воскресенье, 21 апреля 2019 г.

Звучат разговоры, что можно победить в Третьей мировой

Звучат разговоры, что можно победить в Третьей мировой

Оружие массового поражения вновь рассматривается как действенный инструмент политики и даже войны, отмечает академик Алексей Арбатов.

Администрация Дональда Трампа еще не разобралась, какую политику она хочет проводить в сфере разоружения.© Фото с сайта carnegie.ru
На днях стало известно, что администрация президента США Дональда Трампа никак не отреагировала на предложение Москвы, сделанное еще осенью 2018 года и касавшееся ограничения гонки ядерных вооружений. По данным газеты «Коммерсантъ», в проекте совместной российско-американской декларации, как в старые добрые 1970-80 годы, намечалось провозгласить обоюдное стремление не допустить ядерную войну.
Напомним, что эта идея была затем реализована в ряде совместных советско-американских соглашений. В частности, в Договоре о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1) 1991 года, подписанном президентами СССР и США Михаилом Горбачевым и Джорджем Бушем-старшим.
На этот раз российский проект декларации, переданный американской стороне в октябре 2018 года, где вновь предлагалось зафиксировать понимание того, что в «ядерной войне не может быть победителей, и она никогда не должна быть развязана», американским руководством был демонстративно проигнорирован.
О том, в чем могут состоять причины такого нарочитого молчания вашингтонской администрации, обозревателю «Росбалта» рассказал руководитель Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН академик Алексей Арбатов.
— На ваш взгляд, чем может объясняться игнорирование администрацией США российского предложения по принятию совместного заявления об опасности ядерной войны?
 — У меня нет сведений, что такое предложение точно было сделано, хотя сам отношусь к тем, кто на протяжении нескольких последних лет продвигает эту идею. Если такое предложение действительно было направлено, то меня это радует. Это значит, что все-таки здравые рекомендации принимаются во внимание и превращаются в практическую политику. Это нужно сделать, потому что с 70-80-х годов XX века многое изменилось.
— Что именно?
 — Произошли изменения в отношениях между Россией и США, а также в тех системах оружия, которые сейчас развиваются и принимаются на вооружение, да и в рассуждениях (политиков и военных) относительно ядерного сдерживания и ядерных доктрин тоже очень много изменилось.
Возникает опасная тенденция, связанная с тем, что ядерное оружие начинает рассматриваться как действенный инструмент политики и даже войны. Звучат разговоры о том, что в ядерной войне можно одержать победу и что она не обязательно приведет к концу света. Совместная российско-американская декларация могла бы быть направленна против подобных новых поползновений. Она могла бы стать базой для возобновления диалога и по практическому ограничению и сокращению ядерного и другого оружия.
— Почему же эта идея не нашла поддержки в Белом доме?
 — Во-первых, потому что администрация Дональда Трампа, по-моему, еще не разобралась, какую политику она хочет проводить в этой сфере. Кое-что разрушить она уже успела, а создать пока ничего не смогла, как не смогла даже четко обозначить свои позиции по некоторым вопросам.
Во-вторых, потому что новая ядерная доктрина Соединенных Штатов, рассуждения на эту тему некоторых их политических деятелей типа советника президента по национальной безопасности Джона Болтона, вице-президента Майкла Пенса, да и самого Дональда Трампа, содержат весьма двусмысленные тезисы. Они считают, что рассуждения о применении ядерного оружия, в том числе, малой мощности, должно сдерживать Россию, потому что, с их точки зрения, Москва такие доктрины тоже имеет.
Поэтому они и против того, чтобы такие декларации сегодня принимать. Да и вообще там (в Вашингтоне) имеется сильный настрой против опыта 1970-80-х годов, когда были совершены крупные прорывы в области ядерного разоружения.
К сожалению, у нас тоже есть такая «партия», которая придерживается той же линии. Но если из Кремля или российского МИДа в США поступили такие предложения, то это означает, что наша основная внешняя политика придерживается здравого смысла.
— А в США сейчас этот здравый смысл в отношении ядерного оружия присутствует?
 — Там исходят из того, что концепцию ядерного сдерживания надо укреплять, что Россия обогнала США по ряду направлений и такая совместная декларация ослабила бы их позиции в части ядерного сдерживания, принятие на вооружение новых систем оружия, развития соответствующих программ. В частности, они приняли со следующего десятилетия огромную программу модернизации всех трех составляющих их ядерной триады.
И на этом фоне они не хотят слышать голоса тех, кто выступает против. Потому что если в ядерной войне нельзя победить, если она станет катастрофой, то нужно будет возобновить линию на сокращение и уничтожение ядерных вооружений. Но это противоречит курсу нынешней администрации США, во всяком случае, некоторым элементам этого курса.
Хотя, как я уже сказал, пока позиция американского руководства в этой сфере крайне непоследовательная и запутанная. В дискуссии там участвуют разные силы: и оппозиция, и Трамп, который в этом ничего не понимает… Поэтому на всякий случай они пока решили не поддерживать наше предложение о принятии такой декларации.
Также на всякий случай не принимают они и другое наше предложение — о продлении срока действия Договора по сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-III). Отказались они возобновить переговоры о поиске решения и тех проблем, которые возникли в связи с Договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) с тем, чтобы все-таки снять взаимные подозрения и сохранить этот договор. Вместо этого они поставили ультиматум, а затем заявили, что в августе будут из него выходить.
— Не кажется вам, что тут просматриваются интересы ВПК?
 — Интересы ВПК всегда и везде стоят за всеми военными программами, но эти интересы очень разные. Кто-то хочет делать авианосцы, кто-то истребители, а кто-то ядерное оружие. Но выбор этих программ, акценты, противодействие разоружению — эта политика формируется не только под влиянием ВПК. Тем более, что у военно-промышленного комплекса всегда много «башен» и каждая из них тянет одеяло на себя.
Конечно, те крупнейшие корпорации, которые хотят модернизировать американскую ядерную триаду, заинтересованы в получении соответствующих контрактов. Но и в прошлом были такие заинтересованные корпорации и это не мешало заключать и продлевать соглашения и идти по пути сокращения вооружений.
Беседовал Александр Желенин

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..