пятница, 31 декабря 2021 г.

«Прогресс», внушающий ужас

 

«Прогресс», внушающий ужас

Первые впечатления от коалиционного соглашения «светофора».

«Прогресс», внушающий ужас

Photo copyright: Steffen Voß, CC BY 2.0

Я ошибалась, думая, что ничто в политике меня больше не удивит. Коалиционное соглашение партий «светофора» – это смесь инфантилизма, идиотизма и мании величия, не только подтверждающая, но и превосходящая все страшные опасения, которые должны были возникнуть после прочтения итогового документа их предварительных консультаций.

Если, как мы должны реалистично предположить, то, к чему приговорили наше общество, будет исполнено, мы на собственном опыте испытаем «великую трансформацию», которую еще не далее чем в прошлом году индоктринированные СМИ и их «проверяющие фактов» объявляли теорией заговора «ковидиотов» и прочих правых. Осуществление этой трансформации является заявленной целью коалиционного соглашения, и в нем также открыто говорится, что все «препятствия» к этому должны быть устранены. Авторы документа и их сторонники в СМИ прекрасно понимают взрывоопасность своей открытости. Вот почему редко о каком политическом документе так много лгут, как об этом коалиционном соглашении.

Утверждается, что СвДП якобы одержала верх и смогла избежать коленопреклонения бывшей «партии свободы». Однако в действительности СвДП не привнесла в это соглашение ничего, кроме предотвращения ограничения скорости на автобанах. Заверения в том, что страна не будет брать на себя новые долговые обязательства и не будет повышать налоги, – всего лишь отвлекающий маневр. О том, как эти заверения будут обойдены, можно прочесть между строк. Тем, кто голосовал за СвДП в надежде на остатки гражданского здравомыслия, лучше смириться с тем, что партия Линднера так же выпотрошена, как и ХДС/ХСС. Она является не более чем пособником «зеленых».

Вторая ложь заключается в том, что в этом соглашении удалось каким-то образом притормозить «зеленых». В качестве примера приводится то, что более ранний – в 2030 г. – отказ от использования угля должен произойти только «в идеальном случае». Правда же состоит в том, что это радикально «зеленая» программа, я бы даже назвала ее экстремистской. Чтобы замаскировать радикализм содержания, используется «мягкий» язык. Приказ, например, именуется «поддержкой». Я не считала, сколько раз это слово встречается в тексте, но заметила, что оно появляется всегда, когда объявляется о фундаментальных изменениях, в которых пострадавшие должны быть «поддержаны».

На протяжении десятилетий значительная часть членов Партии «зеленых» придерживались мнения, что Германия – это не более чем «паршивый кусок дерьма». Граждане, которые поддерживали страну все эти годы и совсем недавно доказали после наводнения в долине реки Ар, что, в отличие от государственных институтов, они всё еще способны действовать, мирятся с таким определением, потому что их так называемые политические репрезентанты об этом молчат. Теперь этому «паршивому куску дерьма» обещан «выстрел в голову из милосердия», и мы должны сказать, что присутствовали при этом. После чего никто не сможет утверждать, что не мог предвидеть крах, к которому стремились с такими усилиями. Это видно уже по выбору министерств, на которые претендовали «зеленые». Все необходимые для «великих преобразований» должности, за исключением одной, находятся в их руках.

Начнем с исключения: Анналена Бэрбок становится министром иностранных дел. Этим «зеленые» ловко избавились от своей самой большой проблемы. Некогда престижная должность потеряла свое значение при Меркель. Настоящим министром иностранных дел была канцлер, и более чем вероятно, что Олаф Шольц будет делать то же самое. Бэрбок могут лишь позволить поднимать руку в различных международных органах, а могут не разрешить и этого. Она не будет иметь никакого влияния. Последним министром иностранных дел, который потратил годы на подготовку к этому посту, был Йошка Фишер. К тому времени, когда он стал главой МИДа, он, вероятно, прочитал все важные книги для этой должности. Его однопартиец Юрген Триттин в качестве члена Комитета по иностранным делам и члена Парламентской ассамблеи НАТО был вынужден с 2014 г. погрузиться во внешнюю политику. Но если нынче что и перестало иметь значениe в политике, так это опыт и знания.

Демонстрацией того служит пример назначения министра сельского хозяйства. Вместо главы парламентской фракции Антона Хофрайтера, которого давно прочили на этот пост, руководство партии решило выдвинуть кандидатуру Джема Ёздемира. Это стало результатом внутрипартийной борьбы за власть, в которой опыт и знания не играли никакой роли. Но, возможно, при планируемом масштабном преобразовании сельского хозяйства лучше иметь министра, который ничего не знает об этом предмете. О том, что ждет фермеров, написано в коалиционном соглашении: не останется ни полеводства, ни животноводства. В настоящее время немецкие фермеры могут без проблем прокормить население страны, но будет ли так и после трансформации сельского хозяйства, более чем сомнительно.

Роберт Хабек становится министром экономики и защиты климата, а также вице-канцлером. Это делает его самым важным человеком в кабинете министров, поскольку «зеленые» настояли на том, что в коалиционном соглашении закреплено, что все законодательные проекты должны проверяться на «климатическую совместимость». Это означает, что все реформы подконтрольны Хабеку. Именно он будет следить за тем, чтобы все «препятствия» на пути реализации «энергетического поворота» были устранены. Он относится к этому настолько серьезно, что еще до вступления в должность объявил, что хочет отменить действующие в Баварии значительные минимальные расстояния между ветряными турбинами и жилыми домами. В интервью Neue Osnabrücker Zeitung Хабек сослался на положение коалиционного соглашения о том, что возобновляемые источники энергии в будущем должны «отвечать общественным интересам». Это означает, что они находятся в привилегированном положении. В Баварии это может привести к тому, что установленные минимальные расстояния между ветряными турбинами и жилыми районами будут отменены: защита климата стоит выше благополучия человека.

Малоизвестная в Германии Анне Шпигель из федеральной земли Рейнланд-Пфальц была выдвинута в качестве руководителя Министерства по делам семьи. Ему также отведена ключевая роль. Ведь речь идет об упразднении традиционной семьи. До сих пор это было проектом диктатур, поэтому в коалиционном соглашении семья упоминается лишь вскользь, без подробностей. Зато фигурирует словосочетание «сообщество ответственности» нескольких взрослых, к которым нужно относиться, как к семье. Сюда же можно отнести и мусульманскoe многоженство, которое до сих пор было в ФРГ по веским причинам запрещено.

Министр окружающей среды Штеффи Лемке могла бы претендовать на должность министра сельского хозяйства. Она единственная восточная немка и, таким образом, заполняет квоту, благодаря чему отпал единственный аргумент в пользу «серого кардинала» партии Катрин Гёринг-Эккардт. По крайней мере, от нее мы избавлены, хотя это слишком слабое утешение.

Остается новый государственный министр по вопросам культуры Клаудия Рот, которая бежала за транспарантом «Германия, ты паршивый кусок дерьма» и обменивалась приветствиями с муллами. Я не стану комментировать эту кандидатуру (см. стр. …). Сомнительно, что она обеспечит «зеленым» необходимую поддержку среди работников культуры. Но что они безошибочно продемонстрировали этим выбором, так это то, что их не смущает сравнение с кабинетом ужасов. К сожалению, коалиционное соглашение еще страшнее, чем эти лица.

В принципе, это было уже понятно из короткого стратегического документа, который был опубликован перед началом коалиционных переговоров. Теперь же это в успокаивающих формулировках закреплено в преамбуле коалиционного соглашения СДПГ, «зеленых» и СвДП: Германия, страна, которой в прошлом во всем мире восхищались за ее эффективность, экономическую мощь, способность к инновациям, уровень образования, верховенство закона и социальную сеть, должна быть полностью перевернута с ног на голову. Утверждается, что это необходимо для того, чтобы выжить в быстро меняющемся мире. Однако речь идет не о корректировке, а о сносе и реконструкции в соответствии с идеологическими установками. Это необходимо сделать как можно быстрее, устранив все «препятствия», т. е. юридические процедуры. План «светофорной» коалиции напоминает «великий скачок» Мао, и в договоре он даже называется похоже: «преобразование» или «великая трансформация».

На новоязе коалиционеров это звучит так: «Социальная рыночная экономика должна быть создана заново как социально-экологическая рыночная экономика. Мы создаем нормативную базу, которая расчищает дорогу для инноваций и мер, позволяющих Германии выйти на путь в 1,5 градуса (имеется в виду предусмотренная Парижским соглашением цель ограничения увеличения температуры атмосферы 1,5°C по сравнению с 1990 г. – Ред.). Мы задаем новый темп в энергетическом переходе, устраняя препятствия для расширения использования возобновляемых источников энергии. Шаг за шагом мы завершаем эпоху ископаемого топлива, в том числе путем переноса поэтапного отказа от угля в идеале на 2030 г. и оставляя позади технологию двигателя внутреннего сгорания».

Новой стране, очевидно, нужны и новые люди. Партнеры по коалиции намерены обеспечить их следующим образом: «Мы хотим привлечь необходимых квалифицированных работников путем улучшения возможностей для получения образования, целенаправленного повышения квалификации, увеличения занятости и модернизации иммиграционного законодательства». Германия – это «разнообразное иммиграционное общество. Чтобы учесть социальную реальность, мы обеспечиваем равное участие и модернизируем правовые нормы – от семейного права до права гражданства. Мы противодействуем любой дискриминации».

Коалиция намерена прилагать все усилия для того, чтобы новые граждане могли въезжать в страну быстро и без бюрократических проволочек: «Мы привержены нашей гуманитарной ответственности за предоставление защиты и хотим реорганизовать процедуры бегства и миграции». Как пояснила Катрин Гёринг-Эккардт, реорганизация означает обеспечение законных путей бегства. В Беларуси Александр Лукашенко уже продемонстрировал это, организовав перелеты иммигрантов с Ближнего Востока и Африки в Минск, откуда они затем отправлялись к границам ЕС, чтобы попросить «убежища». К сожалению, некоторых европейцев, поляки и литовцы не стали ему подыгрывать, и даже некоторые члены Еврокомиссии поняли, что повторение 2015 г. может быть контрпродуктивным. «Светофорная» коалиция, похоже, далека от этого понимания. Ее члены больше заинтересованы в привлечении новых групп избирателей.

Как должно выглядеть новое государство? Это должно быть государство всеобщего благоденствия, которое, как это называется на языке коалиции, «поддерживает» своих граждан от колыбели до могилы. Те, кто считал, что с крахом социализма государственный патернализм уйдет в прошлое, должны принять к сведению тот факт, что он вновь счастливо воцарился в «светофорном» коалиционном соглашении. При дружеской помощи СвДП, которая, тем самым, выбрасывает за борт свои основные принципы.

Снова новояз коалиции: «Германия должна быть способна к действию и результативности, особенно во время кризиса. Государство должно дальновидно работать для своих граждан. Для этого мы хотим модернизировать его, чтобы открыть возможности и обеспечить безопасность. Государство, которое стремится к сотрудничеству с бизнесом и гражданским обществом, предлагает большую прозрачность и участие в принятии решений и облегчает жизнь людей благодаря простому, быстрому и цифровому управлению. Для решения стоящих перед нами задач необходима скорость в развитии инфраструктуры. Процедуры, решения и их реализация должны стать значительно быстрее. Поэтому мы будем модернизировать, дебюрократизировать и оцифровывать процедуры планирования и принятия решений, а также повышать потенциал персонала. Привлекая граждан на более ранних этапах, мы сделаем планирование более быстрым и эффективным».

Вопрос о том, как должно выглядеть участие граждан после устранения «препятствий» для верховенства закона, в договоре оставлен открытым. «Зеленые», которые сами стали мастерами по задержке или полному предотвращению проектов путем нескончаемых судебных разбирательств, точно знают, чтó им нужно убрать, чтобы эффективно провести «великую трансформацию»: «У нас есть стремление к новому, и мы будем продвигать технологические, цифровые, социальные и экологически устойчивые инновации. Благодаря улучшению рамочных условий для высшего образования, науки и исследований мы хотим сделать германскую науку более креативной и конкурентоспособной. Свобода науки и исследований – это ключ к творческим идеям, которые помогают решать великие задачи нашего времени».

Государство будущего, согласно идеям коалиционеров (в том числе и СвДП!), не только создает рамочные условия и обеспечивает своим гражданам беспрепятственную работу, оно также является поставщиком идей и движущей силой инноваций. К чему эта практика привела при социализме, можно было видеть во всех социалистических странах в 1989–1990 гг., но, видимо, многие об этом забыли. Любой, кто противоречит «смелому новому миру» коалиционеров, должен быть готов к неприятным последствиям. Под современным государством и демократией создатели «светофора» понимают, прежде всего, исключение инакомыслящих: «Мы хотим фундаментальных изменений в сторону благоприятного, обучающегося и цифрового государства. Мы хотим установить новую культуру сотрудничества, которая также подпитывается силой гражданского общества… Чтобы обеспечить целостность государственной службы, мы позаботимся о том, чтобы враги Конституции могли быть быстрее удалены с государственной службы».

Если бы они серьезно относились к своему плану, им пришлось бы самим «устраниться» как можно скорее, потому что их коалиционное соглашение – это одна большая атака на Основной закон.

В «современной демократии» по примеру правительства Меркель, которое создало «комиссию по этике» из своих сторонников, чтобы обеспечить отказ от ядерной и угольной энергетики без возражений экспертов, должны существовать «советы граждан»: «Мы хотим, не отказываясь от принципа представительства, улучшить процесс принятия решений, используя новые формы диалога с гражданами – такие, как советы граждан. Мы будем создавать советы граждан по конкретным вопросам, рассматриваемым Бундестагом. При этом мы будем уделять внимание равному участию представителей разных полов». Равное участие, а не экспертиза. Эти советы граждан должны помочь устранить «препятствия», но на деле лишь обеспечивают демократический камуфляж.

Также выясняется, чтó партнеры по коалиции подразумевают под «защитой целостности политической конкуренции»: они хотят принять меры против «вмешательства путем тайного финансирования избирательных кампаний посредством так называемых параллельных действий». «Это должно быть по возможности сделано при участии всех демократических парламентских фракций».

Это явно означает, что демократически избранные, но неугодные партии отныне будут исключены навсегда по указу. Такая практика существовала и прежде, когда AfD просто отказывали в местах в руководстве парламентов, на которые она имела право. Но до сих пор это всегда имело недемократический привкус. Теперь же это становится современной демократической нормой, потому что, по мнению его создателей, коалиционное соглашение выше закона. Иначе невозможно понять заявление Роберта Хабека, который хочет отменить баварские правила, устанавливающие минимальные расстояния для ветряных турбин, и указываeт на то, что договор между тремя партиями (а именно это представляет собой коалиционное соглашение) гласит, что возобновляемые источники энергии будут «в интересах общества» и, следовательно, будут привилегированными.

Оппозиция будет не только маргинализирована, но и лишена средств. Для этого финансирование партий должно быть «модернизировано»: «Мы хотим обеспечить лучшую правовую защиту работы и финансирования политических фондов. Это должно исходить от парламента при участии, по возможности, всех демократических парламентских фракций». На простом языке это означает, что фракция, которую объявят недемократической, не будет в этом участвовать.

Когда речь идет о сохранении привилегий, лидеры коалиции готовы придерживаться отживших свой век законов: «Мы поддерживаем закон о переносе столицы из Бонна в Берлин. В связи с этим федеральное правительство заключит дополнительное соглашение с Боннским регионом и землями Северный Рейн – Вестфалия и Рейнланд-Пфальц».

Неужели в коалиционном соглашении нет ничего хорошего? Eсть. Вот лучик надежды: «Мы воссоздадим комиссию по реформе федерального избирательного законодательства и модернизации парламентской работы. Комиссия займется реализацией цели равного представительства женщин и мужчин в парламенте и обсудит законодательную базу для этого. Комиссия также рассмотрит предложения по объединению дат выборов, увеличению срока полномочий законодательного органа до пяти лет и ограничению срока полномочий федерального канцлера». Ограничение срока полномочий канцлера стало бы реальным шагом вперед и даже могло бы увенчаться успехом, поскольку Олаф Шольц вряд ли будет претендовать на третий срок по возрастным причинам.

Почему я так уверена, что коалиция продержится так долго? Очень просто. Она будет радикально использовать новые группы избирателей для обеспечения своей власти: «Мы снизим возраст голосования на выборах в Европейский парламент до 16 лет. Мы хотим внести поправки в Основной закон, чтобы снизить возраст активного избирательного права на выборах в Бундестаг до 16 лет. Мы хотим облегчить немцам, живущим за границей, реализацию их избирательного права».

В то время как возрастной ценз в уголовном праве для несовершеннолетних отодвигается все дальше и дальше, поскольку молодые люди якобы еще не в состоянии правильно оценить свои поступки, предполагается, что те же самые молодые люди могут принимать далеко идущие политические решения. Тот факт, что сторонники снижения возраста голосования – те же персоны, что выступают за повышение возрастного ценза в уголовном праве для несовершеннолетних, и то, что эти люди не чувствует себя обязанными мотивировать свою позицию в отношении подобного противоречия, говорит о высокомерии власти, которая готовится править нами.

Никто не должен утешать себя тем, что все сложится не так уж плохо, как нынче кажется: весь исторический опыт говорит против этого. Те, кто молчат, выражают тем самым свое согласие.

Вера ЛЕНГСФЕЛЬД, «Еврейская панорама»

Вера Ленгсфельд родилась в Тюрингии в 1952 г., является политиком и публицистом. В 1983 г. она была исключена из СЕПГ, получила запрет на профессию, а после публичного протеста против режима ГДР была арестована «Штази». Активистка движения за гражданские права была членом первой свободно избранной Народной палаты ГДР. С 1990 по 2005 г. – депутат Бундестага (до 1996 г. – от «зеленых», затем – от ХДС). В настоящее время является независимым публицистом. В 2008 г. была награждена Федеральным крестом «За заслуги».

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..