понедельник, 10 июля 2017 г.

ЧТО ПРОИСХОДИТ В МИРЕ

Александр Воин | Что происходит в мире

Мир становится все сложнее и все менее устойчивым, а процессы, текущие в нем, текут все быстрее и становятся все более угрожающими самому существованию человечества. Эта статья – это попытка увидеть обобщающую картину происходящего сегодня в мире, найти главные факторы, определяющие течение процесса, и на этой основе предложить выход из ситуации.
Главными факторами, определяющими происходящее сегодня в мире, являются глобализация, поляризация и прогресс, порождающий то и другое.
В принципе человеческий мир был поляризован со времени первобытных племен, но тогда не было глобализации и эта поляризация никому не вредила. У первобытных племен было у каждого своя религия, свои табу, свои тотемы, свой язык и ни на какие компромиссы по этим пунктам они решительно не были готовы. Но на глобальные процессы в масштабах земного шара это практически не влияло, поскольку никаких глобальных процессов практически не было. Конкретному племени не только не было никакого дела до религии, тотемов и т.д. другого племени, живущего за тридевять земель от него, оно для него просто не существовало, другое измерение. Да и в локальном масштабе, в отношениях соседних племен эта поляризация практически не играла никакой роли, поскольку отношения между соседними племенами в лучшем случае включали кой какой материальный обмен, а в основном сводились к войнам за территорию и материальные блага. А на войне, какая разница, каким богам молится твой враг, его даже психологически легче убивать, если ты знаешь, что он молится каким-то нехорошим богам и не уважает и даже поливает грязью твоих богов.
Что касается поляризации внутри племен, то она была минимальной. Каждый член племени с детства вырастал и воспитывался в одной религии и в одной системе представлений, которым не было никакой альтернативы: не было никакого плюрализма внутри племени и не было радио, телевидения, печатных СМИ и интернета, чтобы доносить другое мнение извне. К худшему или к лучшему, внутри племя было едино, что обеспечивало его сплоченность, необходимую для коллективного выживания, хотя, конечно же, тормозило прогресс, поскольку для прогресса, как известно, нужна борьба, соревнование мнений, идей.
Тем не менее, прогресс хоть и медленно, но шел. Т.е. сначала он просто полз еле-еле, зато теперь мчится как бешеная электричка. И прогресс этот привел к тому, что мир необычайно усложнился и стал глобальным. Глобальным – это значит, что если кто-то чихнул на другой стороне планеты, то на этой – кто-нибудь обязательно возмутится, ибо «это задевает наши интересы». И он тут же будет поддержан яростным хором своих сторонников и облаян не менее яростным хором своих противников по этому пункту, как внутри своего общества, так и в масштабе планеты. Обобщенно говоря, сегодня все касается всех и касается до глубины души, печенки и т.д. Точнее, по любому поводу и событию в любой точке планеты найдутся яростные сторонники и противники, считающие, справедливо или нет, что их это касается до глубины, и готовые в лучшем случае лаяться с остервенением в интернете и прочих СМИ. В худшем – хвататься за оружие, начинать войну, делать революцию или убивать кого ни попадя под названием «террор».
Ну, это все на уровне психологии, к тому же я сгустил краски для образности. Но за этой психологией стоит тяжелая объективность. Вот, скажем, американцы печатают триллионами доллары. Казалось бы, доллар их национальная валюта, что хотят, то с ней и делают и это никого за пределами Америки не касается. Но мы знаем, что касается и еще как касается, мало того, служит просто инструментом грабежа всего прочего мира. И это не выдумка Жириновского или другого подобного политика, манипулирующего сознанием масс и играющего на их психологии во имя своих электоральных интересов. А если этот доллар рухнет или американцы начнут сжатие долларовой массы, опять же это коснется всех, а не только американцев.
Далее, современные ракеты летают из любой точки планеты в любую другую. Это значит, что если кто-то изобрел новую, более совершенную ракету или начинку к ней, то это касается всех на планете и каждое государство должно чесать репу, думая, как усилить свою безопасность с учетом этого события. Которое произошло на другом конце света и в прежнем до глобальном мире касалось бы только самого этого государства и ближайших его соседей.
Про экологию общую для всех и говорить не приходится. Бразилия истребляет свои леса, казалось бы, это ее внутреннее дело, ан нет, это – легкие планеты. Китай коптит небо своими угольными электростанциями, свое ж небо. Нет, оно общее, общечеловеческое. И т.д.
Наконец, идеология, включая религию. В России произошла в 17-м году социалистическая революция, в результате которой в ней утвердилась марксистская идеология. Казалось бы, какое дело до этого другим странам, пусть себе в своей стране «задрав штаны, бегают за комсомолом». И дело не в том, что большевики поначалу планировали поднимать революцию по всему миру. Дело в том, что и когда они отказались от этой идеи и занялись строительством социализма «в одной отдельно взятой стране», все равно «пролетарии всех стран» заражались от них этой идеей и норовили вчинить революции, где ни попадя и, следовательно, это касалось всех стран на планете. Аналогично и американская сексуально-либеральная идеология, расползается по миру не только потому, что американцы ее активно продвигают. Она и без этого расползается по миру, потому что есть Голливуд и телевизор, и интернет, разносящие его продукцию по всему миру. И это объективно касается всех, а не только Милонова, который об этом вопит больше других.
Мир стал не только глобальным, но и очень сложным и сложность его непрерывно возрастает. Сложность сегодняшнего мира с одной стороны всем очевидна, с другой – о ней можно писать до бесконечности, настоль бесконечно разнообразен и сложен стал сегодняшний мир. Собственно говоря, и пишут, причем пишут в таких количествах, что произошел информационный взрыв, суть которого в том, что никто уже не в состоянии охватить этот потоп информации, в результате чего информация начинает работать в противоположном направлении. Создается она для того, чтобы люди лучше понимали, что происходит, в каком мире они живут, но, утонув в ее изобилии, они перестают понимать вообще что-нибудь.
Возьмем для примера ту же идеологию, в частности такой ее вариант, как религия, и еще уже, возьмем Христианство. Когда оно возникло, то человечество поделилось на две категории: верующих во Христа и неверующих. («Нет ни эллина, ни иудея, есть только верующие во Христа и неверующие» – апостол Павел). Потом христиане разбились на католиков и православных. Потом появились протестанты, которые сразу разделились на лютеран, кальвинистов и англиканцев. Потом появились баптисты, адвентисты и т.д. Сегодня есть тысячи христианских конфессий и сект (в одном источнике 20-летней, примерно, давности называлась цифра 5 тысяч, а каждый год возникают во множестве новые), причем они могут разниться друг от друга по содержанию своего учения настолько, что слово «христианин» лишилось сколь-нибудь определенного содержания. Дело дошло до того, что мне уже не раз приходилось сталкиваться с противопоставлением православных христианам (т.е. пишущий убежден, что православный – это не христианин), причем делают это люди с достаточно высоким образовательным цензом.
Аналогичная ситуация в сфере нерелигиозной идеологии и не только идеологии, но и экономики и многих других. Такие термины как «левый», «правый», «социалист», «либерал», «патриот» и т.д. тоже давно уже перестали служить сколь-нибудь достаточным определением человека. Вот, скажем, Зюганов. Как коммунист он – левый («Кто там шагает правой? Левой, левой, левой!»). Но как патриот он – правый. Как противник сексуальной революции он тоже правый. А вот, Кургинян, человек куда как образованный и неглупый, в одном из своих выступлений заявляет, что Китай добился экономического успеха без всякого либерализма. То, что Китай достиг этого именно благодаря тому, что разрешил частную собственность и сделал свободными рыночные цены, это для него не либерализм. Но для многих других именно в этом и заключается либерализм.
А куда отнести Лимонова с его национал-большевизмом? Большевики – противники национализма, интернационалисты. Националисты против большевизма, по крайней мере, в его исходном ленинском варианте. А Лимонов к тому же еще и гламурный либерал. Вот такой себе компот. И таких компотов просто тьма в российском, и не только, политикуме. Если дальше так пойдет, то в идеологическом плане человечество раздробится до индивидуумов – у каждого своя идеология и полное неприятие любой другой.
Эта сложность мира приводит к тому, что объединение людей на основе общих взглядов и приверженности неким общим ценностям и идеалам становится сегодня практически невозможным. В первобытном племени вопроса об общности взглядов даже не возникало, люди даже слов таких не знали, их объединял общность крови, судьбы и т.п. Но если бы даже такой вопрос возник, то не вызвал бы никаких проблем: общность взглядов и ценностей внутри племени была идеальная. А сегодня, возьмем, к примеру, такую общность, как русские патриоты. Еще до развала Союза появились такие русские патриоты, которые считали, что этнических русских объедают всякие нерусские, живущие в Союзе. И поэтому надо, чтобы РСФСР отделилась от других республик. Не знаю, каков был их процент в общем числе русских, но голос их звучал тогда настоль громко, что это было одной из главных, если не самой главной причиной того, что Союз развалился. А сегодня мало того, что этих патриотов не слышно, но если бы один из них объявился публично, его бы просто порвали нынешние патриоты. Впрочем, хотя тех патриотов сегодня не слышно, но они не исчезли совсем. Это их представители воюют на стороне Украины в Донбассе.
Но не следует думать, что нынешние патриоты, те, которых слышно, – это единое племя. Достаточно вспомнить о существовании так называемой 5-й колоны, представители которой утверждают, что они – патриоты, только понимают патриотизм иначе. И хотя среди них есть, конечно, люди, которым в действительности плевать на Россию, но я не сомневаюсь, что есть и такие, которые любят Россию и готовы пролить за нее свою кровь. Но не в той войне, в которой готовы пролить те, кто называет их 5-й колонной. Кстати, не вызывает у меня сомнений, что и среди «истинных» по самоопределению патриотов, есть такие, которые лишь прикрываются патриотизмом для удобства обделывания своих гешефтов, ну, или для психологического комфорта.
Но и «истинные» патриоты далеко не едины. Одни считают, что нужно возрождать монархию с Домостроем, другие – Советский Союз с новым Сталиным, пионер и концлагерями, третьи изобретают доморощенные проекты. (Про тех, кто за демократию и свободный рынок, я не говорю – это 5-я колонна).
Да не подумает читатель, что я привел этот пример, чтобы покатить бочку на Россию или русских патриотов. Просто я пишу на русском, а русскоязычному читателю ситуация в России известна лучше, чем ситуация в Америке, не говоря про какое-нибудь Зимбабве. Но и российские либералы раздроблены и собачатся между собой не меньше патриотов (скорей больше). А ожесточенность схватки сторонников и противников Трампа в Америке намного превосходит накал страстей в России. Причем классический водораздел: демократы против республиканцев разломан, и многие республиканцы против Трампа и есть демократы «за». Это в целом за и против Трампа. А по отдельным пунктам его программы и действий нет никакого общего консенсуса ни в среде его сторонников, ни в среде его противников. Аналогичный раздрай происходит во многих европейских странах, в арабском мире, а про Украину нечего уж говорить.
Сложность объединения людей на основе общей идеологии видна и из снижения роли серьезной теории в борьбе сегодняшних идеологий. Победе буржуазных революций с их либерально демократической идеологией предшествовала философия энциклопедистов, социалистическая революция базировалась на философии марксизма, сексуальная революция – на философии экзистенциализма и фрейдизме. И споры между партиями и сторонниками этих идеологий в прошлом велись на более-менее теоретическом уровне. Сегодня вопрос об истинности и научной обоснованности этих идеологий не волнует ни носителей той или иной из них, ни противников. А споры между ними сместились из области теории исключительно в область пропаганды: кто больше наобещает избирателю («Каждой бабе по мужику, каждому мужику по бутылке водки») и кто больше навалит компромата на конкурента. А про теоретический базис нынешних национализмов и фанатичных религиозных движений и про уровень теоретических споров их между собой и говорить не приходится. Эти между собой либо лаются на уровне базар-вокзала, либо вообще не разговаривают.
Невозможность (трудность) объединения людей на основе общей идеологии и ценностей ведет к потере устойчивости таких систем как «партия», «государство» и, наконец, «человечество». В терминах, принятых сегодня в России, «скрепы» не держат. Мы видим, как все чаще в Америке и Европе трещат границы между классическими партиями, часть из них разваливается, как грибы после дождя возникают и растут новые партии и движения. Трещат и границы государств под натиском стремительно распространяющегося сепаратизма и просто в результате развала упомянутых скреп, которые прежде обеспечивали целостность государств. И даже такой институт, как семья и родственные связи, трещит, трещит под напором атомизации идеологии и ценностей: пресловутый разрыв поколений, рост числа неполных семей, разводов и т.д.
Невозможность объединения на основе общей идеологии ведет также к временным объединениям на основе разных эрзацев и заменителей подлинной идеологии, главные из которых это сильная власть, вплоть до диктатуры, подавляющая всякое инакомыслие (и просто «мыслие») и ненависть к условному врагу. Безусловный враг – это когда есть четкая идеология, принимаемая большинством, и есть противоположная ей идеология: коммунизм – фашизм. А если идеология определяется одним словом «патриотизм», а кто истинный патриот, мы договориться не можем, то объединение достигается назначением условного врага под названием «Америка», «Синедрион» или еще проще «жиды проклятые». Причем, все что ни делает этот враг, это плохо, злокозненно и направлено на уничтожение нас, белых и пушистых, всегда спасавших человечество, носителей хрен знает чего и т.д. Аналогично для Америки, Европы и Украины «если в кране нет воды, значит, выпили» русские и лично Путин (ну, и «жиды», само собой, тоже причем).
Это объединение на основе ненависти и тоталитарной власти в сочетании с примитивными и расплывчатыми понятиями не менее опасно, чем развал общества, и не раз уже в прошлом приводило к бессмысленным войнам, типа религиозных средневековых (тоже нынешних между шиитами и суннитами) или Первой мировой. Только в этом прошлом прогресс еще не вооружил нас атомными бомбами. А теперь, когда мы уже вооружены этими бомбами, а понятия у нас остались такими же расплывчатыми как в средние века (хоть и более разнообразными и наукообразными), мы, человечество, стремительно катимся к самоуничтожению.
Так что же нужно сделать, чтобы изменить направление этого процесса или хотя бы затормозить его?
Первое, что нужно сделать, это разобраться в той путанице понятий, которая существует сегодня в гуманитарной сфере и в сочетании с отсутствием общепризнанных объективных критериев истинности и научной обоснованности теории превращает эту сферу в невообразимую свалку информационного мусора, отравляющую умы людей псевдо интеллектуальными испражнениями, а их души – миазмами нездоровых страстей. В этой свалке тонет и растворяется любая стоящая идея и теория и на ней успешно произрастают толпы наглых политиканов-популистов, манипулирующих сознанием людей в своих корыстных целях.
Решение этой проблемы дает разработанный мной единый метод обоснования научных теорий. (Единый метод обоснования научных теорий. Direct Media, Москва – Берлин, 2017, изд. 2-е, исправленное и дополненное). Метод дает критерии, отделяющие науку от лженауки. Частью метода является моя теория понятий.
Не стану излагать здесь даже вкратце ни суть метода, ни примеры его применения в гуманитарной сфере (отсылаю для этого читателей к книге), а сразу огорчу читателя тем, что хотя при внедрении метода в систему образования в ВУЗах (а пока что этому ожесточенно сопротивляется академическая, а особенно философская верхушка, ибо профнепригодность их при этом может высветиться) ситуация и улучшится и даже существенно, но полного решения рассматриваемой проблемы, это конечно не даст. Хотя бы потому, что слишком велики сегодня завалы информации вообще и мусора в ней особенно и пока будет происходить их разгребание в масштабах планеты с помощью единого метода обоснования, человечество вполне может успеть загнуться. Поэтому для предотвращения такого печального финала сегодня нужны более срочные меры организационного и международно законодательного характера.
То, что происходит сегодня в Сирии, где, так или иначе, во внутреннем конфликте участвуют около полусотни государств под всевозможными благовидными предлогами типа защиты прав человека, борьбы с кровавой диктатурой, помощи единоверцам или единоутробникам или по приглашению законного правительства, при почти нескрываемом преследовании своих геополитических, экономических и даже внутриполитических целей и интересов, и где ситуация балансирует на грани мировой атомной войны, отлично иллюстрирует необходимость международного закона, запрещающего любое вмешательство во внутренние дела других стран под любым предлогом кого бы то ни было кроме ООН. Аналогично, ситуация с Северной Кореей, где ряд стран пытаются взаимодействовать, преследуя попутно каждая свои бубновые интересы и тайно противодействуя друг другу, чтобы остановить распространение атомного оружия, и в результате такого с позволения сказать «взаимодействия» ситуация также приближается к войне с возможным применением атомного оружия, также показывает, что предотвращением распространения атомного оружия должны заниматься не отдельные страны, а ООН.
Есть и еще ряд общечеловеческих проблем, разрешением которых должна заниматься ООН, а не отдельные государства или группы государств, присваивающих себе право решать за все человечество. Например, проблема транснациональных корпораций, которые давно уже вырвались из под контроля национальных государств и превратились в международного игрока, превосходящего по мощи многие страны и рвущегося к установлению власти над миром. Причем, поскольку эти компании не привязаны ни к какому народу, то, естественно, народам мира ничего хорошего в таком случае от них ждать не приходится. Об этой угрозе нон стоп кричат антиглобалисты, но они неправильно ставят диагноз и потому предлагают неправильный путь, а именно путь борьбы с глобализмом как таковым. Ошибочность этого пути вытекает из того, что глобализация не есть продукт деятельности глобалистов, а является результатом научно-технического процесса, что, собственно, я показал выше. Поэтому для того чтоб ее остановить и повернуть вспять, нужно отказаться от научно-технического прогресса как от такового и вернуться назад в пещеры, истребив при этом большую часть человечества, которую сегодня без НТП прокормить невозможно. Правильный путь – не останавливать глобализацию, а сделать так, чтобы она не приносила людям и народам вреда, а только пользу. В частности, для этого нужно, чтобы обузданием ТНК занимались не отдельные государства, которые с этим справиться не могут, а ООН.
Для того чтобы ООН могла справиться с этими задачами, но при этом не превратилось в диктатора, вмешивающегося во внутренние дела государств, не касающиеся человечества в целом, ее надо преобразовать. С одной стороны нужно придать ей большие полномочия, обеспечив ее средствами осуществления этих полномочий, в частности соответствующими вооруженными силами. С другой стороны нужна конституция ООН, которая определяла бы, какие дела являются общечеловеческими и, следовательно, где ООН может принуждать отдельные государства следовать международным нормам и решениям самого ООН, а какие являются внутренним делом отдельных государств или касающимися взаимоотношения группы государств между собой.
Для выработки конституции ООН, а также для последующего принятия решений, базирующихся на конституцию, но касающихся конкретных случаев, в ней, должен быть создан двухпалатный парламент: палата представителей национальных государств, в которую каждое государство делегирует своих представителей, назначаемых его правительством или избираемых его народом и палата, депутаты в которую будут избираться от всего человечества.
Выработка конституции ООН требует не только организации процедуры ее принятии, в частности двухпалатного парламента ООН. Никакая процедура сама по себе не может гарантировать качества конституции. Необходима предварительная теоретическая разработка, базирующаяся на правильную и достаточно всеобъемлющую философию. Я утверждаю, что это моя философия. Не стану здесь ни излагать ее, ни доказывать ее правильность и противопоставлять ее другим философским учениям. Все это желающий найдет в моих книгах. (Глобальный кризис: причины и пути выхода. Lap-publishing, Саарбрюкен, 2012; Начала новой макроэкономической теории. Direct Media, М. – Берлин, 2013; Неорационализм – духовный рационализм. Direct Media, М. – Берлин, 2014; Философия и глобальный кризис. Direct Media, М. – Берлин, 2016; Единый метод обоснования научных теорий. Direct Media, М. – Берлин, 2017, изд. 2-е). Здесь я хочу изложить вкратце те проблемы, которые должна принимать во внимание такая конституция и мое видение их решения.
Главная такая проблема связана с необходимостью выработки новой системы общечеловеческих ценностей, основанной на четких понятиях, непротиворечивой и соответствующей сложившейся на сегодня ситуации в мире, существенно отличающейся от всего, с чем сталкивалось человечество в предшествующую свою историю (что показано выше). Существующая на сегодня общепринятая система общечеловеческих ценностей представляет изрядную кашу расплывчатых понятий и противоречащих друг другу норм, не учитывающую специфику современного состояния человечества, в частности такого его фактора, как возможность его самоуничтожения в атомной войне, в техногенной катастрофе или в результате разрушения окружающей среды.
Я уж не говорю про попахивающую идиотизмом историю, когда Обама и Хиллари Клинтон угрожали России и не только ей применением экономических санкций за нарушение прав сексуальных меньшинств. (Потом Америка все-таки слезла с этого дуба). Но рассмотрим ситуацию, когда в той или иной стране происходят массовые репрессии на национальной, религиозной или политической (идеологической) основе с многочисленными жертвам или даже гражданская война, т.е. – настоящая человеческая трагедия. Сегодня существует международный закон о невмешательстве во внутренние дела суверенных государств и одновременно всеми безоговорочно признается в качестве наивысшей ценности человеческая жизнь. А вот, где кончается одно и начинается другое, внятно не определено. В результате под громкие крики об этой самой наивысшей ценности и о правах человека происходит вооруженное вмешательство во внутренние дела суверенных государств всех, кому только не лень, не обременяя себя даже заботой о согласии ООН. Как это мы имеем сегодня в Сирии, а вчера (с продолжением сегодня) в Ираке, Ливии и т.д. При этом происходит утрата человеческих жизней в количестве несравненно большем, чем если бы в этот конфликт не вмешивались, а главное не раз и не два ситуация приближается к возможности мировой атомной войны. Отсюда уже хорошо видна необходимость пересмотра существующих на сегодня общечеловеческих ценностей и норм, регулирующих межгосударственные отношения. И только на базе этих новых исправленных, непротиворечивых и соответствующих современному состоянию человечества можно и нужно вырабатывать и принимать конституцию реформированной ООН.
Как я уже сказал, для этого нужна новая достаточно богатая философия и я утверждаю, что это моя философия. Само собой, что моя философия дает лишь базис для разработки этой системы ценностей и норм, но саму эту работу еще предстоит проделать. Забегая наперед, выскажу лишь свои предложения по приведенной в качестве примера проблеме взаимоотношения ценности человеческой жизни и нормы невмешательства во внутренние дела суверенных государств. Во-первых, наивысшей ценностью должна быть не человеческая жизнь, а неуничтожимость человечества. С этой точки зрения вмешательство одних государств во внутренние дела других государств под любым предлогом должно быть запрещено. Да и вмешательство ООН должно быть ограничено детально разработанными и оговоренными в ее конституции условиями. В частности, ни другие государства ни даже ООН не должны вмешиваться в вопросы строя, экономической формации и культуры конкретной страны. А вот вопрос о праве наций на самоопределение вплоть до отделения в случае возникновения конфликта на этой почве внутри конкретной страны, точнее вопрос о праве на отделение части страны на базе национальной, культурной или идеологической разницы с остальным населением, в случае конфликта на этой почве, должен находится в ведении ООН с правом ее вмешиваться в конфликт, вплоть до применения силы. Естественно, здесь опять же нужна теоретическая проработка с уточнение понятий нации и вообще тех групп населения, которым может быть предоставлено такое право и на каких условиях.
Признание неуничтожимости человечества наивысшей ценностью также требует уточнения самого понятия человечества. Дело в том, что в отличие от прошлого, сегодня это понятие перестало быть самоочевидным. Достижения научно-технического прогресса позволяют нам сегодня менять саму природу человека с помощью генной инженерии, а также с помощью имплантации искусственных органов, включая электронные чипсы, и сочетания мозга человека с искусственным интеллектом, т.е. превращения человека в киборга. Успехи науки и техники в этом направлении столь значительны, что порождают у многих эйфорию и уверенность, что все человеческие проблемы и прежде всего проблему неуничтожимости человечества, можно решить путем переделывания природы человека. Забывая, что мы уже переделывали бездумно природу и поставили ее и тем самым и человечество на грань уничтожения через разрушение окружающей среды. Здесь также требуется большая философская работа для определения, до каких пор мы можем позволить себе вторгаться в природу человека во имя ли борьбы с болезнями и старением или во имя неуничтожимости человечества. Я лично за неуничтожимость человечества как существующего на сегодня вида, сложившегося в результате естественной эволюции и продолжающего эволюционировать естественным путем в гармонии с природой. А не за неуничтожимость какого-нибудь всепланетного или вселенского искусственного интеллекта, не нуждающегося в наших человеческих бренных телах и бессмертных душах.
Кстати, отсюда вытекает еще одна функция ООН, с которой не могут справиться государства по отдельности, даже заключая международные договора. Я имею в виду контроль за безопасностью НТП. Сегодня, например, существует международное соглашение о не вторжении в геном человека, но оно чуть ли не повсеместно нарушается, особенно в Китае, который даже не скрывает этого, и остановить это при существующем мировом устройстве никто не может. Здесь опять же нужна большая предварительная философская работа для определения опасности различных направлений НТП.
А. Воин

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..