вторник, 17 февраля 2015 г.

ПОЧТИ ВСЕ О БУБЕ


 Сичкин Борис Михайлович



Популярный актёр кино и эстрады




Борис Сичкин родился 15 августа 1922 года в Киеве в семье еврея-сапожника, умершего, когда мальчику было 4 года. В семье Борис был седьмым, самым младшим ребенком.

Старший брат обучил Борю танцам, и выступления он, по собственным воспоминаниям, начал на Еврейском базаре перед собиравшимися там уголовниками. После побега из дома был исключён из школы. Актёрское мастерство и юмор были заложены в нём с детства. «Наша семья была самой весёлой в Киеве», - вспоминал Сичкин. Бойкий карапуз каждый день бегал на базар, где плясал «барыни» и «цыганочки для торговцев, воров и спекулянтов, получая первые трудовые гонорары продуктами. Позже, в эмиграции артист говорил: «От чего ушел, к тому и пришел: первыми моими зрителями в эмиграции стали тоже воры и бандиты, только в Нью-Йорке они называли себя русской мафией. Я выходил на сцену и говорил: «Здрасьте, отщепенцы и предатели Родины!». Все заходились смехом».

В 15 лет Сичкин был принят в ансамбль народного танца УССР. Учился Борис в хореографическом техникуме при киевском театре - он хотел своим «цыганочкам» и «чечёткам» придать форму, научиться принимать красивые позы и овладеть пластикой.

Во время Великой Отечественной войны с 1941-го по 1946-й годы Сичкин гастролировал во фронтовом ансамбле. После окончания войны с 1947-го по 1948-й годы Сичкин был солистом Ансамбля песни и пляски Советской Армии имени Александрова, а с 1948-го по 1966-й годы он являлся артистом Москонцерта.



С 1955 года Сичкин также работал в ансамбле литературной и театральной пародии «Синяя птичка» под руководством В.Ю.Драгунского, исполнял интермедии, был автором текстов и балетмейстером, участвовал в работе «закулисного» театра «Крошка» (ЦДРИ), а с 1959-го по 1960-й годы Сичкин работал в Театре-студии киноактёра.

В 1950-е годы артист много выступал с танцевальными номерами в сборных концертах, дружил с известными людьми того времени - конферансье Михаилом Гаркави, поэтом Михаилом Светловым, певцом Леонидом Утесовым.

Как танцовщик Сичкин отличался необычайной пластичностью и буффонадной лёгкостью. Со временем он выступил как балетмейстер ряда драматических спектаклей, в том числе «Свадебное путешествие» В.А.Дыховичного и М.Р.Слободского в Театре сатиры, «Красные дьяволята» П.А.Бляхина, А.Л.Полевого и А.Н.Толбузина в Драматическом театре имени Н.В.Гоголя, «Проснись и пой» М.Дярфаша в Театре сатиры.

С начала 1960-х годов Борис Михайлович начал сниматься в кино.



В кино наиболее заметными работами Бориса Сичкина стали итальянец-контрабандист в фильме «Капитаны голубой лагуны», администратор отеля в фильме «Последний жулик», Буба Касторский в фильмах «Неуловимые мстители» и «Новые приключения неуловимых», «Экселянта» в фильме «Интервенция». Он снимался также в фильмах «До свидания, мальчики!», «Золотые ворота», «Тропой бескорыстной любви», в сказках Александра Роу.



Роль Бубы сделала его очень популярным. Неунывающий, смекалистый весельчак, умеющий увидеть смешное в самой аховой ситуации, очень понравился зрителям. Однако, несмотря на всенародною любовь и признание, в декабре 1973 года актер был арестован по ложному обвинению в хищении социалистической собственности и заключен в изолятор города Тамбова, где провел год и два месяца, что в дальнейшем послужило толчком к эмиграции. Через год Сичкин был освобождён. Следствие продолжалось ещё несколько лет. В конце концов, Борис Сичкин был окончательно оправдан.

За время его заключения жена попала в больницу, а сына отчислили из консерватории. Но даже когда 27 декабря 1974 года Сичкина выпустили на свободу, его мытарства на этом не прекратились: он попал в разряд запрещенных артистов, и работы было крайне мало. Его фамилию стерли из титров всех фильмов, где он снимался, в том числе и из «Неуловимых мстителей». Даже сидя в тюрьме, Сичкин не терял расположения духа и юмора. Он вспоминал: «Нас, заключенных Тамбовской тюрьмы, окрыляла тихая, маленькая радость: проходя мрачными коридорами на допросы, мы видели на стене транспарант: «Ленин - с нами!».

В 1979 году Сичкин вместе с семьей принял решение уехать из СССР, так как начались провокации против его сына Емельяна. Борис Сичкин с женой Галиной и сыном, по его собственному признанию, бросили все: трехкомнатную квартиру в Каретном Ряду, дачу, машину, рояль «Беккер» - и налегке, с сорока долларами наличного капитала уехали в США. В последний день перед отъездом в его квартире в Каретном ряду побывали многие известные люди: спортсмены и артисты. В своем последнем слове Борис Сичкин, как всегда, схохмил: «Друзья! Я уезжаю в Штаты! Еду туда строить коммунизм. Но прошу никому об этом ни слова, иначе меня туда не пустит госдепартамент...». В США Сичкин продолжал выступать на эстраде и в варьете сольно и в дуэте со своей женой актрисой Галиной Рыбак. Актер жил скромно. На вопрос: «Как ты живешь?» - отвечал: «Есть люди, которые живут за чертой бедности, я живу на черте».



Сичкины поселились в Нью-Йорке и поначалу жили все вместе. Но в последние годы артист переехал к сыну, а Галина жила отдельно. Поведение жены часто становилось темой для шуток в семье. Например, более 20 лет прожив в Америке и преподавая в балетной школе, она так и не научилась говорить по-английски и не получила американского паспорта.

Сичкин изредка приезжал в Россию с выступлениями, и снялся в Голливуде в нескольких фильмах, в которых сыграл повара в картине «Свит Лорейн» и рабочего-слесаря в «Суперинтенданте». Самой известной его работой стала роль в фильме Оливера Стоуна «Никсон», где Сичкин сыграл Брежнева. Гонорар любящий отец с радостью потратил на организацию сольного концерта своего сына в знаменитом зале Карнеги-Холл, который прошел с большим успехом.

В Нью-Йорке Сичкин написал две очень веселые книги: «Я из Одессы! Здрасьте!», опубликованной в 1996 году, и «Мы смеемся, чтобы не сойти с ума», вышедшей в 2001 году. Он также был членом редколлегии нью-йоркской газеты на русском языке «Русский Базар».



Книги артиста оказалось образцом великолепной литературы в стиле Зощенко. В книге, в частности, была прекрасно описан конфликт, возникший между Борисом Сичкиным и Марком Фрадкиным, который хотел вступить в кооператив, где состояли артисты эстрады, и Сичкин в том числе, но собрание жильцов было против, и постоянно Фрадкину отказывало. Борис Михайлович входил в состав правления и упросил остальных проголосовать за нового жильца. Когда Сичкин с семьей подали документы на эмиграцию и были вынуждены разменивать квартиру, Фрадкин заклеймил его как предателя и изменника Родины, и потребовал у собрания отказать отщепенцу в просьбе, что и было сделано. Буба отомстил оригинально. Оказавшись в Вене, он от чужого имени отправил письмо и израильский вызов на имя Фрадкина. То же самое было проделано в Италии и в Америке, отправители каждый раз были новые. Фрадкин был вынужден объясняться в КГБ, пытаясь доказать, что он «не верблюд», а комитетчики потешались на пару с Бубой Касторским. Так мог шутить только он. Вот одно из посланий Сичкина Фрадкину: «Привет, Марик! Сразу по делу: твою капусту и рыжье получил, но с летчиками больше в долю не падай – они засветились. Канай в Севастополь, свяжись с кентами и попробуй загрузить моряков атомных подводных лодок. Как договаривались, я откусил три косых, остальное твое, тебя ждет. Антиквар превращай в зелень, его не втырить и могут закнокать. Вообще, ходи на цырлах, подальше от катрана, шныров и козырных – тебе сейчас самое время лепить темнуху. Учти, телефон прослушивается - ботай по фене. Слышал парашу, как ты вертухаям туфту впаривал – все правильно, пока не откинешься, хиляй за патриота. Вся маза тебя ждет, на любой малине будешь первым человеком, братва мечтает послушать в твоем исполнении песни Шаинского. Поменьше пей и чифири, а то, что Рая шмалит дурь, не страшно – главное, чтоб не села на иглу. Бывай, до встречи. Валера».



В 1994 году впервые после эмиграции Сичкин приехал в Россию. И вновь стал сниматься в российском кино. Он также написал музыку к фильму «Плохая квартира».

Скончался Борис Сичкин скончался на 79 году жизни в Нью-Йорке в собственном доме 22 марта 2002 года, разбирая корреспонденцию. По данным врачей, причиной смерти стал сердечный приступ.



Вскоре по желанию его жены прах Бориса Михайловича был извлечён из могилы и кремирован, а урна перевезена в Москву и 6 лет хранилась у друзей семьи Сичкиных, пока 18 апреля 2008 года прах Сичкина не был захоронен в колумбарии Ваганьковского кладбища.

О Борисе Сичкине был снят документальный фильм «Я - Буба Касторский».


 

КОНТОРА ТОВАРИЩА КОБЗОНА


Бывает так: спускается человек со склона, скользит, не может удержаться. Один пытается за кустик схватиться или присесть как-то, перекувыркнуться, затормозить. А другой–наоборот, разгоняется, мчится, ведь постараешься остановиться–можно носом в лед, лучше по наклонной плоскости.
Иосифа Кобзона никто не остановит, и сам он бесстрашно летит вниз. Давно слежу за ним одним глазом: на какой станции спуска в пропасть реакции и мракобесия задержится. Сегодня вижу: ни на какой. Запретить русофобам выезд за границу –вот до этого даже самый черносотенный депутат, каких полно в нашей Думе, не додумался. Прямо вижу, как Жириновский с досадой бьет себя кулаком в лоб: такую шикарную инициативу отдал Кобзону. Ведь поскольку юридического определения русофобии нет ( пока еще !) , то обвинить можно любого. Так и вспоминается, например, покойный академик Анчишкин, рассказывавший мне, как он чуть не свихнулся от горя и ужаса, будучи, если не ошибаюсь, корпусным комиссаром, когда на его глазах за один день полегла половина кадровой дивизии, переброшенной с Дальнего Востока, так как надо было к такому-то числу взять любой ценой высоту и поселок без достаточной артиллерийской поддержки. Волна за волной, трупы на трупы– в точности, как мне рассказывали раненые, с которыми я общался, работая в 1942 г. санитаром в госпитале. Вот где русофобия-то, –ухватился бы за такую клевету Кобзон; да заодно и антисоветизм, о котором как раз на днях говорил другой мощный советский бизон товарищ Зюганов, убежденный, что критиковать Советскую власть– это бить по России. Третьего не хватает, чтобы дополнить уже до конца: критиковать Сталина может только тот, кто ненавидит Русь святую. Расстрелы десятков тысяч священников–да ерунда это для православного борца Зюганова. Все сливается, сочетается, полная закономерность выявляется.
И вот тут-то понятно, почему именно маститый певец взялся за это благородное дело: возраст. Остальные-то все же помоложе, а он больше знает о временах Гулага. Но ведь одно дело сказать, протрубить, просигналить, а другое дело– реально выполнять: статью кодекса, например, найти.. Я-то постарше Кобзона, помню, как люди наизусть знали все пункты 58-й статьи: а,б,в и т.д., вплоть до шпионажа и организации. Возможно, и до этого дойдем, мы же еще в начале пути, какие ошеломляющие перспективы, ведь от «русофоба» до « врага народа»–один шаг, и с таким опытом и голосом сделать этот шаг–раз плюнуть. И здесь надо колоссальную организаторскую работу проделать: разоблачать и отбирать негодяев, сортировать, классифицировать, раскрывать вербовку, связи и т.д. Да разве молодые это смогут? Куда им. Вот Кобзону и поручить, у него сил хватит на что угодно. Создать в рамках какого-либо ведомства департамент или контору. Да от одного сознания, что Кобзон будет этой конторой руководить, русофобы, клеветники, пятая колонна съежатся и сдуются как резиновые шарики, возможно даже и сажать не нужно будет, замолчат со страху. И какое же это было бы монументальное завершение фантастической карьеры великого певца и депутата!

ВСЕСИЛЬНЫЙ ЕВРЕЙ




Всесильный еврей


Семейство Шмуклеров производило гвозди на протяжении всей жизни, прадедушка был гвоздоделом, дедушка, потом папа.
Когда они приватизировали этот завод по производству гвоздей, папа говорит сыну:
– Фима, я 30 лет на производстве и ни разу не был в отпуске... Давай ты останься за директора, а я хоть на месяц уеду с мамой, отдохну.
– Папа, я же не специалист, я маркетолог, я рекламист!
Папа: Сыночка, у нас полные склады гвоздей! Ты только поруководи, попродавай эти гвозди, а я через месяц вернусь - и всё будет в порядке!
Сын остался, папа уехал. Через две недели папа  получает  телеграмму:
– Папа срочно выезжай гвозди закончились.
Папа приезжает:  Как -- закончились?!
Фима: Папа, я дал рекламу...
Папа:  А ну, покажи!  Сын показывает макет биллборда; на нем изображен
Иисус Христос, прибитый к кресту, и надпись: – Гвозди Шмуклера -- держатся уже 2000 лет.
Папа говорит: Фима! Ты, конечно, идеальный маркетолог, но ты идиот! Как можно было изображать Иисуса Христа на рекламе? Мало нас, евреев, били, погромы устраивали? Немедленно снять!!!
Папа дал команду,  нарастили производство, Фима снял рекламу, папа уехал отдыхать дальше. Через две недели опять приходит срочная телеграмма:
Папа, срочно вылетай, и эти гвозди закончились.
Папа прилетает: Что, опять реклама?
Фима: Да, только успокойся -- никакого Иисуса Христа, всё как ты просил.
Папа смотрит на макет биллборда -- там изображение пустого креста, без Иисуса, и надпись: Если бы у вас были гвозди Шмуклера...

1. Еврей таков же, как и всякий другой человек,  только в большей степени.
                                                Арнолд Форстер

2. Евреи добиваются превосходства лишь потому, что им отказано в равенстве.
                                                    Макс Нордау

3. Пессимизм - это роскошь, которую евреи не могут себе позволить.
                                                   Голда Меир

4. Еврей должен быть золотом, чтобы сойти за серебро.
                                        Леон Харрисон

5. Я вам больше скажу: даже открытие Америки  финансировали еврейские банкиры.
                                                   Мордехай Рихлер

6. Евреи - народ пугливый. Девятнадцать веков христианской любви расстроили их нервы.
                                                  Изрейел Зангвилл

7. За все, что делает христианин, он отвечает лично. За все, что делает еврей, отвечают все евреи.
                                                   Анна Франк


8. Чтобы гарантировать ему мученичество, Бог родил своего сына евреем.
                                                 Станислав Ежи Лец

9. Если ты живешь в Нью-Йорке, то, будь ты хоть сто раз католик, ты все равно еврей.
                                                 Ленни Брюс

10. Каждая страна имеет таких евреев, каких заслуживает.
                                                Карл Эмиль Францос

11. Я знаю, откуда пошла легенда о богатстве евреев - они за все  расплачиваются.
                                               Станислав Ежи Лец

12. "Алкоголь и антисемитизм в одном организме не умещаются -- стоит добавить немного алкоголя, и антисемитизм сразу же вылeзaeт наружу".
                                              Станислав Ежи Лец

КАК БУБА ОТОМСТИЛ ФРАДКИНУ

Как уезжал Буба Касторский...и его маленькая месть композитору Фрадкину...

...Меня часто спрашивают, почему я, будучи популярным артистом, который хорошо зарабатывал, имел прекрасную трехкомнатную квартиру в центре Москвы, машину, дачу и пр., уехал?


В 1971 году меня по сфабрикованному обвинению посадили в Тамбовскую тюрьму. Впоследствии меня оправдали, дело было закрыто, работники прокуратуры наказаны, но до этого я просидел год и две недели в тюрьме, сыну в этой связи не дали поступить в Московскую консерваторию, в течение 2–х лет, пока длилось доследование, мне не давали работать, мое имя вырезали из титров фильма «Неисправимый лгун», в фильме «Повар и певица» меня озвучили другим актером и т.д. Короче, я понял, что страна игривая, в ней с тобой могут сделать все, что угодно, а особенно, учитывая, что у сына Емельяна — в меня — язык до щиколотки, который, как известно, доведет если не до Киева, то уж до тюрьмы точно, я решил удалиться от гнутой страны на максимально возможное расстояние. К счастью, после подачи заявления, если у меня и были какие–то сомнения по поводу принятого решения, то до боли родные, вездесущие подлость и хамство быстро их развеяли.
Мать моей жены с нами не уезжала, и, естественно, ее надо было обеспечить жилплощадью. Она была прописана с нами, но, поскольку оставаться одной в 3–х комнатной квартире ей бы не разрешили, я договорился на обмен — 2–х комнатная квартира с доплатой. Этот обмен должен был быть одобрен на собрании правления кооператива, членом которого я состоял. Первым взял слово Николай Рыкунин (возможно, некоторые помнят, был такой эстрадный «дуэт Шуров и Рыкунин). Он долго говорил о Родине, о неустанной заботе о каждом из нас партии и правительства, о совершенстве социалистического строя, о том, что покинуть такую Родину и такой строй может только человек неблагодарный, у которого отсутствует совесть и т.д. Кстати сказать, Рыкунин с пеной у рта, задыхаясь от ненависти к Советской власти, рассказывал мне, что его отец до революции был помещиком под Москвой, добрым, гуманным человеком, заботившемся о крестьянах, далеким от политики. Большевики его, естественно, расстреляли, а жену с грудным младенцем выслали в Сибирь, где она была вынуждена просить милостыню, чтобы не дать умереть маленькому Коле Рыкунину.
Выслушав речь Рыкунина, я мягко попытался объяснить, что речь идет не о неблагодарном Сичкине, а о благодарной теще, которая не покидает Родину и имеет право на жилплощадь. Из первого ряда встал похожий на отца Врубелевского Демона концертмейстер Большого Театра Гуревич. (Худая фигура, изогнутая вопросительным знаком, крошечные злобные глазки и змеиные губы придавали ему особый шарм).
— Я не желаю присутствовать на концерте Сичкина! — выкрикнул он. — Запретите ему говорить! Я, как патриот, не желаю выслушивать речи отщепенца и предателя Родины?
— Не надо так волноваться, патриот Гуревич, — обратился я к нему. — Кстати, какие погоды были в Ташкенте в начале войны?
Гуревич:
— Пошли вы на....
— Я не могу никуда пойти — идет собрание. — Вы против моей тещи, потому, что она русская?
Гуревич онемел.
— Да, а во время войны какие погоды были в Ташкенте?
— Сичкин, идите к... матери!
— Я же уже вам сказал: я никуда не могу пойти, пока не кончится собрание. Всем известно, что громче всех кричит «держи вора!» сам вор, но работники наших органов люди умные и опытные, им ничего не стоит определить, кто патриот, а кто враг. Судя по вашему фальшивому пафосу, вы, видимо, очень виноваты перед Советской Властью, но успокойтесь: советский суд — самый гуманный суд в мире, и чистосердечное признание, безусловно, смягчит вашу вину. О, совсем забыл, а в конце войны какие погоды были в Ташкенте? — закончил я под хохот собравшихся.
Больше всех суетился композитор Марк Фрадкин. В отличие от Рыкунина, который выступал, так сказать, бескорыстно, просто желая подчеркнуть свои патриотизм и лояльность, Фрадкин имел конкретные виды на мою квартиру и развернул активную деятельность еще до собрания: он обрабатывал членов правления, запугивая их тем, как может быть расценена помощь врагу народа, с именем КГБ на устах ходил по квартирам, собирал подписи жильцов против моего обмена, короче, делал все, что было в его силах, чтобы помешать.

С Фрадкиным во время войны мы долгое время были в одной части, где он заслужил звание «самый жадный еврей средней полосы России». Впрочем, я думаю, это было явным преуменьшением, и он вполне был достоин выхода на всесоюзный, если не на международный уровень. Плюшкин по сравнению с ним был мотом. Покойный Ян Френкель, талантливый композитор и очаровательный человек, рассказывал мне, что Фрадкин постоянно уговаривал его зайти в гости, посидеть за рюмкой у его уникального бара. Один раз, когда они были около дома Фрадкина, тот его наконец зазвал, но при этом сказал:
— Ян, в баре все есть, но чтобы его не разрушать, а это произведение искусства — ты сам убедишься, купи бутылочку водки. Закуски навалом, но на всякий случай купи колбаски, если хочешь, сыра, ну, рыбки какой–нибудь и возьми батон хлеба.
В результате они сели у бара, выпили водку Френкеля, закусили его продуктами, а Фрадкин даже чая не предложил.
В свое время Фрадкин мечтал попасть к нам в кооператив по причине хорошего района и того, что он был дешевле других кооперативов, но собрание было категорически против, мотивируя это тем, что Фрадкин не артист эстрады, богат и может купить квартиру в любом другом кооперативе. Я в то время был членом правления, со мной считались, и, когда жена Фрадкина со слезами на глазах умоляла меня помочь им, я, по своей мягкотелости, не смог отказать и уговорил правление проголосовать за Фрадкина. Позже история повторилась с их дочерью, Женей, которая тоже хотела жить в нашем кооперативе. Оба раза члены правления говорили, что они голосовали не за Фрадкина, а за меня.
Возвращаясь к нашему собранию, Фрадкин его закончил, коротко и по–деловому резюмировав:
— Товарищи, нам надо решить вопрос об обмене Сичкина, в связи с тем, что он бросает нашу Родину, плюет на все то, что сделала для него эта страна и хочет выгодно переметнуться на Запад. Нас он просит в этом ему помочь. Давайте голосовать.
Почти все русские, включая членов партии, проголосовали за меня, а все евреи, которых было большинство, против. В результате тещу выгнали из квартиры, а я получил огромное моральное удовлетворение — еду правильно.
Как я выяснил, в ОВИРе существовало негласное правило пять раз не принимать анкеты под предлогом того, что они, якобы, неправильно заполнены. Поэтому я пришел в ОВИР и сам сказал, что, чувствую, анкеты неправильно заполнены; лучше будет, если я их перепишу и приду завтра. Служащая ОВИРа улыбалась, кивала, и так пять раз. На шестой день у меня приняли документы, и после всех положенных дальнейших мытарств, 23 мая 1979 года мы прибыли в аэропорт «Шереметьево», откуда должны были вылететь в Вену. По дороге в аэропорт мы проехали мимо огромного плаката с изображением Ленина в кепке, с прищуренными глазами и поднятой в приветствии рукой, который гласил: «Верным путем идете, товарищи!», а в самом «Шереметьево» нас встретил транспарант: «Отчизну я славлю, которая есть, но трижды, которая будет!»
Рейс на Вену все время откладывался — то в связи с вылетом комсомольской делегации в Индию, то профсоюзной делегации в Мексику, то партийной делегации в Китай. Я услышал, как один еврей сказал другому:
— Слушай, если они все уезжают, давай останемся.
...Первое, что я сделал в Вене, это отправил вызов Фрадкину и в придачу к нему письмо следующего содержания:

марк фрадкин


Дорогой Марик!
Все в порядке, вся наша мишпуха уже в Вене, все удалось провезти и твое тоже. Как ты правильно сказал, таможенники такие же тупые, как вся вонючая советская власть и бигуди осмотреть не догадаются. Так и вышло, только у Симы очень болит шея, все–таки каждый весил три кило. Пусть Рая до отъезда тренирует шею, у тебя шея, конечно, покрепче, но ты ж в бигудях не поедешь. Как нам сказали, в Америке иконы сейчас идут слабо, а ты знаешь, израильтяне из голландского посольства совсем обнаглели и хотят за провоз 20 процентов.
Марк, вот прошло, казалось бы, всего несколько дней, а мы уже очень соскучились. Все со слезами на глазах вспоминают твое последнее напутствие: «Я рад и счастлив за вас, что вы покидаете эту омерзительную страну, кошмарное наследие двух мерзких карликов: картавого сифилитика Ленина и рябого параноика Сталина. Дай вам Бог!» А как мы смеялись на проводах, когда ты сказал, что был и остаешься убежденным сионистом, а все твои якобы русские песни на самом деле основаны на еврейском фольклоре, сел за рояль, начал их одним пальцем наигрывать и объяснять, из какого синагогиального кадиша они взяты... Короче, ждем тебя и Раю с нетерпением, дай Бог, уже скоро.
Крепко обнимаем, целуем Арон, Пиля, Сима, Двойра и Ревекка.

Как мне впоследствии сообщил конферансье Борис Брунов, Фрадкин тут же побежал в КГБ и начал клясться, что у него нет икон и валюты, и он никуда не собирается ехать. Там (еще раз) прочитали письмо и, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, посоветовали успокоиться, его никто ни в чем не обвиняет, многие получают вызовы, но если он не и собирается уезжать, ему не о чем волноваться. Фрадкин, тем не менее, был в панике, жена Рая на нервной почве начала курить.
Забегая вперед, второй вызов и письмо, но уже на адрес домоуправления «для Фрадкина» и якобы от другого лица я послал из Италии и третье, на адрес Союза Композиторов РСФСР Родиону Щедрину для Фрадкина из Нью–Йорка.

Второе письмо:

Привет, Марик!
Сразу по делу: твою капусту и рыжье получил, но с летчиками больше в долю не падай — они засветились. Канай в Севастополь, свяжись с кентами и попробуй зафузить моряков атомных подводных лодок. Как договаривались, я откусил три косых, остальное твое, тебя ждет. Антиквар превращай в зелень, его не втырить и могут закнокать. Вообще, ходи на цирлах, подальше от катрана, шныров и козырных — тебе сейчас самое время лепить темнуху. Учти, телефон прослушивается — ботай по фене. Слыхал парашу, как ты вертухаям туфту впаривал — все правильно, пока не откинешься, хиляй за патриота. Вся маза тебя ждет, на любой малине будешь первым человеком, братва мечтает послушать в твоем исполнении песни Шаинского. Поменьше пей и чифири, а то, что Рая шмалит дурь, не страшно — главное, чтоб не села на иглу. Бывай, до встречи.
Валера.

Фрадкин потерял сон, не помогали сильнейшие снотворные, снова побежал в КГБ, потом в домоуправление, ходил по квартирам, бился в судорогах и кричал, что он не имеет к этому никакого отношения, а все это провокации Сичкина. Рая курила одну за одной и дошла до 4–х пачек в день. В КГБ хохотали до слез и с нетерпением ожидали следующего письма и очередного визита идиота.

Письмо третье:

Здравствуй, дорогой Марк! Прости, что так долго не писали, но сначала хотели получить товар, чтобы ты был спокоен. Слава Богу, все ОК, все контейнеры прибыли, с аргентинцами читались, так что ты уже в порядке: даже за один контейнер Рая спокойно может открыть массажный салон, а блядей среди иммигрантов навалом. Вообще, если ты сможешь переправить хотя бы 25 процентов своего состояния, то до конца жизни здесь будешь купаться в золоте. Если ты еще не обрезан, то здесь можно устроить за большие деньги: все иммигранты придут посмотреть на обрезание композитора Марка Фрадкина. Свою коллекцию порнографии не вези, здесь этого добра полно, оставь Жене. Да, и скажи ей, чтобы хотя бы до вашего отъезда перестала фарцевать — береженого Бог бережет. Марик, мой тебе совет: пока ты в Союзе, учи нотную грамоту и хотя бы чуть–чуть гармонию — там ты можешь напеть мелодию, и «негр» ее тебе записывает, а здесь негров много, но все они такие грамотные, как ты.
У нас все хорошо: молодые получают вэлфер, старые — пенсию, а бизнесы на кеш. Английский можешь не учить, он здесь не нужен: на Брайтоне все на русско–еврейском жаргоне с одесским акцентом, а то, что у тебя первый язык идиш — огромный плюс. Тебя вся помнят и ждут, а твою знаменитую шутку: «Если бы Фаня Каплан закончила курсы ворошиловского стрелка, мы намного раньше избавились бы от этого картавого фантаста», — здешние артисты читают со сцены.
С нетерпением ждем встречи,
3ай гезунд апдетер Мотл Фрадкин!
Целуем
Наум, Фира, Бася, Абрам и тетя Рахиль!
P.S. Будете ехать, пусть Рая не глотает камни — Соня так и не просралась...

ГОЛОСУЙ ЗА ЛЕВЫХ И ПОЛУЧИШЬ ТО, ЗА ЧТО ГОЛОСОВАЛ.


"Во вторник, 17 февраля, государственный контролер Йосеф Шапира опубликовал отчет о средствах, выделяемых на содержание официальной резиденции главы правительства на улице Бальфур в Иерусалиме, а также о расходах на содержание частного дома семьи Нетаниягу в Кейсарии, который используется премьер-министром для работы". Из СМИ

Голосуйте за левых - и получите новую, кровавую интифаду.
Голосуйте за левых - и получите Хамас с ракетами в Иудеи и Самарии.
Голосуйте за левых - и получите ядерную бомбу в Иране.
Голосуйте за левых - и вам гарантирован полный порядок с садовой мебелью в загородной резиденции нового премьер-министра.
 Голосуйте за левых, только потом не говорите, что вас не предупреждали о результате их победы.

"НИКОГДА НЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ В ПРЕЖНИЕ МЕСТА"


Поймал себя на том, что хотел бы вернуться в моё бедное питерское детство двора-колодца и юность в коммуналке с печкой, с телевизором у соседей и холодильником в ящике за окном, в комнатенку, куда никогда не попадало солнце. Вернуться туда, где были живы мои родители и будущее казалось долгим и счастливым.
 Нет, сказанное вовсе не значит, что я недоволен своей нынешней жизнью в Израиле. Очень даже доволен. Свой дом, дети устроены, внучки - чудо настоящее. Так почему же мучает меня эта бессмысленная ностальгия. Уверен, не только меня. Так уж человек устроен. Старость печальна, потому что она - старость, а детство - радость, праздник здоровья и надежд.
 Но все это - моя личная лирика, скажем так. Причем, совсем не опасная лирика. Когда же целая страна вдруг начинает тосковать о прошлом и в припадке этой тоски искусственно возвращать его приметы - это начинает смахивать на тяжелое психическое заболевание - массовый психоз. Вот оно - несчастье нынешней России: попытка вернуться туда, куда вернуться невозможно.
 Как замечательно об этом у Геннадия Шпаликова:


По несчастью или к счастью,

Истина проста:
Никогда не возвращайся
В прежние места.

Даже если пепелище
Выглядит вполне,
Не найти того, что ищем,
Ни тебе, ни мне.

Путешествие в обратно
Я бы запретил,
Я прошу тебя, как брата,
Душу не мути.

А не то рвану по следу —
Кто меня вернет? —
И на валенках уеду
В сорок пятый год.

В сорок пятом угадаю,
Там, где — боже мой! —
Будет мама молодая
И отец живой.

 Бедная Россия. Ей вдруг, видимо, показалось, что она внезапно состарилась и живет под грузом нажитых болячек и разочарований, и впереди нет ничего, кроме неизбежной смерти. Отсюда и тоска о бедном, жалком прошлом, когда еще теплилась вера в мудрость и честь родной партии и мерцала надежда на светлое будущее.  Россия, по опыту, не верит в день грядущий, а предпочитает снова жить в детской сказке. Все бы не так страшно, если бы  эта сказка возвращения не была бы такой кровавой и угрожающей.

ОНИ ВСЁ ЕЩЕ МАРШИРУЮТ

В Каунасе состоялось шествие молодежи с лозунгом "Литва - литовцам" и портретами уничтожавшего евреев коллаборациониста

время публикации: 16 февраля 2015 г., 23:27
последнее обновление: 16 февраля 2015 г., 23:49
блогпечатьсохранитьпочтафото
В Каунасе в понедельник состоялось шествие, организованное Национальным союзом литовской молодежи (НСЛМ) по случаю Дня восстановления государства, в котором приняли участие около 1 тыс. человек
В Каунасе в понедельник состоялось шествие, организованное Национальным союзом литовской молодежи (НСЛМ) по случаю Дня восстановления государства, в котором приняли участие около 1 тыс. человек, сообщает"Интерфакс".
Как сообщил журналистам представитель НСЛМ Юлюс Панка, в этом году основным акцентом мероприятия был военный конфликт на Украине.
Участники шествия проследовали через центр Каунаса - от Алеи Лайсвес (Свободы) и Старого города к Ратушной площади. Шествие прошло мирно, без инцидентов, сообщила полиция Каунаса.
Между тем директор Израильского бюро Центра имени Симона Визенталя Эфраим Зурофф и один из известнейших в мире идиш-филологов Довид Кац, прибывшие в Каунас выразить протест против шествия, осудили участников мероприятия за лозунг "Литва - литовцам".
"Подобные шествия шлют совершенно неправильный сигнал. Мы счастливы, что Литва независима, но есть сигнал "Литва-литовцам", из-за которого меньшинства чувствуют себя некомфортно. На шествии люди несут плакаты с Амбразявичюсом-Бразайтисом, который поддержал Третий Рейх. (...) Это плохой способ праздновать независимость Литвы сегодня, когда Россия превратилась в угрозу", - заявил Зурофф.
Глава коллаборационистского литовского Временного правительства Юозас Амбразявичюс, участник подпольной организации LAF (Литовский фронт активистов), намеревавшийся восстановить независимость Литвы при поддержке нацистов, начал "решение еврейского вопроса" еще до вторжения немцев. Преследование и убийство евреев в Литве началось в первые же часы нацистской оккупации. До конца июня 1941 года евреи уже составляли значительную, если не самую большую часть гражданских лиц, убитых во время первого этапа войны. Именно правительство Амбразявичюса уже 30 июня 1941 года приняло решение о создании концлагеря для евреев - первого концлагеря на территории, оккупированной нацистами.
К концу декабря 1941 года были убиты более 180 тысяч евреев Литвы. К количеству евреев, убитых до принятия решений Ванзейской конференции, добавились еще от 25 до 30 тысяч евреев, убитых в Литве до 1944 года.
В целом за время Второй мировой войны нацистам и их пособникам удалось уничтожить 95% довоенного еврейского населения страны.
Чтобы избежать ареста, в годы войны Амбразявичюс сменил фамилию на Бразайтис, а в 1944 году, с приближением второй советской оккупации, уехал в Германию. В 1951 году он переехал в США, где участвовал в деятельности литовской эмиграции.
В 2012 году Амбразявичус был торжественно перезахоронен в Литве, что еврейской общественностью, а также МИДом РФ было расценено как глумление над памятью погибших евреев.

ЛОБКОВ И БЕЛКОВСКИЙ В "РУССКОМ МИРЕ"

Беседа. Лобков и Белковский об эпохе Путина, войне и «русском мире» Видео


 
«Путин считает, что скоро Украина накроется медным тазом, а Запад будет вынужден обратиться к нам за помощью». Лобков и Белковский об эпохе Путина, войне и «русском мире» Павел Лобков и главный специалист телеканала Дождь Станислав Белковский поговорили об обстрелах в Мариуполе и Волновахе, о взрыве на остановке в Донецке, о реакции российского президента на эти события, о том, почему Игорь Гиркин идет путем позиционирования себя как будущего президента, и о том, когда Запад будет вынужден снять санкции.
Лобков 25 января 2015
Категория
Люди и блоги

МАЙЯ МЕНГЛЕТ И БРЕЖНЕВ


Многие ли сейчас знают, кто такая актриса Майя Менглет? Помните старый фильм времен пятидесятых? «Дело было в Пенькове». Незатейливая стандартная деревенская история, которых неисчислимое множество было, есть и, наверное, будет на нашей земле. Сюжет довольно примитивный и давний (любовными треугольниками испещрен отечественный кинематограф), декорации простые, в основном на фоне коровника, лошадей в повозках, амбара, деревенских домов... Каждую реплику в фильме мы знаем практически наизусть. 

И почему же по прошествии десятилетий этот фильм вновь и вновь притягивает наши взоры и сердца?! В чем загадка его? Почему картина, изначально обреченная стать темой на один день, живет уже больше полувека?! Неоспоримо, талант режиссера Станислава Ростоцкого вкупе с оператором подарили нам еще одну ленту «золотого запаса» кинематографа страны, но также нельзя не отдать должное великолепной игре актеров и их дарованию.
И все же здесь хотелось бы остановиться на внешней стороне киногероев Майя Менглет фильма, так как именно она сыграла решающую роль в том, что фильм так хорошо запоминается различным поколениям, его просмотревшим. Главные лица кинофильма, актеры - Вячеслав Тихонов, уникальной внешности мужчина, Светлана Дружинина с редкостной славянской красотой. И особняком от них стоит актриса Майя Менглет, с ее удивительной неповторимой, какой-то восточной внешностью, игру которой нашим современникам посчастливилось увидеть, ведь для нее и для зрителей это большая редкость.
Итак, Майя Менглет, дочь известного русского актера Георгия Менглета. Когда фильм «Дело было в Пенькове» только вышел на экраны, тысячи писем полетели в Госкино с требованием продолжения любовной истории, и обязательно, чтобы во второй части все закончилось свадьбой тракториста Матвея и агронома Тонечки. Народ решил по-своему расставить все точки над «и», милостиво позволив «разлучнице» все же воссоединиться с «отцом семейства». Но вторая часть снята не была и даже не предполагалась, так как тот момент жизни для Тихонова был очень сложным - он разводился с Нонной Мордюковой, а их сын оставался с матерью и актер очень переживал эту драму. Юная Майя была уже тогда замужем и от всей души сочувствовала коллеге, с которым ее так тесно свел кинофильм.
Актриса Майя Менглет Кстати, чтобы актеры выглядели в кинофильме более убедительными в своих ролях, гримеры их старались «упростить», «одеревенить»: Вячеславу Тихонову высветлили перекисью чуб, чтобы он смотрелся с экрана, как выгоревший на солнце, и …выбрили его шикарные брови, а девушкам не позволялось наносить ни капли макияжа для большей натуральности. При этом и в ватнике, и в платке, и в зипуне актриса Менглет выделялась, словно картина в раме! Зрители были очарованы ею! Многие из мужчин, от работяг до членов правительства почитали за счастье коснуться краешка ее парусиновой туфельки. Но тогда было другое время, другое воспитание... Майя Менглет рассказывает: «В 8-ом классе меня поцеловал мальчик, так я почувствовала из-за этого себя опозоренной на всю жизнь!».

Другой пример. Майя вела Новогодний голубой огонек. Сама Екатерина Фурцева, в то время министр культуры, присутствовала на репетиции и утверждала ее платье. Бальное белое с вырезом-лодочкой она, конечно же, забраковала. А так как другого не было, та «позволила» все же, в конце концов, Майя Менглет – идеальная женщина для Брежневаего надеть, но при условии – чтобы шея была плотно закрыта газовым шарфом! Именно во время этого огонька к ней подошел человек в штатском и заговорщицки прошептал: «Сейчас с вами сейчас будет танцевать …генсек Леонид Ильич Брежнев!». Генсек действительно пригласил Менглет на танец, но их танец, рассказывает она, скорее, был медвежьим топтаньем. Позже в каком-то неофициальном разговоре Леонид Ильич признается, что смотрел «Дело было в Пенькове» несколько раз и в основном, чтобы полюбоваться красотой идеальной, по его мнению, женщины - Майи Менглет.
В те годы, чтобы поддержать престиж Союза, в заграничные командировки отправляли только красивых актрис. И Майя, конечно же, была в их числе. Где бы она ни была – в Венеции, Цейлоне, Бразилии - всюду народ, приветствуя, кричал ей вслед: «Софи Лорен!!!». Ее путали с итальянской кинозвездой, с которой они действительно были разительно похожи - те же по-кошачьи раскосые серо-бирюзовые глаза, те же высокие скулы, те же густые локоны волос…

На счету Майи Менглет нет многочисленных любовных связей, измен, разлук... Ее муж, первый и единственный, Леонид Сатановский, живет с ней рука об руку вот уже много лет. Да и театр имени Станиславского, в котором она работает, тоже единственный и неизменный в ее жизни. Прошли годы, выросли их два сына и переехали жить в Австралию. Алексей пошел по стопам родителей, он актер, а младший Дмитрий - химик. Для нас же, почитателей уникальной красоты этой интересной актрисы и женщины, русской Софи Лорен, остались любимые кинофильмы с ее участием, и еще старые фотоснимки на долгую и прекрасную память.

Руфина Угрюмова для fammeo.ru

АЛЬФРЕД КОХ.В СОВКЕ БЫЛО ЛУЧШЕ


Почему-то считается общим местом, что мы возвратились в поздний совок. Нет! Поздний совок был честнее, цельнее, проще и понятнее. Он был незамысловат и по-своему логичен.
Совок был грязен, скуден, герметичен и интеллектуально — слишком однообразен. Но в бытовом плане он был значительно безопаснее.
Милиция работала. Суды — судили. Во всяком случае — обычную уголовку и всякие семейные тяжбы. Горисполкомы — убирали снег. Детские сады и школы воспитывали и учили детей.

Я до сих пор живу отнюдь не высшим, а именно, что средним образованием, которое я получил в обычной средней школе номер 28 г. Тольятти.
Нет! У меня нет никакой ностальгии. Это была очень неинтересная, закрытая и слишком идеологизированная страна.
Но в ней не было вице-премьеров с состоянием в 200 миллионов долларов, льющих крокодиловы слезы по миллионам обездоленных соотечественников.

Брежнев был дурак. Андропов — сволочь. Черненко — труп. Они все талдычили одно и то же. Про социализм как передовой строй. Про враждебное окружение. Про неизбежную нашу победу и т.д.
Но в телевизоре не было ничего хоть близко напоминающего нынешних заплошных истеричек. Не было вот этой апокалептической интонации. Не было выпученных глаз и вспухших жил. Не было такой агрессивности и очевидной жажды крови.
СССР — за мир во всем мире. Мы никогда не нападем первыми. Мы это знали и в это верили. СССР подписывал договора с США. И все знали: эти договора будут выполнены. Иначе зачем их подписывать? СССР имел прекрасную кредитную репутацию вплоть до падения цен на нефть в 1986 году. Ему верили. Ему легко давали любые деньги взаймы.
К чему я это все? Да к тому, что по степени истерии и агрессивности, которой сейчас напитывается российское общество, по степени оголтелости общественного мнения — нынешняя Россия совсем не похожа на поздний совок.
Там еще были люди, с которыми власть должна была считаться: ученые, писатели, музыканты, режиссеры. Сейчас таковых уже нет… Любого легко скрутят в бараний рог. И общество даже не спохватится: а куда делся этот самый N?

Никаких новых лиц. Строго по списку: Кобзон, Пугачева, Леонтьев, Валерия, Газманов. Далее по значимости: Спиваков, Башмет, Гергиев, Табаков, Нетребко.
Пройдет еще двадцать лет. Пластическая хирургия достигнет новых высот. Кобзона будут выносить на сцену. Но ничего не поменяется. Канонизированные деятели искусства останутся при своих эфирах, а все новое не уйдет в андеграунд (как это было в годы застоя), новое будет петь все те же песни. Ремейки ремейков. Старые песни о главном-25.
Мы все были ироничны. Мы все смеялись над совком и были уверены, что нашему поколению уж точно сделана от него прививка.
Но вот же какова ирония судьбы: мы живем в такое время, когда даже Геббельс бы покраснел от уродства, хамства и омерзительности нашего агитпропа. Даже Геринг бы постеснялся жить в замках, которые понастроили себе нет, не бизнесмены, — чиновники! Даже Гитлер не смог бы заставить себя нести абракадабру по «сакральность» какой-либо территории как повод для экспансии.

Совок был плохо скроен, да крепко сшит. Его строили крестьяне. Сверху до низу крестьяне. Начиная с Хрущева и Брежнева и кончая последней старухой в нечерноземной деревне. Совок был (давайте называть вещи своими именами) — мелкобуржуазным представлением об идеале. Жигуль, трехкомнатная квартира, стенка «Хельга», дача 6 соток. Он был примитивен и туп. Он был по своему жесток. Как бывают жестоки деревенские жители к чужаку или городскому умнику.
Но он не был так подл и лицемерен как нынешняя Россия! Он не был гнусен. Во всяком случае тот совок, в котором жил я.
И вот какой мой вывод. Нынешняя Россия — это представление об идеале вертухая. Кума. Начальника зоны. Вот чем вертухай отличается от крестьянина, тем нынешняя Россия отличается от совка.
Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..