среда, 11 сентября 2019 г.

МИР ИЗРАИЛЮ


https://m.facebook.com/groups/518296744998555?view=permalink&id=1336560943172127&sfnsn=mo

Я НЕ МОГУ ПРОСТИТЬ


תמונה ללא תיאור
11.09.2019 12:56 Автор: Эстер Гинзбург фото: проект "Викимедия"

“Я не могу простить”

 
К 95-летию со дня рождения Рудольфа Врбы

Когда в Аушвиц прибывали “поезда смерти”, лагерная охрана, усмехаясь, говорила новоприбывшим, показывая на круглосуточно дымящую трубу крематория: “Выход отсюда теперь только через трубы”. Это было горькой правдой. Но, к великому счастью, случались и исключения…
Словацкий еврей Рудольф Врба вместе со своим земляком Альфредом Ветцлером совершил побег из Аушвица-Биркенау. Они сообщили миру бесценную и уникальную для того времени подробнейшую информацию об уничтожении евреев в газовых камерах лагеря смерти. “Отчет Врбы – Венцлера” стал составной частью известных миру “Протоколов Аушвица” и позволил спасти от гибели более сотни тысяч венгерских евреев.

***
Вальтер Розенберг, впоследствии ставший Рудольфом (Руди) Врбой, родился 11 сентября 1924 г. в словацких Топольчанах. Его семья была состоятельной (отец был владельцем лесопилки), поэтому сына, с детства обладавшего феноменальной памятью и мечтавшего стать фармакологом, отправили учиться в гимназию в Братиславу.
В апреле 1939 г. началась одна из самых трагических страниц в истории Словакии. После подписания диктатором Тисо договора о капитуляции перед Германией в стране был принят содержавший 272 параграфа Кодекс законов о евреях – словацкая версия Нюрнбергских расовых законов. Его суть сводилась к вытеснению евреев из всех сфер жизни, присвоению их имущества и их депортации в концлагеря для уничтожения. Чтобы избавиться от евреев и заполучить их капиталы, правительство Словакии за каждого депортированного заплатило нацистской Германии по 500 рейхсмарок. Только с марта по октябрь 1942 г. в лагеря смерти было отправлено 58 628 словацких евреев. Лишь около 300 из них остались живы.
Для семьи Розенбергов, как и для других евреев, мир перевернулся. Отец лишился своего предприятия, а 14-летнего Вальтера исключили из гимназии. Чтобы помочь семье, он был вынужден стать разнорабочим и продолжать учебу дома.
В феврале 1942 г. было объявлено, что 20 тыс. евреев должны быть депортированы в “трудовые лагеря” в оккупированную немцами Польшу. Впоследствии Руди обвинил лидеров Словацкого еврейского совета в том, что они в 1942 г. не противостояли депортации евреев из Словакии в концлагеря Польши и даже, идя на поводу у гитлеровцев, помогли составить списки депортируемых.
Не желая быть, по его словам, “теленком в скотовозке”, 17-летний Вальтер решил, не дожидаясь депортации, сбежать из страны и присоединиться к чехословацкому движению Сопротивления в Англии, планируя добраться туда через Венгрию. В тот момент он и не подозревал, что это станет лишь первым из череды его побегов.
Сорвав с себя желтую звезду Давида и имея в кармане всего 200 крон, полученных от матери, он добрался до Середи и ночью перешел словацко-венгерскую границу. Он хотел попасть в Будапешт, но по дороге решил, что, ему, словацкому еврею, без правового статуса будет слишком опасно добираться в Англию через пронацистскую Венгрию. Возвращаясь, он был задержан венгерскими пограничниками, избит и брошен на словацкой стороне границы. Жандармы-словаки отправили его в пересыльный лагерь Новаке, где местные евреи дожидались депортации. Он снова сбежит, но по дороге будет пойман и возвращен в лагерь.
***
14 июня 1942 г. Вальтера депортировали в концлагерь Майданек, где он встретил старшего брата, вскоре погибшего там, как и все члены семьи Розенберов. Через две недели его доставили в Аушвиц. Уже имевший опыт побегов, Вальтер хотел было сбежать из поезда по дороге, но за каждого беглеца охрана СС расстреливала 10 человек.
В Аушвице Вальтеру повезло: его не отправили в газовую камеру, а отобрали на работу. Сначала он попал в Аушвиц-1, где, как владеющий немецким языком, получил работу в подразделении “Канада”, складировавшем конфискованные одежду и обувь. Получившие подобную работу считались счастливчиками – благодаря доступу к еде, мылу и теплой одежде они имели шансы выжить.
По прибытии заключенных их багаж, собранный для “трудовых лагерей”, ничего не подозревавшие люди оставляли в поезде. Их выталкивали на платформу, и Вальтеру вместе с другими “чистильщиками” приходилось разбирать конфискованные вещи, убирать вагоны от экскрементов и выносить трупы. Категорически запрещалось вести разговоры или помогать больным.
За один рабочий день Вальтер “сортировал” по нескольку составов. После сортировки все награбленное отправлялось на фронт или в бедные районы Германии. Эсэсовцы строго следили за тем, чтобы отобранные ценности не попадали в руки “канадцев”. Награбленное золото переплавляли в слитки для Рейхсбанка. Вальтер проработал там до 15 января 1943 г., потом был переведен в Аушвиц-Биркенау, где стал номером 44070.
Смерть в Аушвице была повсюду. Однажды она вплотную подкралась к Вальтеру, когда он, потеряв вес до 42 кг, заболел тифом и находился в бреду. Спас его Йозеф Фарбер – словацкий еврей, член движения Сопротивления, который принес ему лекарства. Через него Вальтер установил контакт с местным подпольем.
После войны, в интервью режиссеру Клоду Ланцману для документального фильма “Шоа”, он рассказал, что движение Сопротивления помогло ему получить доступ к информации об Аушвице. В июне 1943 г. Вальтер стал писарем-регистратором 10-го блока в мужском карантинном отделении, что позволяло ему жить в отдельной комнате и носить собственную одежду. Ему приходилось составлять отчеты и вести статистику транспортов. Из окна он мог видеть грузовики, доставлявшие инвалидов и женщин с детьми в газовые камеры. По его оценке, только 10% из каждого транспорта отправляли на работу, а остальные 90% были обречены на уничтожение газом. “В сердце Европы постоянно исчезали люди, – рассказывал Руди в интервью. – Они всё приезжали, и приезжавшие ничего не знали о судьбе предыдущих транспортов”.
Впоследствии его фотографическая память помогла Вальтеру сделать первое точное описание местоположения Аушвица и количества жертв. По его оценкам, с апреля 1942 г. по апрель 1944 г. в Аушвице было убито 1 765 000 человек. В 1961 г., на процессе по делу Адольфа Эйхмана, Руди под присягой заявил, что в лагере погибло около 2,5 млн человек. Сам же он в период с 18 августа 1942 г. по 7 июня 1943 г. был свидетелем прибытия как минимум 200 транспортов, каждый из которых вмещал от 1000 до 5000 человек.

***
У депортированных конфисковывали продукты питания – они составляли рацион охраны СС. “Когда прибывали еврейские транспорты, – вспоминал Руди, – голландцы везли с собой сыр, французы – сардины, греки – оливки”. К весне 1944 г. здесь ожидали венгерскую салями, причем в прямом и переносном смысле: именно так была названа операция по уничтожению евреев Венгрии. Для ее реализации сооружалась новая железнодорожная платформа: планировалось прибытие миллиона евреев, которых должны были сразу же отправить в газовые камеры.
Евреи Аушвица как могли боролись со смертью. Еврейское Сопротивление существовало и здесь. С 1943 г. в лагере уничтожения организовывались подпольные группы, куда входили евреи из разных стран, в частности занимавшиеся подготовкой побегов. Несмотря на то, что побег из этого ада был практически невозможен и точное число удавшихся побегов историками не названо до сих пор, евреями здесь было предпринято порядка 70 попыток побегов.
Весной 1944 г. подпольщики Аушвица решили предупредить евреев Венгрии о предстоящей катастрофе, подготовив с этой целью побег. Его инициатором и разработчиком стал 26-летний словацкий еврей Альфред Ветцлер. Он работал учетчиком в морге – вел статистику жертв, уничтоженных в газовых камерах, а также извлеченных у них золотых коронок. Вместе с ним вызвался бежать Вальтер. Оба понимали, что рискуют жизнью.
Теперь у Вальтера появилась цель – не только спасти собственную жизнь, но и попытаться предотвратить гибель венгерских евреев, рассказав союзникам об уничтожении евреев Аушвица в газовых камерах. “Я верил, – писал он, – что, если смогу спастись и распространить информацию о судьбе, ожидающей потенциальных кандидатов на „переселение“, я смогу что-то изменить. Я чувствовал, что смогу раскрыть тайну успеха процесса массовых убийств”.
Перекличка заключенных проводилась в лагере дважды в день – утром и вечером. Заключенных выводили или выносили из бараков, строили рядами по десять человек. Если кто-то отсутствовал, немедленно поднимали тревогу и начинали розыск. Отряды СС, как правило, три дня прочесывали территорию. Пойманных публично вешали на центральной площади между бараками и уничтожали всех, кто проживал рядом с ними.
В пятницу, 7 апреля 1944 г., перед началом Песаха, Вальтер и Альфред спрятались в штабеле досок на стройплощадке по сооружению нового, “венгерского”, лагеря “Мексика”. Лагерные подпольщики, работавшие здесь, заранее разбросали вокруг территории табак, пропитанный бензином, чтобы сбить со следа сторожевых собак. Укрытие беглецов находилось между двумя периметрами ограждения лагеря – внутренним, охраняемым круглосуточно, куда днем выводили людей на работу, и внешним, охраняемым эсэсовцами лишь в течение дня.
С наступлением темноты в Биркенау раздался вой сирен: на вечернюю перекличку не явились двое. Трое суток территорию тщательно прочесывали сторожевые овчарки. В соседние деревни и леса были разосланы поисковые отряды. Вальтер и Альфред, скорчившись, неподвижно сидели в тесном укрытии, периодически слыша крики эсэсовцев и лай собак. От постоянного волнения и жажды оба почти не спали.
10 апреля поздно вечером истощенные, с распухшими ногами, в гражданской одежде и со школьным географическим атласом, с трудом выбравшись из убежища, они направились в сторону польско-словацкой границы и пошли вдоль по берегу реки Сола. Границу, до которой было 133 км, они сумели пересечь только через 11 дней. “В момент побега, – вспоминал Руди, – у нас не было абсолютно никаких связей за пределами лагеря... мы де-факто распрощались с внешним миром, садясь в поезд депортации весной 1942 г. ...Единственным доказательством нашего существования был международный ордер на арест, телеграфно разосланный всем отделам гестапо”.
Вальтер и Альфред двигались только ночью, укрываясь в лесах. Воду пили из реки, питались лесными травами. 13 апреля в Бельско-Бяле они постучали в какую-то дверь, и польская женщина дала им приют. Она сообщила, что большая часть территории “германизирована” и что поляки, помогающие евреям, рискуют жизнью.
21 апреля 1944 г. беглецы наконец пересекли границу со Словакией возле Скалите. Ноги Вальтера были настолько опухшими, что он передвигался в тапочках, которые ему дал крестьянин-поляк.
Через поляков они связались с врачом Поллаком, который имел контакты в Словацком еврейском совете и организовал в Жилине встречу Вальтера и Альфреда с заинтересованными людьми из Братиславы.
Однако реакция тех на сенсационное сообщение беглецов была ошеломляющей для них: им, рассказавшим правду об Аушвице, не поверили. Председатель Еврейского совета Оскар Нейман с сомнением спросил: “Неужели так сложно было выбраться?” Он был не в состоянии понять, что переживают евреи в лагере смерти.
После долгих рассказов Вальтеру и Альфреду все же удалось убедить еврейских лидеров и швейцарского журналиста из пражской газеты в том, что они говорят правду. Но вскоре прибыл представитель Красного Креста, который также был поражен услышанным и заявил: они уже два года отправляют в Аушвиц продуктовые посылки, которые туда доходят. А оттуда приходят открытки. Пришлось переубеждать и его.
К 27 апреля 1944 г. – через три недели после побега – ими был составлен по памяти 32-страничный отчет о положении в лагере смерти, который впоследствии вошел в “Протоколы Аушвица”. Он был сразу же переведен на несколько языков. В отчете рассказывалось о чудовищном истреблении евреев в газовых камерах и говорилось о том, что вскоре это грозит и венгерским евреям. К нему был приложен подробный план лагеря, схема устройства газовых камер и крематориев, а также эмблема с канистры с удушающим газом Zyklon B, полученная от Филиппа Мюллера из зондеркоманды. Тогда же Вальтеру были выданы арийские документы на имя Рудольфа Врбы, которое он сохранил в будущем.
Отчет был отправлен правительствам США и Великобритании, Ватикану, руководству Красного Креста, а также венгерским еврейским лидерам. Союзники обсуждали возможные действия: предлагалось разбомбить подъездные железнодорожные пути к Аушвицу, но это было непросто, так как в это время готовилась высадка союзников в Нормандии и имелось мнение, что это ускорит приближение конца войны и, соответственно, прекратится уничтожение евреев.

***
В Венгрии отчет без промедления попал в руки лидеров еврейской общины. Копия его в конце апреля была передана Рудольфу Кастнеру – наиболее влиятельному лидеру будапештских евреев, который... его скрыл. Поначалу он не хотел мешать реализации программы, названной немцами “Кровь за товары”, целью которой было обменять миллион венгерских евреев на 10 тыс. грузовиков для вермахта. Но эта программа сорвалась. И тогда, продолжая держать отчет “под сукном” и упуская время, Кастнер способствовал заключению другой сделки: Эйхман согласился утвердить поименный список (так называемый “Список Кастнера”), в который были внесены 1686 евреев, в том числе 10 родственников Кастнера и многие из его друзей, готовые заплатить за свою свободу немалые деньги. Авансовый платеж за перевозку составил 18 кг золота, 180 унций алмазов и 2000 долл. на человека, что в 1944 г. было баснословным состоянием. 30 июня 1944 г. счастливчики выехали “поездом Кастнера” из оккупированного Будапешта в Швейцарию и остались живы.
Поступок Кастнера стал объектом громкого судебного разбирательства в Израиле после войны (подробнее см. “ЕП”, 2016, № 6 и 2017, № 5), где он поселился с семьей. В 1953 г. Кастнера обвинили в сотрудничестве с нацистами, якобы ускорившем гибель более 700 тыс. венгерских евреев, от которых он утаил известный ему план “окончательного решения еврейского вопроса”. В 1960 г. на судебном процессе в Израиле Эйхман заявил, что Кастнер “согласился помочь уговорить евреев, чтоб они не сопротивлялись депортации и сохраняли порядок в пересыльных лагерях”, если он, Эйхман, разрешит “нескольким сотням или тысячам молодых евреев легально эмигрировать в Палестину”. Окружной суд признал Кастнера виновным, но он обжаловал приговор в Верховном суде. В 1958 г., через год после гибели Кастнера в результате организованного вооруженного налета, Верховный суд Израиля отменил решение окружного суда и посмертно реабилитировал Кастнера.
В середине мая 1944 г. начались депортации евреев из Венгрии. Каждый день уходили по четыре поезда, увозя на смерть 3000 человек. Всего до 8 июля было депортировано и уничтожено 437 тыс. человек. К главе Венгрии адмиралу Хорти с ультиматумом о прекращении депортации обратились Папа Римский Пий ХII, король Швеции и президент США.
2 июля началась бомбардировка союзниками правительственных зданий в Будапеште, в результате чего погибли тысячи людей. И только 7 июля под давлением международной общественности и из-за боязни быть привлеченным к ответственности после войны Хорти остановил депортации. На заседании правительства он заявил: “Депортация евреев Будапешта должна прекратиться! Правительство должно предпринять все нужные шаги!”
Благодаря усилиям Врбы и Ветцлера удалось спасти около 120 тыс. евреев – обитателей Будапештского гетто и тех, кто проживал за его пределами по паспортам, выданным представителями Красного Креста и дипломатами нейтральных стран – такими как Рауль Валленберг, Карл Лутц и Джорджио Перласка. Имея эти паспорта, люди смогли покинуть страну.
Однако Руди и Альфред, конечно, надеялись спасти намного больше еврейских жизней, и это до самой кончины не давало им покоя. Врба писал, что был убежден: если бы венгерские евреи знали, что им предстоит, они оказали бы сопротивление и погибших было бы гораздо меньше. “Попробовал бы меня кто-нибудь доставить живым в Аушвиц, если бы у меня была исчерпывающая информация о том, что там происходило. И разве тысячи и тысячи евреев во всех странах Европы, способных постоять за себя, дали бы безропотно отправить своих детей, жен и матерей в концлагерь, если бы знали о том, что там творится?” – писал он.
29 августа 1944 г. началось Словацкое национальное восстание против гитлеризма. Врба, посчитав своим долгом отомстить за погибших членов семьи, присоединился к партизанам, за что был награжден чехословацкой медалью “За храбрость”.
***
После войны Врба женился, стал отцом двух дочерей, изучал химию в Праге и защитил докторскую диссертацию. В 1958 г., оказавшись в Израиле на международной конференции, решил на родину не возвращаться. В течение следующих двух лет он работал в Институте Вейцмана в Реховоте. Но все же остаться жить в Израиле не захотел, поскольку считал, что руководящие посты там занимают те самые люди, которые предали еврейскую общину в Венгрии.
Рудольф Врба переехав в Англию, где вел медицинские исследованиями. Затем эмигрировал в Канаду, где осуществил свою давнюю мечту, став профессором фармакологии. Позже работал в Гарвардской медицинской школе в США, занимаясь проблемами рака. Мировую известность ему принесли более 50 книг по химии мозга, диабету и раку.
В соавторстве с журналистом Аланом Бестиком Врба написал книгу “Я не могу простить”, впервые вышедшую в 1963 г. в Лондоне. Переведенная на разные языки, она стала бестселлером. Правда, в Израиле она была издана на иврите лишь в 1998 г. Тогда же Врба получил почетную степень доктора Хайфского университета.
Альфред Ветцель после войны жил в Братиславе, стал журналистом и писателем. В 1963 г. вышла написанная им под псевдонимом Йозеф Ланик книга о пережитом в Аушвице “Чего не видел Данте”.
Рудольф Врба скончался в Ванкувере 27 марта 2006 г. на 82-м году жизни, пережив Альфреда на 18 лет.


Источник: "Еврейская панорама"
 

Эксперт Госдумы предложил лишить Михаила Ефремова звания заслуженного артиста РФ.



Звания в СССР-Федерации одновременно являются признанием заслуг и обязанностью быть верным существующей Власти

Эксперт Госдумы предложил лишить Михаила Ефремова звания заслуженного артиста РФ. Член экспертного совета по развитию информационного общества при Госдуме Вадим Манукян заявил, что в нашей стране пора как можно скорее рассмотреть вопрос о лишении званий «заслуженный артист России» популярных артистов, которые позволяют себе нелицеприятные высказывания в адрес родной страны. В качестве примера он привёл недавнюю ситуацию с артистом Михаилом Ефремовым, который отправился на гастроли на Украину и плохо отзывался о России, откровенно издеваясь над родной страной.
Смотрите одно из резко сатирических выступлений Михаила Ефремова в адрес существующей власти. https://youtu.be/SFed7MxRtn8


Пример верности заголовка статьи – Федор Шаляпин. 13 ноября 1918 года  постановлением СовНарКома во главе с Лениным великому оперному певцу было присвоено звание Первого Народного артиста Республики. Это почетное звание было придумано большевиками специально для знаменитого баса, вернувшегося в Советскую Россию из-за границы и ставшего художественным руководителем Мариинского театра. Однако 24 августа 1927 года постановлением опять-таки СовНарКома Федор Иванович был лишён звания Народного артиста, за то, что выписал чек в помощь детям российских эмигрантов. Что в то время рассматривалось как антисоветское действие. Таким образом, с самого начала Советской Власти на примере Шаляпина было показано, что Звания в СССР являются не только признанием заслуг, но и обязанностью служить существующей власти. В противном случае звания (а в случае Шаляпина и гражданства) лишают.
Лишенных Почетных Советских Званий тех, кто посажен в тюрьму или же осужден без права переписки, в годы Большого Террора, среди не только деятелей науки, но и деятелей искусства было великое множество. Лишение званий “врагов народа” было массовым и как бы автоматическим. Приведем три примера из многих возможных.
Ли́дия Андре́евна Русла́нова (при рождении Прасковья Андриановна Ле́йкина-Горшенина) (являвшаяся с 1942 года заслуженной артисткой) в июне 1947 года постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) «О незаконном награждении тт. Жуковым и Телегиным певицы Л. Руслановой и других артистов орденами и медалями Советского Союза» была лишена не только звания, но также и ордена Отечественной войны. Вместе с Руслановой наград лишились ещё 27 осужденных артистов страны. Которые были реабилитированы впоследствии. Многие после смерти.
Великий биолог, брат президента академии наук СССР Николай Иванович Вавилов после ареста был лишен звания академика. 20 августа 1955 года Военная коллегия Верховного суда СССР отменила судебный приговор от 9 июля 1941 и прекратила дело в отношении Н. Вавилова за отсутствием состава преступления. После реабилитации Президиум Академии наук СССР восстановил Николая Ивановича в списках академиков (при этом было подчеркнуто, что Общее собрание АН СССР этого звания его не лишало, а лишен он был звания Академика минуя Академию. Покойнику, замученному в Сталинском застенке ученому с мировым именем, однако, от этой посмертной реабилитации проку было немного. Поскольку человек Вавилов а не канонизированный Вавилов умер под пытками в страшных мучениях.
Еще один одиозный пример – после того, как великий физик Георгий Гамов остался на западе, Академия Наук по подсказке Органов и Правительства лишила его звания Члена Корреспондента.
Во времена Брежнева была сделана попытка лишить звания академика Андрея Дмитриевича Сахарова, и только находчивость нобелевских лауреатов Капицы и Семенова спасла академию от совершения этого позорного шага.
И вот сейчас, как пелось в советской песне, снова опять. На этот раз на самом высоком уровне раздаются призывы лишить звания Заслуженного Артиста Российской Федерации Михаила Олеговича Ефремова за его остро сатирические выступления. А незадолго до этого призывы лишить Андре́я Вади́мовича Макаре́вича  звания народного Артиста Российской Федерации раздавались в столь же агрессивной форме по той же причине: несогласие в Властью и попытку противодействовать ей.   
Происходившее и происходящее, собранное воедино, показывает, что почетные звания в Советском Союзе и его правопреемнице Федерации являются одновременно индульгенцией ля получения благ и обязанностью следовать в фарватере Власти. Отказ от выполнения этой обязанности наказуем.
В этой ретроспективе демонстративный отказ замечательного артиста и юмориста Ефима Шифрина от получения каких либо званий, о чем он неоднократно публично заявлял перед телевизионными камерами, является совершенно логичным. Ибо звание в СССР-Федерации не только придает значимость, но и повязывает подобно смирительной рубашке. Из которой очень немногие (как Олег Валериянович Басилошвили, Ли́я Меджи́довна Ахеджа́кова, Андре́й Вади́мович Макаре́вич и Михаил Олегович Ефремов) имею смелость 

"ЗЕМЛЯ УБИТЫХ" И ЗЕМЛЯ ЖИВЫХ


«Земля убитых» и земля живых. Ч.1/2

На улице Хеврона. Памятный знак нынешним жертвам арабского террора и надпись: "Да здравствует еврейский народ!

Д-р Нат. Гельман

4 сентября 2019 г. в Хевроне прошла государственная церемония, посвященная 90-летию беспорядков 1929 года – 90 שנה למאורעות תרפ»ט .
И на иврите, и на русском языке название церемонии звучало странно. Понятно, что она посвящена памяти 67 евреев, трагически погибших во время страшной резни 1929 года, а также десятков других, тяжело раненных и искалеченных. Но прямо об этом не сказано, да и сами арабы, организаторы еврейского погрома, приобрели в речах присутствующих на церемонии образ неких абстрактных «кровожадных мятежников», и только в положительном контексте, когда упоминались «те немногие из арабского населения, кто пытался защитить своих еврейских соседей, они названы арабами и, как спасители, действительно «заслужили похвалу». 
Самым болезненным в обсуждении темы оказался ее современный аспект.

Насколько сильно еврейское присутствие в Хевроне?

Каковы права еврейской общины Хеврона, одного из 4-х самых древних еврейских городов,  первой столицы царя Давида — на еврейскую собственность?

Картинки по Ð·Ð°Ð¿Ñ€Ð¾Ñ Ñƒ Ð‘Ð¸Ð½ÑŒÑ Ð¼Ð¸Ð½ Ð ÐµÑ‚Ð°Ð½ÑŒÑ Ñ…ÑƒПремьер-министр очень хорошо говорил об исторической справедливости возвращения евреев в Хеврон, однако бывший депутат Кнессета Орит Струк, ныне кандидат в депутаты Кнессета от партии Ямина, жестко раскритиковала премьер-министра Б. Нетаньяѓу за то, что он не одобрил расширение строительства для еврейской общины в Хевроне, в том числе – долгожданного рыночного комплекса Хеврона:
«Земля убитых ждет вас слишком долго. Мэр-убийца продолжает удерживать имущество убитых, потому что вы не посылаете ему простое послание, чтобы вытащить его из рук муниципалитета. Чего вы ждете? Это — позор!».
Этот болезненный аспект заслуживает исторического контекста, далеко не столь известного большинству русскоязычных израильтян, да и многим коренным жителям. О погроме знают.
А вот о том, как и почему – через 50 лет после погрома – в Хеврон вернулись настоящие евреи-сионисты, — эта тема достойна большого внимания.
Мне в жизни невероятно повезло: я своими глазами видела живую легенду Хеврона – Сару Нахшон, – одну из тех, благодаря кому Хеврон снова стал еврейским. И не только видела, но и слышала ее драматическую историю.  Эта история прозвучала в Мидрешет Хеврон, в вечер третьей ханукальной свечи, на встрече со студентками из Ор Хайя.  Сара Нахшон выглядела обычной, скромно одетой хасидской женщиной в голубом кисуй-рош, под цвет ее ярких голубых глаз. Тепло улыбаясь, она начала свою удивительную историю, которая могла бы стать сюжетом для уникального романа из истории ХХ века.

Сначала она рассказала о своих родителях и детстве…

Сара Нахшон выросла на севере Израиля в деревне Кфар-Хасидим. Ее родители бежали из Польши за несколько месяцев до начала Второй мировой войны. Семья жила бедно и постоянно нуждалась, однако Сара вспоминает о своём детстве с огромной теплотой и называет его “прекрасным”, хотя у нее было одно платье и не было никаких игрушек. Родители учили девочку быть счастливой тем, что у нее есть, и, главное, —  упорно трудиться, добиваясь своей цели, и верить в силу самопожертвования.

“Если мы не будем бороться за землю наших Отцов, мы потеряем её”

Родители рассказывали ей о том, как они сражались против англичан ради создания государства Израиля. Они учили юную дочь верить в силу борьбы: если евреи хотят сохранить Землю Израиля, они должны бороться за Эрец-Исраэль. “Если мы не будем бороться за Эрец Авотэйну, мы потеряем её”, — говорили они…
В июне 1967 года израильская армия заняла Хеврон. Арабы Хеврона, ожидавшие мести со стороны евреев за погром 1929 года, обвешали весь город белыми простынями и сдались без единого выстрела. Генерал рав Шломо Горен (благословенна память праведника), в то время главный раввин АОИ Израиля, первым ворвался в город на джипе. Он вошел в Меарат ѓа-Махпела и принял от арабов заявление о капитуляции города. Он сказал:
“Пришло время евреям вернуться в свою древнюю столицу и на этот раз — навсегда!”
Однако слова армейского раввина никто из “больших людей” не услышал: правительство вовсе не спешило принимать решение по этому вопросу. Моше Даян заявил арабским шейхам, что ничего менять они не намерены, то есть еврейские святыни по-прежнему будут находиться под полным арабским контролем, а за это арабы великодушно предоставят евреям возможность молиться у могил праотцев, в специально отведённых местах.
Жертвы погрома 1929 г. Музей Ш.Мушника, Хеврон
Сара Нахшон и ее муж, известный хасидский художник Барух Нахшон, присоединились к группе еврейских активистов под руководством “несгибаемого” рава Моше Левингера (это была группа из семи семей и пятнадцати студентов ешивы), полных стремления и решимости восстановить древнюю еврейскую общину внутри освободившегося Хеврона.
На это героическое дело они получили благословение Любавичского Ребе, подчеркнувшего важность воссоздания еврейского присутствия в старейшем из четырех святых городов Израиля, где еврейская община существовала на протяжении сотен лет до погромов 1929 года, когда арабами были зверски вырезаны шестьдесят семь евреев (остальные, выжившие евреи, в том числе искалеченные и раненые, были вывезены отсюда навсегда, а их имущество было оставлено и захвачено арабами).
Однако военные власти не готовы были поддержать евреев, пытавшихся во что бы то ни стало восстановить еврейское присутствие в Хевроне.

“Они думали, что наша мечта жить в Хевроне умрет”

Сначала евреи, под видом иностранных туристов, поселились в Хевронской гостинице, которая принадлежала арабам (хозяин отеля был уверен, что сдаёт комнаты гостям из Швейцарии), и здесь хасиды провели пасхальный седер, а потом передали хевронскому командованию свое желание остаться здесь навсегда. Однако представители военной власти заявили им, что не могут гарантировать безопасность их жизни и поэтому, питая особую надежду, что долго в таких условиях евреи не протянут, они предложили всей группе перейти под “армейскую крышу” — в старое здание комендатуры, где каждая семья будет жить вместе с  детьми в одной комнате в крайне стесненных условиях, с одной кухней на всех прибывших. Поселенцы начали обживать военный барак и не отступили от задуманного.

“Я лучше буду жить в одной комнате в Земле Израиля, чем во дворце в Канаде!”

Несмотря на тяжелые условия жизни, Сара Нахшон вспоминает эти годы с большой ностальгией.
“Когда мы жили в военном лагере, нас посетила моя сестра, она прилетела к нам из своего дома в Канаде, а я была в это время в начале одной из моих беременностей. Она спросила меня: “Сара, ты хочешь сказать мне, что ты проведешь все время беременности в этом месте с открытой ванной комнатой для всех?” Я сказала ей: “Я лучше буду жить в одной комнате в Земле Израиля, чем во дворце в Канаде!
За эти три года из барака не уехала ни одна семья, а добавились — тридцать. Сара Нахшон родила еще троих детей. Неоднократно рискуя свободой, несмотря на запреты казенной власти, она и Барух делали новорожденным сыновьям тайный брит в Меарат ѓа-Махпела. Когда произошло обрезание первого родившегося в Хевроне мальчика, Барух Нахшон, исполнив завет Авраама в месте захоронения самого Патриарха, заплакал…

Рождение нового города Кирьят-Арба — борьба продолжается

Картинки по Ð·Ð°Ð¿Ñ€Ð¾Ñ Ñƒ ‫קרית × ×¨×‘×¢ ‬‎
В современной Кирьят-Арбе
Вскоре правительство пошло на компромисс: на окраине Хеврона в начале 70-х началось строительство еврейского городка Кирьят-Арба. Однако наиболее настойчивые из поселенцев продолжали борьбу за те исконные места еврейского проживания, в которых евреи жили до погрома 1929 года: еврейские дома, синагоги и могилы…
Скоро эпицентром борьбы за еврейское присутствие на Хевронском нагорье стало старое еврейское кладбище. Здесь, в братской могиле, лежали жертвы ужасного погрома 1929 года, здесь были похоронены мудрецы и праведники…. Но это были только горькие воспоминания. Арабы захватили еврейскую землю и частично использовали ее под виноградники и сады, а большая часть кладбища — стала отхожим местом, городской свалкой, была завалена мусором и грязью.

Одна убитая горем мать — против государства Израиль

Сара рассказала, что после освобождения Хеврона в 1967 году в положении евреев Хеврона ничего не изменилось. Осквернение и запустение кладбища продолжилось. Живя в Кирьят-Арбе, Сара Нахшон переживает одну из самых трагических страниц в ее жизни. В 1975 году она родила здорового ребенка, его назвали именем Авраам Йедидья. Через 6 месяцев по неизвестной причине (смерть в колыбели) мальчик утром не проснулся …
Баруха в это время не было рядом, он находился в отъезде, и Сара не могла с ним связаться. Она плачет и молится, она пытается сказать себе, что все, что Б-г делает, имеет какую-то определенную цель, даже если эта цель скрыта от нас. Вдруг, сквозь слезы отчаяния, она понимает, что смерть ее сына должна сыграть трагическую, но жизненно важную роль в восстановлении города патриархов:
Картинки по Ð·Ð°Ð¿Ñ€Ð¾Ñ Ñƒ hebron jews cemetery“Живым евреям здесь жить не дают… Наш Авраам Йедидья будет первым евреем, похороненным на древнем еврейском кладбище в Хевроне после захоронения шестидесяти семи евреев, убитых в 1929 году!”.
Она принимает решение похоронить ребенка на старом еврейском кладбище в Хевроне. Разрешение на похороны запросило руководство Кирьят-Арба. Последовал отказ. Более того, в Кирьят-Арба были вызваны дополнительные армейские части, установившие посты на всех дорогах, ведущих к кладбищу.
Задумаемся над тем, что рассказывает Сара Нахшон: в Хеврон направляются крупные силы армии и полиции, чтобы предотвратить “самоуправство” одной, убитой горем женщины.

Путь на кладбище: сквозь затворы трусости…

Сара Нахшон выходит из дома с ребенком на руках, завернутым в простынку. Она проходит обходной дорогой через задние ворота Кирьят-Арба, где ее никто не останавливает. Но вскоре перед нею вырастает контрольно-пропускной пункт израильских солдат, которым дан приказ предотвратить захоронение ребенка на древнем кладбищечтобы не вызвать гнев местных арабов.
Сара Нахшон обращается к солдатам:
“Вы ищете меня? Вы ищете моего ребенка? Меня зовут Сара Нахшон. Вот мой малыш, у меня на руках. Если вы не позволите нам пройти на кладбище, мы сделаем это без вашего разрешения”.
Солдаты по рации получают все новые команды от начальства:
“Остановите их! Не позволяйте похоронной процессии достичь кладбища ни при каких обстоятельствах!”
Офицер связывается с министром обороны Шимоном Пересом. И тот принимает “соломоново решение”: похороны не разрешать, но мать с мёртвым ребёнком на руках не трогать”.
Однако солдаты оказываются не в силах повернуть назад волевую женщину.
“Если вы хотите ее остановить, приходите сюда и остановите эту женщину сами!” — так они отвечают на призывы по рации!”
Один из солдат выходит из машины и просит Сару Нахшон:
“Пожалуйста, г-жа Нахшон, это слишком далеко! Пожалуйста, позвольте мне отвезти Вас на еврейское кладбище.”
Cара идет по старым еврейским улицам Хеврона, мимо Бейт-Романо, Бейт-Шнеерсон, Хесед Авраам …
Сотни людей собираются ночью, чтобы похоронить ее сына. Лунный свет освещает ее лицо. Она говорит:
“Я, Сара, держу в моих руках моего мертвого ребенка, Авраама, и так же, как отец наш Авраам пришел в Хеврон, чтобы похоронить его Сару, я, Сара, пришла сюда, чтобы похоронить моего Авраама. Я не знаю, почему Бог дал мне эту страшную миссию — похоронить моего ребёнка, который прожил всего шесть месяцев. Он будет похоронен здесь, на старинном еврейском кладбище в Хевроне”.

Мёртвые завоевывают эту землю для живых. Еврейская история повторяется

Похожее изображениеЖители Кирьят-Арба выставляют на кладбище двух сторожей для охраны детской могилы. Один из сторожей — профессор Бен-Цион Тавгер (благословенна память праведника), физик с мировым именем, оле хадаш из Новосибирска.
Он принимается за расчистку кладбища и в одиночку, и с помощью других энтузиастов, и делает невероятное: раскапывает мусор, выкорчёвывает деревья, виноградные лозы, восстанавливает могильные плиты и надгробья. Его не раз арестовывают, но он побеждает тупую и ограниченную власть … еврейское кладбище приобретает достойный вид.
Здесь линия героической борьбы за Хеврон Сары Нахшон пересекается с дорогой мужества и ежедневного подвига Бен-Циона Тавгера.
Проходит около 5 лет, и мужественная женщина Сара Нахшон снова оказывается в эпицентре борьбы за Еврейский Хеврон.

“Через пятьдесят лет после резни мы, жители Кирьят-Арбы, решили вернуться в Хеврон”

Похожее изображение
Мириам Левингер (1981 г.)

В авангарде были женщины и дети.

Через неделю после Песах, в 4 часа утра, десять женщин во главе с рабонит Мириам Левингер и Сарой Нахшон, перерезав колючую проволоку, в сопровождении тридцати пяти детей, прибывших на грузовике к задней части Бейт-Адасса (в сердце старого еврейского Хеврона — Касба), при содействии подростков из Кирьят-Арба, спокойно поднимаются в здание по лестницам, выгружают матрасы, кухонные горелки, газовые баллончики, воду, холодильник и пр.  – и начинают обживаться в полуразрушенном здании бывшей больницы, охраняемой израильской армией, получившей приказ блокировать смельчаков в доме, ограничив до минимума их контакты с мужьями и родными.
Единственное требование женщин к власти — разрешение на возобновление еврейского поселения в Хевроне. Бунтовщики добиваются права жить в еврейских домах, отстраивать и восстанавливать еврейские синагоги.
Возбужденные дети, оказавшись внутри занятого ими дома, начали петь радостными голосами о том, что сыны Израилевы возвратились в Сион. Слыша их восторженные голоса, израильский солдат спустился с его наблюдательного поста на крыше, чтобы расследовать, что произошло внутри здания. Когда он с удивлением спросил, как дети вошли в здание, четырехлетняя девчушка мгновенно ответила: “Яаков, наш праотец, построил нам лестницу, и мы вошли”. Так евреи (женщины и дети) начали свое возвращение в Хеврон.
Мириам Левингер заявила представителям власти:
“В Хевроне больше не будет Judenrein (территории, свободной от евреев).
× ×©×™×  ×•×™×œ×“×™×  בבית הדסה תשל"×˜В тяжелейших условиях, без отопления и электричества, водопровода и канализации, отрезанные от своих семей, мужественные женщины с маленькими (и даже новорожденными) детьми прожили в полуразрушенном доме около года (!). При этом они организовали для своих детей настоящую школу и настоящие уроки, для того чтобы в невероятно тяжелых условиях продолжать их образование и не дать им забыть о том, что они растут в семье, любви и заботе.
С другой стороны, женщины не решались покинуть строение Бейт-Адасса, чтобы армия не смогла предотвратить их повторный вход в строение.
В начале каждой субботы во двор Бейт-Адасса приходили учащиеся ешивы из Кирьят-Арба, они молились, произносили кидуш, пели и танцевали.
Однажды в пятницу вечером, 12 мая 1980 года (17 ияра) только за один день до празднования Лаг ба-омер, случилась большая беда: юношей, направлявшихся к Бейт-Хадасса, сразила автоматная очередь из засады на крыше  арабского дома. Шестеро евреев были убиты, 16 – получили ранения. (За три месяца до этого в Хевроне был убит еще один учащийся ешивы Иеѓошуа Салом.)
Картинки по Ð·Ð°Ð¿Ñ€Ð¾Ñ Ñƒ ‫בית הדסה בחברון 19‬‎Только после этой кровавой бойни было получено разрешение правительства — восстанавливать старые и строить новые дома на месте древнего еврейского квартала в городе Праотцев. Семьи были воссоединены; в конечном итоге, правительство одобрило и помощь в восстановлении Бейт-Адасса, добавив два этажа с оригинальной структурой.
Евреям было разрешено переехать в смежные здания Бейт-Хасон и Бейт-Шнеерсон в старом еврейском квартале. 11 семей переехали в Хеврон течение 1986 года. За следующие два десятилетия многие другие принадлежащие евреям здания в Хевроне были отремонтированы и восстановлены. Позже еврейское присутствие в Хевроне сосредоточилось вокруг  восстановленной синагоги Авраѓам Авину», в Бейт-Романо и в Рамат-Ишай (Тель-Румейда), таким образом, в Хевроне образовалось несколько еврейских кварталов. Тем не менее, еврейская община Хеврона росла очень медленно, несмотря на множество желающих поселиться в городе, и это всегда было связано с причинами политического характера.
Сара Нахшон обладает колоссальной жизненной энергией. Этот источник ее силы и непокорности духа идет от еврейской земли, от понимания своей нерасторжимой связи с Меарат ѓа-МахпелаЭрец Авотейну. Таких людей невозможно согнуть.
Сара Нахшон по-прежнему борется за Хеврон! И сегодня она принимает активное участие в борьбе за то, чтобы открыть все залы Меарат ѓа-Махпела для евреев все 365 дней в году. Дни этой удивительной женщины наполнены добротой и помощью своей семье, друзьям, соседям и совершенно незнакомым людям. У нее более семидесяти внуков (она знает все их дни рождения наизусть), она помогает пожилым людям, у нее обширные познания в области альтернативной медицины, которые она использует для лечения больных. Живая легенда Хеврона — Сара Нахшон.

Все продолжается, успокаиваться рано

Картинки по Ð·Ð°Ð¿Ñ€Ð¾Ñ Ñƒ cave of the patriarchsМы слушаем рассказ Сары Нахшон и понимаем: сегодня мы находимся в Хевроне и благодаря милости Вс-вышнего, Божественное Присутствие и помощь Которого была (и остается) необходимой нам; и по милости женщин и детей, благодаря их самоотверженности и решительности, вере и героизму и пониманию ими своей миссии, а также благодаря жизни шести человек, которые отдали свои души за еврейский народ в Эрец-Исраэль: это их подвиг открыл нам дорогу в еврейский Хеврон.
Через удивительные еврейские сердца, через самопожертвование одиночек, таких, как рав Моше Левингер, Сара Нахшон, рабонит Мириам Левингер, Бен-Цион Тавгер, — верящих ясно и просто в то, что они делают, — так произошло восстановление еврейской жизни в Хевроне!
Сара и Барух Нахшон у Пещеры Праотцев (Меорат ха-Махпела)
Мы думаем о том, что евреев убивает не только арабская пуля или арабский нож. Евреев убивает равнодушие и трусость власти.
Арабы наглеют именно тогда, когда чувствуют беззащитность еврейских сердец, и тогда их жестокость безгранична.
Не надо дразнить гусей! — так сказал руководитель еврейской общины Хеврона командиру боевого отряда Ѓаганы, когда в 1929 году начались погромы в различных местах страны. Евреи Хеврона отказывались верить, что беспорядки могут докатиться до города Праотца Авраама, где евреи и арабы на протяжении веков достаточно мирно сосуществовали.
В связи с обострением обстановки бойцы Ѓаганы, прибыли в Хеврон, чтобы в случае погромов защитить его жителей, но председатель совета еврейской общины попросил их уехать: он боялся вызвать излишнее брожение среди арабского населения. На следующее утро после отъезда отряда началась резня, и евреи оказались абсолютно беззащитны.
В 1929 году у нас еще не было своего государства. Но политика “не дразнить гусей”, трусливо и подло уходить от ответов на самые главные вопросы еврейской жизни — стала традицией.В основе этой стратегии и тактики — незнание или забвение еврейской истории и традиции, “историческая бесчувственность” к “отеческим гробам и родному пепелищу”.

“Если мы не будем бороться за землю наших Отцов, мы потеряем её”.

Иерусалим 2012-2019

 

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 5, средняя оценка: 4,00 из 5)
 

Поделиться

 

Все больше людей ходят в ресторан в одиночестве

Все больше людей ходят в ресторан в одиночестве

Существуют вещи, которыми большинство людей не любит заниматься в одиночестве, например, путешествовать по миру, праздновать Рождество или ходить в ресторан. Однако сегодня все больше людей все же предпочитают делать это в одиночестве, пишет немецкий журнал Stern.
Photo copyright: pixabay.com
“В 1950-е годы было тяжело представить себе женщину, в одиночестве идущую в ресторан. “Тогда сказали бы, что она, наверное, проститутка”, – считает Ханс-Петер Эрб, психолог и профессор Гамбургского военного университета им. Гельмута Шмидта. По его словам, похожим образом дела обстоят и сегодня. “Если бы я был женщиной и отправился бы куда-нибудь в одиночестве, я бы вызвал определенные предположения в свой адрес”, – говорит он.
Как показал опрос, проведенный в Германии институтом изучения общественного мнения YouGov, мужчины действительно чаще, чем женщины, едят в одиночестве. 72% опрошенных мужчин указали, что регулярно либо редко ходят в ресторан в одиночестве, среди женщин таковых оказалось 57%, передает издание.
“45% всех респондентов указали, что редко едят в кафе в одиночестве, каждый пятый делает это регулярно. Треть опрошенных никогда не были в ресторане в одиночестве”.
Возможных причин, объясняющих то, почему люди предпочитают пойти в ресторан в одиночестве, может быть много. “Например, чтобы побыть среди людей. Или, наоборот, по противоположной причине: чтобы пару часов побыть в покое. Или же им просто лень готовить еду самостоятельно”, – говорится в статье.
Как отмечает Эрб, феномен посещения ресторанов в одиночестве пока не изучен, однако результаты опроса перекликаются с общей тенденцией к обособленности и индивидуализации. “Появляется все больше одиночных домохозяйств и возникает большая проблема одиночества, что очень сильно тяготит людей”, – говорит психолог.
“По данным сайта онлайн-бронирования OpenTable, с 2014 по 2018 год количество бронирований на одного человека увеличилось на баснословные 321%”, – отмечает издание.
“На туристических сайтах во всем мире можно найти много информации о посещении ресторанов и кафе в одиночестве. Например, портал VisitMelbourne рекомендует рестораны Мельбурна, предлагающие любителям поесть в одиночестве место у бара. Всемирно известный Сиднейский оперный театр предлагает целое руководство для тех, кто собирается посетить театр в одиночестве”, – пишет издание.
Тем не менее, посещать кафе или рестораны без компании многим людям все еще мешает психологический барьер, о чем свидетельствует встречающееся в интернете слово solomangarephobia – боязнь есть в одиночестве. “Они никуда не смотрят, боясь показаться невежливыми, и одновременно думают, что другие за ними наблюдают и оценивают их по тому, что они едят в одиночестве”, – так описывает чувства некоторых одиноких посетителей кафе туристический портал TripAdvisor.
В то время как одни туристические организации создают предложения для ужинающих в одиночестве, другие помогают избежать таких ситуаций. Так, одно из туристических объединений Баварии разработало проект совместных ужинов. “Различные рестораны раз в неделю организовывают совместный ужин для тех, “кто соскучился по общению и веселью в ресторанах”, – передает Stern.
Мартина Шеффлер | Stern

Эксперты назвали количество заболевших раком после трагедии в США с башнями близнецами

Эксперты назвали количество заболевших раком после трагедии в США с башнями близнецами

Ученые, которые вели наблюдение за людьми, пострадавшими в результате трагедии 11 сентября 2001 года, рассказали о том, что среди них количество больных раком достигло 4 тыс. человек. По словам специалистов, наблюдение проводилось за 6 тыс. пострадавших, а также 10 тыс. спасателей, и волонтеров участвовавших в ликвидации последствий трагедии, помогавших пострадавшим.
Photo copyright: Robert (See my albums). CC BY-SA 2.0
Как известно, программа помощи жертвам теракта стартовала в 2004 году. В ней приняли участие около 10 тыс. пострадавших. Им предоставлялась как медицинская, так и психологическая помощь.
В 2019 году власти США заявили, что было принято решение о расширении группы людей, попадающих в программу, до 21 тыс. человек, у 4 тыс. из которых наблюдались всевозможные формы онкологии. Наиболее распространенным оказался рак кожи, простаты и молочных желез.
Однако эксперты добавили, что нет точных доказательств того, что приобретенные людьми заболевания связаны с тем, что они стали жертвами теракта.

Мексика хочет ограничить контрабанду оружия в страну из США

Мексика хочет ограничить контрабанду оружия в страну из США

Власти Мексики стремятся к остановке контрабанды оружия в страну из США, заявил глава мексиканского МИД Марсело Эбрард после переговоров в Вашингтоне с участием вице-президента США Майка Пенса и госсекретаря Майка Помпео.
Photo copyright: pixabay.com
По словам Эбрарда, проблема трафика оружия в страну является для властей Мексики ключевой проблемой, в то время, как для США главная проблема — нелегальная миграция.
Министр рассказал, что в июле во время переговоров с Помпео тема контроля за нелегальным оборотом американского оружия была внесена в число приоритетных. С тех пор вопросом контрабанды занимается двусторонняя рабочая группа.
По оценке министерства национальной обороны Мексики, за 10 лет в страну было нелегально ввезено более 2 млн единиц огнестрельного оружия. Около 70% этого количества попали в Мексику из США.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..