воскресенье, 9 апреля 2017 г.

КТО ЖЕ АВТОР?



«Под небом голубым…»: Вы точно знаете кто автор?

 Под небом голубым есть город золотой 
   С прозрачными воротами и ясною звездой, 
   А в городе том сад, все травы да цветы, 
   Гуляют там животные невиданной красы: 
   Одно, как желтый огнегривый лев, 
   Другое вол, исполненный очей, 
   С ними золотой орел небесный, 
   Чей так светел взор незабываемый. 
   А в небе голубом горит одна звезда. 
   Она твоя, о ангел мой, она твоя всегда. 
   Кто любит, тот любим, кто светел, тот и свят, 
   Пускай ведет звезда тебя дорогой в дивный сад. 
   Тебя там встретит огнегривй лев, 
   И синий вол, исполненный очей, 
   С ними золотой орел небесный, 
   Чей так светел взор незабываемый.

Нет наверное того, кто хоть раз не слышал эту красивейшую песню. Вот тут 
например написано, что автор Булат Окуджава, а вот тут уже  Борис Гребенщиков,
а тут вообще Алексей Хвостенко
Как родился «Город», всегда было тайной. Даже сам БГ, впервые исполнив его в 1984 году
 на концерте в Харьковском университете, сказал, что не знает, кто написал эту песню. Существовало множество версий, но постепенно с музыкой определились: это старинная канцона некоего Франческо да Милано,
 дошедшая к нам из эпохи Возрождения. С автором стихов оказалось сложнее:
называли самого БГ, Алексея Хвостенко, известного в среде питерского «андеграунда»
 70–80-х годов прошлого века рок-барда, даже Елену Камбурову. А может быть, это Пушкин?
У него, кстати, есть романс «Под небом голубым», причем совпадает по размеру,
 рифме. Но это шутка. И вот несколько лет назад в результате почти детективного
расследования, проведенного Зеевом Гейзелем, известным в Израиле публицистом,
переводчиком, бардом, открылась поистине
удивительная и красивая история!
Даже  в программе «Что? Где? Когда?» тогда еще,  устами ведущего Ворошилова
 сообщила: «Все знают, что стихи к этой песне написал Борис Гребенщиков»
Однако: Сам Гребенщиков НИГДЕ не называл себя автором песни, в том числе
 — слов. Чаще всего (например) он называл таковым А. Хвостенко; еще чаще —
не называл никого
А началось все с одной из грандиознейших мистификаций XX века!


I.
Итак, начало 70-х. Фирма «Мелодия» выпустила пластинку «Лютневая музыка
 XVI–XVII веков», теперь уже легендарную, которая произвела настоящий фурор.
 Ее заслушивали «до дыр» и взрослые, и дети, и профессиональные музыканты,
 и обычные люди. Пьесы с этой пластинки стали музыкальным фоном множества
 радио- и телепередач и даже фильмов. И первым номером на ней была
 «Канцона», ставшая прообразом «Города золотого».
О ее авторе Франческо да Милано (1497–1543) в аннотации было сказано,
 что он один из выдающихся лютнистов, прозванный современниками-флорентийцами
«божественным» и разделивший этот неофициальный титул с «божественным»
 Микеланджело. Он служил лютнистом у Медичи, а позднее у папы Павла III,
создал множество канцон, фантазий и ричеркаров.


 Франческо да Милано

Но почему-то нашей «Канцоны» не нашлось в подробном папском каталоге произведений
 «божественного» Франческо, а специалисты считают музыку на пластинке не
 лютневой, а гитарной, а саму пластинку вообще профанацией! Даже не подделкой,
говорят они, ведь автор явно не ставил такой задачи.
А какую же тогда? И кто он?
На лицевой стороне обложки указана фамилия «Вавилов». Он исполнитель
 всех произведений на лютне, хотя в записи участвовали флейта, орган, валторна,
 даже меццо-сопрано. Увлекательное расследование установило,
что сам же Вавилов и сочинил все композиции! Кроме одной.
 «Зеленые рукава» — это настоящая старинная английская песня.
Владимир Вавилов был хорошо известен в 60-е годы как замечательный
гитарист-семиструнник, виртуоз и последний романтик русской гитары. Вдохновившись
 эпохой Возрождения и ее музыкой, он решил освоить старинную лютню, точнее,
лютневую гитару собственного изготовления
и где-то в 1968 году сочинил чудесные композиции в духе эпохи. Сначала
Вавилов начал играть их на своих концертах, предваряя исполнение
звучными ренессансными именами. Публика, в том числе искушенная,
 была в восторге. И тогда он осмелился издать пластинку! Названия композиций
(«Канцона», «Ричеркар» и так далее) и уважаемые авторы
 (Ф. да Милано, Н. Нигрино, В. Галилеи и другие) были для правдоподобия
 приписаны к сочиненным композициям произвольно, по собственным ассоциациям.
Сразу вопрос: зачем же он это сделал? Видимо, только так он надеялся
донести свои произведения до широкой аудитории и этим привлечь интерес
 к старинной музыке, да и к самой эпохе Возрождения. Это подтвердила дочь
 Владимира Вавилова Тамара: «Отец был уверен, что сочинения
 безвестного самоучки с банальной фамилией Вавилов никогда не издадут.
 Но он очень хотел, чтобы его музыка стала известна. Это было ему гораздо
важнее, чем известность его фамилии». И надо заметить, что смелая мечта
 осуществилась. За тридцать пять лет (даже больше), что прошло с тех пор,
 пластинка много раз переиздавалась и мгновенно расходилась,
 передаваясь по цепочке друзей, и до сих пор продолжает переиздаваться,
 теперь на CD. Ренессанс вдруг оказался очень близким, а его мелодии
 запоминались навсегда! Композиции под именами псевдоавторов вошли
 хрестоматии, учебные пособия, самоучители. Скольких авторов они напрямую
 или косвенно вдохновили на новые произведения! А Франческо да Милано
и Никколо Нигрино со товарищи неожиданно вновь стали знаменитыми, но уже в России.
Интересно, что чувствовал композитор, когда пластинка с его музыкой появилась
чуть ли не в каждой интеллигентной семье в СССР? И как жаль, что он
 чуть-чуть не успел услышать ту самую песню, которая благодаря Гребенщикову,
телевидению, фирме «Мелодия» и культовому фильму «Асса» (1987) полюбилась
 миллионам! Владимир Вавилов
умер в Ленинграде в 47 лет в марте 1973-го. В эти самые дни в Москве,
а вскоре и в Питере впервые зазвучали под звуки гитары слова:
«Над небом голубым…» Но все по порядку. Поистине, никогда не знаешь,
где прорастут зерна, важно — сеять.

Анри Волхонский


II.
Конец 1972 года. Ленинград. Наш следующий герой — 36-летний Анри Волохонский,
химик по образованию, но поэт-философ по призванию, «человек поистине
возрожденческого идеала». Шуточные пьесы и басни, проза и длинные
многофигурные поэмы, ирония и метафизика, венки сонетов и философские
трактаты, толкование Апокалипсиса и квазипереводы Катулла, Джойса,
книги «Зогар»… И при этом самиздат и единственное стихотворение в
журнале «Аврора» — типичная судьба поэта «бронзового века». Мифологический
 шлейф и вынужденная эмиграция в 1973 году…
Но до нее еще есть немного времени! А между тем вот уже месяц Анри не дает
покоя пластинка «Лютневая музыка XVI–XVII веков», оставленная кем-то из друзей,
а мелодия «Канцоны» и вовсе постоянно звучит в голове. Почему-то в памяти
стали всплывать знакомые места из Экклезиаста: Небесный Град Иерусалим,
его невиданные звери, символические библейские персонажи: орел, телец и лев.
И загадочный оборот «исполненные очей»…
Ноги сами привели поэта в мастерскую к его другу Акселю, где он за пятнадцать
минут «наиправдивейшего диктанта свыше» написал стихотворение,
начинавшееся со слов Писания: «Над небом голубым…», и назвал его просто: «Рай».



Его многолетний друг и соавтор, в творческом союзе с которым они написали порядка ста песен под именем АХВ, — Алексей Хвостенко наложил стихи Анри на канцону «Франческо да Милано» (так появилась первая редакция песни). Он же первым исполнил ее под гитару — своим знаменитым скрипучим и хриплым голосом, немного упростив припев на бардовский лад (именно из этого варианта исходил потом БГ). За зиму АХВ записали целую кассету с песнями на «старинные» мелодии с пластинки, и весной 1973 года «Рай» отправился в путь по «квартирникам» и магнитофонам Москвы и Питера. Вскоре оба — АВ и АХ — оказались за пределами страны с ярлыком «враг народа». Но, оставшись сиротой, песня продолжила жить, ее полюбили, пели. От кого-то ее услышала Елена Камбурова, от нее, уже с началом «Над твердью голубой…», — известный бард Виктор Луферов. Оба стали исполнять ее в своих вариантах.
Настоящие авторы уже определились, это Владимир Вавилов и Анри Волохонский. Осталось еще непонятно — все-таки над или под небом голубым? И еще очень хочется узнать, что это за «волшебное место», куда зашел Волохонский, где за 15 минут, как в алхимическом атаноре, рождаются шедевры?


III.
1976 год. Студия «Радуга» Эрика Горошевского (тогда еще студента у Георгия Товстоногова) была очень популярна среди питерских студентов и вообще среди молодежи. Долгое время у них была одна студия для записи с группой «Аквариум», они часто вместе записывались, репетировали. В 1974 году даже совместно поставили концептуальный спектакль-капустник «Притчи графа Диффузора», с которого и началась официальная история «Аквариума». И вот при полном аншлаге состоялась премьера легендарного спектакля «Сид» по пьесе драматурга XVII века Корнеля. По воспоминаниям, «там оказался в полном составе „Аквариум“», а один из них, «Дюша» Романов, даже играл в «Сиде» роль. В качестве музыкального сопровождения в спектакле звучала песня «Рай», но музыка была взята в первоначальном варианте, с пластинки. Видимо, Бориса Гребенщикова она глубоко «зацепила», ибо через восемь лет он все-таки включил ее и в свой репертуар.
Так БГ стал пятым исполнителем этой песни, уже в известной всем редакции.
Она получила название «Город», и у нее изменилось первое слово: «Под небом голубым…». Многие утверждают, что это Борис плохо расслышал или запомнил, сколько лет-то прошло!
Однако сам БГ считает это принципиальным, ибо, говорит он в одном из интервью, «Царство Божие находится внутри нас, и поэтому помещать Небесный Иерусалим на небо… бессмысленно».
Но справедливости ради давайте откроем, например, 156-ю страницу сборника «Анри Волохонский. Стихотворения» 1983, HERMITAGE USA и читаем (сохранена пунктуация автора):

А как же родились другие варианты текста? Скорее всего (судя по воспоминаниям разных людей, да и просто по логике), БГ просто плохо расслышал запись на кассете. Так, например, полагает Хвостенко«Да, подпортил текст — он ее, наверно, усвоил на слух. Слух у парня так себе — что же делать…»
Впрочем, тот же Волохонский допускает и менее энтропийную версию:«Видимо, у Гребенщикова была плохая копия [записи исполнения Хвостенко - З.Г.]. Что-то он, возможно, заменил ради музыкального благозвучия, как он его видел. А вот что касается «Над небом голубым» — мне кажется, что они опасались антирелигиозной цензуры, вот и заменили это…»
Кстати, сам Гребенщиков в некоторых интервью не склонен вспоминать о комплименте Хвостенко (см. выше), а развивает высокоидеологическую ноту:«И по этому поводу с Лешей Хвостенко… мы в Париже как-то раз и схватились ночью… Я же… высказывал теологическую концепцию, что царство Божие находится внутри нас и поэтому помещать небесный Иерусалим на небо… — бессмысленно». Сам АХ об этом споре не вспоминает. Да и непонятно, почему Гребенщиков спор о тексте ведет не с автором оного (т.е. с Волохонским)? Впрочем, это уже неинтересно.
Осталась версия, которую исполняла Е. А. Камбурова — «Над ТВЕРДЬЮ голубой…». Меня уверяли: это — редакция Юнны Мориц. И я… поверил, то есть решил проверить. Написал Юнне Петровне — и получил от нее заслуженный нагоняй. Пользуясь случаем — еще раз приношу ей свои самые искренние извинения.
Так может, сама Камбурова и является автором своей редакции текста? Оказалось (из телефонного разговора с Еленой Антоновной), что так оно и есть — см. далее.
И последнее — попутно мы отмежевались еще от одной распространенной легенды. А именно: почему-то многие «припоминают, что слышали эту песню то ли в 1969, то ли в 1970 г. Из приведенных выше воспоминаний Волохонского и некоторых других источников можно считать установленным: слова песни написаны примерно в конце ноября 1972 г.


Более сотни раз «Город» звучал на концертах «Аквариума» в десятках городов, в 1986 году песня вошла в альбом «Десять стрел».
В 1987 году она прозвучала на всю страну в культовом фильме Сергея Соловьева «Асса», правда, без имен создателей песни в титрах, поэтому с тех пор автором повсеместно считался БГ. «Город» стал своего рода гимном целого поколения.
Анри Волохонский: «Я ему исключительно благодарен. Он сделал эту песню столь популярной. Ведь Гребенщиков исполнил эту песню тогда, когда и моего имени нельзя было называть, да еще и в фильме, и в столь популярном фильме! Рассказы о том, что я будто бы подавал на него в суд, — чушь».
Немного грустно, что за столько лет никто даже не упомянул: «авторы песни А. Волохонский и В. Вавилов», зато далеко не каждому посчастливилось написать произведение, которое знает и любит вся страна. Тем более что обоих роднит желание: «Главное, чтобы услышали».
Вот такая история.
Уже сорок лет живет в мире удивительная Песня, и поет ее уже совсем новое поколение. Уверен, что и следующее запоет. Потому что столько замечательных людей вложили в нее самое лучшее, что у них есть. И потому что всегда была и будет у людей, что бы ни происходило за окном, потребность в свете, чистоте, любви, в звездном небе над головой.

[источники]

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..