, совсем иди домой.
-          Я тебе не папа! – продолжал орать Жуковер. – Ты мне не тыкай, урод. Счас удушу.
 Надо сказать, что полицейский Эли уродом не был. Имел он характерный семитский профиль, печальные глаза потомков Авраама, и курчавую шевелюру. Только цветом кожи отличался этот парень от большинства евреев мира.
 Тут я вмешался и спас бедного Эли от старика.
- Пошли, Соломон, - сказал я, все понимающе, хотя ни черта не понимал . – Чего тут объясняться, - сказал я. - и так все ясно.
 Из двух зол старик выбрал меньшее и подчинился мне. Правда, всего лишь через несколько шагов он рванулся навстречу господину в шляпе и черном костюме, но мне удалось Жуковера удержать.
-          Жалко их, - сказал старик. – До зимы еще далеко, а они вот в этом, и все в поту, небось.
-          Глупости, - сказал я. – Такой наряд от жары спасает, как халат узбека.
-          Умные, выходит, люди, - сокрушенно мотнул головой Соломон. – Хоть и в Бога верят.  А Бога нет, а, может, есть, как думаешь?
-          Вопрос сложный, -  уклонился я от ответа и сам вопрос задал: - Ты зачем на людей бросался?
-          Из любви, - коротко ответил Жуковер, потом он попросил оставить его в покое, сел на скамейку в сквере и задремал. Я тогда решил, что, проснувшись, Жуковер сам найдет дорогу к близкому дому, и оставил его одного.
 Потом трезвый старик  объяснил свое  поведение в синагоге. А объяснений этих я потребовал, потому что прежде Соломон выступал в роли воинствующего богоборца, религиозных людей в черном ненавидел открыто и голосовал за партию «Шинуй».
 Жуковер говорил так: «Эти фанатики – не евреи. Они Богом свое невежество прикрывают. Они власть в Израиле захватить хотят, чтобы заставить всех порядочных людей жить по их средневековым законам».
 Ну, можно себе представить, чтобы такой человек вдруг полез с объятиями и поцелуями к тем, кого раньше и за людей не считал? Однако это случилось.  И не так уж пьян был Соломон, и совершил он свой дикий поступок ,прекрасно сознавая, что делает и кого норовит облобызать нежно.
 Обычно люди в преклонном возрасте редко меняют свои жизненные установки. Значит, с Соломоном должно было произойти нечто неординарное, настоящее чудо, заставившее его внезапно полюбить «фанатиков» и попросить их о молитве во спасение внучки его - Марины. 
 Это Пятачок из мультика о Винни Пухе точно знал, что он свободен, как раз, до пятницы, а человек знать не может, куда приведет его рок всего лишь через пять минут от точки отсчета. Что уж тут говорить о месяцах или годах, а потому следует быть крайне осторожным, выдвигая тот или иной план жизни и демонстрируя окружающим свое жизненное кредо.
  Марину, внучку Жуковера, родители отправили в Израиль одну, по специальной, молодежной программе. Предполагалось, что через некоторое время последует за ней вся семья, но так вышло, что отец девушки, Борис Жуковер, весьма преуспел в бизнесе и решил Россию не покидать, по крайней мере в ближайшие годы.
 Была предпринята попытка вернуть дочь в Москву, но девушка категорически отказалась оставить  родину предков. Ей пришелся по сердцу Израиль, и понравилась вольная жизнь без родителей.
 Деда Марины - Соломона Жуковера – крайне возмутило решение сына.
-          Вам проклятые деньги дороже своего собственного ребенка! – кричал он на преуспевающего – бизнесмена. А сын только вздыхал, пожимал плечами, и обвинял отца в незнании современной жизни.
-          Да я ее и знать не хочу – эту твою современную жизнь! – кричал Жуковер. – Мне на нее, подлую и грязную, плевать!
-          Папа, ты неисправимый романтик, - вздыхал сын, поглядывая на часы. – Извини, договорим позже, тороплюсь.
 Теперь он всегда торопился. У деловых людей, как известно, и время – деньги.
 Жуковер пробовал найти поддержку у невестки, но жена сына родилась на свет созданием робким, нерешительным, ее обычным присловием было: как Боря скажет. А Боря неколебимо стоял у крепости своих финансовых интересов.
 Вот тогда Соломон Жуковер и отправился к внучке один. Девушка любила деда, приезду его обрадовалась, и они поселились вместе, арендовав трехкомнатную квартиру. 
 Через год Марина окончила школу и отправилась служить в армию. Дед гордился статной и красивой внучкой и каждый вечер ждал ее с нетерпением. Надо признаться, что сын старика Жуковера присылал дочери и отцу деньги. Старику, в т ой жизни прорабу-строителю, не пришлось браться за метлу и тачку, а Марина не отказала себе в разного рода девичьих радостях
 Итак, девушка по утрам напяливала тесную армейскую гимнастерку на свои пышные формы, и убегала на службу, нежно поцеловав деда в висок, а Соломон Жуковер хлопотал по хозяйству, убирал, ходил в магазины, старался приготовить к приходу внучки что-нибудь вкусненькое.
 Были у Жуковера приятели, любители пеших прогулок. С ними он обсуждал последние политические новости, и всегда в этих обсуждениях выступал с крайне правых позиций; особенно в последнее время, когда во всю развернулся кровавый арабский террор.
 Соломон быт ярым сторонником трансфера и считал, что образование Палестинского государства таит в себе смертельную угрозу для Израиля. Однако, арабов в городе, где жил Соломон, не было, а было много верующих иудеев. Вот на этих людях Жуковер и тренировал, если так можно сказать, свою ненависть.
-          Знаешь, я в Израиле стал чувствовать себя расистом, - говорил он мне. – Черные - прямо секта какая-то. Ненавижу их. В армии не служат, только и делают, что молятся. Кому они нужны? Нет, это другие люди, совсем не такие, как мы. Мы их ненавидим, и они нас ненавидят.
 Я пробовал возражать, убеждал Жуковера, что его деды и прадеды выглядели точно так же, как и те, кого он так люто возненавидел в Израиле.
 Но старик только отмахивался, не желал меня слушать, и без конца повторял лозунги своей партии.
 Пьяницей Соломон не был, но примерно один раз в месяц ему необходимо было «встряхнуть себя», как он выражался. И вот однажды встречаю  встряхнувшего себя Жуковера, и сразу вижу: случилось что-то ужасное. Выглядел старик хуже некуда.
 - Что с тобой? – не смог я пройти мимо соседа. 
-          Маринка мужика завела, - еле выдавил из себя Соломон.
-          Ну и что? – сказал я. – Внучка твоя - девица взрослая. Пора и о женихе подумать…
-          Убью, - прервал меня Жуковер. – Ее убью и мужика ейного.
-          Это еще за что? – удивился я.
-          Черный он, - почему-то оглянувшись, принужденно выдавил из себя Соломон.
-          Из Африки?
-          А мы где живем!? – вдруг заорал Жуковер. – Эфиоп, мать его! Удавлю своими руками!
-          Тихо, тихо, - сказал я. – Он, наверняка, такой же еврей, как и мы с тобой. Ну, кожа чуть потемнее. Чего ты разорался?
-          Чуть потемнее? – уставился на меня Соломон. – Да я на Мариночку мою молился. Свет был мой в окошке. Ради нее только и жил, а она мне подарочек, значит, - черного правнучка. Роду нашему конец!
-          Погоди, - сжалился я над стариком. – Еще не вечер. До свадьбы далеко.
-          Ночь уже, - понурился Жуковер. – Женятся они. В апреле службу заканчивает, и под хупу.
 Тут я понял, что шутками и утешениями здесь не отделаешься. Стал ерунду всякую о предках Пушкина бормотать, о политкоректности, и вдруг выдал, что Жуковера наверняка наш еврейский Бог покарал, за то, что он ненавидит датишный народ, проклинает «черных людей» и плюет им вслед.
 Не ожидал, что Жуковер так серьезно воспримет мои слова.
-          Ты так думаешь? – спросил он робким голосом.
-          Уверен, - сказал я. – Не хотел  ты хасидов - хабатников считать евреями, теперь придется эфиопа евреем признать.
 Тут я пожалел о своих словах, потому что по небритым щекам Соломона покатились слезы.
-          Извини, - сказал я. – Пошутил… Чего уж так… Как говорится, был бы человек хороший.
 Но Жуковер Соломон больше со мной разговаривать не захотел и  пошел прочь, ссутулившись и нетвердо ступая.
 И вот, почти через год после того нашего разговора, я спас Соломона от полицейского Эли – его зятя. 
 И тогда, протрезвев, Соломон так объяснил свое поведение у синагоги.
-          Сосед, - сказал он. – Тебе никогда не понять душу русского еврея, хоть и пишешь ты разные пасквильные рассказики в местной прессе. Внучка моя, единственная, рожает от еврейского эфиопа. Может, подумал, от ихней молитвы белый у меня наследник родится.
 Но родился все-таки у Жуковера чернокожий правнук. Он с этим младенцем гуляет каждый день, по утрам. Сам видел, как заглядывает Соломон в коляску, улыбается от уха до уха и бормочет любовно: «Дуся моя, кофе родное, шоколадка, узнаешь прадеда?»

 Нет, еврейский расизм – это тоже что-то особенное. 
                                                                        2000г.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..