вторник, 27 января 2015 г.

ДЕРЬМО АБСОЛЮТНОЕ - ИЗЯ ШАМИР

"Для евреев культ Холокоста стал новой трагедией. Израильскую молодежь, а теперь и еврейскую молодежь в других странах учат ненависти и недоверию к неевреям, жестокости к своим соседям. Из трагедии Освенцима они извлекли вывод – нельзя обижать евреев. Это, конечно, хорошо. А всех остальных - можно? Русским, с их миллионами жертв войны, трудно объяснить, почему смерть еврея важнее, чем смерть русского. Почему нужно отмечать день Холокоста, а не день гибели армян или тутси? Или трагедию Хиросимы и героизм Сталинграда? Этот спор еще не окончен".​Изя Шамир "Комсомольская правда".
 Эта мразь - редчайший образец предателя абсолютного, но самое интересное, что по сей день его не только не лишили граданства страны, которую он ненавидит, но и ни разу не подали на эту мразь в суд за клевету .


Israel Shamir RN MOW 05-11.jpg
Имя при рождении:
Израиль Шмерлер
Псевдонимы:
Исраэль Адам Шамир, Роберт Давид
Дата рождения:
Место рождения:
Гражданство:
Род деятельности:
писатель, публицист и переводчик
Годы творчества:
с 1976

АЛЬБАЦ И РЕВИЗИЯ ХОЛОКОСТА

  • A A A
  • Е. АЛЬБАЦ И РЕВИЗИЯ ХОЛОКОСТА


    Нынче в России, когда оппозиция совсем ослабела, слова либерал и еврей стали, похоже, синонимами. Скоро, глядишь, вспомнят о космополитах, а то и «убийцах в белых халатах». Может быть, хоть сегодня все эти борцы за светлое будущее коренного народа поймут, что пора спасать себя, воевать с нацизмом, юдофобией в России, а не учить природных антисемитов свободе, равенству и братству, если уж им так нравится жить в стране, где их ненавидит, как минимум, 80% населения. Но ничего не поделаешь — все они члены одной партии трусливых, лживых либеральных догм, не позволяющих называть вещи своими именами. Об этом моя прошлогодняя статья.
    А что, если где-то в Европе или США существует мощный финансовый и идеологический центр, который отдает приказы своим партийцам и выполнять их они должны неукоснительно? Характер этих приказов еще раз наталкивают на мысль, что термин «либеральный фашизм» справедлив и актуален.
    Недавно был поражен заявлением редактора «Эха Москвы» Алексея Венидиктова, что он не видит причин законодательного запрета отрицания Холокоста. Свобода мнений превыше всего. Оказывается, Алексей Алексеевич только взял под козырек. Указание получено и должно быть, исполнено. Слушаем соратника Венедиктова, главного редактора журнала «The New Times» — Евгении Марковны Альбац.
    aljur
    Е.АЛЬБАЦ: Любые запретительные законы, которые принимает Государственная Дума, даже те, которые, еще раз повторяю, я бы в иной ситуации, наверное, поддерживала как, например, наказание за пропаганду фашизма… Хотя, нет, не поддерживала, потому что я считаю, что попытка законодательно ограничить какие-либо взгляды всегда чревата и всегда оборачивается только подпольем и таким ореолом мучеников для тех, кто проповедует…
    ( Спохватилась Альбац, вспомнила приказ. ЕЕ собеседница старается прояснить ситуацию).
    О.ЖУРАВЛЁВА: То есть наказание за отрицание Холокоста как во Франции тоже неправильно?
    Е.АЛЬБАЦ: Я считаю, что для Германии это была необходимость. Потому что участие в преступлениях принимали не отдельные представители СС и не только СС, а, к сожалению, знаете, есть исследование Даниэля Гольдхагена, которое показывает, что в этом принимало участие целое поколение немцев. И у них, видимо, другого выхода не было, кроме как принимать такие законы. Я думаю, что любые законы, которые пытаются запретить любую идеологию, порождают только ореол мученичества вокруг этой идеологии, подполье и все остальное.
    Как оказалось, лишь в Германии в геноциде евреев принимало участие «целое поколение немцев». В Эстонии и Латвии, в Польше, в Украине и России этим занимались инопланетяне.
    Известно, что эти «инопланетяне», даже без приказа нацистов, дружно, без промедления убивали своих соседей – евреев. Альбац оправдывает немцев. Они, оказывается, от безвыходности приняли закон против ревизии Холокоста. Точнее, им, видимо, из Центра разрешили его принять, в виде исключения. Другим странам – нельзя. Они не ответственны за Холокост. В этих странах не было поколения убийц.
    Глупость это или подлость? Наверно, и то и другое. Евреям Веннедиктову и Альбац наверняка известно, что дело не в Холокосте, а в том, что в глазах современных нацистов эта трагедия делает легитимным Еврейское государства. Не было Холокоста – Израиль должен быть стерт с карты мира. Два эти пункта существует в их сознании в неразрывной связи. И не только в мире ислама, получается, и в мире либерального фашизма тоже. Что же — все логично. Мир этот давно не устраивает Израиль в том виде, в котором он существует. Мир этот готов закрыть глаза не только на пропаганду неонацизма. Он не видит очевидного – мощную пропаганду нацизма и юдофобии даже в своей стране. Видимо, тоже приказ.
    Альбац. Я не вижу, чтобы у нас проблемы с ксенофобией были чем-либо больше или хуже, чем они в странах Европы.
    В общем, тихая страна Россия. Плохо, что медицина пока не на том уровне. Вот Альбац и советует местным женщинам лечиться в Израиле: «Вы знаете, я всегда с интересом смотрю зимой на улицы Москвы. И я вижу, как люди, женщины самого разного достатка идут по улице в дорогущих шубах. И я смотрю на них и думаю, вот, для того, чтобы, я не знаю, полететь в Израиль, куда не нужна виза, и сделать там маммографию, нужен один рукав или полтора рукава такой шубы. Это вопрос приоритетов и ценностей».
    Интересно, куда полетят бедные женщины из Москвы, когда ревизорам Холокоста – либерал-фашистам и неонацистам от ислама удастся задушить Израиль. Не думаю, что об этом задумывается Альбац. В том-то и сила тотальных идеологий – думать запрещается.

    ЗАВТРАК ТЕРРОРИСТА






    Subject:  Приглашаем в ресторан
    Новости - из израильской тюрьмы



    На прошлой неделе Рико Ширази и его сын Шай, а также Франсуа
    Абутбуль, Йоси Мусали, Ицхак Зузиашвили и другие криминальные авторитеты подали в административный суд Петах-Тиквы совместный иск против Управления тюрем (ШАБАС)

    Если учесть, что среди подателей иска - лидеры преступных
    группировок, не раз организовывавшие покушения друг на друга, речь идет и в самом деле о беспрецедентном случае. В принципе, этого следовало ожидать давным-давно, и даже странно как-то, что узники израильских тюрем раньше не догадались выдвинуть такое требование. Суть иска проста: сидящие в тюрьмах за различные уголовные преступления граждане Израиля требуют, чтобы условия их содержания приравняли к условиям содержания... палестинских террористов. Чтобы в тюрьмах было полное равенство...

                 Управление тюрем в растерянности. Ведь если суд удовлетворит это требование уголовников, в их камерах придется установить кабельное  ТВ с десятками каналов, а заодно прикупить стереосистемы, соорудить полочку для фонотеки, увеличить количество свиданий с друзьями, разрешить покупать в тюремном киоске овощи и фрукты, создать в каждом блоке спортзал и сделать много чего другого, что недоступно для  обычных заключенных, в частности, резко увеличить долю свежей                баранины в рационе...
    С другой стороны, чем, в конце концов, отличается  лидер преступной группировки от террориста, убившего десяток

    евреев? Почему последнему положена свежая баранина, а пахану  нет?!

    В то же время не так давно выяснилось, что многие теракты
    последних лет были псевдотерактами. В том смысле, что молодые  палестинцы специально набрасывались на солдат ЦАХАЛа,  несущих вахту на КПП, с ножом вовсе не для того чтобы кого-то из  них ранить или убить, а для того чтобы попасть в израильскую  тюрьму и там получить высшее образование за счет Израиля.  Потому как сидящим в наших тюрьмах террористам позволено  получать высшее образование при наличии у них такого желания. Ну,  а хорошее питание, уютные номера... простите, камеры на 2-4  человек, обязательное посещение спортзала с тренажерами и все прочие чуть ли не курортные удовольствия делают пребывание в израильской тюрьме весьма комфортным.

    Приглашаем в ресторан! 
     На фото: арабское застолье в израильской тюрьме

    ХОЧУ НАЗАД В ЕВРЕИ


    "

    "Я хочу назад в евреи: там светлее и человечней..."


    За что так ненавидят евреев?
    За казнь Христа? Но ведь большинство ненавидящих — безбожники, им нет дела до Христа, к тому же еврея. Казнив Христа, евреи дали миру новую религию, которая стала и религией русских… 

    Еврейский нос, картавость, развязность — все это чепуха. В моем широкоскулом, чисто русском лице если и есть подмес, то татарский; и в моем произношении и во всей повадке не было ни следа еврейства, а разве это мне помогло? Есть еще много объяснений, по-моему, иные из них, скрыто хвастливые, придуманы самими евреями: зависть к уму, ловкости, нахрапу, деловой сметке сынов Израиля. Это случается порой, и тогда на свет извлекаются старые штампы: гешефтмахеры, ловкачи, проныры.

    Но ведь русские люди куда сильнее завидуют друг другу…
    Бездомность евреев — но разве это повод для ненависти?
    Скорее уж для сочувствия.

    Нечто тайное генетическое, заложенное в неевреях? Опять же нет.
    С какой охотой отдают должное музыкантам-евреям, шахматистам-евреям, певцам-евреям, артистам-евреям и евреям — зубным врачам.

    Остается одно –беззащитность. Беззащитность — значит, ничтожность. Это дарует сознанием своего дарового преимущества. Любой подонок, любая мразь, ни в чем не преуспевшая, любой обсевок жизни рядом с евреем чувствует себя гордо. Он король, орел, умница и красавец. Он исходит соком превосходства. Последний из последних среди своих, и вдруг без всякого старания, на которое он и не способен, некая подъемная сила возносит его ввысь.

    Эта подъемная сила идет от беззащитности евреев, пасынков его законной родины. Нет лучше карты для дурных правителей, чем играть на жидофобии низших слоев населения. А население в своей массе принадлежит к низам, даже те, кому светит семейная люстра, а не трущобная лампочка-сопля. Людей высшего качества ничтожно мало, они не образуют слоя, так, прозрачная пленка.

    *****

    На Западе существует мнение, что Сталин видел в евреях ― пятую колонну. Он мог им полностью доверять во время войны с Гитлером, для евреев, в отличие от русских, не существовало плена, но не мог испытывать того же доверия, когда главным врагом стала насквозь проевреенная Америка. А на этот грунт накладывалось личное отношение.

    Воистину зоологическая ненависть не мешала ему держать в личном приближении омерзительного еврея Кагановича. Он был ему нужен? Наверное, но Сталин легко жертвовал и более нужными и куда более ценными людьми.

    Каганович удостоверял в глазах мира его лояльность к евреям. Да, Сталин умел, когда требовалось, наступать на горло собственной песне. А евреям он не доверял в той же мере, что и всем остальным народам советской державы, включая русских, не больше. Он не мог серьезно относиться к еврейской ―пятой колонне, ибо хорошо знал, что все заговоры и злоумышления против советской власти, равно вредительство и шпионаж, рождаются в его собственном воображении на предмет профилактической чистки и утверждения себя единственного…

    Ничего существенного дать народу, предназначенному на беспрерывное заклание, Сталин не мог: ни земли, ни жилища, ни еды, ни одежды, ни предметов быта, ни тем паче свободы, да и кому она нужна? Но он мог дать нечто большее, довлеющее самой глубинной сути русского народа, такое желанное и сладимое, что с ним и водка становится крепче, и хлеб вкуснее, и душа горячее, — антисемитизм…

    Компания борьбы с космополитизмом была глупа по изначальной формулировке. Но при всей глупости и смехотворности компания эта была предельно, трагически серьѐзна, что тогда мало кто понял, ибо означала решительный поворот к фашизму. Отныне между идеологиями коммунизма и национал-социализма можно было поставить знак равенства.

    Как бы потом ни колебалась линия партии, какие бы оттепели и перестройки ни тревожили стоячих вод нашего бытия, лишѐнного действительности, отношение к евреям – лакмусовая бумажка любой политики – не менялось, ибо неизменной оставалась основа – русский шовинизм. И никакой другой эта страна быть не может.
    *****

    Но никто нас (русских – А.З.) не любит, кроме евреев, которые, даже оказавшись в безопасности, на земле своих предков, продолжают изнывать от неразделѐнной любви к России. Эта преданная, до стона и до бормотания, не то бабья, не то рабья любовь было единственным, что меня раздражало в Израиле.
    *****

    Есть замечательное высказывание: еврей – тот, кто на это согласен… Есть одно общее свойство, которое превращает население в нечто общее… Это свойство – антисемитизм…

    Господи, прости меня и помилуй, не так хотелось бы мне говорить о моей стране и моем народе! Неужели об этом мечтала душа, неужели отсюда звучал мне таинственный и завораживающий зов? И ради этого я столько лет мучился! Мне пришлось выстрадать, выболеть то, что дано от рождения. А сейчас я стыжусь столь желанного наследства. Я хочу назад в евреи: там светлее и человечнее…
    Истинная вера не требует доказательств. А что может быть истиннее, чище и незыблемее веры антисемита: все зло от евреев…

    Как хочется поверить, что есть выход! Как хочется поверить в свою страну! Трудно быть евреем в России. Но куда труднее быть русским. (Из повести ―Тьма в конце туннеля‖, М.,1994 – А.З.)
    *****

    И всѐ же есть одно общее свойство, которое превращает население России в некое целое, я не произношу слова - народ, ибо, повторяю, народ без демократии -чернь. Это свойство - антисемитизм.

    Только не надо говорить: позвольте, а такой-то?! Это ничего не означает, кроме того, что такой-то по причинам, неведомым ему самому, не антисемит…

    Антисемитизму не препятствует ни высокий интеллектуальный, духовный и душевный уровень — антисемитами были Достоевский, Чехов, З. Гиппиус, ни искреннее отвращение к черносотенцам, погромам и слову ―жид, такому же короткому и общеупотребительному, как самое любимое слово русского народа…

    С него, как с гуся вода, стекли все ужасы века: кровавая война, печи гитлеровских лагерей, Бабий Яр и варшавское гетто, Колыма и Воркута и… стоп, надоело брызгать слюной, всем и так хорошо известны грязь и кровь гитлеризма и сталинщины.

    Но вот разрядилась мгла, ― встала младая с перстами пурпурными Эос, продрал очи народ после тяжелого похмельного сна, потянулся и… начал расчищать поле для строительства другой, разумной, опрятной, достаточной жизни — ничуть не бывало, — потянулся богатырь и кинулся добивать евреев.
    А надо бы, перекрестясь, признаться в соучастии в великом преступлении и покаяться перед миром.
    Но он же вечно безвинен, мой народ, младенчик-убийца. А виноватые — вот они. На свет извлекается старое, дореволюционное, давно иступившееся, проржавевшее — да иного нету! — оружие: жандармская липа — протоколы сионских мудрецов, мировой жидомасонский заговор, ритуальные убийства…

    Всѐ это было, было, но не прошло.

    Черносотенец-охотнорядец поднимается во весь свой исполинский рост. Тот, что возник в конце сороковых — начале пятидесятых, был карликом в сравнении с ним. Послеперестроечный антисемитизм взял на вооружение весь тухлый бред из своих затхлых закромов: давно разоблаченные фальшивки, поддельные документы, лжесвидетельства, — ничем не брезгуя, ничего не стесняясь, ибо всѐ это не очень-то и нужно. Истинная вера не требует доказательств. А что может быть истиннее, чище и незыблемее веры антисемита: всѐ зло от евреев. (Из повести ―Тьма в конце туннеля, М.,1994 – А.З.)

    Комментарий:

    Удивительная метаморфоза произошла с писателем, рассказанная им в автобиографической повести "Тьма в конце туннеля!. Большую часть своей сознательной жизни Юрий Маркович считал себя полукровкой, сыном еврея и русской. И поэтому постоянно, и в детстве, и в зрелые годы, чувствовал себя изгоем среди представителей ―коренной национальности. И ничего: ни слова матери ―…я предпочитаю евреев, они веселее, умнее и воспитаннее, ни ―благополучная запись в ―пятой графе, ни славянская стать, ни манера поведения в стиле ―удалого Кирибеевича, не говоря уже об успехах на поприще русской литературы и кинематографии – ничего не могло вытравить из Ю.Нагибина комплекса неполноценности. Этому способствовали откровенное проявление антисемитизма и оскорбительные намеки на принадлежность писателя к сынам израилевым.

    И неожиданно он узнает, что его биологическим отцом является некий русский дворянин, зверски убитый в первые годы революции (кстати, не еврейскими комиссарами, а наоборот, местными мужиками), а тот, которого Юрий всю жизнь считал отцом, Марк (Мара, как его называли в семье), усыновил его, чуть ли ни при рождении.

    Стало быть, конец душевным терзаниям: ты теперь стопроцентный русский, да еще дворянских кровей в придачу! Но это открытие, которое, казалось бы, должно было привести писателя в лагерь самых оголтелых русофилов и потенциальных или активных юдофобов, имело совершенно неожиданные последствия: именно сейчас Юрий Нагибин яростно возненавидел антисемитизм и начал рассматривать свой родной русский народ в качестве носителя этого позорного начала.

    "Я хочу назад в евреи". Бедняга: признание матери выкинуло его из Народа Избранного.
    Судя по фото на обложке его "Дневника", ЮРИЙ МАРКОВИЧ унаследовал от своего отчима еврейские глаза. (Может, его отец-дворянин был крещёным евреем?)

    МАСТЕР СЛОВА О ЗАВИСТИ

    Очерки. Про зависть пишет мастер слова


    Андрей Орлов (Орлуша)
    Звезда куршевельских Пионерских чтений поэт Андрей Орлов написал гимн зависти. Гимн поистине национального масштаба. Сильные чувства рождают мощные строки. Эта поэма – аперитив, зависть в качестве основного блюда разогревается в следующем номере журнала.

    Чтоб раскрыть без вранья и кокетства
    Тему зависти, нужно понять,
    Что она происходит из детства,
    Как жевачка и Родина-мать.




    Если память собрать по кусочкам,
    То у всех же там будет одно:
    Красный галстук на белой сорочке
    И за десять копеек кино.




    А в кино — не прыщи и не гланды,
    Не задачки про вес и объем,
    Там живет под водой Ихтиандр
    В серебристом скафандре своем…




    А в кино — не Владимир Никитич,
    Наш физрук, хромоногий и злой,
    Там индейский герой Гойко Митич
    Бледнолицых дырявит стрелой…




    Даже киножурнал увидав, ты
    —Там — герои, певцы, космонавты,
    Там — в Кремле Анастас Микоян!




    Попугаев пиратских картавость,
    Пышный образ Софии Лорен
    Вызывали, естественно, зависть:
    Им там — все, а смотрящему — хрен!




    На экране — сигары и виски,
    Яхты, женщины, деньги, порок,
    А в дому — в целлофане сосиски
    И за двадцать копеек сырок.




    Обитая в слободке вороньей,
    Мы без зависти жить не могли:
    У Степанова — плащ из болоньи,
    У Петрова — вообще «Жигули»!




    У соседа по парте — фломастер,
    У другого — битловский альбом,
    Разрывается сердце на части,
    Хоть об стену от зависти лбом!




    Впрочем, это из памяти детской,
    Ей под сорок, я думаю лет,
    Но ведь нет уже власти советской,
    Значит, может — и зависти нет?

    Холодильники, вроде, забили,
    Джинсов каждый имеет пар шесть.
    Мы при этом про зависть забыли?
    Нет, любезные, есть она! Есть!




    Все завидуют вечно кому-то,
    В этом вечный российский замут.
    Вот на днях показали Мамута…
    Почему он — богатый, Мамут?




    Вексельберга роскошные яйца…
    Что он, царь, чтоб ему — «Фаберже»?
    А довольная внешность Чубайса!
    Просто жить невозможно уже!




    Абрамовича добрые глазки…
    Где Собчак эти шубы берет?..
    В списке Форбса одни Дерипаски…
    Не по-детскому зависть берет!




    Все живут, как собаки, на Сене,
    Непонятно, куда мы идем,
    И не зря на соседском «кайене»
    Кто-то вывел три буквы гвоздем!




    Зависть, чисто российское чувство,
    Вводит русских в неистовый раж.
    Что, в семнадцатом, ради искусства
    Ломанулся народ в Эрмитаж?




    Почему у одних — «тити—мити»,
    А нам не на что водки налить?
    Нет, товарищ буржуй, извините,
    Мы по совести будем делить!




    Иностранцы без толку пытались
    Уяснить, чем Россия странна,
    Но они не доперли про зависть,
    Значит им не понять ни хрена.

    Зависть двигает русские горы,
    Зависть взятки берет и дает,
    Вышивает законов узоры
    И без продыху горькую пьет.




    Зависть — к жизни толчок интереса,
    Зависть — ключ к продвиженью своих
    С целью личного в жизни прогресса,
    Зависть пишет сейчас этот стих.

    Скажет каждый — охотник с Тунгуски
    И банкир, покоривший Москву:
    Я — завидую, значит, я — русский!
    Я — завидую, значит — живу!




    Я завидую тем, кто повинен
    В том, что я проживаю в говне,
    Кто беднее меня вполовину,
    Тот пускай позавидует мне,

    А тому пусть завидуют люди,
    Чья еда — только хлеб и вода.
    Вот, на том и стоим. Так и будем.
    Так и будет в России всегда.




    Мы, в России не можем иначе,
    Нам такое житье — по нутру:
    У кого-то в Завидове дача,
    У кого-то — сортир на ветру,




    Но и тот и другой понимают
    То, что нашим врагам не понять:
    Если вдруг у тебя не хватает,
    Можно все у соседа отнять.

    В этом знаньи — великая сила,
    Трепещи, иностранный урод,
    Доберется до всех из России
    Мой завистливый, гордый народ!




    P.S. Ну а я до сих пор, разумеется,
    Быть мечтаю прекрасным индейцем,
    Ну а если кому и завидую,
    То красавцу киношному Видову
    И хочу, как талантливый Пушкин,
    Выпивать со старушкой из кружки,
    И еще — быть умнее Плутарха,
    И — жену одного олигарха,
    Чтобы денег, конечно, побольше,
    Чтобы стать президентом (не Польши),
    Чтоб квартира была дорога…
    В общем, зависти нет ни фига!

    СУДЬБА ДЕВУШКИ, ОСВЕЩЕННОЙ СОЛНЦЕМ


      
    Девушка, освещенная солнцем
    Она все равно оставила бы свое имя в истории — как талантливый скульптор, как писательница, как мать нобелевского лауреата. Но вряд ли знала бы и любила ее вся Россия, если бы Валентин Серов не написал ее портрет, известный всем как «Девушка, освещенная солнцем».
    Этот портрет еврейской девушки часто используется для иллюстрации статей о «тургеневских барышнях», о национальном русском женском характере, его печатают на календарях и даже на конфетных коробках, так что в лицо ее знают все, а вот имя ее известно не всем. Девушку звали Маша Симонович и была она двоюродной сестрой художника.
     
    Маша обречена была стать незаурядной личностью, потому что родилась в необыкновенной семье, необыкновенными людьми были ее родственники и друзья. И ее мать не могла не воспитать прекрасных детей.
    Родителями Машиной мамы — Аделаиды Семеновны Бергман — были почтенные еврейские торговцы колониальными товарами, но она и ее младшая сестра Валентина мечтали о высшем образовании и творческой работе. Валентина училась в консерватории, увлеклась, как это часто бывает, своим немолодым уже учителем — композитором Александром Серовым. В 17 лет она вышла за него замуж и родила сына Валентина, ставшего потом знаменитым художником.
    Валентина Семеновна рано овдовела, она сочиняла музыку, стала первой в России женщиной-композитором и написала оперу, которую поставили в Большом театре. Кроме того, она увлекалась идеями Чернышевского и народников, устраивала народные театры и коммуны, словом, ей было не до сына. Вторую семью Тоша, как звали родные будущего живописца, нашел в доме тетки Аделаиды.
    Аделаида Семеновна сначала выдержала экзамен на звание домашней учительницы, потом попыталась поступить в Московский университет, но из этого ничего не вышло. И она вместе с мужем, да, она уже вышла замуж за детского врача и педагога Якова Мироновича Симоновича, уехала в Швейцарию. Там она окончила университет и вернулась в Россию, чтобы положить начало детскому дошкольному воспитанию.
    Ей было 22 года, когда она открыла первый в России детский сад и начала издавать журнал с таким же названием: «Детский сад». Она писала книги, ездила с мужем в Лондон, чтобы пообщаться с Герценом, в общем, не имела ничего общего с обычной домохозяйкой. Между тем у нее было пятеро детей да еще сирота Леля Трубникова, да племянник… 
     
    Маша была старшей из четырех сестер, с ней, своей ровесницей, Валентин и сдружился. «Ты вот да Надя (Лелю я не знаю), — пишет он Маше, — первая простая девочка, с которой можно говорить по душе». Валентин нарисовал восемь портретов Марии, первый, когда им было по четырнадцать лет.
    С Машей Валентина связывало и увлечение искусством — она хотела стать скульптором, скульпторкой, как тогда говорили. Антокольский ее хвалил. Знаменитый портрет Маши «Девушка, освещенная солнцем» Валентин напишет в 1888-м, а пока он веселится с кузинами, знакомит с ними своих друзей по Академии художеств — Владимира Дервиза и Михаила Врубеля.
    В доме Симоновичей сразу возникла атмосфера романтики. Серов увлекся Лелей Трубниковой, Дервиз — Надей, а Врубель — Машей. В один из вечеров Врубель сделал ее карандашный портрет и тут же подарил его ей. Потом Михаил Александрович написал ее Тамарой в «Демоне», потом Офелией… Но их отношения так и остались только флиртом. А вот две другие пары соединились навеки.
     
    Барон Владимир фон Дервиз принадлежал к богатой семье, в деньгах себя не стеснял и, женившись на Наде, купил в Тверской губернии живописное имение Домотканово. Теперь вся веселая компания друзей-родственников — Дервизы, Симоновичи, Серовы — собиралась в Домотканове. Рисовали, музицировали — Надя была отличной пианисткой, ставили спектакли, гуляли. Здесь-то и возникла у Серова идея картины.
    «Однажды Серов искал себе работу и предложил мне позировать, — вспоминала Мария. — После долгих поисков в саду, наконец, остановились под деревом, где солнце скользило по лицу через листву. Задача была трудная и интересная для художника — добиться сходства и вместе с тем игры солнца на лице. Помнится, Серов взял полотно, на котором было уже что-то начато, другого полотна под рукой не оказалось. «Тут будем писать», — сказал он. Сеансы происходили по утрам и после обеда — по целым дням, я с удовольствием позировала знаменитому художнику, каким мы его тогда считали, правда, еще не признанному в обществе, но давно признанному у нас в семье… Мы работали запоем, оба одинаково увлекаясь, он — удачным писанием, я — важностью своего назначения».
    Как только портрет был закончен, Маша уехала в Петербург — ей пора было на занятия в школу Штиглица, где она занималась скульптурой. За позирование Серов подарил своей натурщице три рубля. Оба были бедны, для обоих это были приличные деньги.
    Через некоторое время Маша уехала в Париж. 
    Говорила, что совершенствуется там в скульптуре, но когда Серов приехал на открывшуюся в Париже Всемирную выставку, ему стало ясно, что держит кузину во Франции. Ее избранник Соломон Львов жил в России, но за участие в студенческих волнениях был сослан в Олонецкую губернию, откуда бежал за границу. В Париже Львов получил образование, стал известным врачом-психиатром.
    …Портрет Валентина Серова «Девушка, освещенная солнцем» приобрел для своей галереи Третьяков, а через 50 лет в Париже история с портретом получила для Маши интересное продолжение. В письме сестре Нине она рассказала, что пришел к ним знакомый, инженер, тоже русский, стал играть в шахматы с Соломоном Константиновичем, а сам все поглядывал на висевшую на стене репродукцию «Девушки, освещенной солнцем». Потом спросил: «Чей это портрет?» — «Моей жены», — ответил Соломон Константинович. Гость крайне удивился.
    – Я очень изменилась? — спросила Мария.
    Гость ответил: 
    – Глаза те же.
    И рассказал, что девушка с портрета была его первой любовью, что чуть ли не каждый день он ходил в Третьяковку и любовался ею. И вот теперь наконец встретил свою мечту… Уходя, он сказал: «Благодарю вас за глаза». И поцеловал ей руку.
    Через несколько лет Маша, уже Львова, приехала погостить к родным, и тогда, тоже в Домотканове, Серов написал еще один ее портрет. Портрет вышел красивый, «импрессионистский», его колорит оживлял небольшой букет полевых цветов в левом нижнем углу холста. Племянница Маши, художница Мария Фаворская, дочь Нади Дервиз, вспоминала: «Эти цветы мы с сестрой набирали каждое утро свежими. Но смотреть, как пишется портрет, мне не пришлось. Тоша безжалостно выгонял нас, когда брал кисти в руки».
    Это полотно завершило серию серовских портретов Марии. Знаменитый художественный критик Стасов написал о нем: «Серов, все идущий в гору и уже начинающий достигать совершенства, представил… замечательно изящную молодую женщину… Судя по взгляду, выражению, всей внешней обстановке вокруг нее, она предана науке, знанию, она любит и умеет серьезно заниматься делом и посвящает ему всю жизнь. Серов умеет талантом выражать все это, всю истинную натуру и характер человека». Маша вернулась в Париж и увезла портрет с собой.
     
    А потом закончилась и радостная жизнь в Домотканове. Умерла, молодой еще, Надя, потом — Валентин Серов. Октябрьская революция разметала и погубила обитателей и гостей счастливого имения.
     
    Шестьдесят лет хранила Маша письма и рисунки своего кузена. А за несколько недель до Второй мировой войны, словно предчувствуя беду, переслала их в дар Третьяковской галерее. Она хотела, чтобы ее последний портрет тоже хранился в России. Но ее сын — микробиолог, лауреат Нобелевской премии Андре Мишель Львов — после смерти матери передал его в парижский музей Д’Орсэ.
    Когда началась Вторая мировая война, Маша писала в Россию: «Дорогие сестры, это мое последнее письмо, может быть. Вся Франция на дорогах, бежит — пешком, на велосипедах, даже на похоронных дрогах — до того давление немцев велико. Мы окружены справа, слева и с севера, я, думаю, буду расстреляна как довольно пожившая. Что же Россия не приходит к нам на помощь?.. Шум адский со всех сторон. Это конец света. Прощайте, Мари».
    Но Мария Львова, девушка, освещенная солнцем, уцелела в оккупированной Франции. Она дожила до девяноста лет и скончалась в Париже в 1955 году.
     
        Автор  Татьяна БАСОВА.

    БЫТЬ С НАРОДОМ

    Дм. Орешкин

    Искусство быть с народом


    19 января представители самарской общественности обратились к министру культуры региона с требованием наказать актера Валерия Гришко — за «издевательство над православием» в фильме «Левиафан» 
    02-490-03.jpg
    Кадр из фильма «Бриллиантовая рука» 

    Если б премьера «Бриллиантовой руки», где Козодоев (Андрей Миронов) с хоругвью в виде трусов Лёлика шествует за символом веры по воде аки посуху, состоялась сегодня — как бы реагировала православная общественность? Подвалили бы казаки с лампасами и велели бы Миронову убираться в свой Пиндостан/Израиль? Нюхальник бы начистили? 

    Трепетность чувств народных в последнее время возросла необыкновенно — параллельно с дороговизной на съестные припасы и прочие мануфактурности. Стахановские темпы процесса и отчетливая корреляция с падением рубля заставляют усомниться, что так проявляют себя потаенные богатства древнего нашего Национального Кода. Еще вчера народ-богоносец смотрел «Нашу Рашу» и ухахатывался, а сегодня словно духовной скрепой по темечку: не пустим русофобско-богомерзкое кино Звягинцева на незапятнанные ризы отечественных экранов! 

    Тут много причин. Прежде всего, любой великий народ своей многогранностью подобен карандашу. Повернется одной гранью — вот тебе Моцарт и Гегель, Пушкин и Тютчев. Повернется другой — а там Гитлер и штурмовики. Или вчерашние уголовники разгоняют Учредительное собрание, грабят винные склады, а Шариков с Ефимом Придворовым наяривают им на гармошке. Здесь, конечно, (Sic! — пометил бы умный В.И. Ленин) архиважно понять — кто, как и зачем этим карандашом вертит. И почему Господь ему попустительствует. 

    В общем, народ не очень-то и при делах. Хотя все выдающиеся мерзости всегда делаются ради него и от его имени. Одному совсем неплохому народу начальники сказали, что отныне он будет советским, интернациональным и бесклассовым, «новой исторической общностью людей». Он и согласился. Начальникам видней! Потом вдруг хлоп — немецкие братья по классовой борьбе, пролетариат и трудовое крестьянство, которым, как и нам, нечего терять, кроме своих цепей, почему-то решили начать приобретение всего мира именно с Москвы. Приперлись на танках, начальству пришлось срочно менять формулировку. Народ опять согласился и, как сумел, выполнил интернациональный долг по вправлению братских мозгов. Чтобы тов. Брежнев мог всласть целоваться с тов. Хоннекером, никого не смущая. Ибо в СССР — как в раю — не было секса. Там вообще мало, чего было. 
    02-cit-03.jpg
    Поэтому начальники скоро передумали и объяснили народу, что быть свободным от буржуазной эксплуатации и религиозного дурмана не совсем правильно. Гораздо правильнее сначала замочить чеченов в сортире, а потом, навеки сплотившись с ними в Евразийский союз (вызывает смутные подозрения — что это Путин с Кадыровом не целуются?), двинуться походом на фашистскую Украину. Для вызволения из рабства сакральной Новороссии. Которая (в отличие от Киева), исстари была нашей, хотя до прошлого года многие и слова такого не слышали. Новому богоугодному делу народ радуется так же горячо и непосредственно, как приглашению грабить награбленное, взрывать церкви и вешать попов. 

    Нынешняя обостренная духовная отзывчивость и ранимость, сопряженная с желанием дать в морду и выписать двушечку, опять же проистекает не из широких народных масс, а из перепуганного Красного терема. Народ, как всегда, выступает скорее зеркалом и увеличительным стеклом. Руководство заявляет доносительство и палачество темой урока — а там уж всякая сволочь, толкаясь и потея, спешит показать себя первым учеником. 

    В Самаре актера Валерия Гришко за участие в «Левиафане» требуют лишить зарплаты — от имени народа. Начальство Мурманской области, где снимали фильм, сначала возмущается, а потом, подумав, гордо игнорирует факты гнусной клеветы на любимые нечерноземные ландшафты. 

    «Левиафану» от этого только рекламная польза. Да и нам с вами не вредно убедиться: власть, с ужасом сознавая, что обделалась сразу по всем направлениям, в ударном порядке спешит к сталинской ширме «общенародного щастья». Которая склеена кровавыми соплями из бесконечного разоблачения вредителей, отпора агрессорам и затягивания поясов. 

    А куда еще ей деться со своей вертикалью, как с писаной торбой? 

    "МУСОРНЫЙ" РЕЙТИНГ РОССИИ

    27.01.2015 11:26:00

    Что значит для России «мусорный» рейтинг

    26 января одно из трех ведущих мировых рейтинговых агентств Standard & Poor’s (S&P) понизило кредитный рейтинг России как государства с «ВВВ-» до «ВВ+» с негативным прогнозом.
    S&P-490.jpg
    Понижение рейтинга до «мусорного» уровня S&P объяснило «сокращением гибкости российской монетарной политики и слабыми надеждами на экономический рост».The New Times расспросил экспертов, чем это грозит российской экономике и простым гражданам.
    Евсей Гурвич, президент Ассоциации независимых центров экономического анализа
    Влияние на рядовых граждан будет косвенным. Станут дороже заимствования для российских компаний и банков. Это значит, что кредитов для населения станет немного меньше, и они станут немного дороже. Иностранные держатели российских государственных облигаций продадут активы, так как у многих держателей прописано правила, согласно которому они не могут держать в портфеле активы с «мусорным» рейтингом. Естественно, уменьшится спрос на российские государственные облигации. Увеличится отток капитала, что повлияет на курс рубля.
    Быстро поднять кредитный рейтинг не удастся. Если антикризисная программа стабилизирует обстановку, поправит проблемы в банковской системе, если понизится волатильность рубля, то рейтинг пойдет вверх.
    Дмитрий Мирошниченко, аналитик Центра развития НИУ ВШЭ
    Если коротко, то снижение кредитного рейтинга говорит о том, что лучше станет не скоро. Конечно, снижение рейтинга одним агентством – это не так принципиально. Как только второе агентство из тройки понизит рейтинг России, то мы столкнемся с крупным оттоком капитала.
    Это повлечет падение курса, рост цен на продукты, сокращение реальных доходов. Кроме того, нас ждет ухудшение общей ситуации на рынке труда. Усложненный доступ к финансированию может приводить к сокращению персонала.
    Чтобы повышать кредитный рейтинг нужно перестраивать не только экономическую, но и политическую систему, так как сегодня в России экономика и политика слишком сильно увязаны и тесно переплетены. Чистые экономические меры малоэффективны, как и чисто политические.
    Михаил Крутихин, партнер консалтингового агентства RusEnergy
    Падение рейтинга уже сказалось на энергетическом секторе. Российские нефтяные и газовые компании не смогут «поднять» кредит за рубежом, что связано и с санкциями тоже. Это автоматически замедляет все проекты по добыче российских компаний. Существующие проекты выходят на окупаемость, в лучшем случае, через 7-10 лет. Значит, нужны «длинные» деньги, кредиты. Такое падение повлечет за собой снижение добычи, что отразится на бюджете нашей страны.

    Я САМ "ЛЕВИАФАН" НЕ ВИДЕЛ


     Юлий Ким!


    Я  САМ  ЛЕВИАФАН  НЕ  ВИДЕЛ

    Мне не до смеха, не до фана…
    Сижу угрюмый и бухой
    Я не смотрел Левиафана
    Но фильм, естественно, плохой
    Об этом пишут мне в газетах
    И в передачах – говорят
    И поливают в интернетах
    Левиафана – все подряд
    Трещат на критиках – рубашки
    И дыбом волосы встают
    На фильм про РАШКУ, про ГОВНЯШКУ
    Бабло народное дают
    Нет, право, братцы, изуверство
    Что на подобное гавно
    Даёт – Культуры Министерство
    И добавляет — Фонд Кино
    А что, вы спросите, в итоге?
    Ответ, товарищи, простой:
    На наши, сука, на НАЛОГИ
    Получен Глобус Золотой
    Берлины–Лондоны и Канны
    Кругом – овации и вой
    Я – не смотрел Левиафана
    Но точно знаю – фильм – плохой
    Ведь в нём – и пьют и матерятся
    Про власти – плохо говорят
    И невиновные – садятся
    А виноватые – стоят!
    Кругом – разруха, ямы, лужи
    Разгул коррупции, ворьё
    И изменяет баба – мужу
    Ведь жизнь «не сахар» у неё
    И все живут в большом бараке
    И местный мэр – бандит и враг
    Но это ж всё, ребята, ВРАКИ
    И это все совсем не так
    Живем в стране мы Лучшей Самой
    Кругом – порядок и закон
    Вы, со своей АНТИРЕКЛАМОЙ
    Ступайте — из России – вон
    Народ живет у нас нормально
    Все сеют рожь, коров пасут
    Чиста Полиция – кристально
    И справедлив российский суд
    Растут: поддержка президента
    Патриотический настрой
    Все: от старухи до студента
    Стоят за Родину – «горой»
    Доход – согласно аттестату
    Плюс: стали меньше выпивать
    А чтобы кто ругнулся матом
    Такого не бывает, БЛЯДЬ!
    Нет ни агрессии, ни злобы
    Везде — порядок, чистота
    И ты пойди, у нас, попробуй —
    Найди — ПРОДАЖНОГО МЕНТА
    Да, Жизнь пошла – сплошное ЧУДО
    В ВОЛШЕБНОЙ, СКАЗОЧНОЙ СТРАНЕ
    А этот Звягинцев, паскуда
    Хуйню показывает мне
    Он, блядь, вообще, не понимает
    Запросов зрительской души
    Зачем он это всё снимает?
    Да на народные гроши???
    Смотреть на это — нету мочи
    Прошу, по–братски, под конец
    Снимите нам кино про СОЧИ
    Про Пять Эпических Колец
    Про «Крымский Мост» кино снимите
    Про: Тигра, Стерха, про ДЗЮДО
    А ваш Левиафан, простите
    Я не осилил «ОТ и ДО»
    Меня «шедевр» сей – ОБИДЕЛ
    Забыл про сон я и покой
    Я сам Левиафан не видел
    Но фильм, ЕСТЕСТВЕННО, ПЛОХОЙ!
    Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
    Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..