воскресенье, 3 декабря 2017 г.

КОРЖИКИ


КОРЖИКИ



– А давайте я вам фотографии покажу, – говорит тётя Маня, как только мы с женой входим.
Она снимает с полки потёртый альбом. Фотографии в нём вклеены намертво. Мы садимся к столу. Она приносит с кухни коржики. Раньше и чай обязательно приносила. Теперь забывает.
– Тётя Маня, – говорю я, – не нужно коржиков.
– Сегодняшние, – говорит тётя Маня и открывает альбом: – Это мои родители. В молодости.
Коржики она печёт постоянно. Поэтому стены в кухне покрыты маслянистой плёнкой. И сама она тоже ею покрыта: лицо, руки, одежда. Коржики лежат в вазочках, хлебницах, корзинках. На этажерке, на столе, на комоде.
Живёт тётя Маня одна. Из дому не выходит и гостей не принимает. Зачем ей столько коржиков, не знает никто. А она не объясняет. Печёт их, и всё. Как фабрика-кухня. То есть что-то, возможно, знает врачиха. Она говорит: «Возрастное отклонение это, – и говорит: – Не противоречьте. Пусть печёт. Вам что, жалко»?
Нам не жалко. Мы приносим муку, постное мало, яйца и сахар. А соли и соды у тёти Мани ещё надолго хватит. Солью она сама запаслась при Горбачёве и содой тоже. Да, ещё маргарин мы приносим. Чтобы у неё всегда было из чего печь коржики. Иначе тётя Маня может начать нервничать. И врачиха опять будет настаивать на стационаре. С красивым названием «Гериатрия». А мы один раз её уже послушались. И оказалась эта «Гериатрия» обычной психушкой для стариков и старух. Еле мы тётю Маню оттуда выцарапали. Теперь врачиха, если что, сразу говорит: «Под вашу ответственность». «Под нашу, под нашу», – говорим мы и никуда тётю Маню не отдаём, просто заходим к ней каждый день. То я, то жена, то вместе. Благо, живём в двух шагах. И смотрим фотографии в альбоме. И едим через силу коржики.
Коржики, кстати, у тёти Мани вкусные. Я долго таскал их на работу «к чаю» и жена таскала. Даже на праздники всякие, дни рождения и прочее. Друзей ими угощали при каждом удобном случае принудительно. Но на работе они всем надоели. И у жены, и у меня. И друзьям надоели. Так что куда тётя Маня девает старые, неиспользованные коржики, я не знаю и не спрашиваю. Надеюсь, в мусоропровод. Что ест она сама, тоже неясно. Возможно, те же самые коржики и ест. Во всяком случае, всё, что приносим ей мы, так и сгнивает в холодильнике. И никакие уговоры не помогают. Тётя Маня пропускает их мимо ушей, отмораживается.
А раньше она вкусно умела готовить. Из ничего по тем временам готовила, а всё равно вкусно. Это даже я помню. Из детства. Мало того, когда сын её женился на соседской дочке и перешёл жить к ней, поскольку соседская часть их развалюхи была больше, она протискивалась сквозь дырку в заборе и залезала в окно, чтобы узнать, чем жена кормит её сына. Совала свой нос в кастрюли, пробовала приготовленную пищу на вкус. Её ловили, стыдили, выкидывали, но она не обращала внимания. Потому что сына нужно было кормить хорошо. Он в детстве туберкулёзом переболел, и зря, что ли, они с мужем его выходили. Всё продали, что не продалось – бросили. И уехали на юг, в деревню. Чтобы жить там и работать. Муж по своей специальности устроился, парикмахером. Правда, в райцентре, за двенадцать километров от места жительства. А она учительницей младших классов. Тем более что старших в деревенской школе и не было. И учительницы не было. До их приезда. В деревне завели они козу и кур, и сына спасли. Без всяких антибиотиков. Про них тогда только слухи ходили упорные, мол, творят чудеса. Но взять их простым, обыкновенным людям было негде.
А теперь сын за границей, вернее, за океаном, если, конечно, всё у него хорошо. Тётя Маня рассказывает: «Лет двадцать уже он там. Или тридцать. В семьдесят девятом году он уехал. В ноябре. Я точно помню. Как раз перед Афганистаном». И ещё рассказывает, что он не ради себя уехал, а ради детей и ради их светлого будущего. Так он говорил.
А она не поехала. Что бы она там, за границей, делала? Тем более за могилами, кроме неё, ухаживать было некому. Тут же и отца её могила, который сначала без вести на фронте пропал, а потом вернулся. И мужа. Матери могилы нет, но она тоже лежит здесь, в этой земле. В каком-то из оврагов, где людей расстреливали. Её тоже просто так не могла она бросить, хоть и без могилы. Мать ей жизнь спасла. Сначала дала, а потом и спасла.
Да, а в живых у тёти Мани никого не осталось. На старости лет. Живые её здесь не удерживали. Я с женой не в счёт. Во-первых, я тогда пацаном ещё был, а во-вторых, седьмая вода на киселе. У мужа её покойного был двоюродный брат. Младший. А я его сын. А жив ли её собственный сын, она не знает. Сначала в их закрытый, военно-промышленный город письма от изменников родины не доходили. А потом оно как-то так сложилось, что вроде бы и можно стало письма получать, а сын ничего ей не написал. Бог знает, почему.
Так она одна и живёт по привычке, с семьдесят девятого года. Потому что муж тёти Манин задолго до отъезда сына умер в расцвете лет. Покончил с собой. Но если бы он не покончил, он бы всё равно умер. От тяжёлой продолжительной болезни. Мне моя мать рассказывала. Он говорил: «Я лучше повешусь, чем такую боль терпеть». Маня ему говорила: «Смертью от боли спастись – хорошая идея». А он: «Смерти всё равно не избежать, а боли – можно». И избежал. Люди потом трепались, что за это у него и внук родился больной. Калекой, можно сказать, родился. Из-за внука сын и уехал за границу, если разобраться. Там за такими больными умеют ухаживать. И жизнь им продлевать умеют. А у нас умеют только укорачивать. Больным, здоровым – всем.
Тётя Маня продолжает листать альбом. Все фотографии мы давно знаем наизусть. «Это мой папа, – показывает она пальцем. – Он сначала без вести пропал, а потом вернулся. Это я и муж мой – он покончил с собой. Это сын с женой и детьми - они живут за границей».
И здесь я произношу то, ради чего мы сегодня пришли:
– Тёть Мань, – говорю, – я сына твоего в фейсбуке нашёл. Вернее, внука. Хочешь с ними поговорить?
Тётя Маня не отвечает. Молчит. Потом говорит:
– Это сын мой с детьми. Они за границей живут. – И: – Ешьте, – говорит, – коржики. Не стесняйтесь.
2017
(с) А. Хургин

ЖИЗНЬ СТАНИСЛАВА ЕЖИ ЛЕЦА


https://isralove.org/load/13-1-0-1733?utm_source=email
Выделить ссылку и "перейти по адресу..."

«Тайерэ Нехамелэ...

«Тайерэ Нехамелэ...»
Лазарь Любарский, Тель-Авив

Дорогая Нехамелэ!
Сегодня, в последний день твоей земной жизни, я прощаюсь с тобой на твоем мамэ-лошн - языке, на котором ты была живой историей песни на идиш и одной из лучших исполнительниц этих песен всего поколения. Но ты была не просто исполнительницей, а и бесстрашным борцом за существование еврейской песни, еврейской жизни в стране, где всё еврейское было искоренено одним из величайших инквизиторов в истории человечества. Жестокая цензура продолжала свирепствовать и после смерти инквизитора вплоть до распада этой «формации». Лишь искусство и литература позволяли выражать между строк живые мысли и чувства, которые открыто выразить было нельзя. 

Одна из последних фотографий Нехамы Лифшиц. Фото: forward.com/

Ты, дорогая Нехамелэ, была одной из первых, которая это делала на еврейской сцене после того, как в 1958 году ты получила первую премию на Всесоюзном конкурсе мастеров советской эстрады и право выступать. О том, как проходило твое прослушивание на конкурсе, мне рассказал мой близкий знакомый, всемирно-известный латвийский, советский, а затем американский певец (тенор) и кантор синагог Михаи́л Александро́вич (1914 — 2002), светлой памяти: "Ведущий объявляет: «Нехама Лифшицайте, Литовская филармония: Народная песня «Больной портной». Председатель жюри - Леонид Утесов, один из наиболее известных в СССР певцов, артистов эстрады, кино и театра, организатор и многолетний руководитель первого в стране джаз-оркестра. Утесов, - одесский еврей, сформировавшийся как артист в начале века в на половину еврейской Одессе, – городе, который дал миру таких корифеев идишского пера как Менделе Мойхер Сфорим, Равницкий, Бялик, Фруг, Друкер, и многих других. Услыхав неожиданно свой родной язык, Утесов ошеломленно встал и простоял как вкопанный до конца песни, не скрывая волнение. Вердикт жюри: первая премия! Так началась феноменальная карьера Нехамы Лифшиц в еврейской песне".

С тех пор твой голос, Нехамелэ, стал голосом «евреев молчания», пробуждавшихся к своему новому еврейскому существованию и новому еврейскому самосознанию; у тебя крепнет еще больше верность своему предназначению, т.е. борьбе за сохранение сущности и самого существования своего народа, незыблемо веря в то, что наступят лучшие времена. Ты будешь не только пробуждать у слушателя память о прошлом, а возбуждать у него чувство причастности к своему древнему, рассеянному по миру народу, нацеливать его на усиление интереса к его истории, культуре, языку….В этом ты видела и духовное устремление мыслей в сторону Израиля.

«Я билась, как могла, но это была непробиваемая стена, — говорила ты. – Переломил ситуацию министр культуры Литвы. Он сказал мне: готовь программу, и мы послушаем, где там у тебя национализм. Я спела, и они дали заключение, что не нашли ничего негативного. Потрясающий был человек этот министр — литовец-подпольщик; если бы не он, меня как певицы больше не существовало бы».

Благодаря твоей настойчивости и бойцовским качествам ты добиваешься права на отдельные концерты по приглашению из различных городов страны. Ты получаешь приглашения на один-два концерта в год и в Москву (и это в городе где проживало несколько сот тысяч изголодавшихся по еврейскому слову и песне евреев), при предвзятом отношении к евреям и жанру…. Аналогичная картина была и в периферийных городах. Ты исполняешь песни из классического репертуара на мамэ-лошн и новые произведения (разумеется, утвержденные худсоветом к исполнению). Хотя продолжительную, жестокую сталинскую мерзлоту сменила хрущевская так называемая оттепель, но за твоими концертами следили работники Комитета госбезопасности, в идеологии свирепствовала жестокая цензура, а ты, Нехама, следовала своему кредо, умудрялась при этом передавать свой наказ особыми интонациями, акцентами, мимикой, движениями рук, сиянием глаз…Все в тебе вещало: "Спасайте идиш, спасайте идишкайт, спасайте "евреев молчания" (по выражению Нобелевского лауреата Эли Визеля); спасайте от душевного одиночества, от необходимости скрывать соблюдение еврейских традиций и выражать свои национальные чувства, не отдаляйтесь от своего еврейства, верьте, наступят и другие времена!"…

Твое имя и триумф молнией распространились по всей стране благодаря концертам, пластинкам и магнитфонным записями, которые размножались… У тебя всегда была особая публика: люди, потерявшие дорогих и близких, живущие в постоянном напряжении, в подозрительности и недоверии, изголодавшиеся по звуку родной речи, потрясённые самой возможностью услышать еврейское слово под еврейскую мелодию. Слушая тебя и твои песни, люди оживали, плакали, улыбались.

Нехама рассказывает: "1959 год, когда я впервые выступила в Москве, стал для меня вехой в жизни, ибо я встретила поэта Шике (Овсея) Дриза. Он повёз меня к композитору Ривке Боярской (1893–1967) послушать её "Колыбельную Бабьему Яру" на стихи самого Дриза. Ривка уже тогда была прикована к постели. Без надрыва, но с невыносимой глубиной она "провыла этот Плач". Я сидела, окаменев, в её убогой квартирке в запущенном доме, что напротив Московской консерватории, где она жила с мужем, театральным критиком Любомирским. Я не могла подняться с места. Дриз почти вынес меня на улицу. Я унесла с собой этот Плач. Пианистка Надежда Дукятульскайте, которая сама потеряла единственного ребёнка в гетто Каунаса, нашла к песне строгие аккорды; ведь это нельзя назвать ни песней, ни плачем, это как сплошная боль, которая ещё усиливается от прикосновения. Как же было прикоснуться к ней, в монотонной мелодии – с прерывающимися вскрикиваниями и мёртвеющей и слабеющей в ужасном "Люленьки-лю-лю"?

"Кина" (элегия, иногда причитание) – так называют в нашем народе "Плач по погибшим и разрушенным"... В «Колыбельной Бабьему Яру» ты, Нехамелэ, выплакала боль всех евреев и свою по погибшим в этом месте и в Катастрофе в целом: Вот русский перевод этого текста: /"Я повесила б колыбельку на отвесе/ И качала б сыночка моего Янкелэ. /Но дом исчез в пламени и огне.../ Где же мне укачать моего дорогого? Люленьки-лю-лю.../ Повесила б колыбель на деревце / и качала б, качала сыночка Шлоймелэ, / Но не осталось у меня шнурка от ботинка,/ Не осталось и нитки от наволочки...Люленьки-лю-лю.../ Отрезала б косы мои длинные/ И на них бы повесила колыбель,/ Но не знаю, где искать кости,/ Косточки обоих детей моих, Люленьки-лю-лю.../. И вырывается из зажатого горла в последнем вздохе: /Помогите, матери, помогите выкричать,/ выплакать мой напев!../ Помогите, помогите Убаюкать,/ укачать Бабий Яр... Люленьки-лю-лю...»/. И затем просто голос, просто высокие рвущиеся к равнодушному небу звуки, все слабеющие, умирающие в "Люленьки-лю-лю..." И ты продолжаешь: "Только память десятков тысяч погибших, как наказ - "Помнить! Помнить! Не забывать!" - дала мне силы и право вынести этот Плач к слушателям. Я и сегодня, и в этот миг не могу отыскать слов, чтобы передать, что я тогда вынесла, что я чувствую сейчас, когда притрагиваюсь к этой Святыне. Я была одержима какой-то Силой, и она приказывала: - Стой, умри и пой! И я пела...

Я исполнила «Колыбельную Бабьему Яру» в Киеве, городе "Бабьего Яра". Киевляне вместе со мной пережили эти минуты"…Долгие годы эту «Колыбельную» объявляли как «Песню матери».

Это был Плач Матери…Голосом, словом, сдержанными движениями рук Нехама создавала страшный образ: Бабий Яр как огромная, безмерная колыбель – здесь не тысячи, здесь шесть миллионов жертв! Зал оцепенел. И вдруг чей-то крик: «Что же вы, люди, встаньте!» И зал всталл…И… дали занавес…(!?). На следующий день Нехаму вызвали в ЦК…".

"Бабий Яр" потряс Евгения Евтушенко. Два года спустя он откликнулся знаменитым стихотворением «Над Бабьим Яром памятников нет...»; композитор Дмитрий Шостакович написал 13-ю симфонию - в 1962 году;отозвались книгами и писатели Анатолий Кузнецов и Виктор Некрасов – несколькими годами спустя… В те, доевтушенковские, годы власть всеми силами замалчивала трагедию Бабьего Яра. А Нехама повсеместно продолжала исполнять "Колыбельную…" и зрители в залах стояли оцепенело… и не аплодировали.

Нехама не только пела, она проявляла несгибаемое еврейское достоинство, несклоненность, уверенность в своей правоте. Она была насыщена национальным чувством. Какое мужество! Нехама была продолжением восстания в Варшавском гетто...».

Каждую программу прослушивали, требовали подстрочники всех текстов. «В Минске, — вспоминает Нехама Лифшиц, — вообще не давали выступать, и когда я пришла в ЦК, мне сказали, что “цыганам и евреям нет места в Минске”. Я спросила, как называется учреждение, где я нахожусь, мол, я-то думала, что это ЦК партии. В конце концов мне позволили выступить в белорусской столице, после чего в газете появилась рецензия, в которой говорилось, что “концерт был проникнут духом национализма”».

Краткая справка о симфонии № 13 "Бабий Яр" Шостаковича: 
"Симфония состоит из пяти частей, каждая из которых посвящена произведению Евтушенко: Бабий яр, Юмор, В магазине, Страхи, Карьера.

Первая часть симфонии является реквиемом памяти евреев, расстрелянных на окраине Киева осенью 1941 года. «Юмор» и «В магазине» рассказывают историю русских женщин, вся жизнь которых проходит в очередях за продуктами. Четвёртая часть вызывает воспоминания о сталинской эпохе, когда советские граждане жили в постоянном страхе перед террором НКВД. В последней части симфонии рассказывается о том, что вечной славы добиваются не те, кто молча делает карьеру, а те, кто не боится вслух высказывать свои убеждения и жертвовать собой". 


Справедливости ради, считаю необходимым отметить, что в 1945 году Дмитрий Клебанов, украинский композитор и дирижёр еврейского происхождения, также сочинил Симфонию № 1 («Бабий Яр»), пронизанную еврейскими мелодиями, с апофеозом скорбно-траурного вокализа, напоминающий еврейскую поминальную молитву Кадиш. Исполнение симфонии было запрещено, а композитору на долгие годы отложили присвоение звания профессора. Симфонию исполнили лишь через 45 лет, в 1990 году в Киеве, но Клебанова уже не было в живых.

Ясно, что все приведенные произведения на тему Бабьего Яра, равно как и другие подобные творения времен советского государственного антисемитизма, были официально осуждены в СССР.

Имя Нехамы и её феноменальный голос зазвучали во всем мире. Одиннадцать лет колесила она по Советскому Союзу. И в районных клубах, и в Концертном зале им. П.И. Чайковского в Москв, – везде ее выступления проходили с аншлагами. Повсюду после концертов ее ждала толпа — посмотреть на «еврейского соловья» вблизи, перекинуться хоть словечком на мамэ-лошн...

И еще один важный эпизод. В феврале 1959 г. просоветский Всемирный совет мира (вице-президентом которого был И.Г. Эренбург) на своем заседании в Вене решил участвовать в международном праздновании 100-летия Шолом-Алейхема. В делегацию, направленную во Францию для участия в юбилейных торжествах, включили Михаила Александровича, Нехаму Лифшицайте, Эмиля Горовца, скрипача Леонида Когана и мастера художественного слова Эммануила Каминку. Перед отъездом в Париж членов делегации проинструктировали в ЦК КПСС, поручив «развеять миф о якобы уничтоженной в СССР еврейской культуре». Выступления посланцев Москвы проходили под эгидой советского посольства и Французской компартии. Потом руководитель делегации Б. Д. Владимирский рапортовал в ЦК: «Был разбит вдребезги тезис, что в СССР нет еврейской культуры, а еврейский язык просто исчез!».! Излишне отметить лживость этого заявления, т.к. певцы Михаил Александрович, Нехама Лифшиц и Эмиль Горовец сформировались в досоветской еврейской Латвии и Литве, а Эммануил Каминка (он прочел на идише рассказ Шолом-Алейхема «Если бы я был Ротшильдом») родился в 1902 году в царской России. На самом же деле ничего на еврейской улице СССР не изменилось. Позднее для создания в мире позитивного имиджа была осуществлена попытка еврейского возрождения: в 1961 году начал издаваться на идише журнал "Советиш Геймланд" (главный редактор Арон Вергелис), а в 1962 г. был образован при Москонцерте еврейский драматический ансамбль (руководитель Биньомин Шварцер). Конечно, это была показная акция в ответ на крепнувшее в мире движение против дискриминационной политики в отношении евреев СССР.

Нехама продолжала свою концертную деятельность в течение 60-х гг. За ней следили работники Комитета госбезопасности, цензура свирепствовала, а она делала своё дело; шла по острию ножа. Выйти на сцену и произнести всего лишь три слова из библейской «Песни песней» царя Соломона на иврите – для этого в те годы нужно было иметь великое мужество. При этих словах выражение её глаз и движения рук были таковы, что каждый понимал истинный смысл сказанного – тот, который она вкладывала в эту песню: «Я хочу, чтобы моя песня звучала на равных с другими, чтобы живы были наш язык, наша культура, наш народ». Этот пароль был понятен её публике. А для цензуры концерты назывались стерильно: «За мир и дружбу», вполне в духе времени.

Какая-то высшая воля выбрала Нехаму Лифшиц стать символом русского еврейства, его голосом и совестью. Еврейская песня стала поистине ее судьбой. Она исполняла песни Мордехая Гебиртига, одного из самых известных авторов песен в еврейском мире на идиш 1920–1930-х гг, опираясь на еврейскую народную мелодику. Сейчас бы его называли бардом. Вот как выглядит часть его песни "Эс брэнт!" ("Горит!"), известной также под названием "Ундзэр штэтл брэнт" ("Наше местечко горит"). Эту песню, предвестницу Холокоста перевел на русский язык Айзик Баргтейл:

Ад, братья, ад!
Весь городок наш пламенем объят!
Ветры злые, вихрей стая
Рвут, ломают, раздувают
Всё сильнее дым и пламя -
Все дома горят.

Но безмолвно вы стоите,
Все молчит вокруг.
Но безмолвно вы глядите,
Не вздымая рук. 

Было понятно, что пламенем объят не просто «городок наш», а еврейская жизнь наша, и необходимо быть готовым к тому, чтобы не дать ей угаснуть, бороться за нее и защищать ее.

Или легендарный «Гимн еврейских партизан», который сочинил двадцатилетний вильнюсский парень Гирш Глик, положив его на мотив "казачьей песни" Д. Покрасса: «Зог нит кейнмол аз ду гэйст дэм лэцтн вэг"» («Никогда не говори, что ты идешь в последний путь»). Гимн призывал не отчаиваться, верить…

Мне посчастливилось много раз присутствовать на концертах Нехамы, - в Москве и ряде других городов. Эта были настоящие демонстрации солидарности с еврейской историей, со своим древним народом, а мысли переносились к недоступному в ту пору, возрожденному Израилю…

Не могу не рассказать об одном таком потрясающем концерте в Тбилиси, куда меня случайно занесло в 1964 году. Переполненный зал на улице Плеханова; люди сидят даже на полу, в проходах, в пространстве между сценой и рядами; большинство зрителей – грузинские евреи, не знающие идиш. Темпераментные зрители неистово аплодируют каждой песне, подтанцовывают. Когда Нехама запела "Хаву Нагилу" зал взорвался в унисоне, затем потребовал "на бис". Концерт затянулся заполночь и гостью отнесли в гостиницу на руках.

Борьба Нехамы Лифшиц за выживание евреев в СССР, за еврейскую жизнь и звучание языка идиш - отражалась в каждой её песне каждого концерта. Эта борьба была проникнута национальным патриотизмом, который однозначно преломлял мысли и устремления в сторону Израиля, воспитывал и порождал новых последователей тех, кто две тысячи лет лелеял эту мечту, умножал счастье принадлежности к еврейскому народу.

Всевозрастающее отчаянное движение советских евреев за выезд в Израиль явилось той вехой в истории нашего народа, тем основанием, которые сделали возможной массовую репатриацию и, вместе с тем, расшатала в значительной степени казавшуюся неприступной советскую государственную машину. И в этом велика и твоя заслуга, дорогая Нехамелэ, вклад в огромное, подлинно революционное, движение еврейских масс СССР, переступивших порог страха ценой многочисленных арестов, судебных «дел…», бытовых страданий и лишений.

Нехама стала одной из первых репатрианток в начале 1969 года.
Глава правительства Израиля Голда Меир встречает Нехаму в аэропорту им. Бен-Гуриона 
Первое выступление Нехамы в Израиле 

Но борьба Нехамы продолжалась и в Израиле – до окончательного исчезновения институтов «Узников Сиона» и отказников в бывшем СССР и нормализации положения оставшихся там евреев.

Жизнь и деятельность Нехамы Лифшиц в Израиле известна из прессы. Талантливая певица и популяризатор песен и культуры на языке идиш объездила с концертами весь Израиль, гастролировала по всему еврейскому миру, неся с достоинством своё высокое искусство и историческую миссию израильтянки. Два десятилетия назад Нехама создала свой «Мастер-класс» - подлинную Школу еврейского вокала, в которой она повторяла себя в своих учениках. Этот «Мастер-класс» (ныне Студия еврейской песни имени Нехамы Лифшиц) достойно возглавляет талантливый концертмейстер, педагог и композитор Регина Дрикер, которая бережно хранит творческое наследие и память своей выдающейся предшественницы

Несомненно, что имя Нехамы Лифшиц, этой уникальной певицы будет достойно увековечено.

Пусть твоя душа, Нехамелэ, вечно будет связана с жизнью. זאל זיין דיין נשמה פארבונדן ווערן מיטן לעבן! מיטן

Тайны потерянных колен Израилевых

Тайны потерянных колен Израилевых

Тайны потерянных колен Израилевых
Юлиус Шнорр фон Карольсфельд. 160 иллюстраций Ветхого завета
...И сказал Господь Моисею, говоря: скажи сынам Израилевым и возьми у них по жезлу от колена, от всех начальников их по коленам, двенадцать жезлов, и каждого имя напиши на жезле его; имя Аарона напиши на жезле Левиином, ибо один жезл от начальника колена их (должны они дать); и положи их в скинии собрания, пред ковчегом откровения, где являюсь Я вам; и кого Я изберу, того жезл расцветёт; и так Я успокою ропот сынов Израилевых, которым они ропщут на вас. И сказал Моисей сынам Израилевым, и дали ему все начальники их, от каждого начальника по жезлу, по коленам их двенадцать жезлов, и жезл Ааронов был среди жезлов их. И положил Моисей жезлы пред лицом Господа в скинии откровения. На другой день вошел Моисей (и Аарон) в скинию откровения, и вот, жезл Ааронов, от дома Левиина, расцвел, пустил почки, дал цвет и принес миндали. И вынес Моисей все жезлы от лица Господня ко всем сынам Израилевым. И увидели они это и взяли каждый свой жезл...


Статья была написана несколько лет назад...

Была опубликована в России, США, в журналах и сетевых изданиях.

На этом сайте была опубликована 2012-04-20 в 23:34:31...

Сегодня мы повторяем публикацию...



Странно наблюдать за тем, как образованные люди называют израильтян оккупантами, а арабов, присвоивших себе имя «палестинцы», угнетаемыми.

Не знают истории?

Я был немало удивлен, когда однажды более часа слушал историю Палестины от доцента Московского областного педагогического института, кстати, еврея по национальности, где он доказывал, что евреи оккупировали Палестину, а арабы, дескать, всегда жили на этой территории.

Сознаюсь, тогда, лет 30 назад, я не слишком хорошо знал историю своего народа, во всяком случае, не ту ее часть, когда наши предки несколько тысячелетий жили в Иерусалиме, на земле Палестины - и нигде более. Строили города и селения, разводили скот, сеяли, выращивали овощи и фрукты, и, конечно, воевали, защищаясь от набегов соседей.

Я несколько наивно полагал, что евреи «каким-то образом» живут не в одной стране, а сразу в нескольких. А Палестину для размещения государства Израиль выбрала ООН, и хорошо, что не Уганду. А ведь хотели. Невозможно представить...

Мне, быть может, простительно - я был тогда молодым советским ученым, прикладным математиком, влюбленным в свою науку как в красивую женщину, отнимавшую у меня все мое время. Евреи, Израиль, палестинцы... Я жил в своей стране, где получил образование, престижную работу - заведовал кафедрой в престижном московском вузе, а Палестина, Израиль - они были где-то далеко, меня все это, если и касалось, то постольку-поскольку...

Но вот что странно: сегодняшние дипломаты, политики, ученые, вообще, мировая интеллигенция искренне убеждены, что арабы оккупированы, их мучают, над ними издеваются – не говоря уже о новых – модифицированных кровавых наветах, в которых, дескать, уже не сама «кровь младенцев» нужна евреям, а отдельные органы.

Вы скажете – в это никто не верит. Согласен, не верят. Но после десятой перепечатки «пассажа о краже органов» малообразованные люди (они, обычно, «загораются» первыми) осторожно скажут – а может, и правда? А после «двадцатой» уже начнут передавать друг другу – мол, слышали, евреи-то, оказывается...

И не важно, что палестинские арабы живут – во всех отношениях - лучше, чем их братья в других арабских странах.

Почему молчат историки? Почему, рассказывая об Израиле и еврейском народе на страницах справочных изданий, ссылаются на... Библию, подразумевая, видимо, Ветхий Завет, но не называя его. Слово «Тора» вы не встретите.

Миру, который погряз в войнах и склоках, сегодня удобно называть еврейский район Рамат Шломо в Иерусалиме поселением, а евреев – оккупантами. Но это удобство закончится, когда в мировую паутину информации начнут методично вплетаться статьи историков, в которых мир получит сведения не только о евреях, но и о «судьях».

У всех стран, кроме Израиля - захваченные территории, послевоенная контрибуция, отторжения части пространства для создания зон безопасности, спорные территории – прошлые и будущие, сферы интересов. А у Израиля – оккупация. Почему?

Информационные кампании израильтян должны содержать не оправдания и объяснения – почему Израиль во время пребывания американского вице-президента объявил о строительстве в Восточном Иерусалиме, а вопросы – почему лидеры по конфликтам – США, Россия, Великобритания, Евросоюз – такие праведные во всем, что касается отношений Израиля с арабами, не разрешат свои конфликты в пользу обиженных ими более слабых стран – на «теле» Евросоюза печать негде ставить – сплошные раздоры. Но ведь не обвиняют никого – ищут исторические основания! И, как в случае с Косово, не всегда справедливо. И почему-то всегда несправедливо по отношению к тем, кто конфликтует с арабами.

В отличие от Израиля, который в Секторе Газа подавил систему обстрелов еврейских городов, в Ираке и Афганистане НАТО ведет борьбу за демократию. Какую? Почему? Воюете – воюйте, но не вмешивайтесь в наш регион, в наши дела, в которых вы ничего не смыслите.

Вас не удивляет, что израильские левые, фактически, хотя и безуспешно, разрушая жизнь в Израиле, молчат относительно действий своих спонсоров на Ближнем Востоке? Я опускаю тех, кто, будучи арабом, проживающим в США и Европе, приезжает сюда в качестве американца или европейца, чтобы протестовать против строительства забора безопасности.

Я не указываю на то, что русскоязычная израильская пресса пишет – «в демонстрации протеста принимали участие граждане США и европейских стран». Солидно... Но нелепо – что им тут делать?

Среди журналистов нет патриотов? Или не понимают, что пишут и как это отзовется? Или просто не в силах провести анализ?

Скорее всего, последнее – с экранов ТV вы слышите рассуждения репортеров, внушающих вам, что вы – оккупанты, агрессоры. Они вторят иранскому президенту, дословно, со всеми нюансами, переводя вам его слова. Время эфира идет? Идет. Деньги за эфир получат? Получат. А как это потом отзовется – их не волнует.

Знание истории Израиля - его народа, Иерусалима, построенного тысячелетия назад - будь они известны мировому сообществу, отмели бы сегодняшний рефрен политиков и СМИ – территории, оккупированные Израилем.

И начать, как мне кажется, необходимо с двенадцати колен Израиля.

Колена Израилевы

Это племена потомков двенадцати сыновей Иакова, образовавших, согласно Ветхому Завету, израильский народ. Любопытно, в русской литературе пишут иначе – «согласно Библии», что в принципе верно – с него начинается Библия, но все же, в том, что касается пророков, лучше обращаться не к Библии, а к Ветхому Завету – как первоисточнику. Кстати, делают это не случайно – малообразованная часть российского общества искренне уверена, что Христос не был иудеем. Как быть? Между прочим, в литературе на английском и немецком в аналогичных случаях ссылаются именно на Ветхий Завет.

Вот что пишут российские ученые: «Ветхий Завет — первая, древнейшая из двух (наряду с Новым Заветом), часть христианской Библии, древнее еврейское Священное Писание («Еврейская Библия»), общий священный текст иудаизма и христианства. Предположительно написан в XV—IV веках до н.э.». Хм, если Ветхий Завет - общий священный текст иудаизма и христианства, то это означает, что еврейский мальчик Иисус, с рождения которого и началась новая (наша) эра, появился за 15 веков до своего рождения?

Тайны потерянных колен ИзраилевыхПереход евреев через Красное море (фреска)

«Не кради» - говорит 8-я из «Десяти заповедей», дарованных Моисею Богом на горе Синай после Исхода из Египта. И, хотя Скрижали Завета дарованы евреям, их чтут и христиане. Так почему же находятся и такие, кто крадет истину?

Иаков - третий из библейских патриархов, младший из сыновей-близнецов библейских патриарха Исаака и праматери Ревекки, родившей сыновей после двадцатилетнего бесплодного брака.

И повторюсь - будьте осторожны: в российской божественной литературе пишется, цитирую, «Иаков почитается во всех авраамических религиях: в иудаизме, христианстве и исламе». Это – в принципе неверно, ибо ставит все религии на одну ступень относительно некой более высокой религии (метарелигии). А ее не было! На самом деле, Иаков почитается в иудаизме, и автоматически перешел в разряд почитаемых в христианстве и исламе, для которых иудаизм был первоисточником.

Советую обратить внимание на время и историю образования христианства и ислама, а также сопоставить тексты Нового Завета и Корана с Ветхим Заветом, который старше, как минимум, на два тысячелетия.

Обращает на себя внимание явно проскользнувшая мимо цензоров, напечатанная в одной из энциклопедий, фраза уважаемого историка религий: «В период до разрушения Первого Храма, когда евреи постоянно жили на принадлежащей им земле...». Принадлежащей им земле! Речь – об Иерусалиме и территории, включающей в себя не только современный Израиль, но и Синай, Сирию, часть Ливана. Когда? Иерусалиму более 3500 лет, а Первый Храм, или более точно - Первый Иерусалимский Храм, или Храм Соломона, был построен в 950 году до н.э., а спустя 364 года разрушен.

После смерти Соломона - третьего еврейского царя - Израильское царство разделяется на два — Израиль и Иудею. И, кстати, евреем в то время являлся каждый, кто принадлежал к еврейскому национально-религиозному сообществу – то есть, жил на этой Земле, даже если он не происходил от одного из колен Израилевых.

Сообщения прессы о коленах Израилевых (воспринимаемые как сенсационные) вызывают злобу не только у профессиональных антисемитов, их, кстати, не так уж и много, но и у профессиональных историков. В российском энциклопедическом издании вы можете без труда прочитать следующее, цитирую: «...Царство Израильское было завоевано Ассирией. Все десять колен, населявшие Израильское царство, были безвозвратно утеряны». Безвозвратно? Кто же вам это сказал?

Итак, у Иакова были две жены — Лия и Рахель, а у жен - служанки - Валла и Зелфа. Они родили своему господину 12 сыновей: Лия – Рувена, Шимона, Левия (Леви), Иуду, Иссахара, Звулона, Рахель – Иосифа и Биньямина, Валла – Дана и Нафтали, Зелфа – Гада и Ашера.

Лия и Рахель были сестрами. После смерти Лии, Иаков, как принято было в те благословенные времена, женился на младшей сестре – Рахели, которая умерла при родах Биньямина в местечке около Вифлеема (Бейт-Лехема). Место ее захоронения почитается с глубокой древности как могила праматери Рахель. Оно является священным как для евреев, так и для христиан и мусульман. Любопытно, что, по преданию, Рахель и Иаков были в Беэр-Шеве.

В Земле обетованной - Земле Израильской - каждое колено получило свой удел. Колено Рувена - в Заиорданье – севернее реки Иордан, как более пригодном для пастушеской жизни, Шимона - на юго-западе Ханаана (Ханаан, Кнаан - происходит от семитского корня, означающего «изгибаться вниз»), к западу от Иордана.

Колено Левии – левиты, было единственным, не получившем надел и находилось в зависимости от своих братьев. Левиты – священнослужители – традиционно занимались обучением народа законам Торы. Они обязаны были охранять порядок при богослужении, руководить при жертвоприношениях. Они были также музыкантами и исполнителями псалмов. Каждое еврейское поселение обязано было поддерживать их десятинами и пожертвованиями.

Иуда - родоначальник знаменитого колена, получившего надел на Юге, из которого произошел Давид, основатель царской династии, а также, по иронии судьбы, христианские святые – мать Иисуса Христа Богородица и его отец Иосиф Обручник, обрученный с Богородицей, которая «прежде их обручения стала беременной».

По имени Иуды были названы евреи – иудеи, и получило название одно из еврейских государств - Иудейское царство.

Колену Иссахара была отведена в удел северная часть Земли обетованной, в которую входила и плодородная Изреельская долина – от горы Кармель на западе до Иордана на востоке. Сегодня эта территория входит в состав Галилеи, городским центром долины является город Афула.

Тайны потерянных колен ИзраилевыхПоль Гюстав Доре (1832–1883). Мор скота в Египте. 1866. Лондон. Гравюра на дереве

Колено Звулона не сыграло особой роли в еврейской истории. Тем не менее, после исхода евреев из Египта ему была отведена северо-западная часть страны - между Тивериадским озером (Кинеретом) и Средиземным морем с Назаретом во главе.

Проблемы с распределением земель среди колен Израилевых начались с 928 года до н.э. - после смерти царя Соломона единое Израильское царство распалось на два - Иудею на юге (земли колен Иуды и Биньямина) и Израиль на севере (территория проживания остальных десяти колен). Основную роль в северном царстве играли колена Эфраима и Менаше – потомков Иосифа.

В 732—722 годах до н.э. израильтяне были захвачены ассирийцами. Часть народа была уведена в плен и расселена небольшими группами в различных областях этой огромной державы.

Ассирия в то время занимала территории современного Ирака, Сирии, Ливана, восточную часть Турции и, захватив Израиль, превратилась в Ассирийскую империю. Однако, на мой взгляд, ассирийцы, пойдя войной на Израиль, допустили ошибку, которую Всевышний им не простил. В итоге, просуществовав около тысячи лет, Ассирия была уничтожена Мидией и Вавилонией, а талантливый народ – ассирийцы, рассеяны по миру и, мне кажется – единственные, кто не имеют сегодня своего государства.

Так возникла первая еврейская диаспора, результаты которой определили то, что мы имеем сегодня. Хороши они или плохи? Существуют разные мнения на этот счет, которые мы здесь обсуждать не будем.

Многое из того, что вы, читатели, узнаете ниже, вызовет у вас удивление. Впрочем, вас, взявших на себя ответственность за переселение на Родину предков, вряд ли можно чем-то удивить. Но я, все же, попробую.

Исторические сведения о потерянных коленах Израилевых весьма отрывочны, противоречивы, часто не согласуются с уже известными сведениями, не вписываются в имеющиеся исторические представления и каноны.

На протяжении многих веков местонахождение потерянных колен оставалось загадкой. Однако, в конце XX века, во времена информационного взрыва и появления всемирной паутины, появились теории, предположения, даже мистификации, связанные с нахождением колен среди других народов в разных частях Света.

Как определить – кто есть кто, применительно к нашей ситуации? С помощью генетического теста на важнейшую в генетической генеалогии «гаплогруппу Y-ДНК», или, проще говоря, генетического маркера еврейской группы.

Потомки определенных колен Израилевых

Бней-эфраим – небольшое племя на юге Индии в штате Андхра-Прадеш, считающее себя потомками колена Ефрема, младшего сына Иосифа. Бней-Менаше – также небольшое племя в индийских штатах Манипур и Мизорам, считающее себя потомками колена Менаше. Бней-Исраэль — потомки евреев, говорящих на языке маратхи, проживающие в Бомбее и крупных городах Индии и Пакистана. Евреями, происходящими от Израильского царства, также считают себя и племена Насрани из Малабара на юго-западном побережье Индии. Ну, и, конечно, кочинские евреи – жители Кочина - первого европейского поселения в Индии, основанного Васко да Гама, где он и умер.

Недавно стало известно об африканском племени лемба, обитающем в Зимбабве и ЮАР: анализ ДНК, проведенный учеными Лондонского Университета, показал – у них еврейские корни. Более того, этот немногочисленный клан относится к роду Коэнов.

Эфиопских евреев – фалашей, или Бета-Исраэль - дом Израиля в Африке, вам можно и не представлять, ибо вы хорошо их знаете. Менее известно, что свое начало они берут от Менелика I - сына царя Соломона и Меакеды - царицы Савской. Когда-то они жили, в основном, в северной и северо-западной Эфиопии, вокруг озера Тана. Основным занятием было земледелие и различные ремесла: гончарное дело, прядение, ткачество, плетение корзин, кузнечное и ювелирное дело.

Персидские евреи, как и евреи Афганистана, Средней Азии и Восточного Кавказа, являются потомками колена Ефрема. Пожалуй, нет более запутанной темы, чем еврейско-иранские языки. Ими пользуется часть группы персидских евреев, другая - курдистанские евреи, проживающие на стыке Ирана, Турции и Ирака, сохранили еврейско-арамейский язык и его разновидности, а также миандоабский еврейский диалект азербайджанского языка.

Всего же я насчитал более 20 наименований языков в еврейско-иранской группе. Вот лишь некоторые из них: горско-еврейский язык (еврейско-татский - джухури), еврейско-таджикский и еврейско-бухарский, вымерший еврейско-персидский диалект гилеки, существовавший в афганском Герате, еврейско-ширазский диалект - язык евреев Шираза на юге Ирана, еврейско-хамаданский диалект – язык евреев на западе Ирана и языки других его областей.

Любопытно другое - все еврейско-иранские языки при письме обычно использовали алфавит иврита - за исключением советского периода, когда в «приказном порядке» ввели кириллицу, а в некоторых случаях - латиницу.

Потомками колен Ефрема, Менаше, Звулона, Гада и Левия считают себя евреи Игбо в Нигерии. Самаритяне, живущие в Израиле в Шхеме и Холоне, которые не отправлялись в изгнание и проживали там с библейских времен, считают себя потомками все тех колен Ефрема и Менаше.

Потомки неопределенных колен Израилевых

Произошедшие, чаще всего – от всех десяти. Это - караимы, считающие себя продуктом смешения десяти колен Израилевых с тюрками, племя в Гане, называющее себя «Дом Израиля», афганские пуштуны, курды (не путать с курдскими евреями), религиозное движение Макуя в Японии, мормоны, верящие, что десять колен Израилевых переселились в Америку.

Наконец, народ Цян из северо-западного Китая, уверенный в том, что он - потомок Авраама. Цян – один из 56 официально признанных народов Китая. По быту и традициям близки к тибетцам, которых называют своими родственниками. Численность – более 350 тысяч человек. Среди них немало ученых и бизнесменов, но никто из них не входит в правящую партийную элиту.

Европейский след. И это не столь примитивно, чтобы вызвать у вас улыбку на лице, которая возникает в таких случаях.

Британский израилизм - теория англо-израилитов, считающих, что европейцы и американцы - прямые потомки десяти колен, ведущие свое начало от скифов и киммерийцев. А все благодаря ассирийцам, которые переселили северные колена в Скифию.

Под европейцами в данном случае подразумеваются финны, швейцарцы, шведы, норвежцы, французы, бельгийцы и голландцы, а также, произошедшие от колена Дана датчане, ирландцы и валлийцы. Любопытно, что по одной из теорий в эту группу входят и русские.

Помните, как говорила Няня – обалдеть! Известно, пророк Иеремия посетил Ирландию с принцессой Теа Тефи из королевского рода Израильского царства. В итоге, ирландцы - островные кельты – потомки иудеев. Ученые указывают на многочисленные параллели между еврейской и ирландской культурой, а главное – обычаи кельтов.

Ученые утверждают: родословная английских королей восходит к царю Давиду через Джеймса VI шотландского и Фергуса Великого Ирландского, а хранящийся в Вестминстерском аббатстве коронационный камень служил подушкой Яакову в Бейт-Эле. Затем он был перенесен в Египет и позже доставлен пророком Иеремией в Антрем в Ирландии, где находился тысячу лет.

Аборигены Америки. Больше всего теорий именно на эту тему. Исследователи XVII-XVIII веков собрали достаточно доказательств того, что некоторые племена американских аборигенов происходят от десяти колен.

Книга Мормона - Священное Писание церквей, опубликованная в 1830 году, утверждает, что американские туземцы происходят от колена Менаше. Ученые нашли генетическое и лингвистическое сходство между индейцами чероки и евреями.

Нюанс еще и в том, что Христофор Колумб в свою экспедицию в 1492 году взял переводчика с иврита и арамейского языка, полагая, что на этих языках говорят местные жители. И, кстати, именно крещеный еврей Луис Торрес стал первым европейцем, ступившим на землю Нового Света.

Интересно - как на это отреагирует товарищ Чавес: ученые утверждают - индейцы Эквадора, Перу, Бразилии и соседних стран являются потомками колен Рувена и Леви. И что они произносят молитву, почти полностью совпадающую с «Шма Исраэль»...

Японцы – потомки десяти колен. Это утверждение историков религий может «убить» кого угодно. В его основе - параллели между японскими и еврейскими ритуалами и даже языком.

Кого только ученые не предлагали считать потомками Десяти колен - полинезийцев, пуштунов, татар, австралийских аборигенов, новозеландских маори, алеутов, эскимосов! За каждой из этих теорий стоит своя оригинальная аргументация.

Только лишь перечень народов, претендовавших на то, чтобы считаться потомками десяти колен, занял бы не одну страницу. Сюда входят и еврейские этнические группы, которые могли быть потомками изгнанников, и народности, про которые существовало мнение, что они потомки израильтян, и группы, вообразившие себя потомками евреев после знакомства с Ветхим Заветом через христианских миссионеров, и христианские секты, уверенные, что они восходят к древнему Израилю.

Провести генетическую экспертизу для доброй четверти человечества? Невозможно...

Эпилог.

Если жизнь, как полагают ученые, развивалась с востока на запад и с юга на север, то эта теория более или менее вписывается в главенствующую концепцию развития. К тому же, масса слов и выражений европейских языков указывает на ивритские корни.

Но у меня вопрос: а как тогда – в сфере той же концепции – выглядит начало жизни в древней Палестине и религия еврейского народа? Как пришедшие с Востока?

ИЗРАИЛЬТЯНЕ! КТО ТУТ ЖАЛУЕТСЯ НА КЛИМАТ?

Иностранцы пришли в ужас от видео с якутскими школьниками, идущими в метель

Школьники в Якутии gif
МОСКВА, 22 ноя — РИА Новости. Блогер Болот Бочкарев опубликовал в Twitter видео с якутскими школьниками, которые возвращаются домой в сильную метель.
"В арктической деревне Чокурдах дети идут домой из школы. Это в моей Якутии. Слава Богу, что в Якутске такого ветра не бывает", — пишет он.
​Некоторые иностранные пользователи удивились выносливости детей.
"Только что показал это ворчливому подростку, который требовал, чтобы я довез его до школы при —5 градусах. Мерси", — написал Scowling Owl.
"Теперь вы знаете, почему все русские такие суровые", — пишет Weather nuts.
"Что за удивительный контраст: когда в Нидерландах выпадает 10 сантиметров снега, почти вся страна перестает работать и школы закрываются", — пишет Gabsor Fotografie.
"Смело" — написал Kaziam.
"Ничего себе! Наши школы и города тут в Ирландии закрыли бы, если бы что-то подобное случилось", — пишет Charlie Herron
"Выглядит жестко! Так холодно", — пишет Rob F
По данным портала Ykt.Ru, действие происходит в селе Русское. Порывы ветра достигали 30 метров в секунду. Занятия в школе в итоге было решено отменить.

ОЛИМПИЯ ДЕ ГУЖ - ВРАГ ТЕРРОРА


«Мужчины, можете ли вы быть справедливыми? Этот вопрос задает вам женщина. Вы не можете приказать ей молчать», – так бескомпромиссно начинается «Декларация прав женщины и гражданки» французской писательницы и журналистки Олимпии де Гуж. За отведенные 45 лет жизни она успела принять деятельное участие в заседаниях самых влиятельных политических салонов рубежа XVIII – XIX веков, стать первым борцом за права чернокожего населения Америки, была близка к жирондистам, сочиняя революционные драмы про самые актуальные общественно-политические проблемы ее времени. Именно за свои сочинения ей пришлось взойти на эшафот в самый разгар якобинского террора.

Век Просвещения и порожденные им представления о свободе, равенстве и братстве всех людей серьезно повлияли на мировоззрение европейцев, что, в частности, выразилось в пересмотре юридических норм, регулирующих брачные отношения, взаимные права и обязанности супругов. Попытка проведения радикальной реформы семейного права была предпринята на волне торжествовавшей тогда революции в 1792 — 1793 годах. Ее основу составляли четыре главных тезиса: право на развод (в том числе, инициированным женщиной), уравнивание супругов в имущественных правах, уменьшение власти родителей над детьми, политика улучшения демографической ситуации в стране.
Однако охвативший потом Францию якобинский террор и последующие события более чем на столетие отложили решение вопроса о гендерном равноправии. Будущий император Франции Наполеон Бонапарт четко сформулировал доминировавшее тогда представление о роли и месте женщины в обществе: «Женщины — собственность их мужей, как плодовое дерево — собственность садовника». Конечно, столь резкое суждение Наполеона, вероятно, было связано с эпизодом из его личной биографии: он не мог простить жене, Жозефине Богарне, многочисленные долги, которые она успела наделать, прикрываясь его именем, чтобы в отсутствие супруга купить роскошную резиденцию Мальмезон.

1.jpg
Поход женщин на Версаль в 1789 году, вызванный катастрофической нехваткой продовольствия и резким ростом цен

Просветительские идеи о всеобщем равноправии, верховенстве закона и разума над любыми проявлениями диктатуры, вера в руссоистского «естественного человека» проявились в зарождавшемся тогда движении за женское равенство, выдвинув представительниц прекрасного пола на авансцену истории.
Вдова провинциального полицейского интенданта Мари Гуж приехала в Париж в 1770 году и решила начать новую жизнь, сменив свое простое имя на гордое античное Олимпия. Уже спустя три года она смогла удачно выйти замуж — за богатого государственного служащего Жака Бьетри де Розьера. Финансовое благополучие позволило Олимпии спокойно заниматься публицистикой и самообразованием, так что вскоре она стала завсегдатаем самых известных политических салонов предреволюционного Парижа. С 1774 года ее имя регулярно включалось в список наиболее знатных парижан, благодаря чему она вскоре познакомилась с известными философами и мыслителями своего времени, многие из которых затем составили ядро будущей партии жирондистов: с Жаном-Франсуа Лагарпом, Себастьяном Шамфором, Луи Мерсье, Николя Кондорсе. Кстати, Олимпия сразу же довольно близко сошлась с женой последнего — Софией Кондорсе, хозяйкой знаменитого «Социального кружка».

2.jpg
Казнь Олимпии де Гуж

Де Гуж активно приветствовала движение в поддержку демократических свобод в Америке, которое вдохновило ее на активную борьбу за отмену рабства. Так, она вошла в число наиболее видных филантропов-аболиционистов, которые, не принимая непосредственного участия в деятельности политических партий, содействовали своими сочинениями в прессе и постановками на сцене пропаганде скорейшего полного уничтожения проявлений подобного варварского ущемления человеческих прав и свобод. Де Гуж приступила к сочинению остросоциальных пьес в духе философских сказок Вольтера — «Замора и Мирза, или Счастливое кораблекрушение», «Рынок негров». Последняя в 1789 году была поставлена на сцене главного французского театра «Комеди Франсез», однако, в силу чрезмерной провокационности и открытых призывов к мятежу, выдержала всего 3 представления, после чего была снята с репертуара.
Наступившие вскоре революционные волнения Олимпия де Гуж поддержала, образовав совместно с женой видного деятеля жирондистов Кондорсе политический клуб — «Социальный кружок», ставший на несколько лет средоточием самых прогрессивных идей равноправия и либерализма. Адепты этого элитарного общества выступали за немедленное провозглашение гендерного равенства, что подразумевало предоставление женщинам всех свобод и прав собственности, призывали к созданию всеобщей федерации свободных народов — эдакого прототипа мирового правительства, действия которого должны направляться концепцией эгалитаризма. Отметим, что несмотря на весьма непродолжительный период существования, «Социальный кружок» оказал значительное влияние на политические и социально-философские воззрения романтиков, социалистов-утопистов и раннего Карла Маркса.

3.jpg
София Кондорсе

Главным документом, разработанным в ходе заседаний «Социального кружка» и одобренным всеми его членами, стала «Декларация прав женщины и гражданки» (1791 год) авторства Олимпии де Гуж. Это произведение прославило имя ее сочинительницы не только среди современников, но и в сознании потомков, окрестивших ее «праматерью феминизма». Вот наиболее яркий фрагмент ее знаменитого манифеста: «Женщина, очнись. Набат разума раздается по всему миру. Осознай свои права. Огромное царство природы больше не окружено предрассудками, фанатизмом, суевериями и ложью. Пламя истины разогнало тучи глупости и узурпаторства. Силы раба умножились, и он сбросил свои оковы. Но, освободившись, он стал несправедлив к своим ближним. О, женщины! Когда же вы прозреете? Что вы получили от Революции? Усилившееся презрение, более очевидное пренебрежение. На протяжении столетий у вас была власть только над мужскими слабостями».
Переломные события в насыщенной жизни Олимпии де Гуж принес 1793 год, когда Робеспьер обвинил партию жирондистов в предательстве интересов революции, что повлекло за собой исключение 22 депутатов из Конвента. Уже спустя полгода основные члены партии были приговорены революционным судом к смертной казни, причем многие из них решили не дожидаться приведения наказания в исполнение и самостоятельно свели счеты с жизнью: к примеру, Кондорсе отравился, Валазе заколол себя кинжалом в зале суда, а Барбару утопился в Роне.


4.jpg
Первая страница «Декларации прав женщины и гражданки»

Возмущенная подобным беззаконием, явно поддельными и лицемерными обвинениями, Олимпия де Гуж опубликовала гневный политический памфлет «Три урны, или Спасение отечества воздушным путешественником». Основным содержанием этого сочинения стала проповедь скорейшего проведения общенародного референдума, который бы определил дальнейшую судьбу французского государства, мечущегося между якобинцами, жирондистами и фельянами. Однако сразу же после публикации памфлета Олимпию де Гуж арестовывают за контрреволюционную деятельность, проводят обыск у нее дома, где находят наброски социально-политической драмы «Спасенная Франция, или Низверженный с трона злодей» — в самом названии уже содержатся явно провокационные и нежелательные аллюзии. Несмотря на то, что в центре повествования была фигура королевы Марии-Антуанетты, представленной в очень негативном ключе, следствие рассудило, что тем самым автор старался вызвать к ней сочувствие читателей.
Вопреки закону де Гуж не было предоставлено адвоката — члены революционного трибунала заявили, что она способна защищать себя самостоятельно. Находясь в тюрьме, писательница с помощью друзей опубликовала свои последние работы: «Олимпия де Гуж перед революционным трибуналом», где она рассказала о подробностях своего процесса, и «Преследование патриотки», в которой она осудила проводившуюся политику террора. В конце октября 1793 года трибунал приговорил де Гуж к смерти «за подстрекательство к мятежу против единой и неделимой республики».





Источник: diletant.media
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..