https://www.youtube.com/watch?v=1ck87Wics0g
Выделить ссылку и "перейти по адресу..."
https://www.youtube.com/watch?v=1ck87Wics0g
Выделить ссылку и "перейти по адресу..."
16 сентября 1747. Крещение мужа оставляет еврейскую жену без гета
16 сентября 1747 года папа Бенедикт XIV издал постановление, регулирующее одну из наиболее болезненных ситуаций, возникавших при обращении евреев в католичество: что происходит с еврейским браком, если муж крестился, а жена отказалась последовать за ним.
Здесь сталкивались две правовые системы. С точки зрения католической власти обращенный мужчина мог прекратить прежнюю семейную жизнь и создать новую христианскую семью. С точки зрения Галахи его еврейская жена оставалась замужней до тех пор, пока муж не даст ей гет — религиозный документ о разводе.
Некоторые выкресты продолжали выдавать оставленным женам гет. Для женщины это означало возможность снова выйти замуж и создать семью внутри еврейской общины. Церковная власть стремилась прекратить эту практику: крещение должно было означать окончательный разрыв с еврейским религиозным правом.
Крестившемуся еврею запрещалось совершать еврейскую процедуру развода как внутри гетто перед раввинским судом, так и за его пределами. Если он все-таки выдавал гет, его действия могли рассматриваться как возвращение к иудаизму. Если церемония происходила внутри гетто, ответственность могла быть возложена и на общину.
Для оставшейся еврейкой женщины последствия были особенно тяжелыми. Муж мог начать новую жизнь как католик, тогда как она с точки зрения еврейского закона продолжала быть связана первым браком и без гета не могла выйти замуж за другого еврея.
Подобные случаи показывают, насколько глубоко государство и церковь раннего Нового времени вмешивались в еврейскую семейную жизнь. Крещение одного человека меняло не только его собственный статус, но могло определять и судьбу супруга, детей, всей семьи.
16 сентября 1880. США протестуют против изгнания еврея из Петербурга
16 сентября 1880 года американский посланник в Петербурге Джон У. Фостер сообщил Госдепартаменту, что официально передал российскому Министерству иностранных дел протест правительства Соединенных Штатов против изгнания из Петербурга Генри Пинкоса — американского гражданина еврейского вероисповедания.
За частным делом стоял конфликт двух правовых систем. Российская империя ограничивала право евреев жить вне черты оседлости. Петербург относился к тем городам, где еврейское проживание зависело от принадлежности к официально разрешенным категориям.
Но Пинкос был не российским подданным, а гражданином Соединенных Штатов. Вашингтон исходил из принципа, что американское гражданство должно давать человеку одинаковую дипломатическую защиту независимо от религии.
В инструкциях американской дипломатии вопрос был сформулирован предельно ясно: если гражданина США высылают из Петербурга только потому, что он еврей, Соединенные Штаты обязаны протестовать так же, как протестовала бы Россия, если бы ее гражданина преследовали в Нью-Йорке за принадлежность к той или иной религии.
Российские власти смотрели на проблему иначе. Для них иностранное гражданство не обязательно отменяло внутренние правила, касавшиеся евреев. В результате человек мог считаться в Америке прежде всего американцем, а после пересечения российской границы — прежде всего евреем.
Дело Пинкоса не осталось единичным. Вскоре возникли новые конфликты вокруг американских евреев, которым ограничивали пребывание в Петербурге и других городах Российской империи. Вопрос о признании американских паспортов независимо от религии на десятилетия вошел в повестку российско-американских отношений.
В начале XX века американские еврейские организации добьются превращения паспортного вопроса в крупную политическую кампанию. В 1911 году Соединенные Штаты уведомят Россию о прекращении торгового договора 1832 года.
16 сентября 1919. Гитлер впервые письменно формулирует свой политический антисемитизм
16 сентября 1919 года 30-летний Адольф Гитлер написал ответ солдату Адольфу Гемлиху, спрашивавшему его о позиции по так называемому «еврейскому вопросу». Письмо Гемлиху считается первым известным письменным изложением антисемитских взглядов Гитлера.
Гитлер тогда еще не был вождем партии и только лишь начинал политическую деятельность. Германия проиграла мировую войну, монархия рухнула, страну раздирали революционные потрясения, экономический кризис и поиски виновных в поражении.
После войны Гитлер оставался в армии и служил в мюнхенской структуре рейхсвера, занимавшейся политическим просвещением солдат. Его начальник капитан Карл Майр передал ему запрос Гемлиха и поручил подготовить ответ.
В письме уже присутствуют основные элементы будущей гитлеровской риторики. Евреи определяются не как религиозная община, а как «раса». Из этой логики следовало, что крещение, ассимиляция или германский патриотизм конкретного еврея ничего не меняют: государство должно рассматривать происхождение как неизменное качество.
Особенно важно различие, которое Гитлер проводил между эмоциональным и тем, который называл «рациональным» антисемитизмом. Первый, по его словам, заканчивается погромами. Второй должен действовать систематически и юридически — через государственное ограничение прав евреев.
Конечную цель он формулировал как полное «удаление евреев». В 1919 году эта формула еще не была программой физического уничтожения европейского еврейства: речь шла об исключении из германского общества и изгнании. Но уже был сформулирован принцип, согласно которому антисемитизм должен перестать быть стихийной ненавистью и превратиться в последовательную государственную политику.

С каждым днем становится все очевиднее, что турнир держав, известный как «войны 7 октября» — вспышка конфликта между Израилем и Соединенными Штатами, с одной стороны, и Ираном с его прокси, с другой, вызванная устроенной ХАМАСом резней три года назад, — знаменует новую эпоху в бурной истории Ближнего Востока. Пока вооруженная блокада Ирана Соединенными Штатами, возможно, начинает приносить результаты, а Иран негласно поддерживают Китай и Россия, региональные силы глубоко и в немыслимых еще недавно комбинациях перестраивают свои отношения, тестируя новые союзы.
Так, 7 августа Саудовская Аравия, Турция и Пакистан подписали соглашение в Мекке о совместной обороне, провозглашенное ими самими как «исламское НАТО», согласно которому «любое вооруженное нападение на одно из трех государств будет рассматриваться как нападение на них всех». Израиль тем временем заключил огромный оборонный контракт с Грецией и усилил сотрудничество с Индией. Иран продолжает наносить удары по арабским государствам, в то время как его союзница Россия снабжает его новыми ракетными технологиями.
По всему региону большие и малые державы продвигают свои неоимперские интересы, особенно в новой сфере соперничества растущих ближневосточных сил — Восточной Африке. По словам специального представителя США по Африке Массада Булоса, в войне в Судане участвуют 12 ближневосточных держав. Именно там разворачивается худшая гуманитарная катастрофа последних трех лет. Кто же выйдет из всего этого властителем Ближнего Востока?

Если все кажется запутанным, то лишь потому, что так оно и есть. «Мировая игра» становится все более планетарной, взаимосвязанной и стремительной — то, что я называю ультрамиром. И нигде ультрамир не устроен столь дьявольски сложно, как на Ближнем Востоке. Это испытание даже для опытных автократов и профессиональных дипломатов.
Но и в более простые времена Ближний Восток умел удивлять самых информированных наблюдателей и мастеров разведки. Эксперты не предсказали появления Турции в 1922 году, коронации Реза‑шаха в Персии в 1925‑м, создания Израиля в 1948‑м, суэцкой авантюры Насера в 1956‑м, объединения Египта и Сирии в 1958‑м, победы Израиля в 1967‑м, падения шаха и возвышения Хомейни, 11 сентября, «арабской весны», 7 октября 2023 года, операции «Полуночный молот» и многого другого.
Но если такие события невозможно предугадать, то даже к самым невероятным вариантам войны и насилия можно хотя бы подготовиться — и глубже понять их, изучая эти общества, государства и их историю. Именно поэтому я написал свою новую книгу «Котел»: чтобы объяснить, как были созданы современные государства Ближнего Востока. Как регион 1900 года породил регион 2026‑го? Как мы оказались там, где находимся сегодня?
История не повторяется, не движется по кругу, не имеет заданной цели и не является пророчеством. Каждая эпоха уникальна. Но знание этих эпох важно. Упрощенные и навязчивые идеологические конструкции Запада редко соответствуют реальности региона и никогда не выдерживают столкновения с его сложностью. Хотя вмешательство внешних игроков порой меняет ход истории, решения и самостоятельные действия региональных соперников часто оказываются определяющими.
Местные игроки знают настоящую цену происходящего и останутся на поле боя после того как внешние силы уйдут. Ирония западной антиимпериалистической идеологии в том, что она недооценивает самостоятельность народов Ближнего Востока. Даже в моменты своей наибольшей слабости региональные лидеры умели манипулировать великими державами и сталкивать их друг с другом.
Ближний Восток вызывает столь огромный глобальный интерес не случайно. Его географическое положение — трехконтинентальный мост между Африкой и Евразией — означает, что контроль над ним необходим любой сверхдержаве, претендующей на участие в мировой игре. К этому добавляются морские пути, перекрывание которых способно остановить не только нефть, но и глобальные цепочки поставок.
На заре XX века основная часть исламского мира все еще находилась под властью Османской империи. Она потеряла много славянских христианских подданных на Балканах, но сохранила мусульман‑турок и арабов, греков и армян, евреев. Репутация империи как терпимого государства вводит в заблуждение: султанат был завоевательной державой, подпитывавшейся порабощением и насильственным обращением, а сосуществование перемежалось жестокими репрессиями и массовым убийством меньшинств.

В 1900 году, когда Британия и Франция все активнее проникали в регион, Абдул‑Хамид II ответил развитием панисламской идентичности под властью собственного халифата. К началу Первой мировой войны султанат контролировали «три паши», которые терроризировали арабов и одновременно развернули геноцидальное насилие в отношении армян, маронитов и греков. Это не спасло империю: она проиграла войну и в 1918 году рухнула.

Следующими распорядителями региона, с 1918 по 1945 год, стали британцы и французы. Они соединили традиционный империализм с новым национализмом народов, страдавших от османского угнетения. Арабам, армянам, евреям и курдам обещали государства, но никто не получил того, на что рассчитывал. В начале 1920‑х турки под руководством Мустафы Кемаля выступили против англо‑французского господства, отвергли планы создания курдского и армянского государств, разгромили греческие армии и создали современную Турцию в огне войны и этнического конфликта.
Англо‑французское господство продержалось едва 30 лет, но сформировало архитектуру государств, которую мы видим сегодня. Сирия, Иордания, Ливан и Ирак прежде не существовали как государства в их современном виде, а еврейского государства на этой территории не было со времен древности. После Второй мировой войны государства Леванта стали по‑настоящему независимыми.
Затем началась холодная война. Американские и советские государственные деятели любили представлять Ближний Восток кукольным театром вассалов и прокси, однако лидеры новых государств оказались способны манипулировать сверхдержавами. Турция и Израиль отличались национализмом, милитаристским этосом и демонстративной самоуверенностью. Египет и Иран черпали уверенность в древности своих культур и государственности. Арабские монархии выработали собственные формы правления.
Насер и Анвар Садат, Давид Бен‑Гурион и Менахем Бегин, Ибн Сауд, шах и Саддам Хусейн были чрезвычайно способными игроками. Шах продвигал Иран как арбитра в Персидском заливе и главную державу региона. Египет также мог занять место регионального арбитра, но пострадал от амбиций Насера. После 1967 года логика мира с Израилем все сильнее определяла будущее Египта.
Исламская революция 1979 года стала поворотным моментом. Она свергла проамериканского шаха, создала в Иране исламскую теократическую диктатуру и вдохновила радикальные исламистские движения по всему региону, выступавшие против Соединенных Штатов, Израиля и умеренных арабских правительств, открытых сотрудничеству с Западом.
Иран поддерживал таких прокси, как «Хизбалла» и режим Асада в Сирии, тогда как Ирак Саддама Хусейна вел страшную ирано‑иракскую войну. Позднее Саддам дважды катастрофически ошибся в оценке Америки: сначала при вторжении в Кувейт, затем после 11 сентября.
Период между распадом Советского Союза и 2003 годом дал Америке уникальный шанс повлиять на Ближний Восток. Первая война в Персидском заливе защитила Кувейт. Мадридский процесс и договоренности в Осло были серьезными попытками урегулировать израильско‑палестинский конфликт. Но 11 сентября показало, как небольшие региональные игроки способны массовой бойней отвлечь гораздо более крупные державы. Война в Ираке 2003 года устранила Ирак как бастион против Ирана, и Иран заполнил вакуум, распространив влияние от Ирака до Ливана и Газы.
Распад Советского Союза развязал руки и Турции. После десятилетий существования под защитой НАТО она начала активно проецировать свое региональное влияние. Этот процесс сопровождался отходом Реджепа Тайипа Эрдогана от светского национализма Ататюрка в сторону все более авторитарного исламизма, связанного с «Братьями‑мусульманами» .
«Арабская весна» 2011 года свергла Хосни Мубарака, положила конец правлению Муаммара Каддафи и едва не свергла Башара Асада. Сирия погрузилась в жестокую гражданскую войну. Иран и «Хизбалла» вмешались, чтобы спасти Асада, а успешное российское вмешательство укрепило уверенность Владимира Путина в действенности военных методов.
Из хаоса возник ИГИЛ — террористический халифат, который мог перекроить весь Левант. Соединенные Штаты и их союзники громили ИГИЛ, сочетая западную авиационную мощь с местными партнерами, прежде всего курдскими силами в Сирии. Это может служить образцом вмешательства без масштабного и опасного втягивания в войну.
Израиль тем временем превратился из уязвимого государства первопроходцев в региональную военную силу. Богатые монархии Персидского залива также стали значимыми державами. Объединенные Арабские Эмираты предстали как богатый коммерческий центр с дееспособной армией. Катар приобрел влияние благодаря богатству, СМИ, связям с исламистскими движениями и посреднической роли. Саудовская Аравия при наследном принце Мухаммеде бин Салмане стала гораздо напористее, опираясь на нефтяное богатство, территорию, военную мощь, связи с Соединенными Штатами и статус хранительницы Мекки и Медины.
Объединенные страхом перед Ираном, Израиль и арабские государства Персидского залива сблизились, кульминацией чего стали Авраамовы соглашения. Присоединение Саудовской Аравии могло бы преобразить регион, но этот план был разрушен варварским нападением, массовой резней и захватом заложников 7 октября 2023 года.
7 октября, несмотря на поддержку Ирана, обернулось катастрофой и для Исламской Республики. Израиль изменил стратегию и больше не был готов терпеть радикальных врагов у своих границ. После ожесточенной городской войны в Газе он нанес удары по «Хизбалле», а затем по самому Ирану. 7 октября вернуло в регион и Америку. В июне 2025 года Трамп присоединился к Израилю в атаках на Иран, нанеся удары по трем ядерным объектам в ходе операции «Полуночный молот», после чего завершил Двенадцатидневную войну.
В декабре 2024 года Асад и его окружение бежали из Дамаска, который перешел под контроль Ахмеда аш‑Шараа, поддержанного Эрдоганом. Это стало еще одним этапом возвышения Турции как региональной державы. Пока Россия была занята военными действиями на Украине, Эрдоган увидел возможность вести себя как ближневосточный гегемон, обращаясь к славе Османской империи и одновременно обличая Израиль.

После «Полуночного молота» Иран оказался раненым, обедневшим, репрессивным, плохо управляемым и непопулярным. В январе 2026 года там начались протесты, на которые режим ответил массовой расправой. Трамп и Нетаньяху решили, что авиация и ликвидация руководителей способны добить режим. 28 февраля они начали операцию. Хаменеи был убит, но режим не рухнул. Корпус стражей исламской революции повел войну, к которой давно готовился, используя уроки ирано‑иракской войны, прокси‑войн, «танкерной войны», а также американскую боязнь потерь и политическую непоследовательность.
Каждый правитель мечтает о короткой победоносной войне, но одна лишь авиация редко свергает режимы — не произошло этого и здесь. Более разумной стратегией была бы вооруженная блокада Ормузского пролива, способная перекрыть иранский нефтяной экспорт и сдавить режим. Вместо этого горячая война позволила Ирану играть на своих сильных сторонах. Иран захватил Ормуз и ударил по монархиям Персидского залива, вся стратегия которых строилась на «мире и безопасности».
Ныне Трамп вернулся к вооруженной блокаде. Возможно, эта стратегия сработает, однако она повлечет новые иранские удары, и она уже заставила монархии Персидского залива искать страховочные союзы, включая новый оборонный альянс Пакистана, Турции и Саудовской Аравии, возникший в Мекке.
Пакистан давно стремится быть исламской державой, но остается экономически и политически уязвимым. Турция находится на подъеме и продвигает торговый коридор между Западной Азией и Европой, однако и у нее есть слабости: возможное возвращение российского давления, ограничения НАТО, экономическая зависимость от Европы, возраст Эрдогана, растущая репрессивность и обвал лиры. Его османско‑исламистские амбиции полезны как политический инструмент, но опасны как отвлечение от реальных проблем.
Эти перемены втягивают в игру новые державы. Что бы ни делал Пакистан, Индия — ныне близкая к Израилю и стремящаяся создать торговый коридор к Средиземному морю — будет склонна ему противодействовать. Что бы ни делала Турция, Греция будет отвечать ей, отсюда ее союз с Израилем. Израиль, по‑видимому, является доминирующей военной силой в регионе, однако его стратегия остается провинциальной, а экстремистская политика ограничивает его возможности. Он одновременно слишком силен — и недостаточно силен.
Эти союзы имеют военное, символическое и экономическое измерение. Они знаменуют огромную перестройку торговли, судоходства и трубопроводной инфраструктуры. Будут строиться новые маршруты в обход Ормуза. Многие из них могут пройти через Турцию, Сирию, Ирак и Израиль. Целью должно стать создание множества параллельных путей, чтобы ни одна держава больше не могла шантажировать весь мир. Что бы ни произошло в нынешней войне в Персидском заливе, Ормуз будет становиться все менее ценным иранским активом.
По мере того как блокада действует, Иран оказывается под давлением и вынужден идти на эскалацию. Его союзники‑хуситы атакуют Саудовскую Аравию и угрожают Баб‑эль‑Мандебскому проливу — пути для саудовской нефти и выхода к Красному морю и Суэцкому каналу. Официальное правительство Йемена начинает наступление против хуситов. Несмотря на громкость соглашения в Мекке, неясно, станут ли Пакистан и Турция действительно воевать с хуситами. Американская поддержка — и, возможно, израильская разведка — по‑прежнему могут оказаться важнее. Западу необходимо победить на театре Красного моря.
Иранские радикалы, вероятно, пока выживут. Скорее всего, ожидается период повторяющихся столкновений, когда Соединенные Штаты и Израиль будут наносить удары по Ирану при возобновлении его ядерного проекта или угрозах Ормузу и союзникам. Более глубокий кризис может наступить после прекращения стрельбы, когда иранцы оценят степень собственного обнищания. Революции приходят тогда, когда их меньше всего ожидают: как писала Ханна Арендт, до события они кажутся невозможными, а после — неизбежными.

Итак, все эти игроки будут бороться за контроль над Ближним Востоком, но ни один из них не достаточно силен, чтобы править им. Это формула ожесточенного соперничества. Новые союзы монархий Персидского залива пока слишком противоречивы, чтобы гарантировать безопасность. Пакт в Мекке демонстрирует самостоятельность, но может сосуществовать и с более тесными связями с Америкой, и, возможно, с Авраамовыми соглашениями. Пакистан, Турция и Саудовская Аравия — все они хотят американского расположения и защиты, а американский президент, мыслящий сделками, способен потребовать сотрудничества взамен.
Если Иран останется угрозой, Израиль при другом правительстве мог бы стать противовесом в рамках расширенных Авраамовых соглашений. Но существует и реальная опасность, что угрозы Эрдогана Израилю приведут к войне, которая разрушит возвышение Турции как региональной державы, ее экономику и отношения с Соединенными Штатами и Евросоюзом — подобно тому как агрессивная риторика помогла втянуть Насера в войну 1967 года, которой он в действительности не хотел.
Остаются мегадержавы. Россия ослаблена, но со времен Петра Великого стремилась и всегда будет стремиться к присутствию в регионе. Китай следует иной, более транзакционной и инфраструктурной стратегии, но его огромный флот будет становиться все более заметной силой и, возможно, появится в проливах. Китайские руководители уже начали вспоминать семь морских экспедиций адмирала Чжэн Хэ 1405–1433 годов, когда армада «сокровищного флота» империи Мин демонстрировала китайскую мощь вплоть до Ближнего Востока, Персидского залива, Красного моря, Восточной Африки, Аравии и Ормуза. Культ Чжэн Хэ посылает совершенно ясный сигнал.
Наконец, Америка — непредсказуемая и непоследовательная, то самоуверенная, то нерешительная. После войны с Ираном арабские державы доверяют ей все меньше и будут создавать перекрывающиеся системы союзов. И все же только Соединенные Штаты обладают военной мощью, богатством, стратегическими привычками и институциональной памятью, позволяющими решительно вмешиваться на Ближнем Востоке. При всех своих ошибках только Америка способна предотвратить войну между Израилем и Турцией, Израилем и Ливаном; только Америка могла бы принудить стороны к миру в Газе. Взвешенная и хорошо информированная Америка по‑прежнему необходима. Если ближневосточные державы чего‑то боятся больше присутствия Америки, то это отсутствия Америки.
Рубрика «Трансляция» цитирует иноСМИ и не отражает мнение редакции
Оригинальная публикация: Simon Sebag Montefiore: Who Will Rule the Middle East?

© Фото: Институт науки и международной безопасности
Спутниковые снимки свидетельствуют о том, что Иран активно восстанавливает объект "Талеган-2", расположенный на территории военного комплекса Парчин примерно в 30 километрах к юго-востоку от Тегерана. Об этом говорится в отчете Института науки и международной безопасности.
По данным института, после ударов Иран проводит работы по ремонту и реконструкции объекта. На снимках июня и июля видны расчистка территории, техника и строительные работы, включая установку арматурной сетки и заливку бетона для укрепления поврежденной части сооружения.
"Талеган-2" был впервые разрушен израильским ударом в октябре 2024 года. После этого Иран начал его восстановление, а в марте 2026 года объект вновь подвергся израильскому удару. По оценке института, мартовская атака привела к разрушению основного укрепленного сооружения.
Израиль ранее заявлял, что объект использовался иранским режимом для развития возможностей, связанных с ядерным оружием. При этом Институт науки и международной безопасности отмечает, что для точной оценки назначения восстановленного объекта требуется дополнительная информация.
Чему аплодировали на Венецианском кинофестивале или Новые (анти-)герои Израиля.
В одной из своих давних публикаций под названием "Отто Вейнингер никак не умирает" я рассказывал о евреях, бегущих впереди "паровоза (само-)ненависти" и давно нашедших себе удобную мишень - еврейское государство Израиль. Как известно, Отто Вейнингер покончил с собой задолго до появления Израиля, чем снискал себе, мертвому, симпатию Гитлера, который любил евреев только в этом качестве - мертвыми.
Но до возникновения Израиля такого рода самоненавистников было не так много, как расплодилось после, когда разрозненная еврейская диаспора превратилась в концентрированный геополитический объект (в том числе и ненависти). Разумеется, атакуя Израиль, еврейские самоненавистники (включая израильтян) тешат собственное человеколюбие за счет фактического или даже теоретического отказа Израилю в праве на существование.
Как нетрудно догадаться, весь предыдущий абзац - введение к рассуждению о представленном на Венецианском кинофестивале документальном(?) фильме NAZA (נזק אגבי - "Сопутствующий ущерб"), в котором неопознанные военнослужащие ЦАХАЛа свидетельствуют о порой колоссальных жертвах среди мирных жителей Сектора Газа, убитых вместе с тем или иным боевиком из ХАМАС - насколько об этом можно судить по комментариям видевших фильм кинокритиков и режиссеров.
Предлагаю разделить рассуждение на две части:
1. Что если создатели фильма (и интервьюируемые) солгали?
На этой войне (войне в самом широком смысле - войне экзистенциальной, цивилизационной) мы уже давно поняли, что для пропалестинской стороны все средства хороши. ""Израильская" ракета, упавшая на больницу "Аль-Ахли" в Газе, убила 500 человек!" Не израильская (а "Исламского джихада"), не больница (а парковка рядом), не 500, а 100 - все это уже не волнует слишком многих в мире, они рады взлелеять в себе "осадочек", несмотря на все опровержения.
В мае 2026 г. в газете The New York Times вышла статья под названием "Молчание об изнасилованиях палестинцев". Автор статьи, Николас Кристоф, не погнушался информацией, полученной из прохамасовского источника, и написал, что палестинцев насиловали не только следователи и надзиратели, но даже и служебные собаки (а газета встала на его защиту).
Да, иногда все это так плохо и низкопробно, что даже хорошо - любители нагромождать слишком много лжи легко выдают себя, подобно тому, как администратор варьете Варенуха сам себя разоблачил, рассказывая финдиректору Римскому о слишком уж несусветных похождениях Лиходеева (куда ж нам без Булгакова).
А против The New York Times со стороны Израиля готовится иск, который, надеюсь, будет легко выиграть и тем самым опозорить на весь мир этот гнусный антисемитский листок. Ну, опять-таки, опозорить среди тех, кто поверит американскому суду (а не террористам из ХАМАС).
Не стоит заблуждаться: все эти обвинения мало отличаются от кровавого навета или геббельсовской пропаганды, изображавшей и описывавшей евреев как только ни. И вот во всю эту теплую антисемитскую компанию добавились Юваль Авраам и Рахель Шор, создатели фильма NAZA, которые - напомню - если фильм этот заведомо лживый, ставили себе очевидной целью нанести максимальный урон Израилю.
В этом случае ими, вероятно, двигало желание навредить еврейскому государству как таковому - подобно тому, как некоторые евреи Германии во времена Третьего рейха сдавали нацистам других евреев даже тогда, когда этого уже не требовалось для выживания. Яркий пример - Стелла Гольдшлаг, работавшая на гестапо аж до марта 1945 г. и отсидевшая за это 10 лет в Заксенхаузене по приговору советского военного трибунала. Если создатели фильма солгали, я искренне желаю им тюремного срока, так как это явное преступление.
2. А что если они не солгали?
Пожалуй, дискуссия здесь становится интереснее. Если мы целиком и полностью примем на веру, что ЦАХАЛ действительно готов убить, скажем, 500 человек ради одного боевика, то такая информация внесет очередной раскол в израильское общество (и не только в израильское).
Многие в мире давно уже поняли, что такое ХАМАС, и я говорю даже не об индоктринации палестинцев всех возрастов относительно Израиля, а о том, что в своей войне с Израилем (в тех формах, в которых она ведется) ХАМАС постоянно оказывается в тактически беспроигрышных ситуациях: не выстрелил ЦАХАЛ по боевику из опасений причинить вред гражданским - хорошо. Выстрелил и нанес ущерб (разумеется, непреднамеренно) - тоже хорошо.
Уж кто-кто, а ХАМАС мирных палестинцев и радостно подставляет под удар, и радостно приумножает в отчетах число погибших, чтобы недоумок Гутерриш сотоварищи задергались в очередной антисемитской истерике. А что бывает, когда ХАМАС не уничтожаешь, мы знаем слишком хорошо. Со всеми человеколюбивыми оговорками о том, что все-таки нельзя поливать напалмом даже тех палестинцев, кто всего лишь мирно и шумно радовались растерзанию малышей Бибас, но все-таки ничего для этого не сделали - скажем, потому что просто были в другом месте, что мы имеем в сухом остатке: ХАМАС хочет этими палестинцами прикрыться, их смерть ему выгодна, а убийство мирных израильских жителей - одна из его главных целей.
Если предположить, что фильм не лжив, то ЦАХАЛу в таких случаях просто остается выбирать, кому умирать: своим, израильским мирным жителям, защищать которых - его главная цель, или палестинским мирным жителям - после всех мер предосторожности и минимизации числа жертв, с применением высокоточного оружия (которое именно для этих целей и было изобретено, если что).
Сейчас люди во всем мире дадут на этот вопрос довольно четкие ответы, правда, диаметрально противоположные: Гутерриш с его "невакуумом", разного рода макрошки, а также Офер Касиф, Юваль Авраам и Рахель Шор, видимо, считают, что государство Израиль со всеми его мирными жителями не стоит пролитой слезы палестинского ребенка. Но найдутся и те, кто посчитают, что в слезах палестинских детей виноват никак не ЦАХАЛ, а ХАМАС - если недочеловеки из этой группировки находились рядом с вынужденными жертвами в момент своего абсолютно необходимого и неизбежного уничтожения.

Палата представителей США в среду, 16 сентября, проголосовала за законопроект об ужесточении антивоенных санкций в отношении России, который разработал и продвигал ныне покойный сенатор-республиканец Линдси Грэм. Теперь документ будет направлен на подпись президенту США Дональду Трампу. Ранее тот заявлял о поддержке инициативы.
Законопроект, называемый в СМИ иногда "биллем Грэма", позволяет президенту США Дональду Трампу вводить пошлины в 100% в отношении пяти крупнейших покупателей российских нефти и газа, а также пяти стран, помогающих РФ обходить энергетические санкции. При этом в документе закреплены исключения для стран, которые получают из России менее 15% потребляемого природного газа и предпринимают шаги по сокращению этого импорта.
Израильская пресса в лучших национальных (галутных) традициях обычно старается соответствовать образу "вселенской скорби". У нас всегда всё плохо. Врагов не добили, шекель слишком сильный, йогурты слишком дорогие и демократия активно разваливается (особенно в канун выборов). Но есть факты и цифры, которые журналисты замалчивать не могут, и большое им спасибо. Эти факты приходится выуживать пинцетом из депрессивного потока "экспертных мнений", непроверенных слухов, вбросов и прочего мусора. Мы проделали эту работу, чтобы дать читателю ОБЪЕКТИВНОЕ представление о том, как прошла первая в истории Израиля каденция полностью "правого" правительства. Материал получился объемным, поэтому делим его на четыре части: "Экономика", "Поселенчество и «новый порядок»", "Работа министерств", "Безопасность и стратегическое партнерство".
Начать нужно с того, что за всю историю современного государства Израиль всего четыре правительства, вместе с Кнессетом, проработали полную каденцию. Первым было правительство Голды Меир в период войны Судного дня, вторым - первое правительство Бегина (которое воспринималось в определенных кругах чуть ли не как приход Машиаха), и еще два - правительства Биньямина Нетаниягу: 2009 года и нынешнее. То есть из четырех случаев три - во главе с "правым" лидером.
Какое это имеет отношение к экономике? Самое прямое.
Дело в том, что каждые выборы в Израиле обходятся налогоплательщику более чем в полмиллиарда шекелей прямых расходов, а с учетом издержек на общенациональный выходной - примерно в 3 млрд. шек. (и это еще без учета растущих долгов партий, которые тоже составляют десятки миллионов, и косвенных потерь из-за задержки принятия важных решений). Так, в "период безвластия" между 2019 и 2022 годом, когда за 3,5 года сменилось 5 правительств, только на проведение выборов страна потратила 15 миллиардов (в 10 раз больше, чем бюджет Министерства абсорбции).
Разумеется, экономия на выборах - не единственное достижение.
Врагозамещение - импорт неквалифицированной рабочей силы
С начала войны "Железные мечи" ("Война возрождения") был введен запрет на трудоустройство внутри "зеленой черты" жителей арабской автономии. "Левые" СМИ и политики по этому поводу возмущались и сетовали, что страна из-за этого остановится, цены на жилье будут продолжать безудержно расти из-за остановки строительства, сельское хозяйство погибнет и все старики останутся без помощи.
Первые несколько месяцев казалось, что так и будет. Лихорадочные попытки глав соответствующих министерств набрать работников из нейтральных стран натыкались на яростное сопротивление различных "регулирующих органов". Были недовольны и подрядчики: новые кандидаты не обладали нужной квалификацией и большая часть их не проходила базовых тестов в стране набора.
Но прошло где-то полгода, и истерика в СМИ по поводу "провала правительства в обеспечении экономики рабочей силой" стала утихать. А теперь мы уже и знаем, почему.
5 августа 2025 г. Управление по вопросам народонаселения и иммиграции опубликовало данные, согласно которым с начала войны в Газе в Израиль приехали из разных стран примерно 86 500 новых рабочих для работы на стройках, в сельском хозяйстве и по уходу. Из них только на стройки приехали 25 000 рабочих из Индии, 15 000 из Шри Ланки и 14 500 из Тайланда. На момент публикации данных в Израиле находилось 205 000 иностранных рабочих, тогда как до войны их было 147 000, включая арабов из автономии. Результат: уже летом 2024 года цены на квартиры в Израиле начали падать, сначала не последовательно, но к лету 2025 г. тенденция стала стабильной. Причем особенно интенсивно цены падают в районах повышенного спроса (Гуш Дан). Снизились и цены на свежие овощи.
На момент написания нашей статьи среднее годовое падение цен на квартиру по стране составляло 1,5% без учета инфляции (то есть 3% с учетом). Это означает прямое уменьшение цены на квартиру для покупателя на десятки тысяч шекелей. И это еще не включает множество дополнительных бонусов, которые предлагают покупателям застройщики, чтобы не обрушивать цены в прейскуранте слишком сильно: поэтапное финансирование (обычно 20/80), современная кухня за счет застройщика и многое другое, так что итоговая скидка может достигать более сотни тысяч. Текущая каденция - первая с начала "большой алии" из СНГ, в которую цены на жилье стабильно падают в течение нескольких лет подряд.
Это падение может показаться слишком маленьким по сравнению с ценами на квартиры, но как минимум оно означает, что на квартиру теперь МОЖНО КОПИТЬ. До нынешней каденции "копить на квартиру" было невозможно в принципе: рост доходов и накоплений даже у обеспеченных граждан не поспевал за ростом цен на недвижимость.
А в августе сего года была опубликована еще одна поразительная информация. Оказалось, что иностранные рабочие, которые по логике должны были обходиться владельцам бизнесов заметно дороже, чем арабы с "территорий" - на деле оказались дешевле! Экономия была достигнута за счет повышения качества работы и уменьшения необходимости в контроле. Так что и владельцы бизнесов, и клиенты от этой замены только выиграли. (И это еще без учета рисков в сфере безопасности.)
И все-таки нужно помнить, что массовый завоз иностранных рабочих - не благо для Израиля. Дешевая рабсила из "палестинской автономии" привела к отставанию в развитии нашей строительной отрасли и сельского хозяйства. Вместо механизации производства и внедрения новейших технологий, предприниматели полагаются на физический труд гастарбайтеров. Разумеется, во время войны, в условиях мобилизации всех ресурсов для стабилизации общества и экономики, правительству не до "перевоспитания" израильских производителей и застройщиков. Но как только наш рынок "залижет раны", этим вопросом нужно вплотную заняться и снять Израиль с "иглы" иностранной рабсилы. Надеемся, что это станет одним из вопросов, которые будет решать "правое" правительство в следующей каденции.
Стабильный рост инвестиций в сферу высоких технологий
Как только правительство анонсировало "судебную реформу", против страны начался настоящий экономический террор, развязанный внутренними силами, которые привыкли управлять страной как им вздумается через судебную систему, вне зависимости от воли избирателей, выраженной в составе парламента и правительства.
Сначала они пытались "остановить страну", организовав всеобщую забастовку; это у них не вышло из-за малочисленности активных сторонников (да и роль "Гистадрута" за последние 20 лет сильно изменилась). Потом они стали предсказывать вывод инвестиций из израильских проектов глобальными корпорациями. Так как корпорации их не слушались, они попытались давить на рейтинговые компании; это тоже не прокатило. Тогда они стали выводить из Израиля свои собственные инвестиции. Напрашивающимся адресом был американский Silicon Valley Bank (SVB, "Банк Силиконовой долины"). В феврале 2023 г. туда были выведены значительные средства. А 10 марта 2023 г. этот банк объявил о своем банкротстве. Значительная часть активов израильских сторонников "внутреннего бойкота" пропала, их акции рухнули, а в израильские банки (которые, в отличие от американских, имеют страховку от государства и обанкротиться не могут) потекли незапланированные инвестиции от бывших клиентов SVB и просто напуганных случившимся хайтек-инвесторов. Пресса тогда сообщала, что американские отделения израильских банков ("Леуми", "Дисконт", "Апоалим") работают в режиме аврала, не успевая регистрировать новые вклады.
Рост инвестиций продолжался и на протяжении 2024 года, когда война с "судебной реформой" плавно переросла в "войну за прекращение войны" в Газе.
В сфере высоких технологий цифры были такие: в 2023 г. (на фоне "экономической войны против собственной страны" противников судебной реформы) инвестиции в израильский хай-тек составили 8,3 млрд. долларов, в 2024 г. (на фоне войны в Газе и внутреннего "террора Каплан") они выросли в полтора раза и составили 12,2 млрд. долларов, а в 2025 г. наши стартапы уже мобилизовали 15,6 млрд. долларов! Причем около половины этой суммы было мобилизовано за первое полугодие, на которое пришлась не только активная фаза войны в Газе, но и тяжелейший "блиц-криг" в Иране.
2025 год ознаменовался еще и тем, что фирма "Nvidia", крупнейшая хайтек-компания в мире, объявила о намерении построить в Израиле новый огромный комплекс и уже приобрела землю под строительство - в небольшом северном городе Кирьят Тивон, примерно посередине между Хайфой и Афулой. "Nvidia" уже имеет исследовательский центр в Израиле (в Йокнеаме, около 5 км. к югу от Кирьят Тивона), а по окончании строительства нового "хайтек-городка" станет крупнейшим частным работодателем в стране. Фирма намерена нанять в Израиле порядка 5000 новых сотрудников. Реализация этого грандиозного проекта способна преобразовать израильский север и превратить его в новый "хаб" - узел мировой значимости в сфере высоких технологий, конкурирующий с Гуш Даном и уравновешивающий демографический перекос в сторону центра страны, давая мощный толчок развитию периферии.
Почему этот бум высоких технологий, несмотря на войну и раскол в обществе - заслуга "правого" правительства? Потому что имидж Нетаниягу как лидера тесно связан в сознании глобальных инвесторов с экономической стабильностью и ростом израильской экономики, что делает сам Израиль привлекательным "хабом" в море мировой неопределенности; потому что правительство провело успешную работу по минимизации ущерба от американских пошлин; потому что "правое" правительство сумело удержать общество от скатывания к физическому противостоянию и гражданской войне, которую так жаждали развязать "левые", надеясь на фоне "трупов в Аялоне" взять политический реванш.
Резкий скачок общего роста израильской экономики - несмотря на войну и длительный отказ Центробанка от снижения процентной ставки
В октябре 2025 г., в день освобождения последних живых израильских заложников, были опубликованы данные по динамике индексов Тель-Авивской биржи на протяжении двух военных лет.
По данным прессы, за два года войны главный индекс Тель-Авивской биржи ценных бумаг ТА-125 вырос на 81%, ОПЕРЕДИВ ВСЕ ВЕДУЩИЕ БИРЖИ МИРА. Большая часть роста пришлась на второй год войны.
Из 514 компаний, акции которых торговались на Тель-Авивской фондовой бирже на протяжении двух лет войны, почти четверть (114) выросли более чем на 100% (минимум вдвое).
Поразительно, что за два года тяжелейшей войны на нескольких фронтах феноменальный рост показали не только оборонные предприятия (их в лидирующей десятке компаний всего три), но и в первую очередь инвестиционные фонды и биржи ценных бумаг. Любой экономист скажет, что этот феномен Израиля - открытое чудо. В любой "нормальной" стране во время войны биржевые индексы падают, стоимость активов снижается, инвесторы предпочитают "держать деньги в кубышке" (в недвижимости или облигациях Госбанка) или выводить из страны. В Израиле инвестиции не только не снизились, но и выросли в разы!
В последние дни ноября 2025 г. израильский Центробанк впервые почти за два года снизил учетную ставку: после двух лет тяжелейшей войны инфляция в Израиле упала (в годовом исчислении) до 2,4% - БОЛЕЕ ЧЕМ В ДВА РАЗА по сравнению с 5,3% инфляции на конец 2022 года, при "правительстве перемен" (новое правительство Нетаниягу, пришедшее к власти в ноябре 2022 г., тогда еще не было сформировано). После этого инфляция продолжила падать, а шекель - укрепляться. 5 января 2026 г. учетная ставка снова была понижена. Тенденции в экономике сохранились, несмотря на очень тяжелое положение в сфере безопасности - вторую войну с Ираном и возобновление боевых действий в Ливане. 25 мая учетная ставка была понижена в третий раз, на фоне инфляции в 1,9% (целевая - до 3%) и исторически крепкого шекеля (2,8 к доллару). После этого тенденции не изменились, и 6 июля учетная ставка была понижена в четвертый раз, а 1 сентября - в пятый раз (менее чем за год!). На данный момент ставка составляет 3,25%, а инфляция продолжает снижаться. В июне она составляла 1,6% (такой она была последний раз в 2021 году, до прихода к власти правительства Беннета-Лапида, которые за один год и без всякой войны умудрились взвинтить ее до 5,3%).
А в июле она снизилась еще больше и составила 1,5%. И самое смешное, что СМИ представили публикацию об этом как повышение инфляции и удорожание жизни: "Инфляция составила 1,5% в годовом исчислении вследствие роста цен на транспорт и сферу досуга" (цитата из прессы за 15 августа; рост цен на транспорт и сферу досуга в период отпусков - абсолютно нормальное и ежегодное явление, несмотря на которое инфляция СНИЗИЛАСЬ по сравнению с июнем).
Еще одна поразительная вещь - уменьшение бюджетного дефицита. Начало войны в Газе привело к взрывному росту расходов на оборону и реабилитацию военнослужащих и раненых граждан. За первый год войны бюджет Минобороны вырос почти в два раза, и это были совершенно непредвиденные расходы. В результате бюджетный дефицит подскочил до 6,9% ВВП (2024 г.). Но уже в следующем году, на фоне продолжения интенсивных военных действий на пяти фронтах и дополнительного роста военных расходов (война с Ираном), дефицит бюджета снизился до 4,7% от ВВП, а за первую половину 2026 г. (на которую приходится вторая война с Ираном) он снизился еще больше и к началу лета составил 3,75% от ВВП. Для сравнения, примерно такой же дефицит бюджета был в 2019 году, до начала коронавирусного кризиса и в абсолютно мирное (по нынешним меркам) время.
А к концу лета (17 августа, статья Севера Плоцкера в "Едиот ахронот") бюджетный дефицит составлял уже 3,3% - один из самых низких показателей в "клубе экономически развитых стран" (ОЭСР), и это притом, что с начала войны (2023 г.) расходы государства выросли более чем на треть!!! То есть после кратковременного шока правительство в кратчайшие сроки полностью стабилизировало экономику страны - причем не за счет драконовского повышения налогов на рядовых граждан, а главным образом за счет доходов от налога на прибыль и финансового сектора, то есть за счет беспрецедентного экономического роста.
Рекорды экспорта: несмотря на военное время и снижение экспорта в некоторые страны из-за политики их правительств, по данным за 2025 год Израиль установил АБСОЛЮТНЫЙ РЕКОРД ЭКСПОРТА В СВОЕЙ ИСТОРИИ, продав продукции на 169 миллиардов долларов! Основной рост экспорта пришелся на Азию: Индию, Японию, Вьетнам, Филиппины, Таиланд. Экспорт в Сербию вырос на треть (за счет оборонки).
Зарплаты: при минимальной инфляции (1,5%), средняя зарплата наемного работника за последний год (второй квартал 2025 - второй квартал 2026) выросла на 7,7%, то есть реальный рост зарплат и уровня жизни (за вычетом инфляции) составил более 6%! Для воюющей страны это фантастика!
В декабре 2025 г. британская газета The Economist опубликовала рейтинг самых успешных экономик мира. Израиль там фигурировал НА ТРЕТЬЕМ МЕСТЕ. Оказалось, что в годы войны, сопровождавшейся массовым призывом резервистов, отрывом десятков тысяч людей от производства - экономика нашей страны продолжала развиваться бешеными темпами! Для сравнения: ВВП на душу населения (без учета покупательской способности) в среднем по Евросоюзу составил в 2025 году 46 800 долларов США, а в Израиле он оказался 60 010 $! (В среднем по странам "Большой Семерки" он составил в прошлом году 66 090 $, то есть крошечный Израиль буквально "наступает на пятки" крупнейшим экономикам мира.) Прогноз роста экономики в среднем по странам ОЭСР на 2026 г. составлял не более 1,8%, а для Израиля - 4,9%!
Но реальность оказалась еще удивительнее, чем самые хорошие прогнозы. По данным на август 2026, рост израильской экономики в годовом исчислении оказался 7,2% - в полтора раза выше прогноза мировых экономистов!!! По некоторым данным, ВВП на душу населения к концу года достигнет 69 000 $ - ВЫШЕ ВСЕХ СТРАН "БОЛЬШОЙ СЕМЕРКИ", КРОМЕ США.
Эти цифры особенно ошеломляют с учетом того, что Израиль - единственная из развитых стран "европейского типа", которая имеет резко положительный прирост населения. Ведь экономические показатели вычисляются "на душу населения", и то, что Израиль опережает по скорости экономического развития многие европейские страны, нужно возвести в квадрат - ведь в этих странах почти нет прироста населения, или даже прирост отрицательный!
Тут нужно понимать одну важную вещь. Все эти феноменальные показатели - не результат работы одного или двух "экономических гениев". Нетаниягу, Смотрич и другие - талантливые люди и опытные политики, но они в этом испытании были не одни. Достигнутые результаты - сочетание БЕСПРЕЦЕДЕНТНОЙ ПОМОЩИ СВЫШЕ еврейской стране, которая идет в нужном направлении, и мощной энергии множества людей, которые желают своей стране добра.
Продолжение следует.