суббота, 18 ноября 2017 г.

Михаил Пиотровский: "Нельзя показывать режиссера в клетке"

Михаил Пиотровский: "Нельзя показывать режиссера в клетке"

Директор Эрмитажа - о деле Серебренникова, Исаакии и культуре
Директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский уверен, что в России ведется настоящая кампания по унижению деятелей культуры. В интервью Русской службе Би-би-си он рассказал также о своей встрече с патриархом Кириллом, о ситуации вокруг Европейского университета и о том, можно ли считать Путина царем.
Михаил Пиотровский руководит Государственным Эрмитажем уже 25 лет и считается одним из самых влиятельных людей в сфере культуры. В 2012 году он был доверенным лицом Владимира Путина на президентских выборах, а в 2017 году стал одним из немногих, кто вступил в открытую полемику с Русской православной церковью по поводу передачи Исаакиевского собора.
Во время Санкт-Петербургского международного культурного форума директор Эрмитажа дал короткое интервью корреспондентам Русской службы Би-би-си Анастасии Голубевой и Сергею Горяшко и впервые рассказал, что после публичного обращения об Исаакиевском соборе лично встречался с патриархом Кириллом.
Михаил Пиотровский
Би-би-си: Недавно вы были переизбраны на пост главы Союза музеев и говорили, что знаете, как усовершенствовать борьбу с коррупцией в сфере культуры. Расскажите, как же?
М.П.: Вы все перепутали, и это очень характерно, что вы это перепутали. На самом деле мы приняли ряд документов, которые должны помочь защитить музеи от целого ряда процессов, которые идут в том числе в ходе явной кампании унижения в сфере культуры, которая сейчас происходит в стране.
Эта кампания происходит не по каким-то указаниям, это просто естественное развитие событий.
Конечно же, в нашей стране сильная коррупция, как и в других странах. И как и в других странах, в нашей стране борьба с коррупцией является одним из средств политической борьбы.
Но именно в нашей стране в последнее время малейшие проявления коррупции в сфере культуры раздуваются до [масштабов] достояния общественности, после чего люди начинают считать, что в культуре все воры и жулики, и все режиссеры театров погрязли в коррупции.
Сегодняшняя манера - все преувеличивать. Конечно же, то, что вменяется в вину различным театральным деятелям, всегда существовало. Но это не значит, что театрального деятеля, который даже что-то, возможно, сделал не так и которого, возможно, будут судить, можно показывать в клетке. В клетке режиссера показывать нельзя.
Когда кого-то показывают в клетке, дальше понятная реакция начинается: смотрите какой ужас.
Кирилл СеребренниковПравообладатель иллюстрацииSTANISLAV KRASILNIKOV/TASS
Image captionРежиссер Кирилл Серебренников, обвиняемый в мошенничестве, находится под домашним арестом с конца августа
И к каждому журналисту есть недоверие: про каждого из них считается, что он куплен врагом и каким-нибудь коррупционером.
И вот одна из задач Союза музеев - поставить все эти вещи на место. Мы живем в обществе взаимного недоверия. Мы не доверяем себе, не доверяем журналистам, не доверяем правоохранительным органам. Каждый раз приходится всем доказывать, что ты невиновный.
Эту систему недоверия нужно исправить. Этим, в частности, мы и будем заниматься.
Би-би-си: И как вы этого добьетесь?
М.П.: Мы подготовили большую декларацию, общий смысл которой: сфера культуры должна быть изъята из сферы социальных услуг. Сейчас это социальные услуги, и из этой логики работает целый набор законов: например, запрещающих членам одной семьи работать в цирке.
Но культура - это не услуга, это важнейшая функция общества и государства. И донести это - и есть наша общая задача.
Мы обсуждаем это на разных уровнях, в Госдуме обсуждаем, что надо принять закон о культуре, который объяснял бы, чем на самом деле является культура.
Би-би-си: Уже больше полутора лет продолжаются проблемы у Европейского университета в Санкт-Петербурге (ЕУСПб). Президент давал распоряжение разобраться в ситуации, но атака на университет не прекращается. Почему так происходит?
М.П.: Про саму ситуацию говорить не буду. Мы ей занимаемся, и тому, как именно мы ею занимаемся, противопоказано общение с прессой.
Би-би-си: И как же?
М.П.: Не все нужно рассказывать, о некоторых вопросах не нужно говорить громко. Когда слишком много говорят, начинаются другие, ненужные разговоры. И на митинге начинают обсуждаться вовсе не проблемы Европейского университета.
А что есть общая проблема? Проблема в том, что нельзя подстригать все под одну гребенку. Когда считают, что везде все должно быть одинаково и во все музеи должен ходить один процент инвалидов. Точно так же начинают считать показатели в университетах.
И в итоге получается, что доброе дело опозорено. Доброе дело в случае с университетами - состричь все лишние, плохие университеты. А на деле получается, что есть критерии, и по ним начинают резать всех одинаково.
Точно так же, как с борьбой с коррупцией: можно урезать все, что кому-то не нравится. Так же и с ликвидацией банков, которые, конечно, надо закрывать, но в итоге без вкладов оказываются бизнесмены средней руки. Очень часто из добрых идей получается плохое.
Мы должны отстоять Европейский университет. Иначе Санкт-Петербург потеряет право называться столицей просвещения. Пока мы проводим конференции, выступаем, и университет работает. У нас идут судебные процессы.
Би-би-си: У вас есть представление о том, кому может настолько не нравиться Европейский университет?
М.П.: Я не собираюсь это обсуждать. Этот процесс, как и история, полифоничен. Есть много сторон, которым не нравится Европейский университет.
Би-би-си: Настолько, что они могут пренебрегать поручением президента?
М.П.: Президент у нас не царь, и не надо его изображать. Это не такой царь, который всем командует и должен сам принимать решение. Он высказывает свое мнение, и дальше работает бюрократическая машина. Это не такая жесткая вертикаль власти. Тут бывают разные люди.
Би-би-си: В январе вы говорили, что просили патриарха Кирилла о встрече по поводу Исаакиевского собора, который планировалось передать Русской православной церкви.
М.П.: Я никого ни о чем не просил. Я написал патриарху письмо, в котором просил патриарха не спешить с этим вопросом. Потом я лично говорил с патриархом об этой теме. Как видите, Исаакиевский собор до сих пор функционирует как музей, есть обновленный договор между церковью и Исаакием, и пока все функционирует как надо. Все было принято во внимание.
Би-би-си: И что же сказал вам патриарх?
М.П.: Я не могу комментировать чужие позиции. Я говорил о том, что собор в Санкт-Петербурге является блестящим образцом того, как можно совмещать музейную и ритуальную функцию. Это рецепт, на котором можно строить и другие места.
Каждый памятник может иметь музейную функцию. Исаакиевский собор - это пример того, как это работает удачно.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..