четверг, 24 августа 2017 г.

СТАТУИ РАЗДОРА

Статуи раздора

Памятник Роберту Ли в Джексонвилле
В далёком студенчестве, когда приходилось штудировать предмет под названием «Литература народов СССР», довелось мне познакомиться с творчеством всех лауреатов всех государственных и прочих премий, выдаваемых как талантливым, так и не очень одаренным авторам, воспевавшим социализм в стиле светлого соцреализма. Тогда я в рамках академического курса впервые открыла для себя творчеством Чингиза Айтматова. И это «знакомство» переросло в многолетнюю читательскую привязанность. Гений великого писателя все чаще сегодня помогает осознавать живучесть и материализацию некоторых авторских предвидений. Термин «манкурты» пришёл к нам из книги Айтматова «И дольше века длится день». Это люди, попавшие в плен, которых насильственно лишали памяти. Многие пленники, не выдержав пыток «беспамятством», погибали, или сходили с ума. Выжившие же окончательно теряли связь с прошлым и становились бездушными рабами, верно служащими своим хозяевам.
Сводки с политических баталий последних дней заставили меня вспомнить о манкуртах. И о тех, кто в силу политической заангажированности, успешно манипулирует историческими фактами, лишая общество правды, превращая многих в рабов навязанных стереотипов.
Шарлоттсвилль – небольшой студенческий городок, в котором вот уже почти два столетия существует Вирджинский университет, основанный ещё Томасом Джефферсоном, одним из авторов Декларации Независимости и третьим президентом США. Городок находится в часе езды от Ричмонда, столицы штата Вирджиния. Того самого Ричмонда, который был в годы Гражданской войны 1861-1865 годов столицей Конфедерации. Мне часто доводилось бывать в тех краях и каждый раз, проезжая уже привычный путь, я ожидала в получасе езды от Вашингтона по направлению к Ричмонду увидеть огромное гордо развевающееся за придорожными деревьями знамя Конфедерации, которая более полутора веков назад перестала существовать. Этот флаг, как бы укорял в чем-то проезжающих и заставлял задуматься о победителях и побеждённых в той, самой кровавой Американской бойне.
В каждом городке Юга вы непременно найдёте в сувенирных лавочках флажки и атрибутику «унесённой ветром» истории проигравшего Юга. И эта история, передаваемая по наследству из поколения в поколение, как непрерывная цепочка памяти, меня всегда поражала и завораживала. Нет, я не пыталась обвинять кого-то, или оправдывать, я пыталась понять, что в этой истории есть такого романтично завораживающего, заставляющего через столько десятилетий появляться все новым и новым сторонникам идей, за которые сражались южане. Я накручивала мили Музейной Авеню в Ричмонде, входящей в Национальный реестр исторических мест (NRHP), рассматривала все прекрасные памятники, увековечивающие память об участниках Гражданской войны на стороне Конфедерации, включая памятники Роберту Ли, Джефферсону Дэвису, Томасу «Стоунвелл» Джексону и Мэтью Мори. Мне доводилось видеть демонстрации сыновей ветеранов Конфедерации в том же Ричмонде, приуроченные дню рождения генерала Ли, или традиционному месяцу истории Конфедерации: море красных полотнищ с синим Андреевским крестом и белыми звёздами на нем, сотни людей под этими боевыми знамёнами. И, конечно же, военные реставраторы в форме времён Гражданской войны. Никто не протестовал – это была скорее историческая «вахта памяти». Все было вполне мирно: демонстранты гордились своей историей, наблюдатели и просто любопытные проезжие немного затормаживали движение, создавая заторы на не очень широких улицах, а недовольные таким разгулом почитателей конфедератов тихо возмущались между собой…
Все было мирно и законно, и памятники никому не мешали – стояли по всей стране, напоминая о сложной истории государства, когда-то уже опалённого непониманием и непримиримостью. День Поминовения уравнял всех воевавших с разных противоборствующих сторон. Десятилетия внешнего спокойствия оказались всего лишь долго тлевшей искоркой, разгоревшейся пламенем. События двухлетней давности в Фергюсоне и Миссури загнали «лошадь истории» в крайне левый угол, из которого сама история уже представлялась иной. Страна, так долго боровшаяся за то, чтобы жизни всех ее граждан, независимо от цвета кожи, были значимы, вдруг громко услышала месседж, посылаемый гражданами с чёрным цветом кожи. И пошел по стране очередной раунд борьбы за историческую справедливость с непременным разыгрывание деликатной расовой карты.
История не имеет сослагательного наклонения – она дана для прочтения и изучения. Но она, увы, ничему не учит. Любая историческая ревизия всегда чревата потрясениями – исторический маятник может качнуться резко то вправо, то влево, а уровень потрясения будет зависеть от амплитуды колебаний. Поэтому не стоит уж сильно его раскачивать. Раскачали…
Шарлоттсвилльское побоище 12 августа этого года оказалось, на мой взгляд, классическим примером провокации, в которой образ генерала Ли оказался разменной картой в грязных политических играх. К прискорбию, формальным поводом защиты памятника генералу-конфедерату Роберту Ли воспользовались члены ККК, нацисты и разные белые расистские объединения. Замечу, что именно они уже когда-то подхватили павшие знамёна Конфедерации и дискредитировали их, как и очернили своими расистскими действиями тех, кто сражались в рядах южан. А стычка непримиримых крайне левых со свастиками с такими же крайне левыми, но под красными знамёнами с серпами и молотами, привела при полном попустительстве властей к хаосу и человеческой жертве. Портрет Хизер Хейер, погибшей под колёсами автомобиля, управляемого нацистом и шизофреником, утопал в цветах и плакатах, на которых было написано: «Нет ненависти!». Правильные слова на плакатах, однако, вовсе не снизили градус ненависти.
И вот уже жертвой ненависти стал Аллен Арментраут. Аллен, к счастью, не был раздавлен автомобилем, но каток ненависти вот уже почти две недели непрестанно гробит судьбу и будущее человека, воспользовавшегося всего лишь своим законным правом, утверждённым Первой конституционной поправкой. Парень ни на кого не нападал, никому не угрожал, он просто молча салютовал проигравшему генералу. А вокруг Аллена бесновалось сборище далеко не мирных оппонентов. И не их вовсе успокаивала полиция, и не им предъявили обвинения. И это избирательное правосудие меня пугает.
Арментраут позднее чётко сформулировал причину своей поездки из Северной Каролины, где он проживает, в Вирджинию, потому что ККК, неонацисты и им подобные группы дискредитируют историческую правду и Конфедерацию.
Бедный мальчик не понимал в своём стремлении и чистых помыслах поиска исторической правды, что именно этой правды не существует. История превратилась давно в продажную девку…
А вот и реакция незамедлительная последовала от руководства Pensacola Christian College, где учился уже бывший студент Аллен Арментраут: «Реnsacola признает достоинство и ценность всех людей, и мы уважаем историю Америки. Мы призываем людей проявлять проницательность и стремиться к установлению примирения…»
Взял колледж и примирил всех, или все-таки не всех, принеся в жертву политкорректности судьбу молодого парня, который просто выступил громко за свои идеалы. Пусть для кого-то и сомнительные… И я уверена, что Закон восторжествует, потому что я не хочу, чтобы восторжествовала агрессивная толпа! Толпа пока торжествует, уничтожая будущее Арментраута. И эта временная победа только укрепляет парнишку и всех его поддерживающих в противостоянии с кричащими «Нет ненависти!» ненавистниками чужих идеалов.
А теперь обращусь к словам, которые я написала выше. Нет, я не отговорилась, назвав тех, кого так долго и усиленно СМИ и общественное мнение называло крайне правыми, именно крайне левыми. Никогда нацизм не был прав, да и национал-социалистическая партия всегда была исключительно крайне левой. Маленькая ложь и манипуляция рождает большое недоверие. Шарлоттсвилльское сборище нацистов, выкрикивающих антисемитские речевки, является прекрасно спланированное провокацией. Джейсон Кесслер, вдохновитель и организатор ультраправого марша, сторонник Обамы, Клинтона, участник Occupy Wall Street, человек, выступавший против Второй поправки, поддерживающий ядерное соглашение по Ирану, подписанное Обамой, вдруг резко в январе этого года сообщает, что будет поддерживать Трампа во Второй Гражданской войне. Так и написал этот левый товарищ в своём твите. На вопрос, кому это выгодно, можно с большой вероятностью ответить: неугомонному движению Сопротивления нынешнему президенту, организованному теми, кто никак не может смириться с проигрышем на выборах.
Цель оправдывает средства. И если целью является импичмент Дональда Трампа, то все способы борьбы с ним хороши, включая акции гражданского неповиновения и повсеместно спланированные марши Антифы и Black Lives Matter. И средства борьбы этих чернорубашечников под красными знамёнами меня пугают ничуть не меньше, нежели стройные ряды нацистских штурмовиков. Они все птенцы одного гнезда ненависти, в котором нет места ни любви, ни пониманию, в котором есть только «до основания, а затем»… Затем уже не будет…
Но вернёмся в Шарлоттсвилль, где все ещё стоит памятник проигравшему генералу Ли. Именно его образ не даёт вот уже некоторое время жить спокойно всем новым «историкам», забывающим, что вовсе не за сохранение рабства на Юге воевал этот герой Мексиканской войны, которого, далеко не аболиционист, Линкольн пригласил возглавить войска Юниона. Ли отказался. И причина отказа проста: для каждого южанина его дом, его штат, его малая родина и их интересы первичны. Генерал Ли свой выбор сделал…
Кто-то недоуменно заметит, мол, проигравшим памятники не ставят. В нашей стране такой прецедент создан, как и создан он, к примеру, во Франции, где проигравший император с почестями покоится в сердце Парижа, а к его пантеону «не зарастает народная тропа». И проигравшему генералу Ли салютуют миллионы. Вероятно, эта личность заслуживает уважения хотя бы за то, что Роберт Ли способствовал примирению нации. И что бы ни писали современные историки от политики, в Британской энциклопедии останутся слова: «Хотя история знает его в основном, как «генерала повстанцев», Ли был противником рабства… Более того, он был очень продвинут в своем отказе от войны в качестве разрешения политических конфликтов – факт, который почти полностью игнорировался потомками. Как полковник армии США в Техасе во время кризисов отделения в конце 1860 года, он писал: «Если борьба и гражданская война должны заменить братскую любовь и доброту, я буду оплакивать свою страну и благополучие, человеческий прогресс».
А война статуй ещё только началась. И за две недели, пошедшие с момента страшных событий в Шарлоттсвилле, градус накала страстей достиг точки кипения. Шарлоттсвилль стал своеобразным триггером гражданского противостояния, пугающего своей предсказуемостью.
Предчувствие Гражданской войны… Cначала они пришли за статуей… Мы промолчали… Я не хочу, чтобы дальше они приходили по известному списку! Сейчас очерняют память генерала Ли и демонизируют Конфедерацию. Уже по всей стране вандалы переписывают историю и уничтожают памятники: Новый Орлеан, Даллас, Балтимор, Вашингтон… Cписок разрушений пополняется ежедневно. Многие правительственные чиновники призвали удалить из общественных мест статуи, маркеры и другие памятники, которые отмечают спорные цифры эпохи Гражданской войны. Переписывание истории на наших глазах пугает самим фактом переписывания, потому что именно это разрушение в конечном итоге разрушит страну.
За Конфедератами ревизии уже подвергают светлые образы отцов-основателей, которые, увы, были детьми своей эпохи и прекрасно себя чувствовали рабовладельцами. Как там жилось рабовладельцам вашингтонам, джефферсонам и иже с ними?.. А там уж непременно дойдут до светлого образа Линкольна и всего его окружения. О последних промолчим пока, а то в стране придётся и мемориалы, и улицы переименовывать, да и деревья тоже по-другому называть, как, к примеру, самую большую секвойю, названную в честь боевого и безжалостного генерала северян Уильяма Шермана. Шерман считал, что рабство приносит пользу обеим расам. В 1854 году он заверил своего брата, что чернокожие процветают в южной жаре, а затем рассказал Дэвиду Ф. Бойду, одному из своих профессоров в военной академии Луизианы и возможному другу, что он считает рабство на юге «самой мягкой и лучшей регулируемой системой рабства в мире»… Придётся и рукописи палить, а то найдутся дотошные знатоки истиной истории.
Хорошо прошлое и личности исторические с позиции современного видения мира оценивать, но история – наука точная и сослагательного наклонения не терпит. И, когда группа чернокожих демократических законодателей предлагает убрать статуи не только генерала Ли, но и Вашингтона с Джефферсоном, я понимаю что пора распускать и саму Демпартию, породившую Ку-Клукс-Клан. Хочу напомнить всем, переписывающим историю: уничтожая памятники генералу Ли, вы плюете на могилы 100 тысяч чернокожих воинов, добровольно сражавшихся под знамёнами Конфедерации. Это тоже история, но ее вы уже поторопились из учебников вычеркнуть.
Я живу в Нью-Йорке и часто вожу своих гостей из других городов и стран к Мавзолею генерала Гранта. Того самого Улисса Гранта, полководца северян, которому досталась победа над южанами, который стал 18-м президентом США, и теперь гордо смотрит на нас с пятидесятидолларовой купюры. Воистину, победителю досталось все: слава, почёт и единая страна, которая от океана и до океана со всеми штатами и единым звездно-полосатым флагом.
И невольно сравниваю судьбу генерала-победителя Гранта с судьбой проигравшего генерала Роберта Ли. Имя Ли все ещё носят форты и улицы, его имя сохраняется в названии университета, во время Второй мировой войны в его честь был назван танк М3 Ли. Впрочем, танк этот немного модифицировали и присвоили новой модели имя Гранта. Так в одном танке и без боя примирились два враждующих генерала. И танк М3 Ли, и танк М3 Грант – достояние одной американской истории, которую уже стали подзабывать.
Пока о танках вспоминала, пришло очередное шокирующее сообщение.
Горсовет Нью-Йорка уже начал рассмотрение присутствия различных статуй в нашем городе на предмет их правомочности. Спикер Горсовета Мелисса Марк-Виверито предложила избавиться от знаменитой статуи Колумба, украшающей вот уже вторую сотню лет площадь имени Колумба. Эту статую подарили Нью-Йорку итальянские эмигранты. Пока Нью-Йорк в раздумьях по поводу дальнейшей судьбы статуи Колумба, в Балтиморе уже тихонько сняли все памятники конфедератам, а вандалы потрудились и надругались над старейшим в стране памятником Колумбу. Лиха беда начало и непоправимое зреет сначала в сознании. Вернее, в его отсутствии…
Статуи уберут с нью-йоркской площади, со всех американских площадей, отменят праздник в его честь Колумба, заставят забыть его имя. Что вот с Америкой делать, с миллионами всех нас, за пятьсот лет населивших два американских континента? Да и США придётся, как тот забытый уже партийный райком, закрыть – все уйдут на фронт, раздирающий нацию… на статуи.
В одной большой стране сто лет назад тоже начали статуи разрушать. Под обломками остались миллионы людей, как и миллионы других людей стали жертвами тех, кто в другой стране, начали книги жечь. Но рукописи не горят, а грибок беспамятства поразил не всех.
Манкурт управляем и деструктивен. У него нет прошлого, но нет и будущего. Потому что второе связано с первым и эта связь неразрывна.
Елена Пригова

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..