среда, 2 октября 2013 г.

ХАМСИН рассказ



 Изложу вкратце биографию Софы Лурье. Год рождения 1925-й. 1937 год — полное сиротство. Родители Софы за иллюзии разные остались без права переписки с миром живых. Девочку бабушка увезла в местечко неподалеку от Минска. Началась война. Бабушку сразу убили, а Софе удалось в лес убежать от фашистов. Три года она жила в лесу с разными людьми. Сначала были красноармейцы, отступающие неизвестно куда, затем партизаны. Партизаны не очень старались воевать. Хватало забот и без стрельбы, но потом Большая земля прислала командира. Вот тогда Софа ратному делу обучилась вполне. Ее всегда брали на «железку» и в разведку часто посылали. Софа на еврейку не очень была похожа и ростом не удалась. Ее за подростка принимали не только чужие, но даже свои. А она уже была настоящей девушкой. Влюбилась в одного еврейского парня из города Витебска и даже забеременела и родила, но ребеночек Софы жил недолго, а его отец погиб на фронте в самом конце войны.
Больше никогда семьи и детей у Софы Лурье не было. А было разное, даже строительство Братской ГЭС, работа с геологами в Якутии, а потом на сейсмических станциях Чукотки... С годами Софа устала колесить по России и выбрала для места жительства и работы небольшой город в Липецкой области.
Там и состарилась, и вышла на пенсию работником регистратуры местной поликлиники.
Вот и вся внешняя канва жизни Софы Лурье. Но даже старушкой осталась она бродягой в глубине души, а потому, когда появилась возможность уехать в Израиль, она этой возможностью воспользовалась сразу, не раздумывая.
— Арончик! Если хочешь знать, хамсин в переводе с арабского на другие языки — половина, пятьдесят, полтинник. Это значит, когда дует жаркий ветер под таким названием — человек наполовину жив, а на другую — мертв. Особенно если человеку далеко за семьдесят, а денег на кондиционер у него нет и не будет.
— Можешь сумочку не открывать, - разрешает охранник.
— Нет, — спорит Софа, щелкая замочком. — Порядок есть порядок. Тебя зачем сюда поставили? Чтобы следил за террором.... Как ты думаешь, когда этот ужас прекратится?
— Хотел бы я знать, — говорит Арон — высоченный, бритый наголо парень лет тридцати.
— В нашей стране, тьфу-тьфу не сглазить, землетрясений всяких, наводнений и торнадо не бывает, — продолжает разговор Софа Лурье. — Зато нас регулярно посещает террор и Хамсин.
— Это точно, — кивает Арон.
Огромный торговый центр в час этот ранний свободен от покупателей. А Софа в такую жару первая у стеклянных дверей.
— Сейчас включат фонтан, — говорит она. — Очень мне нравится этот момент. Мне вообще нравятся моменты включения. Вот электричество. Очень люблю баловаться со светом: включишь — выключишь, выключишь — включишь. Соседи наверняка думают, что я сумасшедшая. Скажи, Арончик, ты так не думаешь?
— Нет, — улыбается охранник, — Иди, а то опоздаешь.
— Ты меня не гони, — сердится старушка. — Без тебя знаю, когда идти. Делай свое дело и не учи старших.
У охранника нет дедушек и бабушек, а он о стариках мечтал в детстве, потому к Софе относится нежно.
— Что за моду взяли — оболваниваться, — продолжает атаку Софа. — Что за стрижка такая?! Ты, Арон, с такой прической никогда не женишься— И перестань зубы скалить. Я вижу, что они у тебя собственные.
У фонтана она на часы смотрит. Через минуту включат воду, а вместе с ней жизнь. Старушка убеждена, что жизнь можно включить и выключить. Вот и ее собственную тоже когда-то включили, а придет срок — выключат.
Дышится в центре замечательно, а тут еще и фейерверк водный. Сегодня струи кажутся Софе зеленоватыми. Вчера были совершенно голубые, а сегодня цвета молодой травы.
Сейчас она купит газету. Устроится на скамейке у фонтана и прочтет «шуршалу» от корки до корки. Это она так все газеты называет — «шуршалами», А фонтаны, кстати, шампанью... Нет, сегодня она не будет торопиться с чтением, а сначала выпьет кофе с булочкой,
Для этого нужно подняться на второй этаж. Кафе на втором этаже открывается первым. Там работает девушка — Катя. Высокая, статная, красивая девица. Кате нравится Софа, а Софа любит Катю, как родную. Вообще-то она с возрастом мудрой стала и позволяет себе любить только тех, кому нравится сама. Вот улыбнется кто-нибудь Софе, а она уже этого человека любит с первого ласкового взгляда.
— Хочешь кофе - капуччино? — спрашивает Катя.
— Нет, это дорого. Ты что думаешь, я миллионерша?
— За мой счет.
— Еще лучше! Меня здесь за нищую держат. Черный — и не думай бросить сахар.
— У тебя очень тяжелый характер, — говорит Катя.
— Это для тяжести. Я сама-то ничего не вешу. Глядишь — улечу, как воздушный шарик. А с тяжелым характером земля держит.
Они смеются. Потом старушка рассказывает Кате содержание очередной серии телефильма. Девушке некогда смотреть телевизор. Она по дискотекам бегает.., Потом Софа пьет свой кофе с булочкой и читает отложенную «шуршалу». Это очень приятно: пить горький кофе и шуршать газетой.
— Ты слышала! — кричит Софа. — Этот Лернер почти во всем сознался!
— Кто такой Лернер? — спрашивает Катя от стойки бара.
-   Твое невежество возмутительно! Это ужасно! — шумит старушка.
— Почему? — улыбается Катя. — Я знаю тебя, знаю своего парня, знаю подруг и родителей. И мне хватит. Зачем мне этот Лернер?
«И действительно, — думает Софа. — Зачем он ей? Пусть так и живет без лишних имен в памяти».
Газета прочитана и кофе выпит. Софа прощается и уходит к местечку укромному, тайному. Здесь поджидает старушку особое удовольствие: действующий макет железной дороги. Всего лишь за шекель она творит чудо.
Все оживает за стеклом. Вспыхивают огни станций, поднимаются шлагбаумы, выходят на луг коровы и овцы, мелькают по трассе автомобили. И все это по ходу веселого поезда. Он совсем как настоящий. И звуки от бегущих вагонов настоящие, и эхо в горах настоящее, и глухой перестук колес в туннеле настоящий... Нравится Софе один дом с островерхой черепичной крышей на склоне горы, у леса и зеленого луга, на котором пасутся овцы. В этот дом она сама себя селит, и даже на звук выходит из дома к поезду, и машет платком пассажирам в вагонах. Этих пассажиров не видно, но они есть, потому что без них всякое движение под стеклом теряет смысл.
В прошлом мало что радовало Софу. Там горели дома, погибали люди и взрывались поезда. В Израиле мир ей казался ненастоящим, будто был он под броней стекла и оснащен могучим кондиционером. Мир этот и сам был похож на огромный торговый центр. Старушку только террор пугал, и, когда она видела на экране телевизора развороченные автобусы, ей начинало казаться, что проклятая война будет преследовать ее до последнего часа.
У автомата Софу находит еще одна знакомая — Люба из Новгорода. Люба здесь работает на уборке туалетных комнат. Она всегда ищет Софу, чтобы пожаловаться на жизнь. Любе своя жизнь в Израиле совсем не нравится.
— Все играешься, — говорит она Софе, остановив тележку свою у стены. — Старый и малый — один интерес. Понаставили тут грабиловок этих. Ты только подумай: две минуты шекель, а родителям ~ плати. Тут на каждом шагу. Вон на первом этаже придумали трясучку - космическую кабину. Душу вынимают. А люди платят за ощущение. Ты не вздумай попробовать — сразу инфаркт.


Люба - мать-одиночка. Двое детей у нее — школьники. Люба думала, что в Израиле сразу замуж выйдет. (Люди там живут добрые и детей любят — даже чужих.) Но женихи не торопились. Так, побаловаться, сколько угодно, а с серьезными намерениями — никого.
Софа знает, для каких слов Люба ее ищет, и произносит эти слова. Она говорит, что все мужики — сволочи, что дети у Любы замечательные и выглядит она в хамсин почему-то всегда лучше, чем в нормальную погоду.
— Тебе в жару больше тридцати пяти никогда не дашь, — говорит Софа.
— Да я и сама замечаю, - охотно соглашается Люба.
Она больше не ругает новое место постоянного жительства, а начинает рассказывать о детях, особенно о сыне-вундеркинде, талантливом математике.
— Выучится, ученым станет, — говорит Софа. — Будет виллу иметь у моря, машину «форд» и даже яхту, а ты при нем — с внуками.
— Ты скажешь, — улыбается Люба. – Ну, заболталась я с тобой, пойду — работа.
К этому часу открывается мебельный салон. Там и отдохнуть можно. У Софы в салоне тоже знакомые есть. Она устраивается на мягком диване. Здесь тихо, уютно. Покупатели не скоро появятся. И Софу не трогают даже тогда, когда, сбросив туфли и свернувшись калачиком, она засыпает. Старушка так мало весит, что диван ничуть не прогибается под ней. Иногда ее укрывают пледом.
Софа натягивает плед на голову — и тогда будто и нет никого в салоне, на мягкой мебели, — один плед.
Часам к пяти в торговый центр собирается народ. Других особенных развлечений нет в городе. А здесь все: от картинной галереи до многозального кинотеатра. Огромный магазин становится другим, и Софе начинает казаться, что все его шумные этажи, залитые светом, уже не ее собственность,
Старушка уходит. Живет она неподалеку, занимает комнату в двухкомнатной квартире с салоном. Соседка ее сама в возрасте, но много работает по уходу за больными людьми. У соседки дочь осталась на Украине. Живет там плохо и бедно, и мать регулярно пересылает ей доллары из своей скудной зарплаты.

Соседка приходит поздно. К этому часу старушка, как правило, уже спит, укрывшись простыней и сжимая в кулаке медаль того юноши из Витебска — отца ее исчезнувшего навсегда ребенка. Больше ничего не осталось Софе на память, и она сжимает в кулаке эту медаль всю ночь, потому что иначе ей начинают сниться ненужные сны о войне: о гибели бабушки, о зимнем, голодном лесе. Ей снится ужас рукопашной у станционного депо и железнодорожный состав, летящий в пропасть... Все то, рядом с чем жаркое дыхание хамсина всего лишь невинное баловство капризного ветра пустыни.

ПОДЗЕМНЫЙ ИЕРУСАЛИМ


 Подземный Иерусалим необыкновенно интересен. Он подлинный. Власть иноземцев не смогла изменить его сути. Тот, кто не видел пещер, тоннелей, колодцев Иерусалима, не сможет понять Вечного Города.
 Перед  вами рассказ о Силоамском тоннеле, прорытом почти три тысячи лет назад.

                                     ПЯТЬСОТ ШАГОВ
 
   Не знаю, как это все было. Мало того, никто знать этого не может. Вернее всего, дело происходило совсем не так, без всех этих дурацких красот и конфликтов, придуманных автором. Но кто знает…. Мы и сегодня живем в иллюзорном мире. Будущее представляется нам совсем не таким, каким оно случится, значит и прошлое наше иллюзорно. Мы слышим только его слабое эхо. Вот и попробуй догадаться, как выглядел источник звука.
 Дети старика умерли раньше своего часа, и он жил вместе с внучкой. В положенный час девица влюбилась, и в нее влюбился избранник сердца, но старик не дал согласия на брак, потому что соблюдал обычаи. А обычай его рода запрещал семейные узы между черноволосыми и рыжими.
 Черными, как смоль кудрями, отметил Бог внучку старика, а рыжей шевелюрой объект ее нежных чувств.
 Черные и рыжие могли  жить вместе, но скрещиваться права не имели. Кто-то когда-то решил, что дети от таких браков получатся неудачными, больными  и тупоумными. И род старика вовсе не хотел такого продолжения своей судьбы.
 Слово деда несчастной внучки было законом в том месте, где он жил. Старик первым остановился там, куда следом за ним пришли другие. Раньше он водил свой род по пустыне от одного колодца до другого. Движение было обычаем племени старика. Считалось, что только кочевники живут в родстве с небом, не копят земных богатств, не становится объектом зависти и ненависти соседей, и не бывают измученными рабами земли.
  Старик совершил грех. Он восстал против этого обычая вечной дороги, мучимый болезнью. Восстав, он поклялся, что больше никогда не отступит от правил, дарованных его роду предками.
      Старику было трудно дышать внизу, в долине. Неизвестно, что заставило больного, немощного  человека найти в себе силы, чтобы подняться в горы. Но там он вздохнул полной грудью и решил, что только здесь он построит свой дом, неподалеку от того места в пещере, где бил из-под земли ключ чистейшей воды.
 Старик, как и положено, привел за собой свой род. И другие сообщества разных людей, кому опостылела вечная дорога, последовали   за ним. Так в окрестностях источника выросло значительное поселение. Первое, настоящее имя того города нам неведомо. Известно только, что в переводе оно значило: Место, Где Дышится Легко.
 Люди в те давние времена враждовали точно так же, как и теперь. Город невольно накопил разного рода богатства и стал приманкой для соседей. Глупцам казалось, что они станут и богаче и сильней, если разграбят то Место, Где Дышится Легко.
 Жителям города надоели злодейские набеги соседей, и они решили построить вокруг своих домов стены, способные задержать врага.
 Старик, основавший город, сказал всем, что не следует торопиться. И только по одной причине: население в месте, Где Дышится Легко, выросло многократно, а нового источника воды так и не было обнаружено. К старому ручью, даже ночью, стояли длинные очереди женщин с глиняными кувшинами.
 К  очередям этим все привыкли. Они, как и всюду в том мире, стали  местом для развлечений. Женщины на пути к водопою чесали языки, перемалывали друг другу косточки, вместо того, чтобы заниматься детьми и давать им знания, необходимые в том городе по принятому в древности Закону.
-         Нужно искать воду, - говорил старик. – Где-то близко должен быть настоящий источник, способный напоить весь город быстро и легко.
  Но и в те годы далеко не всегда прислушивались люди к голосу здравого смысла. Они торопились жить, а для спешки легко найти оправдания. Старика обвинили в том, что он, чуть ли не в сговоре с врагом, хочет оставить город без защиты.
 Старику кричали прямо в лицо обидные слова, и он отступил. Он вообще перестал разговаривать с людьми и с тех пор беседовал только с Богом во время молитвы.
 Горожане, без промедления, приступили к строительству. Камня вокруг было предостаточно, и вскоре Место, Где Легко Дышится, окружила высокая стена.
 Люди спокойно трудились на полях вокруг города, а вечером возвращались под защиту могучих стен, запирали деревянные ворота, обитые медью, и спали спокойно и крепко. Спокойный и крепкий сон нужен пахарю не меньше, чем плоды и зерно.
 Так шли годы. Мужчины трудились в поле. Женщины стояли в долгих очередях у источника, а дети, мальчики и девочки, росли, чтобы со временем стать землепашцами или поставить на плечо высокий глиняный кувшин с водой.
 В одну из дождливых, зимних ночей к возведенным стенам подошел хорошо вооруженный враг. и, не дожидаясь рассвета, бросился на штурм города. Атакующих торопил проливной, холодный дождь, солдатам нападавших хотелось быстрей оказаться под крышей.
 Враги яростно штурмовали стены крепости и били тараном в медные обручи ворот города.
 Но люди на стенах любили то Место, Где Дышалось Легко, и они защищали свой город изобретательно и отважно.
  Дождь прекратился, стало жарко, и теперь враги штурмовали неприступную крепость, мечтая спрятаться в тени домов за крепостными стенами. Взаимное озлобление росло с каждым днем, с каждым убитым. И когда достигло оно пика, когда стало ясным, что не будет пощады побежденным, наступила развязка.
 Солнце тоже не знало жалости и пило воду единственного источника быстрее, чем люди – защитники города. Тонкая и ломкая струя вожделенной влаги уже не могла напоить всех. Нехватка воды мучила горожан сильнее, чем стрелы и мечи врагов. Люди, внутри крепости, стали умирать  от жажды, и от неведомых болезней. 
 Казалось, городу пришел конец. Но враги за стенами страдали не меньше, чем защитники Места, Где Дышалось Легко. В один прекрасный день враг исчез так же тихо и незаметно, как появился.
  Старик, первым поставивший свой дом в городе, не умер . И внучка его осталась жива, и ее избранник – рыжий парень не погиб, защищая город. Молодые любили друг друга по-прежнему, и терпеливо ждали, когда мир вокруг подобреет и станет мудрей.
 Горожане, после осады, решили, что всем им нужен царь: человек, на которого можно бы было возложить всю меру ответственности за происходящее. Будет царь и в случае беды не придется им долго спорить, кто виноват.
  Царя долго не могли выбрать. Спорили до хрипоты. Никто не хотел быть верховным вождем. Наконец, горожане бросили жребий и на обломке глины прочли имя того, кто первым пришел на Место, Где Дышится Легко.
 Старик сохранил живость ума и крепость характера.   Он только ослеп и стал весить не больше, чем птица-аист, свившая гнездо, сразу после ухода врагов, на одной из крепостных башен города.
 Люди с черепком пришли и сели на каменистую землю во дворе дома старика.
-         Ты теперь наш царь, - сказали они ему. – Хватит молиться. Город умрет без воды или враги его разрушат, когда вернуться. Скажи, что делать?
-         Искать воду, - сказал старик.
-         Внутри стен ее нет больше, - сказали люди.
-         Ищите за стенами, - сказал старик, поднялся и ушел в тень, под крышу своего дома.
 Враг разорил поля вокруг города. Дел было много, но горожане понимали, что без воды им больше не жить в том Месте, Где Дышится Легко.
  Однажды, в тишине звездной ночи, случайный прохожий услышал под землей шепот источника. Утром к скале под кручей пришли люди и совместными усилия сдвинули с места огромный валун.
 Струя голубой воды, всем на радость, ударила из расщелины в скале. Был праздник в городе. Людям казалось, что эта находка  обеспечила им и их детям счастливую и долгую жизнь.
 Когда все устали и стихло веселье, горожане пришли к царю, чтобы услышать от него слова одобрения и благодарности.
-         Вы рады тому, что нашли, как напоить   врага, - тихо сказал старик, но его услышали все. – Источник за стенами города – это не ваша жизнь, а смерть ваша.
-         Но ты сам послал нас туда на поиски воды! -  закричали люди. – Ты, царь, виноват во всем.
-         Стойте! –  поднялся старик, тяжело опершись на палку. – Вы забыли. Я предупреждал вас: нельзя торопиться с возведением стен крепости. Нужно было подождать немного. Найти сначала воду, а потом…
  Старик устал говорить громко, и ушел в свой дом под тень плоской крыши. Люди не уходили. Их не пугала жара. Воды теперь в городе было предостаточно. Люди страшились будущего. В будущем этом мог вновь появиться враг, для которого они нашли воду в пятистах шагах от неприступных стен города.
 Только на закате старик снова вышел к горожанам.
-         Что нам теперь делать? – спросили люди. – Переносить стены?
-         Нет, - сказал царь. – Вода уходит под землю. Нужно пробить для нее туннель под стенами крепости в город, а сам источник спрятать от глаз человеческих. У нас будет вода, а враг не получит ни капли.
-         Мы  не знаем, как пробить туннель в скале. Мы никогда не делали этого, - заскучав, сказали люди.
-         Мы никогда раньше не жили в городе, - сказал царь. – Мы никогда не жили вместе. Теперь мы только учимся жить за стенами, как народ. А народ должен уметь делать многое. Камень вокруг нашего Места, Где Дышится легко, мягок. Железо  крепче этого камня. Вы сделаете из железа рубила, а из меди молотки. Пятьсот шагов не так много. Уходить в землю нужно с двух концов, навстречу друг другу. Двести пятьдесят шагов должен пройти каждый перед тем, как встретится.
 Так жители города – землепашцы – стали землекопами.  Было решено, вырубать туннель узким и невысоким, в рост человека. Воду плотиной отвели в сторону, чтобы не затопила она камнетесов.
  Один человек работал в туннеле посменно, в свете масляного светильника, а еще один выносил отработанную руду к  золоту дневного свету или к серебряному свету луны, потому что  горожане торопились, страшась прихода врагов, и работали даже ночью.
 Выбрать верный путь под землей невероятно трудно. Здесь необходимо особое искусство ориентации на звук. Горожане часто меняли направление работ, туннель уходил в сторону, петлял…. Двести пятьдесят шагов давно уже было пройдено, а рабочие так и не вышли навстречу друг другу.
-         Что нам делать? – спросили у царя.
-         Там, откуда мы пришли когда-то, живет племя людей, способных превратить пещеры в дома и храмы. Они мастера старые и опытные. Пошлите гонца с просьбой о помощи.
 Гонца послали. Он вернулся и назвал цену, назначенную людьми того племени великих каменотесов. Таких богатств, чтобы заплатить за работу, не было в городе.
-         Ищите двух слепых, - сказал тогда царь. – У слепых особенно развит слух. Они слышат лучше зрячих. Так распорядилась природа.
-         Ты слеп, - сказали люди царю. – Ты станешь одним из двоих.
-         Нет, - ответил старик. – В моих ногах нет силы. А потом я ваш царь и, если умру раньше времени, некому будет давать вам советы и отвечать за все ваши грехи.
 С ним согласились. Люди постепенно привыкали не спорить с царем. Слепых нашли без особого труда, но и эти несчастные люди в глухой темноте подземелья растерялись и не смогли выбрать верное направление.
 Тогда царь  собрал на площади всех горожан, чтобы решить совместно проблему туннеля. Люди собрались, долго спорили и кричали, но так и не придумали, как найти под землей верную дорогу навстречу друг к другу.
 Царь распустил народ. Все разошлись, но, когда площадь опустела, к старику приблизился рыжий горожанин, влюбленный в его внучку.
-         Я сделаю то, что нужно, - сказал он. – А ты, царь, отдашь мне в жены ту, которую я люблю.
-         Для этого дела необходимы двое, - сказал царь.
-         Я понимаю, - кивнул рыжий. – Второй станет твоя черноволосая внучка.
Старик долго думал. Он признавал всем сердцем святость обычаев, но понимал, что без воды Место, Где Легко Дышится обречено.
-         Пусть так, - думал старик. – Обычаи наши для жизни вечной, а города всего лишь на время. Пройдут века и люди забудут то Место, Где Дышится Легко. А потом я же обещал небу не грешить больше.
Тем временем, все чаще стали поговаривать, что враг собирает новые силы, и готов напасть на город. Старик позвал внучку, протянул руку и долго ощупывал ее лицо.
-         Сколько тебе лет? – спросил царь.
-         Много, -  ответила внучка.
-         Ты так и не нашла себе мужа? – спросил старик.
-         Я не искала его.
-         Твой любимый тоже состарился? – спросил царь.
-         Мы живем рядом, хотя и не вместе, - ответила внучка.
Старик вновь протянул руку и ощутил влагу на щеке немолодой девушки.
-         Ты плачешь, –  сказал он. – Хорошо, пусть будет так, как хочет твой рыжий.
-         Он уже не рыжий, - сказала внучка. – Он совсем облысел.
-         Тем более, - вздохнул старик. – Скажи ему, что вам двоим я поручаю закончить работу в туннеле. Ты и твой рыжий будете стоять позади камнетесов, и направлять их удары. Как только вода потечет в город, можете стать мужем и женой. Если вы найдете дорогу друг к другу под землей, значит и на земле вам быть вместе.
-         Спасибо, царь, - сказала внучка.
-         Я тебе не царь, - закричал старик. - Я твой дед.
-         Спасибо, дедушка, - сказала постаревшая девица, влюбленная в того, кто когда-то был рыжим, а теперь полысел.
 Потребовалось не больше месяца, чтобы выправить русло туннеля, найти путь друг к другу. Рабочие, по – прежнему, меняли друг друга, но все эти дни бессменно,  за спиной каждого из проходчиков туннеля, стояли внучка старика и ее возлюбленный.
 Потом люди говорили, что эти двое слышали не удары рубила по камню, а стук своих сердец. И на этот шум и шли навстречу друг другу. Но все это красивая сказка. На самом деле совершенно неизвестно, как людям из рода старика удалось пробить в камне подземный туннель, по которому хлынула за стены города чистая и холодная вода.
 В тот день, когда это случилось, умер царь. Старик давно решил, что умрет именно в этот день, чтобы не нарушать обычай, заповеданный ему предками, и не быть на свадьбе молодых, успевших состариться в ожидании счастливого момента.
 Мертвому старику смочили сухие губы водой из пробитого в камне туннеля. Он просил об этом в своем завещании.
 Люди Места, Где Дышится Легко, вновь по жребию, выбрали нового царя, и им оказался суженый внучки старика.
   Всем в городе было безразлично, что прежде он был рыжим, а старый обычай запрещал брак людей этой масти с черноволосыми.  Обряд свадебный совершили над седой девушкой и лысым парнем. И все-таки эти двое еще удивили горожан, родив множество нормальных детей и дождавшись внуков и правнуков.
 То Место, Где Дышится Легко существует по сей день. Враги, на протяжении тысячелетий, не раз разрушали  великий город, но он упрямо восставал из пепла.
 Все неотвратимо менялось, кроме воздуха гор и туннеля, проложенного любовью рыжего и черноволосой девушки.
 Недавно  прошел те пятьсот шагов под землей по колено в холодной и чистой воде вечного источника. В свете фонаря  видел зарубки на стенах туннеля. Первые 250 шагов шли они справа налево, потом слева направо.  Видел тупиковые ниши, заделанные много тысяч лет назад, заметил лишние извивы пути. И только с того места, где за спинами рабочих появились те двое, подземная дорога становилась прямой, как стрела.

 Видел все это, потому и имею полное право рассказать Вам историю туннеля, старика-царя и влюбленных, ставших мужем и женой в том Месте, Где Дышится Легко. 

"РЕПРИЗА" - ДОКУМЕНТ ЭПОХИ


 Фильм не новый, но подобных лент так мало, что не грех пересмотреть его еще раз.

http://www.worldjewishtv.com/content/detail/927/

ДЕЛО ЛАВРЕНТИЯ БЕРИИ




Когда я писал сценарий о двойнике Лаврентия Берии, то старался узнать о самом маршале все, что было возможно. Вот, пожалуй, наиболее интересный и объективный, ка мне видится, материал об этом страшном и загадочном человеке.


перейти к обсуждению ...1
«Он мог стащить с шахматной доски фигуру противника»


55 лет назад, 26 июня 1953 года, в Кремле арестовали Берию, и тут же начался активный сбор компромата на лубянского маршала. Досье Берии изучал обозреватель "Власти" Евгений Жирнов.

"Раскрывало и выявляло политическое и моральное нутро"
В соответствии с отечественной традицией политического противника мало повалить. Его нужно как можно быстрее и эффективнее добить. Любое отступление от этого правила приводило к печальным для его нарушителей последствиям. К примеру, в 1946 году возглавлявшейся Ждановым "ленинградской группировке", костяк которой составляли выходцы из колыбели революции, удалось сместить с поста секретаря ЦК ВКП(б) Маленкова и взять под контроль всю кадровую политику партии. Но добивать отправленного на хлебозаготовки Маленкова они не стали. А он с помощью Берии вскоре смог вернуться в Москву, а после смерти Жданова нанес ответный удар — сфабриковал "ленинградское дело" и добился для оппонентов высшей меры наказания.

Именно поэтому не было ничего удивительного в том, что после ареста Берии Маленков, Хрущев и другие члены Президиума ЦК прикладывали максимум усилий для того, чтобы быстро, но по возможности законно избавиться от этого опытного и опасного противника навсегда. По всей видимости, основной расчет строился на эффекте неожиданного ареста — члены Президиума полагали, что эта операция сломит волю Берии, и он подпишет показания о своей направленной против партии и страны изменнической деятельности.

Но эти ожидания не сбылись, как и надежды на долгие изнурительные допросы. Судя по письмам Берии из камеры, он не на шутку испугался за свою жизнь, но вовсе не собирался сдаваться. Он твердо стоял на том, что все, что им делалось, делалось для блага страны. Причем вместе с теми, кто его посадил. Мало того, Берия требовал назначить комиссию Президиума ЦК, которой он сможет доказать свою полную невиновность.

Можно было надеяться на то, что сработает обычный в таких случаях инстинкт аппаратного самосохранения, и окружавшие Берию в давнем и не очень давнем прошлом чиновники, чтобы усидеть на своих местах, начнут открещиваться от него и сообщат в ЦК нечто, действительно компрометирующее лубянского маршала. Но сотрудники госбезопасности, военно-промышленного комплекса и прочих отраслей, которые курировал Берия, слишком хорошо знали ловкого Лаврентия Павловича и полагали, что он сможет вывернуться и отомстить всем своим врагам.

Так что даже те, кто по своей воле или по указанию свыше решались написать о злоупотреблениях Берии, как управляющий делами Совмина СССР Михаил Помазнев, приводили в своих записках мелкие факты, из которых дела не сошьешь: задерживал принятие решений, давал неверные указания по распределению квартир. Все это в лучшем случае тянуло лишь на служебную халатность, за которую высшая мера наказания не предусматривалась. В этой игре Берия вполне мог рассчитывать на успех. Ведь, возглавив НКВД СССР, он уничтожил всех тех, кто когда-либо выступал против него.

Однако бывшие соратники Берии по Президиуму ЦК применили блестящий прием, выдав желаемое за действительное. На пленуме ЦК Берию безо всяких на то оснований объявили врагом народа. И вскоре оказалось, что в годы репрессий Берия вспомнил и нашел далеко не всех своих недругов. Одним из забытых был ветеран госбезопасности Яков Мхитаров-Мрачный.

"Я бы хотел,— писал он секретарю ЦК Петру Поспелову,— довести до Вашего и до сведения Центрального Комитета нашей Партии о ряде фактов, связанных с вражеской деятельностью авантюриста Берии и его неразрывной составной части — Багирова М. Д. По тем обрывочным сведениям, которые доходят до меня, мне кажется, что многое из того, что в свое время раскрывало и выявляло политическое и моральное нутро Берия—Багирова, известно Центральному Комитету лишь частично или не полностью".

"Присвоение ценностей расстрелянных и осужденных"
Прежде всего Мхитаров-Мрачный раскрыл секрет быстрого взлета Берии в чекистской среде. Юный Лаврентий Берия стал доверенным лицом председателя Азербайджанской ЧК Багирова и являлся хранителем утаенного от государства "общака" — драгоценностей, конфискованных у арестованных и расстрелянных. Причем доверие было таким, что Берия распоряжался ценностями как и когда хотел.

"Еще в 1921-1922 гг. на чистке партийной организации АЗЧК, Председателем которой являлся Багиров, а фактически его заместителем — Начальником секретно-оперативной части — Берия, одной из сотрудниц (Кузнецовой Марией) Берия разоблачался в попытке изнасиловать ее в своем кабинете, но, получив решительный отпор и желая заставить ее замолчать, предложил ей драгоценное кольцо из числа хранившихся у него в кабинете в сейфе ценностей. Этот относительно "небольшой" штрих, но в те времена чудовищный по характеру и сигнализирующий о моральном облике чекиста падкого и способного на служебное преступление из-за обладания женщиной, был совершенно нетерпим на столь ответственнейшем посту. Но благодаря Багирову то дело было замято, а Кузнецова вскоре под благовидным предлогом уволена из органов".

Во время той же чистки выяснили, что главный помощник Берии в деле сбора ценностей — руководивший расстрельной командой комендант АзЧК — в прошлом служил у белых.

"Во время чистки партии обнаружилось, что главный комендант АЗЧК Жариков Александр в 1918-1919 годах был офицером Каспийской Военной Флотилии и за особую активность, приказом Командующего этой флотилией известного белогвардейского генерала Бичерахова награжден Георгиевским крестом за "особые заслуги". Известно, что "особые заслуги" офицерского состава Каспийской Военной Флотилии, а следовательно, и ЖАРИКОВА под командованием генерала Бичерахова могли выразиться в лютой расправе с большевиками... Несмотря на требования коммунистов исключить Жарикова из рядов партии, по настоятельному требованию Багирова—Берии он был оставлен в рядах партии и в органах, а всевозможные в дальнейшем его преступления (присвоение ценностей расстрелянных и осужденных) проходили безнаказанно".

Как следовало из воспоминаний Мхитарова-Мрачного, Жариков был не единственным соратником Берии с темным прошлым. Уже в начале 1920-х Берия предпочитал иметь в своем окружении людей, запятнанных проступками и преступлениями, о которых он знал, и благодаря чему мог легко манипулировать подчиненными.

"В 1921 году Берия—Багировым Начальником Иностранного Отдела (ИНО) АЗЧК был назначен Голиков Владимир, сын известного в Баку торговца предметами религиозного культа. Несмотря на многократные сигналы коммунистов, обсуждение вопроса на партсобраниях и на чистке партии об антипартийной сущности Голикова, несмотря даже на состоявшиеся постановления парторганизации об исключении его из рядов партии как "примазавшегося" к партии и затесавшегося в органы чужака, Берия—Багиров настойчиво требовали и добились сохранения его и в партии, и в органах на упомянутом выше ответственнейшем посту почти в течение десяти лет. Мало того, Голиков ими был введен в состав членов Коллегии АЗЧК-АЗГПУ. И только в 1928 году обнаружилось, что в период гражданской войны 1918-1919 годов Голиков был активнейшим белогвардейцем, Начальником белогвардейского карательного Отряда, предававшего своим отрядом огню и мечу крестьян-бедняков в Саратовской области. Отряд этот по своей свирепости был известен среди терроризованного им беднейшего крестьянства под названием "голиковцы". После упорного запирательства вначале, изобличенный фактами, документами и свидетельскими показаниями, Голиков признал свою принадлежность к белогвардейщине, был арестован и направлен в Тбилиси. Однако вместо заслуженного им расстрела, благодаря Берия, через некоторое время Голиков был освобожден и благополучно пребывает в Баку и в настоящее время".

Однако все это было слишком мелко для главного врага государства, каковым был объявлен Берия. Но в том же письме был факт, о котором не знали или позабыли члены Президиума ЦК. Как утверждал Мхитаров-Мрачный, Берия был агентом вражеской спецслужбы — контрразведки независимого Азербайджана. Старый чекист писал:

"Секретным отделом АзГПУ в 1929 году было обнаружено личное дело Берия, как агента, состоявшего на службе в муссаватской контрразведке. Оно демонстрировалось на партийных собраниях и активах АзГПУ, коммунисты которого требовали немедленного привлечения к ответственности Берия, явно проникшего в органы вражеского агента-провокатора, и БАГИРОВА, уличаемого в прикрытии этого вопиющего акта, а также преступных деяний и своих, и Берия".

Но, как утверждал Мхитаров-Мрачный, Берии помог полномочный представитель ОГПУ в Закавказье Станислав Реденс:

"Благодаря усилиям Багирова и Реденса и тех, кто ими был введен в заблуждение, Берия не только не был разоблачен, но стала усиленно распространяться версия Багирова о том, что "работал Берия в муссаватской контрразведке по заданию большевистской партии". Их обличителям же был пришит ярлык "групповщиков", почти весь состав органа рассеян и заполнен бесчестными, заведомо сомнительными чекистами".

Это уже было то, что надо. Считалось, что азербайджанские спецслужбы работали под контролем англичан, и значит, Берия — английский шпион. Осталось найти то самое дело.

"Он считал всех людей ниже себя"
Сразу найти следы документов не удалось. И потому сам Хрущев вызвал на беседу министра госконтроля СССР Всеволода Меркулова, который с 1920 годов работал с Берией в ОГПУ, а в НКВД СССР был его первым заместителем. Хрущев настоятельно просил Меркулова вспомнить все о компрометирующем Берию деле. А также написать все, что он знает о преступлениях бывшего шефа.

Но, написав о злодеяниях Берии в НКВД, Меркулов тем самым подписывал приговор и самому себе. И потому он начал свои письменные показания с характера Берии и его способов продвижения по службе.

"Так как мне пришлось довольно близко соприкасаться с Берия по совместной работе в Тбилиси в годы 1923-1938, то я в соответствии с вашим предложением задаюсь целью проанализировать, где находятся корни нынешних преступных действий Берия с тем, чтобы помочь до конца разоблачить его. Мне думается, они кроются в характере Берия. Анализируя в свете того, что ныне мне стало известно о Берия, его поступки и поведение в прошлом, придаешь им сейчас уже другое значение и по-иному воспринимаешь и оцениваешь их. То, что раньше казалось просто отрицательными сторонами в характере Берия, недостатками, которые свойственны многим людям, теперь приобретает иной смысл и иное значение. Даже так называемые "положительные" стороны в характере и работе Берия сейчас выглядят в другом свете.

У Берия был сильный, властный характер. Он органически не мог делить власть с кем-нибудь. Я знаю его с 1923 года, когда он был зам. председателя ЧК Грузии. Было ему тогда всего 24 года, но эта должность его и тогда уже не удовлетворяла. Он стремился выше. Вообще он считал всех людей ниже себя, особенно тех, которым он был подчинен по работе. Обычно он старался осторожно дискредитировать их в разговорах с подчиненными ему работниками, делал о них колкие замечания, а то и просто нецензурно ругал. Он никогда не упускал случая какой-либо фразой умалить человека, принизить его. Причем иногда он это делал ловко, придавая своим словам оттенок сожаления: жаль, мол, человека, но ничего не поделаешь! А дело сделано — человек в какой-то мере уже дискредитирован в глазах присутствующих. Я не могу сейчас конкретно вспомнить про кого и что именно он говорил, но его выражения, вроде: "Что он понимает в этом деле! Вот, дурак! Он, бедняга, мало к чему способен!" и т. д.— я хорошо помню. Эти выражения часто срывались у него с уст, буквально как только после любезного приема затворялась дверь за вышедшим из его кабинета человеком. Так он вел себя в отношении вышестоящих его работников в нашем присутствии, в присутствии его подчиненных. По всей вероятности, такой же тактики держался он и в других местах, где нас не было.

Но так он поступал не всегда и не со всеми. Пока человек был силен, он держался с ним подобострастно и даже приниженно. Я помню, как-то в моем присутствии ему позвонил по телефону бывший тогда секретарем Заккрайкома ВКП(б) Мамия Орахелашвили — тогда еще он был в силе и ничем не скомпрометирован. Надо было видеть, как даже внешне изменился Берия, говоря с ним по телефону, как часто он повторял: "Слушаю, товарищ Мамия, хорошо, товарищ Мамия" и т. д. Можно было подумать, что Мамия присутствует в кабинете и Берия видит его перед собой, и фигура, и лицо, и поза его изменились, выражая последнюю степень подобострастия. Эта картина меня страшно поразила в свое время. И надо было видеть, как Берия обращался с тем же Мамия Орахелашвили, когда положение того пошатнулось. Берия стал тогда совсем другим человеком, властно, грубо и нахально обрывавшим Орахелашвили на заседаниях Крайкома".

Далее Меркулов приводит факты, которые, как ему казалось, доказывают, что Берия — враг народа, но не бросают тень на автора письма:

"Умело действуя и прикрываясь интересами партии и Советской власти, Берия сумел постепенно одного за другим выжить или арестовать всех тех, кто стоял у него на пути к власти в Грузии и Закавказье. Каждую ошибку, каждый промах своих противников Берия ловко использовал в своих интересах. Он предусмотрительно писал систематически в ЦК Грузии информационные записки о недостатках в районах, что позволило ему впоследствии доказать, что он-де "своевременно предупреждал". Восстание крестьян-аджарцев в Хулинском районе Аджаристана в феврале 1929 года, вызванное ошибочными действиями местных властей по вопросу о снятии чадры, было хорошо использовано Берия против тогдашнего руководства ЦК КП(б) Грузии. Когда думаешь теперь об этом, напрашивается вывод, что действия Берия, направленные якобы на исправление ошибок в районах Грузии, проводились Берия не потому, что того требовали интересы партии и народа, а для того, чтобы продвинуться выше. На тот период личные интересы Берия совпадали с интересами государственными и ему, как говорится, идти было до поры до времени по пути. Он в тот период, работая в Грузии и Закавказье, и не мог действовать иначе, так как был бы разоблачен давно. Скрывать до поры до времени свои планы и намерения, выжидать удобного случая — вот тактика, которой, как теперь мне ясно, придерживался Берия все годы до смерти товарища Сталина. Нет никакого сомнения в том, что Берия, постоянно демонстративно проявлявший преданность и любовь к товарищу Сталину, делал это не потому, что действительно любил товарища Сталина как вождя, учителя и друга, а для того, чтобы приблизиться к товарищу Сталину и тем самым приблизиться к власти".

Меркулов описал и дальнейший путь Берии к вершинам власти:

"Берия шел к власти твердо и определенно, и это было его основною целью, целью всей его работы в Грузии и Закавказье. В 1930 или 1931 году (я точно не знаю, так как работал в это время в Батуми) Берия удалось побывать лично у товарища Сталина. Я не знаю, как это произошло, думаю, что с помощью тов. Серго Орджоникидзе. Видимо, Берия, будучи у товарища Сталина, имел возможность в соответствующем свете изобразить тогдашнее партийное руководство Грузии и Закавказья. Припоминаю, Берия как-то сказал мне, что в разговоре с ним товарищ Сталин спросил его, Берия: "Ты что, секретарем ЦК хочешь быть?" — и Берия якобы ответил: "Разве это плохо?" Из этого разговора и из других, о которых у меня не осталось конкретных воспоминаний, я знал, что Берия хочет стать секретарем ЦК Грузии и Заккрайкома ВКП(б). Как известно, в октябре 1931-го ЦК ВКП(б) так и решил вопрос: назначил Берия первым секретарем ПК Грузии и секретарем Закавказского краевого комитета ВКП(б). Надо сказать, что Берия действовал все время очень осторожно и умно и никогда не давал оснований подозревать его в политической нечестности. Что же касается отрицательных черт его характера, тогда они мне казались обычными человеческими недостатками. А недостатков было немало.

Так, например, он ценил людей лишь постольку, поскольку они были ему нужны в данный момент или могли быть нужны в будущем. Когда же они переставали быть ему нужными, он просто отворачивался от них, а при случае даже мог дать им пинок в спину. Я, например, припоминаю, каким внимательным был Берия и как он ухаживал за Власиком (начальник охраны Сталина.— "Власть"), пока еще сам не стал достаточно близок к товарищу Сталину, чтобы иметь возможность пренебречь Власиком. Берия мог иногда издеваться довольно грубо над маленькими людьми, всецело от него зависящими. Так, например, у него на даче в Гаграх работал агрономом некий Зедгенидзе. Берия часто приглашал его к себе к обеду, но целый обед над ним измывался грубо и плоско, заставляя несчастного агронома, человека уже немолодого, краснеть и потеть.

Еще один штрих. Как известно, характер человека нигде так ярко не проявляется, как в игре. Тут видишь, честен ли человек, способен ли он на самопожертвование в общих интересах команды, сливается ли он с коллективом или старается выпятить себя и т. д. Я неоднократно наблюдал Берия в игре в шахматы, в волейбол. Для Берия в игре (и я думаю, и в жизни) важно было выиграть во что бы то ни стало, любыми способами, любой ценой, даже нечестным путем. Он мог, например, как Ноздрев, стащить с шахматной доски фигуру противника, чтобы выиграть. И такая "победа" его удовлетворяла. Иные, может быть, скажут: это мелочь, шутка. Но я считал и считаю, что это нечестно и в известной мере характеризует Берия как человека".

Как писал Меркулов, Берия был довольно малограмотным человеком, но придумал способ, с помощью которого ловко присваивал авторство текстов, написанных его сотрудниками и помощниками:

"Берия придерживался при составлении докладов и статей, если можно так выразиться, своеобразного "бригадного" метода работы. Он обычно созывал для этой работы много людей — зав. отделами, секретарей и др. Конечно, и Берия вносил свои поправки в текст и подавал мысли, которые затем облекались нами в литературную форму. Но в конечном счете было трудно установить, кто же является подлинным автором того или иного доклада или статьи. Я иногда возражал против такого метода, считая, что чем больше людей привлекается к подобного рода работе, тем больше времени идет на пустые разговоры и пререкания. Однако Берия за редким исключением со мной не соглашался. Это понятно: нельзя сейчас или очень трудно найти автора статьи или доклада. Берия применял еще следующую уловку: когда доклад или статья были готовы и начиналась последняя правка, опять, как правило, собиралась группа работников, принимавших участие в подготовке, и, естественно, вносились в текст окончательные изменения. Эти изменения в печатанный на машинке текст Берия обычно вносил собственноручно, несмотря на то, что это задерживало общую работу, так как Берия писал медленно и у него не всегда ладились окончания слов, особенно прилагательных в различных падежах. После окончания работы листки со своими "поправками" Берия передавал помощнику для хранения. Может быть, я ошибаюсь, но мне казалось, что это делалось для того, чтобы в будущем при разборке архива Берия была обнаружена "его работа" над докладами и статьями. Полагаю, что такого рода материал может быть обнаружен и сейчас в личном архиве Берия".

"Товарищ Сталин потребовал от него объяснение"
Написал Всеволод Меркулов и о том, что знал о работе Берии на азербайджанскую контрразведку:

"Хочу остановиться теперь на обстоятельствах, связанных с разговорами о службе Берия в муссаватской разведке. Я отчетливо понимаю теперь важность этого дела, но, к сожалению, у меня сохранились по этому вопросу несколько смутные воспоминания. Объясняется это тем, что я в свое время не придавал особого значения этим разговорам, тем более что Берия отрицал правильность этих разговоров и не проявлял в связи с ними никакой нервозности. Дело было так. Как-то Берия, будучи еще в Тбилиси, (дату не помню) вызвал меня и сказал, что враждебно настроенные к нему люди распускают слухи о том, что он, Берия, якобы работал в 1919 году в Баку в муссаватской разведке. На самом деле это-де не так. В муссаватской разведке он, Берия, никогда не работал, а работал по заданию партии в молодежной азербайджанской организации ГУММЕТ, что об этом имеются документы в партийном архиве в Баку и что мне необходимо съездить в Баку, разыскать эти документы и привезти их к нему, а то, мол, его враги могут сами разыскать эти документы и уничтожить их и тогда он, Берия, ничем не сможет доказать свою правоту. Я верил тогда Берия, знал с его слов, что у него врагов немало, и, разумеется, никаких сомнений в правоте его рассказа у меня не было. На другой же день я выехал в Баку.

В Баку в партийном архиве я без особого труда нашел одну или две папки (сейчас точно не помню). В них имелось два или три документа за 1919 год, в которых упоминалась фамилия Берия. Это были очень короткие протоколы Бакинского комитета партии, а может быть, ЦК, написанные на четвертушках писчей бумаги. Помню, что на протоколах фигурировала подпись Каминского. Как я ни напрягаю память, я не могу сейчас точно вспомнить содержание этих протоколов. У меня осталось только в памяти, что записи в них носили незначительный характер. В них не было прямого доказательства правоты слов Берия о его работе в организации ГУММЕТ. Но косвенно они подтверждали это обстоятельство, по крайней мере, у меня в памяти сохранилось именно такое представление об этих документах. Я перелистал в архиве еще немало папок, но больше никаких документов с упоминанием фамилии Берия не нашел. Через день я вернулся в Тбилиси, захватив с собой папки. Когда Берия ознакомился с документами, он, по-моему, остался ими доволен. Очевидно, ничего другого он и не ожидал найти. Он взял их у меня и положил в свой сейф. Когда в 1938 году Берия уезжал в Москву на работу в НКВД СССР, он поручил мне отправить в Москву его бумаги и документы. Я разобрал ящики его стола и его сейф и нашел упомянутые выше папки. Все бумаги Берия, а также мои собственные дела я зашил в несколько мешков из бязи, запечатал и, насколько помнится, отправил их в Москву фельдсвязью.

В Москве в конце 1938 года или в начале 1939-го как-то вечером Берия спросил меня, где находятся упомянутые папки. Я ответил, что они у меня в сейфе, зашиты в мешках. Он предложил принести их к нему в кабинет, что я и сделал. Когда я пришел к нему с папками, он мне сказал, что вопрос о его якобы службе в муссаватской разведке снова поднимается, что товарищ Сталин потребовал от него объяснение и что он должен это объяснение написать сейчас же. С его слов я сделал набросок его объяснения по этому вопросу на имя товарища Сталина. В это объяснение были полностью переписаны указанные документы из папок, касающиеся Берия. Текст объяснения состоял из комментариев к этим документам и, насколько я припоминаю, заканчивался утверждением, что он, Берия, никогда в муссаватской разведке не работал. В этом был смысл всего объяснения. Берия внимательно пересмотрел текст, внес некоторые уточняющие поправки, затем собственноручно переписал его начисто. При этом он торопился и посматривал на часы. Видимо, ему надо было ехать на "ближнюю". Затем он взял беловик вместе с черновиком, положил их в папку с документами и уехал, сказав, что он должен эти папки показать товарищу Сталину. С тех пор я этих папок или папку не видел. О результатах своего доклада товарищу Сталину Берия мне ничего не говорил, и я его, конечно, не спрашивал, как никогда не спрашивал о его разговорах с товарищем Сталиным. Так как после этого ничего не случилось, надо полагать, что товарищ Сталин удовлетворился объяснениями Берия. Папки должны храниться, по-моему, в личном архиве Берия или среди бумаг товарища Сталина. Вряд ли папки могли пропасть, так как Берия ими дорожил".

Понимая, что такое объяснение вряд ли удовлетворит Хрущева, Меркулов приписал:

"Более подробные данные о Берия и моей работе с ним изложены в другом, более обширном письме, которое мною подготовлено, перепечатывается и будет представлено дополнительно".

РОССИЯ.СТАТИСТИКА ЮНЕСКО.





Согласно статистики ЮНЕСКО за август 2011 года.

Россия занимает:

1-е место в мире по разведанным
запасам природного газа (32% мировых запасов газа);

1-е место в мире по добыче и экспорту
природного газа (35% мировой добычи газа);

1-е место в мире по добыче нефти и
второе место по её экспорту;

1-е место в мире по разведанным
запасам каменного угля (23% мировых запасов углей);

1-е место в мире по запасам торфа (47%
мировых запасов торфа);

1-е место в мире по запасам лесных
ресурсов (23% мировых запасов леса);

1-е место в мире по запасам поваренной
соли и второе место по запасам калийной соли;

1-е место в мире по запасам питьевой
воды и второе место по объёму пресной воды;

1-е место в мире по запасам минтая,
крабов, осетровых в своей 200-мильной экономической зоне, и
второе-третье место по запасам трески, сельдевых, мойвы, сайки,
лососевых и др.;

1-е место в мире по разведанным
запасам олова, цинка, титана, ниобия;

1-е место в мире по запасам и
производству рудничного и рафинированного никеля;

1-е место в мире по разведанным
запасам железных руд (около 28% мировых запасов);

1-е место в мире по экспорту стали и
третье место по экспорту металлопроката;

1-е место в мире по производству и
экспорту первичного алюминия;

1-е место в мире по экспорту азотных удобрений, второе и третье места по экспорту фосфорных и калийных удобрений;

1-е место в мире по запасам алмазов и
второе место по их добыче;

1-е место в мире по физическому объему
экспорта алмазов;

1-е место в мире по разведанным запасам серебра;

2-е место в мире по разведанным запасам золота;

2-е место в мире по разведанным
запасам платины и первое место по её экспорту;

3-е место в мире по размерам
государственных золотовалютных резервов;

3-е место в мире по разведанным
запасам меди и свинца;

3-е место в мире по разведанным
запасам вольфрама и молибдена;

1-е место в мире по протяженности
электрифицированных железных дорог;

1-е место в мире по числу ежегодных
запусков космических аппаратов;

1-е место в мире по количеству
проданных на экспорт самолетов- истребителей;

1-е место в мире по поставкам на
экспорт средств ПВО средней и малой дальности;

2-е место в мире среди стран,
обладающих наибольшим количеством стрелкового оружия;

2-е место в мире по поставкам
вооружения всех видов;

2-е место в мире по величине подводного флота;

3-е место в мире по числу абонентов
сотовой связи;

1-е место в мире по величине национального богатства (при любом методе расчета, как по абсолютной величине, так и на душу населения).

1-е место в мире по импорту китайских автомобилей;

62-е место в мире по уровню технологического развития (между Коста-Рикой и Пакистаном);

67-е место в мире по уровню жизни;

70-е место в мире по использованию использованию передовых информационных и коммуникационных технологий;

72-е место в мире по рейтингу расходов государства на человека;

97-е место в мире по доходам на душу населения;

127-е место в мире по показателям здоровья населения;

134-е место в мире по продолжительности жизни мужчин;

159-е место в мире по уровню политических прав и свобод;

175-е место в мире по уровню физической безопасности граждан;

182-е место по уровню смертности среди 207 стран мира;

1-е место в мире по абсолютной величине убыли населения;

1-е место в мире по заболеваниям психики;

1-е место в мире по количеству самоубийств среди пожилых людей;

1-е место в мире по количеству самоубийств среди детей и подростков;

1-е место в мире по числу детей брошенных родителями;

1-е место в мире по количеству абортов и по материнской смертности;

1-е место в мире по числу разводов и рожденных вне брака детей;

1-е место в мире по потреблению спирта и спиртосодержащей продукции;

1-e место в мире по продажам крепкого алкоголя;

1-е место в Европе по числу умерших от пьянства и табакокурения;

1-е место в мире по потреблению табака и третье место по производству табачных изделий;

1-е место в мире по числу курящих детей и темпам прироста числа курильщиков;

1-е место в мире по смертности от заболеваний сердечно-сосудистой системы;

1-е место в мире по количеству ДТП;

1-е место в мире по количеству авиакатастроф (по данным Международной ассоциации воздушного транспорта уровень авиакатастроф в России в 13 раз превышает среднемировой);

1-e место в мире по объемам поставок рабов на международный черный рынок;

1-е место в мире по темпам роста числа долларовых миллиардеров;

2-е место в мире по числу долларовых миллиардеров (после США);

2-е место в мире по распространению поддельных лекарств (после Китая);

2-е место в Европе по числу
самоубийств на душу населения (после Литвы);

2-е место в мире по числу убийств на
душу населения (после Колумбии);

2-е место в мире по числу журналистов,
убитых за последние десять лет;

2-е место в мире (после Сербии) по количеству людей, ищущих убежища в развитых странах Запада;

2-е место в мире по уровню бюрократии;

2-е место в мире среди стран-распространителей спама;

2-е место в мире по числу детей,усыновленных в США;

3-е место в мире по распространению детской порнографии;

3-е место в мире по количеству тоталитарных сект;

3-е место в мире по угону машин
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..