четверг, 8 июня 2017 г.

ПЕЙТЕ ВОДУ НАТАЩАК

Если вы будете пить воду натощак после пробуждения, с вашим телом произойдет 8 чудес

Японские женщины хорошо известны своими стройными и здоровыми фигурами. Хотя генетика наверняка играет определенную роль, многие утверждают, что их утренний ритуал также помогает им оставаться более здоровыми. Проще говоря, большинство японских женщин пьют воду сразу после пробуждения.
В отличие от США и других западных стран, население Японии не страдает от таких расстройств, как ожирение и диабет.

Почему питьевая вода так важна?

Для начала, 70% вашего тела состоит из воды, поэтому важно сохранить его свежим и пополненным, чтобы тело работало исправно. Когда потребность организма в воде не соблюдается, она имеет целый ряд негативных краткосрочных и долгосрочных последствий для здоровья.
Длительное обезвоживание может привести к ревматоидным артритам, мигреням, стенокардии, диспепсии, гипертонии, ожирению, геморрою, раку молочной железы, туберкулезу легких, накоплению камней в почках и раку матки!
Помогите своему организму избежать этих болезней с помощью воды после пробуждения и в течение дня.
Как проводить лечение с водой?
Это проверенный метод для лечения расстройств организма, нарушений менструального цикла и заболеваний глаз. Кроме того, Вы будете чувствовать себя бодрым весь день.
Выпевайте приблизительно 160 мл воды четыре раза натощак сразу после пробуждения, перед тем, как помыться.
Не ешьте ничего в течение следующих 45 минут.
Пейте воду хотя бы за 30 минут до еды, но не в течение следующих двух часов после завтрака, обеда и ужина.
Если вы не можете выпить четыре стакана воды натощак, вы можете начать с одного стакана. Вы можете постепенно увеличивать потребление воды, пока не достигнете желаемого уровня в 640 мл.

Когда ожидать результатов?

Пациенты с диабетом или высоким артериальным давлением: 30 дней
Страдающие запорами и гастритом: примерно 10 дней
Больные туберкулезом: 90 дней

Основные преимущества питьевой воды на пустой желудок

  1. Помогает избавиться от токсинов
Когда вы пьете воду, она, естественно, вызывает движение в ваших кишечниках. Ночью ваше тело восстанавливается и извергает все токсины в организме. Когда вы утром выпиваете воду на пустой желудок, вы избавляетесь от этих вредных токсинов, оставляя ваше тело свежим и здоровым. Питьевая вода может помочь в увеличении производства мышечных клеток и новых клеток крови.
  1. Улучшает обмен веществ
Питьевая вода натощак может увеличить ваш метаболизм, по крайней мере, на 24%. Это очень важно для тех людей, которые придерживаются строгой диеты. Увеличенная скорость метаболизма означает улучшенную пищеварительную систему. Вы сможете более четко следовать своему распорядку диеты, если будете быстрее переваривать. Питьевая вода сразу же после пробуждения очищает толстую кишку, что облегчает поглощение питательных веществ.
  1. Способствует здоровой потере веса
Когда вы пьете воду утром натощак, вы освобождаете все свои токсины, и это улучшает вашу пищеварительную систему. Вы будете чувствовать себя менее голодными, и ваша тяга к еде будет понижена. Это предотвратит увеличение веса, вызванное перееданием.
  1. Облегчает изжогу и расстройство желудка
Расстройство желудка вызывается повышенной кислотностью в желудке. Вы страдаете от изжоги, когда кислота вступает в пищевод. Когда вы пьете воду натощак, эта кислота отталкивается и растворяется, решая проблему. Кроме того, это готовит ваш желудок к предстоящему завтраку.
  1. Улучшает цвет лица и кожи
Обезвоживание вызывает преждевременные морщины и глубокие поры в коже. В ходе исследования выяснилось, что употребление 500 мл воды на пустой желудок увеличивает кровоток в коже и заставляет кожу сиять.
  1. Блестящие, гладкие и здоровые волосы
Обезвоживание может иметь серьезные последствия для роста волос. Питьевая вода питает ваши волосы изнутри. Вода составляет почти 1/4 веса пряди волос. Недостаточное потребление воды может стать причиной хрупких волос и тонких волос. Вода натощак может улучшить качество ваших волос в большей степени.
  1. Предотвращает появление камней в почках и инфекции мочевого пузыря
Пить воду сразу после пробуждения важно для профилактики почечных камней и инфекций мочевого пузыря. Это факт, что питьевая вода натощак разбавляет кислоты, которые приводят к образованию камней в почках. Чем больше воды Вы пьете (до здорового предела), тем больше вы будете защищены от различных видов инфекций мочевого пузыря, вызванных токсинами.
  1. Укрепляет иммунную систему
Вода натощак помогает при промывании и балансировании лимфатической системы, что приводит к повышению уровня иммунитета. Сильная иммунная система защитит вас от различных заболеваний и не даст вам болеть так часто.
Как видите, пить воду сразу после пробуждения дает целый ряд преимуществ. Это, без сомнения, самый простой способ внести позитивные изменения в свой образ жизни, не тратя денег.

КАК ЗАБОЛТАТЬ ИДЕОЛОГИЮ

Александр Воин | Как заболтать идеологию

Аннотация: В ситуации «глобального тупика» и хаоса на планете очень важно, выработать новую идеологию как для отдельных стран, так и человечества в целом. Этому мешает отсутствие общего языка между говорящими и пишущими на эту тему, будь то академические философы и прочие гуманитарии или диванные философы из интернета. В результате происходит забалтывание предмета либо с имитацией высокой научности, либо в стиле дешевых прорицателей, проповедующих на базаре. Автор предлагает программу, с помощью которой те, кто действительно озабочен проблемой, могут найти общий язык и конструктивно продвигаться к цели.
В мире и в России в частности появилось много авторов, предлагающих и рекламирующих изобретенную ими идеологию, причем большинство из них убеждены, что никто до них на этом поле не топтался, что они изобрели само понятие идеологии и что предмет прост как помидор, и потому нечего тут разводить турусы на колесах, «не надо много букаф», и рубят правду матку по-простецки с плеча. А некоторые вообще чувствуют себя пророками, которым было видение и теперь на них возложена миссия, поведать людям благую весть, и они ее вещают, возведя очи гору, как будто бы видя там невидимые другим письмена. Вопросом о том, а не предлагались ли уже до них какие-нибудь идеологии и почему они не годятся, и чем их идеология лучше тех, что были раньше, они, естественно, не заморачиваются. Даже вопрос о том, что такое идеология, зачем она в принципе нужна и из чего она должна состоять, тоже не приходит им в голову. В пределе такая «благая весть» сводится к классическому «За все хорошее против всего плохого». Вот как, например, выглядит «благая весть» от Михаила Брагина (Взято из Фейсбук с небольшими сокращениями):
«Национальная идея России
Мы предлагаем ПОЗНАКОМИТЬСЯ с нашей статьей «Национальная Идея России: сенсационное Открытие Мирового значения», где мы ПОДРОБНО ОПИСЫВАЕМ открытые нами ИСТОРИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ.
Наше сенсационное Открытие:
НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ РОССИИ – ЭТО БОРЬБА С МИРОВЫМ ЗЛОМ!!!
Другой Идеи просто не существует!!!
Очевидно, что МИРОВОЕ ЗЛО не является теологической или философской абстракцией, оно СОВЕРШЕННО КОНКРЕТНО и всем известно!!! Это – войны и вооруженные конфликты, терроризм, убийства, грабежи, насилие, коррупция, жестокость, обман, воровство, вредительство, мошенничество, беззаконие, халатность, равнодушие, предательство, невежество и т.п.
МИРОВОЕ ЗЛО – это всё, что направлено против* Высшего (Светлого, Неземного), т.е. уничтожение, разрушение, смешение с низшим (чёрным, земным), утрата, искажение, обман, охаивание, оскорбление, сокрытие, присвоение, угнетение, вымогательство, предательство, отрицание, игнорирование и забвение Высшего (Светлого, Неземного), а также – пропаганда, призывы, пособничество и принуждение к совершению вышеперечисленных преступных деяний, в том числе их оправдание.
Мы доказываем, что Мировое зло не является теологической или философской абстракцией, оно совершенно конкретно и всем известно**. Это – войны и вооруженные конфликты, терроризм, убийства, грабежи, насилие, коррупция, жестокость, обман, воровство, вредительство, мошенничество, беззаконие, халатность, равнодушие, предательство, невежество и т. п.
Люди должны понять:
ШАР-ОПРЕДЕЛЕНИЯ ДОБРА И ЗЛА – ЭТО КЛЮЧ
К ПОБЕДЕ НАД МИРОВЫМ ЗЛОМ (ИЛИ ДРАКОНОМ)!!!
С уважением,
Михаил и Ирина Брагины»
Вот так вот, простенько, но со вкусом.
Есть и другая крайность, а именно имитация научности с помощью «птичьего языка» т.е. пересыпания текста научной терминологией, за которой не стоит никаких собственных мыслей, и которая предназначена внушить читателю, что «это по-научному, вам не понять, не напрягайтесь». С помощью этого приема, к которому прибегают люди уже не столь простые, и наивные, как Брагин, а остепененные, включая ведущих академиков от философии и других гуманитарных, а иногда и естественных наук, забалтывается не только вопрос об идеологии, но любая важная проблема. Пример такого забалтывания я привожу в статье «Философский феодализм». Вот еще один:
«Информация – это фундаментальный генерализационно-единый, безначально-бесконечный законо-процесс автоосцилляционного, резонансно-сотового, частотно-квантового и волнового отношения, взаимодействия, взаимопревращения и взаимосохранения (в пространстве и времени) энергии, движения, массы и антимассы на основе материализации и дематериализации в микро- и макроструктурах Вселенной». (Юзвишин И. И. «Информациология», Москва, 1996).
Цель забалтывания, подается ли оно как благая весть от нового пророка или с помощью птичьего языка а ля «это по научному, вам не понять», – это застолбить в качестве первооткрывателя возможно более широкий фронт исследований, дабы затем, кто бы и что бы ни сделал толкового на этом фронте, всегда можно было сказать: «так я же давно это говорил, он только развивает мои мысли». (Попробуйте сказать что-нибудь на тему информациологии, что вышло бы за пределы определения Юзвишина, хотя, что делать с этим определением, одному Богу известно). В результате у тех, кто способен сделать что-то полезное, опускаются руки. Зачем надрываться, если все равно все утонет в потоке забалтывания.
«Вот ученый. Он пятьдесят лет жизни угробил на то, чтобы сделать полезный вклад в науку. Во всем отказывал себе. Ночей не спал. Страдал. А кто знает о его вкладе в науку? Десяток таких же, как он, чудаков; сотня проходимцев от науки, разворовавших его вклад и приложивших огромные усилия к тому, чтобы о нем никто не узнал.» А.А.Зиновьев. Иди на Голгофу.
Для борьбы с лженаукой, к которой относится, безусловно, и забалтывание, при Президиуме РАН создана Комиссия по борьбе с лженаукой. О том, насколько эффективна работа этой Комиссии, можно судить по тому, какое количества лженауки продолжает быть внутри самой АН, в то время как Комиссия сражается с астрологами и гомеопатами (с первыми – безуспешно, со вторыми – напрасно). Получить представление об этом читатель может по упомянутой моей статье «Философский феодализм» и по моей книге «Наука и лженаука» (Direct Media, Москва – Берлин, 2014).
Для того чтобы борьба с лженаукой была успешной, нужны четкие объективные критерии, отделяющие науку от лженауки. Сегодня таких критериев нет, а вместо них используется кастовый признак. Если вы развиваете корифеев, ссылаетесь на них, а еще лучше включаете их в соавторы, вы – свой, из касты избранных, а значит, настоящий ученый. А если вы идете не проложенными тропами, и еще, не дай Бог, оспариваете корифеев, вы – лжеученый и вас нельзя пускать в академические журналы, на конференции и т.п. Я предложил объективные критерии, основанные на разработанном мной едином методе обоснования научных теорий. (Единый метод обоснования научных теорий. Изд. 2-е, дополненное и исправленное, Direct Media, Москва – Берлин, 2017). Но, несмотря на публикацию и переиздание книги и полудюжины статей по методу, которые мне удалось за 20 лет пробить в философских журналах, несмотря на наличие положительных отзывов по методу от маститых философов, специализирующихся в области теории познания, несмотря на то, что я не раз предлагал метод Президиуму АН, лично Президенту, Комиссии по борьбе с лженаукой и сменяющим друг друга министрам образования и науки, я не мог добиться обсуждения его на уровне АН, не говоря о внедрении в систему науки и образования. Ну, кому нужен метод, который позволит всяким вольнодумцам оспаривать на равных мнение корифеев? Во всяком случае, не корифеям, которые и решают, признавать ли или хотя бы обсуждать метод.
Но я пишу эту статью не для того, чтобы очередной раз пожаловаться на корифеев. Я хочу предложить здесь некую программу, которая позволит тем, кого действительно беспокоит вопрос об идеологии, (а не зуд попиариться на модную тему), найти общий язык между собой, отделиться от забалтывающих и начать конструктивно продвигаться к цели построения и обоснования правильной, необходимой России и человечеству идеологии.
Для этого, прежде всего, надо договориться, о чем мы говорим, т.е. что подразумевать под идеологией. Потому что, если один под идеологией понимает «за все хорошее против всего плохого», а другой что-нибудь одно конкретное типа конкурентоспособность (А. Кононов. Общая теория безопасности, спасения, конкурентоспособности, неуничтожимости, бессмертия и могущества человечества (неопрогрессизм, то, во-первых, эти двое не могут в принципе найти между собой общий язык. А во-вторых, не может ни размазанная до неопределенности идеология типа «за все хорошее, против всего плохого», ни узко-конкретная, типа отдельно взятой конкурентоспособности, выполнить ту задачу, которую мы ставим перед идеологией. Что касается идеологии «за все хорошее», тут все очевидно. Что касается частного случая с конкурентоспособностью по Кононову, то в упомянутой работе он ссылается на речь Назарбаева, где тот говорил, что Казахстану нужна идеология конкурентоспособности, и на экономические и прочие успехи Казахстана, как результат якобы принятия этой идеологии. Но Назарбаев, прежде всего, политик и в публичной речи, обращенной к народу, он не мог разводить философию и посему прибегал к лозунгу типа «Даешь конкурентоспособность!». (Для сравнения: «Свобода, равенство и братство», «Вся власть народу, земля крестьянам», «Кадры решают все»). Но это не значит, что действительная идеология Назарбаева сводилась только к конкурентоспособности. Если все свести только к конкурентоспособности, то можно ведь на время повысить конкурентоспособность и за счет истребления экологии, и за счет ограбления своего населения и т.д. Аналогично с другими, узко сформулированными идеологиями.
Для определения содержания идеологии возможно 2 подхода.
Во-первых, можно исходить из того, зачем нам нужна идеология. Я думаю, что никто не станет возражать, что она нужна для того, чтобы жизнь стала лучше и чтобы наши усилия сделать жизнь лучше были эффективными. Понятно, что если в одной стране одни строят коммунизм, а другие капитализм, то ни о какой эффективности не может быть и речи. Аналогично, если одни за Домострой, а другие за сексуальную революцию. Или одни за «пусть рухнет мир, но Россия должна быть великой», другие – за «Пусть Россия развалится, но чтобы в мире был мир». И т.д. (Учитывая возможное здесь возражение: «А как же со свободой мнений и свободой слова», поясню, что я за оные свободы и против того, чтобы идеология навязывалась через принуждение. Но я за то, чтобы убедить не всех, но большинство населения, в чем состоит правильная идеология. Без этого свобода будет деструктивной, а общество развалится. Более подробно об этом в моей статье «Еще об идеологиях»).
Другой подход – исторический: посмотреть, что было содержанием идеологий, которыми руководствовались и руководствуются народы разных стран. В первую очередь коммунистической, идеологии буржуазных революций, ну и далее вглубь истории – идеологий националистических и религиозных.
Легко видеть, что оба подхода ведут нас к более менее одному кругу вопросов, которые должны быть содержанием идеологии. Идеология должна определять систему ценностей, систему морали, общественный строй, экономическую формацию. Это то, что было содержанием идеологий прошлого. Сегодня в нашем глобализованном благодаря НТП мире, с появлением экзистенциальных общечеловеческих угроз: разрушения экологии, угрозы самоуничтожения в атомной войне и т.д., к этому надо добавить еще ряд вопросов. Во-первых, представление о правильном мировом устройстве: объединить ли все государства в одно всемирное, отказаться ли вообще от наднационального органа управления типа ООН, а если что-то промежуточное, то какие функции должны быть у ООН, а какие остаться у национальных государств и как должно формироваться и управляться само ООН. Во-вторых, отношение к научно-техническому прогрессу: всякий ли НТП – благо, нужно ли управлять направлением НТП и как и т.п.
Это круг вопросов, определяющий содержание идеологии, который я выношу на обсуждение. Он может быть изменен, в частности расширен, мало того, он никогда не будет определен абсолютно жестко, потому что в наш век действительность изменяется со страшной скоростью, и соответственно должно будет изменяться содержание идеологии. Но, тем не менее, те, кого действительно волнует судьба России и мира, должны прийти к некоторому, пусть нежесткому и допускающему изменения, консенсусу в вопросе о том, что мы имеем в виду, говоря об идеологии. Иначе это будет базар-вокзал, тяни-толкай и забалтывание важного предмета.
Следующее, что должен понимать каждый пишущий об идеологии и заботящийся о стране и мире, а не о пиаре, это что перечисленные пункты содержания идеологии подобны оглавлению в книге, они требуют дальнейшей расшифровки и детализации. Например, вы включаете в предлагаемую вами идеологию экономическую формацию со свободным рынком и частной собственностью и не раскрываете далее этот пункт. При попытке реализовать такую идеологию, вы получите то, что произошло в России в 90-е годы, когда было провозглашено, что мы строим рыночную экономику, а детали не важны, делай как у них, не надо изобретать велосипед. Могло получиться и что-нибудь другое, но крайне маловероятно, что получилось бы что-нибудь путное при таком упрощенном подходе. Раскрытие данного пункта идеологии означает, что должна быть выбрана правильная макроэкономическая теория, если таковая имеется, или предложена новая и привязана к имеющимся обстоятельствам, в данном случае к обстоятельствам перехода от социализма к капитализму. То же с остальными пунктами.
Далее предлагающий новую идеологию должен учитывать связь между разными пунктами, включенными в идеологию. Например, между экономической формацией и моралью. Связь прямая и обратная и достаточно существенная. Моральное состояние общества влияет на состояние экономики при любой экономической формации: социалистической или капиталистической (Воин А. М. Экономика и мораль//Начала новой макроэкономической теории. Direct Media, Москва – Берлин, 2014. с. 56-68). Но и мораль, хотя в основной своей части, как я показал (Этика в модельно подходе//Неорационализм – духовный рационализм. Direct Media, Москва – Берлин, 2014. с. 135-181), инвариантна, но имеет часть, зависящую от принимаемой экономической формации. Представление о справедливом распределении материальных благ не может быть одинаковым при капитализме и социализме.
Ну и наконец, любая предлагаемая новая идеология должна быть обоснована, как это вообще принято в науке. В идеале с помощью единого метода обоснования. Ну, или хоть как-то. Чтоб не получалось: «Я так считаю. – А я так считаю». И дальше «в ночной тиши раздавался только стук лбов».
И в заключение пару слов о цене вопроса. Сегодня появилось понятие «глобального тупика». (Если не ошибаюсь, ввел его Ростислав Ищенко). Как по мне, удачное и очень своевременное понятие, характеризующее состояние современного человечества: нарастание угроз со всех сторон и полная растерянность в вопросе, как дальше жить и куда идти. Но именно новая идеология прокладывала в прошлом новые пути народам в кризисных ситуациях. Прокладывала их к лучшему или худшему в зависимости от того, насколько она была правильной.
А. Воин

КОГДА ССОРЯТСЯ КОРОНЫ

Давид Шарп | Когда ссорятся короны

Во время визита Дональда Трампа в Эр-Рияд суннитский мир под эгидой Саудовской Аравии, казалось, демонстрировал впечатляющее единство. Но, как это часто бывает на Ближнем Востоке, недолго музыка играла…
Official White House Photo by Shealah Craighead
Все началось с того, что официальное новостное агентство Катара опубликовало выступление эмира Тамима бин-Хамада аль-Тани, содержание которого произвело эффект разорвавшейся бомбы. Аль-Тани »порадовал» саудовцев и их союзников, в первую очередь ОАЭ, буквально по полной программе. Наименее проблематичным, с точки зрения оппонентов Катара, было признание эмира в том, что у него налажены хорошие связи с Израилем. В самом деле, те или иные, иногда довольно тесные, хотя и негласные отношения с еврейским государством имеют и многие противники Катара.
Подобные заявления в наши дни злят скорее арабскую улицу, а не правительства. Проблема оказалась в том, что аль-Тани осудил антииранскую политику Эр-Рияда. Среди прочего, он обозначил Иран как »исламскую державу, чьи интересы надо учитывать». Ливанскую »Хизбаллу», которая в СА и других странах Персидского залива признана террористической, эмир Катара назвал легитимной силой, а ХАМАС, являющийся филиалом »Братьев-мусульман» и потому ненавидимый и в Эр-Рияде, и в Каире, и в Абу-Даби, – законным представителем палестинского народа. В этой связи высказывание о том, что Дональд Трамп, которого только что с помпой принимали в СА, может из-за имеющихся против него подозрений и близко не дотянуть до конца своей каденции, вообще выглядело невинной подначкой. Само собой, все это не осталось без внимания ни в СА, ни в ОАЭ, ни в Бахрейне. На Катар обрушился шквал критики, и дальше началось самое веселое… Официальная Доха прибегла к приему, который во всем мире в последние годы использовался уже не раз. Катарцы официально заявили, что ничего подобного их эмир не говорил, и данная публикация на Интернет-сайте – результат хакерской атаки. После чего этот сайт на несколько часов прекратил работу. Хакеры или эмир, но пыла саудовских СМИ, официальных лиц и их союзников такое оригинальное опровержение не остановило. Более того, критика правителя Катара стала набирать обороты…
Здесь надо напомнить, что глубокие противоречия между СА и ее мелким, но очень богатым соседом, дело не новое. Благодаря огромным финансовым возможностям, а также политической активности »не по чину» (население эмирата составляет около 2 млн, однако из них более 2/3 – иностранцы без гражданства), роль Катара в ближневосточной политике в частности и международной вообще весьма велика. При этом значительная часть этой активности эмира, пришедшего к власти летом 2013 года, идет полностью или частично вразрез с позицией основных игроков в регионе. Помимо финансовых возможностей Доха обладает еще одним важным инструментом воздействия – телекомпанией »Аль-Джазира», самой популярной из всех СМИ арабского мира. Неудивительно, что противники Катара, особенно в моменты обострения отношений с эмиратом, ведут с »Аль-Джазирой» нещадную борьбу. Так, кстати, было и на этот раз, когда трансляции компании оказались в СА заблокированы. Наиболее заслуживающие внимания разногласия между Эр-Риядом с союзниками и Дохой касаются их отношения к Ирану и движению »Братья-мусульмане», однако одним этим дело не ограничивается.
Что касается »Братьев-мусульман» и задействования »Аль-Джазиры» на всю катушку, лучше всего иллюстрируют ситуацию события в Египте. Когда военные во главе с Абдель-Фаттахом а-Сиси свергли представлявшего данное движение Мохаммеда Мурси, отношения Египта и Дохи дошли до полного разрыва. При этом СА и ОАЭ не только поддержали новые египетские власти, но и фактически оставили их на плаву многомиллиардными финансовыми вливаниями. На стороне »Братьев-мусульман» выступила союзная Катару Турция (партия Эрдогана – это тоже своего рода филиал данного исламистского движения), чьи отношения с Египтом также пришли в полный упадок. Пристрастие аль-Тани к »Братьям-мусульманам» стало причиной того, что именно Катар является крупнейшим и чуть ли не единственным суннитским арабским государством – спонсором ХАМАСа. Правда, при очень большом желании в этом можно найти и определенный позитив. Во-первых, в случае необходимости именно через Катар можно как-то повлиять на ХАМАС, а во-вторых, средства, выделяемые эмиратом для сектора Газы, позволяют в какой-то мере улучшить там гуманитарную ситуацию и тем самым немного снизить риск очередного витка эскалации с Израилем. Но это, как говорится, при большом желании. Кстати, в последние годы именно Катар поддерживает наиболее радикальные исламистские силы в регионе или, по меньшей мере, контактирует с некоторыми из них. Яркий пример – Сирия. Здесь Доха не только спонсирует группы, связанные с теми самыми »Братьями-мусульманами», которых очень немало в рядах оппозиции, но также контактировала, как минимум некоторое время, с местным филиалом »Аль-Каиды», носившим тогда название »Джабхат ан-Нусра». Впрочем, доказательств прямого спонсирования не было, хотя как сказать… Например, именно при посредничестве Катара данная организация, получила выкуп за захваченных в плен наблюдателей ООН. Так что разговоры об эпизодическом спонсировании таким вот окольным способом вполне могут иметь под собой почву.
Чем же объясняется этот нестандартный подход и специфическая исламистская активность Катара? В первую очередь, личностью 37-летнего эмира, который парадоксальным образом совмещает в себе большого любителя спорта, учившегося в британской военной академии, и исламиста-проповедника.
Предыдущий виток конфликта между СА и союзниками, с одной стороны, и Катаром – с другой, резко усилившийся на фоне египетских событий, достиг своего пика весной 2014 года. Тогда СА, Бахрейн и ОАЭ официально заявили, что Доха сотрудничает с организациями, представляющими угрозу их безопасности, и отозвали своих послов из Катара. Помирило (временно и относительно) разругавшихся монархов… »Исламское государство». Колоссальные успехи »халифата» в Сирии и Ираке летом того же года вызвали в странах суннитского мира огромные опасения и вынудили, насколько это возможно, сплотиться перед серьезной угрозой. Уже к концу лета отношения оказались разморожены, послы вернулись в посольства, а перечисленные выше страны вступили в возглавляемую США антииговскую коалицию, приняв – кто символически, а кто несколько более действенно – участие непосредственно в боевых действиях.
Но вернемся к нынешнему обострению. Как выяснилось позже, гнев Эр-Рияда вызвали не только опубликованные высказывания эмира, которые, как уверяет официальная Доха, являются порождением происков неизвестных хакеров. Ближе к концу минувшей недели в саудовской прессе проявились сообщения, что еще перед исламским саммитом в Эр-Рияде и встречей президента США министр иностранных дел Катара тайно пообщался в Багдаде с заклятым врагом саудовцев генералом Касемом Сулеймани, террористом №1 на иранской службе, командиром подразделения »Кодс» (ответственного, среди прочего, за силовые операции за рубежом) в Корпусе стражей исламской революции. На этой встрече было якобы оговорено, что Катар не поддержит антииранские решения саммита. Ну а затем появилась та самая »хакерская» публикация. Если все это так и было, гнев Эр-Рияда выглядит весьма логичным: налицо спланированная кампания, которая выглядит как своего рода »сговор с главным врагом».
На этой неделе кризис продолжил углубляться. В свете того, что, несмотря на опровержения Дохи самого факта заявлений аль-Тани, нападки со всех сторон продолжились, в Катаре решили не оставаться в долгу и задействовали свое самое тяжелое орудие – »Аль-Джазиру». Карикатура, на которой изображены президент Египта и король СА в качестве стряпателей фальшивых новостей в подконтрольных им СМИ, вызвала очередную бурю в арабском мире. Не помогло и то, что карикатуру вскоре убрали.
В свете всех этих событий министр иностранных дел ОАЭ Абдалла аль-Нахайан уже заявил, что союз арабских государств Персидского залива находится под угрозой и для его сохранения необходимо срочно восстановить доверие между сторонами.
Однако во всем, что касается отношений СА, ОАЭ и Бахрейна с Катаром, судя по всему, говорить о каком-либо союзе уже не приходится. Не сомневаюсь, что нас ожидают очередные серии этого забавного спектакля. Однако нельзя забывать главное: в свете влиятельности игроков происходящее на данной сцене имеет немалое значение для ситуации во всем ближневосточном регионе.
Давид Шарп
«Новости недели»

НЕТ ДЕТЕЙ


A VALID POINT AND AN INTERESTING ONE
 
One noteworthy reality about Europe’s current political leadership is summarised here by Phil Lawler:

•  Macron, the newly elected French president, has no children.
•  German chancellor Angela  Merkel has no children.
•  British prime minister Theresa May has no children.
•  Italian prime minister Paolo Gentiloni has no children.
•  Holland’s Mark Rutte, 
•  Sweden’s Stefan Löfven, 
•  Luxembourg Xavier Bettel, 
•  Scotland’s Nicola Sturgeon—all the above have no children.
•  Jean-Claude Juncker, president of the European Commission, has no children.

"So a grossly disproportionate number of the people making decisions about Europe’s future have no direct personal stake in that future."

A reader comment ,
That is why they are so strongly supporting immigration . They have NOTHING to lose!

СОВОК ЗАРАЗИЛ ВЕСЬ МИР

Андрей Гаврилов | Cовок заразил весь мир

Андрей Гаврилов
Автор Андрей Гаврилов
Звягинцев со своей «нелюбовью» и ее обсуждением в Европе и совке производит на меня впечатление каких-то марсиан или лунян. Они все как будто тово-с. Какое-то рехнувшееся население от «Лиссабона до Владивостока». Все «сидят» на давно обозначившихся кричащих фактах и проблемах, из которых хлещет кровь и обсуждают какие-то «кусочки последствий» этих проблем. Если уже целый век (!) есть «нестрана» с «ненародом», то как можно задумываться о «нелюбви», когда она есть мелкое производное от жизни ненарода в нестране?
Нет, надо по-прежнему делать вид, что есть страна, а скотские искажения и полная аномалия характеров людей (а на деле нелюдей) лишь от некой абстрактно «неправильной жизни общества». Какое-то поразительное всеобщее «делание вида», что нет реальных проблем и вопиющих фактов. Понятно, европейцам насрать на советские проблемы и они делают вид, что это якобы страна и это кино о «реальных проблемах общества». Понятно, что те, кто в совке принимают финансовые средства от «раковой опухоли» и должны делать вид, что они занимаются реальными проблемами в «своем искусстве». Но вся общемировая гоп-компания «интеллектуалов» и «людей искусства» по-станиславски так заигралась игрой в правду, что сами уже поверили, что они занимаются «правдой» и «вскрывают реальные общественные проблемы».
Европейцев замучила политкорректность, от которой они тихо вымирают, и они фотографируются на красной дорожке в канно-берлинах с лицами измученных дебилов. Но сколько же можно играть в этом провинциальном мировом театре? Или они все действительно больны? Или действительно безнадежные идиоты? Фейковый мир. Неужели от этих нелюдей заразился весь мир? Неужели идиотизм и фейк инфекционны? Не люблю риторических вопросов, поэтому лучше ответить, опираясь на факты. Да, идиоты. Да, спятили. Да, идиотизм инфекционен. Да, совок заразил весь мир.
Андрей Гаврилов
FB

ИСЛАМИЗАЦИЯ ЕВРОПЫ

Самуил Виноградов | Проблема «исламизации» Европы глазами социолога

Теперь надо думать о реальных последствиях наплыва такой массы нежданных переселенцев, которые вряд ли согласятся добровольно покинуть столь хлебные места и вернуться на свои пепелища.

Проблема «исламизации» Европы глазами социолога

Европейский мир, едва ли не врасплох застигнутый волнами почти не контролируемой массовой миграции из стран арабского Востока, пребывает ныне в весьма тревожном состоянии, приобретающем иногда паническую окраску. Более полутора миллионов переселенцев-мусульман (это по самым скромным подсчётам) существенно изменили политическую ситуацию в Германии и ряде других западноевропейских стран, резко увеличили нагрузку на государственные бюджеты этих стран и внесли определённую сумятицу в массовое сознание основного населения.
Можно сколько угодно рассуждать о том, правильным или неправильным политическим шагом было принятие столь огромного количества людей с мировоззрением, традициями, социально-психологическими устоями и отношением к производительному труду, которые принципиально отличаются от общепринятых в европейских странах. Простите за банальность, но история не имеет сослагательного наклонения. Уже, как говорится, свершилось. Теперь надо думать о реальных последствиях наплыва такой массы нежданных переселенцев, которые вряд ли согласятся добровольно покинуть столь хлебные места и вернуться на свои пепелища.
В средствах массовой информации всё чаще стали появляться апокалиптические сценарии «заката Европы», возникновения на её территории нового халифата. Звучат утверждения о превращении мусульман в демографическое большинство с последующим захватом ими политической власти, массовой исламизацией, утверждением законов шариата, усилением миграции коренного населения за пределы Европы и т.д. Есть и более серьёзные аналитические материалы с оценками сложившейся ситуации, но главный упор в них, как правило, делается на политические, демографические либо чисто экономические аспекты долгосрочного пребывания выходцев из мусульманского Востока в высокоразвитых европейских странах. Выводы, естественно, неутешительные. А поскольку основная масса европейцев, благодаря Интернету, имеет доступ к огромному объёму информации, имеющие место бесчинства новых мигрантов, как и периодические террористические акты исламистов в разных частях Западной Европы, вызывают у европейского обывателя страх за своё будущее и будущее своих детей.
С другой стороны, правящие элиты большинства западноевропейских государств, являющиеся представителями либеральных политических сил, в оправдание своей линии на предоставление убежища ближневосточным беженцам, делают основной упор на гуманитарный аспект данной проблемы, при этом стараясь обходить стороной такой её аспект, как социальная адаптация последних в новых, непривычных для них условиях. Между тем европейцы, в своём большинстве вовсе не страдающие особой чувствительностью к бедствиям жертв «арабской весны», с тревогой думают о том, чем для них обернётся новая реальность. Отсюда – существенное падение авторитета нынешних правительств и столь же существенное «поправение» электората. Уж так человек устроен, что для него личные интересы, то есть материальное благосостояние и личная безопасность, первичны по отношению к абстрактным ценностям либерализма и демократии.
Можно сколько угодно рассуждать о возможных вариантах развития ситуации с наплывом непрошенных гостей из совершенно иного мира. Но реальная историческая практика, которая сегодня, как и всегда, является единственным объективным критерием истины при изучении жизни человеческого общества, опровергает едва ли не все, даже самые наукообразные прогнозы на будущее. Ведь главная ошибка «футурологов» с учёными степенями и званиями состоит в том, что они, сопоставляя прошлое с настоящим, пытаются выявить основную тенденцию, которую пролонгируют на ближайшее будущее. Между тем человеческое общество – не мир физических объектов, где действуют непреложные законы природы. Весь процесс его развития – результат взаимодействия бесчисленных социальных противоречий самого разного характера, обусловленных несовпадением интересов различных социальных групп, а зачастую и отдельных людей, обладающих реальной властью. Поэтому в сфере политической жизни общества никаких закономерностей не существует, да и не может существовать. Как и сотни лет назад, человеческое общество катится неизвестно куда, живя преимущественно сегодняшним днём и совершенно не представляя, что его ждёт впереди. Все прежние футурологические прогнозы оказались пустой тратой бумаги и воспринимаются с «насмешкой горькою обманутого сына над промотавшимся отцом».
Самуил Виноградов
Автор Самуил Виноградов
Несколько иначе обстоит дело с социально-экономической сферой жизни общества, в основе которой действительно лежат объективные закономерности. Но парадокс состоит в том, что эти закономерности едва ли не полностью игнорируются современной социологией, поскольку их изучение находится за пределами принятой в мире социологов методологической парадигмы. Питирим Сорокин, «отец» этой парадигмы, определивший на многие десятилетия основную специфику социологических исследований, так выразил её кредо: «Вопреки моему желанию увидеть в истории этапы поступательного прогрессивного развития, я неизбежно терплю неудачу, пытаясь как-то подкрепить такую теорию фактами. В силу этих обстоятельств я вынужден удовлетвориться менее чарующей, хотя, возможно, более корректной концепцией бесцельных исторических флуктуаций (социальных перемещений. — С. В.). Вероятно, в истории и есть некая трансцендентальная цель и невидимые пути продвижения к ней, но они еще никем не установлены»[i]. Идея эта весьма удобна для тех (а их подавляющее большинство), кто хочет оставить след в социологии, но не желает утруждать себя поиском объективных закономерностей, которые только и делают её подлинной наукой. Поэтому практическая ценность современных социологических исследований, с точки зрения реальных интересов общества в той или иной конкретной стране, настолько низка, что политики вообще не придают им никакого значения, осуществляя свою социально-экономическую политику. Иногда такая политика даёт положительные результаты, иногда – нет, но социологическая наука здесь ни при чём.
Однако в настоящее время в жизни народов, населяющих Западную Европу, наступил момент, когда от науки требуется понимание внутреннего механизма процессов, происходящих в социально-экономической сфере, определение степени опасности для этой сферы, создаваемой миграцией массы людей с совершенно иным, чем у европейцев, отношением к труду, предложение конкретных мер по нейтрализации этой опасности. Прежняя общепринятая методология в данном случае оказалась совершенно бесполезной. Поэтому назрел вопрос о формировании новой социологической парадигмы, то есть о превращении социологии в подлинную науку, позволяющую давать политикам рекомендации, реализация которых способна привести к положительным результатам.
В данном случае начать надо с определения объективно существующей материальной основы всего процесса общественного развития, которое человеческое общество вполне может принять как неопровержимую аксиому научного знания о нём самом. Говоря иными словами, ради постижения истины при рассмотрении конкретной социальной проблемы мы должны применить метод научной дедукции, с которым люди чаще всего знакомы только по туманным рассуждениям небезызвестного литературного героя произведений Артура Конан Дойла, но который в реальности не имеет альтернативы ни в одной серьёзной науке. Суть его состоит в том, что для познания частных явлений материальной действительности необходимо прежде установить общую объективную закономерность, порождающую эти явления, а затем выявить внутренние механизмы конкретного проявления этой закономерности на основе изучения реально существующих причинно-следственных связей.
Человек, как известно, состоит не из одной только души. Он – продукт развития природы на определённой стадии её развития, часть этой природы, вне которой он просто не может существовать. Совершенно объективно в основе жизни людей лежит удовлетворение ими наиболее существенных потребностей (в пище, одежде, жилье и пр.). Человек вынужден удовлетворять эти потребности, осуществляя для этого соответствующую деятельность. Основным содержанием такой деятельности является труд, то есть добывание средств к существованию путём материального преобразования окружающей природной среды. Одновременно в процессе труда происходит также и преобразование человеком себя самого. В результате у него появляются новые потребности, которые непрерывно возрастают и требуют дальнейшего совершенствования трудовых усилий. Следовательно, основой развития человеческого общества, как процесса непрерывного возникновения всё новых разнообразных потребностей людей и удовлетворения этих потребностей, является рост производства материальных благ. Можно, конечно, подобно американскому философу Генри Торо, попытаться жить в лесу «как птицы, даром божьей пищи», но желающих я пока не встречал.
Рождаясь и вырастая в определённом конкретном социуме, человек не выбирает себе этот социум, а принимает его как данность, которую он не может изменить и к которой вынужден приспосабливаться. На него, как и на социум в целом, распространяется не некий, а вполне определённый всеобщий закон, столь же объективный, как и законы неживой природы. И нарушить этот закон столь же сложно, как, например, нарушить закон всемирного тяготения. Но, как это ни парадоксально, с тем, с чем, не задумываясь, вынуждены считаться обычные люди, не хотят считаться корифеи общественных наук. Причина проста – впервые вывел и изложил в общих чертах данный закон человек, само имя которого у вышеназванных «корифеев» вызывает психологическую идиосинкразию – Карл Маркс. Понять их можно – не могут они простить Марксу того, что свои основные открытия он использовал для обоснования утопической доктрины революционного преобразования общественных отношений, практическое применение которой привело к глобальным трагическим последствиям. Но опровергнуть сами эти открытия они не могут, в том числе и то, о котором пойдёт речь ниже.
В написанной совместно с Ф. Энгельсом рукописи «Немецкая идеология» (1845 г.) Маркс сделал фундаментальный вывод. Этот вывод гласит, что, одновременно с развитием производительных сил общества, ростом удовлетворения важнейших потребностей людей и увеличением разнообразия этих потребностей, «у каждого появляется какой-нибудь определенный, исключительный круг деятельности, который ему навязывается и из которого он не может выйти… Это закрепление социальной деятельности, это консолидирование нашего собственного продукта в какую-то вещную силу, господствующую над нами, вышедшую из-под нашего контроля, идущую вразрез с нашими ожиданиями и сводящую на нет наши расчеты, является одним из главных моментов во всем предшествующем историческом развитии. Социальная сила, т. е. умноженная производительная сила, возникающая благодаря обусловленной разделением труда совместной деятельности различных индивидов, – эта социальная сила, вследствие того, что сама совместная деятельность возникает не сознательно, а стихийно, представляется данным индивидам не как их собственная объединенная сила, а как некая чуждая, вне их стоящая власть, о происхождении и тенденциях развития которой они ничего не знают; они, следовательно, уже не могут господствовать над этой силой, – напротив, последняя проходит теперь ряд собственных фаз и ступеней развития, не только не зависящих от воли и поведения людей, а, наоборот, направляющих эту волю и это поведение»[ii]. Приведённое высказывание без преувеличения можно назвать ключом к пониманию сущности социальных противоречий, социальной жизни общества в целом.
Именно общественное разделение труда, как сущность и содержание всеобщего процесса исторического развития человеческой цивилизации, выступает в качестве основного социального закона, без учёта которого любые социологические исследования остаются совершенно бесполезными для общества. Именно оно делает социум живой системой, жизнеспособным социальным организмом, внутри которого человек, с целью удовлетворения своих потребностей, вступает в функциональные связи с другими людьми, осуществляя востребованную этим социумом общественно полезную деятельность[iii]. И когда мы, понимая это, возвращаемся к нашей конкретной проблеме, то есть пытаемся применить к ней дедуктивный метод, то сразу задаём себе вопрос: как современное европейское общество, в качестве сложнейшей системы разделения труда, может отреагировать на вторжение извне массы мигрантов с чуждыми этому обществу стереотипами социального поведения?
Первое, что в данном случае нам бросается в глаза, – это сам факт миграции. В истории человечества миграция всегда присутствует как одно из стихийных проявлений процесса общественного разделения труда. Миграционный обмен населения между различными территориями, в качестве массового социального феномена, может носить как естественный, так и вынужденный характер. Естественная миграция представляет собой специфическое разделение труда между местными уроженцами и мигрантами. Она является одним из желательных условий разностороннего социально-экономического и культурного развития как отдельных регионов, так и целых стран. Естественная миграция позволяет преодолевать однобокий характер развития производительных сил там, где неравномерно развиты различные отрасли совокупного общественного производства. Ведь формирование на конкретной территории новых производств и необходимой для их функционирования инфраструктуры невозможно без привлечения из других местностей и регионов соответствующих специалистов, если подготовка таких специалистов на месте реально неосуществима. Одновременно общество заинтересовано и в миграции дополнительной рабочей силы в те районы, где в этой силе существует потребность. Поэтому пространственный обмен населения, происходящий в форме естественной миграции, представляет собой одно из существенных условий общественного прогресса.
Иное дело – миграция вынужденная. Массовая нерегулируемая миграция населения чаще всего порождается тяжелыми условиями жизни людей, вооруженными конфликтами, экономическими, политическими и экологическими кризисами, поражающими большие территории. Подобная миграция, не вытекающая органически из процесса общественного разделения труда, чаще всего лишь усугубляет общественные проблемы, способствует обострению прежних и появлению новых социальных противоречий в тех местах, куда она направлена. Она неизбежно приводит к существенным деформациям в социальной структуре. Вопрос, однако, в том, способно ли общество адаптировать мигрантов, то есть обеспечить их массовое включение в существующую социальную систему? Одним из примеров такой способности, является приём Соединёнными Штатами Америки в 1881-1925 гг. огромной массы (более 4,5 млн.) евреев из России и Восточной Европы. Несмотря на существенные трудности социальной адаптации, эти люди, в их основной массе, не только сумели найти своё место в жизни американского общества, но и существенно способствовали его дальнейшему процветанию. Другой, более близкий пример подобного рода, – миграция в Израиль более миллиона евреев из бывшего СССР и стран, образовавшихся после его распада. Но я в данном случае привожу в пример людей, способных и желающих адаптироваться, вписаться в социальную структуру и стать неотъемлемой частью общества.
Сегодня в Западной Европе мы видим в качестве мигрантов совсем других людей. У беженцев из мусульманских стран, в их основной массе, нет ни желания, ни образования, ни трудовых навыков для того, чтобы органически включиться в систему общественного разделения труда. Но зато у них есть желание изменить общественную природу принимающих их стран, приспособить приютившее их общество к своим потребностям, заставить коренных жителей этих стран привести свою жизнь в соответствие со своими традиционными стереотипами поведения, нравами, религиозными воззрениями. Мы видим, что европейская цивилизация ныне столкнулась с ситуацией, когда возникшие перед ней исторические обстоятельства всерьёз проверяют её на «прочность». И уже всё громче звучат пессимистические голоса о её безрадостных перспективах.
Пессимисты, однако, не хотят видеть главного. Система общественного разделения труда, которая к настоящему времени сложилась в Западной Европе, является чрезвычайно прочной и жизнеспособной. Чрезмерная либерализация, абсолютизация свободы, иногда доводимой до весьма уродливых форм, декларируемые и распространяющиеся в европейских странах, затрагивают, главным образом, политическую сферу жизни этих стран. Основную массу жителей это мало интересует. Люди, прежде всего, хотят просто жить, работать, удовлетворять свои потребности в рамках тех социальных кругов, к которым они принадлежат. Демократия – вещь прекрасная, но накормить и одеть она не может. А для того, чтобы хорошо жить в европейской стране, надо хорошо работать. И европейская экономическая система в целом неплохо справляется со своими задачами, обеспечивая жителям возможность довольно комфортное существование. Везде, конечно, в разной степени, но в целом – эффективно, особенно по сравнению со странами т.н. «третьего мира». Разрушить эту систему практически невозможно, разве только в случае новой мировой войны, о которой лучше не думать. Её основу составляют десятки, если не сотни миллионов людей, занимающих специфические рабочие места, каждое из которых требует соответствующей квалификации. Производственные и социальные связи между этими людьми, опять-таки обусловленные их потребностями, достаточно прочны, а механизмы обеспечения таких связей, на защиту которых направлены основные усилия государственного аппарата в каждой отдельной стране, хорошо налажены. И вот против этой махины – несколько миллионов мигрантов, не желающих считаться с экономическими, юридическими и моральными нормами, которые приняты приютившими их народами.
Идея массовой «исламизации» европейского цивилизованного мира возникла, конечно, не в головах беженцев-мусульман. Она явилась естественной реакцией многочисленных мусульманских богословов на «информационную войну», спонтанно ведущуюся этим миром против их традиционных ценностей в области религии, морали, семьи, быта, социального поведения. Закрытое прежде восточное общество, в исторически короткий период получило, благодаря Интернету, шокирующе огромный объём информации о жизни в странах «золотого миллиарда». Для фанатично верующего мусульманина ныне совершенно непонятно, почему он, соблюдающий все требования священного Корана, в материальном плане живёт многократно хуже «неверных», купающихся, по его понятиям, в роскоши. Где справедливость, завещанная пророком Мухаммедом, которая должна исходить от Аллаха? Ведь с точки зрения ислама всё должно быть наоборот. Тот факт, что в основе благосостояния людей лежит производительный труд, в массовом сознании мусульман практически игнорируется, поскольку в Коране и опирающихся на него богословских трудах главные обязанности человека (молитвы, соблюдение законов Шариата и т.п.) никак с таким трудом не соотносятся. Таков уж менталитет основной массы мусульман, сложившийся на протяжении более чем двенадцати столетий
Идеологи исламизма, в своём стремлении спасти свой мир от угрозы разрушения, которое, по их мнению, исходит со стороны общества, производящего и потребляющего всевозможные материальные блага, хорошо понимают бесперспективность силового противостояния с этим обществом. Поэтому они взяли на вооружение идею завоевания последнего изнутри посредством массовой экспансии в страны Запада, создания там многочисленных мусульманских общин, усиления давления на «слабую» демократию. Конкретно это должно выражаться в повсеместном строительстве мечетей, в пропаганде исламского образа жизни, в выдвижении всевозможных настойчивых требований к государственным институтам, связанных с секторальными интересами мусульман. Особенно популярна среди последних идея демографического давления, обусловленного высокой рождаемостью в их среде, которая резко контрастирует с рождаемостью в среде коренных европейцев. Завоевание демографического большинства, по мнению исламистов, рано или поздно позволит мусульманским общинам получить доступ к государственной власти в тех или иных странах Европы, подчинить себе остальное население этих стран, распространить на него законы Шариата, а в конечном счёте – перераспределить в свою пользу национальное богатство.
Но что же они могут в реальности, эти мигранты восточного происхождения? Мы уже знаем, что они способны устраивать демонстрации, поджигать автомобили, нападать на беззащитных прохожих, запугивать отдельные группы населения, в частности, религиозных евреев, иногда терроризировать целые кварталы и даже населённые пункты. В возникающих как грибы мечетях их призывают к джихаду муллы. Среди них встречаются исламские фанатики, периодически устраивающие устрашающие террористические акты в разных городах Европы. Всё это – чисто деструктивная деятельность, которая, однако, не способна сколько-нибудь существенно подорвать экономическую систему в целом. Существует, правда, необходимость оказания мигрантам социальной помощи, без которой они просто не могут существовать. Но система пока с такой нагрузкой справляется и в Германии, и во Франции, и в Великобритании, и в скандинавских странах.
Необходимо признать неоспоримый факт – большинство нынешних мигрантов, наводнивших наиболее развитые европейские страны, по своей социальной сущности – маргиналы, то есть люди, находящиеся вне социальной структуры, не имеющие стабильных источников существования, живущие за счёт подачек со стороны государства и благотворительных организаций. Соответственно у них нет реальных рычагов для давления на политическую систему. Спасает их то, что сердобольные европейцы, в лице своих либеральных лидеров, пока прислушиваются больше к голосу своей гипертрофированной совести, чем к рациональным аргументам экономистов. Но ведь социальная справедливость вовсе не означает, что трудящиеся должны за счёт своего благосостояния кормить огромную массу непроизводительного населения.
Материальные ресурсы даже самых экономически развитых европейских стран действительно не безграничны. Однако власть предержащие опасаются, что уменьшение расходов на помощь мигрантам-мусульманам, у которых синдром толпы выражен на порядки более остро, чем у цивилизованных европейцев, приведёт к усилению их деструктивной активности. «Болезнь», в данном случае, пытаются загонять внутрь, вместо того, чтобы её лечить. Противостояние мигрантов и государства может продолжаться годами, вызывая всё большую социальную напряжённость, но взрыв сам по себе не произойдёт, поскольку силовые ведомства государства всегда найдут возможность его пресечь.
Для того же, чтобы приобрести реальный экономический и политический вес в европейском обществе, мигранты должны проникнуть внутрь социально-экономической системы, стать её необходимым структурным элементом, то есть включиться в процесс совокупного общественного производства. Но тем самым им придётся отказаться от попыток уничтожить данную систему. Не смогут они и подчинить её себе, поскольку для этого надо заменить европейцев на тех местах в системе разделения труда, которые требуют наиболее высокой квалификации.
Самое реальное для нынешних мигрантов и, одновременно, самое приемлемое для европейских государств решение данной проблемы в целом, предполагает в первую очередь учёт основного социологического закона – закона общественного разделения труда. На практике это означает постепенное создание для мигрантов определённой социальной ниши – совокупности сфер трудовой деятельности, в рамках которых эти мигранты смогут стать полезной частью общества и, одновременно, самостоятельно обеспечить себе удовлетворение важнейших потребностей.
Наглядным примером, в данном случае, может служить процесс социальной адаптации арабского населения в Израиле. При всей своей едва ли не массовой «нелюбви» к евреям, израильские арабы, в своём большинстве, неплохо приспособились к жизни в стране, которая по такому важнейшему параметру, как качество жизни населения, мало в чём уступает странам Западной Европы. Определённая их часть достигла относительно высокого положения таких сферах, как экономика, здравоохранение, образование. Но основная масса арабов занята в той социальной нише, которая оказалась наиболее доступной для них. Именно арабы, а вовсе не евреи, составляют основную массу рабочих, строящих дома, прокладывающих дороги, вывозящих бытовой мусор, водящих большегрузные автомобили и т.д. Поэтому, хотя арабы-мусульмане в Израиле составляют немногим менее 20 процентов населения, что значительно выше процента мусульман в составе населения Германии, Франции, Великобритании, они не представляют собой, как социально-этническая и религиозная группа, сколько-нибудь серьёзной опасности для общества и государства. А те акты арабского террора, которые иногда наблюдаются в Израиле, осуществляются преимущественно жителями Палестинской автономии и Восточного Иерусалима, не являющимися израильскими гражданами.
Здесь, правда, следует сделать существенную оговорку. Социальная адаптация израильских арабов происходила постепенно, на протяжении нескольких десятилетий, причём охватывала не мигрантов, а постоянных жителей страны. У государств Западной Европы такого запаса времени нет. Поэтому оптимальное решение проблемы социальной адаптации мигрантов предполагает, прежде всего, создание значительного числа новых рабочих мест, причём именно в тех сферах общественного производства, куда наименее охотно идут коренные жители. Ведь формирование стабильной социальной ниши для массы новых жителей в исторически сжатые сроки предполагает, во-первых, целенаправленное вложение материальных и денежных ресурсов в сферу трудоустройства, во-вторых – предотвращение межэтнических конфликтов по поводу конкуренции за одни и те же рабочие места, в-третьих – прочную привязку корзины социальных льгот к трудовой деятельности мигрантов. Процесс этот может быть довольно долгим, но реальной альтернативы ему просто не видно, если не считать полицейских мер и дальнейшего увеличения расходов на материальную помощь мигрантам.
Подытоживая вышесказанное, можно с уверенностью утверждать, что в тех странах Западной Европы, где государство примет серьёзные и грамотные долгосрочные меры по трудоустройству мигрантов, не произойдёт никакой «исламизации». Европейское общество вполне способно в обозримом будущем адаптировать мусульманское меньшинство, поскольку никакие религиозные, идеологические и социально-психологические установки, изначально присущие пришедшим в Европу беженцам из арабских стран, не отменят для них необходимость своим трудом «добывать хлеб насущный».
Самуил Виноградов
Цитированная литература
[i] Сорокин П. А. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. С. 310.
[ii] Маркс К., Энгельс Ф. Избранные сочинения. В 9-ти т. Т. 2. Москва, 1985. С. 31.
[iii] См. Виноградов С. А. Общая социология. Алматы, «Гылым», 1995 г. С. 11-23.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..