пятница, 22 ноября 2013 г.

СПИЛБЕРГ и "СПИСОК ШИНДЛЕРА"




  Спилберг – добрый человек – так мне кажется, а когда подобная личность становится еще и миллиардером, и знаменитым кинорежиссером – подобное и вовсе уникально./
 Несколько лет собирал материалы «по Спилбергу», а теперь рискну поделиться  своими заметками.
 Но прежде о «личных» встречах с этим кинорежиссером. В 1994 году, в Москве, появился последний, к тому времени, фильм Спилберга «Список Шиндлера». Шум поднялся необыкновенный. Весь столичный бомонд счел для себя обязательным просмотр этой кинокартины. 
 В Доме кино устроили два сеанса, что само по себе было редкостью. Лично Юлий Гусман , директор киношного дома, дежурил у служебного входа и не пропускал рвущуюся на просмотр публику без пригласительного билета. В тот день для входа было мало удостоверения члена Союза кинематографистов. 
 Вот как взволновал москвичей Стивен Спилберг. Фильм, как мне показалось, существовал вне оценочных категорий: «понравился, не понравился». Это был документ чудовищной силы – вот и все. 
 Перед сеансом, помню, сам Гайдар, отставной премьер, витийствовал на тему юдофобии. ( Это тогда он сказал, «что прививка от фашизма действует только пятьдесят лет»). После сеанса все расходились оглушенные. Говорить не хотелось. 
 Та премьера продолжилась в прессе. Рецензий было множество. Собирал их тогда, читал, хранил. И по сей день храню в своем архиве./
 Дмитрий Погоржельский писал: « Имя его мало кто знал в Германии до появления фильма Стивена Спилберга «Список Шиндлера». Едва ли даже жители пригорода Франкфурта – на – Майне подозревали, в честь кого названа небольшая улочка, на которой они живут. В стране, властители которой некогда ставили цель «окончательно решить еврейский вопрос», было почему-то не принято или неприятно вспоминать о тех, кто, рискуя своей жизнью, спасал евреев от газовых камер, массовых расстрелов. Может быть, потому, что мужество этих одиночек – укор миллионам»./
 Кронид Любарский: « Мало кто не слышал знаменитых слов Сантояны, но мало кто осознает их глубокий  п р а к т и ч е с к и й  смысл: кто забывает о прошлом, тот рискует пережить его вновь. Посмотрите фильм Спилберга. А посмотрев – помолчите немного и задумайтесь»./
 Дмитрий Быков: « Во время сеанса я плакал. Через час уже мог говорить о фильме спокойно. Спилберг напомнил мне о том искусстве, которое сильнее всего воздействует на зрителя именно в процессе его восприятия… Дело не в антифашистском пафосе картины, хотя и в нем тоже. Дело в личной бесценности каждого из нас. А потому «Список Шиндлера» – глобальная художественная удача»./
 Валерий Тимофеев –Туровский: « В леденящих и опаляющих по своей гениальности, жестокости и состраданию эпизодах уничтожения Краковского гетто Стивен Спилберг не хочет знать границ, до которых может дойти нечеловеческая человеческая жестокость. Таких границ у Спилберга нет. Потому что таких границ не было у фашизма». /
 Профашистская, уже тогда многочисленная российская пресса, о фильме Спилберга демонстративно умолчала. Помню только одну, сравнительно робкую статейку, где указывалось, что семь «Оскаров» этого фильма были получены только благодаря теме, опекаемой и поддерживаемой международным еврейством.  Вот, пожалуй, и все, но это вовсе не означало, что картина эта не была русскими наци по-своему отмечена. /
  В моем знакомстве со «Списком Шиндлера» памятна еще одна премьера. Не помню, как назывался тот кинотеатр на западной окраине столицы, кажется «Байкал». Приехал туда по какой- то хозяйственной надобности, увидел афишу: «Список Шиндлера», и решил посмотреть кино «с народом», как тогда любили говаривать разного рода политики. /
 Свободно купил в кассе билет. Фильм уже начался. Народу в зале оказалось совсем немного, в полумраке показалось только, что лишь первые два ряда были заняты какой-то странно - однообразной публикой. /
 Шел фильм. Начался эпизод уничтожения евреев Кракова. И в тот момент, когда эсесовец выстроил евреев в затылок друг другу, чтобы поразить сразу многих одной пулей, зрители первых двух рядов дружно поднялись и выбросили молча руку в нацистском  приветствии. Это продолжалось секунд десять, не дольше, потом они сели, тоже дружно, как по команде./
 Пустой зал никак не прореагировал, да и не мог прореагировать, на подобную выходку. Я не стал досматривать фильм. Стало противно и страшно./
 На выходе обратился к контролеру, сказал, что в зале сидят фашисты. /
 Контролер, седая женщина с изможденным лицом, ответила мне так: /
-         Они на каждый сеанс ходят. Пускай идут. Без этих парней мы бы этот фильм давно сняли с экрана. Ведут себя тихо, не пакостят, чего еще надо? /
 Фильм Спилберга «Список Шиндлера» имел огромный кассовый успех по всему миру ( доход более миллиарда долларов!). Везде залы были полны. Везде, кроме России. В нашем отечестве он безнадежно провалился в прокате и был вскоре снят за невостребованностью./
  Как тут не вспомнить, что в СССР, среди огромного количества фильмов о войне с фашизмом, не было ни одного, снятого о Холокосте./
 Тот визит в кинотеатр «Байкал» послужил одной из последних капель, заставивших мое семейство приступить к сбору узлов и чемоданов. В тот день просмотра «с народом» не только Спилберга встретили фашистским приветствием, но и мне лично русские наци решительно показали на дверь. /
 Я вдруг понял, что все эти благородные и талантливые попытки продолжить действие «прививки против фашизма» – обречены на провал. /
 Сотни честных книг о нацизме, фильм Спилберга, Клода Ланцмана, множество других, менее сильных, но не менее страшных фильмов – все это не способно вновь загнать в логовище ночи  чудовище зла. /
 У «детей Гитлера» свое особенное зрение, свое бездушие, свой интеллект или отсутствие интеллекта. Этим людям можно круглые сутки читать книги Эли Визеля или показывать отрывки из фильма «Шоа» Ланцмана, ничто не поколеблет их решимость добиться «окончательного решения еврейского вопроса». /
 Видимо, и Спилберг прекрасно понимал это. Вот о чем он признался в одном из интервью: « Когда-то я решил посмотреть картину Клода Ланцмана «Шоа». В зале было сначала 8 человек, а через несколько минут я остался один, все ушли. И я решил бросить вызов человечеству; если оно так относится к истории уничтожения целой нации, я покажу им правду».
 Спилберг не договаривает из скромности: « Покажу им правду так, что заставлю ее увидеть». Стивен добился своей цели. Он заставил смотреть свой фильм, и увидеть правду о геноциде, но, как выяснилось, далеко не всех, а только ту публику, кто был готов эту правду усвоить./
 Вот почему я понял, что нельзя обманывать себя умонастроением близкого круга друзей, прекрасными фильмами, книгами, рецензиями. Необходим личный выбор, и я его сделал, но прежде совершил свою попытку высказаться на злободневную тему: «показать свою правду». Из старой, подчас уникальной и прежде невостребованной хроники, собрал фильм « Интервью с Гитлером»./
 Из рецензии Виктора Кузнецова в журнале «Новое время»: «Ни в кинотеатры, ни на телевидение документальный фильм «Интервью с Гитлером» не пробился. Режиссер Аркадий Красильщиков демонстрирует ленту, отснятую в середине 1995 года на собственные деньги, лишь на профессиональных фестивалях  - вне конкурса. Или у себя дома./ 
-         Я понимаю тех, кто не пускает нас на экран, - сказал мне автор и режиссер полнометражной ленты. – Ведь фильм не о германском, а о родном – российском – фашизме. Фашизме, рвущемся к власти. Более того, в среде, приученной к мифам, мы замахнулись на само мифологизированное сознание»». /
 В. Кузнецов прав не во всем. Да и сам невольно ввел его в заблуждение. Не было у меня особенного желания превращать свой фильм в массовую продукцию. Сделал его больше для себя, для того, чтобы выговориться. Да и боялся, наверно, что на каком-нибудь сеансе в пустом зале первые два ряда займут бритоголовые молодчики и встретят одну из сцен моего фильма нацистским приветствием. /
 У Стивена Спилберга оказалось побольше и таланта режиссера и возможностей, да и не было в душе комплексов и страхов российского еврея. Были, правда, свои комплексы, и  было другое: сопротивление своей, более мягкой, но не менее юдофобской, среде, уход от пресса ассимиляции. Вот что говорил он в одном из интервью французской газете «Монд»: « Мне говорят: «Ты снял «Список Шиндлера» и стал евреем». Я отвечаю: « Я всегда был евреем». В детстве меня часто обзывали жидом. А когда дети не хотели играть со мной, я объяснял это себе не тем, что я еврей, а тем, что просто хилый и болезненный ребенок. Меня это очень беспокоило, мне хотелось быть, как все, принадлежать к большинству…. Мне всегда хотелось, чтобы на Рождество над нашей дверью тоже горел праздничный фонарь, чтобы крыльцо не было темным, как вход в пещеру, особенно по сравнению с ярко освещенными домами соседей…Впервые осознал себя евреем, когда у меня появился сын, потому что понял, что ответственен не только за его жизнь, но и за его воспитание. Я решил воспитать сына в иудейской вере. Пришлось засесть за книги, и это помогло мне многое решить для себя. Иначе я вряд ли стал бы снимать «Список Шиндлера». /
 Спилберг вновь не договаривает. Ему пришлось не только сесть за книги, но и развестись со своей первой женой англо-американкой и выкупить у нее сына- Макса за 59 миллионов долларов. В этом интервью он не говорит и о том, что не знал о Катастрофе европейского еврейства вплоть до поступления в колледж. Родители щадили его психику. Его безмерно баловали и подобным образом./
 Спилберг признается, что стал испытывать потребность в возвращении к еврейству только после рождения сына, в следствии отцовской любви. Вот что писал сам Спилберг о своем первенце: « Макс – это самая лучшая, самая весомая продукция, которую я выпустил в 1985 году… Меня баловала мама, а теперь я буду баловать его! Я смотрю на мир через свою кинокамеру, и это придает мне уверенности, но между мной и моим сыном не должно стоять ничего; мы смотрим в глаза друг другу, и это меня не пугает». /
 Вторая и, надо думать, последняя жена Спилберга – Кейт Капшоу – прошла гиюр и родила Стивену двух сыновей и дочь. Всего в семье Спилбергов семеро детей. Двое младших, приемных детишек, – чернокожие, но все они – евреи. /
 Вот что стало прелюдией к фильму «Список Шиндлера» - поступок, попытка возвращения к себе. /
 Корни. «Почти все мои предки родом из России, - рассказывал Спилберг корреспонденту «Известий» Владимиру Надеину. – Они из Одессы. И только мой дедушка по отцовской линии с отцовской стороны - из Австрии, откуда и идет род Спилбергов… Мои дедушка и бабушка говорили на русском языке и на идише. Русский – в левое ухо, идиш – в правое ухо…. Холокост – самый ужасный опыт, который затрагивал меня лично. Я потерял двоюродного брата, дядей, теток в Восточной Европе, еще до моего рождения. Это личное отношение сделало для меня Холокост одной из самых символических метафор». /
 До «Списка» Спилберг был известен, как режиссер, по преимуществу, детского, развлекательного кино. Режиссер талантливый, изобретательный, «кассовый», но бесхитростный. /
 И вдруг  стало известно, что этот «легкомысленный сказочник»  собирается снять серьезный фильм о Холокосте. В газетах начался шум. Протесты смутили Спилберга. Он решил передоверить свой замысел другим режиссерам: Ричарду Аттенборо, а потом и таким блестящим мастерам, как Сидней Поллак и Мартин Скорсезе. К счастью, ничего из этого не получилось, фильм ему пришлось делать самому. /
 Но прежде Спилберг «сделал» самого себя, отказавшись от буйной своей фантазии, от изысканной и привычной палитры красок, он снял черно-белый фильм на основе одних фактов. Но чудовищные факты эти не мог придумать ни один человеческий мозг. Спилберг понял это. Его фильм снят без тени авторского тщеславия и гордыни. Этически он безупречен./
  Спилберг и раньше показывал нацистов в фильмах «Искатели ковчега» и «Крестовый поход». Он даже Гитлера изобразил однажды, но все это были карикатуры, плод фантазии режиссера. Спилберг и здесь преодолел себя и восстал против стереотипов  Голливуда, нарушил традиции, соблюдение которых всегда считалось гарантией кассового успеха. Он снял фильм о трагедии Холокоста в черно-белой гамме. Он не привлек к съемкам ни одной звезды. Он снял ленту продолжительностью более трех часов. И он выиграл./
 Сам Спилберг писал о «Списке Шиндлера» так: « Очень важно было сохранить верность исторической правде, так что здесь не было места для коммерцилизации, хотя особенности моей техники съемок создали мне известную репутацию в этом плане»./
 Секрет смелости Спилберга раскрыть несложно. Он снял фильм на свои деньги и не собирался обогащаться за его счет.  Он передал всю прибыль в различные еврейские фонды и благотворительные организации. Он развернул свою удивительную программу съемок на видео рассказов, оставшихся в живых, жертв гитлеровского геноцида./
  Спилберг – очень искренний человек. Он благополучно прошел «медные трубы» успеха. Он признался, что «Список Шиндлера» стал и его школой гражданственности, сознания своего долга и своего места в мире. Он сам написал об этом  точно и мудро: « Теперь я стал больше интересоваться политикой. Десять лет назад, когда меня спросили о фильме «Инопланетянин», я назвал себя «политическим атеистом»; я гордился этим, как и тем, что почти не заметил войны во Вьетнаме, а о «Битлах» узнал с опозданием на шесть лет. Возможно, я был убаюкан собственным успехом. Я делал картины для взрослых, желавших вспомнить о детстве и порадоваться фильму вместе со своими детьми. Когда же я стал делать фильмы именно для детей, я почувствовал, что путаюсь в собственных ногах; я понял, что не все можно сделать, опираясь на ум и логику». 
 Талант, ум и логика есть в «Списке Шиндлера», но, прежде всего, фильм этот сделан силой национального чувства, болью и верностью памяти. 
 Восемь лет прошло со дня выпуска великого фильма Стивена Спилберга. Недавно опросил 10 израильских школьников, видел ли кто-нибудь из них «Список Шиндлера»?  Только двое вспомнили этот фильм. Зато все были в восторге от «Инопланетянина» и «Парка Юрского периода». Спросил о «Шоа» Клода Ланцмана. Никто этот фильм не видел, и ничего не слышал о нем. И это в стране евреев, где ни одна гуманитарная школьная программа не имеет права игнорировать творчество ряда первоклассных мастеров кино, литературы, театра, сумевших рассказать правду о Холокосте./

  Неужели и на нас перестает действовать «прививка от фашизма»? На нас, живущих с лютым арабским нацизмом бок о бок. 
                                                       2001 год.
p.s. Пройдут годы. Спилберг снимет "Мюнхен" еще один фильм на еврейскую тему. Фильм слабый, с какими-то жалкими извинениями евреев Израиля, вынужденных отстреливать террористов. Но все это понятно. Уходить от либеральных установок опасно. Одно дело -Холокост, другое - Израиль. Здесь любая критика Еврейского государства не только в моде, но обязательна.

2 комментария:

  1. "Список Шиндлера"-безусловный кино шедевр.Он по праву достоин высочайших оценок и кино призов.Интересно и убедительно рассказана история обретения гражданской позиции Спилбергом, позволившей сделать ему великое кино.Возможно, не случайно, последующая сдача им своей гражданской позиции, отразилась. как Вы, Аркадий, справедливо заметили, на качестве фильма "Мюнхен".

    ОтветитьУдалить

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..