среда, 24 июля 2019 г.

Легенда о Бараке – IV

Легенда о Бараке – IV

(по материалам книги Ури Мильштейна, редакция и перевод с иврита Алекса Тарна)
Продолжение. Начало.
Эхуд Барак. Photo copyright: Barak Weizmann

2. Первые операции Сайерет Маткаль.

Эхуд Барак прибыл в Сайерет Маткаль в середине 1960 года. Три месяца спустя там же оказался Ури Закай, внук первого (еще до Бен-Гуриона) генсека Гистадрута Давида Закая и сын высокопоставленных работников министерства обороны. Вот что он рассказывает о СМ в тот период (1958-1961), когда начальником Генштаба был Хаим Ласков, считавший новое подразделение совершенно излишним:
“Спустя несколько минут после моего прибытия в часть, меня вызвал Ароль (Аарон Эшель, заместитель Арнана) и спросил, умею ли я читать аэрофотосъемку. Я ответил утвердительно, потому что в период пред-армейской подготовки занимался ориентированием на местности. Он сказал: «Это кстати. Мы сейчас строим клуб, и нам нужны бетонные блоки, а ЦАХАЛ не дает ничего. Недалеко отсюда, за бензоколонкой есть завод по производству блоков. Мы подадим грузовик задним ходом, а ты встанешь на перекрестке в полной строевой выкладке и остановишь движение. Будешь говорить людям, что идут учения. За три минуты мы погрузим двести блоков». Подъехал грузовик с двадцатью ребятами. Я остановил движение. Мы украли блоки и вернулись на базу. Так что моим самым первым действием в Сайерет Маткаль была кража”.
Выяснилось, что, когда грузовик прибыл на место, сторож дремал в будке. Спецназовцы заперли его снаружи. Вот рассказ одного из участников (имя хранится в архиве Мильштейна):
«Сторож услышал, что мы грузим блоки и стал стучаться, требуя открыть. Сами Нахмиас сказал ему: «Лучше бы тебе остаться внутри».
«Да я не к тому, – крикнул сторож. – Плевать я хотел на эти блоки. Но откуда вы их берете? С этой стороны они еще влажные; уж если берете, то берите готовые!» Его выпустили, и он показал, откуда брать, да еще и помог при погрузке».
Ури Закай:
«После того, как я окончил офицерские курсы и уже командовал отделением в СМ, мы во время тренировок по ориентированию воровали кулеры (устройства для охлаждения питьевой воды – АТ) с бензоколонок в Галилее. В пятницу мы вернулись на базу в Сиркине, и я доложил Арнану, что теперь у подразделения есть кулер. Он взорвался: «Что? Украли? Ты больше не командир группы!»
Я удивился: «Весь наш клуб построен из ворованных материалов, а ты кричишь на меня из-за какого-то кулера?» Он ответил: «Когда я говорю вам принести что-то, это исполнение приказа, но когда вы таскаете по своей инициативе, это воровство». Пока мы спорили, на базу прибыла вторая группа под командованием Барака. Они тоже притащили кулер. В газетах написали, что в Галилее действует неизвестная банда, которая специализируется на воровстве кулеров с бензоколонок.
До конца 1962 года мы не получали вообще никаких военных заданий, и воровство было единственным способом, при помощи которого Арнан держал подразделение в форме. Большинство из нас были хорошо воспитанными пай-мальчиками. Видимо, принуждая нас воровать, Арнан прививал нам иной образ мысли».
Журналисты Дан Маргалит и Ронен Бергман в своей книге тоже упоминают о криминальном характере тренировок СМ того времени: «Арнан установил ежегодный праздник, который назывался «праздник плода», где ели только ворованные продукты».
Йоси Цин, ответственный за логистику, был на десять лет старше Барака, Амона, Закая и их товарищей из второй волны набора. Талантливый механик с критическим складом ума, он не одобрял криминальных методов Арнана, хотя и принимал в них участие, потому что альтернативой был немедленный вылет из подразделения. Йоси родился в Раанане в 1933 году. Его отец сменил в свое время Хагану на Эцель, а Эцель на Лехи. По этой причине Йоси отказались принять в местную школу, и ему пришлось учиться в религиозном хедере при синагоге. Затем он попал в школу с производственным обучением в Тель-Авиве, и в 1951 году был призван в технические части ЦАХАЛа. Там Цина продолжала преследовать тень «неправильного» идеологического прошлого отца: несмотря на блестящие показатели, ему было отказано в приеме на офицерские курсы. На его личном деле в армейском секретариате было как будто бы написано большими красными буквами: «Человек Лехи – в продвижении отказать».
С трудом получив лычки старшего сержанта, Йоси прозябал на запасной базе танковых тягачей. Он продолжал подавать просьбы о переводе в боевые части и неизменно получал отказ. Все снова решили личные связи: Ароль, заместитель Арнана, знал Йоси еще по детским годам в Раанане. Как уже говорилось, в конце 50-ых Сайерет была всеобщим посмешищем и не получала от ЦАХАЛа ничего, даже еды, не говоря уже о бензине. Поэтому Ароль обратился к другу детства с просьбой о помощи. И Цин не отказал, щедро отливая «элитным» воришкам из своих «неприкосновенных» запасов горючего.
В 1961-ом, уже после смены начальника Генштаба, задули совсем другие ветры, и Ароль решил отблагодарить друга. Он ходатайствовал о переводе Йоси в Сайерет Маткаль. Просьбу снова отвергли, но на сей раз Цин не принял отказа. Он просто дезертировал из своей части и самовольно заявился в расположение СМ. По идее, он должен был заплатить за это тюрьмой, но у судьбы есть свой трибунал: буквально в те же дни на базу прибыл с проверкой новый начальник Генштаба Цви Цур. Услышав от Арнана соответственно поданную историю Йоси Цина, он без долгих разбирательств распорядился перевести механика на новое место службы.
Йоси Цин прослужил в Сайерет Маткаль 5 лет. Он вышел в отставку в 1980 году в чине майора и занялся изучением военной истории и проблем Ближнего Востока в качестве вольнослушателя нескольких высших учебных заведений. Сейчас это один из ведущих израильских специалистов в этом вопросе, человек с безупречной репутацией и богатым армейским опытом.
Вот что он рассказывает о том времени:
«Я пришел из общеармейской части с четкой воинской дисциплиной и строгим распорядком, в то время как все остальные бойцы СМ были неисправимыми бездельниками и анархистами. По сути, я был единственным, на кого Арнан мог положиться. Поэтому, придя туда в качестве механика, я быстро стал ответственным за всю логистику подразделения.
Эхуд Барак был, пожалуй, самым беспорядочным и неорганизованным бойцом в подразделении. Вечно ходил грязным, в нестираной одежде. Когда приезжало начальство и всех вызывали на построение, он просто воровал чистую одежду у товарищей. Это выводило людей из себя. Благодаря хорошо подвешенному языку он умел произвести впечатление на командиров, но на практике проявлял слабость и норовил прикрыть свои промахи хитростью.
Иначе говоря, за его красивыми словами не стояло ничего – ни настоящего понимания, ни умения. Человек уверенно говорил о том, о чем не имел ни малейшего понятия. Он настоящий шарлатан, но определить это можно только вблизи, и поэтому большинство людей убеждены в его высокой квалификации.
Время от времени Арнан присоединял меня к разным группам, тренирующим ориентирование на местности. Когда я впервые попал в группу Барака, задание на ориентирование давал сам Меир Хар-Цион. Каждый боец, включая меня и Барака, получил индивидуальный маршрут для ночного похода с категорическим запретом выходить на шоссе. Была лунная ночь с прекрасной видимостью. Меир спрятался возле моста, подкарауливая тех, кто вопреки запрету пытался облегчить себе путь. Выловив такого человека у моста, Хар-Цион отвешивал мошеннику звучную оплеуху и заставлял повторить задание с самого начала. Я сам наблюдал это с высотки на своем маршруте. К моему удивлению, одним из таких мошенников оказался и командир отделения Барак. Впрочем, ему повезло: он вышел на шоссе сразу вслед за другим обманщиком, увидел расправу, учиненную Меиром, и успел вернуться на свою тропу.
В другой раз мы тренировались в районе Цфата. Стояла сумасшедшая жара, а Барак забыл свою флягу. В настоящих боевых подразделениях это достаточная причина для того, чтобы отдать человека под суд. Возле кибуца Хукук Барак распределил людей по маршрутам. Мне он сказал: «Цин, на твоем маршруте есть много воды, так что давай мне свою флягу». Я поверил и отдал. Оказалось, что на всем протяжении моего маршрута нет ни капли влаги. Я почувствовал, что наступает обезвоживание, и с трудом добрался до шоссе. Уже там я встретил одного из наших, который дал мне несколько глотков и продолжил свой путь к месту встречи.
К тому времени я уже был не в состоянии двигаться самостоятельно. К счастью, рядом остановился туристский автобус: его водителем оказался мой знакомый по Раанане. На автобусе я добрался до Цфата. К своему изумлению, я увидел там Барака, который расхаживал с моей флягой между киосками цфатских художников. По плану он должен был находиться на маршруте или в пункте сбора на одной из окрестных вершин!
Вернувшись на базу, я рассказал обо всем Арнану и попросил его никогда больше не ставить меня в группы, которыми командует Эхуд Барак. Выяснилось, что точно такие же просьбы Арнан получил от нескольких других бойцов отделения Барака. Он перевел их в другую группу после ультиматума: в противном случае парни угрожали вообще уйти из Сайерет. За все пять лет моей службы в СМ это был единственный случай, когда люди отказались служить под началом своего командира».
У личного состава СМ была еще одна веская причина держаться от Барака подальше: первым убитым бойцом в Сайерет Маткаль стал именно его подчиненный. Третьего мая 1962 года погиб Нацхи Бен-Иегуда, боец группы Барака. Вот что рассказывает по этому поводу фельдшер подразделения Хаим Левинсон:
«Группа Барака вернулась из тренировочного похода. Эхуд сидел рядом с водителем, остальные сзади. Когда прибыли на базу, он вышел из кабины, сказал ребятам, чтобы те сами проверили оружие и ушел. У Нацхи оказался патрон в патроннике, произошел случайный выстрел, парень был убит на месте».
Йоси Цин был в тот день дежурным офицером. Он рассказывает:
«Эхуд Барак стоял рядом со мной. Когда первый парень спрыгнул с грузовика, я увидел в его Узи вставленный магазин и понял, что Барак не произвел в конце тренировки положенную процедуру разрядки и проверки оружия. Это была преступная небрежность, учитывая известный недостаток автомата Узи: он склонен к самопроизвольной стрельбе при ударах и резких движениях, например, при прыжке из кузова грузовика. Поэтому в ЦАХАЛе категорически запрещали езду с Узи, когда магазин находится в положении «внутри». Трудно поверить, что Барак не знал об этом.
Я крикнул солдатам: «Стойте! Оставайтесь в кузове!» Барак повернулся ко мне и стал кричать: «Не приказывай моим бойцам!» В следующую минуту спрыгнул Нацхи. В момент приземления его Узи выпустил очередь прямо в грудь своему хозяину. Солдат погиб в ту же секунду».
Вот запись беседы по этому поводу автора, Ури Мильштейна, и друга Эхуда Барака Авраама Амона:
Амон: «Я принимал участие в той тренировке. На базе у нас было всего два душа, и мы всегда заранее раздевались, чтобы успеть раньше других. Парень потянул к себе Узи, и тот выстрелил».
Мильштейн: «В то время я тоже служил в десанте. После каждой стрелковой тренировки наши командиры всегда производили процедуру изъятия магазина, проверяя при этом отсутствие патрона в патроннике. Ты же описываешь крайне непрофессиональное поведение!»
Амон: «Это был несчастный случай».
Правила Генштаба обязывают военную полицию расследовать каждый случай гибели солдата во время тренировок. Арнан боялся, что следствие установит не только преступную халатность Барака в данном конкретном случае, но и общую атмосферу разнузданного беспорядка, которая царила тогда в СМ. Бараку угрожал суд и тюремное заключение, но и Арнану должно было не поздоровиться. Учитывая шаткое положение нового подразделения, которое по-прежнему воспринималось в ЦАХАЛе как пятое колесо в телеге, следствие могло стать смертельным ударом по детищу Арнана.
Поэтому он уговорил начальника АМАНа (отдел военной разведки, куда была приписана СМ) представить дело так, будто Нацхи погиб во время боевой операции. А окончательно спрятал концы в воду депутат Кнессета от партии Херут адвокат Йоханан Бадер. Он вызвал к себе Йоси Цина и в присутствии Барака взял с него слово никому не рассказывать о происшедшем. Цин исполнил обещание, и лишь много лет спустя поведал об этом Ури Мильштейну.
На памятном сайте СМ (http://www.misdar.org.il/) напротив имени Нацхи Бен-Иегуды стоит надпись: «Погиб при исполнении служебных обязанностей». Эта позорная история вызывает серьезные сомнения как в честности Авраама Арнана и Эхуда Барака, так и в широковещательном утверждении о традиции Сайерет Маткаль тщательно расследовать любые просчеты и неудачи.
(продолжение следует)

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..