среда, 18 ноября 2020 г.

"Все уже". К больным ковидом в госпитале даже не подходят

 

"Все уже". К больным ковидом в госпитале даже не подходят


Больные в коридорах вологодского моногоспиталя

Вторая волна коронавируса накрыла регионы Северо-Запада куда сильнее, чем первая. Региональным системам здравоохранения везде приходится нелегко, но символом кризиса стала Вологодская область. Как и везде, здесь не хватает лекарств, бригад скорых и медицинского персонала, но больных кладут не просто в коридор, а даже на пол. Вологжане рассказали корреспонденту Север.Реалии, как их родные погибают в моногоспитале, не дождавшись реальной помощи.

Заболеваемость коронавирусом в Вологде по официальным данным
Заболеваемость коронавирусом в Вологде по официальным данным

22 октября житель Вологды Владимир Костерин написал большой пост о том, как его сестра Марина и ее муж заболели коронавирусом. Но писал он не столько о симптомах и самочувствии близких, сколько о состоянии вологодской медицины. "Вместе с ковидом в их жизнь пришло вологодское здравоохранение", – подметил Костерин.

– Проблемы начались, как только сестра с мужем заболели. Они сразу вызвали скорую. Это было числа 15-го. Они приехали и сказали: "Чего вы нас вызвали? Мы ничего сделать не можем. Нужно врача вызывать". Скорая приехала в обычных масках. Ни костюмов, ни защиты, – вспоминает Владимир.

На следующий день участковый врач предположила, что у Марины "обычная простуда", а если она хочет сдать тест на ковид, то "идите и в порядке очереди сдавайте". Это означало просидеть полтора часа в переполненном коридоре и получить результаты через три дня.

Постельного белья им не дали. Так в одежде лежали на каталках

Но Марина с мужем их не дождались – состояние резко ухудшилось, пришлось снова вызывать скорую. Врачей они ждали почти 12 часов. Но повезли их не сразу в больницу, а на КТ, которую пришлось четыре часа ждать в очереди. Только после этого бригада скорой отвезла Марину с мужем в моногоспиталь на Советском проспекте Вологды.

– Их положили в коридоре. Больше места не было. В коридоре, понятное дело, сквозняки, холодно. Они замёрзли. Постельного белья им не дали. Так в одежде лежали на каталках. Я попросил у нее фотографии, как лежат в коридоре, и написал пост об этом, – рассказывает брат Марины.

Коридор вологодского моногоспиталя
Коридор вологодского моногоспиталя

На пост Владимира первым отреагировал мэр Вологды Сергей Воропанов. "Люди не лежат в коридорах моногоспиталей, а фотографии были использованы старые", – заявил он, призвав вологжан не слушать сплетни. Но губернатор области Олег Кувшинников заявил, что "вологжане не должны лежать в коридорах", и больных из коридоров убрали, правда, ненадолго.

Марина продолжала рассказывать брату об условиях в моногоспитале и присылала ему фотографии. "Как разведчик в тылу", – шутит Владимир. Он размещал фотографии, которые делала сестра, у себя в фейсбуке и добавлял свои комментарии. Руководство больницы и депздрав сначала отрицали проблемы, но потом, после огласки, начинали их решать.

Владимир Костерин рассказал и о том, что пациенты моногоспиталя лежат не просто в коридорах, а прямо на полу. Департамент здравоохранения в ответ заявил, что это такая форма протеста: якобы пациенты предпочли лежать в коридоре, нежели в переоборудованной процедурной. А главврач больницы утверждал, что в коридоре больные лежат, "чтобы иметь возможность за ними наблюдать".

"Медицина не справляется"

Но нехватка места была далеко не единственной проблемой в моногоспитале.

– Мне потом сестра написала, что не хватает персонала, – рассказывает Костерин. – Всего одна медсестра на весь этаж. Она по шесть часов в этом костюме. Вся уставшая и ничего не успевает. Лекарство, например, должны три раза в день давать. Целый день ждали и только вечером его давали. Один человек физически не успевает делать ничего. Плюс нехватка то белья, то лекарств, то капельниц, бардак полный.

Марина пролежала в госпитале две недели. Но затем руководство больницы раскрыло "лазутчика", рассказывает ее брат:

– В этот день она давала комментарий СМИ. В восемь вечера к ней в палату (только к ней) подбегает медсестра и говорит: "Вы выписываетесь". Она отвечает: "В смысле? У меня же еще лечение". Говорят: "Нет, распоряжение главврача, вас выписывают". Так ее выписали. На ночь глядя. Говорят: "Вызывайте такси, делайте что хотите, но вас здесь быть не должно".

Напоследок Марина сняла видео, как на улице, прямо на земле, валяются передачи пациентам. Об этом и был последний пост Владимира о моногоспитале на Советском. После огласки в больнице организовали для передач нормальное помещение с полками, о чем администрация поспешила отчитаться на странице Костерина в фейсбуке.

Все понимают, что ситуация тяжелая. Но возмущает именно вранье

– Медицина не справляется. Все понимают, что ситуация тяжелая. Но возмущает именно вранье, – говорит он. – Ну вы скажите прямо: "Да, вот у нас проблема, но мы их пытаемся решить". Вывод один: обо всех проблемах надо говорить, не замалчивать. Тогда это меняется. Пока мы не говорим об этом, никому нет дела. Как только начинается шум, они этого не любят. Так тут же начинают шевелиться и менять к лучшему.

Моногоспиталь в Вологде, где лечат Covid-19
Моногоспиталь в Вологде, где лечат Covid-19

После скандалов успокаивать вологжан отправили председателя правительства Вологодской области Антона Кольцова. Он лично посетил несколько палат моногоспиталя и потом заявил, что у пациентов "нет никаких претензий".

Во время его визита больных в коридорах и на полу не было. Подобные случаи он объяснил большим наплывом пациентов в вечернее время.

Персонал старается создать максимально комфортные условия для каждого пациента

"Это необходимо для того, чтобы не беспокоить пациентов, находящихся в палатах, так как нужно включать свет, проводить процедуры. При этом очень важно, чтобы к утру пациентов переводили в палаты по состоянию здоровья и степени тяжести, – объяснил Кольцов и призвал вологжан с пониманием отнестись к текущей ситуации. – Мы работаем в условиях колоссальной нагрузки на здравоохранение, и мы принимаем все усилия, а персонал старается создать максимально комфортные условия для каждого пациента".

Судя по статистике заболевших коронавирусом, нагрузка действительно увеличилась. Весной, во время первой волны, максимальное число больных за день было 75, в среднем же выявляли 20–30 зараженных за сутки. Похожая динамика была и летом. А с середины сентября начался рост, который не прекращается до сих пор. В ноябре каждый день выявляют больше 100 заражённых.

Выросли цифры и по смертности. В октябре от коронавируса по официальной статистике умерло 23 человека. Больше, чем за сентябрь и август, вместе взятые.

"Папа умер"

Посты о плохих условиях или о недостаточном уходе в моногоспитале этой осенью постоянно появляются в вологодских новостных группах.

"Лежит 95 человек и всего две санитарки. Поставили градусник и забыли, и я забыла, встала и градусник разбился. Пофиг, что диабет, нельзя пропускать еду, даже не кормят. Выпросила кусочек черного хлеба. Воду налили некипяченую из-под крана. Очень плохо, боюсь спать", – пишет одна из пациенток, которую привезли в моногоспиталь из Великого Устюга.

Среди тех, кто не получил помощь врачей, был Алексей Крашенинин. Он умер в моногоспитале 6 ноября.

– Нашего отца забрали в воскресенье на скорой, – рассказывает его дочь Надежда Крашенинина. – Скорую мы ждали четыре часа. У него сатурация была 80%. Это тяжелая гипоксия, угрожающая жизни. Его на носилках из дома выносили. Потом на скорой ждали очереди на КТ.

Алексей Крашенинин
Алексей Крашенинин

Крашенинина положили в подсобку – свободных палат в моногоспитале не было. Там он медленно умирал. Надежда говорит, что отцу не давали ни лекарств, ни кислорода. Забывали покормить. Его соседу по подсобке самому приходилось искать врачей и просить их помочь Алексею.

Он уже еле ворочает языком, не было ни разу ни капельницы, ни уколов, ни врача

– Во вторник мне сказали на горячей линии, что отец лежит под капельницей: "Он покушал, повеселел". Мы ему звоним, а он уже еле ворочает языком, говорит, что не было ни разу ни капельницы, ни уколов, ни врача. Что ему трудно дышать, помогите, сделайте что-нибудь, – говорит Надежда сквозь слезы.

Дозвониться до руководства больницы было невозможно. Мать Надежды находилась на карантине дома, сама она живет в Москве. На горячей линии ей говорили, что с отцом всё в порядке. А тот звонил и говорил, что умирает.

В четверг Надежда сама приехала в Вологду и встретилась с заместителем главврача Алевтиной Осиповой. Та проверила электронную карточку Алексея Крашенинина и сказала, что с ним все хорошо.

– "Прекрасные анализы. По всем показателям". Я ее спросила: "А вы точно карточку моего отца читаете?" Она сказала мне, что у него на фоне ковида просто поехала крыша, – вспоминает Надежда. – После я поехала к родственникам. И через 20 минут Осипова мне звонит и говорит, что лично сходила к моему отцу и дальше невнятным голосом, что "сатурация упала". И сразу же нашли анестезиолога, и отца экстренно положили в реанимацию под ИВЛ. Но было уже поздно. Он протянул только до утра. Папа умер в 10:40.

Я не считаю, что 66 лет – это возраст, когда уже пора

Надежда считает, что ее отца можно было спасти, если бы все эти действия выполнили сразу, а не после скандала.

– Отец был простым мужчиной, он был печник, – говорит она. – И в Москве, и в Соколе, и в деревнях все его знали. Он умирать не собирался. У него не было никаких сопутствующих заболеваний. Я не считаю, что 66 лет – это возраст, когда уже пора. Умереть от того, что к тебе никто не подошёл и не оказал помощь... Я считаю, что это уголовное преступление.

"Человек сгорел в больнице"

Владимир Костырев во время разговора упоминает о знакомой, у которой умер отец. Надежда Крашенинина с ходу делится номерами еще нескольких человек, у которых тоже умерли отцы в моногоспитале на Советском. Не осталось людей, у которых ковидом не болел хотя бы один знакомый. Кажется, скоро не останется тех, у кого кто-то не умер.

У Натальи Фроловой несколько недель назад умер отец, Виталий Москвин. Вот хроника его болезни.

Виталий Москвин
Виталий Москвин

25 сентября. Москвина положили в больницу на Советском с пневмонией. Ковида у него не было. Через две недели его выписали.

9 октября. Москвину снова стало плохо. На скорой его увезли обратно в больницу. Взяли тест на ковид и положили в то же отделение, где он лежал с пневмонией. Тест оказался положительным, Виталия перевели в "ковидное" отделение. Там ему стало плохо, он упал в обморок и с того момента сам больше не ходил. "Звонил и плакал каждый день, просил о помощи, жаловался, что к нему никто не подходит, даже не могли дать воды".

16 октября. У Виталия Москвина появились сильные хрипы. По телефону он жаловался на сильные головные боли и боли в сердце.

– С уходом были проблемы, – говорит Наталья. – Сосед бегал по больнице и просил ему капельницы поставить. Но врачей так и не дождались никого. Отец нам всегда говорил: "Да все нормально". Но мы-то слышим, что у него прям хрип изнутри шел.

22 октября. Сосед по палате сказал, что Виталия скоро выпишут. Ковидом он уже не болел. На жалобы о болях в сердце в больнице так и не обратили внимания. "Выписывается в стабильном состоянии. Не лихорадит. Катаральных явлений нет. Дыхание самостоятельное, эффективное. Выраженная когнитивная дисфункция. Сатурация 96%", – написано в больничном листе.

Там ребята зашли, сказали: "Нет, а чего тут забирать. Все уже"

23 октября. Виталия Москвина выписывают. Все родные на карантине, забрать его не могут. Врач дает номер, и за 1800 рублей Виталия привозят домой на обычной легковой машине. Сам он ходить не может. Водитель заносит его прямо в квартиру. "Мы его не узнали. Перед нами стоял худой и бледный пожилой мужчина. Просто за эти дни человек сгорел в больнице", – вспоминает Наталья. Он хрипит, как и несколько дней назад, температура 39,5. Но Виталий говорит, что больше никуда не поедет.

24 октября. Вечером Виталию вызывают скорую. Врачи приезжают только под утро уже следующего дня.

– Он уже был в плачевном состоянии. Скорая приехала только через шесть часов, в пять с чем-то утра. Там ребята зашли, сказали: "Нет, а чего тут забирать. Все уже". Скорая его не забрала. Да он и сам отказался. В девять утра он умер, – говорит Наталья Фролова.

Смерти от ковида в Вологде по официальным данным
Смерти от ковида в Вологде по официальным данным


Наталья и Надежда уже похоронили своих отцов. Надежда Крашенинина говорит, что, как только немного отойдет от смерти папы, начнет писать жалобы на руководство больницы, напишет и открытое письмо Путину.

– Я хочу написать открытое письмо президенту, раз у губернатора все хорошо, – говорит она. – Будем собирать подписи. И тысячу подписей, и две тысячи подписей соберем. Понимаете, моего отца уже не спасти и не вернуть. Я по крайней мере попытаюсь помочь тем, кто оказался в такой же ситуации.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..