понедельник, 3 декабря 2018 г.

ЖЕРТВЫ ИДЕИ

Жертвы Идеи

На прошедшей неделе исполнилось 78 лет со дня гибели более 250 евреев – детей, женщин и мужчин – утопленных мапайниками в Хайфском заливе. Левые бонзы Берл Кацнельсон, Давид Бен-Гурион и Моше Черток (более известный под именем Моше Шарет) назвали тогда погибших «жертвами борьбы за алию» – в точности, как впоследствии духовные наследники и выкормыши партии Труда называли «жертвами мира» детей, женщин и мужчин, которых разрывало в клочья взрывами бомб, изготовленных арабскими подельниками Рабина-Переса-Сарида по кровавому «Соглашению Осло».
Photo copyright: wikimedia.org
Характер преступлений левых всегда одинаков – как и всякие серийные убийцы, они придерживаются некого постоянного образа действий, главная суть которого заключается в полном пренебрежении человеческой жизнью, человеческими ценностями, человеческим обликом. Всё это не стоит в их глазах и ломаного гроша, когда и если речь заходит о верности Идее. А уже совершив преступление и не позаботившись даже смыть с рук братскую кровь, они непременно принимаются врать – вдохновенно и заливисто, грубо и гадко, завывая всеми послушными им рупорами массмедиа, академии, школы и безжалостно подавляя любые попытки правды прорваться на свет Божий.
Но обо всем по порядку. Летом-осенью 1940 года нацисты еще только вынашивали проект «окончательного решения» и отнюдь не возражали против «цивилизованного» способа избавиться от евреев, к тому времени уже ограбленных и обобранных до нитки. Именно эта задача стояла перед офисом австрийского еврея Бертольда Шторфера, назначенного и направляемого самим Эйхманом. Забегая вперед, скажу, что личное знакомство с сатаной не спасло Шторфера от аушвицкой душегубки четырьмя годами позже. Но тогда, в до-Ванзейский период, этому достойному человеку удалось-таки спасти несколько тысяч соплеменников.
В их числе оказались и 3,600 евреев из Германии, Австрии, Чехии и Данцигского коридора, которые стараниями Шторфера и дозволением Эйхмана были доставлены в Румынию и там посажены на 3 грузовых посудины, ранее использовавшихся для перевозки скота. Пунктом назначения определили Эрец Исраэль – территорию британского мандата. Понятно, что немцы прекрасно знали о фактическом запрете на еврейскую алию, наложенном печально известной Белой Книгой 1939 года; вполне вероятно, что одна из целей акции как раз и заключалась в том, чтобы поставить Лондон в неловкое положение.
В начале ноября 1940 года суда «Пасифик», «Милос» и «Атлантик» один за другим бросили якорь на рейде Хайфского порта и были немедленно захвачены английскими солдатами. Часть пассажиров переместили на сушу, за колючую проволоку; остальным не позволили сойти на обетованную землю даже под конвоем. Около двух тысяч людей было перегружено прямо с борта на борт: рядом, в Хайфском заливе, нелегальных репатриантов поджидал специально подготовленный для этой цели океанский лайнер с несколько издевательским для такой ситуации названием «Патрия» (Отечество). По плану британцев, нарушителей предполагалось забросить куда подальше, а именно – в Индийский океан, в концлагерь на острове Маврикий.
Официальная политика партии МАПАЙ (то есть Бен-Гуриона) выражалась тогда следующей знаменитой формулой: «Война с Гитлером, как будто нет Белой Книги, и война с Белой Книгой, как будто нет Гитлера». Что, кстати, ничуть не мешало мапайникам на голубом глазу обвинять своих политических соперников в пособничестве фашистам всякий раз, когда ЭЦЕЛ и ЛЕХИ проводили антибританские акции. Тут снова уместно указать на повторяющийся образ действий (все-таки с фантазией у леваков туговато): полувеком позже преступники Осло, ничтоже сумняшеся, использовали примерно такой же лозунг: «Война с террором, как будто нет мирного процесса, и борьба за мир, как будто нет террора».
Трудно сказать, насколько движение «Алии-Бет» (нелегальной алии, hаапалы) было действительно необходимо с чисто практической точки зрения. Реально добраться до берегов Эрец Исраэль в условиях войны на суше и на море могли лишь очень немногие. Не исключено, что, согласившись сотрудничать с британцами, мапайное руководство ишува могло добиться куда большего количества приехавших. Отказ признать какие бы то ни было ограничения Белой Книги был сугубо политическим решением – возможно, оправданным, возможно, чрезмерным (как утверждал, например, соперник Бен-Гуриона Хайм Вейцман). Несомненно другое: при всем героизме рядовых бойцов «Алии-Бет», результатом Бен-Гурионовской принципиальности стали нечеловеческие тяготы, выпавшие на долю несчастных репатриантов, а также сотни – возможно, тысячи погибших.
Официальная израильская историография возлагает вину за эти смерти и страдания на английские власти. Однако, учитывая вышеизложенные соображения, по крайней мере часть ноши следовало бы переложить на плечи мапайных лидеров еврейского ишува. И трагедия «Патрии» служит прекрасной иллюстрацией этой как минимум совместной ответственности.
Исчерпав все мирные возможности задержать отплытие судна в направлении Маврикия, руководство ишува (Моше Черток) приказало Хагане (Ицхак Саде) принять более действенные меры. Предполагалось, что килограмм взрывчатки, пронесенный на судно, проделает «небольшую дыру» в одном из его бортов. Кое-кто выражал сомнение, стоит ли подвергать такой опасности две тысячи ни в чем не повинных соплеменников. В принципе, взрыв внутри машинного отделения тоже надолго вывел бы судно из строя, но при этом не повлек бы угрозу затопления. Однако, неплохо изучив характер своих израильских соотечественников, я стопроцентно уверен, что там не обошлось без типично местных выражений «ийе беседер» и «смох алай» («всё будет ОК» и «положись на меня»), сопровожденных покровительственным похлопыванием по плечу.
В итоге взрыв, произошедший 25 ноября 1940 года, проделал в борту лайнера такую огромную дыру, что судно почти сразу легло на бок и затонуло в течение 15 минут. Большинство пассажиров англичане спасли, но точное число погибших так и осталось неизвестным. Минимальная оценка: 250 еврейских душ, четверть тысячи. В течение нескольких недель после взрыва море еще выбрасывало на хайфский берег трупы тех, кто сбежал от фашистов и был убит мапайниками. «Гитлер губил их, как будто нет Бен-Гуриона, а Бен-Гурион сгубил их, как будто нет Гитлера».
Сразу после трагедии мапайные газеты разразились привычной кампанией лжи. В точности, как после гибели Арлозорова, стрелы и молнии полетели в сторону ревизионистов. Распространялись упорные слухи, будто судно взорвано «фашистами ЭЦЕЛя». Потом валили на немецких агентов. Потом кто-то изобрел версию о таинственном самоубийце, взорвавшем себя (а заодно и судно) «в знак протеста». Но, в отличие от убийства на пустынной тель-авивской набережной, роль социалистов и Хаганы в массовом убийстве, случившемся на глазах у всей Хайфы, было попросту невозможно утаить. Тогда-то и выплыло на свет мерзкое словосочетание «жертвы борьбы за алию». Мы ведь для них – всегда «жертвы», мелкая разменная монета «борьбы» за Идею. За Идею, за Цель, которая всегда оправдывает любые средства, любую кровь, любую ложь, любое злодеяние.
Они продолжают врать и по сей день. История «Патрии» подается школьникам именно под таким героическим соусом: дальновидные вожди (нынче таких не сыщешь!), доблестные бойцы Хаганы (они-то и построили наше государство!), «жертвы борьбы» (а без жертв у нас борьба – не борьба). А правда – правда остается за бортом, утопленная в водах Хайфского залива, в крови братоубийственных Сезонов, в крокодиловых слезах официальных церемоний.
Эта правда проста.
Во-первых, левые вожди и теперь точно такие же – ни лучше, ни хуже – и им точно так же плевать на наши с вами мелкие душонки. Ведь главное для них – это Идея, непременно Великая, с большой буквы: Универсальные Ценности, Мир-во-всем-мире, Равенство, Социальная Справедливость и прочие кровавые молохи левого культа.
Во-вторых, Страну построили не они, а мы. Мы – простые граждане, работающие в поте лица и в хитрованской ушлости, живущие повседневными заботами, посылающие детей в армию, проклинающие цены, налоги и ежегодный милуим, а то и отдающие собственную жизнь на блокпостах и на улицах, в обстреливаемых квартирах, в танках и в автобусах. Эта жизнь у каждого одна, и этот каждый отдает ее с крайней неохотой. Просто для него это – неприятная, но неотъемлемая часть местной реальности. Он живет тут и живет так по своему личному выбору, и он не жертва! Слышите, левые суки?! Мы вам не жертвы, понятно?! МЫ – НЕ ЖЕРТВЫ!
Светлая память всем погибшим строителям – в том числе, и не доехавшим до Эрец Исраэль, утонувшим у берега Хайфы 78 лет назад, 25 ноября 1940 года. ה’ יקום דמם
Алекс Тарн
FB

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..