вторник, 6 сентября 2016 г.

"ПОГИБЛИ В ДЕСАНТЕ"

Александр Шульман
"Погибли в десанте"

Несколько лет назад на финском сайте "Финская война" появилась фотография человека в советской флотской форме, захваченного в плен и расстрелянного финнами в первые дни войны в июле 1941г.


Подпись под фотографией: Suomalaiset upseerit keskustelivat venäläisdesantin kanssa Hangon lohkolla 17.7. 1941.
Desantti nauroi viimeiselle toivomukselleen. Hänet teloitettiin kuvan ottamisen jälkeen
В переводе моего финского друга Эдварда Хямяляйнена: "Финские офицеры беседовали/разговаривали 17.7.1941 г.
в районе Ханко с русским десантником. Десантник рассмеялся в ответ на вопрос о последнем желании. После этого он был казнен"

О расстрелянном десантнике ничего не было известно. Ситуация стала проясняться после обращения российских следопытов в финские архивы - есть ли там информация об этом человеке? 
Им ответил финский историк Карл Геуст:
«Фотография, которую вы послали мне, находится под номером 25930 в архиве армии Финляндии, и была сделана 17 июля 1941 года в секторе «Ханко» (наиболее вероятно в Карья).
Этот человек эстонец Виктор Осипович Фейгин, родившийся 27 июня 1910 года в Пскове. Он был задержан в 20 километрах от Сало 1 июля 1941 года, после того, как прыгнул с парашютом в предыдущую ночь, или 30 июня 1941 года.
Фейгин был приговорен к смерти как шпион или террорист, потому что на другом парашюте для него было сброшено более 30 кг. взрывчатки. Фейгин должен был совершить подрыв железнодорожного полотна на дороге Сало-Карья. В ту же ночь несколько других «десантников», уроженцев Эстонии, были сброшены в южной части Финляндии (Ганс Кару, Арон Тауб, и русский Виктор Лебедев).
Они также были задержаны, и впоследствии казнены. … Фейгина допрашивали несколько раз, в период с 2 по 11 июля 1941 года, может быть, и позже».
http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=2100.20

17 июля 1941 года. Виктор Фейгин сфотографирован с финнскими офицерами уже
после того, как ему сообщили, что военным судом он приговорен к смертной казни
.

Расстрел десантника Виктора Фейгина
Кроме Виктора Фейгина в составе разведывательно-диверсионной группы был ещё один еврей — Арон Абрамович Тауб, который также был расстрелян.
Десантник Арон Абрамович Тауб. Фотография сделана финнами после
захвата советской разведывательно-диверсионной группы
Виктор Фейгин и Арон Тауб упоминаются в статье проф. Дова Левина "Эстонские евреи (1941-1945)", опубликованной в сборнике «Yad Vashem Studies»:
«24 июня 1941 года на территории Эстонии были сформированы 25 истребительных отрядов… Эти батальоны находились под юрисдикцией органов безопасности… Прикрывая отход регулярных войск, эти подразделения нередко вступали в бой с эстонскими националистами и передовыми частями немецкой армии… Среди тех, кто пали в боях, были… участники гражданской войны в Испании Арон Тауб и Виктор Фейгин, которые занимали довольно высокие посты в органах безопасности во времена советского режима в Эстонии».

Есть еше одно упоминание об Ароне Таубе в статье Рудольфа Лациса «Два года в Испании»:
«В Альбасетских казармах я познакомился с Ароном Таубе, единственным сыном таллинского текстильного фабриканта. Он оставил семью, отца со всеми его фабриками и. уехал в Испанию сражаться с фашизмом.
Ему двадцать шесть лет, он учился в парижском и берлинском университетах, свободно владеет русским, немецким, французским и испанским языками — вообще всесторонне образованный человек. В бою у реки Харамы, на Мадридском фронте, Арон был ранен. Он только что вышел из госпиталя и собирается после отдыха вернуться на фронт. С ним очень интересно поговорить о перспективах международного положения, о военной обстановке в Испании, о литературе и других вопросах. Арон среднего роста, с круглым приятным лицом, у него неторопливые, робкие движения, вначале он производит впечатление заурядного, хорошо воспитанного интеллигента. Но в разговоре он как бы оттаивает, его глаза и лицо начинают излучать теплоту. Когда я спрашиваю его, принимал ли он участие в революционном движении у себя на родине, он отвечает:
- Я этого никак не мог из-за своего социального положения, мне всегда казалось, что рабочие смотрят на меня подозрительно и не доверяют мне, когда я пытаюсь приблизиться к ним. Словами трудно доказать свое убеждение. Я решил завоевать доверие к себе и право прямо смотреть рабочим в глаза здесь, где нужно доказать свои убеждения делом, а может даже и ценою жизни.
Вскоре он опять уехал на фронт. Некоторое время мы переписывались, но потом я перестал получать от него письма и уже больше ничего не слышал о нем. Видимо, он и отдал жизнь за свое убеждение, за право прямо смотреть рабочим в глаза».

В первые дни войны, в период 25.6.-31.7.1941, советское командование осуществило заброску в финский тыл в Южную Финляндию 129 десантников с аналогичными заданиями. Все они были пойманы и расстреляны.
Это были фактически смертники - шансов выйти живыми у них не было. Командование предлагало им только один вариант - после выполнения задания в тылу врага попытаться пробиться через линию фронта к своим.
Подтверждение этому находим в "Записке по плану действий войск в прикрытии на территории Западного особого военного округа" подписанной маршалом Тимошенко перед войной

"VII.План использования ВВС округа.
1. ............
8. Для выполнения задач по срыву жел[езно]дорожных перевозок и сосредоточения войск противника наряду с боевыми действиями авиации будут использованы мелкие десантные группы в составе 5 - 10 человек, выбрасываемые на территорию противника с задачей разрушения жел[езно]дорожных сооружений, нарушения связи и других диверсионных действий. Высадка десантных групп, как правило, будет производиться ночью при помощи сбрасывания людей и материалов на парашютах или при посадке самолета на землю. В обоих случаях место посадки тщательно разведывается, иногда для этой цели будет привлекаться наша агентура. Возвращение десантных групп по выполнении задачи будет производиться при помощи посадки самолетов, но вероятнее им придется переходить на нелегальное положение и пробираться обратно через границу самостоятельно.
Кадры для формирования десантных групп мы имеем в составе 4-го воздушно-десантного корпуса. Формирование их будет производиться в строго добровольном порядке, отбирая для этой цели смелых, решительных бойцов и командиров, способных выполнить эту ответственную задачу."
Несмотря на то что людским составом укомплектован полностью, а из матчасти нет только ранцевых огнеметов и не хватает до 3000 парашютов, 4-й воздушно-десант- ный корпус на сегодня полностью еще не боеспособен, так как специальная подготовка началась только с 1 июня сего года.
»

Среди погибших советских диверсантов также были евреи. Фотографию одного из неизвестных советских диверсантов нашли в финских архивах.
В подписи к фотографии нет ни имени, ни фамилии, только дата, 12 июля 1941 года,
и – «Desantti: venäläis-juutalainen» - «Русско-еврейский десантник»

Указан район, где его задержали - Hangon lohko, это укрепрайон на юго-западном побережье Финляндии… Тамошние артиллерийские батареи Эрэ и Руссарэ в случае войны перекрывали своим огнем подходы к важнейшему порту Финляндии - Турку (Або) и не давали возможности противнику высадить десант на полуострове Ханко.
Сейчас трудно определить - кто осуществлял подготовку и заброску погибших диверсантов в Финляндию в первые дни войны. Диверсионные группы могли засылать и разведка Северо-Западного фронта, и разведка Балтийского флота, или НКВД.
Пожалуй, наиболее вероятно, что заброска шла по флотской линии - Фейгин на фотографиях в морской форме. Тогда единственным человеком, способным раскрыть тайну еврейских диверсантов мог бы быть полковник Фрумкин Наум Соломонович, в 1941г. - начальник разведотдела штаба Балтийского флота.
«Фрумкин Наум Соломонович. 28.11.1905, г. Екатеринослав — 21.04.1998, г. Москва. Еврей. Из служащих. Полковник (06.10.1941). В РККА с 1921. С 1931 в военной разведке. Помощник начальника РО, начальник приграничного разведывательного пункта штаба Морских сил Черного моря (июль 1932 — октябрь 1934).
В распоряжении РУ штаба РККА. Начальник морского приграничного разведывательного пункта Северной военной флотилии (июль 1935 — июнь 1937).
Помощник (07.06.1938-16.01.1939), заместитель (16.09.-16.10.1939) начальника отделения разведотдела штаба Балтийского флота, начальник отдела 1-го управления ВМФ (1939-1940), Начальник разведотдела штаба Балтийского флота (17.07.1941-30.09.1942).
Начальник разведотдела штаба Каспийской флотилии (сентябрь 1942 — декабрь 1943), специального училища (1943-1944), помощник начальника Разведывательно управления Главного штаба ВМФ (1944-1945).
Участвовал в допросах главных нацистских преступников, в т.ч. и германских флотоводцев (адмиралов Э. Редера, К. Деница и др.) на Нюрнбергском процессе в Германии в 1945–1946 гг. 
С мая 1963 в запасе.
Награжден орденом Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны I ст., Красной Звезды, медалями»Алексеев М.А., Колпакиди А.И., Кочик В.Я. Энциклопедия военной разведки. 1918-1945 гг. М., 2012, с. 805-806.
Полковник Н.С. Фрумкин был одним из опытнейших руководителей военно-морской разведки СССР. О его боевых делах по сей день пишут историки советской разведки:

"Полковник Н.С. Фрумкин не только руководил разведкой флота, но и сам принимал активное участие непосредственно в боевых действиях. Так, в сентябре 1941 года, его вызвал к себе представитель Ставки ВГК генерал армии К. Г. Жуков и поставил задачу на высадку отвлекающего десанта силами разведки. Были тяжелые времена — враг стоял на пороге Ленинграда. Поэтому пришлось обратиться к крайней мере — бросить весь личный состав разведки в бой на передовую. Фрумкину для усиления был придан отряд морских пехотинцев. Основу десанта составляла только что созданная рота особого назначения — водолазы-диверсанты. Десант полковника Н.С.Фрумкина высадился в тылу врага. В тяжелых боях десантники пробивались к своим. Высаженный в тыл противника десант разведчиков, несмотря на большие потери, сделал свое дело — было остановлено дальнейшее продвижение врага на Ленинград."В. Н. Андреев, Ю. М. Игнатенко, В. Г. Литвиненко. Разведка Балтийского флота в годы Великой Отечественной войны

Но в 1998г. полковника Н.С.Фрумкина не стало.
Внучка полковника Н.С.Фрумкина, Аня фон Бремзен, уехала из СССР по израильской визе в 1974г. Живет в США. Казалось, что со смертью полковника Н.С. Фрумкина навсегда канули в Лету подробности судеб его разведчиков-диверсантов, исчезнувших в ходе боевых рейдов. Однако новая информация пришла из Финляндии – страны, куда засылал своих разведчиков полковник Фрумкин.
Финны открывают подробности гибели советских разведчиков
Когда я впервые опубликовал этот материал в 2014 г., я отметил, что, может быть, среди читателей моего блога найдутся родственники погибших еврейских десантников или люди, знающие какие-либо подробности этой трагической истории.
И я не ошибся в своих надеждах, хотя история гибели еврейских десантников в летние месяцы 1941г. получила неожиданное продолжение и разветвление.
Я получил письмо от Мартина Андерссона (Martin Andersson), живущего в финском городке Сипо, что неподалеку от Хельсинки. В его письме содержатся новые сведения, о которых молчат советские источники:
Мартин Андерссон пишет (мой перевод):
Я прочитал в вашем блоге о советско-еврейских парашютистах, заброшенных в Финляндию в 1941 году.
Я занимаюсь историческим исследованием инцидента в моем родном городе Sipoo, Финляндия во время войны в 1941 году.
16 июля 1941 советский Балтийский флот отправил группу из пяти русских десантников (диверсантов). Они десантировались с самолета на парашютах и высадились в Сипоо. Их целью было уничтожить железную дорогу и мосты.
Финские войска были немедленно направлены на поиски диверсантов, чтобы захватить их. Двое из русских были убиты в бою, а трое десантников-диверсантов были захвачены и приговорены к смертной казни.
Два из десантников-диверсантов были русскими евреями. Один из них был Симон Adelski. Он недавно окончил университет в Санкт-Петербурге и бегло говорил французском, немецком и английском языках. У него было только пять дней военной подготовки, прежде чем он был направлен в Финляндию. Другой был Лев Фрисман. К сожалению у меня нет никакой информации по ним. Если вам удастся найти любую информацию, я был бы очень впечатлен.
С уважением, Мартин Андерссон

 Благодаря Мартину Андерссону, теперь в список еврейских десантников-диверсантов, погибших при выполнении боевого задания, добавились новые имена: Симон Адельский и Лев Фрисман (Фришман?)
Про Симона Адельского удалось найти короткую информацию в "Книге Памяти СПБ-университетета". Симон Аронович Адельский упомянут в числе студентов филологического факультета, погибших во время 2-ой Мировой войны.
О Льве Фрисмане (или Фришмане) не удалось найти никаких данных.
Однако вскоре мое предположение, что заброской десантников занимался разведотдел штаба Балтийского флота (начальник полк. Н.С.Фрумкин) подтвердилось фрагментом документа «Именной список безвозвратных потерь разведвательного отдела Краснознаменного Балтийского флота», датируемый январем 1942г. и находящемся на сайте ОБД Мемориал.
В перечне имен находим имена еврейских десантников, о которых идет речь в письме Мартина Андерссона.
В графе "По какой причине, где и когда выбыл" у всех указано "Пропал без вести в парашютном десанте":
ФИО: Фрисман Лейба Вульфович
Военное звание: Краснофлотец
Год рождения: 1918
Место рождения г.Ромны
По какой причине где и когда выбыл: Пропал без вести в парашют. десанте
Место погребения: Неизвестно
Адрес родителей: Ленинград, Пр.25-го Октября, д.23, кв.215
ФИО: Адельский Самуил Аронович
Военное звание: Краснофлотец
Должность : Строев.
Год рождения: 1917
Место рождения Украинская ССР, Запорожская обл., г. Запорожье
По какой причине где и когда выбыл: Пропал без вести в парашют. десанте
Место погребения: Неизвестно
Адрес родителей: Ленинград, канал Грибоедова, 66, кв.7
Теперь можно с точностью сказать что военные моряки-десантники Лейба Фрисман и Самуил Адельский не пропали без вести, как написано в приводимом документе.
Они геройски сражались и погибли при выполнении боевого задания
На той же странице в списке погибших есть и другие имена еврейских моряков-десантников. Это были молодые ребята в возрасте 20-24 лет:
Райзвих Леонид Михайлович
Стучинский Иосиф Леонидович
Жаржевский Иосиф Абрамович
Винецкий Иосиф Леонидович
 Судя по всему, они прошли разведывательно-диверсионную подготовку еще до войны и находились в резерве разведки ВМФ. Этим можно обьяснить их заброску в тыл противника в первые дни войны. Их наверняка готовили к этому рейду еще в мирное время.
Похоже, что в июне - августе 1941г. советское командование, в первую очередь разведотдел штаба Балтфлота, осуществляли массированную заброску своих диверсантов в Финляндию (их число определяют в 129 чел.) По финским же данным,как сообщил мне Эдвард Хямяляйнен, приведенным в книге Атсо Хаапанена, в 1941 году из схваченных финнами было расстреляно 178 человек, получили пожизненный срок 26. 71 человек убиты в перестрелке или покончили с собой.
Результативность такой заброски была невысокой – почти всех советских диверсантов финны перехватили. Винить финское командование в расстреле советских диверсантов нельзя - финские военно-полевые суды действовали в полном соответствии с законами военного времени по борьбе с вражескими диверсантами.
Из документов разведотдела Балтийского флота неожиданно удалось выяснить и судьбу еще одного моряка-разведчика - главного старшины Владимира Плисецкого – дяди великой балерины Майи Плисецкой, также пропавшего в парашютном десанте

 Как сражался и погиб Владимир Плисецкий – дядя великой балерины

В своей книге «Я, Майя Плисецкая» великая балерина пищет о своем дяде, брате репрессированного отца, Владимире Плисецком:
 «Володю я очень любила. Он был красив, безрассудно смел и замечательно спортивен. Профессиональный акробат и лицедей. Участвовавший в антрепризе знаменитой эстрадной певицы Клавдии Шульженко. Номер его назывался «трио кастелио», и трюки Володиного трио стали классическими.
С первых же дней войны Володя оказался на фронте. Как спортсмена Владимира Плисецкого определили в парашютный десантный полк. 31 декабря 1941 года, точно в день своего рождения (он был на два года моложе отца), Володю в упор расстреляли немцы при приземлении на парашюте…»
Великая балерина явно не знала подробностей боевой биографии своего родственника. Мне это стало понятно, когда я ознакомился с недавно рассекреченными документами Морского разведывательного отряда и Разведотдела штаба Краснознаменного Балтийского флота – именно в военно-морскую разведку в июле 1941 года ушел добровольцем главный старшина Владимир Плисецкий. Его имя неоднократно упоминается в этих документах.
Судя по этим документам, Владимир Плисецкий был настоящим «паршем» - так на профессиональном сленге называют разведчиков-диверсантов, выполнявших сложнейшие задания в глубине терроритории противника. Эти легендарные бойцы считаются профессионалами своего непростого дела: они владеют приемами рукопашного боя, прошли парашютно-десантную подготовку, в совершентстве владеют своим и вражеским оружием, освоили подрывное дело и способны самостоятельно решать непростые задачи, возникающие в ходе разведывательно-диверсионных рейдов.
Подробности боевой биографии разведчика-диверсанта главного старшины Владимира Плисецкого можно узнать из Наградного листа, подписанного командующим Краснознаменным Балтийским флотом адмиралом Трибуцем в ноябре 1941 года.
 «Наградной лист на разведчика-добровольца Разведывательного отдела КБФ старшину Плисецкий Владимир Эммануилович
31 декабря 1903 года рождения, еврей, беспартийный, в РККА с 1.07.1941 года на КБФ.
С началом военных действий тов. Плисецкий добровольно пошел в Раздывательный отдел Краснознаменного Балтийского флота, а в дальнейшем с особым желанием согласился спуститься на парашюте в тыл противника для выполнения разведывательных и диверсионных задач, поставленных командованием Балтийского флота
19.07.1941 года на парашюте был выброшен в глубокий тыл противника на территорию Финляндии в районе озера Хамина в состав разведгруппы из 5-ти человек.
В течение 9 дней в составе группы действовал на вражеской территории, порвал несколько линий связи, совершал поджоги, проделав путь длиной в 70 км.
В 4-х местах были выявлены укрепления и расположение воинских частей противника, а также выявлена обстановка в нескольких селах и деревнях в тылу и приграничном районе противника.
При возвращение 27.07.1941 года в составе своей группы вел ожесточенный бой с финским солдатами, при этом командир группы Тарасов и один краснофлотец пали смертью героев.
Тов. Плисецкий В.Э. принял командование разведгруппой на себя. Финны заметив снижение интенсивности огня перешли в наступление на группу. При приближении противника на 10 метров. тов. Плисецкий со своим помощником огнем 14 ручных гранат уничтожили до 20 финнов, в рядах противника началась паника, а разведчики сумели прорваться на нашу территорию. В ходе этого боя тов. Плисецкий был ранен в ногу, но продолжал интенсивно обстреливать врага, пока не подоспели наши бойцы.
Тов.Плисецкий проявил примеры личной храбрости и мужества при выполнении задания командования Краснознаменного Балтийского флота. Тов.Плисецкий заслуживает Правительственной награды и готов к выполнению следующей боевой задачи
Награжден орденом Красного Знамени (13.11.1941).»
Из других документов удалось установить важные подробности этого боя. Так, раненого в ногу Плисецкого вынес из боя боец его разведгруппы старшина Николай Аленичев. Отмечается, что старшина Аленичев «участвовал в ожесточенном бою 27.07.1941 года при переходе линии фронта и выносил раненного краснофлотца Плисецкого через линию фронта на нашу территорию».
Судя по всему, этот бой был не единственным в боевой биографии главного старшины Владимира Плисецкого – он во главе разведгруппы неоднократно выполнял смертельно опасные задания за линией фронта.
Об этом свидетельствуют документы на опытнейшего флотского офицера-разведчика старшего лейтенанта Добрускина Ханана Ефимовича, осуществлявшего руководство прорывами разведгрупп из-за линии фронта.
«Старший-лейтенант Добрускин Ханин Ефимович 1912 года рождения,
Еврей, член ВКП(б) с 10.1942 года, в РК ВМФ с 01 октября 1933 года, участник финской компании в 1939-1940 гг. в должности помощника командира МПРП РО. Участник Отечественной войны с 22.6.1941 года на КБФ в составе разведывательного отдела штаба флота.
С началом Отечественной войны старший лейтенант Добрускин Х.Е., имевший опыт организации 3-х разведывательных операций на островах Финского и Выборгского заливов в ходе финской компании 1939-1940 гг. развернул подготовку парашютистов-разведчиков для заброски в прифронтовой тыл противника в районах Кильписаари, Маикарти, о. Тормо, в районах Терийоки, Стерсудеи.
Руководил особо важными разведывательными операциями на Ладожском озере и вдоль побережья Финского залива от линии фронта до Выборга. В конце сентября 1942 года провел особо важную агентурную операцию в г. Хельсинки, в результате хорошо выполнение задания Разведывательного управления ГМШ. С февраля 1943 года капитан лейтенант Добрускин Х.Е. начальник агентурного отделения, а с марта 1944 года капитан 3-го ранга Добрускин Х.Е. начальник агентуры, заместитель начальника РО штаба КБФ.
С 1946 по 1953 гг. возглавлял разведку штаба Тихоокеанского флота.»
Агентурная разведка РО штаба КБФ (1941-1945 гг.) http://www.pogranec.ru/showthread.php?t=31006
В документах на старшего лейтенанта Х.Е. Добрускина отмечается, что он
«Находясь впереди боевого охранения, лично руководил операциями по возвращению парашютистов-разведчиков через линию фронта.
Несмотря на опасность, умело отвлек огонь противника и тем самым обеспечил проход агентов с малыми потерями (из 3-х чел. погиб только один. Вернулись: Бламирский, Плисецкий)».
Эти данные свидетельствуют, что Владимир Плисецкий неоднократно ходил в смертельно опасные рейды за линией фронта.
Существуют различные версии гибели разведчика-диверсанта Владимира Плисецкого.
По одной из них он погиб 15 декабря 1941 года при выходе группы разведчиков на лыжах во вражеский тыл. По другой - был убит во время десантирования 31 декабря 1941 года.
Однако все эти версии расходятся с данными документа «Именной список безвозвратных потерь личного состава с 1.1 по 4.2 1942 г. Морского разведывательного отряда Краснознаменного Балтийского флота»
В этом документе указывается, что главный старшина, доброволец, награжденный орденом Красного Знамени, Владимир Плисецкий пропал без вести 23 декабря 1941 г.
Скорее всего, Владимир Плисецкий погиб при выполнении очередного задания в тылу врага – тело его не было найдено своими или же все бойцы его разведгруппы погибли в этом бою. Потому без подтверждения гибели в штабе его причислили к безвести пропавшим.
Теперь можно утверждать, что дядя великой балерины Майи Плисецкой – Владимир Плисецкий был легендарным героем-разведчиком, до конца выполнившем свой воинский долг.
Да будет благословенна память об этих еврейских парнях, с верой и отвагой свершивших свой воинский подвиг. ברוך דיין האמת

БОРУХ ГОРИН ПРОТИВ ВАСИЛЬЕВОЙ

Еврейский лидер Москвы видит Россию на краю могилы

26 августа 2016, 09:56

     
Фрагмент статьи о роли ХАБАДа в развале СССР в израильском издании "Сихат ха-шавуа"
Фото: "Курсор"
Глава департамента общественных связей российской организации ФЕОР (ХАБАД) Борух Горин считает, что назначение Путиным «православной сталинистки» Ольги Васильевой министром просвещения РФ смертельно опасно не только для еврейской общины, но и для будущего России в целом.
"Мне кажется, что страна, которая гордится террором, «тройками» и так далее – это не просто непатриотичная страна, это страна, которая копает себе могилу", – сказал Горин в интервью телеканалу «Настоящее время».
"Если речь идет о том, что мы должны гордиться государством во всех его проявлениях – то это более чем двусмысленная позиция", - подчеркнул лидер московских евреев и добавил, что спорные цитаты могут быть вырваны из контекста, но тогда Васильева должна представить тот контекст, в котором произносились фразы о Сталине и его правлении.

Борух Горин сказал также, что он полностью прослушал лекцию Васильевой и категорически отверг позицию нового министра образования, согласно которой некие "очернители" неправильно интерпретировали сталинский период истории СССР.
Как сообщал «Курсор», почетный гость почти всех политических телешоу государственных телеканалов РФ Александр Проханов – президент прокремлевского Изборского клуба и член секретариата Союза писателей России, 25 августа обнародовал очередной антисемитский и антиизраильский материал, который широко тиражируется русскими националистическими сайтами.
Напомним также, что 18 июля 2012 года Владимир Путин подписал указ «Об утверждении состава Совета по общественному телевидению», включив Александра Проханова в число членов этого совета.
«Мне кажется, что все евреи, и наши русские, и израильтяне, и мировое еврейство, должны, по крайней мере, два раза в год - в день рождения и в день кончины Иосифа Виссарионовича - приходить к его могиле в Кремлёвской стене и приносить благодарственные венки», - цитирует слова из нового выступления Проханова портал «Новороссия».
Речь идет о комментариях редактора газеты «Завтра» на критические замечания пресс-секретаря московского ХАБАДа Борух Горина в адрес нового министра просвещения РФ Ольги Васильевой.
Полный текст интервью Проханова, в рамках рубрики «Тема дня: наскок», можно увидеть в частности, на портале Russiapost.su
А.К. Сталин - это фашизм. Фашизм - смертельный враг евреев, но дело не в этой, банальной истине, а в удивительном мазохизме евреев, оставшихся в России; в какой-то удивительной стойкости выдерживать 200-летнюю пытку ненавистью, жестокостью погромов, клеветой. Понятно, что еще 30 лет назад выбраться из СССР было проблемой, но сегодня, когда чудом открыта граница... Нет, никакие рассуждения на эту тему меня не убедят, что жить на вулкане народной ненависти - возможно, выгодно и приятно. Васильева - нормальный министр современной России. Ей там место. Ей, а не Боруху Горину.

ВАЛ. НОВОДВОРСКАЯ ОБ ЭРЕНБУРГЕ


Унесенный ветром. Валерия Новодворская – об Илье Эренбурге

Унесенный ветром. Валерия Новодворская – об Илье Эренбурге


Мы дошли до самого края Серебряного века, закончившегося для России в 1917 г., холодной и злой осенью, когда окончательно облетели все вишневые сады и черная невская вода смыла все следы теплой, обыденной, человеческой жизни.

Последний европеец

Но еще долго, не меньше десяти лет, отблеск ярких огней праздничной вселенной, оставшейся за западными границами, карнавальный шум Венеции и Парижа были видны и слышны в мрачной России, где погасли камины, свечи, лампочки и очаги. У Джека Лондона в Северной глуши царило Белое Безмолвие. Здесь, под созвездиями Зимы, под Полярной звездой, под заснеженным боком Большой Медведицы, было другое Безмолвие – Красное, наползавшее с 1928-го и затмившее небо окончательно к 1934 г.
Илья Эренбург был одним из последних гастролеров, вывозивших в холодную и голодную Москву звенящий и сверкающий праздник Парижа. Безумно талантливый юноша, угрюмый муж с солнечными всплесками несоветского, дооктябрьского дара, желчный старик, мудрец и пророк, сумевший определить и назвать оттепель и донесший до ее весеннего берега вопль и стон Большого террора - это все он, бывший парижский Пьеро для советских буден.
На нем лежал отпечаток беспокойного гения еврейского народа. В 1922 г. он предсказал Холокост. И тогда же нарисовал основные черты сталинизма как добровольного целования наручников. У него не было ни рожек, ни хвоста, его не убили за сапоги бандиты в холодном и голодном СССР 20-х годов, но это, конечно, был он: Учитель, великий провокатор, только не Хулио Хуренито и не из Мексики. Он мог бы считаться вторым Шолом-Алейхемом, но ему был внятен весь широкий мир, а не только Касриловка (и в Вене, и в Нью-Йорке – все она); он познал не только евреев, и не только их мессидж он транслировал, но и мессидж русских, немцев, французов, американцев, испанцев, европейцев… И он был не так добродушен, как Шолом-Алейхем, он был желчен и злопамятен, он умел ненавидеть. Он скажет в 1922 г. в ответ на будущие гетто и газовые камеры: «Запомни только: сын Давидов, филистимлян я не прощу, скорей свои цимбалы выдам, но не разящую пращу». Так Илья Эренбург за 26 лет предсказал создание Государства Израиль и его непреклонные победы, победы мстителей, которые добровольно в газовые камеры не пойдут. Наконец, этот мощный прозаик был мощным поэтом, хотя у него не так много стихов. Сквозь современность в нем проглядывали и Книга Иова, и Книга Экклезиаста, и Книга Бытия, и Песня Песней, и библейские псалмы. Он был последним европейцем Советской России: небрежным, раскованным, блестящим, ироничным. За ним опускается занавес, прямо за его спиной. На много лет. На десятилетия. До 1991 г. Железный занавес. И нам уже не быть завсегдатаями кафе «Ротонда» на бульваре Монпарнас.
Илья Эренбург

Илюшечка, вечный Илюшечка

Родился Илюша, Илья Григорьевич Эренбург, в приличной семье купца второй гильдии, в Киеве, в январе 1891 г. Впрочем, вторая гильдия – это было так, наследственное. К моменту рождения Илюшечки отец уже был инженером. Семья была, конечно, абсолютно светская, так что свои немалые познания о хасидах, Иерусалиме, молитвах и иудейских праздниках мальчик почерпнул не дома. Илюша был пылким, хотя и культурным ребенком. Нежным и отчаянным. Мальчишки с улицы и потом, в гимназии, не смели его дразнить и бить. Он кидался один на пятерых, и это пугало. Он был очень похож на Илюшечку, сына отставного штабс-капитана из «Братьев Карамазовых». Сильный дух в слабом теле. Агрессивный и застенчивый идеалист. Но он не умер от чахотки.
Когда ему исполнилось пять лет, семья перебралась в Москву. Отец получил должность директора Хамовнического пивоваренного завода. Илья учился в 1-й московской гимназии. Конечно, он со своим характером тут же впутался в революционные дела. В 1905 г. этому крошке было 14 лет, а он уже стал членом революционного кружка, который вели начинающие эсдеки Коля Бухарин и будущий отец твердого червонца Гриша Сокольников. Из той же гимназии, но из старших классов. Так что из гимназии его выперли. Из шестого класса. Но мальчику было мало, мальчик пустился во все тяжкие. В 1908 г. его арестовали (в 17 лет!), но выпустили до суда под надзор полиции. Ему грозили и ссылкой, и каторгой. При его манере выражаться парадоксами можно было и на каторгу загреметь. Однако полиция не жаждала детской крови. С ней всегда можно было договориться полюбовно. Мальчику разрешили выехать за границу, якобы для лечения, под денежный залог, выплаченный отцом. С глаз долой – из сердца вон. В 18 лет, с 1909 г., Илья оказывается за границей. И вот Париж, и наш поэт – в чашечке этого гигантского цветка, как Дюймовочка. А в Париже живут Ленин, Каменев, Зиновьев, Троцкий. Молодому революционеру следовало бы поступить под их начало. Хотя бы к Луначарскому. Он и пытается поработать с Троцким в Вене. Но вся эта публика юноше очень не понравилась. «Талмудисты», начетчики, фанатики. Тоска зеленая. Тем паче мечтают о казарме. Илья бросил их всех (юноша был очень умен) и засел за стихи. Тут он встретил свою Прекрасную Даму. Она была парижанка, хрупкая, изящная, как колибри. И она была русская, знала литературу, умела восхищаться стихами и поэтами. Ее звали Екатерина Шмидт. Они жили в гражданском браке, это было модно. У них родилась дочь Ирина. Илья дал ей свое имя. Ирина Эренбург, впоследствии писательница и переводчица, вся в отца. Ранний ребенок, она родилась в 1911 г., папе было 20 лет. Ирина доживет до 1997 г. и увидит все папины собрания сочинений, посмертную славу и шестидесятников - почитателей, считавших его своим патроном.
Но статус girlfriend Екатерине Шмидт быстро надоест, и она выйдет замуж за друга мужа – писателя Т. И. Сорокина. А Илюша пишет стихи то в «Клозери де лиля», в этом знаменитом «Сиреневом кафе», то в «Ротонде». Мир переживал последние годы беспечного и безоблачного счастья. А с какими людьми сошелся Илюша! С Модильяни, с Пикассо, с Аполлинером! «Русские обормоты» в парижских кафе котировались. Илюша всегда мог даже выпить за счет щедрого Пикассо. Жили эти дети гармонии бедно, но весело. Эту обстановочку, шарм, дух времени братья Познеры сохранили в своем ресторане «Жеральдин» на Остоженке. Тот, кто хочет выпить и закусить по-парижски, но недорого и в стиле ретро, чокаясь с Эренбургом, Хэмом и Пикассо, может это сделать даже сейчас. В 1910 г. Эренбург издает сборник стихов за свой счет. Но потом ему уже платят, и он издает по сборнику в год. Его читает российская богема, блестящие постмодернисты последних дней российских Помпей: Мандельштам, Волошин, Брюсов, Гумилев, Ходасевич. Вот его компания, его аудитория.
Но залязгало ржавое железо Первой мировой войны, и все изменилось. Поблекли краски, потускнел Париж. Пылкий Илюша попытался вступить во французскую армию, но был признан негодным по состоянию здоровья. Армии не нужны были хилые российские интеллигенты.
Тогда Илья становится военным корреспондентом «Утра России» и «Биржевых ведомостей». Но в его статьях слишком мало красот, ура-патриотизма и милитаризма и слишком много «чернухи». Эренбурга беспощадно кромсает цензура; ему надоела война, ура-патриотичный Париж, где надо ненавидеть бошей. На всю жизнь Илья становится противником войны, пошлости, позы и фразы. Он едет спасаться домой аккурат в 1917 г. Сначала он застает хаос безумного Февраля (это он опишет потом в «Хулио Хуренито»: митинг воров, митинг министров настоящих, прошедших и будущих и митинг проституток. Первый митинг требовал отменить замки, третий - увеличить тарифы). Потом настанет якобинский Октябрь, по-идиотски серьезный, невыносимо пафосный, мрачный и голодный. В Эренбурге не было ни капли романтизма, и он принял в штыки (то есть в злоязычные перья) и Февраль, и Октябрь. Мудрый ироничный еврей, частичка цивилизации, видевшей Всемирный потоп, на дух не переносил революций. Это в юности он писал с сарказмом о «сдобных и белых булочках», предпочитая им неистовство революционного ветра (юношеская трагедия «Ветер»: «Я отдал все, я нищ и светел. Бери, бери меня, ветер!»). Сейчас ему очень хотелось съесть такую булочку, но где было ее взять? Илюша пошел в атаку: писал в эсеровских газетах издевательские стихи и статьи почище Аверченко. Но Аверченко писал в белом Крыму, а Эренбург – в красном Петрограде и малиновой Москве! Конечно, за ним пришли. Еле-еле он успел спастись от ареста и расстрела. В 27 лет Эренбург был очень храбр. И от этой не рассуждающей храбрости его не излечит даже Большой террор. Сбежал Илюша в Киев, который брали все кому не лень, по очереди, в алфавитном порядке: белые, красные, петлюровцы. И они были настолько заняты друг другом, что не замечали, к счастью, желчного поэта.
В Киеве Эренбург нашел себе жену, надежного друга, товарища на всю жизнь – художницу Любовь Козинцеву, сестру будущего режиссера Козинцева. Был ли он влюблен? Эренбург не очень любил реальных женщин, он искал идеала – прекрасных финикиянок, француженок, певчих птичек с Монмартра. По-настоящему он был влюблен в Мадо, идеальную героиню Парижа и Сопротивления, свой персонаж из романа «Буря». Но с женой они жили хорошо, по-человечески, хотя и без детей. Люба никогда не жаловалась и очень ценила великого писателя, которого подарила ей судьба. Все они терпели, ценили и делили и невзгоды, и нужду, и страх. Любить великого человека - все равно что в горящую избу войти. Были женщины в русских селеньях: кормили, лечили, ободряли, были и сиделками, и переписчицами. Жены Волошина, Эренбурга; жена и любовница Пастернака, Зинаида и Ольга; жена Грина. Было и страшнее: Надежда Яковлевна Мандельштам делила и ссылку, и голод, а Ольга Ивинская пошла за Пастернака в тюрьму. Жену Грина посадили уже после его смерти. Любовь Козинцева была из таких, ей нипочем было остановить на скаку не коня – Историю. В 1919 г. Эренбурги едут в Коктебель к Волошину, подальше от ВЧК и Гражданской войны. Но Илья непоседлив, и в 1920 г. его несет в Москву (через еще независимую Грузию). И вот они в Москве, и, конечно, Эренбург первым делом загремел в ВЧК. Он не боролся, он не противостоял, он не отрицал наличие советской власти - оно было очевидно. Но он издевался и не верил - и это бросалось в глаза. Однако на выручку подоспел старый знакомый, научный руководитель гимназического кружка юных большевиков Николай Бухарин, человек веселый и добрый. Он был в чести, он был на коне. Он выручил Эренбурга и даже трудоустроил его к Мейерхольду, в детскую секцию театрального отдела Наркомпроса. Однако в Москве было холодно, голодно и неуютно. И у Эренбурга рождается гениальный план: сохранить советский паспорт, а жить в Париже; писать о парижских делах в СССР, а о российских – для европейцев левого толка, но так, чтобы печатали и в СССР и платили деньги. Работать, жить и зарабатывать деньги в Париже, а получать их в СССР и тратить опять-таки во Франции. Великий комбинатор Остап Бендер одобрил бы этот план. И ведь удалось поначалу! Эренбурги едут в Париж, но там уже поселилась злая и голодная эмиграция, считавшая советский паспорт Ильи Каиновой печатью. На него донесли как на советского агента. И из любимого Парижа супругов выставили в Бельгию. В отеле «Курзал» приморского городка Ла-Панн был написан в 1922 г. великий роман «Хулио Хуренито», написан всего за 28 дней. Роман об Учителе, немного Дьяволе, немного провокаторе, и о таскавшихся за ним учениках: немце, французе, негре, американце и еврее. Роман о великом слове «нет», главном слове человеческой истории, пароле вечно бунтующего еврейского народа. Роман не предлагал свергать советскую власть. Хуже – он над ней издевался. Правда, издевался Эренбург надо всем. Над войной, над «буржуазной действительностью». В 31 год он одним прыжком достиг зенита, акме, зрелости дара. Лучше «Хуренито» он уже ничего не напишет. С 1922 г. начинаются также его самые лучшие, алмазные стихи, режущие по сердцу и разуму. Потом он научится врать в статьях и очерках, даже в романах и эссе. Но в стихах не будет врать никогда. Даже чтобы выжить.
Илья Эренбург
Илья Эренбург, Густав Реглер и Эрнест Хэмингуэй, Испания, 1937

Свой среди чужих, чужой среди своих

А с «Хуренито» был чистый цирк. Сначала его издал г-н Вишняк в своем «Геликоне» тиражом в 3 тысячи экземпляров. Тираж разошелся в Берлине, а в Россию попали две или три штуки. На них записывались в очередь, брали на ночь. Эренбург сразу стал знаменит. Бухарин был в восторге. Правда, он-то все понял. И где-то сказал, что роман, конечно, замечательный, но товарищу Эренбургу не сильно нравится коммунизм. И он не шибко хочет его победы. Каменев прочел с удовольствием. Ленину понравилось: во-первых, его изобразили Великим Инквизитором, и Хулио Хуренито его поцеловал; во-вторых, уж очень лихо и негативно была подана «империалистическая бойня». Времена были еще вегетарианские: главное – мочить «буржуазную действительность», а антикоммунистическую фронду прощали. Не прощали серьезного стремления бороться, хотя бы только на словах, что погубило Гумилева. А Эренбург, мудрый еврей, знал, что плетью обуха не перешибешь, и решил выжить при любой власти (но только подальше от нее, в холодке, в «Ротонде»). Словом, в 1923 г. Эренбург получил тираж «Хуренито» на родине, с предисловием Бухарина, в 15 тысяч экземпляров. Это было много по тем временам. И прибыльно. Скормив большевикам свою антисоветчину, Эренбург бросился писать дальше и до 1927 г. накропал 7 романов, 4 сборника рассказов, 4 сборника эссе и 5 сборников стихов. Хотя очень талантливых вещей было немного: «Трест Д.Е.» (1923), «Тринадцать трубок» (1923) и, пожалуй, роман «Бурная жизнь Лазика Ройтшванеца». Но это уже 1928 г. «Люди, годы, жизнь» (1961–1965) и роман «Буря» (1947). Все остальное осталось на дне времени, и читают это только студенты-филологи и литературоведы. «Трест Д.Е.» – это антиутопия, одна из первых. Жутковатый роман о гибели Европы. Кончается роман так. Сплошные леса, руины, сквозь которые растут кустарники. И – «Перед порталом бывшей биржи сидел большой медведь и, глядя вдаль лазоревыми бездумными глазами, тщательно облизывал свои мозолистые, трудовые лапы». И это ведь предвидел Эренбург!
Правда, так, скорее, кончит не Европа, а Евразия. Были бы медведи, а остальное все приложится.
Вначале писателю везло. До 1924 г. они с женой жили в Берлине, но когда к власти во Франции пришел «левый блок», Эренбург получил разрешение жить в своей любимой стране и обосновался в Париже. Но роман о еврее Лазике Ройтшванеце, который не может выжить нигде, тем паче в СССР, где столько вранья и показухи, где доносы и идеология (причем глупая), который ухитряется умереть на Святой земле, уже не прошел в печать. У Бухарина была тяжба со Сталиным, и он отрекся от этих двух евреев – и от Ильи, и от Лазика. Роман пойдет в печать только в 1989 г., после смерти автора, пролежав «в столе» более 60 лет. В мире и в СССР темнело, волны фашизма и сталинизма захлестывали и богему.
Илья Эренбург
Илья Эренбург у знамени центурии его имени

Листопад

С 1932 г. свинцовый ветер сталинщины подхватывает писателя и несет его на скалы соцреализма. Больше нет свободы в парижских кафе, надо определяться с идеологией и халтурить. Свободы нет и в Париже, потому что по пятам идут агенты ГПУ, чтобы Эренбург, упаси Бог, не стал «перебежчиком». В 1932 г. писателю приходится стать парижским корреспондентом «Известий», ехать в Кузнецк и на «стройки пятилетки». Пришлось навалять плохой роман «День второй», а в 1934-м – «Не переводя дыхания». Критика в восторге: «попутчик» исправился, идет в нужном направлении. Эренбург молча скрипит зубами: речь идет уже о жизни, его и Любы. А деться некуда – в Германию приходит фашизм. Еврею там небезопасно. Эренбург организовывает антифашистские конгрессы литераторов в Европе – все-таки это дает возможность не жить дома, рядом с Лубянкой. Начинается война в Испании, и Эренбург преображается: вот оно, настоящее, можно писать и не лгать. «Покрылся кровью булочника фартук, огонь пропал, и вскинулось огнем все, что зовут Испанией на картах, что мы стыдливо воздухом зовем».
А страшный Крысолов с дудочкой – Сталин – задумывается, кого оставить, а кого увести: Кольцова или Эренбурга? Расчетливый тиран не держал лишних. Он выбрал одного писателя, одного поэта (Булгакова и Пастернака) и многое им позволял. А Мандельштам оказался лишним и погиб. К тому же его антисталинские стихи Сталин прочел, в отличие от «Реквиема» Ахматовой. Сталинское неведение спасло ей жизнь. Теперь Сталину нужен был эссеист, журналист, публицист, свой в доску для Европы. Визитная карточка Москвы. Кольцов был глупее и фанатичнее, у него были все шансы. Но Эренбург, строптивый Эренбург, был талантливее. Писатель, поэт, друг Пикассо и Аполлинера. И выбор пал на него, под нож пошел Кольцов. Эренбург рисковал жизнью: ничего не подписывал против «врагов народа» во время Большого террора. Его заставили сидеть на процессе «правотроцкистского блока» и смотреть на осуждение его покровителя Николая Бухарина. Он сидел, но писать о процессе отказался. Он, собственно, шел на смерть, как и Пастернак. Но Сталин стерпел это от обоих. Они были нужны живыми советской пропаганде.
Илья Эренбург
Илья Эренбург на Нюрнбергском процессе

Сын Давидов

К счастью, Эренбурга не было в СССР (бывал наездами) до 1940 г. Но его Францию захватили немцы, и пришлось вернуться. Эренбург становится германофобом: немцы преследуют евреев и насилуют Францию. Писатель создает реквием по убитым соплеменникам, и никто так не написал про Холокост. «За то, что зной полуденный Эсфири, как горечь померанца, как мечту, мы сохранили и в холодном мире, где птицы застывают на лету, за то, что с нами говорит тревога, за то, что с нами водится луна, за то, что есть петлистая дорога и что слеза не в меру солона, что наших девушек отличен волос, не те глаза и выговор не тот, нас больше нет. Остался только холод. Трава кусается, и камень жжет» (1944). Не обошлось без печальных советских парадоксов. Эренбург был настоящим антифашистом, не ситуативным. В 1940 г. он пишет роман «Падение Парижа», о захвате его любимого города, о «фрицах», то есть «бошах», о предателях Петене и Лавале. Но действовал пакт Молотова-Риббентропа! И роман не печатали. Напечатали в 1941 г. И даже дали Сталинскую премию в 1942-м. Идет война, и для улова союзников – США и Великобритании - нужен приличный антифашист. Для фронта, для солдат нужен талантливый трибун. Вот для этого Эренбургу и сохранили жизнь. За годы войны Илья Григорьевич пишет полторы тысячи статей. Он популярен и на Западе, и в окопах: его статьи даже не пускают на самокрутки. Он напишет статью «Убей немца!». Здесь его остановят «товарищи» из ЦК: это уже чересчур, не всякий немец – фашист, что скажут на Западе? В 1947 г. Эренбург пишет «Бурю», о Сопротивлении во Франции и в СССР. Французы ближе Эренбургу, он их знает больше, и они у него куда живее и подлиннее: Анна, Мадо. А осенний Париж «засыпан золотом и пеплом». Уровень Левитана. И он дарит своей рабской стране песенку франк-тирера, макизара Мики. Песенку-упрек, песенку-урок. И себе, и СССР. «Свободу не подарят, свободу нужно взять. Свисти скорей, товарищ, нам время воевать. Уйдем мы слишком рано, до утренней зари. На то мы партизаны и первые в цепи. Другие встретят солнце и будут петь и пить. И может быть, не вспомнят, как нам хотелось жить. Нас жизни не состарить, любви не отозвать. Свисти скорей, товарищ, нам время воевать. Мы жить с тобой бы рады, но наш удел таков, что умереть нам надо до первых петухов». Ох, это не только про войну. Но в 1948-м и за это дадут Сталинскую премию.
И еще раз этот сын Давидов поставит жизнь на кон. В 1942 г. Эренбург становится членом ЕАК – Еврейского антифашистского комитета. И начинает собирать документы для «Черной книги» – свидетельства о Холокосте. Но в 1948 г. из-за конфликта с Израилем «Черную книгу» запретили, а набор рассыпали. Похоже, именно Эренбург сохранил рукопись, и она дошла до Израиля, где и вышла в 1980 г. Да, Эренбургу «повезло». Гитлер его ненавидел лично, звал «домашним евреем Сталина». Распорядился поймать и повесить, но не пришлось. Сталин его сделал агитатором своего режима. Большой грех: Эренбург подтвердил, что это немцы убили польских офицеров в Катыни, хотя ничего об этом не знал. Стал он и депутатом Верховного Совета, и вице-президентом Всемирного совета мира. И все в 1950 г. Ленинскую премию взял «за борьбу за мир». Но он один из немногих (когда боролись с «космополитами» и раскручивали дело «врачей-убийц») не подписал письмо для оправдания депортации своего народа вместе с другими «именитыми евреями» (ручными). Вместо этого он через Шепилова (который попутал Клима Ворошилова) написал письмо Сталину (3 февраля 1953 г.), где отговаривал его от антисемитских действий. И Сталин отложил депортацию, а там вскоре отдал дьяволу душу. Эренбург один остался на свободе после разгрома ЕАК. Сталин стерпел его последнюю фронду и не санкционировал арест.
Но вот кончаются большие морозы, и наша синичка – Эренбург – первая почувствовала что-то. Еще до ХХ съезда этот пророк в 1954 г. пишет повесть «Оттепель». Вот вам и предсказание, и название. Повесть громили, но время арестов прошло. Назвать эпоху – это была большая честь.
Его громят и дальше. Даже за «Французские тетради». Но Сталина нет, вожди душат друг друга, и уже можно жить. А славы и денег Эренбург не ищет, и теперь он больше ничего не боится. Деньги есть, а славы больше и не бывает. В 1962 г. писатель яростно защищает от Хрущева художников типа Э. Неизвестного, выставивших в Манеже свой постмодернизм. Хрущев приказал Эренбурга не печатать годик-другой. В 1966 г. неугомонный старик с сердцем юноши защищает Даниэля и Синявского (подписывает письмо). Он еще успел все вспомнить и всем воздать (и Сталину тоже) в мемуарах «Люди, годы, жизнь». Последний том, седьмой, он не закончил. Этот том выйдет в следующую, более теплую оттепель, в 1987 г. Цензоры и редакторы рвали мемуары на части. Приходилось драться за каждую строчку.
31 августа 1967 г. Илья Эренбург ушел из жизни на Новодевичье кладбище, искупив свою слабость, взяв свою свободу, выиграв свою войну. До первых петухов горбачевской перестройки. И знаете, чего хотел перед смертью маститый советский прозаик, куда глядел этот волк, которого так сладко кормили? Конечно, в лес – в Париж, на Запад. Он это приготовил еще в 1947 г. Эпитафию себе на могилу. «Во Францию два гренадера… Я их, если встречу, верну. Зачем только черт меня дернул влюбиться в чужую страну? Уж нет гренадеров в помине, и песни другие в ходу, и я не француз на чужбине, – из этой земли не уйду. Мне все здесь знакомо до дрожи, я к каждой тропинке привык, и всех языков мне дороже с младенчества внятный язык. Но вдруг умолкают все споры, и я – это только в бреду, – как два усача-гренадера, на Запад далекий бреду. И все, что знавал я когда-то, встает, будто было вчера, и красное солнце заката не хочет уйти до утра».
Французские филологи считают, что лучшие стихи о Франции написал «русский обормот» Илья Эренбург.

Опубликовано в журнале «Медведь» №127, 2009
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..