четверг, 23 ноября 2017 г.

Сексуальные скандалы (Философский анализ)

Сексуальные скандалы (Философский анализ)

Историю самоубийства бывшего английского министра из-за скандала, связанного с тем, что 15 лет назад он погладил по коленке журналистку, если бы она не произошла в действительности, не смогло бы придумать даже самое буйное воображение. Впрочем, помню, в Израиле была история, не уступающая этой по части невозможности вообразить. Там одна дама подала в суд на чудака обвинение в изнасиловании и на суде изложила историю таким образом. Она приехала на отдых в Эйлат дикарем и, не найдя места в гостинице, стала спрашивать, у кого бы она могла снять комнату. Обвиняемый предложил ей расположиться у него и сказал, что даже денег не возьмет, у него, мол, комната лишняя и в деньгах он не нуждается. И действительно, предоставил ей комнату, дал постельные принадлежности и ушел к себе спать. Ночью она сама пришла к нему в комнату голая, залезла в постель и после этого жалоба на изнасилование.
Эта израильская история помогает увидеть ситуацию с сексуальными скандалами с другой стороны. Да, с одной стороны, после сексуальной революции, действительно, значительно возросло то, что американцы называют «сексуал харасмент». Да, всякие там режиссеры, типа Вайнштейна, и все прочие, имеющие положение, стали вовсю использовать его для получения от зависящих от них дам сексуальных услуг. Да и среди не имеющих положения возросло хамство и даже применение насилия в отношении слабого пола. Но ведь и слабый пол изменился и, грубо говоря, изрядно обляденел. Разве все эти голливудские актрисы, которые, по прошествии многих, лет вдруг дружно начали вспоминать, как в свое время Вайнштейн приставал к ним, используя служебное положение, и даже насиловал некоторых из них, они все тогда были ужасные пуританки? Чего ж тогда ни одна из них не плюнула ему в рожу и не отказалась от голливудской карьеры? Хотя Вайнштейн, конечно, наглая сволочь, но не нужно иметь богатого воображения, чтобы представить себе, что большинство из них заранее готовы были обменять своя сексуальные услуги на карьеру, и вспомнили о свой чести, только когда карьера была сделана. А некоторые, наверняка, еще и сами клеили его на это.
И вот теперь Запад пытается представить все эти публичные секс-скандалы как доказательство исключительно высокой моральной планки, принятой у них и нигде больше в мире, этакого нового пуританства, сексуальной контрреволюции. Это при том, что у них по-прежнему разрешена проституция, порнография, любые извращения, за исключением разве что педофилии, но и она стучится в дверь, требуя признания. Причем это все не просто разрешено, но растет количественно и качественно. Вот в Германии несколько лет назад, когда уже вовсю шла эта пресловутая сексуальная контрреволюция, перед чемпионатом мира по футболу для удобства ожидаемых гостей построили публичный дом на 40 тысяч мест. Это – не в сказке сказать ля гросс колоссалька. Если б не сами немцы об этом сообщили ни за чтоб не поверил. А то еще была информация о 30 миллиардном обороте от секс туризма богатеньких европейцев и американцев в бедные страны, где те пользовались секс услугами в основном несовершеннолетних. А что касается секс-извращений, то тут происходит такое цветение, что нет слов, одни выражения. Наизобретали уже штук 30 полов, некоторые с такими названиями, вроде, например, метросексуалы, что как в том анекдоте про Василия Ивановича «не только изобразить, но и вообразить невозможно», что это такое. А ЛГБТ сообщества настоль усилились в Америке, что влияют и на внутреннюю и на внешнюю политику Штатов и через то, на весь мир. Вон, Обама и Клинтон угрожали санкциями странам, которые будут запрещать гей-парады.
Наконец, эти самые секс-скандалы, публично раздуваемые прессой до небес в мировом масштабе и являющиеся лишь верхушкой айсберга. Бесконечные обвинения на сексуальной почве затопляют общество, как в странах Запада, так и в России с Украиной, причем как в элите, так и в низах общества, как становясь предметом обсуждения в медиа, так и на уровне слухов в местном масштабе. Они широко используются как в политической борьбе, подменяя борьбу идеологий и программ, так и в сведении счетов между сотрудниками на работе и соседями по проживанию. А то и просто для получения гаденького удовольствия всякими ничтожествами, компенсирующими таким образом свои комплексы неполноценности. Причем в огромном числе случаев это чистой воды наветы под каким-нибудь предлогом, который может быть еще и специально сконструирован и организован. И главное, что, если в более диких и «негуманных» обществах за подобные наветы их авторы могли поплатиться головой, то в нынешнем «супергуманном» обществе никто «за базар» не отвечает. Потому как клевета теперь – это же святая свобода слова и не насилие, а физическая расплата за клевету – это фу как грубо, негуманно и неприемлемо в современном обществе. Все это деформирует как общественно-политическую, так и личную жизнь каждого.
Во все эпохи было, как поет Высоцкий: «словно мухи тут и там ходят слухи по умам». Но после сексуальной революции интерес к чужой личной жизни достиг состояния массового психоза, и любой бред подхватывается и распространяется со скоростью лесного пожара. Это делает жизнь похожей на общественный туалет, в котором густо нагажено на полу и растоптано и ходить приходиться, тщательно выбирая, куда поставить ногу, чтобы не вляпаться. В этой ситуации выигрыш получают только примитивные низкие натуры, нечувствительные к применению против них наветов (по принципу грязь к грязи не прилипает) и сами не брезгующие применением таких приемов. Примеров из политической жизни, как Запада, так и России с Украиной каждый найдет несть числа. Причем, если изначально использованием оружия грязи баловались в основном либералы, то теперь этим не брезгуют и патриоты из числа плюгавых, компенсирующих таким образом свою плюгавость, трусливость и пр. Ведь патриоту положено быть воинственным и крутым. Более подробно всю эту «ароматную» действительность я описал в книге «Новая ментальность» (Ridero.ru, 2016; https://www.ozon.ru/context/detail/id/136307792/).
Т.е. получается, что вся эта шумная борьба с «сексуал харасмент» – это фиговый листок для прикрытия той мерзкой действительности, порожденной сексуальной революцией, которая продолжает цвести и пахнуть в западном обществе, распространяя свои миазмы далеко за пределы. Я еще 40 лет назад, приехав в Израиль и столкнувшись там со всей этой «ароматной» действительностью, пришедшей туда с Запада, писал, что невозможно одним законом справиться с этой проблемой. (Правда, там, как и сегодня в Америке и на прочем Западе, проблему видели только в изнасилованиях и совращении малолетних, а проституция, порнография, сексуальные извращения и т.д. это воспринималось как норма). Закон – малопригодный в этой сфере инструмент.
История с Вайнштейном – прекрасная тому иллюстрация. Ну, как можно в подобных историях, которые происходят, естественно, без свидетелей, разобраться, кто там кого соблазнял, за что хватал и был ли половой акт добровольным или нет, в случае, если нет следов насилия (которые тоже могут быть сфальсифицированы)? Не расставлять же камеры наблюдения во всех альковах и прочих подобных местах. Кстати, в Израиле в то время ходила шутка, что прежде чем лечь в постель с женщиной, надо взять у нее справку, что она согласна, и заверить ее у нотариуса. А то мало ли чего ей потом зайдет в голову.
Законы должны соответствовать мировоззрению и принятой в обществе морали и системе ценностей, а мораль и ценности – природе человека и общества, иначе они не работают. А что мы имеем сегодня в Америке и прочем Западе с их шумной борьбой с «сексуал харасмент»?
Сексуальная революция произошла не на голом месте и не потому, что «там у них» проклятый капитализм и тайные воротилы «золотого миллиарда» хотят то ли сократить мировое население через однополые браки, то ли таким образом добиться мирового господства и прочая конспирология. «Золотой миллиард» по идее должен состоять из американцев и европейцев, а именно в этой среде распространяются однополые браки, сокращая население, в то время как в Африке и Азии население стремительно размножается. Т.е. сексуальная революция нанесла и продолжает наносить вред, прежде всего, самому западному обществу. Что касается мирового господства, то любая идеология стремиться к мировому распространению и господству, но это не значит, что идеологии создаются для мирового господства. Первые христиане терпели невыносимые гонения не для того, чтобы со временем добиться мирового господства. Тоже – революционеры большевики. Зачинатели любого идеологического течения верят в то, что их идеология должна осчастливить все человечество и только поэтому стремятся ее распространять. (Другое дело, что потом конкретные политики, точнее политиканы могут использовать идеологию в своих корыстных целях, в том числе и для завоевания мирового господства, но это относится к любой идеологии).
Любая идеология в своей основе имеет либо религию, либо философское учение. Это относится и к идеологии сексуальной революции. Она имеет свой теоретический базис в виде философии экзистенциализма и психоанализа Фрейда, радикально изменивших мировоззрение западного общества, его мораль и систему ценностей. Изменивших потому, что европейцы поверили, что, приняв эти учения и живя по ним, они станут счастливее. И распространяют они эту идеологию по миру, веря, что таким образом они осчастливливают человечество.
Почему ж они поверили? Потому что экзистенциалисты якобы доказали ненадежность научного познания, особенно в гуманитарной сфере, в частности невозможность научно обосновать, что есть хорошо, а что плохо в сфере морали. Отсюда вытекала относительность моральных норм, бессмысленность соблюдения их. Вот, соблюдаешь сегодня какие-то моральные нормы, ограничивая свою свободу и возможность получать чувственные удовольствия, а завтра выяснится, т.е. наука передумает и докажет, что нужно было соблюдать не эти нормы, а прямо противоположные, и ты будешь как тот дурак из анекдота «ходить с мытой шеей». Поэтому, делает вывод экзистенциализм, единственно реальными вещами, заслуживающими того, чтобы с ними считались, являются свобода и чувственные ощущения. Из чего вытекал новый идеал жизни – максимум свободы без ограничений и максимум приятных ощущений любой ценой.
Фрейдизм же «доказал», что человек не властен над своими инстинктами, прежде всего либидо, а попытки управлять этими инстинктами, сдерживать их приводят к психическим расстройствам. Поэтому полная сексуальная свобода, включая извращения, это благо для людей и общества, а любые ограничения в этой области вредны для здоровья людей и общества в целом.
Эти идеи были восприняты западным обществом, во-первых, потому, что не были вовремя разбиты на теоретическом поле. А во-вторых, потому что апеллировали к животным инстинктам, которые сдерживались до этого христианской моралью, но и наука против них до того не возражала. А вот когда наука, якобы, доказала (парадокс в том, что «доказала», что она ничего доказать не может, а значит и этого утверждения), тут уж и религия оказалась не эффективной, поскольку ей против науки слабо. (Всегда ж можно вспомнить про холеру и чуму, против которых религия не смогла, а наука смогла и т.п.). Ну, а когда на философском идейном поле эти теории победили, то начали меняться и мировоззрение и система ценностей широких масс. Сначала эти идеи подхватили, как всегда, деятели искусства, так сказать, инженеры человеческих душ, соревновавшиеся между собой, кто из них более сексуально раскован, освобожден и кто больше эпатирует публику. Киноэкраны затопила голливудская секс-блевотина, где без откровенно сексуальных сцен картина просто не могла выйти на экран. Появились и были узаконены общественным мнением и моралью такие журналы, как сначала «Плейбой», затем «Пентхауз» и похлеще и вскоре витрины газетных киосков оказались сплошь облепленными обложками глянцевых журналов с откровенной порнографией. Возродились под названием рок фестивалей древние языческие массовые оргии, в которых теперь роль шаманов, заводящих толпу до беснования, стали играть рок музыканты. Бесконечные «шоу», на которые, включи телевизор и наткнешься, наполовину заполнены демонстрацией голых телес, наполовину – убогим, примитивным, натужным юмором с бесконечным жеванием сексуальной жвачки. Короче, наступила эра наглого модернизма, затем изощренно наглого постмодернизма, неолиберализма и так называемой «новой ментальности».
А потом, когда все это вылилось в рост преступности, наркомании, психических расстройств, неполных семей, все более ранних сексуальных связей, в распространение СПИДа и других венерических заболеваний, в рост числа суицидов и терактов одиночек, свихнувшихся от этой мерзкой действительности, стали думать, что делать. И додумались, что хоть свобода и чувственные наслаждения – единственно реальные вещи в этой жизни, но все же нельзя свободу сделать безграничной, поскольку свобода одного может быть ограничением свободы другого. И вот тут-то и решили провести границу. Если добровольно, то хоть с конем. Причем в буквальном смысле, появились даже публичные дома для секса с животными (непонятно, правда, спрашивают ли у животных добровольного согласия). А вот если не добровольно, то тут уж – «сексуал харасмент» и судите строго. И очень после этого возгордились собой. Вот, мол, мы какие тонкие и гуманные, не то, что некоторые, у которых гомиков обижают, а к «сексуал харасмент» относятся снисходительно.
Но ментальность, система ценностей в обществе после принятия этих законов, отнюдь не изменилась мгновенно. Ну, посадили несколько десятков, может сотен человек за «сексуал харасмент». Причем, это еще вопрос, большинство село за дело или по гнусному навету и сажать нужно было «пострадавшую сторону»? Но использование обвинений или грязных намеков на сексуальной почве еще больше распространилось в политической и другого вида борьбе. Ну, значительно побороли СПИД. Правда, в основном, благодаря успехам медицины, но в какой-то мере и благодаря пропаганде здорового секса, в частности урокам сексуального образования в школе, на которых детей учат, как правильно одевать презервативы. Зато продвинулись в легализации педофилии, например, во Франции снизили «порог согласия» до 13 лет. А сексуальное просвещение детей в школе, если и меняет их ментальность, то в ту же сторону, что меняла сексуальная революция, а не наоборот. В общем, ментальность общества, принятую систему ценностей и морали все эти фиговые листочки с «сексуал харасмент» не могли изменить в лучшую сторону, тем более быстро.
Во-первых, как говорится, ломать – не строить. Нормальная гармоничная система ценностей и морали нащупывалась человечеством эволюционным путем в течение тысячелетий, пройдя путь от оргиастических культов первобытного человека, через средневековую аскезу до эпохи Просвещения. А разломали ее на Западе с помощью сексуальной революции за десяток лет. И для того чтобы ее вновь возродить там, недостаточно запретить «сексуал харасмент» и даже проституцию, порнуху и извращения. Чего пока что вообще не делается или делается на уровне фигового листка для прикрытия срама. Вроде запрета детской порнографии и показа порнографических фильмов без указания «только для взрослых». (А в интернете полно того и другого и закрыть доступ туда детям практически невозможно). Надо чтобы возродилось то самое нормальное доброе искусство, которое воспитывало людей в эпоху Просвещения. Воспитывало, кстати, «там у них» при ихнем «проклятом капитализме» (а не только в Советском Союзе), но в эпоху до сексуальной революции. Вопреки представлению некоторых российских ура-патриотов с советским уклоном, что «там у них» вообще никогда ничего кроме порнухи не было (ну максимум еще тупые блокбастеры и фэнтэзи), а нормальное искусство было только при социализме. Патриотов, надо полагать, никогда не читавших Марк Твена, О Генри, Джека Лондона и блестящей плеяды американских писателей первой половины 20-го века.
Но главное не в этом. Главное в том, что надо сначала опровергнуть теоретический базис сексуальной революции. Потому что, если этого не сделать, то к чему тогда возрождать прежнюю мораль и начинать снова читать всех этих Марк Твенов, О. Генри и прочих, может быть, и талантливых писателей, но учивших нас неправильно жить (если «правильно» определять по не опровергнутым теориям экзистенциализма и фрейдизма)? А все попытки заменить теоретическое, философское решение этой проблемы ссылками и опорой на религию и традицию, которые мы наблюдаем сегодня в России, могут дать лишь частичный, причем временный эффект. Ведь, как я уже сказал религией невозможно перешибить науку, даже если религия в конкретном пункте права. Тем более что религия допускает очень разное толкование своего учения, и в сфере половой морали Святая Церковь меняла свою позицию от средневекового изуверства, до современных церквей для гомосексуалистов и лесбиянок на Западе. И Православие знавало в своей истории и хлыстов и трясунов, и скопцов и нет никакой гарантии, куда его может занести сегодня. И традиции у каждого народа, тем более у разных народов, могут быть очень даже разными. Есть народы, у которых до сих пор разбой в чести. Так что, возведем и разбой в свято? И потом научно-технический прогресс поломал много традиций почти у всех народов. Так если вы от каких-то традиций уже отказались, то нужно объяснить, почему за другие традиции вы держитесь. И это убедительно можно сделать только на основе теории. Тем более что секс революционеры, ломая нормы принятой веками морали, ссылались и ссылаются на то, что мир изменился и наука «доказала». Противостоять этому можно только показав, что вот этого наука не только не доказала, а на самом деле доказывает противоположное.
На сегодня и экзистенциализм, и фрейдизм неоднократно подвергались критике на самом Западе, не говоря про бывший Советский Союз. Аргументы экзистенциалистов давно разбиты в пух и прах и даже сами сторонники сексуального либерализма предпочитают уже не ссылаться на экзистенциализм. И про Фрейда некоторые из них говорят, что он уже не в моде. Но это не мешает им отстаивать основные положения экзистенциализма и фрейдизма, привлекая новые аргументы. Возникает вопрос, почему ни одна из сторон не может окончательно доказать своей правоты и закрыть этот вопрос, подобно тому как это делается в естественных науках, скажем, с вечным двигателем, флогистоном и т.п.?
Это происходит вследствие кризиса рационалистического мировоззрения, на котором встала и расцвела европейская цивилизация. Согласно этому мировоззрению, наука дает нам надежное знание, полагаясь на которое мы можем строить не только разные технические вещи, но и определять, что есть хорошо для человека и общества, и это, естественно, способствовало прогрессу и науки и техники, и культуры и общества в целом. А экзистенциалисты, как сказано, утверждали противоположное. Аргументы их были слабы, потому что они были чистые философы, плохо разбиравшиеся в науке.
Но им на смену пришли другие философские школы, прежде всего, так называемые пост позитивисты, представители которых разбирались в науке гораздо лучше и отстаивали положение экзистенциалистов о ненадежности научного познания, отправляясь от некоторых ошибок классического рационализма и определенных трудностей
(парадоксов) самой рациональной науки, прежде всего физики. И их аргументы до сих пор не разбиты, а упомянутые парадоксы физики не получили правильного рационального объяснения. Это и привело к кризису рационалистического мировоззрения, который в свою очередь привел к тому, что борьба идеологий из сферы научной, теоретической, выяснения и доказательства истинности, правильности той или иной идеологии, а также норм морали, системы ценностей перешла в сферу пропаганды. И сторонники сексуального либерализма, которые после сексуальной революции овладели практически всеми СМИ на Западе, откровенно этим пользуются, уклоняясь от теоретического спора, тем более с теми, с кем им спорить – кишка тонка. (На Западе невозможно опубликовать ни одной статьи, опровергающей теоретический базис сексуального либерализма). И вовсю используют свое количественное преимущество в СМИ.
Разрешение кризиса рационалистического мировоззрения дает разработанный мной на базе моей теории познания (Неорационализм – духовный рационализм, часть 1. Direct Media, М. – Берлин, 2015; https://www.directmedia.ru/book_232182_neoratsionalizm_duhovnyiy_ratsionalizm/) единый метод обоснования научных теорий (Единый метод обоснования научных теорий. Direct Media, М. – Берлин, 2017, изд. 2-е; https://www.directmedia.ru/book_457517_edinyiy_metod_obosnovaniya_nauchnyih_teoriy/).
Я исправил ошибки классического рационализма, в котором полагалось, что наука ничего не меняет в однажды добытом знании, в частности не меняет своих понятий и выводов, но при этом отстоял его основное положение, что наука дает нам надежное знание (и именно в этом пункте атаковали классический рационализм пост позитивисты). Я показал, что хотя наука и меняет свои понятия и вводы при переходе от одной фундаментальной теории к другой, типа Ньютон – Эйнштейн, но метод, которым обосновываются сменяющие друг друга фундаментальные теории, остается неизменным единым методом обоснования и это обеспечивает надежность выводов как прежней, так и новой теории с заданной точностью и вероятностью, но каждой в своей области применимости (новая в более широкой). Я показал также возможность применения этого метода не только сфере естественных наук, где он и был выработан, хотя и применялся до сих пор там только на уровне стереотипа естественно научного мышления и по образцам обоснования классических теорий типа механики Ньютона и электродинамики Максвелла, но и в сфере гуманитарных и общественных наук, где он был до сих пор вообще неведом. Что и приводило к тому, что представители этих наук, в отличие от физиков, до сих пор не способны были ни о чем между собой договориться всем сообществом. Я также построил на базе этого подхода теорию оптимальной морали (Неорационализм – духовный рационализм, часть 4. Direct Media, М. – Берлин, 2015; https://www.directmedia.ru/book_232182_neoratsionalizm_duhovnyiy_ratsionalizm/).
Все это важно не только в плане противостояния моральной деградации. Отсутствие принятого единого метода обоснования в науке приводит к тому, что политики не могут договориться о справедливом решении международных конфликтов, поскольку каждая сторона по-своему понимает справедливость, и нет инструмента, выяснить, кто из них прав. Из-за отсутствия объективных критериев, отделяющих науку от лженауки (а их дает только единый метод обоснования) в науку набивается много бездари и посредственности, особенно в гуманитарную сферу, что снижает эффективность науки, затрудняет признание настоящих научных идей и способствует принятию обществом лжеучений, вроде упомянутых экзистенциализма и фрейдизма. Наконец, это снижает интеллектуальный уровень, как элит, так и населения в целом, что негативно сказывается на всех процессах текущих в обществе и в мире.
Так почему же единый метод обоснования не применяется до сих пор для решения всех этих проблем, хотя с момента написания моей первой философской книги «Неорационализм» прошло уже 35 лет, а с момента, когда я начал выступать с первыми статьями по единому методу обоснования – более 20? Потому что и моя философия и особенно единый метод обоснования задевают интересы могущественных сил в мире и в тех странах, где мне доводилось и доводится продвигать мою философию. Прежде всего, это неолиберальные политики, СМИ, представители шоубиза и прочего бизнеса, эксплуатирующего эту самую «новую ментальность»: бароны секс и порно бизнеса, издатели бульварных журналов, значительная часть западной и прозападной киноиндустрии. Но не только с этой стороны я встретил сопротивление. Значительную часть политической элиты самых разных партий и стран, а также академической элиты, прежде всего философской и прочей гуманитарной, единый метод обоснования также не устраивает, т.к. мешает им ловить рыбку в мутной воде и задевает амбиции академических бонз. Ведь единый метод обоснования годится с таким же успехом, как для опровержения научности экзистенциализма и фрейдизма, так и, скажем, марксизма и других гуманитарных и общественных теорий, на которые опираются самые разные партии. Академических же бонз он не устраивает, потому что с его помощью могут быть проверены на научность их труды. И все эти силы порознь и в произвольных комбинациях, несмотря на вражду многих из них между собой, боролись со мной и моей философией все эти годы и продолжают бороться по сей день, используя весь арсенал средств, начиная с простого зажима, не публикации и не обсуждения моих работ и кончая диверсиями против моего здоровья и даже покушениями на жизнь.
Всю эту борьбу я описал в двух автобиографических книгах: «Путь философа» (Ridero, 2016) и неоконченная и неопубликованная, но которую можно найти в интернете по названию, «Итог». Здесь я хочу упомянуть только два момента в этой борьбе. Во-первых, это – особо подлую роль философской верхушки России и Украины в этой борьбе, в частности бывшего директора ИФ РАН В. Степина и директора ИФ Украины М. Поповича. Как они конкретно препятствовали признанию моей философии и особенно единого метода обоснования, это читатель найдет в книге «Итог». Особая же подлость заключается в том, что в силу своего профессионального пути они отлично понимали значение того, что я сделал. Их профессиональные карьеры состоялись в советское время и именно в теории познания. Причем как советские философы марксисты (а иными они тогда не могли быть в официальной философии) они обязаны были бороться с тлетворными буржуазными идеологиями типа экзистенциализма и пост позитивизма. Только против пост позитивизма – у них кишка была тонка. А я сделал это, построив единый метод обоснования. И это задевало их амбиции, во имя которых они предали философию, истину, интересы общества и человечества. Причем они не могут укрыться ни за тем, что не согласны с полученными мной результатами, ни тем, что они с ними не знакомы. У Поповича на семинаре я дважды делал доклад по единому методу и требовал у него созыва международной конференции по нему, на что он мне говорил: «Это Ваш метод и я не обязан его продвигать». А Степин лично запретил редактору журнала «Вопросы философии» Лекторскому публиковать цикл моих статей по единому методу, которые тот собирался опубликовать еще 20 лет назад. И ни тот, ни другой нигде публично не пытались даже спорить со мной по единому методу обоснования. Хотя я и в книге и в статьях по методу опровергаю положения Степина в этой области, которые он развил уже в постсоветский период, перекинувшись из марксистов, абсолютизирующих научное познание в релятивизаторов этого познания, с которыми он раньше боролся по долгу службы.
И второй момент этой борьбы, который я хочу отметить в этой статье. Поскольку использование наветов, клеветы и инсинуаций стала основным оружием борьбы в современной сексуально-либеральной действительности, то естественно чаша сия не могла миновать и меня. Причем делается это естественно позаспинно или намеками, но волны доходят. Поэтому, пользуясь случаем, я хочу предложить каждому, кто этим грешит, встретиться со мной и разобраться, кто есть кто, на ножах. (На кулаках стар я уже, да и не эффективно, но на ножах готов померяться с любым). Мои координаты желающий без труда найдет в интернете. А если человек, уклоняясь от вызова, продолжает ляпать грязью, то пусть окружающие его знают, что он подлый трус и кровь его разрешена. Пора, наконец, научить людей отвечать за свои слова, а то скоро дышать станет невозможно в этой атмосфере.
А. Воин

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..