вторник, 28 февраля 2017 г.

Все предельно ясно.

Да: Очень серьезно!!! А мы еще думаем: ''Что делать'' и ''Кто виноват''?  Все предельно ясно.
Picture

  Журналист и фоторепортер
Столь высокого рейтинга 10-й канал израильского телевидения не достигал с момента своего основания - даже реалити-шоу «Выживание» не привлекло столько зрителей, сколько документальное кино журналиста Цви Иехезкели. Завершающая, четвертая часть фильма «Аллах ислам» еще не вышла в эфир, а телекомпании нескольких зарубежных стран, включая Россию, Бельгию и Швецию, уже вели переговоры относительно его покупки.

Левые израильские СМИ не стали дожидаться финала: они обрушились на авторов фильма с сокрушительной критикой на другой же день после показа первой серии. Но душераздирающие вопли «правозащитников» лишь подогрели интерес зрителей к теме, углубляться в анализ которой позволяет себе разве что министр иностранных дел Авигдор Либерман: нашествие мусульман в страны Западной Европы в целях превращения ее в часть всемирного халифата.

Нет, я не утрирую: именно эту цель ставят перед собой персонажи документального повествования-«экшн», съемки которого велись во Франции, Англии, Швеции, Бельгии, Голландии и других европейских странах. О халифате мусульмане говорят столь же буднично, как американцы - о вышедшей на финишную прямую президентской гонке.

Разоткровенничаться перед видеокамерой исламистов побудил израильский тележурналист и комментатор. В ходе рискованной командировки в логово окопавшихся в Европе джихадистов Цви Иехезкели, в совершенстве владеющий несколькими диалектами арабского языка, выдавал себя за… палестинского репортера! И тут же завоевывал доверие иммигрантов, большинство которых - представители четвертого (вдумайтесь!) поколения мусульман, пустивших корни в сердце западной цивилизации.
Picture
«Это - хевронская куфия, а это - так называемая арафатка», - замечает Иехезкели, укладывая в дорожную сумку клетчатые головные платки. В Европу можно лететь на отдых или за покупками, а можно и ради подготовки журналистского расследования.

Смотришь документальную эпопею Иехезкели - и содрогаешься: многие заповедные уголки Европы сегодня больше походят на города арабского Ближнего Востока. Районы компактного проживания мусульман занимают огромную площадь. Европейским здесь остается только климат с четырьмя (а не двумя, как в нашем регионе) временами года.

Лидеры крупнейших стран Европы стали осознавать, что «спящие» террористические ячейки обосновались у них под окнами и готовы «проснуться» в любой момент, лишь после американской трагедии 11/9 и последовавших за ней террористических атак в Лондоне, Мадриде и Стокгольме. 

Молельные дома или террористическое подполье?

Магнус Нурель, ведущий шведский специалист по вопросам разведки, дает израильтянину Иехезкели адрес мечети: на проповедях в стенах этого богоугодного заведения звучат открытые призывы к джихаду.

В сопровождении оператора Иехезкели отправляется по указанному адресу. «Палестинских» журналистов впускают в мечеть без особых проблем: свои! На книжных полках просторного холла - брошюры, призывающие к войне с «неверными». Шведы не умеют читать по-арабски. С их точки зрения, мечеть - аналог церкви или синагоги, молельный дом. Но именно в этой «божьей обители» имамы изо дня в день индоктринируют будущих фанатиков-террористов, готовых принести себя в жертву во имя мирового господства ислама.

Подростки-мусульмане приглашают «палестинского» журналиста в гости. Скромная квартира. Мать юношей одета по-европейски, но языком страны, в которой живет уже много лет, она не владеет: ей легче говорить по-арабски.

«Кем ты мечтаешь стать, когда вырастешь?» - спрашивает Иехезкели сына женщины-иммигрантки.
«Моя мечта - джихад!» - чеканит юноша, и его лицо озаряет мечтательная улыбка.
Picture
В британском городке Лутон израильтянину Иехезкели удается пройти в громадную мечеть, построенную в конце 80-х иммигрантами из Пакистана.

«В свое время, приняв решение перебраться в Англию, многие мусульмане учили английский язык, - замечает автор фильма. - Однако дети и внуки первых иммигрантов сознательно избрали прямо противоположное направление: в тысячах вечерних частных школ и кружков они прилежно учат арабский язык и штудируют Коран. Четвертое поколение иммигрантов-мусульман сказало «нет!» западной цивилизации».

В монументальном здании Исламского центра в Лутоне Иехезкели интервьюирует молодого мусульманина, который с гордостью заявляет: «Ислам сегодня везде: мы 24 часа в сутки ведем активную деятельность во имя создания всемирного халифата - и мы победим».

В Брюсселе израильский журналист знакомится с членами радикальной исламистской группировки. Поначалу они предлагают своему «палестинскому» гостю присоединиться к намазу. К аллаху исламисты взывают с многоярусной автостоянки. Затем «палестинца» ведут к футуристическому сооружению Атомиум - брюссельскому аналогу Эйфелевой башни.

«Когда в этой стране вступят в силу законы шариата, бельгийцам придется изрядно потесниться, а затем и вовсе убраться отсюда», - обещает один из активистов исламистской организации «Шариат для Бельгии» (штаб-квартира европейского движения находится в Лондоне).

В ходе беседы с Абу Фаресом, членом организации «Шариат для Бельгии», Иехезкели вскользь упоминает Усаму Бин Ладена.
«Кто я такой, чтобы посметь говорить о шейхе Усаме бин Ладене?! - восклицает Фарес. - Шейх Бин Ладен - шахид, он святой!».
«Четвертое поколение иммигрантов-мусульман готовится к джихаду, - констатирует Иехезкели. - Именно это поколение и представляет собой часовую бомбу, заложенную в Европе».

Без британской чопорности и французской галантности

В Лондоне израильскому журналисту удается выйти на шейха Анджима Худари, главу местных исламистов, подозреваемого властями в подстрекательской деятельности. В интервью «палестинскому» журналисту Худари говорит то, чего никогда не сказал бы корреспондентам британских СМИ:
«Для нас одиннадцатое сентября - основа основ.  После одиннадцатого сентября мусульмане всего мира вернулись к своим корням и погрузились в изучение Корана».

Катастрофа надвигается и на Францию.  Согласно официальной статистике, мусульмане составляют от 5 до 10% населения этой страны, но точное их число (попробуй сосчитать нелегалов!) не установлено.

Джамаль, тренер школьников из Марселя, с нескрываемой грустью замечает: после мегатеракта в США репутация европейских мусульман оказалась подмоченной. Их имидж серьезно пострадал. К ним стали относиться подозрительно, а они - в ответ на эту подозрительность - еще больше сплотились в своей ненависти к европейцам.

«Представители четвертого поколения, родившиеся и выросшие во Франции, категорически отказываются признавать себя французами, - объясняет один из соседей Джамаля. - Но возвращаться в Алжир или Марокко они не намерены. Напротив, их цель - заявить о себе как о будущих хозяевах Европы!»

Мохаммед Мрах из Тулузы, ликвидированный в марте этого года в ходе штурма его дома спецподразделением французской полиции, - первый террорист, родившийся во Франции, напоминает Иехезкели. Прошедший обучение в лагере афганских талибов Мрах застрелил в Тулузе раввина Йонатана Сандлера, двоих его сыновей (3-х и шести лет) и 8-летнюю дочь директора школы «Оцар ха-Тора». В беседе с полицейскими Мрах выразил сожаление лишь о том, что ему не удалось уничтожить еще больше еврейских детей.

«Мы никогда не остановимся, - говорит в интервью Иехезкели один из членов ячейки бельгийских исламистов. - Нас не устрашит ни тюрьма, ни даже смерть: ведь мы погибнем «шахидами»!»

Когда у мусульманина, выкрикивающего на Трафальгарской площади или на Елисейских полях призывы к джихаду и созданию халифата, есть лицо и фамилия, когда он обращается к тебе с экрана телевизора, возникает эффект присутствия. В доверительных диалогах с «палестинским» журналистом европейские идеологи джихада утрачивают элементарную бдительность - на зрителя накатывает реальность!

«Даже свобода слова уже не является в Европе чем-то само собой разумеющимся, - подчеркивает Иехезкели. - Все основополагающие ценности западной демократии отвергаются и пересматриваются».

Ничего не видим, ничего не слышим…


Мэры многих европейских городов продолжают искать причины радикализации ислама в высоком уровне безработицы, особо остро ощущающейся в кварталах бедноты, и в сопутствующих безделью социальных проблемах. Религиозный фанатизм и антисемитизм занимают полицию в последнюю oчередь.

Преступления на националистической почве в двадцать первом веке? Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!

Факты тем временем свидетельствуют о совершенно иных процессах в джунглях мусульманских кварталов, не связанных ни с безработицей, ни с бедностью. После того как в Бельгии был принят закон, запрещающий женщинам-мусульманкам носить чадру, здесь вспыхнула настоящая интифада.

Мусульмане шли на демонстрации с железными прутами, забрасывали полицейских камнями, жгли автомобили патрульных и рядовых граждан.

В кадре - крупным планом: «Нам не нужна ваша фальшивая демократия, - орут участники антиправительственной демонстрации. - Аллах акбар!»

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..