суббота, 23 мая 2015 г.

ФРЕЙДЗОН ПРОТИВ ПУТИНА

"Информационная атака": Бизнесмен Фрейдзон, подавший иск на "Газпром", рассказал о начале карьеры Путина
"Информационная атака": Бизнесмен Фрейдзон, подавший иск на "Газпром", рассказал о начале карьеры Путина
"Информационная атака": Бизнесмен Фрейдзон, подавший иск на "Газпром", рассказал о начале карьеры Путина
Бизнесмен Максим Фрейдзон, гражданин России и Израиля, подал в суд Южного округа штата Нью-Йорк иск против российских компаний "Газпром" и ЛУКОЙЛ, требуя компенсации за собственность, которую, по его словам, у него выкупили незаконно.
Иск Фрейдзона, касается его доли компании "Совэкс", выкупленной "Газпромом" и ЛУКОЙЛом, и на данном этапе суд не принял его обращение к рассмотрению, так как предполагаемые правонарушения, о которых идет речь, были совершены в России. Но бизнесмен опротестовал данное решение, аргументируя свою позицию тем, что в России он справедливого суда не добьется, к тому же, возвращение в эту страну сопряжено с опасностью для его жизни. Он использовал американский закон о пострадавших от рэкета и коррумпированных организаций, чтобы подкрепить свою позицию.
Фрейдзон дал пространное интервью радиостанции "Свобода", в котором рассказал о своей карьере бизнесмена в 1990-х годах. По его словам, ему приходилось иметь дело с Владимиром Путиным, который занимал высокий пост в администрации Санкт-Петербурга, и с другими представителями нынешней бизнес-элиты России. В частности, Фрейдзон сказал, что, получая разрешение на создание предприятия по производству оружия для правоохранительных органов, он дал Путину взятку в размере десяти тысяч долларов, и деньги передавал через Алексея Миллера, который сейчас возглавляет "Газпром". Из СМИ

 Сколько тогда было таких ловчил, вроде Фрейдзона. Грязное и подлое было время, время  шакалов. Кто-то выплыл до самого верха, кто-то остался в дерьме. Вот теперь иногда сводят счеты. Путин, возможно, тысячу раз плохой, но Фрейдзон -то  сам признается, что взятки давал, будто не понимает, что это тоже уголовное преступление. Значит, или провокатор или просто дурак. В любом случае, самое время - развязать в России юдофобскую пропаганду в новом качестве. Желающих там этим заняться множество. Евреев - борцов за светлое будущее - Кремль как-то, скрепя зубами, терпел, но на финансовую мозоль наступать безнаказанно в России крайне опасно, а этот Фрейдзон замешал все в одном флаконе. Уверен, скоро он поймет, что поступил опрометчиво.

ДВЕ УКРАИНЫ

ДВЕ УКРАИНЫ


                                           Иосиф Бегун


Из статьи: Восток поверил, что Западная Украина – им никто. И решил, что
жить с русскими в России им будет просто лучше, потому что – повторяю –
плохая семья всегда лучше непонятной коммунальной квартиры.


Русскоязычные жители Украины выбирают  - где жить?  Выбор непростой, ибо
определяет не только из жизнь но и будущее их потомков. Выбор, который
похоже делает автор и который он представляет как выбор Востока – в Россию,
с русскими  - своя семья, хоть и «плохая» но своя,  в то время как
альтернатива - непонятная коммуналка, может оказаться для будущих поколений
отнюдь не лучшим. «Своя семья» похоже избирает северокорейский вариант
(изоляция, диктатура, закрытость). И это надолго, ибо как можно видеть
большинство россиян это устраивает(!?). А «коммуналка» какой бы
непривлекательной не казалась как никак будет в Европе. Со всеми вытекающими
последствиями. Как известно, прибалты, сделавшие европейский выбор, похоже
не жалеют об этом. Хотя живут трудно. Такова судьба иммигрантов в первых
поколениях. В 20-х многие бежали от большевиков на Запад, где тяжким трудом
добывали свой хлеб, но их потомки, наши современники,  вряд ли осуждают их
выбор.

Конфликт на  Украине порожден в большой мере языковой проблемой. Носители
«великого и могучего» не хотят переходить на украинскую мову. Их можно
понять. Можно ли простить - другой вопрос. Граждане любой страны должны
знать государственный язык и пользоваться им. Если хотят быть полноценными
гражданами. Верно и то, что в каждой стране есть группы населения отличные
от коренного и у них есть право пользоваться своим языком и учить ему своих
детей. Похоже, что на Украине никто не запрещает русский язык.  Как
французский в Канаде, или арабский в Израиле. Как в любой цивилизованной
стране. Но право на родной язык не дает право носителям этого языка силой
захватывать госучреждения и объявлять свой город независимой республикой. Да
еще при очевидной поддержке соседнего  государства. Есть общепринятые
способы проведения референдума о выходе какой-либо части страны и
провозглашение независимости. Прецедентов множество: Квебек, Шотландия
Каталония…

Есть глубокая причина почему именно русский язык является причиной
украинской трагедии. Непропорционально большое количество носителей русского
языка которых часто именуют просто русскими в независимых ныне странах,
республиках бывшего СССР – это результат насильственной русификации которая
проводилась во всех этих республиках при коммунистах. Не только национальный
язык но и культура этих народов вытеснялись русской культурой. Это
происходило на протяжении 70 лет и в результате большая часть коренного
населения необратимо русифицировалась, теряла все связи с традицией и
культурой своего народа. Это особенно заметно на судьбах сравнительно малых
народов России и это же порождает огромные трудности для тех народов которые
обрели независимость при развале СССР, что особенно наглядно не примере
Латвии и Эстонии. Что касается Украины то там интенсивная русификация
насчитывает особо долгую историю, т.к. проводилась еще при царском режиме.

Для Путина развал СССР, другими словами обретение свободы народами бывшей
советской империи, это геополитическая катастрофа. Он избрал политику
«собирания русских земель», пытается загнать эти народы обратно в СССР.
Другими словами лишить их права свободного развития и права на свое
национальное будущее. Крым уже встал в строй 140 миллионного народа РФ,
идущего по магистральному пути «назад в СССР». Кто то «ехидно» заметил что
это был последний референдум крымчан.

Хочет ли именно этого автор, призывающий Восток идти в «хоть и плохую но
свою семью». Будет ли это меньшим злом из всех ныне возможных. Для него
самого, его детей и детей его детей?



Yosef Begun,

ШАВУОТ САМЕАХ

samari_msep_2
Ривка Лазаревич, Иерусалим

Перечитывая в преддверии праздника Шавуот Книгу Рут, я вдруг вспомнила олимовскую историю, рассказанную мне подругой много лет назад. Не перестаю удивляться круговороту жизненных коллизий, их определенной цикличности, порождающей вечные сюжеты.
Шавуот самеах, евреи!
Когда в начале девяностого неожиданно пришло разрешение из ОВИРа, Мара, иссохшая и почерневшая от горя, почти не воспринимала окружающий мир. За два года до того гебня под видом милиции накрыла компанию молодежи, тайно праздновавшую Пурим – видно, гад какой-то настучал – и увезла ребят, принявших крепко: и в силу неофитского восприятия еврейского ритуала, и в силу мощной русской традиции. 
Били их сильно и умело – никаких следов. Дали по пятнадцать суток – за хулиганство и нарушение закона о борьбе с пьянством и алкоголизмом. Только вскорости у Нолика, младшего сына ее, отказали почки, и бесплатная медицина оказалась бессильной, а слабые попытки усилить ее взятками лишь протянули сыновьи муки, и умер он.

Старший, Марк, отделался тогда легче и после смерти брата стал активистом зарождавшихся демократических движений, выходил на митинги, где участников тоже били и увозили в “воронках”. 
За сопротивление властям – расквашенный в драке милиционерский нос – дали Марку два года колонии строгого режима, откуда мать получила его труп. Убит сын был кем-то из блатных, хозяйничавших в колонии, через три месяца отсидки. Бандитская заточка умело рассекла его сердце.

И осталась Мара с двумя невестками-вдовами: Олей и Руфой. А запущенные много лет назад документы их на выезд в Землю Обетованную гнили себе потихоньку где-то в инстанциях. И, вдруг – на тебе! – разрешение! Сколько лет сыновья за него боролись, да не дожили!..
И сидели вечером ошеломленные вдовы: старуха и две молодые, обсуждая неожиданно свалившуюся новость.
– Как же я поеду туда без Марика? – стенала Ольга, – Как я смогу одна?
– Ну, чем я тебе могу помочь? – оправдывалась Мара. – Стара я уже другого мужа тебе родить, ты уж, Оленька, как-нибудь сама устраивайся!
– А мне, мама, идти некуда, вы же знаете, – говорила Руфа. – Ваш народ – мой народ, и ваш Бог – мой Бог! И я – с вами.
И вспоминала Руфа, названная так по прихоти отца, любившего красивые нездешние имена и артистку Нифонтову, как приехала она из глубинки на учебу, как увлеклась третьекурсником Арнольдом, Ноликом, тайно вместе с братом увлекавшимся изучением Ветхого Завета и древнееврейского языка. И как вместе с ним училась она читать справа налево и постигать мудрость древнего народа. Как вместе с друзьями – тайком, в лесу или на чьих-то дачах – праздновали они еврейские праздники. И как была она изгнана родителями и проклята ими за эту связь. И как тайно повенчали их с Ноликом под хупой, и стал он называть ее Рут, Рута Моя Душистая…
…И уехали Мара и Рут в Израиль.
И был их первый дом на Родине в мошаве.
И надо было как-то жить.
Денег, выделенных государством, казавшихся издалека гигантской суммой, едва хватало, чтобы свести концы с концами, и Рут прирабатывала на разных черных работах – на уборке, в основном.
Однажды хозяйка, у которой они снимали жилье, рассказала Рут, что в ближайшие недели созревает черешня, и будет массовый сбор, куда привлекают всех. И позвонила в другой мошав, на Севере, засаженный черешневыми деревьями, и договорилась насчет Рут с мошавным секретарем по имени Боаз. И повез автобус Рут ранним утром на сбор черешен.
Боаз приветствовал олимку, сказал ей пару приятных слов об ее отношениях со свекровью, про которые ему рассказали, и разъяснил условия. Деньгами не платят. Десятина от сбора – ее. Ешь, продавай, что хочешь делай!
И собрала за день Рут десяток ведер, и к ночи вернулась к себе с одним. Мара оценила работу невестки шекелей в сто, не меньше, и собралась наутро везти черешню в город, на шук. И стала расспрашивать: что там и как? И надумала: в те несколько дней, что идет сбор, может, не стоит Рут мотаться туда-сюда, уставать в дороге, да и деньги зря тратить. Может, стоит, как-то там пристроиться переночевать, а с зарею – и на сбор!.
– Ты вот говоришь, начальник там интересный. Так ты приоденься, накрасься. Мужики – они все одним миром мазаны, может, отнесется к тебе хорошо, поможет как-то?
И послушалась Рут свекровь свою, Мару, и сделала, как та посоветовала. А к вечеру подошла она к Боазу и спросила, нельзя ли у кого-нибудь в мошаве переночевать, дабы туда-сюда не мотаться? “Почему нет? – ответил Боаз. – Никаких проблем! Можешь переночевать у меня в виноградной беседке, на свежем воздухе”.
И она согласилась.
А в беседке у Боаза стояли старые кресло и диван, а также телевизор. И легла усталая Рут, не раздеваясь, на этот диван, в то время, как хозяин, попивая пиво и грызя семечки, смотрел по телевизору баскетбол. Громкость, правда, поубавив. И легла усталая Рут, и тут же провалилась в сон. И снился ей Нолик, и шептал он ей, обнимая: “Рута моя душистая!”…

А ночь кружила небосвод, и из темно-синего он стал черным, и зашла луна.
И где-то залаяла собака. Рут открыла глаза и сначала ничего не увидела, так темно было. Но потом глаза привыкли ко тьме, и разглядела она силуэт мужчины, посапывающего неподалеку от нее в кресле. Он выглядел так уверенно, от него исходила такая сила, такое спокойствие, что маленькой Рут неожиданно захотелось оказаться в замке его сильных крестьянских рук. Но она тихо лежала, разглядывая огромные южные звезды, проглядывающие сквозь просветы листьев. И вдруг что-то толкнуло ее и, покинув диван, она устроилась подле Боаза, положив голову на колени его.
А ночь кружила небосвод. И проснулся Боаз, и с удивлением увидел женщину, спящую в неудобной позе, с головой на коленях его.
– Ты кто? – спросил он, не разобравшись спросонок.
– Я – Рут, я хочу быть с тобой, возьми меня.
– Да ты что, девочка! Я не молод, не богат! Что ты нашла во мне?
Но тут же заколебался: “Не бойся: все, что скажешь, сделаю тебе, ведь весь народ знает, что ты достойная женщина. А пока переночуй, утро вечера мудренее!”.
И лежала она в его изножье до утра, и поднялась в темноте, когда еще не мог бы человек узнать другого. И сказал он: “Пусть не знают, что женщина была в моем винограднике”.
И отработала она еще день, и с черешнями своими заработанными вернулась к свекрови и рассказала ей про ночное приключение с Боазом.
Yaffo Fisher-4
И тогда показала ей Мара старую бумагу, давнишний вызов из Израиля для воссоединения семьи, от имени Боаза Халеви. И вздрогнула Рут, ибо именно так звали мошавного секретаря. И, поколебавшись, позвонила она ему, и встретились они на набережной Тель-Авива, а потом встречались еще и еще, и в конце концов увез Боаз Рут и Мару к себе в мошав, а по прошествии Суккот сделали Рут и Боазу хупу, и стали они жить-поживать… И родился у них сынок, которого назвали Овед.
А нянчила его старая Мара, к которой вернулось ее забытое первое имя – Наоми. Ибо от пережитой горечи (“мара”) возвратилась она к жизни и оказалась не такой уж и старой, а даже дамой, приятной (“наоми”) во всех отношениях.
И кивали соседки на ее внука: “Какой у Наоми сынок!”.
2011 г.

ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ ЗОВЕТ К ПОДВИГАМ



ВСЕВОЛОД ЧАПЛИН

Наш народ готов к новым победам

В дни празднования 70-летия Великой Победы во многих дискуссиях, телепрограммах, на различных форумах нередко задается вопрос: готов ли сегодня наш народ к таким же свершениям, которые сделали ту Победу возможной? В чем источник той героической силы, которая сокрушила в сороковые годы противника – очень волевого, прекрасно организованного, все рассчитавшего, обладавшего несметным количеством оружия? Противника, за спиной которого стояла практически вся промышленность и все людские ресурсы Центральной и Западной Европы, даже Франции, при практически единственном исключении – Великобритании…

Несмотря на то, что в Советском Союзе был утвержден государственный атеизм, именно православная вера, связанные с нею нравственные принципы, да и сам народный дух, сформированный ею, стали решающим фактором в достижении Победы. Сегодня в воспоминаниях ветеранов мы часто слышим, что даже политруки и комсорги в наиболее тяжелые минуты крестились и вспоминали Бога чаще, чем Сталина, и уж тем более чаще, чем коммунистическую идеологию. Впрочем, и сам тогдашний строй, конечно же, помог в достижении Победы: коллективизм, жертвенность, приоритет общего над частным, понимание того, что столкнулись вселенское добро и вселенское зло – все это сплотило народ в едином самосознании и едином подвиге.

Смогли ли бы достичь победы те, кто думал только о земном – Керенский, например? Или те, кто боролся за мировую революцию – Троцкий, Ленин, Бухарин? Определенно, нет. Конечно, могут возразить, что если бы кто-то из этих людей был у власти в России, могло бы и не быть гитлеровского похода на Восток, да и самого Гитлера у власти в Германии. Однако рискну предположить, что в том или ином виде поход Запада на Восток все равно состоялся бы – во главе с той или иной державой, во главе с тем или иным ненавистником нашего народа. Сталин, воспитанный в семинарии, в духе традиционного понимания геополитических процессов, а затем научившийся прислушиваться к голосу народа, наверное, понимал: пощады не будет. Речь пойдет о самом выживании народа России как народа свободного, способного самостоятельно определять свою судьбу.

И во время войны, и сразу после нее Россия проявила твердую и мирную волю, которая объединила власть и народ, объединила после революционного разрыва ее исторический дух с духом прошлых поколений. Не случайно уже вскоре после начала войны в пространстве политики и культуры имена Маркса и Энгельса сменились именами Александра Невского и Дмитрия Донского. Именно благодаря присутствию России установился на десятилетия после 1945 года прочный мир, как это было, например, после Венского конгресса, двухсотлетие которого мы с вами отмечаем в этом году. Как только Россия уходила из мировых дел, всегда начинали массово гибнуть люди, и именно это мы сейчас наблюдаем во многих районах Евразии, а также Ближнего Востока и Северной Африки. Мировой войны пока, слава Богу, нет, но количество жертв исчисляется десятками тысяч.

В этих условиях логично вновь и вновь спросить наших современников и соотечественников: готовы ли они на подвиг, военный или мирный, связанный с защитой от агрессий XXI века – агрессий не всегда прямых, очень часто хитрых и лукавых, объявляемых миротворчеством и демократизацией, – или с теми вызовами, которые требуют реального, а не пропагандистского и фантомного примирения враждующих.

Некоторое время назад я встречался с ветеранами и спрашивал их: чувствуют ли они, что нынешняя молодежь готова на подвиг? Они сказали: «Да» – вопреки расхожим представлениям о том, что люди пожилые, особенно люди с героическим прошлым, ни во что не ставят нынешнюю молодежь и могут только критиковать ее. Когда общаешься с нынешними молодыми людьми, понимаешь: при всей навязчивой рекламе эгоизма, потребительства, обывательских «идеалов», которая ежедневно потребляется современным человеком, не только уважение к подвигу, но и попытки примерить его на свою жизнь сохраняются. И это значит, что наш народ остается верен себе в своей великой христианской миссии, в своей способности отстоять свободу жизни во Христе – как для индивидуума, так и для общества.

Сохраняет наш народ и способность созидать настоящий мир – справедливый, равный для всех, а не основанный на рабстве и подавлении одних другими, то есть ненастоящий, непрочный, чреватый новыми войнами и противостояниями.

Задачи и вызовы в нынешнем веке перед нами стоят непростые. Будем надеяться, что все мы – и ветераны, и люди, только вступающие в жизнь, – окажемся достойны их не на словах, а на деле.

P.S. По сути, слегка замаскированный призыв к войне и кровопролитию. Похоже, православная церковь мстит русскому народу за воинствующее безбожие долгих лет.

ЧЕРНАЯ АМЕРИКА

Почему негры остаются на обочине американского общества?


Негритянское меньшинство в США по-прежнему остаётся аутсайдером. Американские экономисты Джордж Акерлоф и Роберт Шиллер задались вопросом – как избавить цветных от девиаций? Их совет: не либерализм и рынок, а позитивная дискриминация с преимущественным доступом в чиновничество и особые программы адаптации в школах и тюрьмах.
Очередной бунт негров в Балтиморе в который раз поднял вопрос: почему цветному меньшинству не удаётся интегрироваться в американское общество? Американские экономисты Джордж Акерлоф и Роберт Шиллер в своей книге «Как человеческая психология управляет экономикой» попытались разобраться, может ли «свободный рынок» решить проблему расовой сегрегации в США и сделать негров равными белым? Они приходят к выводу, что в этом вопросе «либеральные законы» не работают, и к решению проблемы необходимо подключать государство.
«Разделение между чёрными и белыми не исчезло, а только преобразилось. В исполнение мечты Кинга появился многочисленный и растущий черный средний класс. Сегодня более половины афроамериканцев имеют доход, вдвое превышающий уровень бедности. Это один из общепринятых признаков среднего класса. Но при этом среди чёрного населения сохраняется высокий уровень бедности. В 2006 году он составлял 23,6%, а это втрое выше, чем у белых. Безработных среди черных по-прежнему больше, чем среди белых.

Статистика убедительна, но она не полностью отражает реальность. Проблемы беднейших афроамериканцев не ограничиваются бедностью. Они включают чрезвычайно высокий уровень преступности, распространение алкогольной и наркотической зависимости, большое число внебрачных детей, матерей-одиночек, а также сильную зависимость от социальных пособий. Криминальная статистика указывает, что и преступность значительно распространена среди афроамериканцев. Так, 7,9% черных мужчин в возрасте от 18 до 64 лет находятся в местных или федеральных тюрьмах. Этот показатель превышает аналогичный для белых в восемь раз. Шансы чернокожего юноши хоть раз в жизни оказаться в тюрьме превышают 25% — и эта цифра не включает предварительного заключения. Мы можем привести сходные цифры для коренных американцев (индейцев), которые по большинству показателей оказываются в ещё более бедственном положении, чем афроамериканцы.
Решение этих проблем — самая неотложная задача, стоящая перед Америкой. Более того, мы считаем ее настолько важной, что ни одна книга по макроэкономике не будет полной без их обсуждения. Как мы убедимся, стойкости этой проблемы способствуют два элемента иррационального начала: любовь к историям и стремление к справедливости.
Расслоение афроамериканского населения — с одной стороны, успешный средний класс, чёрные президент, два госсекретаря и генеральный прокурор США, а также множество менеджеров высшего звена, а с другой — более 800 тысяч осужденных преступников, отбывающих срок, — это явление, выпадающее из общего ряда. Оно требует объяснений.

Социальные психологи в лабораторных условиях показали: барьеры между представителями разных групп создаются очень легко. Мы проявляем благосклонность к «своим» и чувствуем неприязнь к «чужим». В одном из классических экспериментов испытуемые были разделены на группы в зависимости от того, на чётное или нечётное число приходится их день рождения. Но, даже несмотря на явную формальность такого критерия, представители обеих групп потакали «своим» и с предубеждением относились к «чужим».
Если в лабораторных условиях такие «группы по интересам» создаются с лёгкостью, нет ничего удивительного в том, что после четырех столетий расизма белые и черные американцы относятся друг к другу подобным образом. Эти предубеждения связаны с двумя вышеупомянутыми аспектами иррационального начала.
Само разделение людей на «своих» и «чужих» происходит под воздействием склонности сочинять истории. Это, в свою очередь, приводит к возникновению чётких представлений о том, что такое справедливость — по отношению к «своим» и «чужим».
Такое разделение — главный вопрос для каждого афроамериканца. Чернокожие вынуждены преодолевать психологические и материальные трудности экономической системы, которую они не выбирали и которую считают несправедливой. Почитайте биографию любого афроамериканца — эти вопросы неизбежно окажутся в центре внимания.

В книге «Достоинство рабочего человека» социолога Мишель Ламон рассказывается о том, как это сказывается на реальной жизни. Ламон провела опрос чёрных и белых мужчин, принадлежащих к рабочему классу. Она хотела узнать их истории. Что побуждает их, например, вставать по утрам и идти на работу? Как выяснилось, все её собеседники мало соответствуют идеалам американского общества. Зарабатывают они немного, особым уважением общества не пользуются. Поэтому, чтобы сохранять чувство собственного достоинства, выполнять тяжёлую и ответственную работу за столь малое вознаграждение, у них должно быть особенное мировоззрение.
Конечно, не все белые и не все чёрные рабочие говорили одно и то же; вариации были весьма значительны. И все же Ламон выделила некую типовую историю, описывающую представления этой группы о самой себе.
Для белых мир — весьма суровое место, где царит жёсткая конкуренция. Но капитализм — лучшая из всех возможных систем, и они занимают в ней свою нишу. Белые гордятся тем, что вносят свой независимый вклад в поддержание сложившегося порядка вещей. Несмотря на все трудности, они могут позаботиться о себе и своих семьях, и это наполняет их особой гордостью. Они сами несут ответственность за свою судьбу, за свои успехи и неудачи. Кроме того, белые считают себя лучше тех, кто находится выше них на социальной лестнице, поскольку больше пекутся о моральных ценностях и меньше — о деньгах. В общем, они сами выбрали для себя такую жизнь.

У афроамериканцев история несколько иная. Как и белые, чернокожие рабочие гордятся тем, что полагаются только на собственные силы. Но их обстоятельства намного тяжелее, чем у белых. Им не просто сдали плохие карты за ломберным столом капитализма. Белые склонны думать, что живут в справедливом обществе, а их относительно низкий статус — следствие простого невезения или сознательного выбора. Афроамериканцы свои неудачи неизбежно видят как следствие принадлежности к «своим» в мире, где правят «чужие». Награду в виде рабочих мест и зарплат раздают «чужие», а «свои» лишь пассивно их получают. Афроамериканцы вынуждены ещё больше, чем белые, полагаться на себя, поскольку им приходится сосуществовать и с «чужими», находясь в среде «своих». В результате афроамериканцы более сплочённая группа, члены которой всегда готовы оказать друг другу помощь. В их понимании неудачи — это не просто невезение в условиях, когда все равны, или результат сознательного выбора. Это ключевой момент в представлении чернокожих о себе.
В ходе опросов Ламон выяснила, что понятию расы большое внимание уделяют не только чёрные, но и белые. Белые гордятся тем, что всего добились сами, тем самым противопоставляя себя черным — в особенности тем из них, кто живет на социальные пособия. Чёрные, в свою очередь, противопоставляют себя белым, которых считают скупыми и несправедливыми. У каждой из сторон в этих двух историях есть свое представление о том, как «свои» и «чужие» должны себя вести.
Афроамериканцам приходится действовать, имея на руках плохие карты и преодолевая враждебность окружающего мира. Чтобы выдержать в столь несправедливом мире, нужна психологическая защита. Между тем Ламон изучала чёрных представителей рабочего класса, т. е. тех, кто худо-бедно борется за свою жизнь. Но есть ведь ещё и те, кто бороться не хочет, — кто не справился и опустил руки.

В этнографических исследованиях, посвященных таким людям, мы видим обратную сторону медали, показанной нам Ламон. В её представлении афроамериканский рабочий класс сохраняет достоинство благодаря тому, что сдерживает эмоции. Те же, кто не справился, неспособны проделать эту психологическую работу. Они живут в режиме постоянного эмоционального срыва.
Во всех многочисленных книгах на эту тему можно встретить описание того, как сочетание примитивной работы, нищеты и стремления к самоуважению порождают гнев. Эти настроения поддерживаются, или санкционируется, окружающим обществом. В результате человек внушает себе, что не сдерживаться — нормально. Такие ситуации настолько распространены, что всегда находят своё отражение во всех детальных описаниях жизни тех афроамериканцев, которые не относятся ни к среднему, ни к рабочему классу.
Приведённая выше интерпретация позволяет объяснить неожиданное разделение, начавшееся среди афроамериканцев сразу после завершения эпохи борьбы за гражданские права. До этого каждый чёрный житель США знал, что к нему относятся несправедливо, а белые в массе своей этого не замечали. «Цветовой барьер» для афроамериканцев был незыблемым и неизменным. Какой бы несправедливой ни была система, отрицать её было немыслимо, почти самоубийственно. Но затем мир изменился, и белые признали несправедливость. Теперь это часть официальной американской истории, о ней вспоминают в день Мартина Лютера Кинга, рассказывают в школах во время месячника афроамериканской истории. У чёрных появились новые возможности, и некоторые не преминули ими воспользоваться.

Но теперь стало гораздо сложнее игнорировать — или, точнее, подавлять в себе — чувство несправедливости.
В экономических терминах это выражается в том, что афроамериканцы беднее, потому что у них мало навыков и финансовых активов и они подвергаются дискриминации. Но к этому следует добавить немаловажную деталь: роль историй, противостояние между «своими» и «чужими», стремление к самоуважению и справедливости. Таким образом, мы вновь возвращаемся к теме иррационального начала.
Конечно, у всех групп иммигрантов есть свои истории про дискриминацию, но афроамериканцы и коренное население подвергались особенно тяжёлому угнетению. Например, положение выходцев из Латинской Америки сильно отличается от положения афроамериканцев. Безработица среди латиноамериканцев в возрасте 25—34 лет примерно такая же, как среди белых. Без учета находящихся в заключении, её уровень составляет около 10%. Напротив, у афроамериканцев он приближается к 25%.
Груз прошлого, представления о справедливости и истории позволяют понять, что бедность среди чёрных и коренных американцев не была их личным выбором. В своем непростом положении они оказались не только потому, что у них не было ресурсов, но и потому, что они больше других делили общество на «своих» и «чужих». К тому же коренное и чёрное население Америки давно живет с историей про то, как его эксплуатировали. Всё это приводит к тому, что афроамериканцы по-прежнему остаются бедными.

Так как же это исправить? В 1990-е велось активное обсуждение позитивной дискриминации. Почти одновременно вышли две очень важные книги с диаметрально противоположными выводами. Эбигайл и Стивен Тернстремы написали исчерпывающую историю позитивной дискриминации и того, как эта практика выросла из движения за гражданские права. У них есть все основания гордиться как своими историческими изысканиями, так и статистическим анализом.
Но Тернстремы не приняли в расчет те эмоции, о которых говорится в очерках о жизни цветных. А ведь именно эти абсолютно неизбежные эмоции и являются главным доводом в пользу позитивной дискриминации. В противоположность Тернстремам журналист Дэвид Шиплер собрал в своей книге «Страна чужаков: чёрные и белые в Америке» множество высказываний афроамериканцев о самих себе и об этой стране и пришёл к выводу, что пропасть между «своими» и «чужими» существует. А значит, позитивная дискриминация может сыграть большую роль в её преодолении.
В первую очередь, важно символическое значение такого подхода. Позитивная дискриминация продемонстрирует, что чёрные небезразличны белым и что Америка больше не разделена на две независимые страны. Мы признаем, что позитивную дискриминацию крайне сложно осуществлять на практике и что она нарушает принцип справедливости. Но это уже второстепенные вопросы по сравнению с возможностью послать всем афроамериканцам сигнал: «У нас всё получится, вы нам не безразличны».

Противники этой меры, в том числе Тернстремы, утверждают, что позитивная дискриминация — это ошибка. Они полагают, что число представителей среднего класса среди чёрных растет, что государственные меры подобного рода будут неэффективными и что проблема различий между чёрными и белыми рынок решит самостоятельно. Но они не понимают, что правительство может с помощью разных точек взаимодействия влиять на афроамериканцев, чтобы переписать историю про две разные Америки.
Самая очевидная такая точка — школы. К тому времени, когда афроамериканские дети садятся за парту, они уже осознают себя как представителей определенной общности и понимают, что между чёрными и белыми есть разница. Кроме того, среди них намного больше, чем среди белых, бедных и неблагополучных семей. Даже если ребёнок пришел в школу из полноценной семьи, но из бедного района, он наверняка уже не раз видел множество примеров неблагополучия.
Далее, школы исповедуют ценности среднего класса. Даже в самых лучших школах учителя любой расы очень опасаются беспорядков, вызванных проблемами, с которыми они не в состоянии справиться. А источником таких проблем могут быть сами школы.
В одном исследовании средней школы в Беркли, штат Калифорния, рассказывается о том, как учителя, опасаясь беспорядков, стали наказывать 12-13-летних детей из бедных семей, когда те вели себя не так, как дети из семей среднего класса. Такой дифференцированный подход вызвал ощущение несправедливости и озлобленности среди детей. Поскольку у школ имеются такие трудности с обучением бедных меньшинств, крайне важно выделять ресурсы, чтобы решить эти проблемы. И там, где ресурсы уже выделяются, ситуация начала меняться коренным образом.

Есть большой массив данных, свидетельствующий о том, что афроамериканцы особенно восприимчивы к качеству образования. Эксперимент со случайной выборкой в Теннеси показал, что для них принципиально важен размер подготовительной группы. Также было установлено, что в Техасе на результаты тестов среди чёрных существенное влияние оказал уровень профессионализма учителей.
Многочисленные экспериментальные школы с хорошим уровнем преподавания и правильным педагогическим подходом продемонстрировали прекрасные результаты. В этих экспериментах доверие, установившееся между учащимися и преподавателями, пригасило гнев, который мог переброситься с улиц на школьный двор. Благодаря надлежащим вложениям и правильно подобранным учителям, неравнодушным и способным к сочувствию, умеющим улаживать проблемы и не перегруженным учебной работой, афроамериканские школьники демонстрируют поразительные успехи. У хорошо продуманных программ помощи тем, кто выбыл из гонки за экономический успех, есть огромные перспективы.
Такие образовательные инициативы — это лишь один пример программы, действующей в точке соприкосновения государства и афроамериканцев.
Для афроамериканцев один из наиболее простых способов подняться на уровень среднего класса — это работа в государственном учреждении. Поначалу они могли претендовать только на должность школьного учителя, но, когда прекратилась сегрегация, им стала доступна служба в вооружённых силах, в федеральном правительстве и в правительствах штатов, а также, например, в больницах.

Одной из малоизвестных трагических ошибок администрации Буша стал систематический вывод федеральных служащих низшего звена за штат. В обычных обстоятельствах мы бы только приветствовали экономию средств налогоплательщиков. Но такой аутсорсинг привел к непропорционально высокому сокращению вакансий для афроамериканцев.
Есть, разумеется, ещё одна сфера, в которой афроамериканцы находятся в тесном контакте с государством, точнее, с правоохранительными органами. Количество черных, находящихся в местных и федеральных тюрьмах, приводит нас в ужас. Конечно, зачастую лишения свободы не избежать. Более того, нередко оно служит защите самого афроамериканского сообщества. Но в исправительных учреждениях следует больше внимания уделять социальной адаптации, предоставлять преступникам возможность для «второй попытки». Необходимо придумать новые способы выявления тех, кто готов учиться, а также избавления их от наркотической и алкогольной зависимости. Тюрьму вообще следует воспринимать как средство перевоспитания и образования. Она не должна быть местом, где учатся совершать более тяжелые преступления.
Хорошо это или плохо, в этой книге мы признаём могущество рынка. Но в данном случае не согласны с противниками активного вмешательства государства, предоставляющими решение расовой проблемы рынку, а значит — случаю.
+++
Ещё в Блоге Толкователя о насилии в США:
29 апреля исполняется 20 лет началу восстания негров и латиносов в Лос-Анджелесе. Оно продолжалось 8 дней. В ходе восстания было убито около 140 человек. Сдержать его удалось корейской общине города, а уж затем дело довершили ФБР и Национальная гвардия.

***
Кровавая бойня в штате Коннектикут вновь заставила говорить о причинах таких преступлений. Статистика показывает, что убийства в США преимущественно происходят в населённых пунктах с преобладанием бедных и рабочих, а также там, где наименее строгий контроль за оружием. Наименьший их уровень – среди образованных и мигрантов.

+++
Толкователь.ру

БЖЕЗИНСКИЙ ПРОРОЧИТ ХАОС

Бжезинский: хаос в мировом масштабе продлится до 2025 года


Влиятельный американский политолог Бжезинский ещё 2-3 года предсказал неизбежный конфликт между Украиной и Россией. Но гораздо интереснее его прогноз о будущей карте мира. Бжезинский полагает, что США восстановят роль мирового жандарма не ранее 2025 года, и до этого мир ожидает «переформатирование» – война всех против всех.
Блог Толкователя в очередной раз приводит мысли западных учёных и политиков о «новом мире». Большинство из них сходятся во мнении, что нынешняя «ялтинская система», основанная после окончания Второй мировой, доживает последние годы, и на смену ей идёт окончательная западная гегемония. России, Индии, Китаю, Турции и тем более другим странам в этом «новом мире» отведена в лучшем случае роль младших партнёров Запада, в худшем – жертв передела зон влияния США и ЕС.
Один из самых откровенных западных политологов – Збигнев Бжезинский.  В 1977-1981 годах он занимал должность советника по национальной безопасности в администрации Картера. Бжезинский был одним из авторов секретной программы ЦРУ по вовлечению СССР в дорогостоящую войну в Афганистане. В период президентства Клинтона Бжезинский являлся автором концепции расширения НАТО на Восток. Сейчас он член парамасонской Трёхсторонней комиссии.
Ещё в конце 1990-х Бжезинский говорил, что США должны везде играть доминирующую роль. Но при этом им следует согласовывать свою политику с другими державами, прежде всего с такими крупными государствами, как Германия, Франция, Япония, Китай. Франция, по мнению американского политолога, будет стремиться к усилению своего влияния в Европе, но при этом она не будет выступать против США, поскольку, как показал опыт холодной войны, «в решающие моменты она стояла плечом к плечу с Америкой».
Германия тоже будет усиливать своё влияние в Европе, причем по разным направлениям. В этой связи особое значение, по мысли Бжезинского, приобретает тесное сотрудничество Германии и Польши. Именно «через Польшу влияние Германии может распространиться на север – на республики Балтии – и на восток – на Украину и Белоруссию. Более того, рамки германопольского сотрудничества в некоторой степени расширились благодаря тому, что Польша несколько раз принимала участие в важных франко-германских дискуссиях по вопросу будущего Европы. Так называемый «веймарский треугольник» (названный так в честь немецкого города, где были впервые проведены трёхсторонние франко-германо-польские консультации на высоком уровне, ставшие впоследствии регулярными) создал на Европейском континенте потенциально имеющую большое значение геополитическую ось, охватывающую около 180 млн. человек, принадлежащих к трем нациям с ярко выраженным чувством национальной самобытности».

Относительно нашего государства Бжезинский писал, что России надо осознать своё нынешнее положение, отказаться от имперских амбиций и главное внимание уделять Европе. «Для России геостратегический выбор, в результате которого она смогла бы играть реальную роль на международной арене и получить максимальную возможность трансформироваться и модернизировать свое общество, – это Европа. И это не просто какая-нибудь Европа, а трансатлантическая Европа с расширяющимися ЕС и НАТО». Россия, говорил в конце 1990-х Бжезинский, должна принять новые реальности, которые возникли после распада Советского Союза. Что касается Китая, то он, по мнению американского политолога, останется региональной державой, но не станет мировой. Зато Японии Бжезинский предсказывал прекрасное будущее: она станет мировой державой.
В новой книге «Стратегический взгляд. Америка и глобальный кризис», вышедшей на русском языке в 2012 году, Бжезинский продолжает свои прогностические размышления. За 15 лет, прошедшие с момента выхода его последней книги «Великая шахматная доска», концепция будущего мира немного поменялась.
Как он сам пишет, «попытаемся ответить на четыре основных вопроса:
1.Каковы возможные последствия смещения баланса мировых сил с Запада на Восток и как отражается на нём новый фактор пробуждения политической сознательности?
2.Почему слабеет мировое влияние Америки; каковы симптомы её внутриэкономического и внешнеполитического упадка; как Америка упустила уникальную возможность, полученную после мирного окончания «холодной войны»? И напротив, каковы регенерационные ресурсы Америки и какая необходима геополитическая переориентация, чтобы вернуть мировое влияние в прежнем объеме?
3.Каковы возможные геополитические последствия в том случае, если международное главенство Америки действительно ослабнет, кто пострадает от такого развития геополитических событий прежде всего и как оно отразится на мировых проблемах XXI веке? Отберёт ли Китай у Америки ведущую роль на мировой арене в 2025 году?
4.Какие долгосрочные цели должна наметить себе возрождающаяся Америка на период после 2025 года? Как ей с её традиционными европейскими союзниками привлечь к сотрудничеству Турцию и Россию, чтобы расширить и оздоровить нынешний Запад? Как одновременно с этим выстроить на Востоке тесное сотрудничество с Китаем, не сосредоточивая свое конструктивное присутствие в Азии исключительно на нем и избегая опасного вмешательства в азиатские конфликты?»

Бжезинский и сейчас убеждён в том, что США в обозримом будущем не утратят своей доминирующей роли в мире. По его убеждению, миру нужна экономически процветающая Америка, богатая и социально привлекательная страна – как идеальная модель социума.
В нынешнем времени он видит «глобальное политическое пробуждение». «Это пробуждение, начавшееся сперва в Центральной и Восточной Европе, затем в арабских странах, вызвано ростом взаимодействия и взаимозависимости в мире, связанном средствами мгновенной визуальной коммуникации, а также демографическим преобладанием молодёжи в менее развитых обществах, состоящих из легкомобилизуемых и политически активных студентов вузов и социально ущемленных безработных». Они враждебно относятся к богатым и к коррумпированной власти, и поэтому их легко можно привлекать к любым политическим актам.
Очень большое влияние на глобальное политическое пробуждение оказывают современные СМИ и прежде всего телевидение. Социальные сети формируют общие политические взгляды на те или иные события современности.
Из этого Бжезинский делает интересный вывод: если Америка хочет и дальше играть конструктивную глобальную роль, привлекательность её системы необходимо поддерживать, демонстрируя актуальность её основополагающих принципов, динамизм её экономической модели, добрую волю народа и правительства. Только так Америка сможет вернуть свой исторический импульс, особенно учитывая растущие симпатии к Китаю у «третьего мира».
Рассматривая «американскую мечту», привлекающую миллионы иммигрантов со всех концов света, Бжезинский пишет, что эта «мечта» базируется на идеализме и материализме. Идеализм предполагает уважительное отношение ко всем независимо от их этнической и расовой принадлежности, а материализм связан с личным обогащением человека. Америка всем даёт уверенность в том, что можно стать богатым человеком.
Но за последнее время, продолжает американский политолог, многие приверженцы «американской мечты» в связи с возникшими большими проблемами, связанными с наличием огромного государственного долга, ростом социального неравенства, приданием культуре потребительского характера и т. д., начали сомневаться в осуществлении этой «мечты». В этой связи он замечает, что сохранение веры в «американскую мечту» во многом будет зависеть от самих американцев и от американского государства. Он называет шесть поводов для беспокойства:

1)рост государственного долга; 2)устаревшая финансовая система; 3)усиление социального неравенства; 4)упадок национальной инфраструктуры; 5)плохое знание американцами внешнего мира; 6)сильная зависимость политической системы от денежных мешков. Наличие этих недостатков сильно влияет на имидж США.
Но Америка, по глубокому убеждению Бжезинского, имеет не только слабые стороны, но и сильные: 1)экономическая мощь; 2)преимущество в инновационной технологии; 3)устойчивая демографическая база; 4)способность к быстрой мобилизации; 5)географическая база, обеспечивающая безопасность границ; 6)набор ценностей (права человека, свобода личности, демократия, экономические возможности и др.).
По убеждению Бжезинского, если США даже к 2025 году утратит свою доминирующую роль, то всё равно к этому времени ни одна держава не станет лидером мира. И что же будет? А будет «постамериканская неразбериха». «Будет продолжительный этап довольно хаотичных перестановок глобальных и региональных сил, в которых проигравших будет гораздо больше, чем очевидных победителей, и происходить это будет на фоне международной нестабильности и даже потенциально смертельной угрозы глобальному благополучию».
Если США потеряют свое лидирующее положение, то начнутся региональные конфликты, поскольку в мировом масштабе ни одна держава не в состоянии будет «успокоить» всех и выступить в роли «старшего брата», восстанавливающего порядок во всём мире. Уже сейчас, продолжает политолог, многие международные организации (Всемирный банк, МВФ) испытывают давление со стороны других стран, особенно Китая и Индии. «Даже если постепенное скатывание будет носить неопределённый и противоречивый характер, не исключено, что руководители догоняющих стран, среди которых Япония, Индия, Россия и некоторые члены ЕС, уже оценивают, как потенциальный крах Америки отразится на их собственных национальных интересах. И действительно, вполне возможно, что перспективы постамериканской неразберихи уже негласно влияют на разрабатываемую в канцеляриях ведущих мировых держав программу действий – а может, и на текущую политику. Япония, опасаясь активных притязаний Китая на господство в материковой Азии, может подумывать об установлении более тесных связей с Европой. Индийские и японские руководители могут рассматривать варианты политического или даже военного сотрудничества между своими странами на случай падения Америки и возвышения Китая.

Россия, пока в основном тешащая себя мечтами (или даже злорадствуя) по поводу неопределённых перспектив США, может присматриваться к независимым бывшим республикам Советского Союза как к начальным плацдармам для укрепления своего геополитического влияния. Европа, ещё не достигшая однородности, будет разрываться в нескольких направлениях: Германия и Италия в силу коммерческих интересов будут тянуться к России. Франция и Центральная Европа – к политически более сплочённому Евросоюзу, а Великобритания попытается нащупать равновесие внутри ЕС, сохраняя особые отношения со слабеющими США. Найдутся и те, кто попробует поскорее урвать себе кусок регионального пирога, – Турция на территории прежней Османской империи, Бразилия в Южном полушарии».
Но ни одна страна, включая Китай, продолжает Бжезинский, не может взять на себя ведущую роль Америки в обозримом будущем. «Китай пока ещё не готов – и ещё несколько десятилетий не будет готов – в полной мере взять на себя мировую роль Америки».
Бжезинский выделяет, как он выражается, наиболее геополитически уязвимые государства, которым якобы угрожает смертельная опасность в случае падения Америки. На первом месте оказывается Грузия. «В случае ослабления Америки, Грузия окажется полностью уязвимой как для политического давления, так и для вооруженной агрессии со стороны России».
От Грузии Бжезинский переходит к Тайваню, которому угрожает Китай, Южной Корее, которой тоже угрожает Китай, поэтому крах США может поставить её в очень трудное положение. Не обошел он вниманием Белоруссию, Украину, Афганистан, Пакистан, Ближний Восток, которые будут раздираемы внутренними противоречиями, вплоть до военных действий. К примеру, вот что ожидает Белоруссию в случае падения США. Ослабление Америки «даст России возможность практически безнаказанно поглотить Беларусь – с минимальным применением силы, разве что своей репутацией ответственного регионального лидера». То же ожидает Украину в случае падения США. Россия, конечно, присоединит её к себе. «Присоединив её, Россия одновременно и обогатится, и сделает гигантский шаг к восстановлению своих имперских границ».
Бжезинский не ограничивается анализом отдельных государств. В центре его внимания оказывается, по его выражению, всеобщее достояние, то есть те области планеты, которые принадлежат всему миру. Их автор делит на основные группы – стратегические и экологические. «Стратегическое достояние включает морское и воздушное пространство, космос и киберпространство, а также ядерную сферу, поскольку она связана с контролем над распространением ядерного оружия. В экологическую подгруппу входят геополитические последствия управления водными ресурсами, Арктика, глобальные климатические изменения». И здесь тоже, по убеждению Бжезинского, без ведущей роли США не обойтись.

Вместе с тем он считает, что без привлечения Китая, России, Индии невозможно решить проблемы всеобщего достояния. Поэтому предлагает разработать некий глобальный консенсус, чтобы все несли одинаковую ответственность, ведь каждому государству в условиях глобализации выгодно мирное решение всех вопросов. Вместе с тем, считает американский политолог, нельзя ослаблять лидирующее положение США и в этой области, так как это может привести к глобальной катастрофе.
Бжезинский считает, что после 2025 года появится новое геополитическое равновесие. Прежде всего он анализирует евразийские геополитические пространства, ситуацию в Иране, Индии, Китае и т. д. По его утверждению, глубокие трансформации восточных обществ, особенно Китая и Индии, угрожают глобальной стабильности мира. Но эту угрозу может остановить Америка, если она по-прежнему будет играть доминирующую роль в мире. Иначе говоря, США выступали и будут выступать в роли главного миротворца.
+++
Ещё в Блоге Толкователя о «новом мире»:
Война на востоке Украины – лишь мелкий эпизод переформатирования пространства Евразии. Американский политолог Фридман в своей книге «Следующие 100 лет» предсказывает постепенное угасание России (как и Китая, который распадётся), а на роль главных жандармов Евразии придут (под присмотром США) Польша, Турция и Япония.

***
В 1997 году евразиец Дугин описал, как должна была бы выглядеть новая Россия, чтобы вернуть утраченное лидерство в мире. В дугинском проекте у Европейской Империи – центр в Германии. Россия – ядерный гарант Европы и исправный поставщик сырья. Калининград отдан немцам, Курилы – японцам. Взамен у России – левобережная Украина. Сегодня эти идеи Дугина – мейнстрим неоимперской политики РФ.

+++
Если вам понравилась эта и другие статьи в Блоге Толкователя, то вы можете помочь нашему проекту, перечислив небольшой благодарственный платёж на:
Яндекс-кошелёк - 410011161317866
Киви – 9166313201
Skrill – ppryanikov@yandex.ru
PayPal - pretiosa@mail.ru
Впредь редакция Блога Толкователя обязуется перечислять 10% благодарственных платежей от своих читателей на помощь политзаключённым. Отчёт об этих средствах мы будем публиковать.
 ТОЛКУЧКА.РУ
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..