Заблуждения о войне с Ираном
Активная фаза боевых действий в «войне» с Ираном длилась около 40 дней — значительно меньше, чем семимесячная бомбардировочная кампания Барака Обамы в Ливии в 2011 году, проведённая без одобрения Конгресса.
Несанкционированные 78 дней бомбардировок Сербии при Билле Клинтоне в 1999 году наносили удары по мостам, школам, больницам, памятникам и электростанциям — гораздо более неизбирательные цели, чем всё, что мы пока видели в войне с Ираном.
Но в этой запутанной и продолжающейся драме по-прежнему циркулирует множество вымыслов и искажений.
– Ормузский пролив был открыт до войны, а теперь закрыт — значит, война провалилась?
Пролив был открыт потому, что умиротворённый Иран не имел причин его закрывать — ведь ни одна страна в мире не осмеливалась положить конец его ядерным амбициям по доминированию на Ближнем Востоке, финансированию антизападных террористов и угрозам Европе и США.
Поэтому суть проблемы всегда заключалась в том, чтобы разоружить Иран, а затем справиться с его неизбежной отчаянной стратегией — перекрытием пролива.
– Соглашение Трампа будет просто копией прежней ядерной сделки Обамы с Ираном?
Обама вел переговоры с позиции крайней слабости. Иран справедливо полагал, что Обама будет предлагать бесконечные уступки и деньги, никогда всерьёз не рассматривая применение силы.
Неужели Обама действительно считает, что Иран в 2015 году был сильнее, чем сейчас — после 40 дней интенсивных бомбардировок со стороны США, Израиля и стран Персидского залива?
Трамп ведёт переговоры с обанкротившимся Ираном, с обезвреженной армией, с волнениями на улицах, с ослабленным режимом и с осознанием того, что США в обозримом будущем могут делать с разрушенным Ираном всё, что сочтут нужным в военном плане.
– США лишены союзников и стратегически изолированы в этой войне?
Во время войны произошло немыслимое: Израиль фактически стал союзником арабских монархий Персидского залива. Помимо нескольких государств-изгоев и арабских террористических прокси — ослабленной «Хезболлы», разгромленного ХАМАС и настороженных хуситов — у Ирана нет ни одного союзника.
Ни Китай, ни Россия не оказали Ирану значительной помощи, кроме спутниковых данных и некоторого контрабандного снабжения. Оба утратили свои прежние позиции среди клиентов на Ближнем Востоке, которые глубоко возмущены тем, что те встали на сторону персидских шиитских теократов против арабских поставщиков нефти и покупателей оружия.
У Израиля больше боевых самолётов, чем у Великобритании, Франции и Германии. У монархий Персидского залива — тоже. И Израиль, и государства Залива осуществляли бомбардировочные вылеты против Ирана. Вероятность арабо-израильского сближения после войны выше, чем была до неё.
– Война расколола Республиканскую партию, обеспечила демократам уверенную победу на промежуточных выборах и поставила под угрозу победу республиканцев в 2028 году?
Антисемитизм, неоизоляционизм и конспирологические теории уже стали отличительной чертой отпавших от мейнстрима критиков. Но почти все новые критики MAGA потеряли доверие республиканцев и всё чаще либо зеркально повторяют позицию левых в духе Never Trump, либо скатываются к нигилизму уровня Ника Фуэнтеса.
Трамп может потерять места в Палате представителей и/или Сенате на промежуточных выборах — как это происходило в 38 из 41 таких выборов со времён Гражданской войны.
Однако до выборов остаётся ещё более четырёх месяцев. Если Трамп удержит пролив открытым — будь то силой, переговорами или их комбинацией — цены на нефть, вероятно, снизятся к ноябрю благодаря росту мирового производства.
Если Иран будет лишён способности представлять серьёзную военную угрозу региону и миру и будет вынужден принять американские условия, то республиканцы могут подойти к ноябрю с вполне конкурентными позициями.
– Война с Ираном стала предательством принципа MAGA о недопустимости «вечных войн»?
Второе вмешательство против Ирана, последовавшее за первоначальными ударами в июне 2025 года, безусловно, было выборочным и превентивным шагом. В этом смысле оно похоже на ликвидации Сулеймани и Багдади в первый срок Трампа, уничтожение ИГИЛ и ответ на атаку группы Вагнера.
Тем не менее, на территории Ирана по-прежнему нет наземных войск. Потеря 13 солдат, хотя и трагична, меньше, чем обычный уровень смертности от несчастных случаев в армии за две недели.
Есть высокая вероятность, что менее шести недель активных бомбардировок дали гораздо больше, чем 20 лет в Афганистане и десятилетие в Ираке — при значительно меньших человеческих и финансовых затратах.
Ключ к переговорам о завершении войны — всегда помнить, что иранский режим — его теократы, Корпус стражей исламской революции, военное руководство и избранные чиновники — не имеет истории правдивости и соблюдения подписанных соглашений.
Поэтому единственный способ обеспечить выполнение уступок — это применять несоразмерную силу каждый раз, когда Иран неизбежно нарушает условия перемирия.
Виктор Дэвис Хэнсон
Перевод Алекса Левина
Комментариев нет:
Отправить комментарий