воскресенье, 31 мая 2020 г.

Эйнат Кляйн: "Невозможно держать планету на карантине бесконечно". Интервью по субботам

ИНТЕРВЬЮ

Эйнат Кляйн: "Невозможно держать планету на карантине бесконечно". Интервью по субботам

Что вы знаете об Эфиопии, кроме того, что оттуда родом царица Савская, родившая царю Соломону сына Менелика? До встречи с моей сегодняшней собеседницей я тоже не знала ничего. А ведь Эфиопия - страна невероятного разнообразия, яркая и живописная. Туда отправляются самые смелые туристы, чтобы испытать себя на прочность, окунуться в первобытный мир и увидеть своими глазами истинную, первозданную природу. Об Эфиопии, о новом виде карантинного туризма и о многом другом мы поговорили с путешественницей, фотографом, историком Эйнат Кляйн.
- Эйнат, сейчас разговоры о путешествиях звучат как издевательство.
- Как раз нет, мне кажется, что сегодня уже пора говорить о путешествиях. Еще пару месяцев назад это действительно звучало как издевательство, тогда мы оказались в полном непонимании, не знали, что будет дальше. Сегодня все начинает меняться. Потому что понятно, что невозможно держать планету на карантине бесконечно. Другое дело, что туризм, как отрасль, пострадал первым и будет восстанавливаться дольше других. Потому что туризм, так же, как и культура, — это не товары первой необходимости. Это то, что можно себе позволить, когда удовлетворены все первичные нужды, когда у вас есть лишнее время, деньги и морально-эмоциональные ресурсы. Пока же не очень понятно, как туристическая отрасль подстроится под новую реальность. Что будет с полетами, с посещением мест скопления людей, с общепитом? На эти вопросы пока у меня нет ответа.
- Ну, давайте все-таки поговорим про Африку, которая мне, человеку, который никогда там не бывал, кажется огромной, черной, нищей и страшной.
- Во-первых, у вас еще все впереди. А во-вторых, Африку следовало бы назвать "зеленым континентом". Африка, конечно, не первое место, куда едет путешественник. До Африки вы доходите, когда уже все повидали. Не зная Африку, вам кажется, что она черная и страшная. На самом деле это не так. Приезжая в Африку, вы видите горы, зеленые долины, акациевые рощи, водопады, реки, бескрайние зеленые просторы. Между прочим, в Африке я мерзну больше, чем в других местах, потому что там бывает очень холодно. Это не выжженная пустыня, как нам кажется издалека.
- А как вы вообще попали в Африку?
- Совершенно случайно. Я работала в туристической компании, мы организовывали фототуры. У нас был тур в Эфиопию, в который должен был ехать другой фотограф-гид, но он почему-то не смог. И мне предложили поехать вместо него. Это звучало как безумие. Но, с другой стороны, это было новое увлекательное путешествие, от которого было невозможно отказаться. Так я оказалась в Эфиопии.
- И это была любовь с первого взгляда?
- Не могу сказать, что с первого взгляда. Первое мое воспоминание: я рыдаю в душе под холодной водой, потому что в то время горячей воды в Эфиопии еще не существовало в принципе. К тому же электричество отключали в восемь вечера, и я себя чувствовала самой несчастной. А на следующее утро, как будто по щелчку, все изменилось, и с тех пор я считаю Эфиопию своей второй любимой страной после Израиля. Там я нашла новых хороших друзей, создала свою команду, с которой работаю уже много лет.
- А на каком языке вы с ними общаетесь?
- На английском. Я не оставляю попыток выучить амхарский, хотя, зная достаточно большое количество языков, я считаю, что он самый сложный, там много звуков, которые мы не в состоянии произнести. Рядом с ним арабский даже не стоял. Это очень древний язык, и, как у всех древних языков, у него очень сложная грамматика, он почти не менялся с течением времени. Моего амхарского хватает, чтобы заказать еду в ресторане, но часто бывает, что меня не понимают. Видимо, мое произношение не совсем правильное. Поэтому приходится переходить на английский.
- А английский местные жители понимают?
- Это будет большим преувеличением. Нет, в массе эфиопы английский не понимают. Но те, с кем я работаю, конечно, выучили.
- Эйнат, объясните мне, как человеку, который никогда дальше Америки не забирался. Как происходит это путешествие?
- Я, как правило, работаю с индивидуальными путешественниками: пары, небольшие компании друзей, корпоративные выезды.
- Мне интересно, как это все происходит технически. Вот, мы приезжаем в Эфиопию, и что дальше?
- А дальше начинаются мучения. Я сразу всех предупреждаю, что Эфиопия – это страна очень дорогая. Ведь там нет инфраструктуры, нет конкуренции. Вот представьте, что у вас есть один лодж на пятьсот километров.
- "Лодж" – это что такое?
- Это отель, построенный в традиционном стиле. Это гостиница уровня одной-двух звезд. Можете себе представить уровень сервиса. И у них практически нет конкуренции. Я должна бронировать лодж за год вперед, потому что желающих много, а мест мало. И поэтому цена за ночь может доходить до двухсот пятидесяти долларов – это цена хорошего отеля в Париже. Плюс к этому нет дорог, электричества, воды, топлива. Логистика становится очень дорогой, и, соответственно, вся поездка становится очень дорогой. Но это еще не все. Если вы думаете, что если заплатите дорого, то у вас будет комфортабельный отдых, спешу вас разочаровать. Нет, его не будет. Наоборот, вы платите за выживание в тяжелых условиях. За то, чтобы ночевать с козами в хлеву, за то, что вы можете обнаружить у себя в постели таракана или змею.
- Какой кошмар! Это не для слабонервных.
- Но ситуация улучшается. Сейчас уже во многих местах появилась горячая вода, это уже прогресс. Раньше воду для мытья просто набирали помпой из реки, и она лилась приятного бурого цвета вам на голову.
- Как это выдержать? Я должна помыть голову, накраситься, намазать на руки крем.
- Я тоже очень люблю краситься, но потом весь этот макияж при температуре пятьдесят градусов облепляется пылью и песком, и ты чувствуешь себя мумией Тутанхамона. Но представьте себе, что вы объездили все популярные туристические объекты, вы уже все видели. И вам это, честно говоря, уже наскучило. Вы ищете чего-то нового. И Африка в целом, и Эфиопия в частности готовы вам предложить то, чего вы никогда не видели и не испытывали. Это последние очаги культуры, все еще не тронутые западной цивилизацией. И за это люди готовы платить большие деньги.
- А о каких суммах мы говорим?
- Это очень зависит от ситуации, в среднем около пяти тысяч долларов на человека. Конечно, если мы не говорим про заказ частного вертолета или какие-то другие необычные пожелания клиентов. Тут нет ценового предела. Но, сколько бы вы ни заплатили, это впечатление на всю оставшуюся жизнь. Это безумно разнообразное, интересное, вкусное, физически тяжелое путешествие. Единственное требование – забыть о комфорте, о лежание на пузе на пляже и о теплом сортире. И получать удовольствие от первозданной природы. Я вот на вас смотрю и вижу, что вы сможете.
- Я пока не готова.
- Ничего, постепенно вы к этому придете.
- А как вы к этому пришли? У вас ведь была нормальная работа в офисе под кондиционером.
- Ну, "нормальной" работы у меня никогда не было, потому что я всегда любила путешествовать. А когда я репатриировалась в Израиль и работала журналистом, то объездила все уголки страны. Я побывала везде, за исключением разве что Газы. Постепенно ко мне начали присоединяться друзья, и сами по себе возникли группы. И решение уволиться из офиса, я считаю, входит в тройку самых важных и правильных решений в моей жизни.
- А какое было первое?
- Репатриация в Израиль.
- А до третьего мы еще с вами дойдем.
- Да. Я понимала, что, если я этого не сделаю, то всю жизнь буду чувствовать внутреннее противоречие. В итоге сегодня я занимаюсь тем, чем я просто не могла бы заниматься, находясь в рамках офиса.
- А как вы планируете путешествия? Ведь, учитывая особенности местности, может случиться все что угодно.
- Вот этим я и занимаюсь все время, пока не путешествую. На случай форс-мажора у меня всегда есть план B, а то и C - потому что случиться может действительно все что угодно. Это все приходит с опытом: поиск правильных водителей, правильных машин, правильных маршрутов. И огромная работа остается за кулисами. Если ее никто не видит, то это прекрасно. Это значит, что я свою работу выполнила хорошо.
 

- Я сейчас задам очень неполиткорреткный вопрос. Эфиопские евреи – они евреи?
- Они разные. Есть минимум три вида эфиопских евреев. Есть фалаши, или "бета Исраэль", которые считаются наследниками древних иудеев. Согласно традиции, они пришли в Эфиопию вместе с сыном царицы Савской и царя Соломона Менеликом первым, который принес в Эфиопию Ковчег, подаренный отцом. Большинство из них уже в Израиле прошли гиюр. Есть евреи фалашмура, которые были христианизированы, а затем вернулись к своим корням. Это те люди, которых мы видим сегодня в Израиле с крестами на лбу или на щеке. И также в Эфиопии проживала небольшая община йеменских евреев, которые бежали от мусульманского преследования.
- Тогда мы не будем вычислять "процент еврейства".
- Да, это бессмысленное занятие с неизвестным результатом. Эфиопские племена – семитские, амхарский язык тоже семитский. Поэтому лица эфиопов как будто сошли с византийских икон. Это очень красивые, правильные черты лица, и цвет кожи их чуть темнее нашего. А сама эфиопская церковь считает себя наследницей Иерусалимского царства, поэтому связь с иудаизмом очень тесная. В эфиопской церкви существует множество традиций, взятых из иудаизма: обрезание мальчиков на восьмой день, запрет на употребление в пищу свинины, молитва в направлении Иерусалима, скрижали завета, которые, по преданию, хранятся в Эфиопии. Связь наша очень тесная, как ни странно. Эфиопия – это не черная Африка, это совершенно другие племена, а их там великое множество, которые больше связаны с Ближним Востоком и Аравийским полуостровом, чем с другими африканскими странами и культурами. Эфиопия совмещает в себе все: невероятной красоты природа, водопады, действующий вулкан, соляные пустыни, горы, археология, лингвистическое разнообразие. Не забывайте, что Эфиопия – одна из самых древних христианизированных стран, эфиопская церковь стала самостоятельной в пятом веке, и с тех пор она развивается отдельно. Поэтому, если вы хотите посмотреть на то, как выглядела Византийская церковь, то нужно взглянуть на эфиопов, потому что они остались законсервированными внутри себя. В Эфиопии есть все, о чем только путешественник может мечтать. Кроме сафари, к сожалению.


- Когда мы видим эти чудные фотографии, это постановка для туристов?  Или люди реально так выглядят?
- Эфиопия, в частности, долина Омо, — это такое очень странное место, как "Затерянный мир" Конан Дойля. Это гигантский кусок суши, который был отрезан большой полноводной рекой и непроходимыми джунглями от внешнего мира. И так случилось, что племена, которые там существовали, а это на секундочку полмиллиона человек, продолжали жить своей жизнью на протяжении тысяч лет. Эфиопия – единственная страна Африки, которую никогда не колонизировали, вторжения "белого мира" там не было. Там до сих процветает первобытнообщинный строй. Чтобы увидеть настоящую жизнь, я привожу своих туристов на еженедельные рынки. Туда приходят люди из соседних деревень, чтобы продать товары, пообщаться, себя показать. И это очень интересно. Мы на них смотрим с удивлением и интересом, и они на нас смотрят точно так же. И даже непонятно, кто из нас дикое племя. Женщины безумно красивые, на них можно бесконечно смотреть и любоваться. И когда они одеваются в свои лучшие одежды, шкуры, бусы, и тут вываливаемся мы – потные, грязные, красные от жары, то я понимаю, что они, в общем-то, выглядят лучше. Иногда случается, что дети, увидев белых людей, пугаются и начинают плакать. Но в целом отношение очень позитивное.
- А как вас там до сих пор не съели?
- О, мне часто задают этот вопрос! В Африке сегодня нет каннибализма. Люди никогда не были едой, они приносились в жертву в ритуальных целях. Постепенно человеческие жертвоприношения были заменены животными. Поэтому можете не переживать по этому поводу.
- Все, я хочу в Эфиопию.
- Я так и знала!
- Пока мы сидели в карантине, каждый переживал его по-разному. Вы придумали новый проект онлайн-дегустации израильского вина. Такого я еще не слышала.
- Да, я тоже считаю, что это уникальный проект. Вообще, тема вина увлекает меня уже много лет. Я ездила на винодельни, посещала профессиональные курсы, у меня есть дегустаторский набор для сомелье. Я уже проводила дегустацию вин в оффлайне у себя дома, и достаточно успешно. Это было мое хобби, в этом не было никакой коммерческой идеи. Стоимость мероприятия окупала стоимость вина и еды. А так как я люблю учить и рассказывать, то все вместе мне это доставляло большое удовольствие. А когда началась эпидемия, то мы все оказались не у дел. В прошлом году я провела дома в Израиле семнадцать дней! Можете себе представить, что это был за график. Иногда я открывала глаза в пять утра и не могла понять, в какой стране я проснулась, куда мне сегодня идти, кто мои туристы. В таком темпе я жила. Но когда это у меня забрали, я первым делом отдохнула, выспалась. А потом спросила себя: и что дальше? И я поняла, что я должна сама, как барон Мюнхгаузен, вытащить себя из болота. Я вообще считаю, что кризисная ситуация – это новые возможности, новый толчок для движения вперед. Правильно сгруппировавшись в кризисной ситуации, вы можете добиться чего-то нового, чего вы бы не достигли без этого кризиса.
- Это конечно. Но давайте ближе к вину.
- Да, к вину. Вот так, собственно, и родился этот проект. У нас с моей командой родилась идея перевести все, что я делала оффлайн, в онлайн. Я читаю лекцию, мы вместе со зрителями дегустируем вино, которое предварительное высылается, делимся впечатлениями, беседуем. И, надо сказать, этот формат очень успешен, поскольку он удовлетворил основной запрос. Во-первых, это интеллектуальная составляющая, а не просто распитие спиртных напитков. Во-вторых, это еще и общение, обмен мнениями и комментариями.
- Тогда давайте несколько советов. Сегодня израильское виноделие переживает настоящий расцвет. Надеюсь, что "корона" не слишком ударит по этой отрасли. Как не потеряться в этом разнообразии?
- Ну надо понимать, что наш самый крупный магазин винных изделий – это сотая часть обычного французского супермаркета. В Израиле не так уж легко потеряться, все-так выбор не такой уж огромный. А советы очень простые: можете обратиться к консультанту в магазине; можете составить свой собственный каталог; можете ориентироваться по цене: израильское вино, которое стоит меньше восьмидесяти шекелей, — это обычное столовое вино. То, что стоит меньше сорока шекелей, я бы не рекомендовала покупать. Средний диапазон хороших вин – это от восьмидесяти до ста пятидесяти шекелей. Цены, конечно, безумные и неконкурентоспособные на мировом рынке. Но зато это наше, родное, патриотичное.
- То есть вы разработали новое направление в туризме – винный сионизм.
- Да, можно и так сказать. Я в Израиле покупаю и пью только израильское вино. Для меня цель этого проекта – не в том, чтобы человек вынес трехтомник энциклопедических знаний. Для меня важно зародить в нем любовь к истории, виноделию, археологии и, конечно, любовь к Израилю. В этом я вижу даже свою отчасти просветительскую миссию - познакомить людей с Израилем.
- Так мы постепенно подошли к третьему важнейшему решению в вашей жизни. Первым была репатриация, вторым, как мы помним, уход с работы, а третье, как я понимаю, замужество. Поэтому меня очень интересует вопрос, как выйти замуж за гения?
- Меня тоже очень интересует этот вопрос. У меня нет на него ответа. Это какая-то искра, счастливый случай и совпадение звезд. Рецепта здесь, конечно, быть не может.
- А где вы познакомились?
- В Эфиопии. Я была гидом. И это только подтверждает, что Эфиопия для меня страна мистическая, сакральная. Потому что там происходят важнейшие вещи в моей жизни, и в частности, эта. Поэтому для меня Эфиопия – это непостижимое место, полное чудес, куда я еще непременно вернусь.
Мы встречались с Эйнат накануне праздника Шавуот. Я угощала ее творожными пирожными, а она – сырами и вином.


КОММЕНТАРИИ

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..