четверг, 5 декабря 2019 г.

МЕЖДУ ДОБРОМ И ЗЛОМ



  Между добром и злом. Загадка Левиафана.                                 Борис Гулько

Выдающийся современный раввин Адин Штайнзальц, описывая иерархию духовных миров, упомянул о «возможности контактов между нашим миром и мирами, расположенными под ним и называемыми «сферами зла»... хотя сам по себе мир действия (наш мир) – нейтральный, в определенном смысле он принадлежит мирам зла… в этих мирах присутствует «душа» – то есть духовные существа, обитающие в мирах зла… Некоторые из этих ангелов-губителей – вполне самостоятельные существа с ярко выраженными характерами; существование их, в некотором смысле, вечно…». То есть «в некотором смысле» вечно существование в нашем мире зла.
Тора лишь раз мельком упоминает персонаж из мира зла: в Йом Кипур одного из двух жертвенных козлов отправляют в пустыню «к Азазелю» (Левит 16:8). У Булгакова в «Мастере и Маргарите» Азазель – прислужник сатаны. Сам же сатана в ТАНАХе появляется в Книге Иова – удивительной, сильно отличной от остального текста Священного писания, значительно повлиявшей на мировую культуру. Понимание этой книги, её этического посыла, отличается от народа к народу.

Библейский, «еврейский» Иов, «был человек непорочен, справедлив и Богобоязнен, и удалился от зла». Всё у него было хорошо: 10 детей, богатство, здоровье. Он считал, что заслужил это. 
Но сатана поставил перед Господом праведность Иова под сомнение: «Разве даром Богобоязнен Иов? Ведь Ты оградил кругом его, и дом его, и все, что (есть) у него? Дело рук его благословил Ты, и скот его распространился по земле. Но простри-ка руку Твою и коснись всего, что (есть) у него, клянусь, пред лицом Твоим Тебя хулить станет. И сказал Господь сатане: вот, все, что (есть) у него, в руке твоей, только на него не простирай руки своей» (1:9-12)
И сатана начинает действовать: гибнут дети Иова, исчезает его богатство, нападают мучительные болезни. Приходят друзья и упрекают Иова: за грехи напали на него несчастья. Но Иов не согласен: он безгрешен, а несчастия постигли его незаслуженно. Он не оспаривает беспристрастность Господа и Его справедливость, но требует от Господа суда над собой, уверенный, что сможет доказать свою праведность.
Книга состоит из споров Иова с его друзьями на эту тему. Разрешение им приходит Свыше: «И отвечал Господь Иову из бури и сказал: «…Где был ты, когда Я основал землю? Скажи, если обладаешь разумом. Знаешь ли ты, кто положил ей меру? Или кто простер над нею черту?» Следует мощное и яркое объяснение, что смертный не способен понять замыслы Создателя и должен просто их принимать.
Особое место, демонстрирующее недоступность нам глубины этих замыслов, занимает долгое красочное описание созданной Творцом гигантской рыбы: «Можешь ли вытащить Левиафана удой и веревкой (леской) прижать ему язык? Проденешь ли тростник ему в нос и шипом проколешь ли щеки его? … Положи на него длань твою, помни бой (этот) и более (его) не затевай. Вот, надежда об этом тщетна; даже взгляд его повергает . . . От его чоха блистает свет, и глаза его – как ресницы зари . . .На шее его покоится сила, и впереди него несется страх . . . Нет на земле подобного ему; он сотворен бесстрашным. На все высокое смотрит он: он царь над всеми горделивыми» (38-41:1-27)
Иов понял свою ошибку: «Кто же это помрачает мысль без разуменья? – Так, я говорил (о том), чего не понимал, о чудесах (непостижимых) для меня, о которых я не ведал… Поэтому отвратительны мне (слова мои) и раскаиваюсь я во прахе и пепле». В ответ на это признание «возвратил Господь прежнее Иову . . . И жил Иов после этого сто сорок лет, и видел сыновей своих и сыновей сыновей своих (до) четвертого поколения. И умер Иов старцем, насытясь днями» (42:1-17).
Иов выдержал испытание, сатана посрамлён. Не столь успешен американский «Иов» в фильме братьев Коэн 2009 года A Serious Man. У того неверная жена, расстраивают дети, недотёпа брат, за которого постоянно приходится платить. Всё в его жизни рушится. «Иов» ищет объяснения причинам своих несчастий у раввинов, поднимаясь по их иерархии от начинающего к знаменитому. Но и у тех нет ответа. Кажется, всё у «Иова» может разрешиться, но нужно согрешить – принять взятку. «Иов» тест не проходит, и тут же следует звонок от врача у него обнаружен рак.
Проблемы сатаны в России понятнее. В рассказе Чехова он жалуется человеку: «Мы людей искушали... совращали их с пути добра на стезю зла . . . Теперь же это занятие . . . и плевка не стоит . . . Как я могу учить вас украсть рубль, ежели вы уже без моей помощи тысячи цапнули?» В помянутом романе Булгакова тамошний «Иов» – мастер – от людей такого натерпелся, что прибывший в Москву сатана облегчает ему участь, вручая склянку с ядом.
 Но в потусторонний мир мастер отправляется хотя бы с любящей его Маргаритой. Современное сказание о российском Иове – в фильме Звягинцева «Левиафан», снятом в 2014 году, ещё беспросветней. Этому Иову жена изменяет с другом, а друг – с женой. Религия лицемерна, власть вероломна, суд поверхностен и бездушен. А у берега в море, на которое смотрит дом, отнимаемый властью у «Иова», чтобы построить на его месте церковь, белеют кости Левиафана, уже не способного свидетельствовать, будто судьба героя заботит Высшие Силы.

Интересна немецкая версия понимания истории Иова, изложенная в одной из самых значительных книг мировой литературы – в «Фаусте» Гёте. В ней автор, сохраняя внешнюю фабулу библейской книги, выворачивает её наизнанку.
Фауст посвятил жизнь познанию всех наук, но осознал:
Однако я при этом всем /Был и остался дураком. (здесь и далее переводы Б.Пастернака)
За свою жертву доктор
                        Не нажил чести и добра
                        И не вкусил, чем жизнь остра.
                        И пес с такой бы жизни взвыл!...
Потому ли, или из интереса к тайнам загробной жизни, Фауст задумывается перед бутылью с ядом:
                        К неведомым мирам направить путь                                                                                                     
                        О, эта высь, о, это    просветленье!
                        Достоин ли ты, червь, так вознестись?
                        Спиною к солнцу стань без сожаленья,
                        С земным существованьем распростись.
Чернокнижник Фауст общается с духами, не удивлён визиту сатаны, но в существовании Творца не уверен и так отвечает на расспросы Маргариты:
                     Разум чей
                     Сказать осмелится: "Я верю"?
                     Чье существо
                     Высокомерно скажет: "Я не верю"?
                     В него,
                     Создателя всего,
.
В отличии от страдающего библейского Иова Фауст испытывается не на праведность, а на переносимость им греха, и не бедами, а исполнением всех его желаний. Осуществить такое испытание Фауста Господь поручает сатане низкого ранга – Мефистофелю:
                      Он отдан под твою опеку!
                      И, если можешь, низведи
                      В такую бездну человека,
                      Чтоб он тащился позади.

Для этого путешествия Фауст должен продать душу. Легко, и даже охотно, он соглашается.
Похоже, Гёте предугадал пути, на которых будут продаваться билеты ко всеобщему счастью в мирах зла, которые откроют человечеству немецкие мыслители начиная с Карла Маркса и до идеологов Третьего рейха. Продажа души сатане станет рутинной процедурой в странах, обещавших людям счастье в нацистской Германии, в СССР. Гестаповец в фильме Висконти «Гибель богов», демонстрируя знакомой даме картотеку доносов, сделанных подданными Рейха, говорит: «Здесь собран коллективный разум нации». Не раскрыт список сексотов, продавших в СССР душу сатане, но и он был не короток.
Впрочем, удовольствия, на которые Фауст обменял душу, оказываются эфемерными. С попойки в погребке Ауэрбаха доктор и его ментор зла едва уносят ноги. Не сложилось у Фауста и с красоткой-ведьмой в Вальпургиеву ночь. Мефистофель интересуется:
                         Что ж даму упустил ты в заключенье
                         И почему упорно так молчишь?
Фауст              Ах, изо рта у ней во время пенья
                         Вдруг выпрыгнула розовая мышь.
В поисках женской красоты Фауст посещает иной мир, и приводит оттуда Прекрасную Елену. Но и она ускользнёт от Фауста с жалобой: «На мне сбывается реченье старое, что счастье с красотой не уживается...». 
Подсобил Сатана Фаусту с любовью – Гретхен была чиста. Но и эта история завершилась крахом: Фауст отравил, хотя невольно, мать девушки, убил её брата, а сама Гретхен, утопив рождённую ей от Фауста дочь, кончает жизнь на плахе.
Разуверившись, что за свою душу он сможет купить личное счастье, Фауст решает хотя бы осчастливить мир. Он замышляет грандиозный гидротехнический проект: 
                      Награда всем, несметною артелью
                      Работавшим над стройкою плотин!
                      Труд тысяч рук достигнет высшей цели,
                      Которую наметил ум один!
Кажется, Фауст предвидит строительство Беломор-Балтийского канала.
Проект требует жертв. Старики Филемон и Бавкида не хотят покидать свою хижину, мешающую проекту, и погибают, а с ними их случайный гость. Как будто Гёте готовил идею для романа о соцстроительстве «Прощание с Матёрой» Валентину Распутину.
Завершается проект Фауста, как аналогичные в «империи зла» ХХ века. Маяковский писал относительно возведения Новокузнецка: «Я знаю – город будет. Я знаю – саду цвесть…» Редкая птица могла пролететь в советские годы над этим индустриальным «городом-садом» не задохнувшись в таблице Менделеева, сменившей там воздух.
Проект Фауста завершается провалом. Слепой, как положено создателю «светлого будущего», слыша звуки стройки, Фауст восклицает:
                      Воплощены следы моих борений,
                      И не сотрутся никогда они.
                      И это торжество предвосхищая,
                      Я высший миг сейчас переживаю.
 На самом деле торжествовать повода нет. Завершена не стройка, а могила для Фауста. Он падает замертво. Мефистофель констатирует:
                      Кто так сопротивлялся мне, бывало,
                      Простерт в песке, с ним время совладало,
                      Часы стоят.
Кажется, Фауст проиграл испытание:
                        Страшная пасть ада разверзается слева.
                       По сторонам клыки торчат. От злобы
                       Поток огня слюной стекает с неба,
                       И город мук, дымящийся в огне,
                       Виднеется в далекой глубине.
Но в последний момент ангелы крадут и спасают от ада душу Фауста. Так в чём же было испытание, которое Фауст, судя по счастливому финалу, выдержал?
Возникает подозрение, что в перевёрнутом мире из библейской книги испытывался не он, а Мефистофель – реальный Иов трагедии. Испытав неудачу с душой Фауста, тот догадывается об этом, но как библейский Иов остаётся твёрд в своих принципах:
                  О, что со мной! Как Иов, весь в нарывах,
                  Я страшен сам себе и все же горд
                  И радуюсь, уверившись, что черт -
                  В наследственных своих основах тверд
                  И спасся от соблазнов нечестивых.
Наш «мир действия» – пограничный между добром и злом, и каждый из них несёт персонажам того и другого свои испытания. Для вершителей судеб Третьего рейха и СССР эти испытания были не менее мучительны, чем для библейского Иова.
Различия – в участи души. Но это загадка для смертных. Как Левиафан.

Новая книга Бориса Гулько:
Двухтомник «Поиски смыслов». 136 избранных эссе, написанных с 2015 по 2019 годы.
$30 в США, 100 шекелей в Израиле. Е-мейл для заказа: gmgulko@gmail.com
По этому же е-мейлу можно заказать и другие книги Бориса Гулько

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..