четверг, 17 марта 2022 г.

"Думаю, что последняя глава путинского государства началась". Борис Акунин о войне и "Настоящей России"

 

"Думаю, что последняя глава путинского государства началась". Борис Акунин о войне и "Настоящей России"

ПРИЛОЖЕНИЕ РУССКОЙ СЛУЖБЫ BBC NEWS ДОСТУПНО ДЛЯ IOS И ANDROID. ВЫ МОЖЕТЕ ТАКЖЕ ПОДПИСАТЬСЯ НА НАШ КАНАЛ В TELEGRAM.
Борис Акунин в лондонском офисе Русской службы Би-би-си, 2015 год

Писатель Борис Акунин уехал из России еще в 2014 году, после аннексии Крыма. Сейчас он, вместе с артистом балета Михаилом Барышниковым и экономистом Сергеем Гуриевым, запустил проект "Настоящая Россия". Они собирают деньги для украинских беженцев.

Джесси Кейнер спросила писателя об этой помощи и еще о том, каким ему видится будущее тех, кто уехал из России и кто там остается.

Д.К.Почему нужен проект "Настоящая Россия", и почему вы запускаете его именно с этими людьми в таком составе?

Б.А.: Это люди, с которыми я давно знаком и дружу, это люди, важные для русской диаспоры, и главная наша задача - объединить огромное количество русских людей, живущих по всему миру, для самого насущного. Сейчас перед миром стоят две, на мой взгляд, главные задачи. Во-первых, остановить войну и, во-вторых - помочь этим миллионам людей, которые оказались в ужасной ситуации. Допустим, остановить войну мы не можем. Это не в наших силах. Но помочь мы можем. Огромное количество людей, русских людей, живущих повсюду, сейчас участвует в волонтерском движении, они сдают деньги, делают, что могут. Но все эти усилия сейчас децентрализованы, они рассредоточены. Это прекрасно, конечно, но нам кажется еще очень важным показать миру, что Россия - это не Путин, есть нормальная Россия, настоящая Россия, что нас много, что мы представляем собой как бы отдельную общественную силу, мы должны о себе заявить. И первое, что мы сейчас должны сделать, - это помочь, естественно, в этой гуманитарной катастрофе, но не только это. Мы должны как-то объединиться. Мы должны заявить о себе в самых разных странах, где бы мы ни жили. Мы должны все вместе, после того как прекратится война в Украине, создавать, придумывать нормальную Россию, ту Россию, которая будет существовать после Путина. И мы должны сделать все для того, чтобы Путина скорее не стало в России. Вот это общее наше намерение. Мы при этом как бы все люди не политические. Это не политическое движение. Это движение гуманитарное, культурное и в значительной степени эмоциональное.

Д.К: Вы говорите, что собранные средства пойдут группе британских благотворительных организаций. Эти организации готовы принимать деньги от россиян? Не станет ли это проблемой?

Б.А.: Нет, этой проблемы, конечно, нет, потому что эти деньги идут централизовано в этот самый Disasters Emergency Committee [Чрезвычайный комитет бедствий - объединение не менее 15 британских и международных благотворительных фондов], где Save the Children, Oxfam и так далее и тому подобное. Мы сейчас находимся в стадии организации. У нас есть очень много заявок от небольших фондов, волонтерских организаций, которые работают в Польше, в Украине и в других странах. Им всем нужно помогать. И как только мы организуемся, и как только у нас будет свой собственный счет, свое собственное юридическое лицо, мы будем работать с ними напрямую. У нас уже очень большой список людей, которым нужна помощь, и мы это, конечно, будем делать.

Д.К.: Участие в любых пацифистских и тем более проукраинских кампаниях сейчас представляет для россиян, даже если они не живут в России, определенный риск. Как минимум российские власти могут взять таких людей на карандаш, если узнают их имена. Как вы обеспечите безопасность и анонимность тем, кто будет делать донаты [жертвовать] проекту? И не боитесь ли преследования вы лично?

Б.А.: Наш проект ориентирован прежде всего на русскую диаспору, на людей, которые живут за пределами России. Потому что россияне нам тоже пишут, они тоже хотят помогать, но они лишены такой возможности, потому что из-за санкций они не могут переводить свои деньги за границу. И мы им говорим, что если вы хотите помочь, тогда помогайте сейчас отечественным фондам, которые занимаются благотворительностью, помощью больным детям, хосписам и так далее. Потому что они сейчас все оказались тоже в ужасной ситуации в России. Туда сейчас перестают поступать лекарства, туда перестают поступать донаты, потому что очень большое количество людей, которые обычно помогают своими деньгами, благотворительностью, сейчас бегут из России за границу. Они бегут оттуда тысячами, и это, помимо всего прочего, ставит в очень уязвимое положение все эти фонды, которые за счет их пожертвований в основном существовали.

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.
Подкаст
Что это было?
Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

эпизоды

Конец истории Подкаст

Д.К.: Сейчас идут большие споры по поводу того, могли ли российские либералы, люди оппозиционных взглядов, сделать больше, чтобы предотвратить такое развитие событий. Как вы отвечаете на этот вопрос, вы лично вините себя за то, что сейчас происходит? Ваш проект можно в какой-то мере считать искуплением вашего собственного чувства вины перед украинцами?

Б.А.: Чувство вины, конечно, есть, и ответственность, конечно, есть у нас у всех, у всего нашего сословия, если употребить термин архаичный, у этого интеллигентского сословия.

В девяностые годы, когда Россия избавилась от тоталитарного режима, мы все занялись своими профессиональными делами с большим азартом. У нас появилась такая возможность писать, что хочешь, говорить, что хочешь, и так далее. И никто из нас не хотел заниматься политикой. С нашей точки зрения, политика - это дело было грязное. Пусть этим занимаются другие люди, а мы будем писать книги, ставить спектакли и так далее. Нам было замечательно, здорово. Многие из нас добились чудесного, профессионального успеха, построили свою личную карьеру. Например я. Но за тем за всем мы оставили страну людям, которые не боятся грязи, которые охотно занимаются политикой, и в результате страна досталась им. А когда мы спохватились, что происходит что-то не так, и попытались что-то сделать, оказалось, что это уже поздно. Конечно, мы виноваты, потому что это была наша страна, мы там жили. Это наша жизнь, но это не значит, что нам сейчас надо опускать руки и ничего не делать. И вот это желание что-то делать - оно есть у очень многих людей.

Д.К.: Ваша инициатива называется "Настоящая Россия". Вы уже, может быть, ответили на этот вопрос, но хотелось бы всё-таки задать его. Сейчас Россия выглядит не красивой и героической, а очень темной и страшной. Вы считаете, что до сих пор существует другая, настоящая Россия, которая лучше той, что мы видим в действиях Путина сегодня?

Б.А.: Конечно, считаю. Россия - это страна, которая существует много веков, которая внесла очень важный вклад в мировую культуру. Россия - это страна Пушкина, Чехова, Достоевского, Толстого, Сахарова, они никуда не делись, и мы очень хотим, чтобы государство РФ - Российская Федерация - с этой Россией не отождествлялось. Есть путинская Россия, есть этот самый Путинленд, который нам всем не нравится, и мы не делаем из этого никакого секрета. И есть Россия русского языка, русской культуры, каких-то вот этих самых ценностей, которые создавались традиционно - сострадания, помощи, альтруизма в конце концов.

Д.К.: Опросы общественного мнения в России показывают, что больше половины населения поддерживает так называемую спецоперацию Путина в Украине. Как вы можете это объяснить?

Б.А.: Ну, во-первых, соцопросы, как правило, устраивают структуры, которые напрямую аффилированы с государством.

Во-вторых, в несвободном полицейском государстве ценность опросов всегда очень сомнительна, потому что люди предпочитают не говорить правду.

В-третьих, как мы знаем, массовое сознание работает не быстро. И изменение реальности, а в России капитально изменилась реальность, будет людьми прочувствовано не сразу, в течение первых дней, а в течение недель и месяцев. Эти изменения будут происходить, потому что чем больше вокруг будет всего тревожного, непонятного и ухудшающего жизнь, тем больше люди будут интересоваться политикой. Я очень хорошо помню, как это все происходило в 80-е годы при Советском Союзе, который был гораздо более жесткой и тоталитарной структурой, чем нынешняя путинская рыхлая диктатура.

Д.К.: Так что, может быть, санкции будут действовать таким образом, как надеются лидеры западных стран?

Б.А.: Конечно, будут, но некоторые из этих санкций, с моей точки зрения, являются контрпродуктивными и даже вредными, потому что, например, вот это самое подключение механизма cancel culture [культура отмены] здесь не должно работать, оно вредит. Нельзя писателям ограничивать доступ [к своим книгам] в России. Нельзя интернет-компаниям ограничивать доступ[ность] своего контента в России. Это всё на руку Путину. Это всё его усиливает, это делает его монополию на информацию еще более тоталитарной. Это все, с моей точки зрения, ошибки.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..