среда, 8 августа 2018 г.

Почему люди могут жить более 100 лет

Почему люди могут жить более 100 лет

Ученые обнаружили 25 генетических мутаций, из-за которых наш вид смог увеличить продолжительность жизни.
В конце прошлого года в Кордове умерла Ана Вела (Ana Vela) в возрасте 116 лет. Она была самым старым человеком в Европе, третьим человеком на планете, а также символом долголетия в Испании. Наша страна занимает второе место после Японии по ожидаемой (при рождении) продолжительности жизни. Ана Вела не является исключением, в Испании проживает достаточное количество людей, чей возраст перевалил за столетнюю отметку. Согласно данным Института статистики Каталонии, в этом автономном сообществе за последние 35 лет отмечается непрерывное увеличение числа жителей, который исполнилось более 100 лет.
Но, что влияет на нашу продолжительность жизни? В чем секрет долголетия тех людей, которые доживают до 120-летнего возраста?
 И почему люди так долго живут, в то время как наши ближайшие эволюционные родственники, например, шимпанзе, живут около 50 лет?
По мнению исследователей из Института эволюционной биологии (UPF-CSIC), Центра геномного регулирования (CRG) Бристольского университета и Ливерпульского университета, которые работают под руководством Икреа Аркади Наварро (Icrea Arcadi Navarro) — секрет долголетия содержится в 25 генах.
В исследовании, опубликованном в журнале Molecular Biology Evolution, изучена взаимосвязь между геномными вариациями и максимальной продолжительностью жизни среди разных видов приматов, включая человека. Ученые пришли к выводу, что нас есть мутации в генах, связанные, например, с возможностью заживления ран, коагуляции и лечению сердечно — сосудистых заболеваний, которые, по-видимому, привели к удлинению жизни.
По мнению ученых, эти мутации дают преимущества на ранних этапах жизни, однако, вредны в пожилом возрасте. Например, мутация, которая позволяет накапливать кальций, может быть полезной для формирования костной системы в молодости. Однако в пожилом возрасте большое количество кальция способствует развитию атеросклероза.
В данном исследовании делается попытка объяснить научную теорию, так называемую «антагонистическую плейотропию», выдвинутую в 50-х годах XX века, которая попыталась ответить на такие вопросы: почему существует различия в ожидаемой продолжительности жизни разных видов, почему ежи живут до 200 лет, в то время как мыши живут всего два или три года?
Согласно этой теории, сформулированной Джорджем Уильямсом (George Williams) в 1957 году, некоторые генетические варианты благоприятствуют индивидууму в молодости и имеют негативные побочные эффекты в более позднем возрасте.
В зависимости от условий окружающей среды происходит естественный отбор мутаций, выгодных на начальном этапе жизни, но которые с возрастом становятся вредными.
Жерард Мунтане (Gerard Muntané), был одним из первых ученых, которые начали изучать данную проблему в Институте медицинских исследований им. Виргили. В опубликованном пресс-релизе он утверждает, что «существуют мутации, которые могут иметь различные эффекты в зависимости от стадии жизни: одни полезны нам, другие с возрастом, после завершения репродуктивной стадии нам вредят».
Данное исследование основано на материале, опубликованном в прошлом году в журнале «Nature Ecology», где также рассматривались проблемы старения. В частности, речь идет о сравнительном анализе геномных данных о болезнях человека, на начальном этапе его жизни и в старости.
«Мы увидели, что существуют мутации, защищающие молодых людей от болезней, таких как детская глиома (опухоль головного мозга у детей). Вместе с тем они увеличивают риск заболевания другими болезнями в старости — говорит Наварро. — Таким образом, мы доказали на практике теорию Джорджа Уильямса. После полученных результатов мы хотели бы продолжить исследование и узнать связаны ли эти гены напрямую со старением».
С этой целью ученые решили изучить и сравнить гены разных видов приматов. С точки зрения эволюционной биологии, приматы очень интересны, потому что, несмотря на очень близкие родственные связи с человеком, существуют глубокие различия между видами с точки зрения ожидаемой продолжительности жизни.
Из всех изученных видов только человек и два типа макак живут дольше, чем их общий предок, от которого они произошли три миллиона лет назад. По мнению авторов исследования, это доказывает, что процесс увеличения ожидаемой продолжительность жизни был, в эволюционном отношении, относительно быстрый.
Поскольку обнаруженные мутации связаны с процессами, типичными для старения клеток, ученые считают, что результаты исследования могут способствовать разработке новых терапевтических средств для лечения заболеваний, связанных со старением, а также продемонстрировать потенциал эволюционного подхода к медицине.
Исследователи также предупреждают, что отдельные механизмы старения у людей и мышей очень разные. Мыши наиболее часто используются для изучения причин старения организма.
«Мы должны быть очень осторожны в нашей работе, чтобы иметь четкие представления о том, какие результаты наших исследований могли бы быть использованы в качестве модели», — заявил Наварро.
Ученый признался, что пока не удалось установить, почему «гомо сапиенс» и приматы имеют одинаковый набор из 25 мутаций, которые позволили им продлить жизнь. Нет также ответа и на такой вопрос: «Какой фактор сыграл решающую роль в продлении нашей жизни по сравнению с предками?»
«У нас пока нет ответа на этот вопрос, есть только спекуляции, — сказал Наварро.
«Возможно, это связано с тем фактом, что мы стали доминировать в нашей среде. Наш вид стал жить и работать в больших группах. В трудную минуту люди защищали друг друга и приходили на помощь. Все это способствовало увеличению продолжительности жизни. Если раньше умирали в 20 лет, то позднее в 40 лет», — рассказал Наварро.
Разумеется, избирательное движение к оптимальному сроку нашей жизни сопровождалось корректировками в жизнедеятельности нашего организма. В отличие от горилл и шимпанзе, человек был подвергнут радикальным экологическим изменениям, которые, возможно, привели к увеличению продолжительности нашей жизни.
«На избирательное движение также наложился и социальный фактор, благодаря «инжинирингу» мы не умираем в 60 лет от эмболии, даже если у нас есть вредные мутации, которые предрасположены к этому», — отметил Риверо Наварро.
Кристина Саес (Cristina Saez)

ВРЕМЯ И СМЕРТЬ

Время и смерть

Томительную и страшную загадку являет человеку время. Выдающийся психолог Жан Пиаже утверждал, что младенец не выделяет себя из окружающей среды, и формирование его «Я» происходит по мере формирования его представления о времени. Мы ощущаем себя через время, живём во времени, умираем с ним. Профессор физики и философ Эдуард Бормашенко сокрушился: «Неопределённость, неоднозначность слова «время» огромна, поди-ка определи время через что-либо более первичное».
Острее всех воспринимают драму, зовущуюся временем, те, кто острее всех воспринимают всё – великие поэты. Анна Ахматова написала:
Что войны, что чума? – конец им виден скорый,
Им приговор почти произнесен.
Но кто нас защитит от ужаса, который
Был бегом времени когда-то наречен?

Об этой драме – борьбе человека со временем – одно из главных произведений мировой литературы – Фауст Гёте. Итог той борьбы пытался подвести Мефистофель:
В борьбе со всем, ничем ненасытим,
Преследуя изменчивые тени,
Последний миг, пустейшее мгновенье
Хотел он удержать, пленившись им.
Кто так сопротивлялся мне, бывало,
Простерт в песке, с ним время совладало,
Часы стоят.
(перевод Пастернака)

О том же, в обратной перспективе – в стихе Иосифа Бродского: «Время создано смертью».
Бормашенко рассуждает: «Без тела мы не знали бы ничего ни о времени циклическом (вбитом в нас периодическими процессами, идущими в организме), ни о времени линейном, порождённом смертью». Можно догадаться, что там, где нет тел – например, в мире душ, нет и времени. Также ничего нельзя сказать о времени до появления человека на земле.
Бормашенко отметил: в ньютоновском абсолютном пространстве-времени «течение времени рассматривалось как процесс во времени – налицо порочный круг». В свою очередь, он предполагает: «Время прячется в тех же складках нашего мистического опыта, где расположились «Бог», бытие, «один». То есть время представляется ему не только физическим понятием, но и духовным.
У двух создателей западной цивилизации – греков и евреев, время различно. По Аристотелю – вселенная вечна, значит вечно и время. В теории Парменида помимо Бытия ничего нет. У Бытия нет ни прошлого, ни будущего. Оно неподвижно. Бытие никем и ничем не порождено; иначе пришлось бы признать, что оно произошло из Небытия, но Небытия нет. По этой же причине оно не может закончиться, превратиться в Небытие, которого нет. Время в такой неподвижности строго линейно.
По Торе, напротив, мир был создан, значит, с ним было создано и время. Есть пророчества, что мир будет завершён – восстанием из мёртвых и Страшным судом. Это можно понять так, что время завершится.
Не равномерно и течение времени. Рабби Авива Татц представил это так: «Время – это главный сосуд, содержащий остатки Творения. Временная среда неоднородна и неоднопланова – она течёт циклично под воздействием пульсации энергии».
Об этой пульсации: каждый седьмой день отличен от шести предыдущих и шести последующих. Он – Шаббат. Каждую неделю на закате пятницы евреи поют гимн встречи Шаббата, составленный в 16 веке каббалистом из Цфата Шломо Галеви: «Выйди друг мой навстречу невесте, мы вместе встретим субботу». Мидраш Брейшит раба учит, что Бог, сотворив время субботнего дня, сказал субботе: «Израиль будет твоим супругом». Сексуальный подтекст времени субботы почувствовал и Бабель, увидев, отправляясь в рассказе «сын Рабби» на празднование Шаббата, как «суббота, юная суббота кралась вдоль заката, придавливая звезды красным каблучком».
Отлично от прочих дней года время Йом Кипура, в который запечатывается наша судьба на грядущий год. Этому дню надлежат пост, раскаяние и мольбы о хорошем годе. Иная эманация у другого дня поста – девятого Ава, времени несчастий евреев. В этот день были разрушены оба наших Храма, в 1492 году евреи были изгнаны из Испании, происходили другие несчастья. На этот день в 2005 году выпало назначенное израильским правительством изгнание евреев из сектора Газа. Спохватившись, изгнание отложили на несколько дней, но катастрофические последствия такого членовредительства последовали всё равно.
В этом году в этот день, когда евреи голодали, сокрушаясь о прошлых несчастьях, в Тель-Авиве митинговали геи, протестуя, что государство не нанимает для их размножения суррогатных матерей, компенсируя замысел Создателя, награждающего деторождением только разнополый секс. На следующий день из Стены Плача вывалился камень, пролежавший в ней, вероятно, не менее двух тысяч лет. Такой тревожный омен должен насторожить.
Самая драматичная загадка времени связана с ограниченностью земной юдоли. «Неужели я настоящий. И действительно смерть придёт?» – сомневался Мандельштам. Самое совершенное творение во Вселенной – человеческая душа, и трудно принять, что такая ценность, когда изнашивается тело, бесследно исчезает.
Соперничество двух возможных картин мира – рациональной и мистической, достигло в наши дни критической стадии. Рациональная картина мира распадается. Наука вошла, по определению Бормашенко, в стадию постмодернизма. Родоначальник Квантовой механики Макс Планк заметил, что новые физические теории побеждают не оттого, будто бы они более правильные, а потому, что вымирает поколение учёных, веривших в прежние. Фейнман в своём знаменитом курсе физики написал об электромагнитном поле, что он был бы рад представить наглядную картинку «из колёсиков и ремешков», изображающую его. Но пользы от картинки не будет. Вот приведённые уравнения – они и есть это поле. Физик и теолог Джералд Шрёдер заключил о современной науке: теорию относительности ещё можно понять, квантовая же механика уже не поддаётся пониманию в принципе. Бормашенко продолжает тему: «Теории струн, претендующей на то, чтобы стать всеобщей теорией всего, вовсе не нужна действительность». Поэтому для осознания мира требуются иные, комплексные идеи.
Такую предложил известный астрофизик профессор Джоэль Примак в статье «Квантовая космология и каббала», написанной им совместно с Нэнси Абрамс. Соавторы вводят понятие «теоретическая теология, духовный аналог теоретической физики». Представив невероятную «теорию инфляции», описывающую события, произошедшие за очень короткое время, «значительно более короткое, чем требуется свету, чтобы пересечь ядро атома» до «Большого взрыва», описав разлетающиеся от нас со скоростью света галактики, загадочную «тёмную материю», составляющую более 90% массы вселенной, которая «не звёзды, не пыль, не газ или что иное, о чём мы знаем», которая «не излучает и не поглощает никакого излучения, которая, большей частью, вероятно, не состоит из электронов, протонов, нейтронов или других элементарных частиц», соавторы предлагают подход, позволяющий осознать описанное. Этот подход – «каббала, метафорическое описание набора фундаментальных универсальных отношений, которое, в свете современной астрофизики, оказывается ближе к реальности, чем бесконечное прямоугольное пространство ньютоновского видения мира».
Соавторы считают нужным объединить метод каббалы со строго научным: «Как свет не может быть аккуратно описан как частица или волна, но только как нечто выше обеих метафор, так вселенная не может быть адекватно описана ни как нечто, наблюдаемое научно, ни как нечто, изведанное только духовно. Функциональная космология должна объединить оба подхода. Термины каббалы полезны, поскольку связывают воедино поиски правды с поисками божественного».
Используя метод, предложенный соавторами для понимания вселенной к поэтической формуле Бродского, с которой я начал, определяющей время через смерть, обнаружим неопределённость на обеих сторонах равенства. Тора касательно смерти уклончива: – «И СКОНЧАЛСЯ АВРАhАМ… И БЫЛ ПРИОБЩЕН К НАРОДУ СВОЕМУ (Бытие25:8); ЯАКОВ… СКОНЧАЛСЯ, И БЫЛ ПРИОБЩЕН К НАРОДУ СВОЕМУ» (49:33). Что означают эти фразы? И почему так много места Тора уделяет месту захоронения этих праотцов?
Каббала более определённа, утверждая по окончании жизни возможность «гилгула» – реинкарнации. Рациональные наблюдения тоже дают основания для принятия фактов реинкарнации. Эти основания – многие тысячи воспоминаний людей, переживших клиническую смерть, опыты гипнотерапевтических регрессий, описанные, например, в книгах и лекциях равом Свирским, 3000 случаев детских воспоминаний о прошлых жизнях, приведённые в книге профессора Я. Стевенсона. Об этой книге можно прочесть в моём старом эссе «Мы с вами где-то встречались».
Распадается понимание смерти, смазывается и попытка определить через неё время.
Чрезвычайно интересна идея моего друга физика-теоретика, который в беседе предложил, используя каббалистическую схему четырёх миров, описанную, например, в книге рабби Адина Штанзальца «Роза о тринадцати лепестках», представить наш мир «Асия», низший из четырёх, как проекцию располагающегося над ним мира «Ецира». Более высокий мир имеет бОльшую размерность, чем наш. Так время, одномерное в нашем мире, может в мире Ецира быть многомерным. Этим объясняются деформации его в проекциях на мир Асия. Вероятностные процессы квантовой механики могут быть проекциями детерминированных процессов мира Ецира. Да и наш мир, в упомянутой выше теории струн, оптимально описывается не как четырёхмерный – три измерения плюс время, а как одиннадцатимерный.
И души людские, завершив земной путь, отправляются, «приобщаться к народу своему» назад к своему источнику в мир Ецира.
Чувствовал нечто подобное такой схеме одарённый как пророческим, как и поэтическим даром Владимир Соловьёв:
«Милый друг, иль ты не видишь,
Что все видимое нами —
Только отблеск, только тени
От незримого очами?
Милый друг, иль ты не слышишь,
Что житейский шум трескучий —
Только отклик искаженный
Торжествующих созвучий?»

Выдающиеся поэты улавливали мистическую составляющую смерти, прочим незаметную. Так, у Анны Ахматовой:
Когда человек умирает,
Изменяются его портреты.
По-другому глаза глядят, и губы
Улыбаются другой улыбкой.
Я заметила это, вернувшись
С похорон одного поэта.
И с тех пор проверяла часто,
И моя догадка подтвердилась.

Скорее всего, из-за более тесной связи с источником своей души в более высоком мире, мире Ецира, проявляющейся в умении слышать Торжествующие созвучия, столь сильно у поэтов стремление вернуться к этому источнику, сократив своё земное бытие. Я писал об этом в недавнем эссе «Поэт и смерть».
Борис Гулько

НА СМЕРТЬ МИХАИЛА КАГАРЛИЦКОГО

Одиночество поэта

Скоропостижно скончался израильский поэт, писатель и журналист Михаил Кагарлицкий.
Михаил Кагарлицкий
Михаил Кагарлицкий
Хотелось начать с патетических строк Константина Симонова: «Неправда, друг не умирает, лишь рядом быть перестает…»
Но зачем нужны чужие строки, которые на фоне нашей давней дружбы при всей их искренности и выстраданности выглядят фальшиво?
Тем более, что это, к сожалению, правда. Друг умер. Его больше нет. И никогда уже не будет на этой грешной земле.
Миша Кагарлицкий был рядом почти четыре десятилетия. Тогда, в самом начале 1980-х, мы познакомились с ним на литературном семинаре Дины Рубиной — еще молоденькой, но уже такой известной. Собирались мы еженедельно в ташкентском клубе «Ильхом», общались, именно там выкристаллизовывались отношения, которые мы пронесли через всю жизнь. Миша познакомил меня со своим другом Игорем Цесарским, в то время уже работавшим в Союзе писателей Узбекистана, а ныне возглавляющим медиагруппу «Континент» в Чикаго. Наша троица с обостренным еврейским самосознанием еще в доперестроечное время обсуждала идеи свободомыслия, а внимательно прислушивавшийся к нам один из семинаристов честно докладывал об этом куда следует.
Дина Рубина и ее студийцы. Слева от нее — Михаил Затучный, Татьяна Юферева, Михаил Салоникес, Виктор Крымзалов и Михаил Кагарлицкий. Справа - Хамид Исмаилов и Виктор Суханов
Дина Рубина и ее студийцы. Слева от нее — Михаил Затучный, Татьяна Юферева, Михаил Салоникес, Виктор Крымзалов и Михаил Кагарлицкий. Справа — Хамид Исмаилов и Виктор Суханов
Слава Богу, это был Узбекистан, а не более людоедские с точки зрения КГБ и юдофобии Москва, Ленинград или Киев. Лично меня товарищ в штатском, очевидно, курировавший молодых литераторов, пару раз пожурил, «случайно» заглянув в ташкентский клуб кинопутешественников, где я тогда работал, другой попросил моего брата-журналиста поумерить мой пыл и не читать публично антисоветские стишки.
Очевидно, на Мишу тоже оказали давление. Один раз после семинара он попросил меня пройтись с ним в парк поэтов возле музея Алишера Навои, где всегда было немноголюдно и можно было разговаривать без оглядки.
— Пожалуйста, больше не надо читать такое вслух, — попросил он, слегка заикаясь от волнения. — Времена имеют свойство возвращаться…
И в самом деле, вскоре они отчасти вернулись — пришел к власти Юрий Андропов.
А тогда я сказал, что если он так боится быть рядом со мной, то может катиться куда подальше.
— Друзей не предаю, — просто сказал Миша. — А ты подумай о своих близких, о брате, о родителях, да и о себе тоже…
В перестроечное время Игорь Цесарский затеял издание книги рассказов и стихотворений об антисемитах «Под знаком «5» (имелась в виду «пятая графа»). Осторожный Миша какое-то время колебался, но принял участие в этом коллективном сборнике, в котором блистали Александр Иванов, Татьяна Толстая и другие знаменитости. Ну и мы, мало кому известные молодые провинциалы.
— Надеюсь, нас сошлют в один лагерь, — вполне серьезно произнес он. — Без вас с Игорем мне не выжить.
В лагеря нас не сослали. Напротив, стараниями Михаила Горбачева распахнули железный занавес. Из нашей троицы, как и следовало ожидать, я был первым, кто покинул агонизирующий Советский Союз. Потом настала очередь Игоря — он выбрал путь в США.
А Миша застал полный развал СССР и вкусил бытие свободного Узбекистана. Я бомбардировал его письмами и в конце концов он решился. Вопрос о том, где он с родителями остановится до того, как найдут квартиру, даже не дискутировался — конечно же, у нас.
Это был месяц, когда мы общались как никогда плотно. Только тогда я узнал Мишу с ранее неведомой мне бытовой стороны. И понял, насколько хрупка его душа, насколько неприспособлен он к реальной жизни, насколько он не может общаться с посторонними и бороться за свои права. С женой мы между собой называли его «человеком в футляре», но беззлобно, искренне симпатизируя ему.
Тем временем Миша продолжал творить. Он был достаточно известен среди любителей фантастики, которая поглотила его, стихам же Кагарлицкий не придавал особого значения. Ну а журналистские материалы за редким исключением предпочитал публиковать под псевдонимами. К счастью, в «Секрете» нашлась для него штатная единица, так что почти четверть века мы работали вместе. Публиковался он постоянно и у Игоря в «Континенте», и в «ИсраГео», где наша команда ввела его состав редколлегии.
А в личной жизни у него ничего не получалось. Он был слишком хорошим сыном и считал, что познакомиться с какой-нибудь женщиной и завести собственную семью — значит, предать его маму, овдовевшую уже здесь, в Израиле. Плюс к этому патологическая неуверенность в себе. Футляр раскрывался только в общении с самыми близкими, да и то не до конца.
Когда умерла его мама, самыми близкими людьми остались его троюродная сестра и мы с Игорем. Цесарский был далеко, я был озабочен собственными проблемами — рабочими и семейными, а Миша старался нам не досаждать.
Так он и жил в полном одиночестве, изредка выходя на связь с нами. Попытки познакомить его с кем-либо, уговорить хотя бы завести компаньонку или компаньона, не увенчивались успехом. И все время росло беспокойство за него: пресловутый стакан воды, который некому будет подать, стал реальностью.
Увы, этот стакан уже и не понадобится.
22 июля он в последний раз вышел на связь с Игорем, написал, что ему нездоровится. Состояние такое нам было привычным: реальные болезни у Миши всегда чередовались с мнимыми, и порой казалось, что ипохондрия — самое страшное, что есть у него, не считая застарелого гастрита.
Спустя несколько дней, обеспокоенная тем, что он не выходит на связь, заволновалась его сестра. Вызванные ею полицейские вскрыли квартиру.
Увы, сбылся один из самых ужасных сценариев.
Миша умер в полном одиночестве.
Его последнее стихотворение стало прощальным письмом, которое последовало после слов: «Приболел я, друзья, так что возможно на несколько дней «выпаду». Вот оно:
Он сидит в саксонском замке,
У него две сотни слуг,
Здесь в июле слишком жарко
И влюбляться недосуг.
Добрый герцог, славный малый,
Друг различных королей,
В модной атласной пижаме
Пьет малиновый коктейль.
Что ему походы, войны,
Герб известный на щите,
Не выносит герцог боли,
Но пристрастен к колбасе.
Ну а если еще с пивом,
Да в компании большой,
Для желудка это мило
И витает над душой.
Там Бастилии берутся,
Наступает Бонапарт,
А у нас фиалка вьется
Прямо сотни лет подряд.
Он сидит в саксонском замке,
Пишет тоненьким пером,
Кто тут сильный, кто тут слабый,
Время будет – подождем…
Времени больше не будет. Не будет и Миши — в 61 год от роду остававшимся большим добрым ребенком, беззащитным и неприспособленным к жестокости бытия.
Светлая память тебе, одинокий поэт и самый искренний друг…
Обещаю тебе по мере сил разбирать твои архивы и публиковать то, что ты написал, к счастью, пересылая мне.
Тебя не должны забыть.
Прощай…
Владимир ПЛЕТИНСКИЙ (isrageo.com)
P.S. «…человек смертен… иногда внезапно смертен». Тяжело осознать, что близкий друг ушел туда, откуда уже нет возврата и что ни по телефону, ни по скайпу я не услышу привычное: «Привет, ты меня слышишь?»
Володя нашел в себе силы написать небольшое воспоминание о нашем общем друге. А я пока с трудом привыкаю к тому, что надо теперь везде и всегда писать о нем: был, творил, любил, страдал и т.д. исключительно в прошедшем времени.
Да, мир стал беднее на одного очень одаренного и теплого человека. Мир, правда, восполнит эту утрату, как и любые другие. А для меня невосполнимость и горечь от его неприсутствия станут отныне повседневной реальностью…
Прощай, дорогой Миша!
Игорь Цесарский

Почему стоит удалить все аккаунты в социальных сетях

Почему стоит удалить все аккаунты в социальных сетях

Ключевые идеи неизданной на русском языке книги Джарона Ланье от сервиса MakeRight.ru.
В книге «Десять аргументов в пользу того, чтобы удалить свои аккаунты в соцсетях прямо сейчас» Джарон Ланье пишет о том, в чём состоят неочевидные опасности социальных сетей, как их создатели манипулируют пользователями и делают их злыми, глупыми и ограниченными.
Сразу после выхода книга стала бестселлером № 1 на сайте Amazon в разделе «Взаимодействие человека и компьютера». На русском языке она не издавалась.

Предисловие

Если судить по названию, то может показаться, что книгу написал какой-то ретроград, ярый враг современной цифровой жизни, неспособный её понять из-за ограниченности кругозора.
Однако это совсем не так. Джарон Ланье — автор термина «виртуальная реальность», один из её создателей, представитель киберэлиты Кремниевой долины, учёный-изобретатель и футуролог. Сложно заподозрить его в дилетантизме суждений. Чем же ему не угодили социальные сети?
Книга начинается с параллели между собаками и кошками. Собаки, некогда дикие, стали друзьями человека. Они могли бы жить на воле, но мы приручили их, и теперь они наши постоянные спутники, надёжные и преданные.
Другое дело — кошки. Они пришли сами, потому что так захотели, и остались с нами. Они гуляют сами по себе, и не только гуляют. Кошки обладают свободой и не собираются ею поступаться.
Мы любим собак, но не хотели бы в них превратиться, чтобы нас кто-то контролировал. Мы любим свободу, как кошки, и тоже хотим гулять сами по себе.
Но у могучих невидимых алгоритмов, которыми управляются социальные сети, есть собственные планы на нашу свободу. По мнению Ланье, единственный способ избавиться от их вредоносного влияния — закрыть свои аккаунты в социальных сетях.
Ланье подчеркивает, что дописал свою книгу в конце 2017 года, а вскоре после этого случился скандал c компанией Cambrige Analytica, которая собирала личные данные пользователей Facebook и использовала их в своих тёмных целях, в том числе и политических.
После скандала с утечкой данных Cambrige Analytica закрылась, но уже тогда многие пользователи Facebook почуяли неладное и начали массово удалять свои аккаунты.
Но были и другие. Кто-то утверждал, что правительство нарочно подстроило эту историю, чтобы ограничить влияние Facebook, кто-то считал, что достоинства социальных сетей перевешивают их недостатки. В целом, считает Ланье, история не получила должной объективной оценки, и потому скандал не повлиял на большинство пользователей.
Ланье называет себя живым доказательством того, что можно вести общественную жизнь, например, в электронных или обычных СМИ, без учетных записей в социальных сетях. Каждый при желании может сделать то же самое и не вносить своим участием вклад в разрушение общества.
О том, почему это так важно, у автора есть несколько идей.

Идея № 1. Есть очень веские причины для того, чтобы удалить свои аккаунты из социальных сетей

Автор приводит десять аргументов:
  1. социальные сети подавляют свободу воли;
  2. они умножают безумие нашего времени;
  3. они превращают нас в тупых озлобленных типов, «мудаков», по выражению Ланье;
  4. они создают фальшивые новости и фальшивых людей;
  5. всё, о чем мы говорим, с их помощью становится бессмысленным;
  6. они разрушают способность к сопереживанию;
  7. они делают нас несчастными;
  8. они покушаются на наше экономическое благополучие;
  9. они делают политику невозможной;
  10. они ненавидят и разрушают человеческую душу.
Когда-то социальные сети задумывались как полезные и безобидные инструменты, созданные для быстрого общения людей, находящихся в разных странах.
Они должны были объединять, способствовать любви и пониманию, но вместо этого превратились в манипуляторские машины, представляющие опасность для общества.
И Facebook, и Twitter были замечены в искажении информации, фальшивых новостях, манипулировании в политических и рекламных целях. Создаваемая ими картина мира искажает и человеческую личность, подпитывая наши худшие черты.
И за всем этим стоят большие деньги влиятельных компаний, которых интересует только собственная выгода и ради которых и созданы алгоритмы, меняющие нашу личность в худшую сторону.
Кроме того, социальные сети вызывают привыкание и зависимость, подобную наркомании, когда человек уже не в силах дня прожить без пребывания в сети.
Это болезненное привыкание заложено в алгоритм сетей и использует каждую нашу слабость при помощи старых психологических трюков, основанных на бихевиоризме и подкрепленных алгоритмами.
Ланье подчеркивает, что изначальная идея социальных сетей была прекрасна. Но постепенно, шаг за шагом, она слилась с крупным бизнесом в области маркетинга и рекламы, и, как недавно выяснилось, с политическими силами, которые используют зависимость пользователей от сетей в собственных неблаговидных целях.
Ланье назвал алгоритмы, подчиняющие себе пользователей, механизмом BUMMER (это аббревиатура от Behaviors of Users Modified, and Made into an Empire for Rent — поведение пользователей изменено и сдано в аренду империи).
BUMMER — это собирательный образ, относящийся в первую очередь к работе Facebook и Google, но не только к ним. Автор опасается, что наше сознание все больше сдает позиции под давлением технологических корпораций, и мы постепенно превращаемся в придатки к смартфонам и планшетам.
Воздействуя в корыстных целях на наше сознание, корпорации не принимают во внимание ничего, кроме собственной выгоды.

Идея № 2. Алгоритмы превращают нас в лабораторных животных

Когда мы пользуемся смартфоном (а не смотреть в него большинство из нас уже не может), мы поставляем алгоритмам социальных сетей и популярных поисковых систем постоянно пополняемую информацию о нас.
Страницы, которые мы посещаем, ссылки, по которым путешествуем, видео, картинки и прочий контент сообщают кому-то невидимому полезные сведения.
Наш круг общения, скорость перехода от одной страницы к другой, действия перед тем, как совершить покупку, политические пристрастия — все это видно как на ладони.
Сведения об одном человеке сравниваются с информацией о других людях. Кто-то наверняка разделяет наши вкусы в том, что касается продуктов, персоналий, настроений и убеждений. И этот огромный массив данных успешно используется рекламодателями.
Они ждут подходящего момента, а затем влияют на наше сознание точно подобранными сообщениями, подстрекающими к действию — купить что-нибудь или проголосовать определенным образом, например.
Когда мы видим рекламу в телевизоре или слышим по радио, мы можем выключить звук или подключиться к кабельным каналам, где она отсутствует. Реклама в социальных сетях более коварна, она воздействует на наше поведение куда в больших масштабах и при этом практически незаметна. Это постоянная тонкая манипуляция, основанная на принципах бихевиоризма и условных рефлексах.
Facebook, Google и Twitter последнее время пытаются исправить свою работу, как будто осознавая, что из-за них возникла проблема — возможно под давлением, а может, и по личной инициативе. Они пытаются перестроить свои алгоритмы и выражают сожаления своим пользователям. Пользователи же, увидев, что над проблемой начали работать, успокаиваются и считают, что теперь-то все в порядке. Но в порядке ли?
Все социальные сети модифицируют человеческое поведение. Этот же принцип используется в лечении всевозможных зависимостей. Но с его помощью можно создать новую зависимость.
В основе любой зависимости лежит дофамин, нейромедиатор, вызывающий чувство удовольствия. Именно с помощью дофамина великий физиолог Павлов вырабатывал у собак условные рефлексы: изменение поведения в обмен на полученные награды.
Если поведение нежелательно, его корректируют с помощью отрицательного подкрепления, например, удара током.
Алгоритмы социальных сетей тоже дают нам дофамин в обмен на желательное поведение. Например, нам показывают видео красивых котят, или щенков, или жеребят.
Сразу после этого вы видите рекламу носков или туфель. Алгоритм отслеживает время принятия решения, которое понадобится для покупки, и в зависимости от этого показывает видео через секунду или две. Иногда выполняется автоматический тест, вычисляющий идеальный интервал между видео и предложением.
Кроме того, люди — существа социальные. Мы остро реагируем, когда нас одобряют или не одобряют, и стремимся к социально желательному поведению.
В социальных сетях мы зорко следим за настроениями группы и стараемся не повредить себе каким-нибудь неосторожным высказыванием, выдающим в нас чужака.
Инстинктивно мы подражаем большинству членов группы, даже если и не разделяем их мнений и воззрений вне социальных сетей. Таким образом у пользователей формируется еще одна зависимость — чувствительность к общественному одобрению и чужому мнению.
Все это в целом способствует деградации человечества, считает Ланье. Информационные войны переманивают на свою сторону людей, не заботясь о правде, влияют на выборы и порождают ненависть.
Так реклама постепенно превратилась из двигателя торговли в инструмент манипулирования, модификации человеческого поведения и усиления негативных свойств. И это только начало, считает автор. Невидимые манипуляторы и несовершенные алгоритмы постепенно превращают нас в лабораторных животных.

Идея № 3. Влияние BUMMER столь же медленное, как изменение климата, но не менее опасное

Ланье постоянно подчеркивает, что никоим образом не является противником цифровой эпохи. Сама по себе цифровая цивилизация не хороша и не плоха, она нейтральна. Но те её стороны, в основу которых положена бизнес-модель, как у BUMMER, должны вызывать опасения.
Когда-то люди выяснили, что краски с высоким содержанием свинца опасны. Однако никто после этого не выступил с заявлением, что отныне нельзя красить дома. Все просто ждали, когда будет создан безвредный аналог, и, как только он появился, начали его использовать. Поэтому нужно переждать, пока социальные сети не станут менее опасными, а затем к ним вернуться. Пока этого, по мнению Ланье, не произошло.
Влияние BUMMER статистическое — то есть медленное, постепенное, такое же, как изменение климата, на которое невозможно возложить ответственность за конкретную засуху или шторм.
Оно лишь повышает вероятность стихийных бедствий, но в дальнейшем может привести к глобальной катастрофе, такой как повышение уровня моря, например. Катастрофа другого рода может случиться и под влиянием BUMMER, если мы не уделим ему самое пристальное внимание.
BUMMER состоит из шести частей:
  1. привлечение внимания;
  2. вмешательство в чужую жизнь;
  3. навязывание людям того, что им не нравится;
  4. тайное манипулирование;
  5. огромный денежный оборот;
  6. фейковые новости и фейковые люди.
В социальных сетях внимание привлекают, как правило, не лучшие, а самые нахальные и скандальные люди, которых автор окрестил «мудаками». Так они проявляют свое стремление к доминированию, в отсутствие богатства и власти. Зато в виртуальном мире они чувствуют себя королями, шокируя чьи-то чувства или оскорбляя людей.
Вмешательство в нашу жизнь происходит посредством тайной слежки за нами через смартфоны, планшеты и другие устройства.
С помощью смартфонов можно сделать эффектное селфи и тут же отправить его в социальную сеть, чтобы любой желающий мог узнать нашу геолокацию, перемещения, контакты, реакцию на обстоятельства.
Алгоритмы следят за вашим кругом чтения, отвлечением внимания, частотой обращения к тому или иному контенту — и они непрерывно совершенствуются.
Нам навязывают ненужные вещи посредством тонких манипуляций, изучив, когда мы наиболее уязвимы для воздействия рекламы — и тем самым впихивают то, что нам не нужно и не нравится.
Нами тонко манипулируют, заставляя проводить в социальных сетях все больше времени, а все остальное доделывают алгоритмы, например, повышая явку избирателей или лояльность бренду.
Все эти манипуляции делаются, конечно, не из любви к искусству, а ради денег и могущества. Сопротивляться BUMMER невозможно, можно лишь встать под его знамена, чтобы не быть уничтоженным, как это сделали многие цифровые и бумажные СМИ.
Для успешного манипулирования BUMMER создает фейковые новости и даже фейковых людей, производя с их помощью нужный для манипуляций контент.
Все это вместе взятое может со временем привести к глобальной катастрофе, считает автор.

Идея № 4. BUMMER вызывает зависимость и изменение личности, свойственные наркоманам

Зависимый человек, наркоман, испытывает постоянное нервное возбуждение. У него со временем сильно меняется личность, иногда до полной неузнаваемости.
Он пренебрегает чужим мнением и чужими чувствами, становится эгоистичным, высокомерным и заносчивым. Но под этим высокомерием прячется глубокая неуверенность в себе. Наркоман всё сильнее отрывается от реальности, погружаясь в мир иллюзий.
Постепенно такие изменения, в большей или меньшей степени, происходят и с пользователями BUMMER. Обидчивость и высокомерие делают их агрессивными, и эта агрессия волнами разливается в социальных сетях.
В пример Ланье приводит американского президента Дональда Трампа, с которым знаком. Он несколько раз встречался с ним, когда Трамп ещё вел телешоу. Ланье не испытывал к нему особых симпатий, но все же с уверенностью мог сказать, что он был непохож на наркомана.
Он сам был манипулятором и действующим лицом, полностью контролирующим ситуацию даже на реалити-шоу. Всё изменилось, когда Трамп завел аккаунт в Twitter. Он часто теряет контроль над собой, забывает о том, кто он такой, о своем президентском статусе, могуществе и ответственности.
Его зависимость сильнее, чем всё это вместе взятое. То он стремится уничтожить кого-то с помощью очередного твита, то наоборот, льстит кому-то в обмен на лояльность. Если бы Twitter внезапно закрылся, Трамп стал бы куда более приятным и разумным человеком, считает автор.
Ланье замечает, что в каждом из нас живет внутренний тролль. В социальных сетях он начинает рваться на свободу, особенно вступая во взаимодействие с себе подобными.
Социальные сети полны всевозможных групп, и, как только мы вступаем в какую-нибудь из них, начинаем вести себя так, как принято в группе. Такое поведение можно наблюдать среди животных, которые борются за иерархию в стае.
Нужно набрасываться на тех, кто ниже нас, чтобы самим не опуститься ниже, и льстить тем, кто выше рангом. Сам Ланье еще давно, когда только-только начали появляться комментарии под публикациями, заметил, что он рвется в бой с совершенно незнакомыми людьми по самым пустяковым поводам.
Они начинали осыпать друг друга оскорблениями, даже если речь шла о сорте мороженого или марке пианино. Чтобы избежать таких стычек, нужно было притворяться любезным и старательно подбирать слова.
Но тогда Ланье заметил, что он становится кем-то другим, пытаясь понравиться всем. Так было, когда он вел блог в Huffington Post: он не мог перестать читать комментарии под своими постами, не мог игнорировать их, начинал отвечать — а ведь авторы комментариев просто жаждали привлечь к себе внимание, без которого уже не могли обходиться.
И сам он начал писать либо сиропно-приятные вещи, либо нарочито провокационные, чтобы позлить читателей. Заметив, что и сам впадает в зависимость и меняется как личность, он уволился.

Идея № 5. BUMMER способствует отчуждению людей, которые перестают понимать друг друга

Почему так происходит? Алгоритмы подстраиваются под каждого пользователя индивидуально. Так, к примеру, сторонники Трампа будут видеть одно, а его противники — совсем другое.
То, что вам следует видеть, определяют алгоритмы, но это значит, что вы уже не можете видеть пристрастия другого человека, а значит, со временем перестаете его понимать. Такова оборотная сторона персонализированного поиска.
В каждом из нас есть своеобразная программа социального восприятия. Мы наблюдаем реакции друг друга и бессознательно подражаем им. Если люди вокруг вас чем-то встревожены, вам тоже станет неспокойно — ведь должна быть причина, по которой они волнуются.
Если в компании людей, даже незнакомых, кто-то один начнет вглядываться в небо, все остальные возьмут с него пример. Если человек попадает в другую страну, не зная языка, он особенно внимательно наблюдает за окружающими, чтобы хоть таким образом понять обстановку.
Социальное восприятие заложено в нас эволюцией и часто помогает избежать опасности. Но персонализированный поиск показывает каждому свое, и потому мы постепенно перестаем понимать друг друга.
В пример такого ложного восприятия, да ещё подпитанного фейковыми новостями, Ланье приводит «пиццагейт» — стрельбу в пиццерии на почве конспирологических бредней, распространенных в отдельных группах Facebook.
В них утверждалось, что некие сторонники Клинтон в Вашингтоне держат притон для педофилов в пиццерии Comet Ping Pong. Это привело к тому, что возмущенный житель Северной Каролины Эдгар Уэлч проехал 500 км на собственном автомобиле, вошел с винтовкой в пиццерию и потребовал освободить несчастных детей.
Поскольку никто не мог удовлетворить его просьбу, он открыл огонь — к счастью, никто не пострадал, и стрелка задержали.
Когда люди общаются друг с другом, не глядя в свои смартфоны, у них общее восприятие окружающего мира. Именно для этого люди ходят в спортивные клубы, молитвенные собрания, театры.
Но как только каждый уткнется в свой смартфон, эта общность исчезнет. Вместо взаимодействия с себе подобными человек начинает взаимодействовать с алгоритмом, в результате мы утрачиваем умение понимать, что чувствуют другие люди.
Ланье подчеркивает, что он не сторонник того, чтобы люди видели одно и то же и думали одно и то же — это один из признаков диктаторского режима. Но мы должны уметь смотреть на то, что видят другие. Иначе наше чувство эмпатии будет постепенно улетучиваться.
BUMMER не только искажает мировоззрение, он лишает нас возможности узнать о мировоззрении других людей. Нас не допускают в закрытые группы, люди в этих группах так же непрозрачны для нас, как и алгоритмы, которые всем управляют, пишет Ланье. А ведь изначально интернет проектировался с целью создать прозрачное общество.

Идея № 6. Контент социальных сетей может нанести настоящий вред

Ланье уверен, что алгоритмы BUMMER настроены таким образом, что способны вызывать у человека любые негативные эмоции. По запросам или постам они легко могут угадать настроение, подкинуть соответствующий контент, чтобы усилить печаль или депрессию.
Конечно, люди так или иначе должны испытывать и грусть, и тревогу, но плохо, если этим пользуется некто в своих корыстных целях, манипулируя нами.
Бизнес-модель BUMMER настроила свою алгоритмическую систему так, что она автоматически адаптируется к пользователям. Играть на негативных эмоциях очень легко, человек в тоске или печали более уязвим и беззащитен, а значит, это надо использовать. И алгоритм найдет способ усилить эти эмоции. Он будет заваливать депрессивными постами и ссылками, но между ними изредка чем-нибудь радовать — в собственных целях.
Ланье пишет, что даже первые прототипы социальных сетей, созданные ещё в 1980-е годы, вызывали в нём чувство тоски и пустоты после сеанса. Такого с ним не было в реальной жизни.
Это была неуверенность, страх быть отвергнутым. Он решил, что это некая индивидуальная реакция, а сами сети тут ни при чем. Возможно, сама технология общения непривычна, всё дело в этом.
Но со временем и развитием сетей это чувство только укрепилось. Автора беспокоит, что алгоритм высчитывает, что собой представляет человек: количество друзей, вкусы, пристрастия, денежные возможности и тому подобное.
Все это BUMMER превращает в продукт, который продаёт рекламодателю. Ваши чувства и стремления становятся абстракцией, моделью, на которой удобно отрабатывать приёмы манипулирования.
Когда кто-то читает гороскопы в газетах, это может быть забавно. Один верит в их предсказания, другой посмеивается. В любом случае, это отношения между человеком и неодушевленным предметом — газетой, которая никак не может на него повлиять. Но онлайн-сервис — совсем другое дело. Он суммирует ваши пристрастия, чтобы использовать впоследствии — в политических или рекламных целях.
Социальные сети намеренно вызывают у пользователей ревность, зависть и тревогу. То и дело вдруг открываются конкурсы, о которых никто не просил, например, какой-то аналог конкурса красоты или интеллекта.
Кто-то собрал больше лайков, чем вы, и вот вы уже охвачены тревогой и завистью. Возможно, ваша иерархия понизилась, говорит вам древний инстинкт, надо что-то с этим делать.
Вы уже забыли о том, что все эти конкурсы не стоят выеденного яйца, как и рейтинги, но уже предпринимаете меры, чтобы подняться повыше, — это сильнее вас, потому что заложено природой. И этим бессовестно пользуются хозяева BUMMER.
Пользуясь тем, что они бесплатны, социальные сети могут творить что хотят, считает Ланье, — как известно, дарёному коню в зубы не смотрят. Но он бы предпочел, чтобы учетные записи на Facebook, Google или Twitter оплачивались пользователями, чтобы сами пользователи могли заказывать контент.
Пусть один платит, чтобы увидеть рекламный, пропагандистский или конспирологический бред, но другой не должен травиться этим бредом, потребляя негатив и нанося вред здоровью.

Идея № 7. BUMMER — идеальная машина для политических махинаций

Программисты — создатели социальных сетей, — в своё время были уверены, что сети способствуют развитию демократии. Но в последнее время, считает Ланье, мы видим, что это не так.
В пример он приводит резню в Мьянме мусульманского народа рохинджа. Непосредственно перед резнёй в Facebook появилось множество фейковых постов о зверствах рохинджа, убийствах детей в ритуальных целях и тому подобной чуши, спровоцировавшей кровопролитие.
То же самое наблюдалось в многоконфессиональной Индии, и в Южном Судане, когда фальшивые новости намеренно были направлены на создание политического кризиса в стране.
Поскольку наибольшее количество просмотров набирают именно агрессивные и скандальные посты, вызывающие бурю эмоций, их используют нечистоплотные политики, устраивая массовую истерию в собственных целях.
На заре существования социальных сетей их типичными пользователями были образованные молодые люди, такие же, как создатели сетей. Это были идеалисты либеральных или консервативных взглядов, но в общем и целом каждый из них стремился сделать мир лучше.
Но с ростом популярности сетей их захлестнули крикуны, мошенники и боты, сделав сети идеальной платформой для всевозможных махинаций, особенно политических.
Когда на Ближнем Востоке случилась Арабская весна, большинство обитателей Кремниевой долины были в восторге — ведь именно Twitter и Facebook позволили людям в Каире собраться вместе на площади Тахрир и свергнуть надоевшее правительство.
Простые граждане сообщали войскам НАТО, откуда лучше наносить удары с воздуха. У этой революции не было объединяющей фигуры, она организовалась как бы сама по себе, с помощью социальных сетей.
Однако такая революция без предварительной программы, по мнению Ланье, не решает никаких проблем. Ведь за свержением правительства должно последовать какое-то переустройство, принятие мер для создания нового порядка.
Способны ли на это студенты и школьники, совсем дети, собравшиеся на площади? Получат ли они работу в результате революции, которую совершили? В итоге для молодёжи все осталось по-прежнему, а власть переходила от фанатиков к военным, и, возможно, это еще не конец.
Таким же образом, как совершаются революции, с помощью социальных сетей можно выбирать и президентов (Ланье намекает на Трампа).
И Трамп — ещё не худший вариант, потому что на его месте с помощью платформы BUMMER мог бы оказаться любой, привлекающий к себе максимальное внимание социальных сетей.
С одной стороны — колоссальные возможности сетей, с другой — слепота пользователей, которые руководствуются своими сетевыми симпатиями, не ведая, что творят.
Facebook и другие сети потребляют человеческое внимание и манипулируют общественным мнением, а потому они всё чаще и тоньше будут использоваться в политически нечистоплотных целях, считает автор.

Идея № 8. BUMMER — это новая религия, которая меняет ваши ценности и принципы

Вера пользователей в социальные сети сродни религии — она не требует никаких доказательств. Верят ведь некоторые люди, что Земля плоская. Мы принимаем на веру множество глупостей, публикуемых в сетях, — всевозможные теории заговора, нелепые научные гипотезы, сплетни и враньё.
Мы доверяем мемам и пользуемся клиповым мышлением, не вникая глубоко в суть проблемы. А ведь когда-то мем был описан эволюционным биологом Ричардом Докинзом как единица культуры, вобравшая в себя образы, идеи и привычки, которая выживает или отмирает, подвергаясь естественному отбору.
Сегодняшние интернет-мемы — это информация, передаваемая пользователями через сеть в виде вирусных картинок или видео. Мы верим в один мем, пока его не сменит другой, более впечатляющий.
Это просто жанр интернет-оценки. Мем усиливает словесную информацию при помощи образа, но этот образ иллюзорный. Его сила — не в правде, а в эффектности.
Как только появится что-то более эффектное, так он тут же исчезнет. Постепенно, полагаясь на картинки и образы, мы становимся все более невежественными. Нас не интересует поиск истины, в этом вопросе мы полагаемся на алгоритмы социальных сетей. Но они не настроены на истину.
Религии обращаются к вопросам цели и смысла жизни. Google и Facebook тоже поднимают эти вопросы. У Google цель жизни — организация мировой информации, оптимизация всего.
Руководители этой компании верят, что рано или поздно возьмут верх над материей, усовершенствовав человеческое тело до уровня киборга и тем самым достигнув цифрового бессмертия. Facebook объявил своей миссией наделение каждого человека чувством цели и сообщества. Ланье считает это претензией на религиозность.
Если умирает пользователь Facebook, его страница превращается в место поклонения, где каждый может оставить картинку с горящей свечой, высказать соболезнования и тем или иным способом почтить память покойного.
Если он был знаменитостью, то такая страница становится культовой. Это тоже имеет сходство с религиозными обрядами. Google продвигает идею о том, что сознание каждого пользователя можно поместить в облако, гарантируя таким образом цифровую жизнь после смерти. Себя он позиционирует как хозяина вечной жизни.
Таким образом, сами того не замечая, пользователи BUMMER становятся адептами новых культов. Инженеры BUMMER-компаний понимают это. Они считают, что работают не на людей, а на прекрасный искусственный интеллект будущего, который через несколько столетий будет править миром.
Люди в этом случае вторичны. Они обесцениваются и низводятся до придатков к машинам. Но это лишь манипуляция, считает автор, унижающая достоинство и права человека. Ведь не будь людей — не было бы никакого искусственного интеллекта, который они и создали.

Заключительные комментарии

Книга сложная, интересная и порой пугающе убедительная. Автор утверждает, что мы недооцениваем воздействие BUMMER на наши убеждения и наше сознание, шаг за шагом уступая работе алгоритмов.
Созданные для общения, социальные сети внезапно оказались инструментом манипулирования и отчуждения. Ланье не знает, что можно с этим сделать, кроме как удалить свои учетные записи из всех социальных сетей — чтобы, по его словам, остаться человеком.
Сам по себе интернет прекрасен, есть множество способов общаться с друзьями без социальных сетей — писать электронные письма, например. Если вам нужны новости, читайте их напрямую, а не через фильтры Facebook.
Не читайте комментарии под ними, а если читаете, подавляйте искушение вступить в полемику. Создайте собственный сайт или общайтесь на местном, созданном жителями вашего района, где всего шаг отделяет вас от личного общения.
Смотрите видео по собственному выбору, а не то, которое предлагает Facebook. Пользуйтесь интернетом на собственных условиях и по собственным правилам — будьте кошкой, а не собакой Павлова. И вы заметите, как изменятся ваше настроение и ваша жизнь.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..