суббота, 16 мая 2015 г.

"ПОЭТЫ" ТОСКУЮТ ПО ИМПЕРИИ

Матвей Славко
15.05.2015
КомментарииВерсия для печатиДобавить в избранноеОтправить материал по почте
 «Семёновка, ожог земли донецкой…»
В канун 70-летия Великой Победы московское издательство «Вече» выпустило 196-страничный сборник стихов «Ожог». Основной раздел книги, посвящённый жителям и защитникам Новороссии, составили произведения, написанные по горячим следам событий в зоне конфликта на Украине. В числе авторов — известные современные поэты — уроженцы России, Украины и Белоруссии.
Один из составителей книги, поэт Виктор Кирюшин (над составлением работали также С.Д. Евсеев — Интернет-проект «Земляки», и В.Н. Попов) даёт аннотацию: «Боль и надежда — два этих слова определяют атмосферу поэтического сборника. Стена отчуждения, умело возведённая внешними силами между Россией и Украиной, не может не отзываться болью в сердцах людей, не оболваненных пропагандой. А надежду даёт наша общая история, в том числе победа в Великой Отечественной войне, 70-летие которой мы отмечаем в нынешнем году».
Первый раздел, «Окаянные дни», с прямым отсылом к Бунину, открывает стихотворение Игоря Ляпина, 1992-го года, с напоминанием, как начиналось принудительное расчленение огромной страны:
И под Харьковом, и под Жмеринкой,
И в херсонской степи седой,
Очарованные Америкой,
Вы стоите ко мне спиной.
Вы стоите с обманом под руку,
За добро принимая зло.
Дружба — побоку, братство — Побоку…
Заколдобило. Занесло.
….
Но и горько ещё поплачете
Над развалом большой семьи.
Вот увидите, ось побачитэ,
Очарованные мои!
Прислушаемся: сегодня слова «с обманом под руку» вполне звучат как «с Обамой под руку».
В подборке, данной в качестве преамбулы к книге, встретим ещё одно сочинение И. Ляпина, горькие и недоумённые строки:
«Чи можно, чи не можно?» —
С вопросами глаза.
Под Харьковом таможня,
Скрежещут тормоза.
Такой тяжёлый скрежет,
Такой гнетущий гуд,
Как будто душу режут,
Как будто сердце рвут.
Родимая чужбина,
Проклятая пора...
Отныне Украина
России — не сестра.
Харьковчанин Константин Савельев, участник афганской военной кампании, говорит с прицельным сожалением:
Накануне большого потопа,
нетерпением власти горя,
разделили народ, как холопов,
на похмелку три шустрых царя.
А стихотворец из Казахстана Игорь Брейдо десять лет назад вымолвил словно к сегодняшнему юбилею Великой Победы:
Пятнадцать лет на карте нет страны,
Разорванной на части без войны,
А мы победу празднуем упрямо
С томящим ощущением вины
Пред каждым, кто пророс степным бурьяном
И предан василиском полупьяным.
Горькое коллективное вступление в книгу завершает стихотворение Владимира Негатурова, сгоревшего во время кровавой пятницы в одесском Доме профсоюзов 2 мая 2014 г., в страшном пламени «одесской Хатыни», человека, имя которого стало символом мужества и стойкости, а его стихи — гимном сопротивления фашизму. Он родился в 1959 г. и жил в Одессе, получил два высших образования как математик и экономист. Был одним из лидеров протестов на Куликовом Поле в Одессе против украинских националистов. Автор гимна антимайдана — «Марша Куликова Поля».
Эпиграфом к сочинению, датированному 07.02.2012 г., В. Негатуров предпослал эпиграф из Т. Шевченко — «...славних прадідів великих правнуки погані»:
Чёрной завистью лица землисты…
В бегстве глаз — вороватый невроз…
Липкой алчностью руки нечисты
у вахтёров, сержантов, министров,
у вождей и гламурных стервоз…
Перекручены факты истории…
Узаконен церковный раскол…
Нет ДЕРЖАВЫ. Есть блок территорий,
где паны в истребительном споре
местечковый творят произвол…
Основной посыл сборника сконцентрирован в разделе «Ожог», получившем название по стихотворению жителя Московской области Анатолия Вершинского.
Автор вспоминает свое родное сибирское село Семёновка, где есть улица Киевская, на которой живут украинцы. И ему аукается другая Семёновка, донецкая, — «её накрыл ракетный ураган»: «Семёновка, ожог земли донецкой, на совести моей рубцом легла».
В этом разделе опубликованы произведения Марины Аввакумовой, Юнны Мориц, Дмитрия Мурзина, молодого поэта из Оренбурга Влады Абаимовой и многих других. Бывшая харьковчанка Марина Ахмедова, уже почти четыре десятилетия жительница Махачкалы, творчески сотрудничавшая с Расулом Гамзатовым, завершает стихотворение о дорогом ей донецком городе Торез такой строфой:
На белой мазанке убитой,
Как сито, чёрным антрацитом —
Следы от пулемётных трасс…
И на земле ветряк бескрылый.
И грохот над Саур-Могилой,
О, Господи, помилуй нас!
Прости, Донбасс…
Это вынести непросто: «Где сад шумел — теперь воронка, Немая, словно похоронка, Перетекающая в боль».
«Галиция, слушай, давай разводиться! Без шума, без крови, и драки публичной, Зачем нам бардак и побитые лица? Давай разойдёмся как люди, прилично», — по-человечески предлагает Надежда Надник.
Но Галиция, навязавшая свою бандеровскую болезнь-бесовщину всей Украине, уже ничего не слышит, в том числе и луганца Марка Некрасовского: «Я не верю, что это традиция — Вновь нацизмом расколота нация. Что бы пели Волынь и Галиция, Если б их разнесла авиация?».
С «некуртуазным» текстом выступает в сборнике Вадим Степанцов, создатель Ордена куртуазных маньеристов и музыкальной группы «Бахыт-Компот», автор текстов для групп «Браво», «На-на» и «Тату»:
Вокзальчик поселковый за Окой,
Такой уютный, тихонький такой,
Пригрелся бомжик, ивушка кудрява.
Я укокошу этой вот рукой
Того, кто крикнет здесь: «Героям слава!»
Образ братопредательства из древней и вечной русской истории уместно и духовидчески вспоминает москвичка Любовь Березина: «Там были те же облака, И то же небо. Убила братская рука Бориса, Глеба».
О том же говорит и В. Кирюшин:
Где, за каким затаился кустом
Брат мой и враг мой
С таким же заветным,
Мамой надетым,
нательным крестом?
Марина Кудимова в стихотворении с актуальным названием «Ватник» о новых сражениях в донецких степях речёт словно о Курской битве:
Как здесь танки понаворочали —
И куда лежать головой?
Кровью мокнет по Новороссии
Чернозём её даровой.
Над донецкою степью пуганой
Кропивянка поёт судьбу.
Ватник пылью пропитан угольной —
Не смывается и в гробу.
«Май зашёлся грозами, Смертные дожди… Выстой, Новороссия! Выстой и прости…» — просит краснодарец Сергей Тимшин.
В стихотворении «Молитва», посвященном мальчику Ване Воронову из Донецка и всем детям мира, погибшим или раненым в войнах, Ольга Шмакова обращается к Высшему Судии:
Уйми убийц! Им души не вернуть,
Они прошли за гибельный рубеж,
По Украине их ужасный путь
Среди развалин детской кровью свеж.
Уроженка Центральной части УССР, ныне москвичка Наталья Лясковская с совестной неисцелимой болью повторяет:
и старики чей мир опять войной разорван
погибшие в боях отцы и сыновья
и матери в слезах и дочери по моргам
все эти люди я
все эти люди я
Сердцевину сборника составляет раздел «Страницы общей памяти», куда включены стихотворения поэтов-фронтовиков, сражавшихся словом и оружием за Украину — против гитлеровских захватчиков и их пособников в войне, которую мы называем Великой Отечественной.
Тут мы найдем и стихи Александра Твардовского, Михаила Исаковского, Константина Симонова, Сергея Наровчатова, текст знаменитой песни «Заветный камень» Александра Жарова.
Кроме грандиозной «Песни о Днепре» здесь помещён ещё один текст Евгения Долматовского, написанный в 1941-м, но звучащий сегодняшне:
Жди теперь моего возвращения,
Бей в затылок врага.
Сила ярости, сила мщения,
Как любовь, дорога.
Наша армия скоро ринется
В свой обратный маршрут.
Вижу — конница входит в Винницу,
В Киев танки идут.
Мчатся лавою под Полтавою
Громы наших атак.
Наше дело святое, правое.
Будет так. Будет так!
«Радость стариков и смех подростков, Всё, чем ты, победа, дорога, — Нам залог, что сталь Днепропетровска Скоро полетит в лицо врага! — писал в 1943-м Дмитрий Кедрин.
Нельзя не привести целиком стихотворение «Харьков» (1943) уроженца Ростова Великого Ярославской области и всю жизнь киевлянина Николая Ушакова:
Харьков слышит гул родных орудий.
Гул всё громче.
Звук разрыва сух.
Превратились в слух
дома и люди,
и деревья превратились в слух.
«Ждём», — как будто говорит Сумская.
«Ждём», — соседний произносит сад.
Головы всё ниже опуская,
на балконах
мёртвые висят...
— Ждём, — живые повторяют люди.
Пепельною ночью,
сизым днём
Харьков слышит гул родных орудий,
мужественный голос:
«Мы идём!»
За противотанковыми рвами,
за скрещением дорог
вдали
Харьков вырастает перед нами.
Мы идём,
мы входим,
мы вошли.
Взяли слово на страницах сборника «Ожог» и известные авторы УССР, чьи строки были в свое время переведены на русский язык, — Платон Воронько, Мыкола Бажан, Андрий Малышко. Последний, в частности, писал в железном 1942-м:
У Днепра я спрошу: «Слушай, старый, ты видывал виды, —
Что под градом стальным ты сегодня ответишь врагам?»
И рокочет мне Днепр: «Не забыл я и старой обиды,
А уж новую эту — вовек не прощу палачам!»
Разве не о сегодняшней Одессе написал в 1945-м малоросс Бажан, когда говорил о киевском Бабьем Яре (перевод М. Лозинского):
Мы этот пламень помнить вечно будем,
И этот пепел — он неискупим.
Будь проклят тот, кто скажет нам: «Забудем».
Будь проклят тот, кто скажет нам: «Простим».
И стихи наших современников есть в этом разделе. Они посвящены той, Великой войне, но адресованы нам. Это «День Победы» недавно ушедшего от нас Михаила Анищенко (Самарская обл.), «Саженцы» из цикла 1984 года «Война. Фрагменты общей памяти» Станислава Минакова (Харьков), стихи Николая Рачкова, Владимира Кострова, Евгения Семичева и других.
Последний раздел книги, «Мы — русские», неожиданно для читателя открывает стихотворение «Не жди приказа!..» (Москва, 2014) Игоря Стрелкова, того самого.
Как всегда, лаконичны и афористичны строфы краснодарца Николая Зиновьева:
Из камня выжимала сок
Рука Москвы — и онемела.
И сразу нечисть налетела,
Чтоб пожирней схватить кусок.
Но вдруг все с нами вновь «на Вы» —
Прошло, исчезло онеменье.
Сильнее нет руки Москвы,
Творящей крестное знаменье.
Уйдёт беда водой в песок,
Крестись, Москва, и бесов мучай,
Но всё ж дави из камня сок
Другой рукой на всякий случай.
Смысловой точкой в книге являются последние стихи сборника. Среди них стихотворения В. Негатурова «Мужская молитва», С. Минакова «Новая походная песня слободских полков», В. Можаевой «Мы отпразднуем когда-то День Победы…».
И ребята, что погибли на Донбассе,
С нами вместе будут праздновать тогда…
А пока что этот День у нас в запасе.
До рассвета. До Победы. До Суда.

 P.S. Поэты, правда плохие, к "штыку приравнявшие перо" - тоже чисто российский обычай. Хорошо всей этой нечисти - дозволена и проплачена пропаганда ненависти. Им даже в голову не приходит. что по ту сторону "поэтического прицела" их кровные братья.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..