четверг, 16 июля 2015 г.

ПРОШЛО ВРЕМЯ ШТЕРЕНГАРЦЕВ



Евгений Штеренгарцдиректор школы №1282
Евгений Штеренгарц: 
 — 19 февраля 2013 года я был назначен директором школы №1282. Через 2 недели пришла прокурорская проверка по жалобе родителей, которая была еще до Нового года, до меня, по капитальному ремонту здания начальной школы. И с этой проверкой пришли представили Роспотребнадзора и Госпожнадзора. Проведя проверку, они выписали в общей сложности штрафов на 28 тысяч. Причем прокурор зачеркнула физическое лицо и написала на должностное лицо штрафы эти возложить, объяснив это тем, что это будет просто сумма меньше, меньший ущерб для школы. И постольку поскольку это были не мои все проступки, за которые был наложен штраф, плюс ни одна норма закона ни Уголовного кодекса, ни Административного не указывает на то, что должностное лицо должно оплачивать штрафы из личных средств, мной было решено оплатить эти штрафы за счет школы. Тем более что в школьном плане финансово-хозяйственной деятельности есть статья, предусматривающая оплату штрафов, пени и иные расходы. Эти штрафы были оплачены. А через 2 года, в январе 2015, пришел сотрудник отдела по борьбе с экономическими преступлениями восточного округа, затребовал документы по оплате штрафов и после этого пригласим меня на встречу для дачи объяснений, где объяснил мне, что я должен был оплачивать эти штрафы из личных средств. Хотя тоже ни на одну норму закон а он сослаться не смог. Он мне порекомендовал оплатить все-таки из личных средств, что я и сделал в тот же день. Но, несмотря на это, дело передано было в Следственное управление Преображенское, где тоже были проведены следственные действия, допросы, опросы свидетелей. И в итоге возбуждено было уголовное дело по 285 ст., превышение должностных полномочий. Через некоторое время было переквалифицировано на часть 3 статьи 160 Уголовного кодекса. Так как я не признавал вину, следствие решило применить более тяжкую статью. И по окончанию дел было передано в Преображенский суд, где прошло несколько заседаний. Свидетели обвинения подтвердили, что они мне не разъясняли, что надо оплачивать штраф из личных средств. Тем не менее, обвинение после прения сторон, попросило наказание – 3 года колонии общего режима с заключением под стражу в зале суда и отстранение от руководящих должностей на 2 года. Вот собственно, что произошло, и в понедельник в 11 часов будет объявляться решение суда.

Корреспондент:
 — Евгений Рафаилович, а вы сами, вообще, с чем это связываете, такое необыкновенное внимание со стороны правоохранительных органов?

Евгений Штеренгарц: 
— Ну, я вообще связываю, что вот такое пустячное дело раздули до российского масштаба, что вот я  самый главный преступник в России, из-за того, что кому-то, по-видимому, понадобилось это место директора в этой школе. Школа историческая, это бывшая Первая английская школа Москвы, которая открыта в 49 году по указу Сталина. Я волею судеб был назначен туда директором, когда были огромные проблемы в этой школе. Эти проблемы были в течение полугода решены, но тем не менее, вот теперь, когда школа стала благополучной через 2 года, это место кому-то приглянулось. Больше я ни с чем не связываю. Потому что после того, как были оплачены штрафы, был сдан годовой баланс в Централизованную бухгалтерию, при проверке они не сказали, что есть какие-то нарушения. Более того, потом через полгода была аудиторская проверка всей финансово-хозяйственной деятельности школы, тоже не было указано ни на какие нарушения. А через 2 года оказалось, что нарушения есть. Вот такого вселенского масштаба. 28 тысяч рублей, что составляет в принципе 0,02% от бюджета школы.

Корреспондент : 
— Евгений Рафаилович, а вам следственные органы не объяснили, каким образом они привлекают вас, если вся эта история была до того, как вы стали директором школы?

Евгений Штеренгарц: 
— Они мне объяснили, что на момент проверки должностным лицом является директор школы, и не зависимо от того, чьи это нарушения, наш закон предписывает наказывать должностное лицо, которое в настоящий момент. Ну, наверное, они считают те недостатки, которые были при капитальном ремонте, можно было исправить за 2 недели моего директорства.

ШЛОМО ЗАНД ПЕРЕСТАЛ БЫТЬ ЕВРЕЕМ. ОН СТАЛ ОБЫЧНОЙ МРАЗЬЮ

Шломо Занд: «Как я перестал быть евреем»

24.11.2014 11:35
«Зима в Тель-Авиве великолепна, - говорит Шломо Занд и добавляет. - Я думаю, это единственное, что здесь великолепно». 

Недавно опубликованная работа профессора современной истории в Университете Тель-Авива вызвала большой резонанс. Книга «Как я перестал быть евреем» - это его персональный вклад в давно идущую дискуссию вокруг т.н. секулярного Иудаизма. Идентичность, говорит он, которая определяет принадлежность к особой привилегированной группе, это то, от чего он теперь отказывается.  

Другая книга Занда «Кто и как изобрел еврейский народ», увидевшая свет в 2008 году, вызвала эффект разорвавшейся бомбы. Имя профессора стало известно во всем мире.     

«Нет никаких сомнений в том, что быть евреем в Израиле означает власть и привилегии», - говорит он. Но этоза счет израильских арабов, которые не являются евреями, и, следовательно, становятся гражданами второго сортаЧто еще хуже, такие привилегии недоступны благодаря природе светского иудаизма. Если ты веришь в Бога, ты можешь стать религиозным евреем, к примеру, или, приложив массу усилий, можно стать британцем, французом, членом Лейбористской партии. Но, скажем, палестинскому студенту превратиться в секулярного еврея, отмечает Занд, невозможно, даже если он станет иудеем.

«Принадлежать к секулярным евреям, - это, значит, входить в определенный клуб избранных. В него нельзя просто так вступить. Никто не может стать секулярным евреем, если он не был рожден матерьею-еврейкой». – отмечает профессор и добавляет: «И лично для себя я решил отказаться от такого подарка, на весь остаток своей жизни».  

«Израиль декларирует себя еврейским государством. Иными словами, быть евреем в Израиле – это значит быть привилегированной персоной. Я приведу пример: если Великобритания заявит себя не государством для всех британцев, а, скажем, только для англичан, исповедующих Христианство, то это будет означать только одно – англичанин-христианин имеет там особое положение. Здесь огромное количество людей – неевреи и которые не могут стать евреями никогда. И этого уже достаточно для меня, чтобы более не относить себя в Израиле к евреям». 

До сих пор Израиль, несмотря на его внутренне несправедливое устройство, рассматривается в мире как чуть ли не единственная демократия на Ближнем Востоке. Занд говорит, что либеральная политическая культура там, конечно, существует – выход в еврейском государстве его книги, которая стала бестселлером, доказывает это.

Но реальной демократии нет. Израиль не стремиться обеспечить благополучие всех его граждан, всего своего населения, считает ученый. Скорее, он озабочен удовлетворением интересов мирового еврейского сообщества.   

Проблема далеко не только в том, что арабы, граждане Израиля, на самом деле не нужны своему государству. Палестинцы на оккупированных территориях, говорит Занд, вообще лишены каких-либо гражданских прав. «И это продолжается не недели или месяцы, не 47 дней. А 47 лет! Целый исторический период! Израиль не может считаться демократией, пока часть населения на его территории находится в таком положении… Скорее Тунис станет первой демократией на Ближнем Востоке. Может быть…», - заключает профессор.    

Израилю следует начать с того, чтобы провозгласить себя израильским государством, более чем еврейским, говорит Занд, или демократической республикой или даже монархией.

В идеальном будущем он хотел бы создания единого общего государства, с равными правами для всех людей в нем проживающих. Это, исходя из «моральных соображений». «Мы живем так близко с палестинцами во всех отношениях. Разделение невозможно». «Но политически, когда я думаю о каких-то проектах, которые могут улучшить ситуацию на Ближнем Востоке и привести к прогрессу в урегулировании кризиса, я все же не вижу решения в формуле единого государства, - говорит он. – Поймите, израильское общество серьезно заражено расизмом. Стать в одну ночь меньшинством у себя дома – я не думаю, что это реально».      

Занд выделяет себя из группы «левых писателей-сионистов», таких как Амос Оз. «Я вообще не выступаю за чисто еврейское государство, каким бы хорошим оно ни было. Любое разделение все равно обернется тем, что арабы останутся в Израиле, а, возможно, и какие-то евреи в Палестине», - отмечает ученый.

При этом он говорит, что «единственный решением на нынешний момент, даже учитывая серьезный фактор присутствия огромного числа еврейских поселенцев, колонистов на оккупированных территориях, - это развод по границе 1967 года. Что, конечно, не означает веры в стратегические перспективы данного проекта. Но пока это более реалистично, чем создание общего арабо-еврейского государства».  

Что касается поселенцев, Занд говорит, что на месте премьера Беньямина Нетаньяху он посоветовал бы палестинским властям предложить им выбор: продолжать жить на прежнем месте на равных правах с арабами в качестве граждан палестинского государства или же уехать в Израиль, куда-нибудь в район Хайфы или Тель-Авива. «Многое тут зависит от палестинской администрации. Но все же надо понять, что фактор колонистов – это не вина палестинцев, а результат политики Израиля. Соответственно, он и должен найти решение».   

Сейчас порядка 5 миллионов палестинских беженцев живут в лагерях для беженцев в соседних с Израилем странах. Занд также считает, что Израиль должен признать свою ответственность за то, что произошло в 1948 году, т.е. за возникновение проблемы. При этом он, правда, отмечает, что право арабов на возвращение не может быть реализовано без деконструкции государства Израиль в его нынешнем виде.   

То же время профессор называет крайне неправильным то, что палестинских детей в школах убеждают в неизбежном возвращении на земли предков, в Хайфу или Яффу. «Держать людей 67 лет в лагерях – это преступление само по себе. Да, Израиль повинен в первой вопиющей несправедливости - палестинцев выкинули прочь, когда они пытались создать свое государство. Но вторую несправедливость совершили арабские государства, которые заперли их в этих лагерях».  

Израиль должен обеспечить возвращение части палестинцев. Он должен разделить ответственность за эту проблему с окружающими арабскими странами. «Конечно, нельзя вернуть тот дом, который вы уже разрушили. Но можно признать то, что было совершенно. Это прежде всего. И второе: необходима серьезная компенсация за утрату».  

«Это одно из предложений, которое я как израильтянин, выдвинул бы в ходе любых мирных переговоров по ближневосточному урегулированию», - продолжает он. «Также возможно предусмотреть получение палестинцами сирийского, ливанского или иорданского гражданства. И если вы против права на возвращение всех, это не должно означать то, что вы должны быть против возвращения части палестинцев в палестинское же государство».  

Вместе с тем, Занд говорит, что в нынешнем виде у Израиля нет перспектив выживания. В своей книге он много пишет об апартеиде в еврейском государстве. Он вообще часто использует данный термин при описании нынешней ситуации.

«На оккупированных территориях мы имеем чистый, неприкрытый апартеид, даже если это несколько отличается от того, что было в Южной Африке. Евреи живут отдельно от арабов. Арабы не имеют права жить в еврейских поселениях. Между ними непреодолимая пропасть. Они контактируют только, если когда арабы строят дома для евреев-колонистов. Но люди не живут вместе. Их дети ходят в разные школы. А теперь скажите: почему я не могу использовать слово «апартеид», когда я говорю об этом?», - вопрошает ученый.  

Совсем недавно министр обороны Израиля Моше Яалон запретил палестинцам работать в Тель-Авиве. По его словам, это необходимо из соображений безопасности.

«Но это смешно. Ведь людей обыскивают по утрам. Если у кого-то найдется бомба, его могут арестовать», - говорит он. Профессор не считает это «мерой безопасности». По его словам, данное решение принято в интересах поселенцев, которые вообще не хотят ездить в одних автобусах с арабами. «Да, это еврейский апартеид. История – это сцена, на которой жертвы и палачи постоянно сменяют друг друга. Вчерашние жертвы могут сегодня стать палачами, и наоборот».    

В первой главе «Как я перестал быть евреем» Занд говорит, что одним из мотивов написания книги стало желание «поставить огромный вопросительный знак». Он бросает вызов глубоко укорененным идеям и представлениям не только израильского общества о самом себе и окружающем мире, но и глобальных сетей, по которым распространяются информация и модели мышления и поведения.

«Верить ли он в то, что достиг своей цели, опубликовав книгу, вызвавшую столько шума»? «Не совсем, конечно, - отвечает профессор. – Книги никогда, никогда, не меняют мир. Причиной написания работы стало не это». «Когда мир все же будет готов к переменам, люди бросятся искать соответствующие книги. И поэтому я продолжаю писать», - говорит он.

Занд рассказывает, что получил сотни и тысячи откликов на его книгу. «Я надеюсь, - добавляет ученый, - что хоть кому-то помогу изжить в себе расизм. Если будут такие, то, значит, все не зря».

«Но пока я смотрю на ситуацию крайне пессимистически. Кажется, в мире вообще нет ничего такого, что могло бы заставить Израиль уйти с оккупированных территорий и хоть как-то улучшить ситуацию. Кроме одной вещи – террора. Думая об этом, меня охватывает отчаяние».  

Амелия Смит

ИЗРАИЛЯ И ЕВРЕЕВ НЕТ. ЕСТЬ ДЖАДАА И ШЛОМО ЗАНД

Посол ПА в Чили: «Мы не признаем существования еврейского народа»

Посол ПА в Чили: «Мы не признаем существования еврейского народа»

Посол палестинской автономии в Чили Имад Набиль Джадаа заявил, выступая на «Конференции за мир в Палестине» в Сантьяго, что палестинцы не признают существования еврейского народа. «Нет такого народа — евреи», — сказал посол ПА.
Историю сионизма он изложил в нескольких предложениях как заговор империалистических сил, направленный на сохранение власти над миром.
«В 1896 году европейские интеллектуалы, ученые и финансисты, в основном неевреи, основали сионистское движение, якобы для того, чтобы создать дом для евреев. В действительности, их целью было сохранение своей власти над миром», — сообщил на хорошем испанском Имад Набиль Джадаа затаившим дыхание слушателям.
В подтверждение своих тезисов палестинский «дипломат» сослался на «Протоколы сионских мудрецов», заявив, что они «были опубликованы в 1923 году Лениным после большевистской революции в России». Как известно, часть сфабрикованных царской охранкой «Протоколов» вышла в свет в 1903 году в питерской газете «Знамя».
«В этих протоколах евреи планируют сокрушение моральных ценностей других религий и рассказывают, как манипулировать финансовыми и промышленными механизмами всего мира», — продолжил посланник ПА.
«Насчет ненависти к еврейскому народу я должен сказать, что как палестинцы, мы не испытываем ненависти к евреям, это во-первых, а во-вторых, мы не признаем существования этого народа — еврейского народа нет». В качестве доказательство этого утверждения Джадаа сослался на книгу израильского историка Шломо Занда «Изобретение еврейского народа» и добавил — «Религия не может быть нацией».
Институт изучения антисемитизма, которого цитирует американский еврейский сайт The Algemeiner (на сайте опубликовано видео выступления Джадаа), назвал речь посла Палестины «смесью традиционного европейского антисемитизма с нападками на Израиль, опасной смесью, которая служит основой для подстрекательств радикального ислама к уничтожению евреев».
Агентство Walla сообщает, что 66-летний Джадаа родился в Ливане в лагере палестинских беженцев, и в последние годы занимал должность посла в нескольких латиноамериканских странах, в Колумбии и сейчас в Чили. После операции «Нерушимая скала» Чили отозвала своего посла из Тель-Авива.
Следует отметить, что не раз звучавшие из уст руководителей ПА заявления о том, что евреи не имеют никакого отношения к Иерусалиму, стоят в том же ряду, что выступление их посла в Сантьяго.

P.S. В том, что посол ПА - юдофоб нет ничего необычного. Других там просто нет. Необычное в том, что еще более страшный ненавистник евреев - Шломо Занд продолжает "просвещать" студентов в университете Тель-Авива

ЗАЩИТА ОТ ГЕЕВ

Почему пропаганда села на тему защиты от геев


Госпропаганда обыгрывает сегодня только две темы: защита от фашистов и геев. Но фашизм россиянам не страшен – в ВОВ к нацистам шли служить миллионы россиян, сегодня эта идеология у них тоже считается нормальной. А вот гомосексуализм – это страшно, он погружает россиян в «петушатник». На страхе стать опущенным и играет агитпроп.
Зря русские европейцы недооценивают силы госпропаганды по поводу содомитов. Посудите сами.
Как уже писал Блог Толкователя не раз, в нулевые годы т.н. «социальный контракт» звучал: мы распоряжаемся активами РФ как хотим, вы не вмешиваетесь в политику; капитализация активов РФ даёт и вам, простым людям, жить (эрзац потребительского общества)».
Сейчас, при санкциях и низкой цене на нефть – а главное, отсутствии перспективы избавиться от первых и повысить вторые – т.н. «социальный контракт» звучит так: «Даже эрзаца потребительского рынка у вас больше не будет, жить будете плохо, но – мы защищаем вас от фашистов и содомитов».
Два года назад, когда возник этот «социальный контракт», педалировалась в основном тема фашизма. Но какие-то светлые умы сообразили, что россиянина этим не сильно проймёшь. Ни одно государство во время ВМВ не дало такого количества предателей Родины (сейчас сказали бы – национал-предателей), как СССР. В общей сложности только при вермахте служили около 1 млн. советских людей (в плен вообще сдались 5,5 млн. солдат – такое «голосование» штыком в землю против Сталина), активными участниками военных действий были около 150 тыс. человек (в основном карателями).
Ну и в позднесоветское время тема эстетики фашизма была популярной. Кто тогда жил – помнит: подростки подражали героям «17 мгновений весны», а оппозиционные рабочие вожаки, грузины и даже якуты шли против власти с «Гитлером на устах и на груди».
(И сейчас в войне против Украины за «фашистов-бандеровцев» в Киев и АТО едут, начиная от либералов и заканчивая русскими нацистами).
Значит, опасная тема фашизма. Надо другую педалировать. И тут как раз тема гомосексуалистов. Подыграли и американцы с европейцами гей-парадами и однополыми браками.

А вот это для россиянина, даже в душе фашиста, – страшно. Посколько «попасть в петушатник», «стать опущенным» – это и вправду страшно. А страна как раз живёт по зоновским понятиям, где гомосексуализм – главный стигматизм.
«Американцы придут, и всех мужиков изнасилуют. А кого не изнасилуют – заставят друг друга насиловать», – такой сигнал в мозг российскому мужчине посылает госпропаганда.
Этот зоновский образ в российском обществе утвердился только, начиная с конца 1940-х. «Петушатник» и «опущенные» стали одним из главных методов борьбы в знаменитой «сучьей войне», конфликте двух сторон воровского мира, одна из которых во время ВОВ решила идти служить режиму, а другая осталась верна воровским принципам. Обе стороны убивали друг друга, но наиболее действенным способом стала стигматизация через гомосексуальное изнасилование (или даже через облитие мочой). Вчерашний вождь зеков сразу превращался в парию, от него мгновенно отворачивались соратники.
Интересно, что до начала 1930-х проблемы стигматизации гомосексуализма в российском обществе не существовало. Наоборот, советская Россия в то время была самой передовой страной мира в плане гендера. Тут не только была раскрепощена женщина и семейные, родительские отношения, но и гомосексуализм стал считаться нормой. К примеру, обыденным явлением былигей-свадьбы среди моряков революционного Балтфлота, это никого не шокировало. Один из министров НКВД был открытым гомосексуалистом и устраивал гей-оргии, а Сталин на партийных заседаниях рисовал голых мужчин.
Как побороть страх россиянина перед гомосексуализмом? Очень просто – надо «вынуть» из общества зоновские понятия. Начинать надо с СИЗО тюрем – этого очага стигматизации гомосексуализма. А дальше – уже всё то, что проходил Первый Мир, где до 1980-х отношение к геям было не лучше, чем в современной России (к примеру, уголовное преследование гомосексуалистов в Англии прекратилось только в 1991 году). Просвещение, просвещение и ещё раз просвещение.
 ТОЛКОВАТЕЛЬ

 Так-то оно так, но что-то нужно делать и с либеральной общественностью, которой отказывает ЧУВСТВО МЕРЫ. Мир, в котором геи и лесбиянки - гордость и норма -  не тот мир, в котором должны жить мои потомки. Это я знаю точно.

ИЗ ИСТОРИИ АЛИИ


Уезжают русские евреи...
Соломон Динкевич, Нью-Джерси


 

 Евреи покидают Россию






Евреи отделились от России. 
Не все, конечно, только те, кто смог”
Марк Мордухович

“И стою я под Стеною Плача
В позднем покаянии жестоком, 
Возвращаясь так или иначе
К ранее неведомым истокам”
Александр Городницкий


12 героев ценой многолетних страданий пробили брешь в “железном занавесе”, отгородившем советский народ от остального мира. В мае 1971 года прошел второй процесс — дело сионистской организации в Ленинграде, за ним последовали процессы в Риге и Кишиневе. И, как говорил, правда по другому поводу, М. С. Горбачев, “процесс пошел”. Уже в том же 1971 году почти 13 тысяч евреев получили разрешение на выезд. И это несмотря на то, что ОВИР продолжал ставить мощные препоны на пути репатриантов. 

По инициативе М. Суслова с отъезжающих взималась плата за институтские дипломы, за ученые степени и звания. В соответствии с постановлением Верховного Совета от 27 декабря 1972 года за диплом о высшем образовании взималось от 4500 руб. (гуманитарный диплом) до 12000 руб. (университетский диплом). Кандидаты наук должны были дополнительно заплатить 5100 руб., а доктора – 6400 руб. Ходил анекдот: какая наиболее прибыльная область животноводства? Жидоводство. (Ион Деген) В 1972 году ОВИР получил 4 миллиона 427 тысяч рублей с 972 евреев, в первые 2 месяца 1973 года 393 еврея выплатили 1 миллион 561 тысячу рублей. (Арк. Красильщиков, “Выкуп”, Иудея.ру, 2003). Позднее позорная плата за образование была отменена, но плата за отказ от гражданства продолжала взиматься в размере 900 руб. с каждого взрослого члена семьи. 

3 января 1975 года несмотря на возражения президента Никсона и госсекретаря Киссенджера американский Конгресс принял поправку сенатора Генри Джексона и конгрессмена Мартина Веника к закону о торговле с СССР. Согласно поправке Джексона-Вэника предоставление СССР режима наибольшего благоприятствования в торговле (торговые льготы) будет осуществляться только в случае предоставления евреям права свободного выезда из страны (в соответствии с подписанной СССР Женевской конвенцией). [2 января 1989 года сенатор Фрэнк Лаутенберг и конгрессмен Брюс Моррисон внесли дополнение к поправке Джексона-Вэника, предусматривающее предоставление евреям, эмигрирующим из СССР в США, статуса беженца. Одновременно была увеличена президентская квота для евреев-беженцев]. 

Все отъезжающие подвергались жесточайшему досмотру на таможне. Всё, как в древности во времена библейских филистимлян, которые считали верхом благородства, что выслали нашего праотца Ицхака и его жену Ривку, предварительно ограбив, но не убив! (Берешит, 26:26). 

В ноябре 1971 г. Л. И. Брежнев обещает президенту Франции Жоржу Помпиду, что “все технические трудности по выдаче виз евреям, желающим воссоединиться со своими родственниками в Израиле, будут устранены”. Это обещание явилось результатом февральской акции нескольких десятков евреев-отказников, собравшихся в небольшом помещении приемной Президиума Верховного Совета СССР. Они отказались покинуть помещение, а один из них сел на пол и начал громко читать Тору: “Так сказал Б-г, Всесильный Б-г Израиля: Отпусти народ мой...” (Шмот, 5:1). Это случилось накануне XXIV съезда КПСС, и их всех выпустили, чтобы не устраивать шума. В следующем, 1972 году, начал выходить “самиздатовский” журнал “Евреи в СССР”, и 32 тысячи евреев покинули страну “красного фараона”, а в 1973 году — 35 тысяч. 

Тогда или позднее возникли стихи-перифраз известной песни: 

С чего начинается Родина? 
С заветной овирской скамьи, 
С той самой анкеты, в которую
Ты впишешь приметы свои... 
А может, она начинается
С весенней запевки скворца
И с выдачи характеристики, 
Которой не видно конца. 

С чего начинается Родина? 
С участия в общей борьбе, 
С хороших и верных товарищей, 
Что вызов прислали тебе. 
А может, она начинается
С той песни, что пела нам мать, 
И с внешности нашей, которую
У нас никому не отнять. 

С чего начинается Родина? 
Со многих смертельных утрат, 
Возможно, с предательства родины, 
В котором тебя обвинят. 
А может, она начинается
С того, что ты начал копить, 
С той тысячи рэ, за которую
Здесь можно свободу купить. 

“Трещина пролегла посреди евреев. Глубокая извилистая трещина, как при мощном землетрясении. Трагедия в семьях” (Феликс Кандель). 

“Тот, кто начинал думать об отъезде, сколько бы он не выставлял против этого доводов, всё равно уедет. Это процесс необратимый”, — пишет Феликс Розинер (“Серебряная цепочка”, Б-ка Алия, № 103, 1983). И далее: “Пока едут единицы, я смотрю на них с недоумением; когда поедут десятки, я задамся вопросом, а не следует ли и мне присоединиться к ним; но когда поедут тысячи, я уже буду бояться, не опоздал ли я уехать раньше”. 

“Взлетая, мы оставляли знакомое. Приземляясь, попадали в неведомое” (Феликс Кандель). Нас провожали, “как в крематорий”(Станислав Рассадин), будучи уверены, что расстаются навсегда. Мы увозили с собой русский язык и русскую классическую литературу от Пушкина до Толстого. Мы не подозревали, что наши внуки не смогут ею воспользоваться, ибо будут говорить на языках стран проживания. Лишь для немногих русский язык сохранится как second language. 

Первые прибывшие в Израиль репатрианты пытались привлечь внимание израильского правительства к положению советских евреев. Но правительство социалистов потребовало, чтобы они не проявляли никакой инициативы, заверив, что “тихая дипломатия” на государственном уровне гораздо эффективнее. Рассекреченные в 2000 году документы советско-израильских отношений показали, что главной заботой социалистических лидеров было установление добрых отношений с СССР, а отнюдь не судьба евреев. До сих пор в музее Яд ва-Шем нет отдела жертв советской власти. 

Отметим, что еще в 1958 году в Израиле была сформирована неправительственная организация за выезд советских евреев МАОЗ (“Крепость”). Ею руководил репатриант из СССР Шабтай Бен-Цви. В 1968 году его сменила Голда Елин и возглавляла вплоть до своей смерти в 2000 году. Израильская МАОЗ и американская “Лига защиты евреев” рабби Меира Кахане были единственными общественными организациями, объявившими открытую борьбу “красному фараону”. Именно благодаря их деятельности мир узнал правду о пложении евреев в СССР. 

Динамика нашего исхода представлена в таблице (Judah Gribetz, Edward L. Greenstein, and Regina Stein. “The Timetable of Jewish History”, A. Touchstone Book, 1994). Таблица кончается 1991 годом — годом распада Советского Союза и предоставления всем гражданам права на выезд. 




Число евреев, оказавшихся в отказе чуть ли не до конца 80-х годов, значительно превышало число тех, кому был разрешен выезд. В течение многих лет десятки тысяч “отказников” подвергались гонениям, судебным преследованиям, попадали в ГУЛАГ или на поселения. Все без исключения теряли работу по специальности, очень многие вынуждены были зарабатывать на жизнь тяжелым физическим трудом. И никто не знал, как долго его продержат в отказе. 

Вот, что писали Киевские отказники в обращении к народу Америки: “Мы живем в Советском Союзе против нашей воли, законы этой страны нас больше не защищают. Нам угрожает заключение за посещение синагоги, за поминовение замученных и убитых в Бабьем Яре и в Варшавском гетто. Большинство из нас уволены с работы, мы не знаем кто решает нашу судьбу и что нас ждет в дальнейшем. Частые угрозы ареста со стороны государственных чиновников, запугивающие статьи в газетах и передачах по радио создают вокруг нас атмосферу психологического террора. У нас отняли право жить и нам не дают возможности уехать. Мы обращаемся к вам, люди великой страны, в этот трудный для нас час. Помогите нам!” (Юлий Кошаровский из книги “Мы снова евреи”. (“Форум”, № 229, 26 марта – 1 апреля 2009). 

В стране издается и распространяется через все библиотеки массовая антисионистская, а по существу просто антисемитская литература. Вот некоторые наиболее “прославленные” публикации: Т. Кичко “Иудаизм и социализм”, Киев, 1968; Юрий Иванов “Осторожно: сионизм!”, М., 1969; Владимир Бегун “Ползучая контрреволюция”, Минск, 1974; В. Скурлатов “Сионизм и апартеид”, Киев, 1975; Цезарь Солодарь “Дикая полынь”, 1977; Л. Корнеев “Самый сионистский бизнес”, Огонек, 1978. 

Аркадий Ваксберг (“Из ада в рай и обратно”М., “Олимп”, 2003) полагает, что за период с 1965 по 1985 годы было выпущено “около 230 антисионистских, то есть антисемитских книг общим тиражом около 9 миллионов экземпляров, не считая несметного количества газетных и журнальных статей всё на ту же тему”.

21 октября 1973 года Яков Малик заявил в ООН, что “сионизм — это религиозный расизм”. Через два года ООН подтвердила это специальной резолюцией № 3379, отбросив слово “религиозный”. 111 государств Восточного блока, мусульманских стран и стран “третьего мира” послушно проголосовали за это позорное решение, только 25 государств проголосовали против и 17 воздержались. 

В июне 1971 года в Москве состоялся Всемирный конгресс хирургов, в нем участвовала израильская делегация: организаторы конгресса заявили, что в противном случае конгресс не состоится. Хирургу Юлию Нудельману через члена израильской делегации проф. Цви Эяля удалось завязать контакты с консулом голландского посольства. (Голландское посольство представляло интересы Израиля в Москве, т. к. СССР прервал дипломатические отношения с Израилем еще в 1967 году). 

Эти контакты оказались чрезвычайно важными для организации вызовов из Израиля, передачи на Запад протестов на беззаконные действия ОВИРа: “Некоторые из нас уже успели состариться, т. к. подают документы уже более 10 лет”. Из ОВИРа зачастую следовали ответы: “Ни через год, ни через два, никогда в будущем... Сначала отработайте русский хлеб, который едите сколько лет... Есть у вас Биробиджан, туда и поезжайте...”. 

И в это самое время всё больше молодых евреев начинают тайно заниматься самообразованием. Среди них Илья Эссас, математик по образованию, он в возрасте 25 лет начал самоучкой изучать иврит (1971–72 годы), а затем и подпольно преподавать его. Как это происходило, он рассказал в интервью с Анной Кронштейн (“Еврейский интернет-клуб”). Один еврей научил его алфавиту комментариев — “шрифту Раши”, и он начал читать книгу пророка Исайи, а затем и Тору. Он пришел в московскую синагогу изучать Тору. Когда председатель синагогального комитета Э. Г. Каплун узнал, что Эссас — отказник, он изгнал его из синагоги: “Советским евреям нечего делать в Израиле, им здесь хорошо”.

В 1971 году Эссас начинает серьезное ежедневное преподавание Торы. Из 15 его учеников 13 проникаются еврейским самосознанием, а 5 из них через полгода повели свои кружки. В 1979 году по его словам (“Еврейский мир”, № 359, 1999) уже не менее 50 молодых евреев начали соблюдать законы Торы, изучать и преподавать ее. Наиболее способные из его учеников отправились в Ленинград, Вильнюс, Ригу, Куйбышев, Одессу, Минск, Кишинев. Когда в 1982 году выезд был резко сокращен, в Москве действовало уже 20 таких кружков и еще столько же — вне Москвы. “Важно подчеркнуть, — говорит раввин Элиягу Эссас (он уже давно в Израиле, преподает в ешиве “Эш ха-Тора” / “Пламя Торы”, ивр. и ведет в интернете популярный сайт “Спроси у раввина”), — что всё еврейское движение строилось на принципе ненарушения советских законов — борьба в рамках закона”.

В августе 1975 года 35 стран, включая СССР и США, подписали “Хельсинский аккорд” о разрядке напряженности, включая и т. н. “третью корзину”— права человека. Она предусматривала право на воссоединение семей. Под этим лозунгом и происходил выезд евреев из СССР. 

Через год, в мае 1976 года, в Москве был организован Комитет по наблюдению за выполнением Хельсинкских соглашений. Его возглавил молодой талантливый физик Юрий Орлов, создатель уникального ускорителя элементарных частиц в Ереванском институте физики. Позднее он был арестован, судим и сослан в ссылку, где провел долгие годы, вплоть до начала горбачевской перестройки. И движение евреев за выезд пошло в тесном контакте с правозащитным движением в СССР, во главе которого стояли акад. А. Д. Сахаров, проф. Ю Орлов, генерал Петр Григоренко, Людмила Алексеева, Владимир Буковский и др. Западные корреспонденты порой не могли понять, кто там правозащитник, а кто еврейский активист. (Э. Финкельштейн, “Форвертс”, № 319, 2002). 

В том же 1976 году группа отказников попыталась провести в Москве Международный симпозиум на тему “Еврейская культура в СССР. Состояние. Перспективы”. В пяти секциях симпозиума намечалось прочитать 77 докладов. Вот названия секций: I Состояние еврейской культуры в СССР; II Роль религии; III Новые очаги — зародыши еврейской культуры в СССР; IV Еврейская культура в Израиле и на Западе; V Характеристика еврейства. 

На пресс-конференции для отечественных и иностранных корреспондентов проф. Биньямин Файн говорил (цитирую по книге Биньямин Файн, “Вера и разум”, Иерусалим, МАХАНАИМ, 2007): 
“...Хорошо известно, что еврейская культура и национальная жизнь сегодня в СССР практически не существуют. Гораздо меньше известны другие факты, которые отражают растущий интерес и стремление к знакомству с подлинной еврейской культурой и традициями, имеющими почти четырехтысячелетнюю историю. Интерес к иудаизму, к еврейской истории и к ивриту, причем речь здесь идет не о небольшой группе “отказников”, а о широких слоях советского еврейства... Это произошло в условиях интенсивной антисионистской пропаганды с одной стороны, и при полном отсутствии публикаций с положительной информацией о евреях — с другой. Древняя еврейская история полностью исчезла из школьных учебников. В результате образовался синдром еврейского страха: человеку представляется опасным любое открытое проявление своей еврейской принадлежности. Этот синдром еврейского страха тщательно культивировался режимом на протяжении многих лет (вспомним красноречивое выражение Эли Визеля: “евреи молчания”). И то, что евреи, несмотря на этот страх, стремятся к своей культуре, лишь показывает всю глубину их чувств. Идея симпозиума зародилась на этой волне интереса к подлинной еврейской культуре и традиции, с желанием преодолеть этот синдром страха... Мы надеемся, что симпозиум привлечет внимание к этой проблеме широких общественных кругов в СССР и на Западе...”. 

Чуть ли не за месяц до открытия симпозиума, в декабре 1976 года, КГБ начал повальные обыски в квартирах организаторов и участников (симпозиум готовили гласно, и КГБ располагал всей информацией). Открытие симпозиума намечалось на 21 декабря, в годовщину рождения великого юдофоба Сталина. Однако уже утром были задержаны, доставлены в милицию и продержаны там до глубокой ночи все участники симпозиума. КГБ отрапортовал Центральному Комитету об успешной ликвидации “сионистской провокации”. Вскоре все доклады были опубликованы за рубежом (И. Бегун “Еврейская культура в СССР. История геноцида”. Журнал “Новый век”, № 2, Москва — Иерусалим, 2002). 

Приход к власти М. С. Горбачева и последовавшая за этим перестройка никак не снизили уровень антисемитизма. “Будет ли пятая графа (в паспорте) при коммунизме? — спросили Фаину Григорьевну Раневскую. — Нет, ответили она, — будет шестая: был ли евреем при социализме?”. 

Вот что писал Юрий Нагибин в повести “Тьма в конце туннеля”(ПИК, 1994): 
“Почему-то падение тоталитарного режима пробудило в моих соотечественниках всё самое темное и дурное, что таилось в укромьях их пришибленных душ. 
Народ, считавшийся интернационалистом, обернулся черносотенцем-охотнорядцем.Провозгласив демократию, он всем существом своим потянулся к фашизму. Получив свободу, он спит и видит задушить ее хилые ростки: независимую прессу и другие средства информации, шумную музыку молодежи, отказ от тошнотворных сексуальных табу. Телевидение завалено требованиями: прекратить, запретить, не пускать, посадить, расстрелять — рок-певцов, художников-концептуалистов, композиторов авангарда, поэтов-заумщиков, всех, кто не соответствует нормам старого доброго соцреализма. И больше жизни возлюбил мой странный народ несчастного придурка Николая II, принявшего мученическую смерть... Этот липовый монархизм можно сравнить лишь с внезапной и такой же липовой религиозностью. Едва ли найдется на свете другой народ, столь чуждый истинному религиозному чувству, как русский... От лица этого народа говорят, кричат, вопят, визжат самые алчные, самые циничные, самые подлые и опустившиеся из коммунистического болота... 

Во что ты превратился, мой народ! Ни о чём не думающий, ничего не читающий, не причастный ни культуре, ни экологической заботе мира, его поискам и усилиям, нашедший второго великого утешителя — после водки — в деревянном ящике, откуда бесконечным ленточным глистом ползет одуряющая пошлость мировой провинции, заменяющая тебе собственную любовь, собственное переживание жизни, но не делающая тебя ни добрее, ни радостнее... 

У совкового гиганта — вся таблица Менделеева в недрах, самый мощный на свете пласт чернозема и самые обширные леса, все климатические пояса — от Арктики до субтропиков, а люди нищенствуют, разлагаются, злобствуют друг на друга, скопом — на весь мир... 

И всё же есть одно общее свойство, которое превращает население России в некое целое, я не произношу слова “народ”, ибо, повторяю, народ без демократии — чернь. Это свойство — антисемитизм. Только не надо говорить: позвольте, а такой-то?! Это ничего не означает, кроме того, что такой-то по причинам, неведомым ему самому, не антисемит... 
Антисемитизму не препятствует ни высокий интеллектуальный, духовный и душевный уровень — антисемитами были Достоевский, Чехов, З. Гиппиус, ни искреннее отвращение к черносотенцам, погромам и слову “жид”, такому же короткому и общеупотребительному, как самое любимое слово русского народа... 
С него, как с гуся вода, стекли все ужасы века: кровавая война, печи гитлеровских лагерей, Бабий Яр и варшавское гетто, Колыма и Воркута и... стоп, надоело брызгать слюной, всем и так хорошо известны грязь и кровь гитлеризма и сталинщины. Но вот разрядилась мгла, “встала младая с перстами пурпурными Эос”, продрал очи народ после тяжелого похмельного сна, потянулся и... начал расчищать поле для строительства другой, разумной, опрятной, достаточной жизни — ничуть не бывало, — потянулся богатырь и кинулся добивать евреев. А надо бы, перекрестясь, признаться в соучастии в великом преступлении и покаяться перед миром. Но он же вечно безвинен, мой народ, младенчик-убийца. А виноватые — вот они. На свет извлекается старое, дореволюционное, давно иступившееся, проржавевшее — да иного нету! — оружие: жандармская липа — протоколы сионских мудрецов, мировой жидомасонский заговор, ритуальные убийства... Всё это было, было, но не прошло.Черносотенец-охотнорядец поднимается во весь свой исполинский рост. Тот, что возник в конце сороковых — начале пятидесятых, был карликом в сравнении с ним. 
Послеперестроечный антисемитизм взял на вооружение весь тухлый бред из своих затхлых закромов: давно разоблаченные фальшивки, поддельные документы, лжесвидетельства, — ничем не брезгуя, ничего не стесняясь, ибо всё это не очень-то и нужно. Истинная вера не требует доказательств. А что может быть истиннее, чище и незыблемее веры антисемита: всё зло от евреев...” (Выделено мной — С. Д.). 

Вот что говорил член Государственной думы генерал Макашов: “Никогда в России не было так плохо, даже во времена монгольского ига... Кто виноват? Жиды!.. Жид — это не национальность, жид — это профессия... Каждый патриот должен быть антисемитом”.

Твердит тупой антисемит: 
“Во всём повинен только жид. 
Нет хлеба — жид, нет счастья — жид”.
И что он глуп - виновен жид, 
Так тупость голову кружит. 
                               Леонид Утесов

А вот что писал Баркашов (“Азбука русского националиста”, М., 1994): “Свастика является древнейшим и важнейшим русским символом... Красивое и благородное лицо (Иисуса) по заключениям антропологов принадлежит к арийскому, славянскому типу”.

Известный юдофоб, главный редактор журнала “Наш современник” Станислав Куняев расправляется с “еврейским вопросом”в духе “великого кормчего”, утверждавшего в 1913 году, что “евреи — это бумажная нация”. Этот теоретик пишет: “Еврейский вопрос — это не национальный вопрос, у евреев в России нет своей территории, за которую они бы ратовали, нет мощной религиозной жизни, которая могла бы войти в противоречие с нашим православием. У евреев нет такой общины, которая бы говорила на своем национальном языке и которая боролась бы за национальную автономию, как борются русские в Прибалтике. Это всё дымовая завеса, которая лишь является как бы национальным вопросом... Есть только борьба за власть. Больше ничего” (выделено мной — С. Д.). 

Таким образом, если в “застойные и дозастойные годы антисемитизм выступал как тщательно скрываемая, но фактически официальная политика партии и государства, (то) в перестроечные и постперестроечные годы — как устойчивая “корневая” установка значительной части бюрократии, широких “низов” и даже “патриотической интеллигенции”, — констатирует Александр Бовин в “Записках ненастоящего посла” по возвращении из Израиля в Россию. [Прошло совсем немного времени с момента возвращения Бовина в Россию. Он возглавил в Москве факультет журналистики Российского государственного гуманитарного университета, и, увы, тон и содержание его речей резко изменились, о чём с сожалением узнали мы на встрече с ним в Америке, куда он приезжал с презентацией новой книги “ХХ век как жизнь”, М., Захаров, 2003]. 

Государственный антисемитизм не исчез в путинской России, как бы ни пытались нас убедить в противном раввин Берл Лазар и другие. Он только принял новые формы: Из предписывающего (ограничение в приеме на работу, процентная норма и т. п.) он превратился в разрешающий - свободная продажа массовой антисемитской литературы, выступления думских депутатов, знаменитые “письма 50, 500 и 5000”, антисемитские демонстрации, изгнание Березовского и Гусинского, заключение в лагерь Ходорковского и т. д. Может быть, кто-нибудь скажет, что это традиционный “бытовой антисемитизм”?

О вы, наивные евреи, 
Готовые прощать и верить, 
Что в Бабий Яр нас гнали звери, 
И что закончен счет потерям. 
                           Марк Фельдман

“Всё течет, но ничего не изменяется”, — написал Юрий Нагибин. Нет, изменяется. Когда-то знаменитый пограничник Карацупа и его собака Индус намертво закрыли границы СССР не столько от проникновения к нам шпионов, сколько от бегства из СССР советских граждан. Революция 1991 года разрешила свободный выезд из страны, и сегодня, в отличие от мучительного выезда в 70-е и 80-е годы, евреям предоставлена полная свобода покинуть Россию. 

В 1990 году Римма Казакова опубликовала стихи: 

Уезжают русские евреи, 
Покидают отчий небосвод. 
И кому-то, видно, душу греет
Апокалиптический исход. 

Расстаются невозвратно с нами, 
С той землей, где их любовь и пот. 
Были узы, а теперь узлами
Словно склад, забит аэропорт. 

Что сказать, что к этому добавить? 
Чья это победа, чья беда? 
Что от них нам остается? Память? 
Памятники духа и труда. 

Удержать их, не пустить могли ли? 
Дождь над Переделкиным дрожит. 
А на указателе “К могиле
Пастернака” выведено – “жид” ... 

“Железный занавес”, отделявший СССР от остального мира, если и не разобран полностью, то во всяком случае высоко поднят, а скорее всего пылится где-то на антресолях в России и в странах бывшего СНГ. 

“Беги от кумачевых их полотен”, - Написал Александр Городницкий: 

... Беги, покуда не увязнул в рабстве
Пусть голову не кружит ерунда
О равенстве всеобщем и о братстве: 
Не будешь ты им равен никогда... 

Свобода путешествий и переписки, средства массовой информации и Internet сделали мир прозрачным. Сегодня как никогда раньше актуально звучат слова поэта Юрия Левитанского: 

Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу. 

Выезд открыт, правда, въезд во все страны, кроме Израиля, ограничен. Да и Израиль всё еще не может оправиться после преступных Ословских соглашений. Об Израиле речь пойдет в главах 3-го тома. 

Будем помнить слова Б-га: 

“Сын Мой, первенец Мой, Израиль".
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..