пятница, 29 июля 2022 г.

Передел Украины глазами безумцев

 

Передел Украины глазами безумцев


Дмитрий Медведев, коллаж

Дмитрий Медведев публикует карту, где Россия "приросла" большим числом украинских территорий. При этом свои болезненные фантазии он распространяет и на соседние страны, вроде Польши или Венгрии, которые тоже якобы намерены оттяпать куски Украины. Все это вместе взятое он приписывает неким "западным аналитикам". Якобы это они так видят Украину по окончании росийской "спецоперации". Существуют ли эти люди в природе или Дмитрий Медеведев на почве известных отклонений провозгласил "западным аналитиком" сам себя?

Заодно напомним в эфире прогнозы по поводу распада страны сценаристов сериала "Слуга народа". В чем они видели причины этого распада и чем он в итоге закончился. В гостях - политические аналитики Александр Харебин и Андрей Колесников. Ведет программу "Лицом к событию" Елена Рыковцева.

Видеоверсия эфира

Елена Рыковцева: Нашим событием снова становится Дмитрий Медведев, который, видимо, хочет повторить судьбу Владимира Жириновского, экстравагантные высказывания которого мусолились и мусолились прессой. Но с другой стороны, как же не обсуждать, когда человек, я имею в виду Дмитрия Медведева, находится в ранге заместителя председателя Совета безопасности Российской Федерации. Сейчас он, кстати говоря, пребывает на границе с Финляндией, где тоже делает заявления. Посмотрите, пожалуйста, сюжет о свеженьком Медведеве.

Медведев хочет поделить Украину

No media source currently available

0:000:03:420:00

Елена Рыковцева: С нами Андрей Колесников. Я хочу обратить ваше внимание на то, что Российская Федерация очень трепетно относится ко всякого рода прогнозам насчет территориальной целостности самой России, есть даже статья в Уголовном кодексе. Нельзя разжигать, нельзя расчленять, нельзя призывать к расчленению. Единство России какое-то святое абсолютно понятие, каждый, кто покушается, тот уголовник практически. Почему так легко эти люди разбрасываются чужими территориями, «присоединяют» чужие территории?

Андрей Колесников: Они же властелины мира, они же делят мир теперь. Путин – это целый полюс влияния, центр влияния на события в разных точках планеты. Поэтому естественным образом они определяют, какой будет карта мира. Лавры Молотова с Риббентропом не дают покоя, хочется порулить мировыми процессами, вот они и провоцируют мир такими заявлениями, немножко будоражат домашнюю аудиторию, которая в большинстве своем вполне себе это воспринимает всерьез, считая, что да, это возвращение назад к имперским границам этих самых территорий. Все эти карты очень похоже, не в буквальном смысле, конечно, но чем-то напоминают карты 1938 года Европы, карты 1939 года. Возможно, над такого рода картами стояли как раз коллеги Молотова и Риббентропа, сам Сталин, сам Гитлер. Характерно, что все эти геополитические высказывания и уроки черчения происходят на фоне поездки Медведева к границе Финляндии. Это ведь очень симптоматично. Мы вообще провалились в 1939-й год, в 1940-й с освобождением этих самых территорий. Намек на финскую войну здесь тоже присутствует. Это какие-то совершенно детские игры.

Елена Рыковцева: А почему не играть по-взрослому? Если уж он такой Жириновский весь из себя, который готов призвать к чему угодно, да хоть к ядерной бомбе, да хоть разбомбить, да хоть Индийский океан, почему Дмитрию Медведеву по-простому не сказать: это я так думаю? Я считаю, что Россия должна оттяпать вот это, а Польша наверняка захватит этот кусок территории. Он зачем придумал западных аналитиков? Мы все перерыли, ни у одного западного аналитика нет ничего подобного, разве что они прогнозируют, что оставит себе Россия после завершения этой войны.

Андрей Колесников: Так выглядит российская политика – это же клоунада абсолютная. Клоунада очень опасная, во всем опасная, и во внутренней политике, и во внешней. Человек с искусственной должностью, очень униженный своим же патроном, перед которым он теперь выслуживается, всячески пытается оправдать свое существование, поэтому такой градус безумия, такой градус карикатурности в этих всех высказываниях. Да, конечно, не существует никаких западных аналитиков, которые размышляют таким образом, если это не сумасшедшие какие-то. Есть какие-то люди, в том числе в Соединенных Штатах, которых привечают в Кремле, типа Дмитрия Саймса, кого-то еще, но даже Дмитрий Саймс, думаю, не размышляет в таких категориях – это просто идиотизм. В нашем сюжете сейчас упоминались Киссинджер и Игнатиус – это люди разумные. Игнатиус никогда в жизни, конечно, такого бы не мог предположить, как и, собственно, Киссинджер, который сразу сказал, что на самом деле необходимо возвращение к "статус-кво анте", то есть к тому положению, которое изображено на другой карте Медведева. То есть Киссинджер говорил ровно о том, в чем Медведев обвиняет накачавшимся психотропными средствами Зеленского. Кто здесь накачался психотропными средствами – это очень большой вопрос, но точно не Зеленский, точно не Киссинджер, которые хотели бы возвращения нормальных границ и возвращения к нормальной жизни до того, как Путин не начал эти маневры, связанные с Украиной, а начал он их очень давно.

Елена Рыковцева: С нами Александр Харебин. Я понимаю, что мы, к сожалению, все последние месяцы, говоря о Дмитрии Медведеве, постоянно должны вступать в область то ли психологии, то ли психиатрии. Тем не менее, его должность обязывает говорить о нем. Ему зачем к этой карте, которая, видимо, его мечта, его фантазии, подтягивать еще и другие агрессивные намерения по отношению к украинским территориям других стран? Он нарисовал бы, что у нас стала большая Россия, а там какая-то Украина. Для чего еще рисовать, что Польше отойдет это, Венгрии то?

Александр Харебин: Вы знаете, когда вы говорили о Медведеве, я хочу вернуть Российской Федерации, Медведеву слова или аллюзии, которые любит применять его патрон, как вы заметили. Есть такая поговорка: кто обзывается, тот сам так называется. Это как раз о Медведеве. То есть те страхи, которые есть в Российской Федерации о собственном распаде на 35, 50 или 20 субъектов – это философский вопрос, точно так же в Украине есть разные карты, какими Украина или мир хотели бы видеть деколонизируемую Российскую Федерацию. Вот эти страхи транслируются в пространство от Медведева, которому скорее всего нужен нарколог, который поможет ему справиться с сложностями, страхом, который есть у него перед глазами. То есть тем будущим, которое было сделано его руками, когда он был президентом Российской Федерации, и руками Путина, который сейчас добивает остатки и России по большому счету, и мирового порядка. Я думаю, что это не более, чем комплексы, которые сейчас проявляются в таком весьма извращенном виде.

Елена Рыковцева: Почему он не хочет быть завоевателем в единственном роде, почему ему нужно свалить, переложить часть этой истории по захвату чужих территорий на те страны, которые ни сном, ни духом?

Александр Харебин: Я бы обратил внимание на заявление Пескова и ряда ваших российских лидеров о том, что процесс так называемой денацификации Украины должен быть закончен полностью. Они готовы, по их версии, дойти до польской границы, до границы со странами НАТО. Даже в этом проявляется их противоречие. Левая голова двуглавого говорит о том, что мы дойдем и захватим всю Украину до западных границ, вторая голова совершенно бездумно пытается ее с кем-то разделить, предложить неким, на их взгляд, заинтересованным странам поучаствовать в этом разделе. Биполярное расстройство, к сожалению, тоже относится к категории болезни. С этим всему миру, Украине жить.

Елена Рыковцева: Кстати говоря, человек, который производит впечатление трезвого, не обколотого, по крайней мере, не пьяного – это Нарышкин, вы помните, он тоже Польше приписал эти агрессивные намерения, он первым это сделал. В Украине такие разговоры ведутся, какие-то подозрения возникают в отношении Польши, что, возможно, кто-то там когда-то хочет прихватить кусок территории Украины или это абсолютно российский нарратив?

Александр Харебин: В Украине обсуждались некоторые маневры Орбана на границе Закарпатской области, Венгрии, естественно. Об этом говорил наш глава СБУ господин Данилов, обвиняя фактически Орбана в начале чуть ли не военной операции или потенциальной военной операции на украинской границе. Орбан тогда это опроверг, глава МИДа Венгрии это тоже опроверг. Но нынешние визиты главы МИДа Венгрии к Лаврову в Россию, конечно же, не добавляют безопасности на западных украинских границах. Помня историю Венгрии и дважды неудачные союзы с гитлеровской коалицией, Первая мировая война, Венгрия всегда оказывается на плохой стороны истории, обычно это заканчивается потерей как раз венгерской территории в результате подобного выбора. Что касается Польши, Румынии, мне сложно комментировать бред. Мы втягиваем себя в комментирование бреда, который в принципе не имеет права на жизнь.

Елена Рыковцева: Он живет. Я все время подчеркиваю для нашей аудитории, что он живет из уст человека, который принимает серьезные решения. Кажется, что он никакой, но он принимает эти решения. Он, по крайней мере, озвучивает их.

Александр Харебин: Я думаю, что Медведев, российское руководство еще живет в парадигме окончания Второй мировой войны, пакта Молотова-Риббентропа. Российская Федерация в лице ее нынешних руководителей думают, что они живут в парадигме реал-политик, что существует реальный мир, миром правят интересы, возможно, Россия предоставит странам-хищникам, которые воспользуются слабостью Украины и получат назад нечто, что по версии Российской Федерации принадлежит опять же этим странам. К сожалению, в этой истерии совсем забывается послевоенное устройство мира, ООН, фактически нивелируются все международные институты, международное право, на чем была построена послевоенная 80-летняя повестка. Российское руководство отвергает все, на чем был построен мир трех поколений или четырех поколений послевоенных.

Елена Рыковцева: Андрей, все-таки есть опасения в Украине по поводу Венгрии, они не считают, что там все стопроцентно надежно с точки зрения того, что она не поведет себя недостойным образом. Что вы об этом думаете?

Андрей Колесников: Вы знаете, что Орбан считается в Европе больным человеком. Это действительно человек, который проявляет некоторые авторитарные тенденции, дружит с Путиным, каким-то образом выбивается из общего ряда европейских политиков. Даже Дуда и тот выглядит несколько иначе на фоне Орбана. У Орбана есть границы, есть лимиты его поведения – это членство в Евросоюзе, это зависимость все-таки от некоего европейского мейнстрима. Можно 30 раз говорить, что Евросоюз загнивает, что евро, как выразился тот же самый Медведев протухает, что у Европы нет своей субъектности, она полностью подчинена Соединенным Штатам. Европейский проект состоялся, внутри него все-таки есть определенные правила, нормы, институты. Вести себя совсем уж вызывающим образом Орбан не сможет. Так что наши политики просто меряют других политиков западных в меру своей испорченности. Они полагают, что все такие же циники, все такие же абсолютно безнравственные в буквальном смысле слова люди. Но это не так. Европа основана на ценностях, а не только на каких-то потребительских интересах или на интересах получения какого-то там газа. Европа справится с газовыми проблемами, Европа дееспособная конструкция и в экономическом смысле, и в политическом, все будет нормально, никакого "после Европы" не будет. "После России" уже начался процесс, к сожалению. Мы выпадаем из концерта цивилизованных стран самым активным образом. Так что, думаю, что бояться за передел мира, который идет с западной стороны, не стоит. Важно Нарышкину тому же самому, Медведеву, Путину показать, что есть агрессивные устремления Запада, что мы как бы на них отвечаем. Но их нет. Польше не нужна Украина, Венгрии не нужны куски Украины, Румынии не нужны уж тем более какие-то фрагменты. Это выдуманные сущности, мы живем в выдуманном мире. Огромное количество населения Российской Федерации живет в том мире, который придумал для них Путин и его пропагандистская машина. И то, что происходит сейчас – это ровно такого же сорта усилия абсолютно. Выдуманная карта, выдуманные аналитики. Да, можно называть это бредом, но это люди собирались, ночами сидели, чтобы такое сказать. Хихикали, потирали руки, когда какой-то мальчик нанятый рисовал эти карты для них.

Елена Рыковцева: Мы посмотрим опрос и обсудим то, что говорят москвичи, как они это видят.

Хочет ли Россия присоединить захваченные в Украине территории?

No media source currently available

0:000:02:240:24
 Скачать медиафайл 

Елена Рыковцева: Андрей, как вы считаете, эти люди, которые говорят, что нам не нужны эти территории, они не смотрят телевизор, не читают Клишаса, разного рода сенаторов, которые говорят: вот это и это к сентябрю, Херсон уже наш, мы его освободили, даем им паспорта? Почему они все еще говорят, что мы не собираемся присоединять, когда уже им объясняют, что вот же это уже Россия?

Андрей Колесников: Потому что это не присоединение – это освобождение. Это сталинский нарратив 1940 года. Он в некотором смысле, я далек от того, чтобы говорить, что генетически заложен в населении, но то, что это имперский синдром, то, что это абсолютно имперское мышление, оно дремало все эти годы, Путин его разбудил. Это все вставшие с колен люди. Правда, в эту выборку попали в основном пожилые граждане, но была и бородатая молодежь, которая тоже высказывается за то, что все нужно вернуть в лоно империи. Восприятие людей, живущих в Украине, как своих, оно тоже имперское. Это отказ от того, чтобы считать людей, живущих в сопредельных государствах, бывших республиках СССР, отказ считать их жителями самостоятельных государств, отказ полагать, что у них есть собственная субъектность, несмотря на то, что прошло 30 лет. Советский Союз все еще разваливается на самом деле. То, что происходит сейчас – это процесс того самого развала, просто мы думали, что после 30 лет самое страшное пройдено, как-то обошлось без большой крови, а выяснилось, что нет, без крови никак не получится. Это абсолютно зомбированные люди. Мои коллеги, которые живут сейчас в основном на Западе, говорят о том, что нет, россияне думают иначе. Да, есть россияне, которые думают иначе, но преобладающее мнение ровно такое, какое попало в случайную выборку Радио Свобода, так люди думают: мы возвращаем свое, мы освобождаем территории, мы боремся с нацизмом. "Я сама из Одессы, я хотела бы, чтобы Одесса была в России". Абсолютно империя в головах еще не развалилась – вот единственный вывод, который следует из этого опроса.

Елена Рыковцева: Это как с Крымом: мне будет удобнее туда ездить, если он будет российский.

Андрей Колесников: Еще один важный момент: эти люди блокируют для себя альтернативные источники информации. Они либо не верят в то, что есть огромные жертвы, гигантские разрушения, миллионы беженцев, либо сознательно отказываются от того, чтобы прибегать к иным, нежели официальным источникам информации. У них нет своего мнения, они заимствуют это мнение у официальных источников, то есть у телевизора в основном и у Владимира Владимировича Путина, учителя нации.

Елена Рыковцева: Считаете ли вы, Александр, что российское руководство, судя по этому опросу, действительно меняет цели как перчатки? Вы же помните, что этого не звучало, что мы должны присоединить или освободить такие-то территории. Звучало денацифицировать, демилитаризировать. Теперь совершенно официально Медведев, Клишас на Совете Федерации, в сентябре они грозят общим комплексом присоединений. Нужно ли считать, что цель действительно официально меняется, что это уже захват территорий?

Александр Харебин: В Украине достаточно популярен тезис, я его, конечно же, поддерживаю, что Россия остановится там, где ей дадут по зубам, это и будет та граница, где закончится так называемый "русский мир", где Россия потерпит сокрушительное поражение. Конечно же, я хотел, чтобы эта территория оказалась в границах 1991 года, согласно всем послевоенным устройствам мира. Когда меняются цели – это отсутствие целеполагания как такового. Заходили с одним, думали быстро победить, когда поняли, что быстрой победы не будет, ищут другую обманку, которая позволит оправдать нахождение российской армии и 50 или 75 тысяч погибших и раненных россиян, которые на этой бессмысленной для России и тех регионов, откуда в основном поступает материал на эту войну. Мне сложно понять, что тувинцы, буряты и прочие жители неблагополучных, отсталых регионов Российской Федерации делают в Украине, какую Россию они защищают, что к чему они пытаются присоединить. Мы с вами в предыдущих эфирах обсуждали, почему российская власть настолько сильно лжет. Мне иногда кажется, что после Второй мировой войны, вернувшись из Берлина, они оказались укушенными гитлеровской пропагандой, перешла гитлеровская имперскость, нацистская имперскость на Российскую Федерацию. Потому что то, что мы видим, ложь запредельная, так называемая большая ложь – это в принципе нарративы, которые использовались Гитлером в его "Майн Кампф", Геббельсом, говоря о том, что чем больше ложь, тем быстрее в нее поверять обычные люди. Потому что в их понимании невозможно так мерзко, отвратительно глобально лгать, то есть их мозг не воспринимает эту большую ложь. К сожалению, мы вынуждены в Украине сталкиваться с этим. К сожалению, в Украине исчезла иллюзия о том, что русские не хотят войны. К сожалению, это осталось только в песнях и легендах тех людей, которые их пели после войны, "хотят ли русские войны?". К сожалению, они хотят, большинство. И социология, как бы мы в Украине ни относились к исследованиям Левады, российских социологических государственных служб, увы, но россияне по-прежнему под влиянием большой лжи видят свою миссию в спасении кого-то. Насильно мил не будешь, но, тем не менее, есть потребительский нарратив: подождите, они же наши, мы несем свободу. Нам не нужна ваша свобода, вы с собой разберитесь.

Елена Рыковцева: Они несут свободу избирательнице 70-летней Виктора Медведчука, которая составляет 10% от всего населения города, которое ходило голосовать.

Александр Харебин: Избирательница, либо поклонница Виктора Медведчука скорее всего была убита в Мариуполе на Донбассе, которую пришли освобождать так называемые русские "освободители". Сейчас не существует электората, разумных граждан, которые хотели бы, либо видели какие-то варианты сосуществования, сотрудничества с Российской Федерацией, тем более с российской властью. То есть Россия на своих танках, солдатах и оружиях убила любую русскость, с которой можно было когда-либо договариваться. У нас нет больше электората, способного поддержать имперские устремления, либо дипломатические устремления Российской Федерации в Украине, они мертвы.

Елена Рыковцева: Не считая отдельных уродств, типа которые в Херсоне, отдельные человеческие экземпляры, если пытаться вежливую подбирать лексику, которые сейчас занимают коллаборацией и так далее.

Александр Харебин: Это про деньги – это не про идеологию. Коллаборанты – это как раз те, которые сознательно приняли решение работать на врага, на агрессора. Эти люди получают недооцененное в Украине, недозаработавшее и так далее. Идеологические люди в Украине пророссийские исчезли.

Елена Рыковцева: Наверное, вы уже знаете, что «одесский батальон», который «вместе с Россией сражается за освобождение Херсона», возглавил Игорь Марков, который давно уже живет в Москве, которого до сих пор не пускали в Украину по разным причинам политическим. Он наконец-то получил. То есть даже те, кто называет себя освободителями с украинской стороны, они все равно приехали из Москвы.

Александр Харебин: Да, вы фактически ответили на мой предыдущий тезис. В Украине не существует внутренней фронды украинскому политическому классу и будущему Украины в Европе. Это все привнесенные какие-то элементы, недооцененные, недолюбленные мужчины и женщины, которые увидели в российском вторжении новую возможность. К сожалению для Украины, Украина не среагировала правильно – это проблема пятого президента Порошенко, Украина не прошла уроки создания так называемых ДНР и ЛНР, и не смогла дать иную картину будущего, какой могла бы стать Украина, показать эту другую Украину после 2014 года. Когда мы видели визиты Пушилина в Минск, слышим ту риторику, при этом когда сам ты разумный, рациональный человек, понимаешь происходящее, сложно апеллировать к людям, которые сознательно тебе в лицо лгут, нормальные люди теряются. Я в какой-то публичной коммуникации, если помните, стихотворение "Убей немца" Эренбурга, к сожалению, с российской риторикой, с тем, что сейчас происходит на оккупированных территориях, "Убей немца" может поменяться на другое слово. Российская Федерация все для этого делает. Потому что все, что описано в стихотворении Эренбурга, происходит сейчас на оккупированных Российской Федерацией украинских территориях. Та степень ненависти, то количество погибших мирных людей, детей не то, что невозможно в XXI веке, невозможно в любом веке, в любом поколении. Эта травма от того, что происходит на наших глазах сейчас, - это на поколения.

Елена Рыковцева: Я тоже пытаюсь все время напоминать нашей аудитории, что когда вам говорят, что гибнут в Донбассе люди, дети, вы должны все-таки помнить, что до 24 февраля этого не было. Несколько лет, как прекратились все эти гибели, гибло на этих территориях не больше, чем в какой-то другой российской республике от болезней. Эти цифры есть, эти цифры нужно поднимать, если у вас есть желание разбираться, сколько людей гибло до 24 февраля, и сколько сейчас в так называемых самопровозглашенных республиках ДНР и ЛНР. Я хочу напомнить вам сериал "Слуга народа". Казалось бы, все знают, о чем этот сериал, даже те, кто не смотрел, знают, что простой учитель стал президентом. Потом этот президент киношный стал президентом в реальной жизни. Но у этого сериала есть третий сезон. Эти три серии абсолютно предвыборного характера, вышли ровно перед вторым туром выборной борьбы между Владимиром Зеленским и Петром Порошенко. Это был, я бы сказала, сложный большой рекламный ролик Владимира Зеленского. Но мы хотим вам напомнить о том, что карта распада Украины существовала и в этом сериале, мы хотим показать вам контекст, в котором эта карта появилась.

Финал третьего сезона "Слуги Народа"

No media source currently available

0:000:00:170:11

ПРОДОЛЖЕНИЕ ОБСУЖДЕНИЯ СМОТРИТЕ НА ВИДЕО

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..