суббота, 26 января 2019 г.

УКОЛОТЬСЯ - И ЗАБЫТЬСЯ

УКОЛОТЬСЯ - И ЗАБЫТЬСЯ


Говорят так: из праха в прах. Точнее, из земли в землю. Значит, неизбежно твое перерождение в траву и деревья, в насекомых и птиц. Все из элементов земли, из которых она и состоит. Из уродства людского в красоту природы? Из реальности в утопию? Из попсы в искусство?
-         Ерунда! Это и есть ад! – кричит угрюмый во мне, вне меня – какая разница. - Раньше ты был царем зверей, а после смерти раб – какая-то жалкая гусеница, которую в один момент может склевать алчная птаха. Ты начнешь пожирать сам себя. Вот тебе и гиена огненная!
Вновь стараюсь не учить жить угрюмого или самого себя. И то правда, что за радость быть навозным жуком или воробьем в когтистых лапах кошки? Нет в этом никакой радости. Как нет радости в самой природе, а есть одна драка и те же жующие челюсти… Хип-хоп…
Неправда, кстати, что муравьям страшны только наводнения и пожары. Есть такая тля – ламехуза – носитель наркотического вещества. Заползает такая зловредная пакость в муравейник и образцово организованные мураши принимаются хором ее доить, садятся на «иглу» этой самой ламехузы. И вскоре, пораженный муравейник неотвратимо гибнет.  Ну, какая здесь утопия, какое искусство?
Если уж муравьи падки на всякую гадость, что  уж о людях говорить.
«Тра-та-та – наркота, в жизни только маята, в колесе мелькают спицы, уколоться и забыться».

Ученый тип из той, инопланетной экспедиции напишет в отчете так: «Складывается впечатление, что исследуемые объекты жили во имя одних низменных удовольствий: отмеченного пережевывания, переваривания и опорожнения, а также совокупления и способности наносить вред друг другу и окружающей среде».

Стоп! Значит из ада в ад, а другим маршрутом ходить человеку не суждено. Прав угрюмый…. Прав-то он прав, только….
Только окно распахнуто, а за окном шепчет на своем древнем языке береза, шепчет: не верь, не отчаивайся, живи, пока жив. Гляди на меня, слушай мои сказки и радуйся жизни, не смотря ни на что….                           

Шмель заблудился, залетел в дом через окно – и заблудился. Бьется в отчаянии о стекло, гудит сердито. Я – герой. Я помогаю шмелю выбраться на волю, совершив третий подвиг Геракла, показываю дорогу, подталкиваю его к свободе…. Он улетает, а мне такой благородный поступок зачтется обязательно. Я не стану слепым червем или белкой, подставившей любопытный глаз злому и глупому охотнику. Я превращусь в дерево, в огромную вселенную дерева, стану приютом целого мира живого.
-         Это ты-то, - ворчит угрюмый. – Ты - неспособный нигде пустить корни. Обреченный на бездомность бродяга…. Какое там дерево! Жалким кустиком придорожным тебе не стать, презренным лопухом.
Я его не учу жить, а он меня проклинает, гонит пинками в пламя ада на глазах у березы, на глазах у лягушки, мной отмытой, на глазах у шмеля, выпущенного на волю и золотого, на закате, ствола сосен. Стыд - то какой!
 Выхожу на просеку. Справа высоченный, прозрачный ясеневый лес, слева буйные заросли ельника, осинника, березняка. Справа вырубка, там деревья – дети, а дети всегда ладят между собой. Это, постарев, они начнут делить пространство: сильные вытеснят слабых, но пока…. Впереди высокие травы дикого поля. Цветов разных на просеке множество. Вот на цветок луговой кашки садится  бабочка: крылатое существо небесной красоты.
Я властен над этой красотой, в одно мгновение я могу сделать бабочку пленницей или превратить это чудо природы в горсточку праха. Мне трудно сдержаться. Я вдруг вспоминаю о хитром человеке, который ловил этих бабочек, пронзал булавкой и помещал под стекло.  У этого человека была уникальная, огромная коллекция невесомого чуда природы, пойманного на всех континентах Земли. Он мог считать себя полновластным властелином отловленных экземпляров, а потом этот охотник, возгордясь, стал охотиться на бескрылых людей, таких же беззащитных в страстях своих и пороках, как любая из бабочек. Он ловил алчных в простоте своей людишек, с тем же успехом пронзал их булавкой и помещал под стекло. Тогда было время охоты за бабочками и легковерными людьми.
Он очищал карманы пронзенных, а те корчились на булавке; и ничего не могли поделать, потому что тогда было такое время: охоты на людей. А потом этого хитреца самого изловили и посадили на булавку, лет, кажется, на шесть или восемь. Он, наверно, попросил в пользование хоть часть своей коллекции и теперь за решеткой, пронзенный  булавкой, рассматривает своих бабочек, чтобы скоротать так медленно текущее в заключении время…. Хип-хоп….
Тогда  ли? Смотрю бесконечные ролики рекламы и думаю, что это и есть охота за моим карманом, а, значит,  и за мной…. Вот и в самом деле попадется такой архив инопланетянам через тысячи лет, что они о нас подумают? Страшно даже подумать что…
«Общество потребления» - это и есть мир охоты на людей, не исключающей, между прочим, охоту на бабочек, потому что хорошую коллекцию этих чудных созданий тоже можно продать, а на эти деньги, когда ты сам сидишь на булавке, заказать роскошный обед из  соседнего ресторана, расположенного напротив тюрьмы…. И жевать,  жевать, жевать…. Хип – хоп. Это, значит, жевать припрыгивая. Ну, конечно же, в перекошенном мире….

Ученые люди, философы, люди искусства давно определили, что всякое промышленное производство враждебно человеку. Значит, и художествам разным враждебно. Конвейер убил Джоконду, но «свято место пусто не бывает»: следом за развитием промышленности пришло «общество потребления», и породило попсу,  потому что только мозг, скованный бессмыслицей, способен бесконечно приобретать предметы, совершенно ему не нужные…. Хип-хоп прямо в лоб…. Чтобы не стоял вертикально в перекошенном мире.
Ученый человек по фамилии Маркузе сказал об этом так: «Иррациональность современного производства обнаруживается в том, что условием эффективности этого производства является безумная расточительность. Огромное количество товаров создается не для того, чтобы человек получил  возможность для всестороннего развития, а для того, чтобы сделать его рабом существующей репрессивной системы, превратить его в идиота со «счастливым сознанием»».
Искусство - товар штучный, растущее народонаселение им не накормишь, а прибыль получать необходимо. Вот и возникло, с помощью того же конвейера, искусство массовое. Высшее ее выражение – попса.
Все, как будто, сходится, но идеями разных умников, вроде Маркузе, тут же начинают пользоваться идиоты с «несчастным сознанием». Нынешняя, кровавая революция террора, с ее ненавистью к «обществу потребления» и в том  числе к разным проявлениям попсы – прямое тому доказательство. Так уж утроен человек: зло порождает зло, критика зла занимается тем же. Тупик? Не думаю. Просто не нужно суетиться, дергаться, менять маски, учить жить, разоблачать, судить и миловать, в полной убежденности, что можно владеть в этом перекошенном мире истиной в конечной инстанции. Попса, кстати, убеждена, что истины этой не существует вообще. Я с ней в этом солидарен, за исключением той бесспорной истины, что нет ничего омерзительней этой самой попсы.
  Кстати, как доказывают факты, бороться с попсой можно с помощью той же попсы. В благословенной стране Финляндии устроили соревнование по метанию на дальность аппаратов сотовой связи. Говорят, что страна эта стала первой по  внедрению означенной техники коммуникаций. Получается что-то, вроде злосчастного переедания. Можно, оказывается, объесться не только блинами, но и маленьким, волшебным приборчиком, по которому человек может узнать, например, что его жена в данный момент находится в объятиях лучшего друга новоявленного рогоносца.
Кто сказал, что культ человеческой личности страшнее культа сотового телефона, дезодоранта  или жидкости для мытья унитазов?
Летучий марафон женских прокладок длиться не один десяток лет. Узкие полоски материи летят, совершенствуясь на ходу и предлагая себя прекрасным дамам. Мозг человеческий без устали трудится над совершенством женской гигиены. Он не способен решить проблемы бедности, бесправия, террора, но он победительно ярок в создании новых моделей прокладок.

  Установлено, что большая часть рекламы направлена в адрес «слабой»  половины человеческого рода. И это понятно, женщина должна хорошо выглядеть и сладко пахнуть, чтобы привлечь внимание мужчины…. Во имя святой, предначертанной Создателем, задачи продолжения рода или во имя удовольствия, высшей его животной формы? Не знаю. Здесь все связано. Оргазм – гарантия этого самого: «плодитесь и наполняйте собой землю». Оргазм – это то общее, что связывает  человека с природой. В оргазме растут леса и рыбы мечут икру, в оргазме размножаются пчелы и муравьи…. Поэты все это назвали любовью. Значит, только любовь – гарантия продолжения жизни на Земле. А любовь – это и есть подлинное искусство.
«Банально, - сморщит нос угрюмый. – Пошло».
Но что такое попса? Это та же любовь, тот же оргазм, но под бдительным контролем противозачаточных средств….
 А.Красильщиков
                                                         Из повести "Мысью по древу".

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..