четверг, 23 августа 2018 г.

МИГРАЦИЯ КАК РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМ?

Миграция как решение проблем?

Нет более лицемерного утверждения
Если проанализировать экономическое развитие крупных этнически однородных групп, то бросается в глаза, что в основном две из них реально претендуют на лидерство – страны Восточной Азии (прежде всего Китай, Япония, Южная Корея и Вьетнам) и страны Запада (Европа, США и Израиль). Около 1,7 млрд азиатов соревнуются с 1,1 млрд жителей Запада. И хотя и тем, и другим странам время от времени приходится преодолевать кризисы, в целом их развитие носит прогрессивный характер – они модернизируются и пытаются отстаивать свое лидерство. Азиаты сравнительно недавно включились в это соревнование, но все чаще наступают Западу на пятки – в первую очередь из-за своего упорства и стремления к знаниям.
В итоге эти 2,8 млрд человек производят 75% мирового ВВП, в то время как прочие 4,5 млрд не просто отстают от них, но с каждым годом увеличивают это отставание. Если в 1980 г. по доходу на душу населения Индия, Пакистан и Бангладеш обгоняли Китай, то нынче он обогнал их более чем в пять раз. Из 170 тыс. изобретений, сделанных во всем мире и официально зарегистрированных американским патентным ведомством в 2015 г., на долю этих 4,5 млрд приходится лишь 3,2%, причем две трети из них – на долю Индии.
Представители лидирующей группы хотя и имеют высокую квалификацию, но, как правило, уже немолоды (особенно европейцы). У представителей второй группы все наоборот: они молоды и не имеют высокой квалификации, причем ее уровень с каждым годом падает все ниже. Азиаты куда более жестко и прагматично, чем европейцы, относятся к иммиграции: они готовы открыть свои границы лишь тем, кто не уступает им по квалификации и способен принести пользу их странам. Как правило, этим требованиям отвечают азиаты из менее развитых стран, которые и иммигрируют в страны более развитые, не особенно сильно меняя их этническую структуру и культурную среду.
Совсем по-иному обстоит дело на Западе, куда и стремятся попасть многие из 4,5 обделенных жизнью миллиардов. Наиболее распространенный побудительный мотив – социальные блага, которых практически нет в Восточной Азии, но которые щедро предлагает Европа и менее щедро – США. Исключения составляют ныне лишь Австралия, Великобритания, Новая Зеландия и страны Восточной Европы, тщательно ограничивающие иммиграцию неквалифицированных претендентов. Таким образом, для наиболее отчаянных и решительных из этих 4,5 млрд остается в качестве пристанища лишь относительно небольшая территория между Одером и Португалией. Наиболее притягательной ее частью остается Германия, где уже четверть населения имеет иммиграционное происхождение.
Известный германский социолог и исследователь миграции Гуннар Хайнзон исходит из того, что в настоящее время наибольшее иммиграционное давление на Европу оказывают 52 страны с общим населением 1,4 млрд человек, для которых так называемый «индекс войны» (соотношение численности молодых мужчин в возрасте от 15 до 19 лет к численности лиц в возрасте от 55 до 59 лет, готовящихся покинуть рынок труда) превышает 3. Для сравнения: в ФРГ он составляет 0,66. По прогнозам Хайнзона, к 2050 г. число подобных стран снизится до 42, но их суммарное население возрастет до 2 млрд человек, к тому же доля желающих иммигрировать там постоянно растет. Если сегодня таковых, по оценкам, около 400 млн человек, то к 2050 г. их может стать уже 850 млн. Даже если им это удастся, население Африки будет минимум на 350 млн человек превышать нынешнее, так что ни одно африканское государство не станет всерьез обсуждать с Европой вопрос о приеме обратно своих граждан.
Но не только африканская нищета гонит людей на Запад. В куда более благополучных странах типа Бразилии и Индонезии хотя и достаточно природных ресурсов, но катастрофически не хватает квалифицированных специалистов, без которых достойного места на мировом рынке не занять. Поэтому и из этих стран десятки миллионов людей устремляются за лучшими перспективами на Запад. Показательно, однако, то, что наиболее перспективные из этих мигрантов устремляются в англосаксонские страны или в Восточную Азию, в то время как наименее квалифицированные оседают между Дуйсбургом и Дрезденом. В итоге первые получают новых налогоплательщиков, в то время как Германия – новых получателей государственных пособий. Требующиеся для этого миллиарды пока еще поступают от «креативного класса». Вопрос лишь в том, как долго он еще будет мириться с жизнью в стране с одним из самых высоких в мире уровней налогообложения. Вряд ли известие о том, что ФРГ в год тратит на «беженцев» более 20 млрд €, улучшает их настроение. Тем более что они все чаще получают предложения от рекрутинговых агентств продолжить свою карьеру в иных странах и регионах с куда более благоприятными условиями. Возможно, это незаметно на первый взгляд, но ежегодно около 140 тыс. высококвалифицированных немцев принимают подобные предложения.
Куда более заметен приток неквалифицированных иммигрантов в Европу. При наличии политической воли его несложно было бы прекратить. Средиземноморскую внешнюю границу ЕС протяженностью 3000 км защитить куда проще, чем 25 тыс. км морской границы Австралии, через которую с 2013 г. никто не проник в страну нелегально и на которой не зафиксированы тонущие «беженцы». Дураков в мире не так много, и никто не станет платить тысячи долларов контрабандистам, если известно, что в итоге путешествие завершится там же, где и началось. Иное дело Европа: достаточно плюхнуться в Средиземное море и просигналить SOS чуть ли не у самого африканского берега, как тут же по соседству окажутся доброхоты и оттранспортируют «беженца» в Европу. Так что когда левые политики рассказывают избирателям о людях, стремящихся в вожделенную Европу с риском для жизни, они явно преувеличивают.
В ходе их профессиональной подготовки будущих санитаров учат оценивать, кому из многочисленных пострадавших на месте тяжелого дорожно-транспортного происшествия следует оказывать помощь в первую очередь. Важнейшее правило при этом гласит: обращай в первую очередь внимание на тех, кто неподвижен, не стонет, не кричит и не просит о помощи, поскольку таким действительно особенно плохо. Такого правила бы не существовало, если бы подобное поведение было чем-то само собой разумеющимся. Но это вовсе не так, поскольку на практике очень трудно игнорировать громкие просьбы о помощи и концентрироваться в первую очередь на действительно тяжело раненных. Кроме того, определенную роль играет и сидящее у нас в подкорке стремление к получению поощрения – желание услыхать вполне заслуженное «спасибо». Человек в целом – существо солидарное, охотно оказывающее помощь другим. Важно лишь сформулировать правила для определения приоритетов оказания помощи, поскольку в условиях катастрофы эмоции могут затмевать логическую оценку ее причин и реального положения. Подобное происходит и в связи с массовой иммиграцией в Европу: желающие помочь полностью потеряли обзор и концентрируются в первую очередь на тех, кто громче всего заявляет о себе.

Миграция как задача без ответственности

Уже многие годы в Средиземном море идет война. Не между странами, а между реальностью, самовольно присвоенными правами и утилитаризмом. Суда типа «Аквариуса» совершают рейды вдоль североафриканского побережья с целью «спасения» тех, кто вверил свою судьбу контрабандистам и – кто бы сомневался – в связи с этим оказался в опасности. В этом и состоит смысл игры и (после множества смертей последних лет) единственная гарантия, позволяющая контрабандистам завлекать «клиентов» на свои утлые суденышки. Ведь ни один вменяемый человек не может всерьез рассчитывать на то, что кусок резины с 600 пассажирами на борту, без навигации, запасов бензина и продовольствия, самостоятельно доберется до Лампедузы или Мальты.
«Аквариус» и подобные ему суда являются частью извращенной игры, и все ее участники прекрасно знают, что то, чем они заняты, вовсе не является спасением жертв морских катастроф. Будь это так, это означало бы, что спасенные должны – в полном соответствии с международным морским правом – быть доставлены в ближайший безопасный порт. Безопасный в плане отсутствия угрозы утонуть, а не оптимальный с точки зрения перспектив дальнейшего существования. Такси в светлое будущее морским правом не предусмотрено.
Контрабандисты, сознательно толкающие людей на смерть, превратили спасение утопающих в вымогательство. Это выглядит примерно так, как если бы в приемном покое врача некто пытался вскрыть себе вены, чтобы поскорее попасть на прием. И неважно, что в комнате есть те, кому помощь доктора нужна куда более срочно и кто не в состоянии громко заявить об этом. Истекающий кровью громко кричит и изо всех сил старается попасть в видеокамеры, чтобы обеспечить себе широкую медийную поддержку. И даже если врач возмущен таким поведением, что ему остается делать? Не смотреть же, как авантюрист истекает кровью. Те же пациенты, которые ведут себя надлежащим образом, остаются в итоге в дураках.
Возвращаемся к «Аквариусу», которому недавно после очередной драматической акции не удалось, как обычно, сгрузить свою «добычу» в Италии. Многие годы схема работала безотказно, в результате чего экипажи подобных «спасательных» суден успешно могли перекладывать результаты своего фактического сотрудничества с контрабандистами на других людей, купаясь при этом в чувстве честно выполненного гуманистического долга.
Но вдруг Италия отказалась участвовать в этом фарсе, и «спасатели» оказались поставленными перед неожиданной проблемой: на борту закончились припасы. К их счастью, брешь согласилась заткнуть Испания. Там как раз сменилось правительство, и пришедшие к власти социал-демократы сочли ситуацию вполне подходящей для полировки собственного имиджа. Так что «Аквариус» причалил в Аликанте, где под многочисленными объективами камер восторженных журналистов мировых СМИ ссадил на берег сотни «беженцев от войны».
Действительно ли беженцев от войны? Давайте присмотримся к списку пассажиров поподробнее: 43 человека – из Алжира, 1 – из Афганистана, 3 – из Бангладеш, 6 – из Камеруна, 2 – с Коморских островов, 1 – из Конго, 11 – с Берега Слоновой Кости, 60 – из Эфиопии, 11 – из Гамбии, 3 – из Ганы, 4 – из Гвинеи-Бисау, 22 – из Гвинеи, 1 – из Либерии, 11 – из Мали, 11 – из Марокко, 1 – из Нигера, 148 – из Нигерии, 11 – из Пакистана, 13 – из Сенегала, 20 – из Сьерра-Леоне, 5 – из Сомали, 152 – из Судана, 49 – из Южного Судана, 9 – из Того.
Конечно, по сравнению с шикарной квартирой в элитарном районе Берлина или дачным домиком левого политика в Тоскане все это – не лучшие места на земле. Но все же существуют различные градации. Гвинея, Марокко, Того, Гамбия, Гана, Алжир… Почему из мест, где не идет война, люди бегут именно в Ливию? То есть в страну, где, в отличие от их родины, действительно идет война. Неужели сегодня от нищеты уже бегут в районы военных действий? Да нет же! Это обещания контрабандистов и надежда на «спасателей», патрулирующих североафриканское побережье, подталкивают людей к подобным путешествиям.
Но вновь возвращаемся к одиссее «Аквариуса» и связанному с ней медийному хеппи-энду. Ведь в наших СМИ эта история завершается благополучной высадкой 600 пассажиров и гордых содеянным «спасателей» на испанскую землю. Между тем перед властями Аликанте стояла проблема размещения прибывших.

Студенты – прочь, иммигранты – милости просим!

Решение было принято в пользу общежития Университета Аликанте, обитателей которого попросту вышвырнули на улицу. Им дали сутки на то, чтобы освободить комнаты, за которые студенты, между прочим, платят по 750 € в месяц. C 1 июля комнаты должны были освободиться, поскольку во время каникул университет использует их как молодежную гостиницу, однако до окончания семестра оставались еще две недели…
Как плохой анекдот звучит рассказ одного из выселенных студентов о том, что он на курсах немецкого языка готовился к будущим поискам работы в Германии, поскольку в Испании не видит никаких шансов. Так что и этот студент, и пришельцы из Африки имеют одну и ту же цель – Германию. Но если один прикладывает усилия для приобретения квалификации, необходимой на германском рынке труда, то другой ничего подобного не делает, предпочитая переходить из рук в руки очередного «спасителя», каждый из которых гордится своей «гуманитарной» миссией.
Никто из этих «спасителей» не задается вопросом о том, решает ли он в действительности какие-либо проблемы или лишь создает новые. Их деятельность не подвергается сомнениям, а любая попытка критики тут же блокируется убийственным аргументом: «Ты хочешь, чтобы эти люди утонули?!» Это, как правило, затыкает рты даже тем, кто хотел было указать на то обстоятельство, что и контрабандисты, и их «клиенты» сознательно выбрали свой путь.
Я уверен в том, что если бы «спасательные» суда начали доставлять своих пассажиров в Тунис или Алжир, число судов, гибнущих в Средиземном море, в один момент сошло бы на нет. Не в этом ли должна была бы заключаться задача «спасателей»? Или для них куда важнее ощущать себя на вершине гуманизма, не слишком задумываясь о том, что затем произойдет с их подопечными и не станет ли их транспортировка в Европу началом цепи малых и больших неприятностей, ответственность за которые эти «спасатели» перекладывают на других людей? В этой связи обвинения в сотрудничестве с контрабандистами вовсе не выглядят беспочвенными. Я же иду еще на один шаг дальше и утверждаю, что характер их деятельности делает их самих контрабандистами. Только плату за свои услуги они берут не деньгами, а красивыми картинками и чувством морального превосходства.
Никого нельзя обвинять в том, что он ищет лучшей доли для себя и своей семьи. Так было всегда и, если бы эти действия не основывались на лживых обещаниях «рая на земле», вполне соответствовало бы высшей цели европейского Просвещения: осознанному и индивидуальному решению взять собственную судьбу в свои руки, приняв на себя ответственность за свое будущее. Но, попав в руки европейских торговцев людскими душами, человек становится объектом опеки и сочувствия к самому себе, и вырваться из этого состояния уже практически невозможно.
То обстоятельство, что большинство из тех, кто стал на подобный пагубный путь, не сможет найти своего настоящего места в Европе, «помощникам» не просто безразлично – оно на самом деле составляет – осознанно или неосознанно – базис их деятельности. Того, кто находится в самом начале цепочки, по которой «беженцы» передаются из рук в руки, мало заботят проблемы, с которыми позже придется столкнуться помощникам на местах и разочарование самих иммигрантов. А поэтому они продолжают доставлять на европейские берега все новый и новый человеческий груз. И совсем другие люди, призванные далее заниматься пришельцами, с каждым днем все более отчетливо понимают, что большинство из них не имеет каких-либо удовлетворительных перспектив в Европе. Рано или поздно вызванные этим проблемы достигнут такого масштаба, что общество будет вынуждено предоставить этих людей самим себе и позволить им создать в Европе те самые параллельные структуры, от которых они бежали. Несомненно, все это будет нам представлено как политическое достижение.

Утилитаризм и беспомощность

У меня создается впечатление, что Запад – то есть Европа и Северная Америка – уже давно потеряли Африку. На смену колониализму пришла продолжающаяся до сих пор эра коррупции и диктатуры, на которую мы практически безучастно взираем. Экономическая помощь в большинстве случаев превращается во взятки, похвальные исключения из этого правила можно перечесть по пальцам. Еще два десятилетия назад угроза взрывного роста населения Африки считалась важнейшей проблемой этого континента. Сегодня об этом практически не говорят. За фаталистской констатацией катастрофических масштабов роста населения в государствах Центральной и Западной Африки, который не в состоянии выдержать никакая экономика, следуют вовсе не программы по развитию образования и просвещения, а ооновские планы глобального переселения, от которых так и разит утилитарным «гуманизмом».
Авторы этих программ намерены использовать переизбыток населения в африканских странах для «пополнения» стареющей популяции в Японии, России или Европе. Соответствующее словосочетание «миграция для поддержания популяции» подходит, скорее, для лексикона мелких дельцов, зарабатывающих разведением собак.
Похоже, на Африке поставили крест, и ни у кого уже нет надежды на то, что тамошние государства в состоянии встать на ноги и развиваться в правильном направлении. Взрывной рост численности населения переквалифицирован из проблемы в ресурс, который может быть использован для «миграции для поддержания популяции». Цель оправдывает средства, а потому средиземноморские «такси» отлично вписываются в ооновские планы.
Если продолжать эти планы, о чем я думаю с ужасом, то окажется, что переселение «лишних» африканцев – это только начало. Ведь «импортированные» люди не оптимально приспособлены к жизни в Европе или Японии, поскольку детство и юность в другой общественной среде наложили на них свой отпечаток. Так что придется извлекать «ресурсы» на более ранней стадии и «импортировать» детей. Именно таково направление развития планов, которые строят обладатели куриных мозгов из ООН и их добровольные помощники из европейских НКО. Речь идет – не больше и не меньше – о легальном рабстве. У меня не хватает слов, чтобы выразить свое возмущение по этому поводу!
ООН рассчитывает на то, что уже сегодня иммигранты отправляют домой с Запада больше денег, чем весь мир вкладывает в экономическую помощь Африке. Но оба эти денежные потока имеют нечто общее: они препятствуют развитию там, куда они поступают, и цементируют зависимость региона от подачек. А живущим в Европе обязанность отсылать деньги на родину препятствует в ведении самостоятельной жизни на новом месте. Цепочка зависимостей с двух сторон тем самым только укрепляется.

Ultra posse nemo obligatur

Когда именно мы утратили представление о реальных последствиях наших действий? Мне кажется, это произошло тогда, когда мы стали делегировать свои решения инстанциям, которым приписываем высокую моральность и компетентность. Однако чем дальше отстоит место принятия решения от очага проблемы, тем сложнее оценить последствия этого решения. Принцип римского права «Ultra posse nemo obligatur» («Никого нельзя обязать сверх его возможностей») все чаще заменяется недопустимыми оценками.
Сидя в Мадриде, просто выставить на улицу студентов из Аликанте и поселить в их квартирах иммигрантов, поскольку их ситуация кажется более сложной. С точки же зрения студента, чьей солидарностью злоупотребили и который, возможно, не получит вовремя диплом, открывающий ему карьерные шансы, граница возможностей давно перейдена. Но его никто не спрашивал, всё решили за него, как и за сотни тысяч тех, кого подобные решения влекут в Европу. Тем самым попирают интересы одних и при этом никак не в интересах других, что порождает у обеих сторон чувство горечи. В этой извращенной игре нет победителей.
Решая одну проблему, государство тем самым создает другую. И это справедливо для каждого звена причинно-следственной цепочки миграции. Африканские семьи станут в будущем компенсировать потерю своих сыновей вследствие эмиграции, заводя еще больше детей.
Успешное спасение 600 человек экипажем «Аквариуса» порождает те самые медийные картинки, которые контрабандисты будут охотно демонстрировать своим новым жертвам. А отсутствие сопротивления со стороны испанских студентов приведет к тому, что испанское правительство и в будущем станет охотно использовать подобные методы решения проблем, лишая молодых испанцев веры в правовое государство. Это порочный путь мелких и казалось бы верных решений, которые на деле ведут к катастрофе. Пока все участники этой цепочки кажущейся человечности и готовности помочь не скажут: «Стоп!», она будет оставаться тем, чем есть на самом деле – проявлением лицемерия. Расплачиваться за которое придется жителям как Европы, так и Африки.
Давайте вернемся к картине, с которой мы начинали наш разговор, и обратим свой взор не на тех, кто кричит громче всех, а на не столь броские, но глубинные проблемы, являющиеся причинами болезней европейского и африканского обществ. Вместо того, чтобы заключать договор о свободной торговле с ЕС, выгодный в первую очередь получающим массивные субсидии европейским производителям, следует помогать Африке экспортировать ее продукцию. Это же абсурд, что континент, способный прокормить весь мир, вынужден жить на продовольственные подачки Запада! Пора поделиться с Африкой ноу-хау и перестать поддерживать коррумпированные режимы. Экономическая помощь должна быть увязана с экономическим развитием и не должна быть бесконечной. Европе пора распрощаться с идеей вечной вины за колониальное прошлое, при этом не забывая того, что произошло. Ни одна африканская страна не стремится вернуться к доколониальным временам. Все хотят иметь дороги, железнодорожные магистрали, заводы, школы и города – желательно такие же, как в Европе. Те, кто у нас утверждает обратное и осуждает стремление к развитию и достатку, на самом деле стремится затормозить развитие Африки и навечно держать ее население в своем подчинении.
Ну а что же Европа? Наши проблемы совместного существования являются неотъемлемой частью нашего бытия, несмотря на то, что мы сами считаем себя такими прогрессивными, имеем множество надгосударственных организаций и лучше всех умеем строить планы. Наша вера в государственную власть и вытекающее из нее все большее подчинение бюрократии и политикам довлеют над нами. Но это тема для другой статьи, если не цикла статей. Открытость для иммиграции – это, собственно говоря, логичное следствие стремления к свободе. Но наших проблем оно не решит, скорее, наоборот. Пора уже нам оставить в покое Африку, с тем чтобы она оставила нас в покое. Если мы этого не сделаем, то вскоре задушим друг друга в объятьях.
Рогер ЛЕЧ
«Еврейская панорама»

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..