воскресенье, 7 ноября 2021 г.

«Я думаю, что центр принятия решений уже не в Кремле»

 6 ноября 2021, 18:33 

18474

«Я думаю, что центр принятия решений уже не в Кремле»


По мнению руководителя проекта Gulagu.net Владимира Осечкина, история с пытками в российских тюрьмах вышла на серьезный международный уровень из-за самоустранения руководства страны.


О масштабе «пыточного конвейера» мир узнал после публикации видео проектом Gulagu.net.
© Стоп-кадр видео

С начала октября правозащитный проект Gulagu.net опубликовал серию видео о пытках и изнасилованиях заключенных в тюремной больнице (ОТБ) № 1 в Саратове, белгородской ИК № 4, камчатской ИК № 6 и иркутском СИЗО № 1. Как сообщали СМИ, после серьезного резонанса были возбуждены уголовные дела, а руководство УФСИН Саратовской области ушло в отставку.

Руководитель проекта Gulagu.net Владимир Осечкин и самый известный информатор организации Сергей Савельев, объявленный в РФ в розыск за «неправомерный доступ к компьютерной информации» и находящийся во Франции в ожидании получения политического убежища, рассказали «Росбалту» о своих планах по борьбе с «пыточными конвейерами» в системе ФСИН России.

— Владимир, вы находитесь сейчас во Франции вместе с Сергеем Савельевым. Как обстоят дела у ваших товарищей и соратников в России?

— Координаторы нашего правозащитного проекта подвергались репрессиям и издевательствам со стороны российских спецслужб на протяжении длительного периода. Меня выдавили из страны в 2015 году. После этого долгое время наши товарищи подвергались различным угрозам, некоторых из них пытались завербовать, чтобы они начали работать против проекта и лично против меня.

В мае этого года мы приняли очень сложное решение. Мы понимали, что вышли на очень высокий уровень по проникновению внутрь этой пыточной системы, поэтому предложили всем своим коллегам либо добровольно прекратить свое участие в проекте Gulagu.net, либо уехать из России. Несколько человек согласились, переехали, запросили политическое убежище и уже получили международную защиту в ряде европейских стран.

Мы прекрасно понимали, что после публикации видеоархива ФСИН в полном объеме начнутся массовые репрессии в отношении наших представителей в России. С теми людьми, которые с нами сотрудничали раньше, мы остались в дружеских отношениях, мы благодарны всем за их волонтерство, участие в нашем проекте. Но мы прекрасно понимаем, что «внутри периметра», в России мы не можем их никак защитить от спецслужб.

Всем им мы сказали, что если их будут принуждать оговаривать нас и подписывать какие-то бумаги, чтобы они подписывали любую галиматью, лишь бы только их самих не пытали.

— После публикации видео из саратовской ОТБ у ваших бывших волонтеров в России были проблемы?

 — Да, конечно, всех их начали вызывать на различные допросы-опросы, к ним начали приезжать сотрудники ФСБ. Тех, кто работает на государственной службе, начали проверять сотрудники прокуратуры на предмет их причастности к деятельности Gulagu.net. Нам начали направлять запросы, на что мы, конечно, ответили вполне справедливо, что эти люди не являются координатами Gulagu.net и не представляют наш проект внутри России.

— Сергей, первый вопрос, который хотелось бы вам адресовать: какой у вас сейчас статус во Франции? Вы подавали документы на политическое убежище. Есть новости по этому поводу?

— Честно говоря, этот вопрос пока не хотелось бы комментировать, но процесс идет. Все хорошо.

— В России вас хотят привлечь к ответственности за то, что вы поделились с проектом Gulagu.net видеосвидетельствами пыток и изнасилований в саратовской тюремной больнице. С вами по этому поводу никто не связывался из российского посольства, например, или из правоохранительных органов?

— Нет, пока ни по каким официальным каналам никаких попыток связаться со мной не было.

На данный момент, по имеющейся информации, в отношении меня уже возбуждено два уголовных дела на территории Саратовской области. Одно формально за нарушение правил условно-досрочного освобождения и второе за незаконный доступ к охраняемой законом компьютерной информации.

— Сергей, сколько вам пришлось провести в саратовской тюремной больнице? Сколько лет вы были свидетелем всего, что там творилось?

— Если быть совсем точным, то пять лет и пять дней.

— В какой момент вам пришла в голову мысль рискнуть и постараться рассказать людям о том, что там творится?

— Наверно, это было где-то в 2018 году. Естественно, понадобилось некоторое время, чтобы предпринять все меры безопасности, но последние два года я уже активно занимался этой деятельностью: собирал материалы, копировал, накапливал с целью впоследствии обнародовать.

— Когда вы стали собирать эти данные для обнародования, вы сразу понимали, что с проектом Gulagu.net?

— Поначалу никаких конкретных вариантов у меня не было. Я слишком слабо владел информацией о правозащитниках и не знал, кто сможет придать этим сведениям наибольшую огласку. К концу своего срока заключения я уже был наслышан о правозащитном проекте Gulagu.net, поэтому в начале 2021 года я уже знал, к кому буду обращаться.

— Вопрос к Владимиру и Сергею. Надеетесь ли вы на то, что публикация страшных кадров обернется реальным наказанием для организаторов пыток и изнасилований в Саратовской тюремной больнице и других колониях?

— (Владимир Осечкин). Мы уверены, что действительно получили за последний год с помощью Сергея и других источников уникальные материалы, которые в полном объеме раскрывают тот факт, что российские спецслужбы (главное оперативное управление ФСИН и управление «М» ФСБ России) организовали в разных регионах по одной и той же схеме пыточную систему. Систему по подавлению воли и принуждению заключенных к самооговору, к оговору третьих лиц, к даче показаний с применением пыток. Эта система была построена именно на секретных негласных методах работы и также на применении пыток. Все это применялось в учреждениях ФСИН России в Саратовской области, в тюрьмах Красноярска, Иркутска и других учреждениях.

Есть показания пострадавших и даже свидетельства тех «капо», которые по заданию сотрудников ФСИН и ФСБ производили эти пытки. По стопам Сергея Савельева пошли другие люди, которые стали передавать нам из других регионов аналогичные видео, которые в любом случае мы обязаны будем показать обществу в ноябре и декабре этого года.

У нас на руках есть доказательная база. Большая ее часть передана в Европейский комитет по предотвращению пыток Совета Европы, в крупные средств массовой информации. Сейчас снимается несколько больших документальных фильмов очень серьезными международными компаниями.

Даже если с нами, условно, завтра что-то произойдет: несчастный случай или какое-то заказное убийство, то в любом случае «ящик Пандоры» открыт. Люди скоро узнают в полном объеме всю правду. Мы очень надеемся, что внутри России произойдут определенные изменения и все причастные к этим «пыточным конвейерам» понесут наказания, а сами конвейеры будут наконец-то остановлены.

— (Сергей Савельев). Учитывая ряд возбужденных уголовных дел, многочисленные отстранения от службы сотрудников Федеральной службы исполнения наказаний, которые, так или иначе, были причастны к этому, конечно, очень надеемся, что на скамье подсудимых окажутся не только исполнители пыток, но и организаторы, и кураторы из числа руководства учреждений.

Хотелось бы отметить огромное количество жалоб, поступивших от осужденных, которые на данный момент еще находятся в учреждениях исправительной системы Саратовской области. Это более 400 заявлений в правоохранительные органы по фактам применения пыток, избиений, насилия, в том числе сексуального характера, и вымогательств.

— По официальным данным, около 200 заключенных колонии № 13 в Саратовской области написали заявления о насилии. Можно ли рассчитывать сегодня, что в Кремле всерьез займутся этой проблемой или власти постараются все замять?

— (Владимир Осечкин). Я думаю, что центр принятия решений уже не в Кремле. Они потеряли инициативу, утратили ее. Нужно раньше было реагировать на наши обращения. Теперь эта история будет обсуждаться на очень серьезном международном уровне. Российские власти будут вынуждены реагировать и принимать тот факт, что наш видеоархив теперь будет находиться в Европе, изучаться на уровне различных комитетов Организации Объединенных Наций. Следовательно, будут проводиться расследования, проверки и приниматься меры по данным фактам.

К сожалению, все наши обращения, которые поступали на имя президента Российской Федерации, пересылались в Федеральную службу исполнения наказаний, конкретно по Саратовской туберкулезной больнице переправлялись в УФСИН по Саратовской области. Далее жалобы попадали в «пыточную» тюремную больницу, где начальник этого учреждения Павел Косенко и его правая рука Сергей Мальцев поручали подготовить ответы заключенному Сергею Савельеву, который сейчас находится рядом со мной.

На этом примере мы понимаем, как работала государственная система контроля и надзора за местами лишения свободы. То, что мы отправляли Владимиру Путину, руководителям ФСИН и Минюста, на самом деле пересылалось в то же самое пыточное учреждение, где даже не сама администрация рассматривала жалобы, а поручала писать ответы человеку, который отбывает там наказание.

— Сергей, после того, что вам пришлось пройти, вы в будущем планируете принимать участие в правозащитной деятельности или скоро вернетесь к обычной жизни?

— Честно говоря, впервые за много лет я получаю удовлетворение от своей деятельности. Я не думаю, что смогу от этого отказаться, поэтому в будущем я вижу свою деятельность именно такой.

Беседовал Петр Годлевский

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Красильщиков Аркадий - сын Льва. Родился в Ленинграде. 18 декабря 1945 г. За годы трудовой деятельности перевел на стружку центнеры железа,километры кинопленки, тонну бумаги, иссушил море чернил, убил четыре компьютера и продолжает заниматься этой разрушительной деятельностью.
Плюсы: построил три дома (один в Израиле), родил двоих детей, посадил целую рощу, собрал 597 кг.грибов и увидел четырех внучек..