суббота, 9 мая 2020 г.

СИНИЙ ПЛАТОЧЕК

Синий платочек

Потёртая полевая сумка, армейская пилотка с поцарапанной звёздочкой, старая пластинка, альбом с фотографиями…
Кто из владельцев этих вещей мог когда-то предположить, что вдруг станет всё это бесценным и самым дорогим для их детей и внуков?
Есть одна, совершенно особая реликвия – открытки с фронта. Их немного,
всего пять. Написаны они моей мамой – Софией Шмулевной Бронштейн, (ныне покойной – зикарон ле враха!), капитаном медицинской службы и датированы 1945-м годом.
Эти короткие сроки на ярко разрисованных открытках были написаны не для истории.
Поздравления с праздниками, надежда на скорое возвращение домой, скупые слова о военной жизни.
«Синенький скромный платочек падал с опущенных плеч «…– задушевно пели девчонки «сороковых-роковых», в шинелях не по росту, в сапогах не по размеру.
В суровом 1943-м году мама окончила Самаркандский медицинский институт.
Она добилась получения назначения на фронт, хотя у неё уже было направление в одну из сельских больниц.
Синий платочек в кармашке бойца был символом верности и любви. Песня тоже была бойцом, она «стреляла» последним патроном в Брестской крепости, она звенела в воздухе блокадного Ленинграда, порой заставляла труса стать храбрецом, робкого – подниматься в атаку.
Песня жила и сражалась, звала и верила.
Полевая почта № 30669. Пять пожелтевших от времени открыток, написанных маминым торопливым докторским почерком. Город Потсдам, последние месяцы войны.
«Пусть этот год (1945-й!) будет годом радости, счастья и встреч. Ведь он будет без войны и счастливым на Родине». И – ни слова о трудностях, о тяжкой ноше, которая выпала на её долю. Военный человек грустил о доме, о близких: «Спешу сообщить, что еду в Россию. Скоро будем дома…»
…Иногда мне снятся поезда – только не нынешние, скоростные, а медленные, бесконечные фронтовые эшелоны.
Не все из них возвращались, многие остались там, за огненной чертой 1941 года.
«С восторгом нас, девчонок, не встречали, – нас гнал домой охрипший военком, так было в сорок первом, а медали и прочие регалии, – потом», – напишет о себе и своих сверстницах замечательная поэтесса-фронтовичка Юлия Друнина.
И годы спустя мы будем перечитывать старые открытки.
Незадолго до отъезда в Израиль мама получила письмо:
«Откликаюсь из далёкого 1945 года! Реппен, палатка РП на перекрёстке дорог.
В горячие дни наступления я работала и жила там одна.
А потом в затишье пришла помощь в лице капитана медслужбы. Это были Вы, Софья Бронштейн, я не ошиблась.
Цифра 33 (армия, в которой мы с Вами служили) – это такое родное, близкое. Это возвращение в юность, – гордую, непокорную. С уважением к Вам – Ермак (Королёва) Алла, город Москва».
…1945-й год мама встречала в кругу коллег из эвакопункта №114.
Впереди была встреча с родными. А пока её ждали госпитальные палаты, раненые, страдания, тоска. Бессонные ночи дежурств.
Ежегодно, 9 мая, в сквере напротив Большого театра собираются немолодые люди. С каждым годом их становится всё меньше и меньше. В руках они держат плакаты.
Запомнился один: «Пока мы живы – ищем однополчан». Пока живы.
Да, так будет, пока живы эти люди, на пиджаках и кофточках которых звенят боевые награды.
А бывшим девчонкам плакать и смеяться, вспоминая годы юности, опалённой войной.
Плакать и смеяться оттого, что кроме потерь была и радость встреч. Старые открытки, старые песни, пожелтевшие документы, поблекшие фотографии. И адрес: полевая почта №30669.
Адрес маминой юности.
Мама прошла фронтовыми дорогами Минска, Орши, Витебска и других, видела горящие города и села, оказывала помощь раненым.
Она служила врачом, затем – затем – начальником сортировочного отделения в ЭП 114.
На одном из российских сайтов – «Подвиг народа» – о маме написано, что она по несколько суток не выходила из госпитальных палат, лечила, выхаживала спасала раненых бойцов и командиров.
Мама отлично владела немецким языком, и её военные начальники часто обращались к ней с просьбой помочь в переводе при допросах пленных нацистов.
По приказу командования наши врачи обязаны были лечить раненных немцев.
Мама рассказывала, как один из пленных, услышав мамин немецкий – а она к тому же ещё и картавила, – закричал: – Ты юде (жидовка!).
Присутствовавшие при допросе пленённого немца офицеры тут же кинулись к нему, готовые его уничтожить, и воскликнули: – Не дадим нашего доктора в обиду! Кто-то из наших даже успел врезать немцу…
Войну мама завершила в Германии, а после ей довелось служить там же ещё какое-то время.
Мамино звание – капитан медицинской службы.
Боевые награды: орден Красной Звезды, орден Отечественной войны 1-й степени, 8 медалей.
После службы в армии мама вышла замуж. Жила и работала в Узбекистане, в городе Намангане. Врач первой категории, 20 лет работала главным врачом Наманганского областного лечебно-физкультурного диспансера. В ноябре 1990 года репатриировалась в Израиль. Здесь получила удостоверение и Знак воина – ветерана борьбы с нацизмом, памятные медали. Мама умерла 31 декабря 2004-го года. Светлая ей память! Светлая память фронтовикам, участникам Второй мировой войны!
Маргарита Ойстрах, Ашкелон
На фото: моя мама в разные годы.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..