После промежуточных выборов Европа может иметь дело не с ослабленным Трампом, а с таким, который ещё активнее займётся мировой политикой. Об этом предупреждает эксперт по США Йозеф Брамль.
Результаты промежуточных выборов в США ограничат возможности Дональда Трампа во внутренней политике. Однако это вовсе не означает, что американский президент станет слабее. Напротив, если Конгресс сузит пространство для маневра внутри страны, Трамп, вероятно, еще активнее проявит свою власть в тех сферах, где глава государства традиционно обладает большей свободой действий — во внешней, торговой и оборонной политике. Поэтому для Европы, возможно, именно сейчас начинаются самые тяжелые два года его второго президентского срока. Такое мнение высказал эксперт по США Йозеф Брамл.
Для Европы, возможно, только сейчас начинаются самые трудные два года второго срока Трампа.
Йозеф Брамль
эксперт по США
Промежуточные выборы — это, прежде всего, подведение итогов внутриполитического курса. Еще до завершения подсчета голосов стало очевидно, что в обеих палатах Конгресса наметился серьезный перевес в пользу демократов.
Для Трампа это больше, чем поражение его партии. Эти выборы стали референдумом по поводу его второго срока, роста стоимости жизни, последствий его торговой политики и, не в последнюю очередь, последствий войны с Ираном.
От Конгресса к мировой арене
Конгресс, контролируемый демократами, способен блокировать законодательные инициативы, влиять на распределение бюджетных средств, создавать следственные комиссии и засыпать правительство повестками о вызове для дачи показаний. Более того, Сенат, в котором большинство принадлежит демократам, может нанести серьезный удар по кадровой политике Трампа. Период практически беспрепятственного осуществления власти республиканцами подошел к концу.
И именно здесь кроется проблема для Европы. Американская система сдержек и противовесов ограничивает президента во внутренней политике гораздо сильнее, чем во внешней политики. Поэтому, сталкиваясь с непреодолимыми препятствиями внутри страны, Трамп получает дополнительный политический стимул перенести свою активность на ту сферу деятельности, где он по-прежнему может демонстрировать доминирование.
Когда Трамп натыкается на препятствия во внутренней политике, у него возрастает политический стимул переключиться на ту сферу деятельности, где он по-прежнему может демонстрировать свое доминирование.
Йозеф Брамль
эксперт по США
Такой подход вполне соответствует его нарциссическому стилю руководства. Трамп не склонен воспринимать ограничения как естественную часть институционального разделения властей. Поражения он переводит в плоскость личных отношений, ответственность перекладывает на других, а сам стремится демонстрировать силу. Внешняя политика — идеальная площадка для этого: у президента здесь значительная свобода действий, международные кризисы неизменно привлекают максимум внимания, а реальные или мнимые успехи можно легко представить как результат его собственной воли.
Это вовсе не означает, что Трамп непременно развяжет новую войну. Однако Европе следует быть готовой к тому, что президент, чьи позиции внутри страны ослабли, будет компенсировать это еще более демонстративным проявлением силы на международной арене.
Тарифное оружие прежде всего бьет по ЕвропеПрежде всего это касается экономической политики. Трамп воспринимает пошлины главным образом не как экономический инструмент, а как средство политического давления. Европа уже почувствовала это на себе. После торговой договоренности с ЕС для большинства европейского экспорта в США действует верхний предел пошлин в 15%. В то же время сохраняются значительные дополнительные сборы — например, на сталь и алюминий.
Показателен пример компании Audi. В свое время Трамп повысил пошлины на европейские легковые и грузовые автомобили до 25% и открыто увязал свою политику с требованием к компаниям: чтобы избежать уплаты пошлин, им следует организовать производство в США. В итоге Audi объявила об инвестициях в размере около четырех миллиардов долларов в строительство завода в США. Незадолго до промежуточных выборов гендиректор Audi AG Гернот Дёлльнер даже появился вместе с Трампом на предвыборном мероприятии в штате Джорджия.
Тем самым становится очевидной геоэкономическая стратегия Трампа: выбор места размещения производства определяется не свободной торговлей, а политически созданным ценовым давлением. Немецкие и европейские компании должны переносить капитал и рабочие места в США. После поражения на выборах Трамп может попытаться усилить именно этот курс, поскольку жесткость в торговой политике он преподносит как доказательство своей дееспособности.
Украина и НАТО превращаются в рычаги давленияСхожая ситуация наблюдается и в отношении НАТО. Трамп неоднократно публично ставил под сомнение американскую поддержку этого альянса. Его позиция по вопросу Гренландии, кроме того, наглядно демонстрирует, насколько далеко простирается его сугубо прагматичный, "коммерческий" подход к внешней политике. Еще летом, на саммите НАТО, он вновь заговорил о необходимости американского контроля над Гренландией — территорией, принадлежащей Дании, союзнику по НАТО.
Это отнюдь не второстепенный вопрос. Он обнажает фундаментальное различие в понимании сути альянса. Европа в идеале рассматривает НАТО как сообщество, объединенное общими ценностями и интересами и безопасности. Трамп же воспринимает союзы как своего рода коммерческие сделки: кто сколько платит, кто что получает и какую выгоду Соединенные Штаты извлекают из этого.
Иран: опаснейшая ставка на эскалациюВ случае с Ираном риск еще выше. Трамп стремился ограничить конфликт. Однако спустя более чем полгода после его начала устойчивого урегулирования достичь не удалось. К тому же Иран наглядно продемонстрировал, насколько уязвима мировая экономика из-за проблем в районе Ормузского пролива.
В результате складывается опасная ситуация. Президент, ослабленный внутриполитическими проблемами, может попытаться компенсировать это демонстрацией силы на международной арене. Утверждать, что Трамп непременно пойдет на эскалацию конфликта по этой причине, было бы безответственно. Однако его политический стимул к демонстративной жесткости не обязательно снизится только потому, что его партия проигрывает на промежуточных выборах.
И расплачиваться за это пришлось бы в том числе Европе: через рост цен на энергоносители, новые потоки беженцев, дополнительные военные обязательства и дальнейшее ослабление международных режимов нераспространения.
Трамп против ЕС, а не только против ЕвропыК этому добавляется идеологический аспект, который в Германии зачастую недооценивают. Трампа беспокоит не только то, что европейские государства, по его мнению, тратят слишком мало средств на оборону. Его политическое окружение также крайне скептически относится к наднациональной европейской интеграции.
Поэтому Европе следует ожидать, что Вашингтон будет активнее развивать двусторонние отношения с теми правительствами и партиями, которые стремятся ограничить полномочия Брюсселя. С разобщенным Евросоюзом для американской администрации, строящей свою политику на принципе "сделок", взаимодействовать проще, чем с единым экономическим пространством, насчитывающим 450 миллионов жителей.
Таким образом, опасность заключается не просто в том, что Вашингтон станет меньше поддерживать Европу. Куда более серьезным вызовом может стать ситуация, при которой США начнут активно использовать европейские разногласия в собственных интересах. Некое подобие стратегии "разделяй и властвуй" — целенаправленного использования линий раскола в Европе ради американских целей — уже продемонстрировали вице-президент Джей Ди Вэнс и госсекретарь Марко Рубио на Мюнхенской конференции по безопасности, пусть и в совершенно разной тональности.
Вэнс или Рубио: борьба начинаетсяПромежуточные выборы фактически дают старт президентской гонке 2028 года в США. В центре внимания среди республиканцев оказались две фигуры: вице-президент Джей Ди Вэнс и госсекретарь Марко Рубио.
Вэнс в большей степени олицетворяет идеологическое продолжение проекта MAGA ("Сделать Америку снова великой"): он придерживается националистических взглядов, выступает против массовой иммиграции и скептически относится к традиционному трансатлантическому порядку. Рубио же, напротив, может позиционировать себя как более опытный во внешнеполитических вопросах и приверженный институциональным устоям республиканец.
Именно сокрушительное поражение на выборах делает это противостояние интересным. Началась борьба за право определять интерпретацию событий: проиграло ли движение MAGA из-за того, что республиканцы недостаточно последовательно следовали за Трампом? В таком случае в выигрыше оказывается Вэнс. Или же поражение произошло потому, что Трамп отпугнул избирателей политического центра? Тогда открываются перспективы для Рубио.
Однако ключевой фигурой пока остается сам Трамп. Скорее всего, он будет удерживать обоих в предвыборной гонке, поскольку конкуренция между ними гарантирует их лояльность. Это вполне соответствует его излюбленному методу управления кадрами: не готовить преемника заранее, а сделать так, чтобы несколько претендентов зависели от его личного расположения.
Сместятся ли теперь США влево?Даже в отношении Демократической партии было бы преждевременно делать вывод о простом «сдвиге влево» на основании полученных результатов. Успех нью-йоркского политика Зохрана Мамдани и многочисленные победы прогрессивных демократов на выборах в Конгресс действительно показывают, что избиратели, особенно молодежь, готовы поддержать более социально-демократическую повестку. Кандидаты, за которых он выступал, уже смогли одержать верх на демократических праймериз над представителями партийного истеблишмента.
Однако феномен Мамдани примечателен вовсе не тем, что вся Америка теперь становится "демократически-социалистической". Намного важнее то, почему его идеи находят такой отклик? Речь идет о высокой стоимости жилья, доступности услуг здравоохранения и повседневных финансовых трудностях, с которыми сталкиваются многие американцы. На материальную нестабильность он отвечает не "политикой идентичности", а постановкой вопроса о распределении благ.
Для демократов это может обернуться стратегическим конфликтом. Часть партии, опираясь на успех на промежуточных выборах, будет настаивать на более прогрессивном экономическом курсе; другие же укажут на то, что победы в "колеблющихся" штатах были достигнуты именно благодаря умеренным кандидатам. Еще до выборов наметилась борьба за влияние между партийным руководством и набравшим силу прогрессивным крылом.
Самое опасное заблуждение Европы
С европейской точки зрения, было бы большой ошибкой с облегчением воспринимать внутриполитическое поражение Трампа. Система сдержек и противовесов работает везде по-разному.
Чем жестче Конгресс будет ограничивать Трампа во внутренней политике, тем активнее тот, вероятно, станет использовать инструменты власти, которые по-прежнему остаются в его распоряжении. К ним относятся таможенные пошлины, санкции, военные угрозы, дипломатическое давление, а также увязывание американских гарантий безопасности с выполнением определенных политических условий.
Таким образом, Европа может получить не "ослабленного" Трампа, а, напротив, такого Трампа, который еще активнее сосредоточится на мировой политике.
Для Германии и ЕС из этого вытекает неприятный вывод: им не следует строить свою стратегию в расчете на то, что они смогут просто "переждать" Трампа.
Европе нужно стать экономически более устойчивой к американскому тарифному давлению, более самостоятельной в военном отношении в рамках НАТО и более сплоченной политически, чтобы противостоять попыткам ее расколоть.
Европа может получить вовсе не ослабленного Трампа, а лидера, который еще активнее переключит свое внимание на мировую политику Йозеф Брамльэксперт по США
Политолог Йозеф Брамль, эксперт по США, автор книг и европейский директор аналитического центра Trilateral Commission ("Трехсторонняя комиссия"). Он обладает 20-летним опытом прикладных исследований и консультирования в ведущих мировых аналитических центрах, включая Германское общество внешней политики (DGAP), Фонд "Наука и политика" (SWP), Аспенский институт, Брукингский институт и Всемирный банк. Кроме того, он работал в качестве консультанта по законодательным вопросам в Палате представителей США. Недавно вышла его книга "Нарциссическая нация. Америка, Европа и психология власти".
