среда, 5 января 2022 г.

Яков Фрейдин | Что танцует по телевизору?

 

Яков Фрейдин | Что танцует по телевизору?

«Американец не купит ничего, что не поёт или не танцует по телевизору» – жизненное наблюдение.

Американцы традиционно были избалованны разнообразием товаров и продуктов. Зайдёшь в магазин – и глаза разбегаются: что купить? Десятки сортов кофе, чипсов, напитков, автомобилей – вообще всего. Как тут решить, что выбрать, особенно если мыслительный процесс не есть сильное качество покупателя? Вот тут-то на помощь приходит телевизионная реклама, которая подсказывает решение и избавляет от мучительной проблемы выбора. Каждые 5–10 минут она прерывает передачу и назойливо тычет в глаза и уши зрителя свой товар в самом что-ни на есть привлекательном виде. Очень часто для усиления эффекта и врезания в память неодушевлённые предметы начинают двигаться, петь и танцевать. Скажем, если на экране сосиска отбивает чечётку или поёт – бери эту сосиску, не сомневайся. Она, хоть и дороже, но раз так лихо танцует – не прогадаешь. С годами телевизионная реклама входит в плоть и кровь среднего американца. Если вдруг по некому волшебству она исчезнет, такой бедолага просто помрёт с голоду.

Реклама занимает от 37 до 50% экранного времени и есть главный источник дохода телевизионных и радиостанций. Рекламы на всех каналах подаются одновременно, так что не пытайтесь переключить канал – там тоже будет реклама. В наше время она захватила также интернет. Практически все сайты для финансовой поддержки вынуждены размещать на своих страницах рекламу, которую главным образом поставляет и контролирует Google. Она назойливо лезет в глаза, бесцеремонно вклинивается в текст, а на канале YouTube в самых неподходящих местах врезается в действие фильма, лекции и концерта, рвёт на куски музыкальные исполнения. От рекламы некуда деваться, мы с ней свыклись, и она стала почти физиологической частью нашей жизни, как пища, туалет и сон.

В старые добрые времена реклама была тщательно нацелена на определённые круги покупателей и каждый цент, на неё потраченный, должен был эффективно работать и проносить прибыль. При участии психологов были разработаны чёткие правила, если угодно – законы оптимизации рекламы. Продюсеры строили её под определённых целевых покупателей для каждого конкретного региона страны. Скажем, они никогда не стали бы рекламировать шезлонги и пляжные зонтики на ТВ станциях, вещающих на Аляску, или лыжи и тёплые куртки для жителей Гавайев. Демография и этнический состав потенциальных покупателей в не столь далёкие времена были решающим фактором при выборе актёров и стиля рекламы. К примеру, если некая станция вещает на Нью-Йорк Сити, то для рекламы подбирали белых и чёрных актёров в соответствующей пропорции к этническому составу населения. Конкретно для Нью-Йорка: 32% белых, 22% чёрных, остальные «латыши» (то есть испаноговорящие) и азиаты. Причём, для чёрных в основном рекламировал гамбургеры и кока-колу, для латинов – буррито и текилу, а для белых – виски, костюмы и драгоценности. Как в жизни, так и на экране. Так делали раньше и это работало. Для большей убедительности в рекламе должен появляться близкий тебе по духу и внешнему виду человек, которому хочется верить, как себе. Каждый потенциальный покупатель видел на экране «своих» и следовал их совету – какую сосиску купить, на какой автомобиль положить глаз, и так далее. Так было не только в США, но и по всему миру. Вряд ли, скажем, в некой африканской стране стали бы рекламировать зубную пасту, показывая на экране лицо белого человека – физиономия на экране должна быть под цвет своего населения, иначе – кто же ей поверит?

Однако в последние несколько лет в Америке что-то случилось с мозгами тех, кто заказывает и делает рекламу. Законы эффективного маркетинга были отвергнуты и всё перевернулось с ног на голову. Включаю вечером телевизор, чтобы посмотреть новости – сразу выскакивает реклама некой охранной фирмы. На экране – два до приторности милых паренька, видимо «муж» и «жена», вещают как им уютно и безопасно живётся в своём доме с этой охранной сигнализацией. В негодовании переключаю на другой канал – идёт реклама весьма дорогого внедорожника, резво скачущего по ухабистой горной дороге, покрытой снегом. За рулём лихая чернокожая девица (видать жутко богатая, если может купить такую машину), а на заднем сидении трясётся напуганный белый дедуля, непонятно кем ей приходящийся – не то папаша (?), не то просто подобранный на дороге пассажир-растяпа. Уже слабо надеясь на здравый смысл, всё же опять переключаю канал телевизора, и что там? Вижу роскошный особняк, за столом обедает счастливая семья: белый муж, чёрная жена и дети азиаты. Ну совершенно типичная американская семья! Вспоминаю слова Владимира Зворыкина – одного из изобретателей телевидения: «Самая важная вещь в телевизоре – это выключатель». Его я и использую.

В Соединённых Штатах на сегодняшний день белое население (не считая латинов) составляет 57.8%, а всего белых, включая испаноязычных, 76.3%. В реальной жизни мы пока ещё хоть и в небольшом, но всё же в большинстве, однако ныне в телевизоре и интернете мы, как мусор, заметены под ковёр. В рекламе белые актёры теперь присутствуют лишь в 15.7%, да и то лишь в случаях, когда без нас не обойтись – для покупки медицинских страховок, золота, денежных займов и каких-то втираний от ишиаса. Причём, если белый человек появляется в рекламе, то он обычно старый, больной, урод, или на худой конец – в качестве придатка к чернокожему партнёру. Если на экране доктор, то обязательно чернокожий, а пациент всегда белый. А если уж появляются белые дети или подростки, то из каких-то генетически странных «семей», где вперемежку чёрные, белые, мулаты и азиаты. Белые молодые мужчины присутствуют лишь в 4% рекламных роликов! Если бы некие инопланетяне стали изучать население планеты Земля по ТВ рекламе, то у них сложилось бы о нас, мягко говоря, несколько искажённое представление.

Так в чём же причина такой странной аберрации, почему рекламодатели стали игнорировать давно устоявшие законы маркетинга и явно в ущерб собственным финансовым интересам заполняют медийное пространство такой чушью? Ответ одновременно и прост и сложен. В основе этого безобразия лежит гипертрофированная политкорректность, да ещё в совершенно гротескной форме, которую не мог предвидеть даже такой гений как Оруэлл. Руководители бизнесов из кожи лезут вон чтобы публично показать свой конформизм со всеобщей уравниловкой и «критической расовой теорией» (КРТ), «теоретики» которой требуют искоренить якобы существующий расизм по отношению к чернокожему населению и во всех немыслимых грехах обвинить белого мужчину. Другой крупный «теоретик» Мао Цзэдун говорил: «Чтобы выправить кривую палку, её надо выгнуть в другую сторону». Вот и выгибают, заменяя несуществующие притеснения чёрных реальными притеснениями белых, то есть насаждая расизм наоборот.

Невольно возникает вопрос: почему белое население, которое пока ещё в большинстве, всё это покорно воспринимает? Почему нет яростного сопротивления идиотизму? Почему никто не крикнет: «А король-то голый!». Почему на всех уровнях от руководителей крупного бизнеса до мелких служащих люди не посылают политкорректность к чёртовой бабушке? Всё же США не сталинский СССР и за несогласие с линией партии или неосторожное слово пока ещё в лагерь не отправят и пулю в затылок не пошлют. Почему в американском народе, прежде известным своей независимостью и бескомпромиссной свободой слова, возник такой удушающий конформизм? Ответ прост и печален: причина этого – страх, хотя и более вегетарианского уровня, чем был при советской власти.

Трудовые люди держат рот на замке из боязни потерять работу, не получить бонус к празднику, не продвинуться по служебной лестнице и т.п. Это по-человечески можно понять, и я бы таких людей не осуждал, хотя и уважать не стал бы. Но чего боятся люди более высоких позиций – руководители и хозяева мелких и крупных бизнесов, владельцы заводов, газет, пароходов? Им-то что угрожает? С работы ведь никто не погонит и бизнес не отнимет, для этого пока ещё нет власти ни у губернатора, ни даже у Президента. Чего же они боятся? Думаю, причина опять же в страхе, хотя и другого толка. Боятся разных неудобств: негативных статей в левой прессе, надуманных судебных исков, потери штатных и федеральных лицензий и субсидий, нежданных ревизий налоговой службы, штрафов за мнимое нарушение «прав меньшинств», и тому подобных мелких и крупных неприятностей.

Как в своё время писал идеолог коммунизма: «пролетариям нечего терять кроме цепей», что делает их движущей силой в борьбе. Ну а если не «пролетарии», а кто угодно, и если есть что терять? Тогда как? Жизнь в Америке для подавляющего большинства населения до сих пор довольно комфортная (какие уж тут цепи!), а терять устоявшийся комфорт никого не прельщает. Людям кажется, что если не идти против течения и помалкивать, то авось пронесёт и всё само по себе уладится. Нет, господа, не уладится! Комфорт убивает волю к сопротивлению и порождает конформизм, а конформизм неизбежно ведёт к застою, деградации общества, падению уровня жизни и в конце концов – к потере того самого комфорта. Рано или поздно круг замкнётся.

Что же делать? Я пока не призываю никого на баррикады, а лишь хочу напомнить призыв Солженицына: «Жить не по лжи». Самое минимальное, что каждый из нас может сделать сегодня – это не участвовать во лжи КРТ, не смотреть их фильмы, не читать их газеты, не голосовать за кандидатов-конформистов, не поддерживать их финансово, и уж конечно никогда ни при каких условиях не покупать то, что в политкорректной рекламе поёт и танцует по телевизору или на экране компьютера.

© Jacob Fraden, 2022
Вебсайт автора: www.fraden.com

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..