понедельник, 25 ноября 2013 г.

ПОСЕЛЕНИЕ ТЕЛЬ-АВИВ



 в 2017 году можно будет отпраздновать 110 лет со дня основания Тель-Авива. 110 лет для города – не возраст.  Живы еще в Израиле люди, рожденные до возникновения второй столицы страны. 
 В начале века ХХ переселенцы попадали, как правило, в грязную, вонючую, переселенную Яффу – образец приморского, средневвекового, восточного города в песках пляжей.
 Яффа пугала, настораживала евреев из Европы. Многие тут же, в порту, утрачивали весь свой сионистский запал.
 Представим "фонтанный" зал прибытия в аэропорту Бен- Гурион, а теперь цитата из записок, оставленных новым репатриантом образца 1900 года:
 «Шум, рев, оглушительные крики матросов, грузчиков-арабов, переезд в грязной лодке на шумный берег ошеломили меня… Пройдя семь кругов таможенного ада, мы вышли в узкие, загаженные и замызганные переулки, забитые людьми и скотиной, удушающе зловонные, что довело нас до полуобморочного состояния».
 Человека, которому впервые пришло в голову построить рядом с Яффо еврейский город, звали Акива Вайс.
-         Есть у меня план, как построить еврейский город, - сказал он своему другу Аарону Айзенбергу. – С широкими улицами, водопроводом, садами возле домов, электрическим освещением, канализацией и всем необходимым для современного города.
-         Ерунда! – сказали друзьям скептики. – Законы Османской империи воспрещают евреям покупать землю. Турки не разрешают евреям строить жилые дома. И где у вас, бедняков, деньги, чтобы начать такое дело?
 Друзья слушали скептиков и улыбались. Идею свою Вайс высказал в 1904 году, а уже к лету 1907 года была получена ссуда у Еврейского фонда, и через подставных лиц куплен участок земли к северу от Яффо.
 Впрочем, землю для будущего Тель-Авива евреи покупали трижды. Не успели они разметить приобретенный участок, как турки возвели прямо в его центре армейскую казарму. Пришлось евреям казарму купить, и тут же ее снести. Только расчистили они это место, как среди ночи разбили на нем свои шатры бедуины и заявили, что земля эта издавна принадлежит их предкам, пришлось купить землю и у народа пустыни.
 Трижды заплатили евреи за право создать свое первое поселение городского типа на 109 дунамах бесплодной, безводной, песчаной земли.
 Вот как описал это место один строителей: « Пустота вокруг и тишина, мертвая тишина. Ни единой живой души, а перед глазами – песок, песок, песок… Кто мы такие, чтобы нарушить созданное в дни творения?»
 Строитель думал об этом, стоя там, где сегодня расположена улица Иегуды Галеви и где был построен первый дом Тель-Авива, дом №25 по этой улице.
 11 июня 1909 года строительство дома этого было завершено.
  Через три года в Тель-Авиве провели первую перепись. В 94-х домах, проживало 790 человек. 43% жителей говорили на иврите, на идиш – 35%, на русском языке – 11%, остальные 11% объяснялись на иных, европейских языках, и на арабском.
 Первые поселенцы Тель- Авива разметили участки, забрались на один их песчаных холмов и провели жеребьевку, собрав у кромки воды разноцветные ракушки. Место на холме досталось Меиру Дизенгофу. Вскоре, будущий мэр Тель-Авива построил там дом, затем в этом доме разместили музей. Да, да, тот самый музей на бульваре Ротшильда, где в 1948 году провозгласили образование государства Израиль. Только на следующий год Тель-Авив смог отпраздновать свое  40-летие. Впрочем, тогда было не до праздников подобного рода, шла Война за независимость.
 Итак, три раза заплатили евреи за землю нынешнего Тель-Авива, за право жить на весеннем холме, за право создать свое поселение на пустой и никому не принадлежащей земле.
 Платили туркам, чьи предки никогда не жили в этих местах, платили бедуинам, сочинившим легенду о своем присутствии на этом клочке пляжа. Евреи платят всегда и платят даже не двойную, а  тройную цену.
 15 лет назад я жил в Холоне. Неподалеку от нашего дома, в строении на пустыре, жил старик – араб с внуком. Каждый день они нагружали ослика котомками и брели через пески к торговому центру на улице Моше Шарета. Старожилы района помнят эту пару. Потом старик умер, а мальчишку, судя по всему, забрали родственники. Прошли годы, но развалины дома араба все еще отмечены большими и сильными деревьями.
 Внуку того старика сейчас за двадцать. Наверняка он считает землю, где построен Холон – своей. Он, возможно, учится в университете Шхема, ненавидит Израиль и евреев, и, кто знает, может быть готов стать самоубийцей и взорвать торговый центр, куда когда-то  ходил вместе с дедом, нагрузив ослика котомками.
 Те из нас, кто думает, что полоска пляжа, застроенная евреями, наверняка останется за Еврейским государством, глубоко заблуждаются. Разницы между Тель-Авивом и поселение Офра, к примеру, нет никакой. Просто поселение Тель-Авив создано на много лет раньше этого поселка за, так называемой, «зеленой чертой».
 Арабы в начале прошлого века прекрасно понимали, что Тель-Авив становится столицей крошечного Еврейского государства, включающего Реховот, Ришон ле-Цион и Петах-Тикву. Они делали все, чтобы уничтожить эти поселения, и надо отметить, что уже тогда, среди самих евреев, было много тех, кто считал, что поселенчество только провоцирует наших соседей на агрессию. Были те, кто упрямо жил в Яффо, среди арабов, и с ненавистью смотрел на строительство первых домов Тель-Авива.
 Те евреи не хотели понять, что право на возвращение реализуется только через освоение целины, преобразование пустого пространства.
-         Сумасшедшие! – кричали скептики первым строителям Тель-Авива. – Вы собираетесь строить на песке! В пустыне!
 Но только «безумцы» и смогли построить Израиль. Страну на песке.    Предки тех, «нормальных» обывателей Яффо, сегодня упрекают сегодняшних поселенцев практически в том же:
-         Безумцы! Вы живете на чужой земле! И среди врагов!
Все правильно. Только одно не учитывают нынешние робкие, здравомыслящие евреи: любое поселение – это бастион на прямом и близком пути к их дому в Иерусалиме, Петах –Тикве, Реховоте, Тель-Авиве, Лоде…
 С тех пор, когда Акива Вайс понял, что без еврейского города не будет и еврейского государства, мало что изменилось. Принцип поселения, как был, так и остался, единственной опорой евейского существования на земле Израиля. Возвращаться следует в свой дом, а не чужой. Нарушим этот принцип в любой точке к западу от Иордана, и рано или поздно придет пора в четвертый раз платить за Тель-Авив. Есть подозрение, однако, что платить тогда уж придется не деньгами, а еврейскими жизнями. Критическая масса арабской ненависти достигла предела.

 У того, арабского мальчишки, из Холона были за спиной сотни тысяч квадратных километров арабской земли. У евреев, кроме все той же жалкой полоски пляжа, домов на песке, поселений и городов Израиля, нет больше места на земле. Им некуда уходить отсюда. Мир по-прежнему жесток и несправедлив к народу Торы. Вот почему  нельзя оставлять даже пядь той земли, где сегодня живут евреи. Даже в мыслях нельзя оставлять ту землю, как нельзя было все последние тысячелетия забыть хоть на минуту, что в следующем году  все потомки Иакова обязательно будут в Иерусалиме.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..