вторник, 15 мая 2018 г.

ВЕЛЛЕР: "НЕ ЧИТАЙТЕ РУССКУЮ КЛАССИКУ"

Михаил Веллер во Владимире: «Не читайте русскую классику. У Достоевского одни убийцы и проститутки»

На Библио-Бу!Фесте писатель представил свою книгу «Огонь и агония» и раскритиковал всю школьную программу

Михаил ВеллерМихаил ВеллерФото: Валерия Рудометова
Изменить размер текста:
На Библио-Бу!Фесте в субботу писателя Михаил Веллера, автора бестселлеров «Приключения майора Звягина» и «Легенды Невского проспекта», окружила такая толпа читателей-почитателей, что я еле пробилась, чтобы сфотографировать. На расставленных рядом стульях не было свободных мест.
Началось выступление классически, ничто, как говорится, не предвещало...
- Требуется все больше стойкости, мужества, цепкости, убежденности для того, чтобы сохранять верность книге и литературе. Уверяю, я этим занимаюсь всю жизнь, - сказал Михаил Веллер, доставая свою новую книгу из рюкзака.
Книга «Огонь и агония» - это девять глав в стиле учебника по литературе. Они повествуют о том, к чему подростков призывают шедевры великой русской классики. Но тех, кто ждал чего-то типа «Онегин - лишний человек, Печорин - сложная натура», постигло разочарование.
Михаил Веллер Фото: Валерия Рудометова
Михаил ВеллерФото: ВАЛЕРИЯ РУДОМЕТОВА
- Несколько лет назад я был приглашен в одну школу в центре Москвы по поводу ЕГЭ по литературе. Пока ехал туда, задавался вопросами: какие книги из русской классики что-нибудь дадут подростку? Они ему жить хоть как-то помогают? Лучше делают? Лишние люди Онегин и Печорин? Убийца Раскольников и девушка легкого поведения Сонечка Мармеладова? Изменившая мужу и бросившаяся под поезд Анна Каренина? – говорил писатель. - Пессимизм, критиканство, несправедливость, кругом несчастья – да что это за жизнь такая?! Чему тут учиться – каким не надо быть? В мои школьные годы учительница нам говорила, что мы все поймем потом. Может, некоторые и поняли, но я нет.
Так, писатель перебрал все произведения школьной программы и пришел к выводу: все знаковые герои русской классической литературы не могут состояться как нормальные люди, добившись удач и побед. Их цели ничтожны, если вообще бывают.
- Удачники эту литературу мало интересуют. А интересуют жертвы – как фигура несогласия и обвинения власти и строя, – считает Михаил Веллер. - Литература проникнута пессимизмом, депрессией. Итог - вредоносное и разрушительное влияние на мировоззрение человека и на его характер.
Сам же он признался, что сформировался благодаря влияниям Эриха Марии Ремарка, Эрнеста Хемингуэйя, а от Джека Лондона у него вообще шел мороз по коже.
Михаил Веллер раздает автографы владимирцам Фото: Валерия Рудометова
Михаил Веллер раздает автографы владимирцамФото: ВАЛЕРИЯ РУДОМЕТОВА
Но это не значит, что нужно прекратить читать произведения русских классиков по учебной программе. А то некоторые сидящие в зале школьники было обрадовались, но поспешили. Писатель считает, что эту программу нужно просто расширить, поделив на несколько частей. Всего, по мнению Михаила Веллера, должно быть три части: первая – русская классика, вторая – советская литература ХХ века и третья – западная, в которую должны войти Шекспир, Гюго и, конечно, сформировавшие самого Веллера произведения.
Эти авторы и их книги не только заинтересуют подрастающее поколение, но и дадут определенные знания. Знания, которых может не хватить для решения своих жизненных задач.
После выступления писателя в очередь за автографами выстроилась целая толпа с книгами, Веллеру не дали даже спокойно поесть в буфете. Но он терпиливо подписал каждую книгу и сфотографировался с поклонниками.

ОСТРОВ МЕРТВЫХ В ИУДЕЕ И САМАРИИ

Остров мертвых

Др. Гай Бехор, авторский перевод Александра Непомнящего, оригинальный текст: Gplanet.co.ilпечатается с любезного разрешения автора

1. Джихадисты
Мне уже приходилось писать об этом ранее: Иудея и Самария кишат десятками тысяч салафитов. Вдохновленные "Аль-Каидой" и "Джабхат ан-Нусрой", а возможно, и "Исламским государством", именно они определяют новые правила игры в нынешнем жестоком раскладе.
 
У них есть имя — это "Партия освобождения" ("Хизб ат-Тахрир"). Вздымая черные стяги "Аль-Каиды", они не скрывают своего присутствия в каждом арабском городе Иудеи и Самарии, включая и Рамаллу, где заседает глава автономии Махмуд Аббас. Дерзко, не таясь, они собирают десятки тысяч людей на свои демонстрации под самыми его окнами. 

Они в каждой мечети, в каждом углу. Это они захватили еще два года назад Храмовую гору. Это они создали "Марабитун" и "Марабитат", чтобы охранять Храмовую гору от неверных — евреев. Это они полностью изменили там ситуацию. Представители иорданского Вакфа боятся их, потому что столкновение с ними в Иерусалиме способно поджечь и само королевство, трясущееся от страха перед салафитами и "Исламским государством".



Эти экстремисты не стремятся к презренному с их точки зрения независимому палестинскому государству. Они не желают никаких переговоров. Они не признают ни Америку, ни Запад. Они хотят всемирный исламский халифат. Поэтому они ни в грош не ставят Абу-Мазена и его режим, который бы охотно скинули. И может статься, когда-нибудь они так и поступят. Ясно, что если бы не израильская армия, они бы уже давным-давно это сделали. 

У этой всемирной организации, связанной с "Братьями-мусульманами" есть отделения по всему свету, и Эрдоган — один из тайных ее сторонников. В Египте, в Иордании и в других местах это прекрасно знают и потому как могут пресекают турецкое влияние. Но не здесь. Таким образом Турция на катарские деньги разжигает пожар в наших краях, засылая в Иерусалим колобродящих "паломников". 


Это они заводят и подначивают другие исламские движения: ХАМАС, "Исламский джихад", "Исламское движение в Израиле", раскручивая гонку за титул самых истинных приверженцев ислама — естественно, за счет Израиля. И ясно, что арабам-христианам в этой перспективе места нет. 

Это та новая реальность, в которой религиозные и секторальные (суннитские) дефиниции подавляют национальные, оставшиеся в прошлом. Нет больше "палестинского государства", объединяющего их всех, это уже никому неинтересно. Религия добилась своего.

2. Аль-Акса как инструмент
Нынешние события напоминают 20-е и 30-е годы прошлого века. Тогда, в 1929 году, муфтий Хадж Амин аль-Хусейни натравил погромщиков на еврейский ишув под точно таким же лозунгом: "Аль-Акса в опасности". Кровавые беспорядки перекинулись от Иерусалима на Хеврон и добрались даже до Тель-Авива и Хайфы.
Затем похожим образом складывалась ситуация и во время смуты 1936–1939 годов, когда банды мусульманских экстремистов подчинили себе арабское общество, развалив его до такой степени, что к 1939 году оно рухнуло, утратив способность экономически функционировать.

 
Изз ад-Дин аль-Кассам, создатель террористической организации "Черная рука"

Банда Изз ад-Дина аль-Кассама навела ужас не только на евреев, боявшихся свободно передвигаться по стране, но и на традиционное арабское руководство, уничтоженное ею или бежавшее. Все лозунги были исключительно исламскими, про Аль-Аксу. О национальных соображениях вообще не было никакого разговора.
Ритуал и по сей день остается неизменным: вызывающие религиозные лозунги, возбуждение страстей, бескомпромиссный экстремизм, бешеное насилие, культ смерти, а затем военный и экономический крах и полное разорение.



После того как арабская элита оставила страну, произошло окончательное крушение 1948 года — при полной утрате здравомыслия. Арабы творят свою "накбу" своими собственными руками. Так всегда было и будет.

3. Моя Аль-Акса
Несколько совершенно различных и даже противоречащих друг другу конфликтов протекают параллельно в нынешней волне насилия и страстей. Все ее инициаторы ведут подстрекательство против Израиля, но преследуют при этом разные интересы. 

ХАМАС надеется завладеть Рамаллой, как прежде захватил Газу. Поэтому он фокусирует на ней все провокации, на которые только способен, и в Иудее и Самарии, и через Интернет из Газы. ХАМАС жертвует жителями сектора, бросая их на забор, — главное, чтобы были убитые, привлекающие внимание. Вместе с тем, оберегая свою власть в секторе, он опасается чрезмерно раздражать Израиль в том, что касается Газы. 

Абу-Мазен рассчитывает накопить легитимность на своей улице, ведя подстрекательство против Израиля. Боясь ХАМАСа и салафитов животным страхом, он продолжает сотрудничать с Израилем в вопросах безопасности (кто-то ведь должен охранять его существование), по ходу дела позволяя стычки с израильскими силами — и нашим и вашим.

 
израильские исламисты выступают в поддержку Мухаммеда Мурси

Различные группировки среди израильских арабов стремятся к сепаратизму и провозглашению автономии от Израиля. Не стоит быть наивными. Они уже готовят почву для дальнейших шагов — после борьбы за "восточную Палестину" начнется борьба за ее "север" и "юг".
Ошалелые гангстерские банды молодежи рвутся к минутной славе. У них вообще нет никакой цели, кроме желания доказать свое презрение к смерти, желательно насильственной. С их точки зрения, закончить жизнь в 25 секундном ролике для "Фейсбука" является вполне достойной целью. Их отцы точно так же мечтали быть вписанными в уличные листовки со списками шахидов. В каждом поколении свои способы прославиться. И джихадистские организации сполна используют этих несчастных для своих целей.

4. Разъединенный список
В "Объединенном арабском списке" даже не пахнет единством, поскольку он включает и исламистов, и националистов. Это столь же невозможное сочетание, как единая партия ХАМАСа и ФАТХа, Асада и "Джабхат ан-Нусры", Сиси и Мурси. В этом нет ни малейшего резона — разве хотят националисты привести к власти в Иудее и Самарии "Хизб-ат-Тахрир"? Разве в их интересах сдаться Исламскому движению?
Но представители националистических и коммунистических течений не способны понять, что исламисты уничтожат их в первую очередь. Точно так же египетские националисты не поняли в свое время опасности "Братьев-мусульман" после "арабской весны".



Израильские арабы создали что-то вроде "правительства", в котором сидят 4 разных партии. Они сосуществуют в нем, но противоречия по-прежнему колоссальны. Их объединяет лишь одно — ненависть к Израилю, без которой не получилось бы никакого "Объединенного списка".
Ощущение того, что они уже не осколки партий, а сила, опьянило их, как это уже происходило в нашем регионе со множеством прожектеров. Они уже ощутили себя властелинами страны и стали вести себя соответственно — заносчиво и дерзко.



Арабское общество в большинстве своем поддержало "Объединенный список", прекрасно осознавая, что он тащит их прямиком к экономическому и личностному краху. Но на фоне раскола с евреями оно продолжает молчать. Что ж, в будущем этому обществу останется винить лишь само себя. Оно все знало, но молчало.
Правда, кое-кто не молчит. Мэр Назарета Али Салам осмелился устыдить представителя арабского списка, Аймана Уду, прямо посреди улицы, когда тот давал интервью телеканалу — израильскому, разумеется.
"Что вы нам тут устроили?" — с горечью в сердце кричал он. Желание жить против бравады смерти, прагматизм против иллюзий, реальность против "конфликта", каждодневные заботы против бесконечных истерических воззваний, здравый смысл против "рейтинга" в СМИ, настоящее и будущее против прошлого.
Даже Иордания и Абу-Мазен уже начинают осознавать, что "Список" этот слишком дерзок, и значит, опасен им. А потому в Раббат-Аммоне и в Рамалле их уже не воспринимают с прежним энтузиазмом. А в Египте и подавно — у них нет ни малейшего шанса появиться перед президентом Сиси.

5. Отчуждение по принуждению
Если "Объединенный арабский список" чего-то и добился, так это увязывания судьбы израильских арабов с арабами в Иудее, Самарии и Газе. Все, нет у них больше надежного якоря в виде государства Израиль, одна лишь пена на гребне волн. И эту катастрофу они навлекли на себя своими собственными руками.
Последовательно и целенаправленно фанатики исламского движения, особенно его Северного крыла и БАЛАДа, отдаляют арабское общество от еврейского. То же самое творит и Абу-Мазен, и ХАМАС, и все остальные экстремисты.
Как с экономической, так и военной точки зрения Абу-Мазен существует только за счет поддержки Израиля — того самого, который всеми силами пытается при этом уничтожить. Израильские арабы однозначно существуют лишь благодаря Израилю — тому самому, который их лидеры, вопреки здравому смыслу, стремятся прикончить. Пасть, кусающая руку кормящего.
Цель беспорядков — нанести ущерб Израилю. Все то же самое, что и последние 100 лет: остановить инвестиции в страну, прекратить растущую алию, навести страх и ужас. И все это с предсказуемой поддержкой большей части государственных израильских СМИ. Если бы в 1948 году нынешняя журналистская свора уже существовала, вряд ли государство было бы вообще основано.



Необъяснимая мистическая тоска исходит от картины "Остров мертвых", написанной швейцарским художником Арнольдом Беклином (1827–1901) в традициях школы мистицизма конца 19-го века. Что там, на этом странном острове? Что скрыто под взметнувшимися вверх кипарисами? Кто этот гребец в плаще с капюшоном? Не сам ли Харон, перевозящий души в преисподнюю Аида? Неужто это конец? Есть ли раскаяние? Есть ли избавление? Есть ли дорога назад?
Этот образ, как видно, преследовал Беклина на протяжении многих лет. Поэтому он создал по крайней мере пять разных версий одного и того же сюжета, но на всех направление скользящей по волнам лодки не вызывает сомнений.
Захватывающий дыхание фатализм картины вдохновил многих творческих людей, например, великого композитора Сергея Рахманинова, написавшего одноименную симфоническую поэму. Под ее впечатлением был создан фильм ужасов с блестящим Борисом Карлоффом, один из эпизодов в сериале "Игры престолов", фильм "Чужой". И всюду направление ясно: нет раскаяния, нет избавления, нет дороги назад.
Таков и фатализм "палестинской" судьбы, остающийся неизменным, вечно плывущим лишь в одном направлении — к острову мертвых. И у каждого поколения — своя версия.

6. Нет раскаяния
Перед нами общество, полностью разрушенное изнутри, что в Иудее и Самарии, что в Газе, что в пределах границ 1948 года. Нет ни одной работоспособной структуры, а те, что есть — насквозь прогнившие и коррумпированные. Нет ответственности, нет экономики, нет внутренней политики, нет партий, нет парламента, нет границ, нет надежды, нет прошлого и нет будущего. Лишь пустота, заполненная роликами с отрезанием голов от "Исламского государства" и ему подобных. Дискурс, сосредоточенный на подстрекательстве, ненависти и культе смерти. Это тяжелобольное общество, воплощающее свои жуткие химеры в брутальное насилие.
Они осознают, что эти видения приведут их к катастрофе. Но грезы эти слишком прекрасны, чтобы найти в себе силы и отказаться от них. И потому видения уже завладели своими носителями. Химера возобладала над реальностью, "овладела их судьбой", как написал в свое время сирийский поэт Низар Каббани обо всех арабах, даже не осознавая, до какой степени он окажется прав.

 
лагерь беженцев Балата, Шхем

 
лагерь беженцев Балата, палестинская настенная живопись

Крушение этого общества усиливается дефицитом денег. Оно всегда зависело от них, но теперь благотворительность на поддержку автономии Аббаса иссякает вместе с потерей международного интереса. Увяли иранские подачки ХАМАСу, и финансирование Исламского движения в Израиле засохло. В надежде, что деньги вдруг вернутся, они привычно обращаются к насилию. Этот трюк хорошо известен, к слову, и экстремистам из ультраортодоксальных кругов в Израиле. Ведь нет ничего успешнее буйных демонстраций (с обязательным участием конной полиции как напоминанием о казаках-погромщиках) для того, чтобы освежить из-за границы потоки субсидий.
Отсутствие экономики, кстати, и является той причиной, по которой "автономия" не может позволить себе провозгласить независимое государство. Ведь тогда на самом деле придется работать, поскольку субсидии из ЕС закончатся. Но кому же это нужно?
Горькая ирония в том, что без "яхуд", как они нас там называют, арабские рынки в Израиле неспособны существовать, и потому беспорядки лишь усугубляют экономический кризис, вовсе не устраняя его.



Так или иначе, они неспособны смириться с окружающим их еврейским успехом — как в границах 1948 года, так и в Иудее и Самарии. Они глядят на новые города, сверкающие небоскребы, порты, поезда, дороги, которые, конечно же, служат им тоже, и зависть выжигает их изнутри. Вместо того чтобы попытаться изменить к лучшему свою судьбу, сделать ее отличной от мерзостных культов смерти, воцарившихся в исламских обществах Ближнего Востока, они ослепляют себя ненавистью.
Упрямо и обреченно "палестинцы" движутся в пучину всемирного исламского "величия", к халифату, который прежде всего пожрет их самих.

7. Нет избавления
Там нет ни одной идеи "за", только "против". Они точно знают, что такое "плохо", но никто не ведает, что такое "хорошо". Лишь "Хизб ат-Тахрир", предлагающий призрачную химеру халифата. И нет никакой общей платформы, кроме ненависти к Израилю. И потому Израиль и служит платформой, точнее война с ним. Но что потом? Что делать с самими собой после? Ведь без Израиля вам не на что станет жить, да и не удастся вам на самом деле уничтожить его. Нет никого, кто мог бы ответить на это.
Проблемы "палестинцев" вообще не имеют к нам никакого отношения. Они касаются исключительно их самих и их бестолковой судьбы. Мы же только инструмент, средство борьбы в межмусульманском конфликте тех, кого прежде называли "палестинцами".
Мы их политика, потому что ничего другого у них элементарно нет. Это не просто очень больное общество. Не факт, что это вообще общество. По сути дела, в нем нет ничего связывающего, кроме нас. Поэтому Израиль — по сути хребет этого надуманного явления под названием "палестинцы", без которого у них нет самостоятельного существования. Они "сияют чужим светом", нашим светом (Luce lucet aliena).

8. Никому не нужны
В арабском мире прекрасно осознают, перед лицом каких проблем они сами сейчас оказались. Поэтому интерес к происходящим здесь беспорядкам очень низкий, возможно, даже нулевой. В отличие от прошлых лет, они уже не могут себе позволить заниматься "палестинцами", поскольку сражаются за собственную жизнь.
Арабский мир слишком глубоко увяз в своей горькой реальности, и растрачиваться на "палестинские" химеры у него просто нет сил. Ему хорошо известно, что это, по сути, война исламских джихадистов, поддерживать которых ему совершенно не хочется. Лишь антисемитская "Аль-Джазира", по своему обыкновению, пытается разжечь страсти.

 
мигранты в Европе

И остальной мир обращает на эти события очень мало внимания, если вообще уделяет им время. Он тоже целиком пребывает в своих собственных заботах. Поэтому "палестинцы", этот избалованный ребенок Запада, должны теперь справляться сами.
Западу недостает сейчас только того, чтобы туда устремился еще и поток "палестинцев". А ведь им, "палестинцам", как раз будет очень просто эмигрировать в Европу. Поскольку если у них есть удостоверение беженца, то ЕС обязан их принять. Так проклятие "беженцев" может в одночасье перевернуться и вместо Израиля обрушиться как раз на Европу.

9. А что мы?
Еврейский ишув во время беспорядков 1936–1939 годов ни минуты не сидел без дела. Мусульманский бойкот и беспорядки он использовал для того, чтобы создать собственные еврейские работоспособные институты управления. Появились банки, в Тель-Авиве, вместо опасного Яффо, открылся новый порт, вырастали новые поселки, выстраивалось организованное и структурированное по-новому руководство. Арабские беспорядки подготовили нас к созданию государства.
Сегодня мы гораздо меньше зависимы от арабских беспорядков. Поэтому мы тем более должны продолжать жить, радоваться, развивать, строить, расти и преуспевать. С точки зрения истории, у нас просто нет времени отвлекаться на эти глупости вокруг.



Перед нами важные и радостные задачи: достичь численности еврейского населения в 10 миллионов, чтобы стать национальным государством, в которое вернулась большая часть еврейского народа, успешно запустить свою первую станцию на Луну и продолжать держаться в числе первых в науке и технологиях. Мы в космической эре, наши враги в каменном веке. Именно в эти дни в стране проходит важнейшая международная космическая конференция с тысячами участвующих в ней крупнейших специалистов в этой области.
Во времена тех "беспорядков", когда арабы устраивали мятежи и бойкоты, мы назвали это "еврейской работой", сумев обеспечить собственные кадры во всех сферах деятельности. Нынешние беспорядки обязывают нас к солидарности, к внутреннему сближению и преуспеванию во всем, чем бы мы ни занялись. Что уж тут поделать — тяжелые дни, как обычно, являются для нас самыми лучшими.

10. Назад дороги нет
С горечью и с потрясением наблюдаем мы разворачивающуюся перед нашими глазами картину новой кампании арабов Эрец-Исраэль, снова несущихся к собственному разгрому, как это уже было в 1936, в 1948, в 1987, в 2000 годах.
Поколение за поколением, и в каждом своя версия саморазрушения и коллективного самоубийства, еще одна катастрофа, сотворенная своими руками, после которой выжившие будут опять искать виноватых и опять, как обычно, найдут их у нас…
Саморазрушение общества на пути к острову черных иллюзий и гибели, острову мертвецов. И нет раскаяния, нет избавления, нет дороги назад.

НЮРНБЕРГСКИЕ ЗАКОНЫ ДЛЯ ЕВРЕЕВ



 Гай Бехор 

Нюрнбергские законы для евреев Ближнего Востока: к истории вопроса о беженцах

В то время как весь мир много десятилетий занимался «палестинскими беженцами», почти никого не интересовали евреи, изгнанные из арабских стран. Почему? Потому что арабские режимы утверждали, что евреи уехали из своих стран по собственной воле и только по одной причине: они якобы «боялись спонтанного гнева арабской улицы в связи с образованием Израиля». 

Не только мир отвернулся от проблемы еврейских беженцев из арабских стран, но и руководители Израиля по сей день не сделали ничего для решения этой проблемы. На переговорах в Осло израильская делегация приняла как само собой разумеющееся, что проблема беженцев исключительно палестинская и только ее нужно решать. 

Опубликованные в последние годы новые документы впервые демонстрируют правду. Если Нюрнбергские законы нацистской Германии известны всему миру, то подобные законы, созданные арабскими режимами в отношении евреев Северной Африки и Ближнего Востока, остаются в тени. Пришло время нарушить это молчание. 

В 2008 году организация «Справедливость для евреев из арабских стран» открыла то, о чем говорили многие, но не могли доказать: этнические чистки против евреев в арабских странах происходили не снизу, а по скоординированному решению руководства арабских стран через Лигу арабских государств. 

Чувствуя приближение провозглашения еврейского государства в Палестине, Лига арабских государств провела две конференции: первую 9 июня 1946 года в Лудане, на границе Сирии и Ливана, и вторую 16 сентября 1947 года на ливанском горном курорте Суфар. 

Причиной была волна еврейской иммиграции из Европы и намерение отвергнуть идею создания еврейского государства. Вдохновителем конференций был иракский премьер Салах Джабер. 

На этих конференция родилась идея регионального заговора: конфисковать имущество еврейских граждан арабских стран, угрожая им тюрьмой, изгнать их, лишенных даже малейших средств, из арабских стран. 

Они преследовали этим две цели: первая – затопить молодое еврейское государство, которому арабами был объявлен экономический бойкот, сотнями тысяч обедневших еврейских беженцев. И во-вторых - обогатиться за счет еврейских капиталов, которые оценивают сегодня в десятки миллиардов долларов. 

Так и произошло. 

Однако у этой истории было неожиданное продолжение: в составе египетской делегации была шпионка еврейского ишува, и она передала в Иерусалим все решения, которые там принимались. 

Некоторые решения конференции были в то время намного важнее для ишува в Эрец Исраэль, а именно: подготовка арабов к грядущей войне. Угроза этнических чисток в арабских странах волновала сионистское руководство меньше, чем физическое выживание государства в Эрец-Исраэль. Поэтому документ оказался в тени. 

Вот его пункты (английский оригинальный вариант опубликован здесь): 

1. Начиная с (дата), все еврейские граждане государства (имя государства) будут считаться частью еврейского меньшинства государства Палестина, и они должны будут зарегистрироваться в органах местных властей, куда будут переданы их имена, состав семей, адреса, банковские счета и суммы, имеющиеся на их счетах. Всё это следует проделать в течение недели. 

2. Начиная с (дата), банковские счета евреев будут заморожены. Деньги эти будут использованы частично или полностью для финансирования движения сопротивления сионистским планам в Палестине. 

3. Начиная с (дата), только евреи, имеющее подданство других стран, будут считаться нейтральными. Им придется или вернуться в свои страны в кратчайшие сроки, или они будут считаться арабами и призовутся в арабскую армию. 

4. Евреи, которые согласятся служить в арабской армии, будут считаться «арабами». 

5. Любой еврей, который окажется сионистским пособником, будет считаться политическим заключенным и будет посажен в специальную тюрьму. 

6. Каждый еврей, который сможет доказать, что он руководствуется антисионистскими соображениями, может быть свободен в своих действиях, при условии, если он вступит в арабскую армию. 

7. Сказанное в 6 пункте не отменяет действия 1-го и 2-го пункта по отношению к этим евреям. 

Это не Нюрнбергские законы в Германии, а постановление Лиги арабских государств, принятое после окончания Второй мировой войны. 

Это судьба, которая была уготована арабскими руководителями своим гражданам-евреям, и во многом они осуществили свою программу. Это было не спонтанное бегство, а грабеж и изгнание гражданского населения без всякого состояния войны. В отличие от Эрец-Исраэль, где шла война с вооруженным арабским населением, поддержанным армиями арабских стран. 

Попавший в руки Международного сионистского конгресса документ был в январе 1948 года передан в ООН с просьбой о срочной помощи и защите евреев в арабских странах. Однако председатель Генеральной ассамблеи, представитель Ливана в ООН Шарль Мальк отказался обсуждать эту тему. 

Много лет спустя, в 1984 году, я участвовал во встрече израильских журналистов с Шарлем Мальком в ливанских горах. Мы попросили его объяснить, чем была вызвана его антисионистская и антисемитская позиция. «У Ливана нет выбора. Нам пришлось придерживаться арабской линии», - сказал нам тогда Мальк, христианство которого обязывало его быть большим антиизраильтянином, чем мусульмане. 

Так же, как евреям в представленном выше документе, ему тоже, как христианину, приходилось доказывать верность «арабско-палестинскому делу»... 

Впервые планы арабов по отношению к своим евреям стали известны широкой публике после публикации в New York Times 16 мая 1948 года. В статье говорилось о готовящихся конфискациях и лишении прав всех евреев, за исключением подданных неарабских государств. 

Но никто не обратил на это внимания – началась Война за независимость. С тех пор об этом никто не вспоминал. Евреи Ирака, Египта, Ливии, Йемена, Сирии, Ливана и других арабских стран были изгнаны, их деньги отобраны. Израиль их, естественно, сразу принял. 

В принятой позднее резолюции 242 речь шла о беженцах, в том числе, разумеется, и о еврейских. Но арабская пропаганда сумела убедить весь мир, что дело только в палестинцах. Израильское правительство со своей стороны не стало поднимать этот вопрос, ни в мирном договоре с Египтом, ни в соглашениях в Осло. Это безумие и скандал, но правительство Израиля приняло точку зрения арабского национализма, даже не пытаясь спорить – «беженцы есть только у палестинцев». 

Так Арабская лига навязала Израилю обмен населением - та самая Лига, которая сделала всё, чтобы не допустить интеграции беженцев из Палестины в арабских странах. Иначе сегодня просто не было бы проблемы палестинских беженцев. 

На 600 тысяч беженцев из Хайфы, Цфата, Лода, Рамле и других городов и деревень Палестины приходится около миллиона жителей Каира, Александрии, Триполи, Багдада, Дамаска и Бейрута, обворованных и вынужденных бежать от преследований в своих странах. Но о последних никто не вспомнил, включая правительство Израиля. 

Сотрудник Института междисциплинарных исследований в Герцлии 
д-р Гай Бехор 

Статья была опубликована на ивритоязычном сайте д-ра Гая Бехора www. gplanet.co.il 

Убийственные цифры: как живут участники Второй мировой в разных странах


1

Убийственные цифры: как живут участники Второй мировой в разных странах

12 мая, 12:45Общество

ЧЕРНЫЙ ПОЛКОВНИК

Он ловил бандитов и маньяков после войны. С него писали и Жеглова, и Шарапова

Кадр: телесериал «Место встречи изменить нельзя»
Глеб Жеглов и Владимир Шарапов из сериала «Место встречи изменить нельзя» — пожалуй, самый известный милицейский дуэт советского кино. Между тем у двух бесстрашных борцов с преступниками был один реальный прототип — старший оперуполномоченный Московского уголовного розыска Владимир Арапов. Ему выпала нелегкая доля бороться с разгулом бандитизма в послевоенной Москве. За свою долгую службу милиционер успел разгромить банду, ставшую прообразом знаменитой «Черной кошки», поймать Мосгаза — одного из главных маньяков в истории СССР — и раскрыть еще немало запутанных преступлений. Историю легенды сыска вспомнила «Лента.ру».

Хитрец в погонах

Легендарный старший оперуполномоченный Московского уголовного розыска (МУР) Владимир Арапов, который появился на свет в июне 1926 года в одном из столичных роддомов, казалось, должен был стать хорошим механиком. Как и положено мальчишке, в детстве Арапов живо интересовался устройством разных механизмов и, окончив школу в 1941 году, поступил в машиностроительный техникум. Правда, толком поучиться ему не удалось: началась Великая Отечественная война, и Владимир, как и большинство его сверстников, стал работником тыла — устроился разнорабочим на завод «Динамо».
В военное время на гражданке катастрофически не хватало мужчин — практически все ушли на фронт. Страдала от этого и милиция: стражи порядка из-за недостатка кадров физически не успевали бороться со всеми преступлениями. Тогда на помощь милиционерам пришла работающая молодежь, из которой стали формироваться отряды по содействию блюстителям закона.
Вступил в ряды добровольцев и Арапов. За все годы «службы» он настолько ярко проявил себя, демонстрируя и острый ум, и бесстрашие, и недюжинные логические способности, что сразу после войны его пригласили стать сотрудником 37-го отделения московской милиции.
Арапов не сразу принял предложение — он не был до конца уверен, что мечтает посвятить свою жизнь борьбе с преступниками всех мастей. Довольно щуплое телосложение молодого человека тоже не добавляло ему уверенности, что он сможет достойно противостоять преступному миру. Однако, в конце концов Арапов все же отбросил сомнения и в 19 лет стал милиционером. Конечно, новичку не сразу стали поручать серьезные дела: оттачивать прославившие его умения сыщика Владимир начал с мелких краж, грабежей и обычной «бытовухи». Но и в раскрытии таких, казалось, банальных преступлений Арапов каждый раз пользовался неожиданными для коллег приемами.
Например, как-то на его стол легло дело о краже детских пальто в гардеробе одной из школ на востоке столицы. В надежде на удачу, Арапов несколько дней покрутился неподалеку от места преступления. Однако милиционер быстро смекнул, что привлекает к себе внимание и сотрудников школы, и приводящих детей в школу мам. Причина этого была проста: в школе по большей части появлялись только женщины, на фоне которых стража порядка было видно издалека.
Молодой милиционер решился на хитрость: нацепив на себя платок и женское платье, Арапов слился с посетительницами школы. Тогда-то дело и сдвинулось с мертвой точки: страж порядка заметил некую даму, которая подозрительно долго находилась в гардеробной. Чутье Владимира не подвело — и он поймал воровку за руку, когда она, прихватив приглянувшееся ей пальто, собиралась покинуть стены школы.
Местное начальство прочило талантливому новичку повышение в пределах отделения, но для Арапова все вышло гораздо интереснее: слухи о талантливом милиционере дошли до руководства знаменитого МУРа, и в 1951 году его позвали на Петровку, 38. Над этим предложением Владимир долго думать не стал — и сразу согласился.

Легенда о «Черной кошке»

Жестокая банда «Черная кошка» во времена СССР стала чем-то вроде страшилки для взрослых. Ее любили использовать дворовые мальчишки-хулиганы: они нередко рисовали на дверях квартир чем-то насоливших им граждан морду кота. Те, в свою очередь, поверив в гулявшие по Москве слухи о «Черной кошке», начинали паниковать и нередко обращались в милицию. Пользовались криминальным брендом и мелкие преступники.
РЕКЛАМА
— Идет дивчина по улице, встречают [ее] два парня, поднимают руку, говорят — «Черная кошка. Снимай серьги!» — рассказывал в интервью Владимир Арапов. — Вот такие были разбои.
Впрочем, мифическая банда возникла не на пустом месте — у нее был реальный прототип. В 50-е годы в столице лютовали свирепые бандиты во главе с мастером смены оборонного завода №34 Иваном Митиным. Митин был высокого роста, а его голову украшала пышная светлая шевелюра; из-за этого его шайку прозвали «Бандой высокого блондина».
23-летний Митин сколотил ее из всевозможного сброда, хорошо маскирующегося под добропорядочных советских граждан. В банду входили восемь сотрудников Красногорского завода имени Зверева, двое курсантов военных училищ и студент Московского авиационного института. Мозгом группировки и правой рукой Митина считался его коллега с оборонного завода №500 Петр Болотов. Он был старше и опытнее других бандитов и нередко давал главарю советы.
Свое первое преступление «Банда высокого блондина» совершила незадолго до прихода Арапова в МУР. В начале декабря 1949 года бандиты организовали разбойное нападение на продовольственный склад в столичном районе Тушино. Идею разжиться дефицитными продуктами Митину подал один из рабочих Красногорского завода. Он же вместе с подельниками несколько дней наблюдал за территорией склада и выяснил, что охраняет ее лишь пожилой сторож.
При налете отморозки пенсионера не пощадили и, убив его, унесли столько продуктов, сколько смогли. После ревизии выяснилось, что пропало товара на внушительную по тем временам сумму в 5 тысяч 800 рублей. Одна из местных жительниц случайно видела убегающих с территории базы бандитов, но ее рассказ особо следствию не помог. Много позже выяснится, что начальник красногорской милиции хорошо знал Митина — главарь жил рядом с ним. Но страж порядка даже предположить не мог, что его добропорядочный сосед является лидером банды налетчиков.
Между тем отморозки из «Банды высокого блондина» сбыли награбленное через перекупщиков и, распределив деньги между собой, задумались о новом преступлении. Часть шайки выступала за новые нападения на склады, но Болотов выступил против: он объяснил подельникам, что теперь за складами будет тщательно следить милиция. «Лучше ограбить продуктовый магазин — да в другом районе», — посоветовал он. Митин к совету своего «консильери» прислушался.

Кровавый счет

1 февраля 1950 года Митин с подельниками объявился в небольшом магазине в подмосковных Химках. Двое бандитов остались курить на крыльце, несколько вместе с главарем вошли внутрь: грабить сразу не собирались — для начала решили просто разведать обстановку. Пока Митин, представившись милиционером, отвлекал продавщицу, его подельники осмотрели помещение.
Однако все пошло не по плану: как только бандиты неспешно удалились, в магазин вошли двое милиционеров — старший уполномоченный Кочкин и участковый Филин делали обход своей территории. Продавщица сразу же сообщила им о подозрительных посетителях; Кочкин выскочил из магазина, догнал бандитов и попросил предъявить документы. Один из них сделал вид, что полез в карман за паспортом, выхватил наган и выстрелил в милиционера, убив его на месте. После этого бандиты скрылись.
Когда Арапов появился в МУРе, дело дерзкой банды уже считалось одним из приоритетных. Убийство Кочкина не только не остановило членов «Банды высокого блондина», а наоборот, словно раззадорило их: в конце марта того же 1950 года митинские отморозки под видом сотрудников Министерства госбезопасности ограбили магазин на северо-востоке Москвы, похитив 68 тысяч рублей. Потом полугодовая передышка — и в ноябре снова налет: на этот раз на магазин пароходства канала имени Москвы. Месяц спустя от действий банды Митина пострадала торговая точка на улице Кутузовская слобода: после налета на нее бандитский «общак» пополнился на 85 тысяч рублей.
В марте 1951 года «Банда высокого блондина» устроила бойню в ресторане «Голубой Дунай». Бандиты хотели ограбить кассира, но им внезапно помешал младший лейтенант милиции Михаил Бирюков, который на свою беду ужинал в ресторане с женой. Бирюков стал второй жертвой в погонах на кровавом счету банды Митина. Кроме лейтенанта был убит посетитель ресторана, задетый шальной пулей.
Две недели спустя от рук негодяев погиб директор магазина в Кунцево, который бесстрашно вступил в рукопашную с бандитами, пытаясь защитить товар от налетчиков. Затем бандиты затаились, но 1 ноября 1952 года убили снова: их жертвой стал милиционер, попытавшийся задержать правонарушителей после их налета на магазин неподалеку от Ботанического сада.

По следам высокого блондина

Над делом неуловимой банды бились лучшие оперативники МУРа, но проворнее всех оказался в итоге Арапов. Однако до того, как он обратил внимание на несущественную с виду деталь, бандиты умудрились уйти буквально из рук милиционеров: стражи порядка заприметили Митина вместе с одним из подельников на станции Удельная и попытались задержать, но тщетно — ни одна из милицейских пуль, выпущенных в сторону преступников, цели не достигла. Бандиты ускользнули.
Впрочем, в январе 1953 года «Банда высокого блондина» все-таки прокололась при налете на отделение сберкассы в Мытищах. Одна из сотрудниц успела нажать тревожную кнопку, и вскоре в помещении зазвонил телефон — дежурный по отделению милиции решил проверить сигнал. Трубку снял один из разбойников и услышал вопрос: «Это сберкасса?». «Нет, это стадион», — ответил налетчик и бросил трубку.
К моменту, когда на место прибыли стражи порядка, бандитов и след простыл. Но Арапов, перед которым отчитывался звонивший в сберкассу страж порядка, сразу же обратил внимание на слова налетчика и задумался: почему именно стадион? Изначально оперативник предположил, что члены банды — спортсмены. Арапов решил вести наблюдение за окрестностями крупных стадионов.
Чутье Владимира не подвело: вскоре ему донесли об «аттракционе невиданной щедрости», который заметили около стадиона в Красногорске: студент авиационного института выкупил целую бочку пива и угощал им всех прохожих. Арапов выяснил, кто является «меценатом» и, не обращая внимания на скептические мнения коллег — мол, при чем тут будущий летчик? — установил за объектом слежку. Чем дольше она продолжалась, тем яснее становилось милиционеру: он на верном пути.
Когда Арапов предоставил отчет руководству, в кабинете воцарилась тишина: поверить в то, что с виду приличные люди на деле оказались особо опасными преступниками, было сложно. Но доказательства сыщика были неопровержимыми. Вскоре после этого задержали главаря Митина, которого приговорили к смертной казни, а немногим позже и остальных членов банды, получивших до 25 лет лишения свободы. Так благодаря работе Владимира Арапова и его коллег была разгромлена «Банда высокого блондина», так и оставшаяся в памяти многих жителей Москвы «Черной кошкой».

Театральное дело

Еще одним делом, прославившим Владимира Арапова, стало расследование ограбления популярной актрисы Александры Яблочкиной, которое произошло в конце 50-х годов. Пожилая артистка, которая разменяла уже девятый десяток, жила вместе с коллегой, которая помогала Яблочкиной в быту. В один из дней раздался стук в дверь. На вопрос «Кто там?» незнакомцы представились ведущими драматургами, жаждущими показать актрисе свои творения. Александра Александровна распорядилась пустить визитеров и тут же горько пожалела о своем решении — «драматурги» оказались обыкновенными грабителями.
Связав женщин, негодяи стали осматривать комнаты и собирать в сумки ценности. Кстати, актерский талант Яблочкиной в этот непростой момент пришелся очень кстати. Когда она заметила, что налетчики обнаружили ее бриллиантовые украшения, то как можно более непринужденно заявила: мол, это моя сценическая копеечная бижутерия, оставьте, играть не в чем будет. Удивительно, но преступники поверили и не тронули драгоценности.
За расследование дела сразу же взялся Владимир Арапов. Выслушав рассказ о повадках налетчиков, милиционер сразу понял, что они дилетанты, и тут же разослал оперативников по близлежащим комиссионкам. В итоге преступников удалось задержать в течение нескольких дней. Все, что они успели похитить из дома актрисы, вернулось к хозяйке, которая была безмерно благодарна талантливому стражу порядка. Однако долго почивать на лаврах Арапову не пришлось. Как гром среди ясного неба прогремела новость: в Москве объявился опасный маньяк, который вошел в историю под кличкой Мосгаз.

Охота на Мосгаза

Первой жертвой жестокого убийцы, уроженца Тбилиси Владимира Ионесяна, стал семилетний Костя Соболев — мальчик вместе с семьей жил в доме №4 на Балтийской улице. На свою беду 20 декабря 1963 года он был дома один, о чем и сообщил незнакомому «дяде», который представился контролером из Мосгаза и заявил о необходимости проверить плиту.
Доверчивый ребенок не заподозрил ничего странного и впустил Ионесяна в квартиру. Тот прошелся по комнатам и, когда убедился, что в доме действительно никого из взрослых нет, убил Костю топором. Добычей душегуба стали свитер ребенка, одеколон, солнечные очки и 60 рублей наличными.
Вначале бригада сыщиков, которую возглавил Арапов, предположила, что главная цель преступника — нажива. Немногим позже оперативники поняли свою ошибку. Из квартир двух следующих жертв, 12-летнего мальчика и 70-летней пенсионерки, Мосгаз забрал мелочи — карманный фонарик, две авторучки, старые вещи и 70 копеек. Как оказалось, сотрудники МУРа столкнулись вовсе не с разбойником, а с идейным, жестоким маньяком, которого гонит на преступления прежде всего жажда крови.
Пока стражи порядка опрашивали возможных свидетелей трех преступлений, Ионесян продолжал убивать: от рук Мосгаза погибли 11-летний житель одного из домов по Ленинскому проспекту и 46-летняя женщина, проживавшая в районе Марьиной Рощи. На последнем «рейде» маньяк и прокололся: из квартиры своей жертвы он вынес завернутый в простыню телевизор, поймал грузовик и скрылся на нем с места преступления. Это видели несколько соседей, которые даже частично запомнили номер машины и рассказали об увиденном подопечным Арапова.
Дальнейшие действия Владимир просчитал до мелочей. Разыскав грузовик и поговорив с водителем, милиционеры выяснили, что тот высадил маньяка неподалеку от улицы Щепкина. Муровцы сразу же устроили поквартирный обход всех домов района, и, наконец, им улыбнулась удача: одна из местных жительниц рассказала о своих жильцах, племяннице и ее муже, который на днях принес домой телевизор. В квартире сразу же устроили засаду, но задержать удалось лишь сожительницу Ионесяна Алевтину Дмитриеву.
Женщина долгое время отпиралась и говорила, что не знает, где ее любовник. Впрочем, в итоге Дмитриева созналась, что тот отбыл в Казань и ждет ее приезда. Подруга Мосгаза согласилась помочь следствию и отправила Ионесяну телеграмму до востребования, в которой указала день прибытия на вокзал Казани — 12 января 1964 года. По задумке Арапова вместо Алевтины на встречу к Мосгазу отправилась сотрудница МУРа, которую загримировали под Дмитриеву. В момент, когда Ионесян подошел к «возлюбленной», его и скрутили оперативники. Вскоре после поимки Мосгаз был казнен.

Легенда сыска

После поимки одного из главных маньяков в истории СССР Владимир Арапов служил в МУРе еще семь лет. Мог бы и больше, если бы не конфликт с новым руководством. Те начали привносить в сыскную деятельность новшества, с которыми Арапов согласен не был. Покинув МУР в звании генерал-майора, он занялся преподавательской деятельностью и нередко дельным советом помогал коллегам в раскрытии того или иного преступления.
Окончательно отошел от дел Арапов лишь когда у него обострился сахарный диабет, из-за чего он лишился ноги. В 2014 году выдающийся милиционер скончался, но дело его продолжили трое сыновей, которые, как и отец, стали сыщиками. Свой след сыщик оставил и в кино — на экране дела Владимира Арапова увековечили Владимир Высоцкий и Владимир Конкин, сыгравшие Жеглова и Шарапова в сериале Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя».
Сериал был снят на основе книги братьев Аркадия и Георгия Вайнеров «Эра милосердия». Аркадий служил вместе с Араповым в МУРе в 60-х годах и вспоминал о нем:
«Бывало, мы вместе работали по уголовным делам, и я не уставал восхищаться мужественной силой, источаемой этим человеком, быстрым его умом, опытом, энергичностью. Уголовники боялись его как огня, и достигалось это не криками, не угрозами, а несомненным нравственным превосходством».
Считается, что Арапов стал прототипом Владимира Шарапова. Что до Жеглова, то с ним вышла любопытная история. По словам журналиста Петра Вайля, прототипом героя был милиционер-однофамилец.
«Как рассказал мне писатель Георгий Вайнер, один из авторов романа "Эра милосердия", где впервые появился Жеглов, у него был реальный прототип, с той же самой фамилией, только звали его Станислав Жеглов. Он работал в 1960-е годы в Московском уголовном розыске», — рассказывал Вайль.
Между тем других подтверждений этого нет, вероятнее всего, Глеб Жеглов — образ собирательный. Более того, Владимира Арапова за суровый нрав сослуживцы звали «черным полковником». В этом плане он куда больше походил на героя, сыгранного Владимиром Высоцким, чем на интеллигентного Шарапова в исполнении Владимира Конкина. Вот и получается, что сыщик Арапов вполне мог стать прообразом сразу двух легендарных милиционеров советского кино.

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..