воскресенье, 1 декабря 2019 г.

МНОГО ШУМУ - И НИЧЕГО

 Автор: Павел Полян Фото:Youtube

Много шуму – и ничего

То, что произошло в Йом-Кипур в Галле всерьез обеспокоило, а то и напугало 200-тысячную еврейскую общину в Германии (в основном это еврейские эмигранты из бывшего СССР, но есть и прослойки потомков довоенного немецкого, польского и румынского еврейства, немало работающих или обучающихся в Германии израильтян). Ведь вооруженной атаки на синагогу или на евреев послевоенная Германия, если не считать олимпийского теракта в 1972 г., до сих пор не знала.

Был, есть и, похоже, будет

Свои антисемиты здесь, конечно, и после войны не перевелись – от “альте наци” и отрицателей Холокоста, то есть по убеждениям, до прибывших на зов германского экономического чуда турецких гастарбайтеров, то есть по рождению. Да и у российских немцев, которые никоим образом не причастны к гитлеровским преступлениям и сами являются жертвами сталинской депортации, нет-нет да и срывалось с языка то, что не могли себе позволить немцы местные. Последние или сгорали от стыда за совершенные ими или их предками преступления, или не сгорали, но молчали в тряпочку, опасаясь общественного порицания, карьерных затруднений или поколенческих конфликтов в семье. Так что долгие послевоенные десятилетия открытый антисемитизм пребывал в Германии в подполье. Дальше намалеванных на стенах синагог свастик или поваленных памятников на еврейских кладбищах дело шло крайне редко, число подобных инцидентов исчислялось единицами, часть из которых раскрывалась.
Положение стало существенно меняться после 2005 г., с началом серии “больших” коалиций консерваторов и социал-демократов под руководством несменяемой Ангелы Меркель. Обе так называемые “народные партии”, скованные коалиционными соглашениями, постепенно сближались идейно и сцеплялись в единый клубок, неизбежно размывая при этом собственный профиль и теряя свой традиционный электорат.
На флангах политического спектра возникала пустота, которая не могла существовать долго. Слева образовавшуюся брешь заполнили в западных землях “зеленые”, а в восточных – “левые”. Справа – под влиянием еще и очевидной успешности Йорга Хайдера и его Австрийской партии свободы – это попытались сделать либералы из СвДП, но оказались неубедительными и едва не исчезли с политического горизонта. (Кстати, в 2002–2003 гг. видный функционер именно этой партии Юрген Мёллеман, поддержавший “зеленого” депутата Джамала Карсли в ярой критике “преступлений” Израиля в отношении палестинцев, впервые явно выпустил джинна зажатого немецкого антисемитизма в среду политического истеблишмента.)
В последние годы число зарегистрированных антисемитских проявлений в Германии колеблется от 1200 до 1800 в год, хотя регистрируется и попадает в статистику лишь малая их часть. Официально в ФРГ принято классифицировать антисемитские проявления на правые, левые и исламские, хотя нередко столь однозначное разделение является проблематичным.
Правые антисемиты – это классические радикальные неонацисты и примыкающие к ним отрицатели Холокоста. Именно к этой среде и принадлежал Штефан Балье – террорист из Галле. Антисемитские лозунги – их естественный атрибут, но их главной мишенью часто служат не столько конкретные современные евреи, сколько абстрактные мировое еврейское правительство и всепланетный еврейский заговор. Левый антисемитизм строится на подмене или девальвации понятий. Тут и уподобление антисемитизма антиисламизму, сексизму и прочим “антименьшизмам”, и перехваченное у либералов уподобление современной израильской политики в палестинском вопросе Холокосту, и так называемый “критический антиизраилизм” (сродни советскому антисионизму) – выворачивание наизнанку этой политики и призывы к бойкоту Израиля и израильских товаров.
Если правый и в особенности левый немецкий антисемитизм чаще всего направлен не против конкретных и реальных евреев, проживающих в Германии, то для антисемитизма мусульманского они являются реальными мишенями как для политической борьбы, так и для повседневных нападок, в том числе и физических – от юдофобских лозунгов и сжигания израильских флагов на пропалестинских демонстрациях до физических нападений на тех, кто своим внешним видом либо языком выдает свою принадлежность к еврейству. А еще – антисемитского моббинга в заполненных учениками-мусульманами гимназиях и школах при молчаливом попустительстве учителей. Если прежде проживавшие в ФРГ около 4 млн мусульман (преимущественно турок) предпочитали не вступать в открытые конфликты с евреями, то среди 2 млн “новых” мусульман с Ближнего Востока и из Северной Африки, заполонивших Германию после 2015 г. с благословения Ангелы Меркель, заявившей: “Wir schaffen das!” (“Мы справимся!”), оказалось немало воинственных антисемитов, сообщениями о “художествах” которых пестрят СМИ даже несмотря на все фильтры политкорректности.
Прикрывая быстро утратившую популярность у населения нынешнюю иммиграционную политику бесконтрольного приема неизвестно кого, власти любят цинично уподоблять ситуацию “беженцев” положению евреев накануне Холокоста. О том, насколько несопоставимы эти ситуации, “ЕП” уже писала. Подобное сравнение подло и антиисторично, зато политкорректно и полностью соответствует медийному мейнстриму. Столь же политкорректным и одобряемым СМИ является представление правых радикалов в качестве главной угрозы для евреев. А для поддержания подобной убежденности, как утверждают многие наблюдатели, даже непроясненные антисемитские инциденты нередко регистрируют в качестве проявлений правого антисемитизма.
Реальную борьбу с проявлениями антисемитизма все больше подменяют ритуальные заклинания “Nie wieder!..” (“Никогда больше!..”), на которые так щедры власти. Назначенный с мая 2018 г. уполномоченным правительства ФРГ по вопросам еврейской жизни и борьбы с антисемитизмом дипломат Феликс Кляйн начал с того, что по любому поводу надевал кипу и недолго прогуливался в ней под охраной полиции в обществе функционеров Центрального совета евреев в Германии. А год спустя посоветовал евреям не носить в открытую кипу, да и вообще помнить о том, что не во всех районах многих городов им безопасно открыто демонстрировать свое еврейство. То есть вместо того, чтобы указывать на конкретные нарушения закона, требовать их сурового наказания и предлагать правительству меры по реальной защите еврейской жизни, правительственный уполномоченный открыто расписался в собственном – а значит, и государства – бессилии.

Антисемитизм масс и “элит”

Хотя активная позиция и реальные действия государства и политиков нынче крайне важны. Недавно были обнародованы результаты проведенного Всемирным еврейским конгрессом нынешним летом опроса, который показал: свыше 40% населения Германии считают, что евреи слишком много говорят о Холокосте; больше половины признают повышенный риск агрессии и применения насилия в отношении евреев, а четверть всех немцев даже считают возможным повторение в Германии “чего-то подобного Холокосту”. По мнению авторов опроса, 25% всех немцев и 18% тех, кто причислен к “элите”, придерживаются антисемитских взглядов. При этом основная часть населения (65% всех немцев и 76% представителей “элиты”) осознает рост антисемитизма в Германии и связывает его с успехом крайне правых партий. Лишь каждый пятый респондент (18%) считает, что причиной этого являются иммигранты из мусульманских стран, а 31% винит в росте антисемитизма мусульманских экстремистов.
Примечательны результаты опроса среди выпускников высших учебных заведений с годовым заработком не менее 100 тыс. €: 28% из них считают, что евреи обладают слишком большой властью в экономике, а 26% видят слишком большое влияние евреев на мировую политику, то есть исповедуют предрассудки, относящиеся к классическому репертуару антисемитов. А еще половина опрошенных представителей “элиты” утверждает, что германские евреи больше преданы Израилю, чем Германии. К тому же 12% всех респондентов приписывают евреям ответственность за большинство войн в мире, а 22% сказали, что евреев ненавидят за их поведение.
Вероятно, для соблюдения равновесия авторы опроса отмечают, что параллельно с ростом антисемитизма растет и готовность бороться с ним. Однако приведенные вслед за этим утверждением цифры не впечатляют: так, две трети представителей “элиты” готовы подписать петицию против антисемитизма, а треть всех опрошенных готовы выйти на уличные протесты. Не слишком большое утешение для евреев, даже если делать поправку на то, что опрос, в котором приняли участие всего 1300 человек, может и не отражать в деталях истинного положения дел.

Во вред евреям – на пользу политикам

И что же тогда делать евреям? Превращать синагоги в крепости? Окружать их полицейскими патрулями хотя бы на время праздников? Выписывать из Израиля коммандос? Евреи, особенно пожилые, и без того побаивались открыто демонстрировать свое еврейство. Даже абоненты “ЕП” зачастую просят присылать им газету в нейтральном конверте, “чтобы никто не узнал”. После Галле страх стал вездесущим: евреи звонят в редакцию с просьбой помочь их убедить местное начальство усилить меры безопасности в синагогах, а местных раввинов, посещающих на дому стариков, последние просят одеваться “цивильно”, чтобы своими лапсердаками и широкополыми шляпами не давать соседям пищу для догадок. А кто-то (согласно опросам, каждый второй еврей в Германии) вообще задумывается об отъезде. Это, конечно, еще не значит, что все они поедут, как евреи из Франции, где антисемитские теракты с трупами уже давно в тренде, но все же – почему бы и не проверить, в порядке ли чемоданы и как там живы-здоровы израильские родственники…
Может показаться циничным, но, пожалуй, большинству представителей политического истеблишмента Германии происшедшее в Галле принесло больше пользы, чем вреда. Еще бы: это отличное подспорье в их настойчивом стремлении переложить ответственность за возрождающийся в Германии антисемитизм на правых. Все СМИ и ток-шоу полны гневными обличениями даже не всего правого лагеря, а конкретно партии “Альтернатива для Германии” (AfD) как популистской и неонацистской, а потому ответственной за все, что не политкорректно, в том числе за теракт в Галле – ответственной если и не юридически, то морально.
Абсолютно прозрачная и шитая белыми нитками попытка. Во-первых, учитывая “детсадовский” возраст AfD (партии всего шесть лет). Она начиналась с евроскептицизма и неприятия “спасения” Европой Греции за счет германских налогоплательщиков. А в том, что эта партия столь молниеносно заполнила опустевший правоконсервативный фланг политического спектра, повинна Ангела Меркель. Как и в том, что дополнительный толчок к росту своей популярности эта партия получила в 2015 г. благодаря девятому валу по преимуществу липовых беженцев с Ближнего Востока и из Африки. Если в 2013 г. AfD еще не хватило 0,3 процентного пункта для прохождения в Бундестаг, то в 2017 г., набрав 13,3%, она стала третьей политической силой в парламенте, а на земельных выборах в Восточной Германии – даже второй. Причем все попытки демонизации со стороны так называемых демократов и их СМИ не только не вредят этой партии, а напротив, мобилизуют для нее все новых избирателей – частично из рядов этих самых “демократов”.
Безусловно, несмотря на свое название, AfD не является реальной альтернативой для исправления опасного политического крена Германии. Она – партия протестная, и в самой ее сути заложен механизм саморазрушения этого неоднородного конгломерата перебежчиков буквально изо всех системных партий Германии. Высказывания некоторых ее функционеров и правда вызывают недоумение (как и особенности германского права, не позволяющие партии исключить из своих рядов даже откровенного антисемита, каковым, без сомнения, является депутат ландтага Баден-Вюртемберга от AfD Вольфганг Гидеон), рано или поздно раскол между крайне правыми и умеренными в AfD состоится, чему поспособствуют и амбиции лидеров партии. В то же время нельзя не отметить и то, что в настоящий момент AfD в целом проявляет себя как наиболее последовательная филосемитская и произраильская партия в Бундестаге. Среди членов партии и депутатов от AfD немало евреев, есть даже своя внутрипартийная еврейская группа. На новую НСДАП как-то не очень похоже.

“Свидетельство вопиющего гротеска”

Евреи же в Германии, все чаще сталкивающиеся с антисемитизмом, теперь, после Галле, снова в страхе и впервые – в растерянности. Да, их тут признают, память о Холокосте поддерживают, но теперь этого уже недостаточно для того, чтобы они чувствовали себя в Германии вольготно. Им вовсе не хочется обсуждать, кто для них опаснее – арабские подростки с полными ненависти глазами или правые недоучки с самодельным оружием и взрывчаткой. Им нужны не трусоватые советы Феликса Кляйна, а реальная борьба германского государства с антисемитизмом и банальная победа в этой борьбе.
Шансы же на то, что это произойдет в обозримом будущем, не особенно велики. После Галле вновь звучат дежурные призывы к увеличению объема средств, выделяемых на политическое образование, уполномоченных по борьбе с антисемитизмом и финансирование инициатив по борьбе с расизмом. Никаких принципиальных возражений против этого нет, но это лишь дополнение к главному – неукоснительному соблюдению принципа верховенства права. Причем не только символического, выраженного в полицейской охране еврейских объектов. Но и реального, которое сегодня не обеспечено. Иначе как может происходить то, что происходит? Сирийский “беженец”, пытавшийся с ножом проникнуть в берлинскую синагогу, после краткого задержания был отпущен (по мнению прокуратуры, он не угрожал никому конкретно) и исчез неизвестно куда. Дело о нападении арабского хулигана на берлинского раввина Иегуду Тайхталя закрыто, как и дела об избиении израильского профессора в Бонне или сжигании израильского флага у бранденбургских ворот. И даже попытку поджога синагоги в Вуппертале германские судьи сочли всего лишь формой политического протеста против “угнетения палестинцев”. На этом фоне чистым лицемерием выглядит призыв межфракционной группы депутатов берлинского парламента к более последовательному расследованию и наказанию антисемитских преступлений.
Не менее символическим является и пакет мероприятий, который федеральное правительство с большим медийным шумом приняло после случившегося в Галле. На своем заседании 30 октября оно утвердило документ по борьбе с правым экстремизмом (“…и нету других забот…”). Конкретно речь идет об ужесточении преследования за распространение экстремизма в Интернете, укреплении следственных органов и активизации профилактической работы. Согласно документу, социальные сети впредь будут обязаны информировать правоохранительные органы о размещении незаконного контента. В случае обоснованных подозрений, что подобные публикации несут в себе реальную угрозу убийства или разжигают ненависть по национальному признаку, IT-компании должны предоставить IP-адрес пользователя, чтобы облегчить его поиск и возможность уголовного преследования. Будет усилено и наказание за оскорбления и травлю в Интернете. Власти намерены также оградить от атак политиков, прежде всего местного уровня. Будет дополнена статья уголовного законодательства, карающая за оскорбление публичных персон. Также планируется усилить защиту от травли и проявлений ненависти для представителей гражданского общества. Должны быть ужесточены законы об оружии: его не смогут приобретать члены антиконституционных организаций, а все запросы на получение разрешения на ношение оружия будут проверяться Ведомством по защите Конституции. В рамках пакета мероприятий правительство намерено укрепить ряд правоохранительных структур, включая Федеральное ведомство по уголовным делам. Документ также предусматривает усиление превентивной работы по борьбе с правым экстремизмом, в частности поддержку “программ по продвижению демократии и повышению осведомленности об экстремизме, расизме и антисемитизме”. Обещанные на недавней конференции глав земельных МВД мероприятия по улучшению защиты синагог в документ почему-то не попали.
Несмотря на всю символичность, заведомую неэффективность, явную недостаточность и плохо замаскированную политическую прагматичность этих мер, президент Центрального совета евреев в Германии Йозеф Шустер приветствовал решение правительства, посоветовав ему расширить штат полиции и прокуратуры. И при этом ни словом не упомянул о том, что в этих так называемых мероприятиях полностью игнорируется главный источник угрозы для еврейской жизни в Германии – исламский антисемитизм, подпитываемый левым антиизраэлизмом. И не просто игнорируется: правительство, например, прекратило финансовую поддержку объединений либерального ислама – крохотных островков надежды на преодоление радикальных тенденций в этой “самой мирной” религии. В частности, Министерство по делам семьи отказалось финансировать проект по борьбе с религиозно мотивированным исламским антисемитизмом, представленный известной правозащитницей Сейран Атеш.
В отличие от хорошо прикормленных правительством “юденратов” (увы, наряду с ростом антисемитизма главные проблемы еврейского сообщества Германии – его политическая пассивность и отсутствие достойных лидеров), сами евреи в большинстве своем настроены не столь благодушно. “Мы являемся свидетелями вопиющего гротеска, – заявил после правительственной пресс-конференции исследователь антисемитизма из Гессена Самуэль Зальцборн. – На протяжении многих лет мы слышим правильные и важные заявления против антисемитизма. И в то же время в течение многих лет не предпринимается никаких реальных действий”.
А что касается обещанной главой МВД Хорстом Зеехофером, но не вошедшей в правительственный документ усиленной защиты синагог, то руководитель полицейского профсоюза Эрнст Вальтер уже поспешил заявить о том, что Федеральная полиция в ее нынешнем состоянии не видит возможностей взять на себя выполнение этой задачи без того, чтобы оголить иные участки своей работы.

Источник"Еврейская панорама"

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..