понедельник, 4 июня 2018 г.

Личные замечания в связи с выходом Эльора Азарии из тюрьмы



01.06.18
Мирон Я. Амусья,
профессор физики

Подведение итогов
(Личные замечания в связи с выходом Эльора Азарии из тюрьмы)

Что дозволено быку, не дозволено Юпитеру.
Вероятный оригинал
Aliis si licet, tibi non licetоn.
 
Я знаю, он придёт,
рассеет подозренье.
Он жертва случая
и преступленья не может,
Не может совершить!
М.И. Чайковский, 
«Пиковая дама»
 
У меня давно было намерение подвести некий итог так называемому «делу Азарии», о котором было сказано и написано довольно много. Чуть больше года назад я посвятил этой теме две заметки: «Геройи героизация», которая имела больше 3500 просмотров и 49 комментариев, и «Одно письмо 49ти “Гостям”», которую только на сайте интернет-журнала «Мы здесь» просмотрело более 3 тысяч человек и 33 прокомментировали. Практически все комментарии были отрицательные, и отличались лишь степенью грубости в адрес автора. Доказательств там не было, и юристы в полемике (абсолютное большинство участников – анонимы), насколько понял, не участвовали. Подвести итог делу оказалось занятием трудоёмким, и в очередной раз подтвердилось, что иметь намерение и сделать - очень часто совсем не одно и то же.
Как следует из заголовка второй заметки, я ничего не забыл. Как явствует из данной заметки –ничему не научился. Имею в виду тот факт, что сохранил прежнюю точку зрения по этому делу, А именно, считаю, что наказание Азарии за убийство тяжело раненного бандита-террориста было справедливо, поскольку нарушало армейские инструкции, соответствующие существующим гуманным принципам поведения военнослужащих в боевых столкновениях, если слово «гуманный» вообще совместимо с понятием «боевое столкновение».
Осудив Азарию за «убийство по неосторожности», суд сделал наказание сравнительно мягким – 1.5 года тюрьмы. Утверждалось, что при вынесении приговора учитывалась отличная, до выстрела в террориста, служба в армии. То, что по ходу следствия и суда Азария существенно менял свои показания, снизило доверие к нему, что нашло прямое отражение в судебном решении. Я считал и считаю выбор Азарией своим адвокатом Йорама Шефтеля неудачным. Его участие не было успешным, но, по счастью, суд не увеличил продолжительности заключения из-за обжалования приговора. Срок пребывания в тюрьме был дополнительно сокращён, принимая во внимание отсутствие нарушений за время пребывания под стражей. 8 сентября Азария вышел на свободу, и перед ним открылось поле возможностей молодого человека, на которое, несомненно, влияет и факт судимости, и факт героизации среди части населения. Молодому человеку потребуются значительные внутренние силы, чтобы не позволить политикам и прочим заинтересованным играть его судьбой.
Диапазон точек зрения в общественной дискуссии по «делу Азарии» был и, насколько понимаю, остался весьма широким. Высказывались мнения от: «террорист мог иметь на себе пояс смертника, и потому представлял собой, в принципе, непосредственную угрозу, которую следовало тут же ликвидировать», до «не важно, была ли непосредственная угроза или нет, но террорист должен быть добит, иначе он опасен». Часть людей считает Азарию героем, другая – не видит подвига в стрельбе по обездвиженному террористу, и полагает, что нарушение служебных инструкций предосудительно. Есть и своего рода промежуточный подход, сводящийся к простой житейской формуле: «Если нельзя, но очень хочется, то можно».
Вместе со многими, я считаю, что в стране есть законы, порядки, инструкции, равно как и механизмы их смены – через Кнессет, органы самоуправления на любом уровне, демонстрации. Всё приемлемо, кроме самосуда. И не надо путать самосуд с правом на самооборону, которое имеет любой человек – мужчина и женщина, солдат или гражданский. В связи с приговором Азарии противники осуждения, «героизаторы», назовём их так, предрекали: «Теперь солдаты будут бояться открывать огонь по врагу, и всё из-за юристов-казуистов!». Ошиблись они – дисциплина, как и мастерство, вовсе не упали, о чём свидетельствует точность огня израильских снайперов, ликвидировавших совсем недавно более 60 подстрекателей-«демонстрантов», пытавшихся прорваться через разделительный забор Израиля с Газой. Наши снайперы делали свою работу филигранно, сумев практически не зацепить тех, кого можно было отнести к «мирным жителям».
Год достаточный срок, чтобы убедиться в неизменной решительности действий армии и полиции в борьбе с террором, вопреки предсказаниям «героизаторов». В то же время утверждение, будто выстрел Азарии помог остановить террор, также не соответствует действительности – террор для своего подавления требует куда более серьёзных действий, чем акт самосуда. Отмечу, что в связи с делом Азарии определённый экзамен выдержала и юридическая система армии – её не удалось взять, что называется, горлом и на испуг.
Очевидность тех фактов, о которых говорю, откладывала оформление этих итогов в виде заметки, поскольку «я всё думал, думал, думал – написать – не написать». Равновесие это сдвинулось, однако, после того, как в День Иерусалима, 13.05.18, я прочитал на сайте 9го канала статью уважаемого политика и журналиста А. Энтовой «Почему мы чествуем Эльора Азарию?». Я и вправду задался подобным же вопросом, и имел ответ, который несколько грубо можно сформулировать кратко – по недомыслию. Говоря серьёзно, я недопонимал, во-первых, кто имеется в виду под этим «мы», а во-вторых, не видел, за что Азарию надо чествовать. Объяснение, данное в статье «Даже если его поступок был спонтанным, вольно или невольно для многих он стал символом, а именно - символом гражданского неповиновения» меня совсем не убедило, а ссылка на Мартина Лютера Кинга казалась и вовсе неуместной. Ведь Кинг ни в кого не стрелял, и не рекомендовал это делать своим последователям.
Совсем странным выглядит понятие «гражданское неповиновение» в применение к солдату, задача которого – выполнять беспрекословно приказы начальника. В уставах ряда армий, насколько знаю, и израильской, записано право не подчиняться заведомо преступным приказам начальника. Но право преднамеренно нарушать армейские инструкции или законы страны там не предусмотрено. О гражданском неповиновении в армии читал лишь при описании её разложения, к примеру, в связи с событиями октября – ноября 1917 в России, с превращением солдат и офицеров в каких-нибудь красногвардейцев или тому подобное.
Та же статья, что на 9ом канале, была у А. Энтовой и на Фейсбуке, куда я поместил следующий комментарий: «Уважаемая Ася! Статья ваша меня поразила. Какое отношение имеет гражданское неповиновение к действиям солдата? Вдумайтесь! При чём тут само по себе Осло? Вы же парня окончательно калечите, делая из него завзятого лгуна, а он явно всего этого не хотел. Вам его как человека совсем не жалко, лишь бы загнать в герои. Ведь вы же очевидную, хорошо ещё в памяти сидящую правду выворачиваете наизнанку.
Посмотрите, какими доводами вас поддерживают в вашем же Фейсбуке. "Долой харедизацию (?) закона!" - пишет поддерживающая вас дама. Один стонет о гейизации правосудия, другая - о харедизации. Плохо понятно, как в стране, где есть настоящие герои, можно убившего, пусть и по неосторожности, делать героем? И зачем делать героя из того, кто им не является? Он же просто случайно потерявший контроль над собой и испугавшийся наказания мальчик, которого взяли в руки политиканы.
В центр внимания общества он ставился не без ваших с Фейглиным усилий. Это обществу полезно? Это полезно армии? Это всё враждебной Израилю пропаганде полезно. Споря с вами, другая дама сформулировала чётко, с сильным полемическим преувеличением - "никогда ещё трус и врун не был героем Израиля!". Нет оснований однократный проступок объявлять системой. Нет оснований считать Азарию законченным трусом и лгуном. Но уж героем?! Побойтесь Бога, Ася». Этот же комментарий путём копи-пейста я поместил на сайте 9го канала.
Дискуссии по статьям были жаркие. Я сначала поставил комментарий, а потом решил прочитать отзывы других. Не скрою, ожидал всеобщего «Азария – ты слава боевая, Азария – ты юности полёт». А вместо этого увидел, что целый ряд читателей не видят в в нём подходящий объект чествования, возражают против его «героизации» и открыто об этом пишут, не всегда подбирая политкорректные выражения. Притом вместо безымянного «гость» из журнала «Мы здесь», люди подписывали свой комментарий именем и фамилией. Отмечалось как отсутствие геройства в стрельбе по обездвиженному и тяжело раненному, так и обязанность военнослужащего следовать инструкциям, даже если исполнителю они кажутся неправильными.
Энтова пишет: «Вопрос состоит и в том, как поступать с ними (террористами – МА) до теракта, когда преступная власть автономии постоянно обучает их террору, начиная с детского сада, и посылает их на уничтожение евреев». Вопрос о том, кто является «террористом до теракта» не стоит перед гражданами Израиля. Для этого есть службы безопасности и полиция. Но и они, задерживая подозрительных, обязаны для наказания их судом представить нечто более существенное и конкретное, чем обучение террору с детского сада.
Справедливой критике была подвергнута и сентенция Энтовой, будто на сегодняшний день «любой, даже самый добропорядочный израильский араб, даже арабская женщина и ребенок остаются под подозрением, что их послали нас убить». По счастью, задача выявления подозреваемых в намерении не относится к компетенции всех граждан.
Дискуссия в связи с делом Азарии вообще и статьёй Энтовой в частности в значительной своей части шла вокруг вопроса о том, следует ли себя связывать ограничениями заранее определённой законности в борьбе с врагом, который ни с какими законами не считается. Разумеется, эта тема не новая, и обсуждённая задолго до появления государства Израиль и далеко не только в связи с этим событием. В споре широко была представлена та точка зрения, что, поскольку Израиль – цивилизованная страна, его граждане должны подчиняться имеющимся законам и положениям. Если кому-то законы не нравятся, кажутся устаревшими или несправедливыми – пытайтесь их изменить, опираясь на развитые в стране демократические институты. Но пока закон и правила не изменены – обязаны им следовать. Известна поговорка «с волками жить – по волчьи выть», которая, на мой взгляд, далека до универсальности. Куда приятнее, что Израилю удаётся жить, и успешно развиваться, не опускаясь до волчьего воя.
Нередко говорят, что в применение к беспощадному врагу следует руководствоваться не либеральными юридическими установками, а давними религиозными положениями, в рассматриваемом случае в первую очередь талмудическим «Пришедшего тебя убить – встань и убей первым». На основе такого подхода в статье от 07.09.17 «Я – не виновен узник Сиона Ф. Кочубиевский говорит о полной невиновности Азарии, утверждая, что тот «поступил в точном соответствии с повелением наших предков».
Однако сомнительно, чтобы реальный современный закон просто мог бы копировать это талмудическое положение, в котором даже не содержится требование доказывать, что данный субъект пришёл тебя убить. Показалось, например, что это враг твоего народа и твой – тут же к стенке его, и без всяких доказательств! Для «революционной законности» эпохи гражданской войны в России это может и годилось, но для современного государства – едва ли. Однако и в ту эпоху для придания объективности и предотвращения полного произвола были предусмотрены «тройки», а не единоличное решение – застрелил, и нет вопроса.
Нередко в качестве обоснования действий Азарии приводится знаменитое «Око за око, зуб за зуб», которое, однако, вовсе не означает испепеляющего ответа, но, напротив, требует точного соизмерения нанесённого ущерба и последующего наказания. Приведу соответствующий комментарий из Википедии: «Из стихов Торы очевидно, что всем физическим повреждениям, нанесенным одним человеком другому, - при условии, что они не приводят к смертельному исходу, — должно быть найдено денежное выражение, и нанесший повреждение должен компенсировать их, заплатив штраф в том размере, который судьи определят».
Не могут использоваться как законы или даже инструкции или заменить их известные максимы типа «Тот, кто милосерден к жестоким, будет жесток милосердным» или «Кто с мечом к нам придёт, от меча погибнет». Дело не в том, устарели или современны они – дело в расплывчатости формулировок, которая очевидна при попытке применить их как руководство к действиям в современном мире.
Обсуждаемая в данной заметке статья А. Энтовой появилась в Хрониках Иерусалима, а также под заголовком «Еще раз – о «ловушке Осло» в №566 интернет-журнала «Мы здесь». Я не вижу сейчас никаких новых и драматичных проявлений давнишнего и очень вредного для Израиля договора Осло, никаких там новых его ловушек. А вот разговор о чуть ли не всеобщем чествовании вышедшего на свободу Азарии – там есть.
Так получилось, что я внимательно посмотрел два недавних номера, №565 (1-10 мая) и № 566 (17-27 мая). Там довольно много про Азарию, и нет ничего про перенос посольства США из Тель-Авива в Иерусалим.
Например, Д. Мааян, узник Сиона, в статье «Звенел из окопа топор дровосека…» негодует по поводу получения звания генерал-майора Ш. Афеком, который, как выяснилось, открытый гомосексуалист, и назначаемой ему по должности большой зарплаты.
«Прокуроры, конечно, – не самая любимая в народе группа населения. Но кто ж знал, что за решетку бойца посадил гомик? Потому нас и имеют из Газы тамошние ублюдки – такие генералы могут научить только задницу врагу подставлять», - аргументированно и предельно деликатно пишет бывший узник.
Из обсуждений статьи Энтовой отмечу лишь полуанонима (с анонимами не полемизирую), который подписывается ЮК. Отвечая мне, он пишет: «У вас на явления исторического порядка взгляд сугубо "физико-теоретический" - не взгляд ученого-системщика, а взгляд ремесленника-модельера. … Стыдно, профессор физики, да еще и блокадник! Ведь в физике можно вести себя как гений и социальный герой Лев Ландау, пошедший в сталинские казематы за публичную защиту посаженного советской опричниной основателя криофизики Льва Шубникова! А можно и юродствовать - как вычислитель и знаток всего и вся шут Китайгородский, дискредитировавший физику и околофизику с математикой».
Видно, что этот ЮК физики и ситуации вокруг неё не знает, а потому не понимает, о чём говорит. Ландау оказался в тюрьме вовсе не за защиту Шубникова, который как раз Ландау в Харькове и пытался защитить известной забастовкой физиков. Что касается Китайгородского, то у него вместе с Ландау вышло четыре книги, переводившиеся на разные языки и неоднократно переиздававшиеся. Ландау не приглашал в соавторы невесть кого, и не стал бы соавтором какого-нибудь нуля.
Про Азарию ЮК пишет: «Действительно герой: он восстал против истеблишмента, усевшегося пухлой карьеристской задницей на извечные ценности страны и народа - об этом вопят и все граждане, и все отснятые фотоматериалы - а вам хоть бы хны! Нельзя куражиться, стоя у дыбы, где третируют не потерявшего совесть солдата Армии Обороны Израиля!» Не знаю, про что «вопят все граждане», но про геройство, восстание против истеблишмента и дыбу – это просто неуместно.
Герои это те, кто ликвидировали в том хевронском бою одного, и обезвредили второго террориста. Примечательно, что ни этот ЮК, ни множество других «героизаторов» их имён не упоминают. Видно забыли, или даже не знали. Не до них в пылу полемики!
К слову сказать, меня удивило, что, радуясь по поводу выхода солдата из тюрьмы, «Мы здесь» и «Хроники Иерусалима» просто пропустили происшедшее 14 мая событие - перенос посольства США из Тель-Авива в Иерусалим. Хочу думать, что для «Мы здесь» это лишь случайное совпадение, обусловленное теми периодами времени, которым посвящены упомянутые журналы, в результате чего дни 11-16 мая оказались пропущены. Вместе с этим выпало отмечаемое по всему миру по григорианскому календарю семидесятилетие со дня провозглашения Израиля – 14 мая.
Конечно, День независимости в Израиле отмечался своевременно и весьма торжественно. Размах празднования вполне соответствовал юбилейной дате, и в №564 появилась, к примеру, моя статья На кого работает время, посвящённая семидесятилетию нашей страны. Когда-то подробно обсуждалось и обещание президента Трампа перевести посольство из Тель-Авива в Иерусалим.
Однако есть принципиальная разница между обещаниями, даже твёрдыми, и их материализацией. Можно, конечно, сказать, что 14 мая – это только церемония, а дела, вроде безвизового посещения США для израильтян, введения комбинации «Израиль, Иерусалим» во все документы Госдепа и паспорта американцев, как и немало другого – впереди. Но первый реальный шаг особо труден и важен, как в механике, где трение покоя всегда много больше трения движения. Конечно, реальность часто уступает воображаемой картине. Вообще, всегда много чего можно сказать, что гораздо проще, чем сделать. Поэтому печально, что «Мы здесь», да и «Хроники Иерусалима», под редакцией А. Энтовой прошли мимо этого значительнейшего события.
Возвращаясь к теме заметки, выражу надежду, что Эльор Азария не позволит сделать из себя орудие тех или иных политиканов, с должным чувством юмора отнесётся к предложениям объявить его национальным героем Израиля, и найдёт себе достойное место в жизни.

Иерусалим


2 комментария:

  1. Эльор Азария сделал то, что должен был сделать. К сожалению он и его товарищи находятся на войне. Эта война навязана ему и всем жителаям Израиля. Так что террористы извините, но вы должны быть уничтожены. А всем сочувствующим террористам нужно вступать в совет оон по правам террористов.

    ОтветитьУдалить
  2. Ошибка, по моему мнению, была в том что террориста не престрелили сразу, это бы решило все последующие проблемы для солдата защищавщего не только себя но и шкурку автора статьи.

    ОтветитьУдалить

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..