пятница, 20 ноября 2020 г.

Путин болен: страхом перемен?

 

Путин болен: страхом перемен?

19 ноября 2020

Михаил Тимонов и Валерий Соловей в эфире Радио Свобода

После принятия Думой законов о праве Владимира Путина идти еще на два президентских срока, об абсолютной неприкосновенности экс-президента и о месте пожизненного сенатора для бывшего главы государства в парламент вдруг хлынул целый поток новых запретительных инициатив. Якобы от депутатов.

Депутат-единоросс Дмитрий Вяткин предложил изменить закон о собраниях и митингах, запретив очереди к одиночным пикетам, например. Ужесточается закон об иностранных агентах. Ими будут объявлять физических лиц по произвольной процедуре. Иностранными агентами можно будет признавать граждан, занимающихся политической деятельностью. Клеймом "агентов" грозят и кандидатам в депутаты. Памфиловскому ЦИКу хотят дать право блокировать некую незаконную агитацию в интернете. В Госдуму внесли законопроект, запрещающий заниматься просветительской деятельностью без разрешения властей.

В Госдуму депутатом Хинштейном внесен законопроект, который предусматривает санкции вплоть до полной блокировки в отношении интернет-порталов за ограничение доступа к материалам российских средств массовой пропаганды. Не выведут в топ шоу Владимира Соловьева – получай ограничения.

А в элите происходит новая чистка. Задержаны аудитор Счетной палаты, бывший министр и губернатор Михаил Мень и вице-премьер правительства Московской области Дмитрий Куракин, считающийся креатурой Сергея Шойгу. Арестован мэр Томска Иван Кляйн. Глава Мордовии Владимир Волков неожиданно ушел в отставку...

Ужесточение путинского авторитаризма перед возможным транзитом власти обсуждают политолог и историк Валерий Соловей и депутат Мосгордумы Михаил Тимонов.

Ведет передачу Михаил Соколов.

Видеоверсия программы

Михаил Соколов: Кремль инициировал новый пакет законодательных запретов, они появляются как из рога изобилия зла. Множатся ряды "иностранных агентов", появятся новые ограничения в области интернета, станет возможна цензура иностранных медиаплатформ и блокирование интернета якобы за незаконную агитацию. Все это происходит после реализации неоконституционных инициатив, позволяющих Владимиру Путину еще два раза баллотироваться на следующие сроки.

Начну с Валерия Дмитриевича. С меня требуют ваше персональное дело, как обычно, в фейсбуке читатели и слушатели. По сообщению газеты "Сан", вы рассказали им, что Владимир Путин страдает тяжелой болезнью, кажется, болезнью Паркинсона. Это так или желтая пресса опять все переврала?

Валерий Соловей: Я не давал "Сан" ни интервью, ни никаких комментариев. Совершенно точно я не употреблял термин "болезнь Паркинсона". Я говорил о том, что у Владимира Владимировича Путина есть очень серьезные проблемы со здоровьем. Я говорил, что этих проблем две – психоневрология очень тяжелая и второе – это онкология. Но никаких диагнозов я не давал, поскольку я не имею на это права.

Я советовал тем, кто хочет увидеть точный диагноз, обратиться в один телеграм-канал, который называется "Генерал СВР", там они могут найти точный диагноз. "Сан" в телеграм-канал заглянула, там было два диагноза, опубликованные с разрывом в несколько дней. Первый диагноз был тот, который они опубликовали. Шум возник из-за того, что поскольку "Сан" – это газета Руперта Мердока, как и "Нью-Йорк пост".

Михаил Соколов: Желтая пресса.

Валерий Соловей: "Дейли мейл" – это не желтая пресса, это просто таблоид. Перепечатки появились по всему миру, началась кампания по "очернению" здоровья Владимира Владимировича.

Михаил Соколов: Господин Песков в ответ на легкий кашель президента поспешил сообщить, что тот здоров. Это такая ошибка – акцентировать и на каждый чих реагировать теперь?

Валерий Соловей: Это как раз прямое признание очень серьезных проблем. Потому что если проблем нет, то чего о них так говорить, достаточно сказать один раз и больше ничего не объяснять. Уж точно не надо вести против меня массированную кампанию.

Михаил Соколов: А кто ведет массированную кампанию?

Валерий Соловей: Массированную кампанию, которую координирует первый зам администрации президента Алексей Громов, ведет ряд ресурсов, телеграм-каналов. Я получил от ряда своих друзей, которые владельцы телеграм-каналов, методички, по которым эта кампания ведется. Я знаю расценки, знаю некоторых участников. Так что более или менее картина мне ясна.

Михаил Соколов: Они не на энтузиазме работают?

Валерий Соловей: Есть, конечно, полезные идиоты, администрация всегда их использовала, а есть люди, которые по долгу не то что службы, а по зову длинного рубля. Есть, естественно, нормальные скептики. Я полагаю, что это закономерно интеллектуальный процесс или процесс интеллектуального познания действительности.

Михаил Соколов: Я, честно говоря, не могу поверить, что такие могут быть утечки из абсолютно закрытого "черного ящика".

Валерий Соловей: Это не "черный ящик" – это, на самом деле, решето. Потому что вокруг президента находятся десятки людей, он постоянно находится под их глазами.

Михаил Соколов: В бункере?

Валерий Соловей: В том числе и в бункере.

Михаил Соколов: А какой смысл выносить сор из бункера?

Валерий Соловей: Меняется ситуация, если вы видите, что эпоха заканчивается. Я говорю не только об обслуге, а совсем о других людях, которые находятся в эпицентре принятия решений. Одна эпоха заканчивается, начинается вторая. Может быть, скорее распроститься с уходящей эпохой, думают они.

Михаил Соколов: Эпоха заканчивается, независимо от того, здоров Владимир Путин или приболел, как нас убеждает профессор Соловей?

Михаил Тимонов: Я пытаюсь вспомнить, сколько прошло между этим знаменитым утверждением "рукопожатие крепкое" и печальным окончанием. Я на самом деле понимаю, что вы такие серьезные политики, а я депутат московского парламента, я маленький еще. Я думаю, то, что сейчас мы находимся в полосе очень высокой волатильности – это очевидно всем. То, что система очевидно пошла вразнос, по-моему, это тоже мы все видим. Последние суетливые законопроекты, на мой взгляд, еще одно свидетельство этому. Да, тут остается просто стараться держаться на ногах и держать руль, направляя, насколько это в наших скромных силах, движение к нормальному мирному развитию без каких-то эксцессов.

Михаил Соколов: Вы с московскими властями общаетесь, правда, в оппозиционном режиме, они спокойны, или они нервны, или они спешат что-то, или они хотят побольше утащить чего-нибудь из бюджета в разные хорошие места? Как они себя ведут, если это смена эпохи и все пошло вразнос?

Михаил Тимонов: Вы представляете, что я каждый вечер к Собянину на чай хожу?

Михаил Соколов: В Думу ходите, с ними дискутируете, разоблачаете, что-то требуете.

Михаил Тимонов: Нет, вы знаете, на мой взгляд, ничего сверхъестественного не происходит. И это, на самом деле, очень печалит, потому что когда люди пытаются жить так же, а обстановка вокруг них меняется, в какой-то момент неадекватность поведения и обстановки становится настолько сильной, настолько вызывающей уже какие-то конфликты, что ситуация меняется, меняется быстро. На мой взгляд, лучше медленнее, но спокойнее.

Михаил Соколов: Кажется многим сейчас после голосования по поправкам к Конституции, что Владимир Путин всех победил. Были враги, они подрывали стабильность, он внес массу всяких разных интересных поправок, теперь все по-другому. И вдруг какая-то такая действительно нервная реакция. Зачем ужесточать режим именно сейчас?

Валерий Соловей: Есть два объяснения, они, кстати, не противоречащие, а взаимодополняющие. Во-первых, все поправки к Конституции были призваны обеспечить транзит власти, и второе – это напрямую вытекает из первого, все эти законы о гарантиях президентам, ужесточение внутриполитического административного режима призваны тоже обеспечить плавное проведение транзита, который будет в следующем году. Речь идет о досрочных президентских выборах. Вопрос еще не решен, но он обсуждается. Поскольку ситуация, в чем мы все согласились, довольно накаленная, может быть, это еще не изливающаяся лава, но мы видим, что температура повышается, то надо превентивно защититься от всех возможных выбросов этой протестной энергии. Поэтому пытаются все зацементировать. Но все должно быть закончено – это было требование Владимира Владимировича, до нового года, весь пакет этих документов. Вот они и торопятся, вот "бешеный принтер" сейчас и молотит на повышенной скорости.

Михаил Соколов: Юристы смотрят на эти документы и говорят, что они, мягко говоря, не очень качественные, там много всякой ерунды и работать они нормально не будут. Можно применять всякие хитрые ограничения произвольно, точечно и так далее. Это значит, что эти законы прямо сейчас пишутся или они задуманы раньше, их выносят из какого-то кабинета в Кремле?

Валерий Соловей: Была общая идея, что надо провести транзит беспрепятственно. Угрозы возникают, по мере возникновения угроз принимаются шаги. Все делается быстро, делается абы как. Помните, как в мультфильме: "Ничего, и так сойдет". Даже те, кто пишут эти законы, знают, что они недолго просуществуют, – это очень важно понимать.

Михаил Соколов: Население тоже понимает, что не очень долго некоторые странности могут просуществовать, по крайней мере, то население, которое думает. Разработчики должны страховаться как-то? Мне кажется, они должны закладывать более серьезные конструкции, если это транзит на самом деле.

Валерий Соловей: В России, когда дом рушится, ставят временные конструкции, так называемые подпорки. Пусть стоит, авось не упадет. То же самое происходит сейчас. Никто не думает о том, чтобы обеспечить на самом деле, кроме самого Владимира Владимировича и группы очень близких к нему людей, этот самый транзит, сохранить преемственность системы, думают о другом – как самим спастись, сохранить свои активы, сохранить свое положение, избежать избыточных рисков. А конструкция, черт с ней. Сгорел сарай, сгори и хата.

Михаил Соколов: Кто ключевая фигура, человек, который рисует эту новую схему с подпорками?

Валерий Соловей: Сам вождь это и делает, он общую схему определяет, естественно. Он дает задания исходя из того, как ему описывают ситуацию.

Михаил Соколов: Например, есть такая версия, что больше всего власть сегодня напугала ситуация в Белоруссии. Это серьезная угроза? Жили белорусы спокойно со своим Лукашенко, вдруг состоялись выборы и все пошло вразнос, потому что выборы сфальсифицировали. В России такая угроза – реальность?

Михаил Тимонов: Тут важно, как люди это воспринимают. То, что люди по обе стороны внимательно смотрят на Беларусь и пытаются извлекать из тамошних событий уроки – это совершенно очевидно. То, что белорусский сценарий не очень нравится, скажем так, нашим оппонентам – это для меня тоже факт, я в этом абсолютно убежден. Дальше эксцесс исполнителя. Мне просто представляется, поскольку у нас очень долго действовал отрицательный отбор в части исполнителей, то и сейчас, к сожалению, мне кажется, очень часто по мере реализации какие-то задумки становятся настолько неадекватными и скверно пахнущими, что ни к чему хорошему привести не могут.

Михаил Соколов: Людей бьют и бьют, сажают, репрессируют. Такое было в Москве в 2019 году, но не до такого масштаба, несколько дней хватали.

Михаил Тимонов: Не до такого масштаба. Этих зверских фашистских избиений все-таки не было, пыток не было. Было плохо, но не настолько. Тут все-таки есть надежда. Беларусь, на мой взгляд, мне представляется, что Лукашенко до сих пор еще удерживает власть только потому, что помимо этих генералов, силовиков, которые давно бы его съели, за ним сейчас маячит тень Кремля. А кто, если что, стесняюсь спросить, будет маячить здесь?

Михаил Соколов: Божественная какая-нибудь сила.

Валерий Соловей: Тень Пекина.

Михаил Соколов: То есть Путин в каком-то смысле исполнитель воли китайского политбюро, получается в вашей версии?

Валерий Соловей: Все-таки так далеко не стал бы заходить даже в самых экстравагантных предположениях. Я с Михаилом не согласен, Кремль не поддерживает сейчас Лукашенко. Он бы предпочел, чтобы Лукашенко пошел на компромисс. Но тот плюет на все советы, которые ему дают, откровенно плюет, он игнорирует, потому что он знает, что Владимир Владимирович слаб. Точно так же, как и Эрдоган проигнорировал если не букву, то дух договоренностей, достигнутых по Карабаху, потому что он прекрасно знает, что московский тигр ослаб, его можно начать уже дергать за усы.

Михаил Соколов: А в чем он проигнорировал? Рисует великую победу, российская миротворческая армия находится теперь на территории Азербайджана, где ее не было.

Валерий Соловей: Создается база НАТО, это пресловутое НАТО, тот жупел, от которого мы так оберегали страну и наше общество, оно приближается к российским границам. Более того, турки игнорируют вообще все наши просьбы. Во время переговоров в Анкаре мы их просили о том, что, может быть, купите нашу вакцину "Спутник". Они пообещали: непременно, дорогие друзья. А сейчас заказывают "Файзер".

Михаил Соколов: Это нормальная конкуренция.

Валерий Соловей: Они делают это намеренно, они показывают, кто сильнее. Это политика, состоящая из символических жестов. Это очень важный сдвиг, они показывают, кто приходит на Южный Кавказ, кто теперь будет новым гегемоном. И именно потому они себе могут это позволить, что человек, который руководит российской политикой, слабеет.

Михаил Соколов: Я хочу к Беларуси вернуться. Есть такая версия, лукашенковская, естественно, что все устроили коварные силы НАТО, поляки, которые стимулируют подрывные элементы, этих самых "иностранных агентов". Эта версия, как вы считаете, всерьез воспринимается в Москве?

Валерий Соловей: Нет, при всем желании Москвы воспринять это всерьез, при конспирологическом строе мышления нашей правящей группировки, чекистской ее части по крайней мере, они все-таки более или менее представляют реальное положение вещей. Они знают, что хотя есть действительно попытки Польши и Литвы поспособствовать делу оппозиции, но основные корни недовольства и причины недовольства, драйверы находятся в самой Беларуси. Поэтому Владимир Владимирович рекомендовал Лукашенко настоятельно освободить из тюрьмы лидеров оппозиции, в частности Бабарико, начать широкий переговорный процесс, уйти после принятия Конституции, объявить досрочные выборы.

Это было частью соглашения перед тем, как Лукашенко получил финансовые льготы. Перед этим они договорились о том, что как только завершится конституционный процесс, будут объявлены досрочные президентские выборы, на которые Александр Григорьевич уже не пойдет. У Москвы есть свой хороший кандидат, как она считает. Но Лукашенко игнорирует, он просто сорвался, с цепи сорвался или отвязался. Он обещает, но ничего не делает, не выполняет.

Михаил Соколов: Он и полтора миллиарда, по-моему, не получил.

Валерий Соловей: Я не знаю, что точно, что-то он получил, не только гарантии помощи и обещания.

Полный текст будет опубликован 20 ноября. Видео и аудио доступны на сайте и в ютубе Радио Свобода.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..