Леонид Штернберг:
Украина сеет зерно раздора
Очередная компания воплей Украины против Израиля: Израиль, видите ли, покупает зерно, краденое Россией у Украины. Доказательств – никаких, вместо принятых межгосударственных обращений – сообщения в соцсетях (у Трампа научились, что ли?). Попробуем разобраться.
Юридические термины должны быть точны. Кража – это отъем тайком (чего не было), грабеж – это отъем силой или угрозой. Зерно, вывезенное в начале вторжения, которое уже было на складах, это зерно не краденое, а награбленное.
Зерно же новых урожаев КУПЛЕНО новой властью у тех крестьян, кто оказался под оккупацией.
Запретить им продавать зерно новой власти невозможно – им жить на что-то надо. Как нам никто не может запретить покупать зерно у РФ, если оно НАМ нужно. А если зерно из оккупированных территорий увезли, скажем, на Кубань, где из него делают хлеб, и кубанское зерно теперь не требуется для хлеба, то это кубанское зерно уже можно продавать в Израиль? А какое зерно продавали предыдущие 3 года, если воплей не было? А почему нет криков в адрес других стран, покупающих зерно у России?
А теперь – к моральной стороне дела. Во время 2-й Мировой войны оказавшиеся под оккупацией люди естественно продолжали работать по возможности там же, где и раньше: кто-то пек хлеб, кто-то работал на заводе, а кто-то и в горсовете – городские службы как-то поддерживать надо (электро- и водоснабжение, канализацию, уборку мусора). С точки зрения СССР это называлось «работать на немцев», считалось предательством и в придачу каралось затем ссылкой или еще чем похуже. Сегодня оказавшиеся под оккупацией жители Украины так же продолжают работать по возможности на своем месте: есть, лечиться, ходить в туалет, ездить на работу надо по-прежнему. Кто-то выращивает зерно и продает его тому, кто покупает. И фактически «радетели» за чистоту сделок хотят лишить крестьян Украины из зоны оккупации средств к существованию.
Подобная история нам знакома. Жила-была компания С (имя назвать нельзя, а то скажут, что это реклама), работала на территориях, давала работу с полтысячи палестинцам. И тут европейцы начали «заботиться» о палестинцах, и начались бойкоты и угрозы бойкотов. Из-за обильного упоминания в прессе продажи компании для начала резко подскочили вверх. Но компания решила не связываться и перенесла основной завод в Лахавим в Негеве, а другие заводы – по разным местам. В итоге полтысячи палестинцев потеряли высокооплачиваемую (по их меркам) работу, а в Негеве появилось соответствующее число новых рабочих мест плюс рабочие места вокруг компании (столовые, подвозки, вспомогательные службы) – как раз то, что Израилю нужно. Для компании это – для начала некоторые затраты, а в итоге – оптимизация производства: к порту ближе и рабочие более вменяемые, чем палестинцы. В целом – не было бы счастья, да несчастье помогло.
Этот корабль для нас – капля в море: голод нам не грозит. Но возможно, что этот дурацкий случай заставит Израиль задуматься о других поставщиках зерна. Как нельзя быть зависимым от прихотей президентов в области боеприпасов, так нельзя быть зависимым хоть в чем-то от России: никогда не знаешь, кто и что еще выдумает при слове «Россия».
Итак, Израиль НИЧЕГО ПЛОХОГО НЕ СДЕЛАЛ И НИЧЕГО НЕ НАРУШИЛ. Санкций на продукты питания нет и быть не может. На корабль санкций тоже нет. Все слова украинской стороны выеденного яйца не стоят: соответствующие документы надо подавать вовремя и в правильные инстанции. Это не соглашение между странами, а сделка купли-продажи между двумя компаниями, так что претензии к стране вообще бессмысленны.
И если у Украины были какие-то документы о незаконности груза на первом корабле, которые были поданы в прокуратуру Израиля за три дня до окончания разгрузки, то прокуратура Израиля не обязана тут же подпрыгнуть и исполнять хотелки Украины – у нее есть свои правила и графики.
Компания-покупатель в Израиле в итоге отказалась принимать зерно со второго корабля, но не потому, что признала свою ошибку или вину (не было ни того, ни другого), а потому что дешевле потерпеть некоторые убытки, чем потом иметь проблемы со всякими итальянцами, испанцами и прочими, кто ищет любой предлог для проблем. Интересно, кто будет оплачивать всю эту историю? Надеемся, что израильская компания достаточно опытна, чтобы оплачивать зерно только после разгрузки. Есть еще простой корабля, неустойка по сделке и т. д. Суд (если до него дойдет) может возложить расходы на поставщика, если сочтет, что причина отмены сделки разумная и весомая. Есть хорошая вероятность, что так и будет. Да и рискнет ли российская компания обращаться в суд?
Результаты.
Корабль с зерном отбыл в неизвестном направлении – кто-то где-то это зерно по дешевке купит – к той стране, разумеется, претензий не будет.
В Израиле эту историю скорее всего через месяц забудут. Израиль скорее всего будет искать других поставщиков, что нам только на пользу – меньше зависимость от проблемного поставщика. Компания-покупатель понесла какие-то финансовые потери, для нее заметные, но не смертельные. В масштабе страны – это просто мелочь.
Россия потерпела финансовые убытки и потеряла кусочек рынка – не смертельная потеря.
Наибольшие потери – у Украины. Фермеры поминают «незлым тихим словом» (это цитата из главного украинского поэта Т. Г. Шевченко) тех, кто затеял все это: не дай бог Россия из-за потери рынка перестанет покупать у них зерно – на что они жить будут? Сама Украина попортила отношения с Израилем – в деньгах это не измеряется, но Украине от Израиля вечно что-то надо (и кое-что она получала: полевой госпиталь, всякую вспомогательную технику), а вот Израилю от Украины практически ничего (разве что обеспечить хасидам поездку в Умань).
Ну и кому всё это было надо? И кто от этого хоть что-то выиграл?
А ИЗРАИЛЬ И ДАЛЕЕ БУДЕТ ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО СОЧТЕТ НУЖНЫМ ДЛЯ СЕБЯ.
5.2026
Комментариев нет:
Отправить комментарий