воскресенье, 9 августа 2020 г.

Жизнь, прожитая так, чтобы «не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы»…

 

Жизнь, прожитая так, чтобы «не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы»…

Прошел месяц со дня ухода Анатолия Рохваргера – доктора технических наук, профессора, 

Президента International Emigre Association of Arts and Sciences

Есть только два способа прожить свою жизнь.

Первый — так, будто никаких чудес не бывает.

Второй — так, будто все на свете является чудом.

Альберт Эйнштейн

 С этой цитаты начинается историческая драма — книга моего папы «Пятикнижие чудес советских евреев».

Начну с первого четкого моего понимания, что у меня есть папа-чудо -защитник. В детстве летом родители ездили в отпуск на Черное море и часто брали меня с собой. Одно из первых ярких воспоминаний — мне 6 лет, мы с мамой и папой отдыхаем под Одессой. Я — маленькая кокетливая девочка. В один из дней родители со своими друзьями решили пойти на танцы. Родители взяли меня с собой. Надо сказать, что моя мама Зина и мой папа Толя познакомились на танцах во время отдыха в Крыму.

Фото: мама Зина и папа Толя танцуют на дне рождении дочери Тины
Фото: мама Зина и папа Толя танцуют на дне рождении дочери Тины

Оставшись одна за столом, немного освоившись, я вскакиваю и иду танцевать. Помню, что выпившие мужчины начали заигрывать со мной. И вдруг ко мне подходит папа, резко берет за руку, ведет к столу и сажает на стул.  При этом строго говоря: «Девочки себя так не ведут!». Я не поняла – как себя должны вести девочки, но запомнила это первое яркое выступление папы — защитника моего женского достоинства. Папа с детства всегда в полушутку говорил маме: «Hа Тину надо одевать паранджу, чтобы мужчины не засматривались». Всю мою юность он говорил мне, что я наивная и даже инфантильная, рассказывая мне о том, как должен себя вести достойный мужчина и как себя должна вести девушка.

Все детство папа просил меня идти спать в 9 часов вечера и единственно, почему я слушалась, это потому что обещал почитать мне перед сном. Вообще его фразу “Тина, надо слушаться” я четко помню. Сказки я особо не любила, кроме “1001 Ночи”, а очень любила, когда папа сам сочинял истории, чтобы я была одним из героев. Потом, когда родился мой сын, я тоже сочиняла сказки с его участием.

Я обожала слушать и очень расстраивалась, когда он говорил мне: “Ну все, теперь пора спать!” И медленно, поцеловав меня почему-то в лобик, уходил из комнаты. Папа первый прочел мне книгу Антуана де Сент-Экзюпери “Маленький принц”, которую я тогда поняла плохо, но он мне  доходчиво объяснил, что самое главное в жизни – любовь. Фразу «Мы ответственны за того, кого приручили» я запомнила на всю жизнь.

Еще я очень любила книгу Киплинга о Маугли, которую мне тоже прочитал папа, но из-за этой книги я всю жизнь боюсь змей. И вот, лежа в своей комнате на 9 этаже московской квартиры, я представляла, что как Маугли лежу на земле, а вокруг меня в джунглях кишат змеи. Однажды, сама себя так напугав, я сильно заплакала. В комнату вошел папа и спросил: “Почему я плачу?”. Объяснить я не могла, но ревела навзрыд. Тогда он взял меня на руки, поднес к окну и начал показывать звезды на небе… Я успокоилась и вскоре заснула.

Образ моего папы — это образ черноволосого, стройного мужчины с прямой спиной, всегда сидящего за письменным столом и пишущего, то технические книги, то статьи в журналы, а то докторскую диссертацию…

Фото: Анатолий Рохваргер доктор технических наук и профессор за письменным столом
Фото: Анатолий Рохваргер доктор технических наук и профессор за письменным столом

Он и мне не давал сутулится, каждый раз выправлял мою осанку, тыкая пальцем в спину, за что я благодарна всю жизнь. Где бы он не жил, его письменный стол должен был стоять лицом к окну, поэтому заходя в комнату можно было всегда видеть его прямую спину.

У папы было три любимых вида спорта, которыми он занимался как любитель. Это плаванье, теннис и шахматы. Всю жизнь ходил плавать в бассейн и даже за полгода до ухода, в свои 82, он по воскресеньям ездил в бассейн, только плавал уже медленно и мало по времени.  Я помню в Москве, когда меня спрашивали одноклассники где мой папа вечером я отвечала “Буль буль карасики”.  Откуда эта фраза я не знаю, но это значило, что он плавает в бассейне. Иногда он брал меня с собой. Здесь, в Нью-Йорке, летом папа ездил на Брайтон купаться в океане тоже по вечерам…

В теннис играл, как мне казалось, очень хорошо. Но всегда говорил – «Я -просто любитель» и добавлял «это интеллигентный спорт, который хорошо физически развивает и активизирует тело человека». На просьбы мамы научить меня играть в теннис, он особо не откликался… В теннис я играть толком не умею.

В шахматы папа меня научил играть, но, по его мнению, надежд я не подавала… Но зато настоял, чтобы мой сын — его внук Джеффри (Фима) умел играть и с удовольствием играл с ним. За неделю до ухода, в больнице, они с Джеффри начали партию по телефону. Но эту партию им доиграть уже не удалось…

Фото: gапа Анатолий и маленький Джеффри ( Фима) играют в шахматы
Фото: папа Анатолий и маленький Джеффри ( Фима) играют в шахматы

Папа научил меня плавать и кататься на коньках. Причем никогда со мной не церемонился в отличии от мамы. Он ставил меня на лёд или буквально бросал в соленое море и говорил спокойно, а теперь езжай или плыви дочка. И я ехала и плыла, а папа одобрительно наблюдал издалека. Падать или тонуть я начинала тогда, когда появлялась мама и начинала удивляться тому, что у меня так хорошо получается.

Так и было в моей жизни — выучив и направив меня во взрослую жизнь папа в эту жизнь особо не вмешивался и не принимал за меня никакие решения. Он давал советы только тогда, когда я его действительно спрашивала, и защищал мои интересы только тогда, когда я его об этом просила. Так же он мне советовал воспитывать сына. Слышу его слова “Тина, твое дело помочь Джеффри с получением образования, а дальше это уже будет его выбор.”

Папа Толя был тем человеком, который знал ответ на любой вопрос, чтобы и кто его не спросил… Мама всегда говорила, что он ходячая энциклопедия и всегда спрашивала: «Толя! А откуда ты знаешь?». В лет 14 папа меня подвел к нашей домашней библиотеке и сказал: «Вот книги. Их надо читать. Книги развивают человеческое воображение и мышление». И я начала читать все, что стояло на полках. Почему-то начала со взрослых романов о любви и не только. И когда в 15 лет я с волнением прочитала купринскую «Яму» папа, узнав об этом, ругал меня —  это еще мне читать рано. Я благодарна папе, что с детства уже понимала — человек развивается через книги…

Папа на своем примере мне показывал, что знания — это великая сила. Так же я благодарна папе что он меня научил быть стойкой. Когда я падала на коньках он говорил “ничего, вставай и беги дальше», когда захлебывалась в воде – «выплюнь воду, вздохни, ручками взмахни и плыви»…

Фото: дочка Августина с книгой папы «Пятикнижие чудес советских евреев»
Фото: дочка Августина с книгой папы «Пятикнижие чудес советских евреев»

Когда я заболевала именно папа меня лечил и давал таблетки, так как мама в этот момент почему-то всегда терялась.

Папа Анатолий был очень скромным человеком. Но он четко знал себе цену и цену того что он делал в мире науки.  Из-за еврейской фамилии Рохваргер, неординарного ума, глубоких знаний и четких морально-этических принципов папе не легко давалась карьера в бывшем Советском Союзе. Папа  никогда не был подхалимом, у него всегда было свое видение ситуации, да и работал всю жизнь не ради денег, а ради высшего смысла приносить пользу этому миру через свои научные открытия, труды, книги…  Сейчас много пишется о том, что такое любовь к себе так вот у папы Анатолия Рохваргер любовь к себе и была оплотом всех его достижений. Он никогда ничего никому не доказывал о себе, но четко знал ниже какой планки он опускаться не может, не хочет, не сможет…

Казалось, что все материальное папу не волновало. Выросший без мамы (папина мама ушла в мир иной, когда Толе было 13 лет), в честь которой он меня назвал Августиной, папа вырос в достатке — дедушка Ефим Лазаревич Рохваргер в Москве был очень большим начальником и тоже ученым,  дважды Лауреатом Ленинской премии.

Семейное фото Дедушка Ефим Рохваргер папа Анатолий мама Зинаида и маленькая дочка Августина ( Тина)
Семейное фото Дедушка Ефим Рохваргер папа Анатолий мама Зинаида и маленькая дочка Августина ( Тина)

Однако папе Толе было глубоко без различны одежда, часы, машины… Для него главное — чистая рубашка и галстук. Он ходил в одной одежде до тех пор, пока мама, говоря что Кандидату наук а потом Доктору наук неприлично ходить в одном и том же, тащила папу в магазин где и покупалось ему новые, служившие десятилетиями вещи. Так было в Москве и потом в Нью Йорке. Однако он всегда выглядел очень презентабельно и всегда в галстуке.  Потом, с возрастом, уже в Нью-Йорке папа полюбил носить бабочку. У папы Толи никогда не было машины, но всегда были водительские права. Никогда никуда не спешив, папа Толя всегда всюду приходил вовремя. У папы была очень четкая внутренняя дисциплина, которую он воспитал в себе сам.

Помню папу, приезжавшего домой в Москву из отпуска с юга. Он входил в дом после самолета загоревший и очень красивый. И я всегда думала, что вот такой вот внешностью должен обладать мой будущий муж. Так создался у меня внешний имидж мужчины моей мечты. Одним словом, папа всегда был достойным красавцем.

Фото: Анатолий Рохваргер - молодой кандидат наук
Фото: Анатолий Рохваргер — молодой кандидат наук

А ещё папа имел изысканный вкус к еде. Мне приятно было, что он с таким же удовольствием как и я, ел устрицы и разные морские продукты в ресторанах, хотя дома у них с мамой всегда была простая “московская “еда, где главным блюдом является ЧАЙ. Также папа не признавал рестораны без скатертей, какими вкусными они не были. Если без скатерти — папа называл такое заведение харчевней.

Я уже говорила, что папа всегда работал дома по вечерам и часто по выходным. В часов 9 он садился в кресло и читал газету от корки до корки. В Москве это была газета «Правда», а в Бруклине «Еврейский мир» и «Вечерний Нью-Йорк».  Пропускал всю информацию через себя, осмысливал. Собеседнику сообщал уже свою точку зрения,  очень часто совсем не совпадавшую с газетной.

Когда я готовилась к вступительным экзаменам в Московский финансовый институт, папа взял отпуск за две недели до экзаменов. Он развесил по всей нашей квартире в Москве карты и рассказывал мне географию мира и бывшего Советского Союза. Названия угольных шахт Ткибули и Ткварчели, а также точки магистрального экспортного газопровода Уренгой-Помары-Ужгород я запомнила на всю жизнь. В институт я поступила и в этом была большая заслуга его – моего Папы.

Папа учил меня всей своей жизнью ко всему подходить ответственно и творчески. Сам он хорошо рисовал и учил меня рисовать, у него был музыкальный слух, он хорошо знал классическую музыку, они с мамой  всегда ходили на концерты, в оперу или на балет.  Поэтому я училась в музыкальной школе, а дома  занималась на старинном пианино с подсвечниками, которое чудом удалось вывезти из Ленинграда перед блокадой из квартиры папиных родственников.

Фото: эскиз арки для постройки в Иерусалиме нарисованный папой Толей
Фото: эскиз арки для постройки в Иерусалиме нарисованный папой Толей

Папа говорил, что надо находиться в кругу интеллигентных и обязательно добрых людей. Это теперь мы знаем, что если хочешь изменить свою реальность, надо изменять свое окружение. Он понимал это всегда и любил интеллигентных, образованных, творческих людей, которые также, как и он, старались изменить этот мир к лучшему.

Однако папа Толя всегда сторонился больших сборищ и не любил общественные мероприятия. Он говорил: «Стадное чувство мне не присуще». Не любил демонстрации и толпу. Однажды объяснил, что чуть не погиб, когда по дури со всеми пошел на проводы царя — так он называл Сталина. И что там люди наступали друг на друга и что этого Страшного опыта ему хватило на всю жизнь. Он тогда понял, что столпотворения людей, одержимых идеями, приводят к хаосам и беспорядкам и что у людей в толпе отключается сознание и теряется индивидуальность. Я как и мой папа сильно не люблю толпу.

Папа приехал в Америку в 54 года. За год до отъезда он выучил английский язык так что его словарный запас был очень общинным, а особенно если это касалось технических терминов.  Папа писал и говорил по английский конечно с акцентом, но когда речь заходила о проектах над которыми он работал, то преображался и казалось, что английский его первый язык. В Москве он был начальником, доктором техническим наук  — его знали и признавали как ученого.  Приехав сюда в разгар лета 1991 года, он написал резюме на 4 страницах все-все о себе. Друзья и родственники говорили ему что резюме надо сократить до 2 страниц. Он кивал головой и продолжал посылать резюме на 4-х страницах. В скором времени он по почте получил сотню отказов с одним и тем же объяснением (тогда еще организации объясняли почему не берут), что не могут его взять, так как он Overqualified — в переводе на русский Сверхквалифицированный работник. Папа не хотел идти работать под начало молодых специалистов.

Уезжая из бывшего Советского Союза, папа принял чёткое решение начать все с начала и больше никогда за 29 лет не возвратился в страну, где чувствовал по отношению к себе антисемитизм. Как бы трудно ему не было в Нью-Йорке, он всегда продолжал идти вперёд и никогда не смотрел назад.

Поняв, что работа та, которой он достоин ему не светит, папа начал искать инвесторов для своих патентов. Патенты эти имеют мировое значение и теперь я понимаю, что папино видение и мировоззренческие решения, а также интеллектуальная собственность опережали своё время и по форме и содержанию. Подтверждением являются успешные американские бизнесмены, которые готовы были вкладывать финансовые и другие ресурсы в папины проекты.

У папы балы удивительная черта — он всегда добивался своего как бы тяжело ему это не давалось и при этом не бился в те же самые закрытые двери, он искал и находил новые двери и их открывал. Еще папа не переносил врунов он их чувствовал на расстояние и всегда быстро разоблачал, даже если со стороны казалось самому себе во вред.

Папа Анатолий всегда понимал, что один в поле не воин и всегда работал в паре с другими учеными и инверторами, которых называл соавторами. В итоге под его и совместные с соавторами патенты были созданы лаборатории, в которых проводятся исследования и разработки в Rutgers и Polytechnic Университетах.

В 16 лет молодой человек начал писать глубоко осмысленные стихи о жизни.   Позже — ко всем датам и дням рождения друзей и родственников. И сегодня мама соединила эти рукописи в толстый альбом, а у людей которым эти стихи посвящались сохранились копии, переписанные тщательно красивым аккуратным почерком и с любовью моей мамой Зиной.

В конце 2015 года в издательстве MIR Collection, New York вышла в свет первая художественная книга Анатолия Рохваргера «Пуримшпиль Эренбурга и шесть чудес советских евреев», которую он писал 5 лет.  Успех этой книги и добрые пожелания её читателей и рецензентов побудили папу подготовить новую книгу — «Пятикнижие чудес советских евреев».

Мы вместе выбирали это святое название книги. И я дала себе слово, что не только помогу издать эту книгу, но и буду помогать в ее распространении и переводу на английский язык, так как считаю эту книгу очень ценной для понимания жизни советских евреев и того, что значит быть преданным еврейству. В «Пятикнижие», наряду со многими уточнениями и дополнениями по всему тексту, папа значительно изменил структуру и смысловую концепция.

Фото: папа Толя рассказывает о своей книге "Пятикнижие чудес советских евреев"
Фото: папа Толя рассказывает о своей книге «Пятикнижие чудес советских евреев»

Папа Анатолий Рохваргер всю жизнь стремился открывать что-то новое, он писал диссертации, книги, доклады, патенты и он всегда находил время, чтобы обогащаться знаниями и расширять свой кругозор, изучать науки и философии. А потом делится своими накопленными глубокими знаниями с людьми

Как я уже писала, сколько я себя помню мой папа всегда любил рассказывать мне уже структурированные истории, а потом такие же долгие интеллектуальные разговоры он вел с детства с моим сыном и его единственном внуком Джеффри. А уж, когда разговор заходил о его патентах, которые имеют мировое значение или о книге, написанной им, то глаза папы загорались, и он начинал действительно РАССКАЗЫВАТЬ так, что в какой-то момент мы с мамой даже начали называть его сказочником.

Анатолий Рохваргер автор 198 статей, более 120 докладов и сообщений на различных научно-технических конференциях и семинарах. Им также написаны и изданы три массовые брошюры, учебник для техникумов-колледжей, и четыре книги в области технической и строительной керамики. Он спроектировал крупнейший в мире завод радио- и электронной керамики и разработал шесть новых керамических материалов, пять промышленных продуктов, и четыре оригинальные технологии, включая участие в создании революционной технологии скоростного однорядного конвейерного обжига керамической плитки для стен и полов.

Работая в Нью-Йорке, мой папа получил семь американских патентов. Им (вместе с соавторами) изобретены и разработаны две революционные технологии: 1. керамических контейнеров для безопасного тысячелетнего хранения отработанных топливных стержней атомных электростанций и 2. многожильной электрической проволоки из сверхпроводящей керамики. Кроме того, изобретены схема и параметры работы завода-автомата по обеспечению городских жителей «чистой» и дешёвой электроэнергией и производству полезных продуктов путём полной переработки несортированных бытовых отходов и строительного мусора этих же жителей.

Я могу еще много писать о папе Анатолии Рохваргере и его заслугах перед человечеством.

И, конечно, вы уже понимаете, что папа был достойным и любящим мужем моей мамы Зины. Папа очень любил меня и своего внука Джеффри.

Анатолий и Зинаида Рохваргер справляют новый год с дочкой Тиной и внуком Джеффри (Фима)
Анатолий и Зинаида Рохваргер справляют новый год с дочкой Тиной и внуком Джеффри (Фима)

Я благодарна творцу, что у меня именно такой папа Анатолий Ефимович Рохваргер и всему, чему он меня научил на своём примере. Папа был  неординарным добрым интеллигентным очень мирным и глубоко порядочным человеком. Он был очень талантливым и мудрым человеком.

Однако главное, наверное, то что папа Толя был человеком который верил своей мечте, и хотя не был религиозным по форме человеком, но свои мысли он отдавал небу и был предан еврейству, а на земле строил свой “храм” в своем темпе кирпичик по кирпичику.  Папа Анатолий Рохваргер был один в своем роде, а значит не победим!

Анатолий Рохваргер посвятил свою жизнь мечте и верил в чудо! Он прожил  свою жизнь так, будто все на свете является чудом как в цитате Эйнштейна.

Мою сильную энергетическую связь с папой нельзя объяснить или потрогать, а главное нельзя разорвать. Мы с папой всегда друг друга понимали, даже когда были не согласны друг с другом. Он ушёл в мир иной, а я продолжаю с ним говорить и конечно любить его, и тоже, как и папа, творчески строю свою жизнь кирпичик за кирпичиком.

Августина Рохваргер

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..